Концептариум

https://ru.wikipedia.org/wiki/Ледниковые_мыши Комки мха и черт его знает чего еще, которые размножаются, и по непонятной причине двигаются по ледникам, еще и группами. ✨ ... в одном коме насчитали 73 коллемболы, 200 тихоходок и около 1000 нематод.

Мидзуко-куё («поминовение водного ребенка») В Японии проводят буддийский ритуал после мертворождений, выкидышей и абортов. Ставят статуи бодхисаттвы Дзидзо в слюнявчике... а иначе ребенок отомстит.

Если постоянный зуб оторвался — его нужно промыть (молоком, слюной — если он загрязнился) и вставить обратно самостоятельно. Это официальная общепринятая инструкция (2) в стоматологии. Если он слишком долго пролежал на воздухе — то вставить можно, но тогда он срастется с костью и со временем рассосется/отпадет.

+5

Ретроградный анализ в шахматах — это задачи, для решения которых требуется восстановить прошлое партии в духе Шерлока Холмса. Самая задротская и забористая... Вот книжка почитать и проникнуться слогом. Особенно понравился ретропат — положение, когда у одной из сторон нет ни одного легального хода назад (отмены последнего хода). И ретракторы — задачи, где ходы "сначала берут назад, а потом играют вперед".

Знал в целом, но не о том, как это позиционируется ✨ Древнее освещение (ancient lights). В Англии окно, через которое двадцать лет беспрепятственно шёл дневной свет, получает право на этот свет. Соседу можно запретить строить дом, который его заслонит. На старых лондонских окнах такие таблички и висят: «Ancient Lights». https://en.wikipedia.org/wiki/Right_to_light

Нашел новый принцип, из-за которого юбки привлекательнее шорт, а чулки — колготок. Здесь единая логика, причем обратная, казалось бы, очевидной. Дело не в том, что юбки и чулки сигнализируют "доступ открыт". Если бы это было так, невозможно было бы сказать "милая девочка в юбке" без сексуального контекста. Дело в том, что шорты, колготки, да и штаны воспринимаются сигналом "доступ закрыт". И вот что получается: у вас и мысли не было о сексе, вы ценили эстетику, органичность, энергетику, чистоту, что угодно другое — а вам в пику бросают "никакого секса". Даже оскорбительно. То есть вот эти все героини аниме в своей базе нейтральные персонажи, которые НЕ делают сексуального заявления! — Конечно, вдобавок сексуализация возможна и популярна. Юбки, чулки — это также общественные символы, это элемент самопрезентации и самоощущения. У них есть свои отдельные визуальные эффекты. Но они идут поверх вышеописанной логики.

Расширение идеи стохастических преступлений: "стохастического терроризма" и "стохастического изнасилования" — стохастические эмоции. Стохастическая ненависть — когда вы видите милого ребенка, понимаете, что он вырастет скорее всего плохим человеком и заранее его ненавидите. Стохастическая радость — когда ваши шансы на что-то выросли, хоть и остаются ничтожными. И не одними эмоциями ✨: — Стохастическое самоубийство. Курение, мотоцикл, альпинизм. — Стохастическое наказание. Штраф за пьяную езду карает за вероятность вреда, а не за вред. — Стохастическая месть. Удар по клану, где виновный есть с вероятностью p. — Стохастическая амнистия. Прощать всех, чтобы наверняка не наказать невиновного. — Стохастическое предательство. Доверить секрет болтуну. — Стохастическая измена. Флирт, повышающий шанс измены с 2% до 15%. — Стохастическая дружба. Вкладываться в людей, которые, вероятно, станут влиятельными. — Стохастический плагиат. Криптомнезия: идея, которую вы, возможно, когда-то видели. — Стохастическая цензура. Shadow ban, когда пост не удаляют, а лишь снижают вероятность его показа. — Стохастическая заслуга. Моральная удача по Нагелю и Уильямсу: пьяный водитель, никого не сбивший, осуждается мягче сбившего, хотя сделал то же самое. *** Общий принцип: вероятностный аспект категорий, которые в обществе не принято обсчитывать.

В своем строгом значении мысленная оговорка, или restrictio mentalis, — это избегание прямой лжи посредством мысленного уточнения к сказанному, из-за чего непредсказуемо меняется весь смысл. Например: “— Вы убили Ванечку? — Нет, ("Ванечку из соседнего села" — проговаривается внутренним голосом) убил не я!” Традиционно популярна у католиков. https://en.wikipedia.org/wiki/Mental_reservation

Об уместности эмоций ✨ Д'Армс и Якобсон (2000) утверждают: если испытывать эмоцию дурно, из этого не следует, что эмоция ошибается насчет своего предмета. Такой вывод они называют моралистической ошибкой. Эмоция изображает предмет определенным образом: страх изображает собаку опасной, зависть изображает чужое благо как то, чего тебе не хватает и что тебя задевает. Это изображение бывает верным или неверным, как убеждение бывает истинным или ложным; такую верность эмоции авторы называют соответствием (fittingness). Шутка смешная, если смех над ней верно на нее реагирует. Вопрос «верна ли эмоция» отличается от вопросов «полезно ли ее испытывать» и «морально ли это». Завидовать коллеге невыгодно, если она скоро будет голосовать по твоей кандидатуре, но ее успех от этого не становится менее завидным. Вдовцу с маленькими детьми нельзя давать горю полную волю, но утрата от этого не становится менее печальной. Эмоция может ошибаться двумя способами: приписывать предмету черты, которых у него нет, или реагировать слишком сильно. Зависть к соседу, купившему машину чуть лучше твоей, верна по сути, но чрезмерна по силе. Философы часто выводят неверность эмоции из ее дурности. Габриэль Тейлор считает гнев на обиды дурным и заключает, что он никогда не оправдан, хотя обиды существуют и бывают тяжелее и легче. Элизабет Андерсон считает, что смущение от смеха над расистской шуткой доказывает, что шутка несмешная. Авторы отвечают, что оскорбительные шутки бывают смешнее и менее смешные, а «это не смешно» часто значит «я это не одобряю». Еще один способ примирить эмоции с моралью — переписать их содержание. Эмоцию, которую хочется оправдать, наделяют моральным смыслом: например, считают, что зависть возникает только при незаслуженном чужом успехе, и тогда она выглядит как чувство справедливости. Эмоцию, которую хочется осудить, наделяют заведомой глупостью: например, говорят, что ревность считает любимого вещью, и тогда она всегда неверна. В обоих случаях исчезает неудобная ситуация, когда чувство точно и при этом морально сомнительно. Моральные черты самого предмета иногда важны. Если коллега заслужила повышение, возмущаться решением комиссии неуместно, потому что возмущение касается справедливости. Для зависти заслуги не важны: она реагирует на чужое благо, а не на его справедливость.

https://lawsofsoftwareengineering.com/ Устройство систем ✨ Закон Хайрама. Если продуктом пользуется много людей, кто-то обязательно начнет полагаться на любую его особенность, даже случайную. Например, на то, что отчет всегда приходит ровно в девять. Поэтому любое изменение у кого-то что-то ломает. Закон Галла. Работающая сложная система всегда вырастает из простой, которая уже работала. Сложная система, придуманная сразу целиком, не заработает, и заплатками ее не спасти. Закон дырявых абстракций. Любое упрощение, которое прячет сложность, иногда дает сбой, и тогда приходится разбираться в том, что под ним. Машина избавляет от знания устройства двигателя ровно до первой поломки. Закон Теслера. У любой задачи есть сложность, которую нельзя убрать, ее можно только переложить. Либо ее возьмут на себя создатели продукта, либо с ней будет мучиться пользователь. Теорема CAP. Когда части одной системы, стоящие в разных местах, теряют связь, приходится выбирать между точностью и доступностью. Два отделения банка без связи либо продолжают выдавать деньги, рискуя, что клиент уже снял их в другом отделении, либо прекращают выдачу. Эффект второй системы. После небольшого успешного продукта автор вкладывает во второй все идеи, которые раньше откладывал. Второй продукт выходит раздутым и неудачным. Заблуждения распределенных вычислений. Восемь ложных допущений тех, кто строит системы, работающие через сеть. Будто связь никогда не рвется, передает данные мгновенно и в любом объеме, защищена от взлома, не меняет своего устройства, управляется кем-то одним, ничего не стоит и везде одинакова. Закон непреднамеренных последствий. Вмешательство в сложную систему дает эффекты, которых никто не ждал, потому что представление о системе в голове проще ее самой. Классический пример — «эффект кобры»: награда за убитых кобр привела к тому, что кобр начали разводить. Закон Завински. «Каждая программа разрастается, пока не научится читать почту». Функции общения удерживают пользователей, поэтому продукты обрастают почтой и чатами. Те, кто этого не сделал, проигрывают тем, кто сделал. Дальше (много)

Закон Хайрама в программировании — наблюдение, что при достаточном количестве пользователей системы правка любого бага или незадокументированной особенности сломает кому-то из них привычный процесс. То есть неважно, что написано в документации и как все должно работать, зависимости идут напрямую от реальности. https://www.hyrumslaw.com (перевод — важно, как он выделяет "неявные интерфейсы") https://lawsofsoftwareengineering.com/laws/hyrums-law/

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

В Индии 813 миллионов человек регулярно получают продуктовые пайки, причем лично от премьер-министра Моди, программа так и называется — "Продовольственная программа премьер-министра во благо бедных". И его фото печатают.

В японском много слов для «я», и выбор каждого из них сообщает, как говорящий видит себя и свое положение относительно собеседника. ✨ Обиходные формы: Ватаси — стандартное нейтральное «я», безопасный выбор по умолчанию. В неформальной речи «ватаси мо» («я тоже») у мужчины звучит женственно. Ватакуси — полная и очень формальная форма. Ее используют политики и руководители в официальных заявлениях. В обычной речи может звучать высокомерно, в аниме так говорят богачи. Боку — «мягкое мужское» «я», буквально «слуга». Менее формально, чем ватаси, изредка встречается у мальчишеских девушек. Оре — «жесткое мужское» «я». Невежливо, при этом не грубо: среди друзей-мужчин передает близость, и в мужских компаниях это самый частый вариант. Атаси — неформальное женское «я» с оттенком милоты, пишется каной. Ути («внутри») — неформальное, им пользуются женщины, которым атаси кажется слишком милым. Котира / котти («эта сторона»). Котира вежливо, звучит в деловой речи и по телефону, может значить и «мы». Котти неформально и не сообщает ничего о статусе. Варэ — редкое, с оттенком мудреца. Может означать и «сам себя», чаще встречается как «вараварэ» («мы»). Васи — речь стариков, в Кансае сокращается до «ваи». Собственное имя вместо местоимения считается детским. Устаревшие формы, известные по литературе и аниме. Их употребление всегда выглядит нарочитым: Вагахай — у знатных мужчин, известно по роману Сосэки «Я — кот». Оира — эдоский вариант оре, сегодня так «говорят» домашние питомцы устами хозяев. Сэсся («неуклюжий человек») — скромное самурайское «я». Атаи — из речи девушек увеселительных кварталов. Ё — у людей очень высокого ранга, в аниме у злодеев-властителей. Варава — у жен самураев, иероглиф означает наложницу. Живые люди обычно переключаются между несколькими формами в зависимости от ситуации. ✨ Из пропущенных заметных форм: дзибун (армия, спортивные клубы, мужская субординация), ора (северо-восточный диалект, Гоку из «Драгонболла»), сёсэй (мужское письменное), тин (император). — Интересно, а во внутренней речи?

+6

Леони Стикленд, «Гендерная гимнастика» (2008). Книга о Такарадзуке, японском театре-ревю, где с 1914 года все роли, мужские и женские, играют незамужние женщины. ✨ Театр основал Кобаяси Итидзо, владелец железной дороги, чтобы привлечь пассажиров на малоизвестный курорт. По его замыслу, сцена была для девушки коротким промежутком перед браком и материнством. Отсюда девиз «чисто, честно, красиво» и правило уходить из труппы перед свадьбой. Есть и неписаный «Фиалковый кодекс»: о сексуальности актрис и зрительниц публично говорить нельзя. В 1920 году Кобаяси принял в школу юношей, и через полгода курс закрыли из-за протестов учениц, их родителей и поклонников. В труппу берут только выпускниц Музыкальной школы Такарадзуки. В рекордном 1994 году туда поступила одна абитуриентка из 46. Школа учит пению и танцу и параллельно воспитывает образцовую японскую женщину. Младшие курсы вычищают здание вплоть до пыли на клавишах ватными палочками, кланяются старшим и терпят их дедовщину. Бывшие актрисы говорят, что этот опыт потом пригодился им в обращении с мужем и свекровью. Главный тезис книги такой: женскую роль актрисе приходится осваивать так же искусственно, как мужскую. Девушки приходят в театр подростками и не умеют изображать взрослую женщину. Пол на сцене собирают из ката — стилизованных приемов, которые, как в кабуки или чайной церемонии, передаются от старших к младшим: старшая показывает без объяснений, младшая копирует. Длина волос служит заявкой на сценический пол. Отокояку (исполнительницы мужских ролей) утягивают грудь и загоняют голос как можно ниже, в том числе курением и криком. Говорят они по-мужски: «орэ» вместо «атаси», с грубыми частицами в конце фраз. Каблуки у «мужчины» выше, чем у партнерши, поэтому рослые партнерши ходят в балетках. Отокояку, перешедшие на женские роли, часто становятся лучшими исполнительницами женских ролей: мужские ката научили их видеть и женские. Театр наглядно показывает то, о чем пишет Джудит Батлер: пол складывается из отрепетированных жестов, позы, грима и речи. Повзрослеть актрисам тоже не дают. В опросе 1992 года больше половины актрис старше двадцати оценили свой психологический возраст в 16–20 лет. Готовят им и убирают у них поклонницы. Около 90% зрителей составляют женщины. Отокояку для них идеальный мужчина, мягче и галантнее реальных, и заодно образец женской самостоятельности. Любить такую актрису женщине позволено: формально объект любви мужской, поэтому это не считается однополым влечением. Мужья и родители поклонниц тоже не видят в ней соперника, ведь это женщина. Стикленд спорит с Дженнифер Робертсон, которая видела в этом фанатстве прежде всего эротику, и с авторами, считавшими его асексуальным. По ее данным, у части поклонниц эротика есть, у части ее нет, а точнее выяснить мешает табу. Фан-клубы устроены иерархично: поклонницы молодой звезды кланяются поклонницам актрисы старшего выпуска, даже если та играет эпизоды. Такие клубы дают женщинам возможность руководить людьми, которой у них нет в остальной жизни. Исполнительниц женских ролей публика ценит ниже, и Стикленд видит в этом общее пренебрежение к женскому. Уйдя из театра, бывшей отокояку приходится заново учиться вести себя как женщина, например отвыкать сидеть с широко расставленными ногами. Про отокояку говорили, что телу после ухода нужно десять лет, чтобы снова стать женским. Если звезда продолжает карьеру в женских ролях, поклонницы обычно ее бросают: любили они сыгранную ею мужественность. Сами актрисы в большинстве поддерживают правило ухода перед свадьбой, потому что брак разрушает образ общего возлюбленного. https://www.youtube.com/@TRCofficialchannel/videos Официальный сайт TAKARAZUKA REVUE official promotional video "ANASTASIA THE MUSICAL"

Мат как оружие https://neolurk.org/wiki/Матомная_бомба — такая концентрация мата, что аж смешно. Аналог Cluster F-Bomb. https://neolurk.org/wiki/Высокоточный_матснаряд — единичный матюк не в бровь, но в глаз. Precision F-Strike. https://neolurk.org/wiki/Термоматерная_боеголовка — очень громкий матюк, неожиданный или после периода нагнетания. Atomic F-Bomb. Решил мужик наложить на себя руки. Вышел из деревни и пошёл куда глаза глядят. Увидел — стоят три колодца, подходит к одному, заглядывает туда и кричит: «Х***********Й!!!» Через пять минут оттуда эхо: «Х***********Й!!!» Заглядывает мужик во второй и кричит туда: «Х***********Й!!!» Через полчаса прилетает ответное «Х***********Й!!!» Заглядывает он в третий и кричит: «Х***********Й!!!» Час ждёт, два ждёт — эха нету. Ну он и прыгнул туда. Летит и про себя: «Господи, что же я наделал? Господи, прошу, пожалуйста, прости, помоги, спаси, сохрани…» «Х***********Й!!!»

Блюз = blues = blue devils = что-то среднее между "синькой" и "до чертиков", а сами эти чертики — тоскующие персонажи "Мастера и Маргариты", где-то такой оттенок.

Не только toska считается уникальным понятием, но вот еще и byt: ✨ Русское «быт» не переводится одним словом: это повседневность, домашнее хозяйство, материальная жизнь, уклад. Часто утверждают, что из-за этого у русских особое, враждебное отношение к повседневности, и выводят его из православия, аскетизма интеллигенции и советского авангарда. Келли считает это упрощением того же рода, что «русские тянутся к авторитаризму» или «русские духовнее европейцев». Никто не думает, что посещение паба объясняет британцев, а книги о том, что русскую душу можно понять за кухонным столом или в бане, считаются солидными. Во второй половине XX века в этот миф поверила и сама русская интеллигенция. Исторически он держится слабо. Знатные монахи в русских монастырях жили со своей мебелью, то есть мирским были увлечены сильнее бенедиктинцев. Преподавателям Оксфорда и Кембриджа до конца XIX века запрещали жениться, русские ученые такого бы не потерпели. Стремление авангардистов к аскетичному быту было общеевропейским: минимализм, открытая планировка, жизнь по строгому расписанию. Презрение к быту сложилось в конкретных обстоятельствах. Начали поэты-символисты начала XX века, ценившие «высшую реальность» выше обыденной. После 1917 года аскетизм оправдывал постоянный дефицит. Когда Сталин в 1934 году объявил право каждого на зажиточную жизнь, а в 1961 году комфорт стал официальной целью партии при пустых магазинах, пренебрежение к быту превратилось у оппозиционных интеллектуалов в знак независимости и превосходства.

Оксфордским и кембриджским феллоу до конца 19-го века запрещалось жениться. Они жили в своих колледжах и ожидали, пока освободится для них тепленькое местечко — приход. Настолько тесна оставалась связь церкви и науки. А вот женщинам, особенно учительницам, даже в развитых странах 20-го века (в Ирландии — до 1973) не разрешали совмещать должность с браком по ряду других причин: — Так дешевле. Считалось, что вчерашняя выпускница с такой работой справится достаточно хорошо и нечего ей обрастать выслугой лет и связями. — А в самом деле, куда было деваться морю молодых выпускниц педагогических вузов? Из институтки в проститутки? Требовалась ротация кадров. — Работы на всех не хватало. Общественная мораль осуждала излишество — вторую зарплату на домохозяйство. Вам, значит, вдвойне, а другая "нормальная" семья с мужчиной, женщиной и несколькими детьми с голода умереть должна? https://ru.wikipedia.org/wiki/Профессиональный_запрет_на_брак (marriage bars) 'I feel hurt': Many women reminded of marriage bar when they collect reduced pensions

Разобрался, почему старинная женская обувь настолько уродлива. Нет, дело не только в других вкусах и других идеалах общества. Дело в том, что это вообще не обувь. В ней не ходили по улицам. Если все же ходили — под длинными платьями или защитными приспособлениями ее было плохо видно. Единственным исключением оставались танцы, но даже в них она разве что мелькала внизу, а не всегда была заметна во всей красе. Правильней воспринимать ее как подставку для ступней. Элегантно сесть или подняться на ступеньку и сверкнуть ножкой на подставке — ✅. Доминировала идея презентации ступни как отдельной части тела. Потому и каблук по центру: так размер меньше кажется. Необходимость выглядывать в танце — потому длинный носок. Антиорганическая форма, поскольку не применяли отдельных правых и левых колодок. Другие технические недостатки эпохи. До минимализма как концепции, эстетической ценности общество тогда еще не доросло. Функциональный минимализм оставался бедностью. Цельный, открытый образ тела тоже был запрещен. В общем, эти туфли ДОЛЖНЫ смотреться уродски по современным меркам. А кому они не кажутся уродскими, тот играет в понятную социальную игру.