Городские историки

Во второй половине ХХ века американская советология росла быстро, а архивов СССР для западных исследователей почти не существовало — по крайней мере, в практическом смысле. Поэтому источниковая база выглядела довольно “плоско”: газеты, официальные тексты, публикации, которые сама система разрешала видеть. И всё же были две замочные скважины, через которые удавалось заглянуть внутрь — не в витрину, а в заднюю комнату. Первая — Гарвардский проект. Интервью с советскими людьми, оказавшимися на Западе. Там не было “истины в последней инстанции”, но был голос опыта: как устроена власть на земле, как работает распределение, как принимаются решения, чего боятся, что считают нормой. Вторая — Смоленский архив. История почти кинематографическая. Во время наступления в начале Великой Отечественной войны немецкие войска вывезли партийные документы; дальше — цепочка перемещений, американская зона контроля, быстрые копии. Американцы предложили вернуть документы СССР. Советское руководство, по сути, выбрало жест “не признаём” — объявило материалы фальшивкой и отказалось их принимать. Для исследователей это означало одно: массив остался на Западе и стал редким окном в повседневную механику советского управления. Что там такого, кроме общей интриги? Не “сенсации”, а рутина системы — то, из чего она и состоит: - документы Смоленского обкома и горкома ВКП(б): протоколы, резолюции, решения, директивы; - материалы по коллективизации, МТС, профсоюзам, промышленности, армии, цензуре, образованию, работе “среди женщин”; - сюжеты контрольных практик: контрольная комиссия, проверки, чистки; - отчётность и “силовой слой”: ЧК–ГПУ–НКВД, прокуратура, суды; личные дела и разнотипные документы райкомов/горкомов. Есть и важная оговорка из описания коллекции: примерно 5–10% документов не про Смоленск — это материалы, захваченные немцами в других регионах СССР и “прилипшие” к массиву. А теперь — то, из-за чего всё это внезапно стало не только сюжетом из книг. С 2023 года этот массив начали выкладывать онлайн, и к январю 2025 он был выложен полностью — то есть теперь с ним можно работать из дома, без поездки и без “микрофильмной романтики”. Понятно, что за десятилетия в Смоленском архиве уже копались многие. Но это как с крупным городом: его можно “изучить” сто раз — и всё равно каждый раз находить свой двор и свою дверь. Если у вас есть тема, где важны механизмы управления, язык решений, сигналы снизу, логика проверок и наказаний — этот архив по-прежнему способен подкинуть находку. Даже небольшую. А иногда именно она и держит весь аргумент.

История повстанческого планирования Последнее полгода городские историки активно читали о разных исследовательских подходах к истории и теории городского планирования. К большому сожалению, российские ученые далеко отстали от западных коллег в осмыслении практик городского планирования. Это касается в том числе историков архитектуры, которые чаще всего концентрируются только на стилистической истории градостроительных проектов, без должного учета социального или политического контекста планирования. Среди альтернативных подходов к истории планирования особенно выделяется идея повстанческого планирования (insurgent planning practices). В 1998 году в издательстве University of California Press вышел сборник статей Как сделать невидимое видимым: история мультикультурного планирования. Редактором сборника выступила Леони Сандеркок, известная планировщица из Мельбурнского технологического института. Она специлизировалась на планировочных решениях среди индигенного населения, что предопределило ее теоретические взгляды. Сандеркок призывала пересобрать историографию городского планирования. Она говорила о демифологизации героического образа планирования, а именно модернистской версии истории планирования. Для нее задача стояла выдвинуть на первый план в истории планирования различные субалтерные группы, которые бросали вызов господствующей политике властей по преобразованию городских пространств. Сандеркок указывала, что государство распространило историографический нарратив, где планирование само по себе было настоящим героем, убивающим «драконов» иррациональности и, если не всегда побеждающим, то, по крайней мере, всегда благородным и на стороне добра. В этом дискурсе планирование было правильной и прогрессивной практикой, в то время как его противники всегда оставались реакционными и иррациональными. Вместо одной модернистской истории планирования, Сандеркок призывала изучать повстанческое планирование снизу, которое раскрывало множественные практики и интерпретации планирования, описывало сопротивление государственным планам и оспаривало общепринятые определения того, кто является планировщиком. Повстанческое планирование — это практики по трансформации города, возникавшие вне институциональной системы или в противостоянии ей. Это формы самоорганизации жителей, борьба за право на город, неформальное освоение пространства. В этой логике планирование переставало быть исключительно деятельностью профессионалов и государства, а рассматривалось как поле, в котором участвуют разные группы и где граница между «планировщиком» и «жителем» оказывалась подвижной. Так, статьи первой части сборника показывали, как повстанческое планирование работало в разных контекстах. Джеймс Холстон анализировал бразильские города, где жители неформальных поселений организовывали собственные режимы гражданства. Клайд Вудс описывал альтернативные формы пространственного знания в афроамериканских сообществах. Теодор Джоджола рассматривал практики управления территорией у коренных народов. Во второй части сборника авторы обсуждали новые способы письма об истории планирования. Например, как постколониальные подходы позволяли пересматривать канон дисциплины и включать в него неевропейские практики. Другой пример был связан с феминистской критикой, которая показывала, как из истории планирования исключались повседневные практики и опыт женщин, хотя именно они во многом определяли функционирование городских пространств. С нашей точки зрения, оптика повстанческого планирования — оригинальная интерпретация для пересборки истории градостроительства. Она позволяет увидеть планирование как поле конкурирующих практик, где наряду с институциональными решениями действуют неформальные и часто конфликтные формы организации городского пространства. Так что все исследователи городского планирования берите на заметку.

+5

История как основа вовлечения Слышали ли вы, что Красноярск считается неофициальной гастрономической столицей России? Я вот буквально два года назад узнал впервые и немного удивился этой легенде. И вот я наконец-то через все свои командировки доехал до Красноярска. И, конечно, мне стало интересно узнать на месте почему так вообще получилось с этим гастрономическим статусом. Откуда он вдруг тут взялся? 🔄 Я спрашивал у барменов, администраторов, официантов и даже у gpt. И все они отвечали по-разному. Кто-то говорил о первом гастрономическом факультете в университете с приглашенными поварами из Франции. Кто-то о предпринимателях-рестораторах, которые затеяли гонку заведений, которая в хорошем смысле вышла из под контроля. Кто-то про богатство сибирской кухни и ее ингредиентов. И так далее. ✅ Но знаете, что я сам еще почувствовал и мне кажется это наиболее интересным? Здесь почти в каждом заведении есть своя история, которую хотят донести до тебя. И делают это очень ненавязчиво и органично. И я подобного еще не встречал. Например, в «0.75 please» рассказывают про первый винный магазин в Сибири, в «Булгакове» про кирпичи, картины и трансформацию, в Tunguska про дичь, во «Fresco» про их уникальные сочетания сибирских ингредиентов в блюдах. И все это делают линейные сотрудники с энергией и вовлечением, как будто они отцы-основатели и идеологи всего этого. ❗️ Я считаю, что подобных историй как раз сильно не хватает девелопменту! Мы прослушиваем сотни встреч менеджеров с клиентами ежемесячно. Мы проходим сами тайниками множество отделов продаж, когда делаем диагностики. И в 90% менеджеры просто не рассказывают легенду проекта, позиционирование, его идею. Прям игнорируют и саботируют. Они эти слайды моментально перелистывают в презентации и акцентируются на более стандартных вещах: вот двор, вот фасад, вот МОПы и так далее. То, что понятно и рационально. А ведь брендинговое агентство, бренд-менеджеры или может даже собственник весь свой смысл вложили в это. Но менеджерам просто это не продали, как нужно. Спустили с буклетами. Поэтому они скрывают подобный контент и говорят что-то типа «да это маркетологи наши решили назвать проект Луч Света, давайте дальше». И быстро меняют тему. А ведь хорошие истории решают, добавляют, вовлекают, создают эмоциональный контекст, который так сильно нужен этому времени. Создавайте эти мосты. Берите пример с обычных вдохновленных ребят из ресторанов Красноярска.

Историческая урбанистика для городских исследований Центр урбанистики ТюмГУ и Школа исторических наук НИУ ВШЭ объявили о проведении Всероссийского междисциплинарного воркшопа «Точки пересечения. Историческая урбанистика и история в городских исследованиях», который состоится в Москве 8-9 июня 2026 г. Как вы понимаете, городские историки среди инициаторов этого мероприятия. Мы предлагаем поговорить о том, что обычно остается на уровне деклараций: как именно городская история работает внутри современных Urban Studies? Российская урбанистика давно существует как междисциплинарное поле, где встречаются социологи, географы, экономисты, архитекторы, антропологи и др. Но роль истории в этой сборке до сих пор остается не вполне определенной. С одной стороны, история регулярно упоминается как «основа» понимания города. С другой — не всегда понятно, как именно исторический анализ включается в исследовательскую работу других дисциплин. Воркшоп как раз и пытается зафиксировать эти точки пересечения. Темы сформулированы достаточно широко: от историографической ситуации в городской истории до вопросов, как экономисты, социологи или антропологи работают с историей города, и чем исторический подход может быть полезен городскому планированию и мастер-планированию. Организаторы прямо оговаривают, что их интересует не только разговор о методах и «междисциплинарности» как таковой. В программе выделены две логики обсуждения. Первая связана с анализом того, как исторический подход используется в разных дисциплинах. Вторая предполагает разбор конкретных исследовательских кейсов, где историческая оптика уже применяется. Отсюда и довольно широкий круг потенциальных участников. Формально это воркшоп для всех, кто работает с городом: историков, социологов, географов, антропологов, архитекторов, планировщиков, экономистов и др. Но фактически это приглашение к разговору о том, как разные городские дисциплины встраивают прошлое в свои объяснительные модели. Заявка устроена довольно просто: идею доклада (до 2000 знаков) и CV нужно прислать на igor.stas@mail.ru Срок — до 10 мая. Формат участия — очный или онлайн. Подробнее о воркшопе смотрите: https://hist.hse.ru/announcements/1143275397.html?ysclid=mnopa4xvde887595066 Информационное письмо воркшопа также прикреплено к комментариям.

Анонс воркшопа: «Точки пересечения. Историческая урбанистика и история в городских исследованиях» Центр урбанистики ТюмГУ совместно со Школой исторических наук НИУ ВШЭ организует Всероссийский междисциплинарный воркшоп «Точки пересечения. Историческая урбанистика и история в городских исследованиях», который состоится в Москве 8-9 июня 2026 г. Организаторы междисциплинарного воркшопа предлагают отрефлексировать точки пересечения различных дисциплинарных урбанистик выбрав для этого сборку вокруг исторического анализа городского развития. Участники воркшопа — это представители разных социальных наук, которые готовы обсудить какие пути, подходы и методы изучения истории городского пространства актуальны для научных и дисциплинарных полей, формирующих современную урбанистику в России. В то же время организаторы воркшопа предлагают не просто пофилософствовать о междисциплинарном синтезе истории и социальных наук о городе, а заинтересованы в обсуждении конкретных исследовательских проблем и тем, в анализе которых применяется ретроспективная оптика. Основные тематики воркшопа: • Историческая урбанистика в России: проблемы историографической ситуации • Современные подходы в конвенциональной городской истории • Историко-культурный предпроектный анализ в территориальном развитии и социокультурном программировании общественных пространств • Городская история в городском планировании и мастер-планах • Как городские экономисты смотрят на фактор истории? • Идентичность с историей и без: как городские антропологи интерпретируют городскую историю? • Социолог города между синхронным и диахронным анализом • История в социальной географии городских пространств • Чем история может быть полезна городскому планировщику и градостроителю? • В чем суть метода историка архитектуры? • «Город в истории» или «история города»: как исследователи культуры описывают историю города? • Что философия может сказать о городской истории? Для участия в семинаре необходимо прислать идею доклада объемом не более 2000 знаков (с пробелами) и CV на адрес igor.stas@mail.ru Заявки принимаются до 10 мая 2026 г. включительно. Подробнее о воркшопе смотрите: https://hist.hse.ru/announcements/1143275397.html?ysclid=mnopa4xvde887595066 Информационное письмо воркшопа прикреплено в комментариях.

городской планировщик, градостроитель, социальный архитектор, продюсер города, пространственный развиватель, etc для того ли Глазычев писал «Урбанистику», чтобы сейчас, зайдя на форум или подслушав обсуждение студентов, понять, что 9 из 10 предпочитают не называть себя урбанистами. И в последнее время нас хлебом не корми, дай только порассуждать, «кто такой урбанист». Вон в Тюмени даже созрела концепция множественной урбанистики. в честь непрекращающегося самоискания с легкой долей самоиронии «кто твой город» вместе с урбанисткой (!) Катей Силаевой запускает весенний дроп кепок i’m not urbanist i’m different это - наша ода перманентному поиску истины и бесконечному стремлению передопределить мир нашего сообщества, и ваш повод - начать разговор о том, а кто такой урбанист (про это можно говорить вечно). стоимость одной кепки 1400 рублей для заказа пишите: @u_pryamaya для заказа доступны цвета (кепка * надпись) черный + розовый серый + белый коричневый + желтый голубой + белый

Дмитрий Резун как городской историк Вышел новый номер журнала «Исторический курьер», который был подготовлен по итогам конференции в Новосибирске и формально посвящен теме «Города Сибири в Новое время». Фактически выпуск выстроен вокруг фигуры Дмитрия Яковлевича Резуна — одного из ключевых исследователей истории сибирского города XVII–XVIII веков. Редакция журнала сделала большую работу, показав в формате статей-воспоминаний о выдающемся городском историке формирование исторической урбанистики в сибирском контексте. Тон задает статья Ивана Каменецкого о «пути в науку» Резуна. В ней особенно важен сюжет экспедиций 1970-х годов по спасению памятников деревянного зодчества в зоне затопления при строительстве Усть-Илимской ГЭС. Экспедиции, возглавляемые Резуном и в которых участвовал сам автор статьи, были частью более широкой практики историко-архитектурных исследований острогов и задавали ключевую установку рождающейся исторической урбанистики: город и его прошлое должны изучаться не только по текстам, но и через материальные остатки — планировку, застройку, архитектурные формы. Помимо этого, Каменецкий описывает школьные годы Резуна, его попытки поступления в университет, влияние чтения Ключевского и участие в археологических практиках. Интерес к истории города у Резуна появлялся не как академическая специализация, а как результат сочетания полевого опыта, самообразования и просто увлечения историческими нарративами. В статье Станислава Петрова эта линия получает продолжение уже в контексте зрелой научной и педагогической деятельности ученого. Петров открывает Резуна как исследователя, который одновременно работал в академической науке и активно писал для широкой аудитории. Некоторые его книги, такие как Летопись сибирских городов, написанная в соавторстве с Русланом Васильевским, были направлены на популяризацию истории ранней урбанизации Сибири как для массового читателя, так и для школьников и студентов. Текст Петрова также рассказывает, как через устные рассказы, дарственные надписи и неформальное общение в Новосибирске организовывалась среда, в которой передавались знания о сибирских городах. Автор словно пишет в жанре повседневности историографии городов. Статья Натальи Матхановой полноценно переводит разговор на уровень историографии. Через анализ писем Резуна к медиевисту Елене Чистяковой становится видна внутренняя логика его исследований. Он работал с историей сибирских городов через особое внимание к наследию Герхарда Фридриха Миллера и корпусу источников по ранней истории городов. Одновременно в письмах был отражен и конфликт с его научным руководителем Олегом Вилковым, который повлиял тем не менее на его научную деятельность и выступил первым редактором сборников научных трудов по сибирским городам XVI–XIX веков. Этот эпизод важен не только биографически: он раскрывает, в каких институциональных условиях развивалась историческая урбанистика в Сибири и какие напряжения сопровождали ее становление. Наконец, статья Евгении Комлевой об архиве Резуна позволяет увидеть само ремесло городского историка. Архив включает картотеки сибирских городов и служилых людей, выписки из литературы, копии архивных документов, материалы экспедиций и работы научных подразделений Института истории СО АН СССР. Особенно ценны рабочие тетради, где отмечены не только цитаты, но и краткие аналитические замечания, из которых затем вырастали концепции. В совокупности этот архив раскрывает Резуна как историка, для которого урбанистика была не отдельной темой, а способом организации исторического знания — через материальное наследие, источники и историографию. Таким образом, посредством фигуры Резуна реконструируется целый этап в развитии российской городской истории: от экспедиционного формата 1970-х годов до источниковедческо-историографического направления. И в этом смысле номер «Исторического курьера» оказывается важен не столько как мемориальный, сколько как историографический источник, который показывает как в Сибири складывалась традиция исторической урбанистики. P.S. Резун в археологической экспедиции, 1965 г.

Тг-каналы друзей тюменских урбанистов Наши тюменские коллеги из проекта Диалоги о городе, включили городских историков в папку тг-каналов от своих друзей. В этой подборке вы найдете в первую очередь тюменский взгляд (но и не только) на различные сферы современной урбанистики — городская среда, благоустройство, девелопмент, недвижимость, медиа, работа с данными и просто разговоры о российских городах. Подписывайтесь: вот сама папка с тг-каналами ☝️ Добавляйте папку к себе! ❤️

Большая дискуссия о ведомственном подходе В последнем номере известного журнала «Ab Imperio» вышел дискуссионный форум о книге «Советская ведомственность», которую городские историки вместе с коллективом авторов издали в прошлом году в издательстве «Новое литературное обозрение». Мы благодарим редакцию журнала за возможность предоставить площадку для дискуссии и всех участников этого обсуждения! Основная критика в форуме сложилась вокруг нескольких тематических направлений. Первое — это деконструкция предлагаемого ведомственного подхода к советской истории. Директор программы российских и евразийских исследований Принстонского университета Сергей Ушакин рассуждает о соотношении метода, эмпирики и дискурсивных рамок. Руководитель бакалавриата по истории в Высшей школе экономики Алексей Попов подмечает, что ведомственная оптика в первую очередь хорошо работает при анализе социальных практик. При этом оба автора указывают на важность понимания ведомственного подхода как «пучка отношений» и как «более сложный, негомогенный набор институтов, организаций и иерархий». Вторая тематика форума была связана с политическим аспектом ведомственного подхода. Авторитетный историк и профессор Высшей школы экономики Олег Хлевнюк напоминает об актуализации ведомственной оптики в анализе политико-управленческого процесса в высших эшелонах власти в СССР. Такое понимание ведомственности было свойственно историографии в конце 1980-х – начале 2000-х гг., однако в последние двадцать лет ведомственный анализ политической системы в СССР несправедливо отошел на второй план. Научный сотрудник Исследовательского центра по изучению Восточной Европы Бременского университета Николай Митрохин (признан в РФ иноагентом) провокационно говорит о идеологическим характере книги. По его мнению, ведомственный подход и авторы ему следующие реабилитируют сталинский язык в описании советской действительности. Третья тематика дискуссии связана с возможностью применения ведомственного подхода к градостроительной истории СССР. Профессор Принстонского университета Майкл Бринли отмечает продуктивный характер такого анализа в изучении советских городов. Алан Баренберг, профессор Техасского технологического университета и автор недавней монографии о Воркуте, обращает внимание на перспективы ведомственного подхода в интерпретации истории городов-ГУЛАГа и подобных режимных поселений. Оба дискуссанта симпатизируют авторам книги, описывая новаторский характер работы. В контексте исторической урбанистики отдельно стоит отметить текст Константина Гудкова и Александра Дуднева, независимых исследователей из Москвы и основателей проекта «кооператив 1931». Они призывают исследователей искать в советской истории альтернативы ведомственности. Говоря о важности ведомственной интерпретации, они оригинально выделяют три иные формы социально-экономической организации в СССР — муниципальность, кооперативность и сообщественность. Как мы теперь понимаем, все три играли значительную роль в жизни советских городов. При этом авторы видят в них отражение социалистических идей. Помимо этих основных тем участники форума также концентрировались на следующих вопросах: 1) что такое «ведомственность» и «ведомство»? 2) что значит дискурсивный анализ в ведомственном подходе? 3) на каком уровне вертикальной иерархии управления можно найти «ведомства»? 4) что такое пространства ведомственности и их соотношение с явлением местничества в СССР? 5) есть ли истоки ведомственности в Российской империи? Ну и важнейшей проблемой форума, которая достойна отдельной большой дискуссии, стал поиск новых интерпретационных рамок советской и социалистической модерности. Если вы еще не являетесь постоянным читателем журнала «Ab Imperio», то мы советуем обратить внимание на их сайт: https://www.abimperio.net/ Пользователи из России могут написать редакции на официальную почту abimperio.inc@gmail.com и попросить аккаунт и пароль для работы с полными текстами журнала за все годы. Там много всего интересного! Материалы дискуссии о книге «Советская ведомственность» прикреплены в комментарии к этому посту.

В номере 4/2025 опубликован форум "Советская ведомственность", посвященный обсуждению книги Советская ведомственность / Коллективная монография под редакцией И. Н. Стася. Москва: Новое литературное обозрение, 2025.

В Питере пройдет презентация книги «Советская ведомственность» Дорогие подписчики из Питера, городские историки приглашают вас на презентацию книги «Советская ведомственность». Мероприятие пройдет 20 марта в 16:30 в Европейском университете в Санкт-Петербурге в рамках Общероссийской научной конференции «Выставка Достижений Научного Хозяйства — XIX». Книгу представят её авторы — Игорь Стась и Михаил Пискунов. Модератором встречи выступит Екатерина Мельникова. В обсуждении в качестве дискуссантов будут историки Тимофей Раков и Екатерина Калеменева, а также антрополог Николай Ссорин-Чайков. Для участия в мероприятии необходима предварительная регистрация: https://eusp.timepad.ru/event/3860084/ Адрес проведения презентации: г. Санкт-Петербург, Шпалерная, 1, ауд. 430 Приходите! Будет интересно!

European Association for Urban History 2026 Conference Продолжая разговор об ассоциациях по городской истории, мы не можем не сказать пару слов о другой международной общественной организации в области исторической урбанистики — Европейской ассоциации городской истории (European Association for Urban History, EAUH). Она также объединяет широкий круг профессиональных участников — историков, историков искусства и архитектуры, архитекторов, краеведов, музейных работников, архивистов, учителей, дизайнеров, городских планировщиков, географов, социологов, антропологов и многих других, но в отличие от американских коллег не вручает ежегодные награды за лучшие труды. EAUH известна в первую очередь своей большой конференцией, которая проходит каждые два года и впервые состоялась в 1992 г. в Амстердаме. В этом году, 2-5 сентября, в Барселоне EAUH организует уже семнадцатую конференцию, посвященную в этот раз теме «Городские сети в Европе и за ее пределами». Как отмечают организаторы, хотя историю Европы часто отождествляют с государствами и нациями, в значительной степени эта история была о городах, объединенных в различные сети. Основной целью конференций EAUH всегда являлось развитие междисциплинарных подходов в изучении городского прошлого. Поэтому под общей тематической рамкой на самом деле скрывается множество исследовательских тем и проблем, которые обсуждаются на этой конференции. Так, на мероприятии проводятся три типа дискуссий: основные сессии, специализированные сессии и круглые столы. Всего в этом году заявлено 100 площадок! При этом, независимо от их типа, все дискуссии будут организованы примерно по двадцати тематическим направлениям. Давайте отметим наиболее примечательные сессии. Сразу стоит проговорить, что для российских участников не будет каких-то специализированных обсуждений, связанных с городами России и СССР. Однако, с учетом приближающегося семинара про постсоциалистический город, который мы организовываем в апреле в Тюмени, городские историки предлагают обратить внимание особенно на сессию 79 — Постсоциалистическая деиндустриализация и трансформация городов: устойчивость, адаптация и глобальные сравнительные перспективы. Любопытно, что организаторы сессии стремятся увидеть истоки постсоциалистических трансформаций городов в ранних волнах деиндустриализации еще в 1970-е гг. Среди оригинальных тем, мы бы выделили: Сессия 14 о практиках домодерного управления в городах — Благое управление и городской конфликт в городах позднего Средневековья и раннего Нового времени в Европе и за ее пределами (XIII–XVII вв.) Сессия 33 о различных типах краеведческого и популярного знания о городах — От хронистов до гражданских учёных. Долгий период непрофессиональных исследований в области городской истории, XVII–XXI вв. Сессия 58 о соотношении централизованного градостроительства и роли местных проектировщиков и реалий — Городское планирование и местные городские стратегии (1850–2025 гг.) Сессия 66 о том, как строительство и преобразование земли и ландшафта связаны с урбанизацией — Терраформа: интерпретация строительства как практики урбанизации в Антропоцене Сессия 91 о репрезентации городской истории в музейных учреждениях — Публичная история в музеях истории города Короче, много всего занимательного! Изучайте по ссылке все сессии и формулируйте для себя новые идеи для исследований и научных дискуссий в исторической урбанистике. А если же хотите поучаствовать лично, то регистрация на конференцию проходит до 20 апреля. Дерзайте! 💪

Urban History Association Awards — 2025 На первом занятии в рамках курса по Urban History городские историки рассказывали об институционализации этого направления через создание ассоциаций. В первую очередь это касается деятельности американской Ассоциации городской истории (Urban History Association, UHA), которая ежегодно осенью вручает награды имени выдающихся историков-урбанистов за лучшие книги, статьи и диссертации по исторической урбанистике. Именно на награду UHA ориентировался наш тг-канал, когда несколько лет назад запускал Премию городских историков. Для англоязычной историографии подобные премии одна из главных форм профессионального признания. При этом благодаря спискам лауреатов можно довольно точно увидеть, какие темы и подходы сегодня формируют проблемную повестку в социальных науках. Мы никогда не делали посты об этой премии, что, конечно, очень нехорошо. Давайте исправляться и поговорим о победителях прошлого сезона! Главной наградой премии похоже негласно считается Kenneth Jackson Award за Лучшую книгу по североамериканской городской истории. В прошлом году ее получила Бекки Николаидес за монографию Новая субурбия: как разнообразие изменило пригородную жизнь в Лос-Анджелесе после 1945 г. Если классическая американская урбанистика долго рассматривала пригород как пространство белого среднего класса, то автор реконструирует, как начиная с 1960–1970-х гг. пригородные районы Южной Калифорнии стали многоэтничными и социально разнообразными. В премии за Лучшую книгу по городской истории за пределами США, Канады и Европы выбор пал на Марка Бейкера и его работу Ось Китая: пространственная политика и неравенство в модерном Чжэнчжоу. В основе исследования лежало сочетание архивного анализа, этнографии и пространственных теорий, которое показало, что вопросы о том, кто где живет, кто имеет доступ к услугам и кто получает выгоду от государственных инвестиций были неотъемлемой частью как социалистической модернизации, так и постреформенной урбанизации Китая. В прошлом году UHA также открыла новую номинацию Lizabeth Cohen Prize за Лучшую книгу о городах и политической власти. Приза удостоились две книги. Первая — монография Клэр Морелон Уличные ландшафты войны и революции: Прага, 1914–1920. Через анализ демонстраций, продовольственных протестов, массовых собраний и городских праздников автор описал, как городская улица в Праге стала ключевым пространством политического действия. Вторая — труд Эндрю Карла Черный налог: 150 лет хищений, эксплуатации и лишения собственности в Америке. Ученый сконцентрировал внимание на режимах налогообложения собственности, создававших и поддерживавших расовое неравенство с эпохи реконструкции после гражданской войны в США и по сегодняшний день. Другая оригинальная награда Joe William Trotter, Jr. Prize за Лучшую первую книгу по городской истории ушла историку Джону Бардес. Его работа Карцеральный город: рабство и массовое лишение свободы в Новом Орлеане, 1803–1930 сосредоточена на истории эволюции городской тюремной системы, которая постоянно криминализировала свободных чернокожих. Награду Lynn Hollen Lees Book Prize за Лучшую книгу по европейской городской истории также получила Клэр Морелон за исследование уличной политической жизни в Праге в эпоху Первой мировой войны. Наградой Arnold Hirsch Award за Лучшую статью была удостоена Даниэль Божон. Ее текст Алжирский внутренний враг: охрана черного рынка в городах Марсель и Алжир, 1939–1950, опубликованный в журнале French Historical Studies, раскрыл стереотипизацию алжирцев как угрозы национальной безопасности Франции. Премия Michael Katz Award за Лучшую диссертацию по городской истории была присуждена Даниэле Самур за работу Связывание государства: мир печатных изданий Боготы, 1880–1930-е гг., показавшей как урбанизация сопровождается процессами производства и распространения печатного знания. Обязательно посмотрите страницу UHA Awards, помимо победителей, там еще представлены работы, отмеченные Почетным упоминанием. В целом, эта Премия развернуто демонстрирует широкое тематическое и проблемное поле современной Urban History.

Код города: подборка тг-каналов Дорогие подписчики, городские историки попали в замечательную папку, в которой представлены тг-каналы, описывающие города через призму своего восприятия и пытающиеся расшифровать то, что можно назвать кодом города. Папка так и назвается: «Код Города» Добавляйте папку к себе, подписывайтесь и смотрите на город глубже и разнообразнее 🤗🌆 «Код Города»

Настоящее золото — отзывы наших слушателей о Школе. И вдвойне приятно, когда курсы у коллег проходят преподаватели нашего проекта — так, впечатлениями о программе Игоря Стася поделилась Наталья Маковская, автор курса «Локальная идентичность и бренд города. Асмысл?». Курс Игоря Urban History стартует сегодня. Присоединиться к потоку вы можете в течение недели, а, чтобы не смотреть первое занятие в записи, приглашаем вас зарегистрироваться и забрать финальные места уже сейчас: https://gorodaschool.ru/urban-history-course

Зачем городским планировщикам и прикладным специалистам Urban History? В 2006 году журнал Journal of Planning History выпустил тематический номер, посвященный вопросу: зачем городским планировщикам нужна история? Этот выпуск являлся редким случаем, когда одна из профессиональных дисциплин о городе — городское планирование — пыталась системно ответить на вопрос о важности городской истории в своей сфере. На страницах номера городские историки и планировщики обсуждали роль исторического анализа в процессе обучения планировщиков. Открывала номер статья Грега Хайза Обучение планировщиков истории, в которой историческая наука выступает способом увидеть границы и возможности профессии городского планировщика. Суть в том, что городское планирование всегда работает с идеей будущего, но большинство городских решений принимается в пространстве, сформированном десятилетиями и даже столетиями предыдущих интервенций в городскую среду. Поэтому исторический анализ позволяет выявить, как именно складывались инфраструктуры, институции и пространственные структуры города и почему его многие современные проблемы оказываются наследием прошлых проектных решений. Для прикладных специалистов в городском развитии история становится инструментом понять долгую траекторию городских трансформаций, а не только текущую ситуацию. В статье Рафаэля Фишлера по схожей теме преподавания истории планировщикам акцент переносится на метод. Автор показывает, что историческое мышление помогает планировщикам критически анализировать собственную дисциплину. Городское планирование не бывает нейтральным: за любым проектом стоят определенные политические интересы, экономические модели и культурные представления о городе. Ретроспективный фокус улавливает происхождение этих идей и тем самым объясняет, почему те или иные планировочные концепции становились доминирующими. История помогает не только глубже понять само городское развитие, но и расширяет поле профессиональной саморефлексии тех, кто проектирует городские территории. Статья Сары Джо Петерсон также предлагает планировщикам придерживаться принципа «мыслить как историк», который означает способ повысить осведомленность проектировщиков о своих же нарративах, созданных в проектировании на основе прошлого. Фактически Петерсон рассматривает историческое знание как базовую компетенцию планировщика, который всегда неизбежно работает с историческим наследием, даже если сам этого не осознает. Первоклассное планирование — это то, которое учитывает исторические слои города при разработке проектов. Текст Карла Эбботта Городская история для планировщиков определяет историческую урбанистику в качестве оптики, связывающей локальные процессы — развитие отдельных кварталов, инфраструктур или институтов — с более широкими экономическими и социальными трансформациями. Эбботт пишет о способности городской истории определить особенности и уникальный характер хинтерланда, а затем вписать их в городское проектирование. Джун Мэннинг Томас придерживается схожего подхода. По ее мнению, историческая урбанистика позволяет подсветить в городском планировании сообщества, социальные или этнические группы, которые обычно исключаются из городских проектов. Таким образом, историческая урбанистика может быть важным ресурсом для расширения компетенций городских планировщиков и специалистов, занимающихся проектированием и реализацией территориального развития. Усваивать подобные компетенции будем вместе на курсе Urban History в Школе урбанистики и городских исследований «Города». На курсе запланировано две подходящие лекции — о дискурсе истории в современных городских проектах и о том, как историческая урбанистика помогает в прикладной сфере. Также по запросу учащихся разберем конкретные прикладные задачи. Занятия стартуют совсем скоро — 10 марта. Записывайтесь! Подробности о курсе: http://gorodaschool.ru/urban-history-course

Зачем социальным ученым изучать Urban History? У нас есть стойкое ощущение, что часть гуманитариев и социальных исследователей до сих пор воспринимает Urban History как что-то факультативное: симпатичную историю городов, полезную прежде всего тем, кто и так занимается пространством. Однако, с нашей точки зрения, историческая урбанистика важна не потому, что города, если говорить языком Освальда Шпенглера, являются основным пристанищем всемирной истории, а скорее потому, что именно через историю городов сегодня лучше всего видны ключевые процессы современной действительности: миграции, неравенство, инфраструктуры, экологические кризисы, политические конфликты, режимы управления и повседневные практики. Международные журналы Urban History и Journal of Urban History давно говорят об этом. Первый важный пример — это совсем недавняя статья Самюэля Гринселла Городская история как неотложная работа, аргумент в пользу дисциплинарной разнородности. Уже по названию видно, что речь не о скромной специализации, а о дисциплинарной открытости. Гринселл прямо пишет, что городская история должна активнее работать с экологическими и инфраструктурными проблемами, проблемами, а также включаться в современные общественные дебаты, поскольку без исторического анализа невозможно понять, как именно города оказались в центре социальных кризисов XXI века. Иными словами, Urban History здесь подается не как архивная роскошь, а как срочная исследовательская работа. Второй пример — номер журнала Urban History, непосредственно посвященный теме развития исторической урбанистики за пределами академии. Вступительный текст к номеру Саймона Юэна и Тоша Уорвика напоминает, что городские историки во всем мире давно взаимодействуют не только с университетами, но и с муниципалитетами, музеями, архивами, библиотеками, общественными организациями и локальными сообществами. Городская история, таким образом, выступает как одна из немногих гуманитарных областей, где академическое знание естественным образом выходит за границы научных институций и становится ресурсом для публичного обсуждения городской жизни. Третий пример — известная классическая статья Карла Эбботта Думать о городах: центральная традиция городской истории США. Эбботт показывает, что историческая урбанистика ценна именно своей способностью связывать локальные кейсы и большие исторические процессы. Через город можно увидеть развитие капитализма, региональных систем, миграционных потоков, политических институтов и культурных различий. То есть город здесь не частный сюжет, а метод сборки истории в целом. Эбботт как бы намекает, что если вы занимаетесь трудом, классом, бюрократией, этничностью или повседневностью, то Urban History все равно неизбежно станет частью вашей исследовательской оптики. Так что Urban History — это дисциплина, которая позволяет гуманитариям и социальным ученым не застревать в собственных методологических норах. Она заставляет размышлять о пространстве, темпоральности, институтах, власти, материальности, инфраструктурах и администрациях. В этом смысле историческая урбанистика не просто еще одно направление, а одна из лучших тренировок междисциплинарного мышления. Этот пост городские историки публикуют для того, чтобы напомнить, что уже совсем скоро 10 марта начинается курс Urban History в Школе урбанистики и городских исследований «Города». Если вы историк, социолог, антрополог, культуролог, географ или политолог и вам давно казалось, что города в ваших исследованиях почему-то все время возникают на заднем плане, — возможно, это хороший повод наконец вынести их на передний. Регистрируйтесь на курс: http://gorodaschool.ru/urban-history-course

Советское общество урбанистов В истории российской урбанистики фактически нет профессиональных объединений. В своих актуальных книгах Наталья Жеблиенок (тг-канал URBAN PLANNING TIMES) указывает, что в XX веке существовало всего три подобных проекта: Объединение архитекторов-урбанистов (1928–1932), Советское общество урбанистов (1987–1992) и Национальное градостроительное общество, созданное уже в постсоветское время. Без сомнения, для современной российской урбанистики наиболее злободневен малоизвестный случай Советского общества урбанистов (СОУ), которое, к сожалению, не получило дальнейшей реализации, но явно имело потенциал изменить в России прикладное и фундаментальное знание о городе. К 1980-м гг. в СССР усилилось представление о том, что городское развитие требует объединения разных дисциплин — архитектуры, географии, экономики, транспортного планирования, социологии, культурологии и др. Такие личности, как Вячеслав Глазычев и Александр Высоковский, были своеобразными вестниками этих изменений. Жеблиенок описывает этот сдвиг через переход к пониманию градостроительства и урбанистики как междисциплинарной области знаний. На этой волне и возникает идея профессионального и междисциплинарного общества урбанистов, которое организуется в 1987 г. Ключевой фигурой создания СОУ был архитектор и градостроитель Юрий Бочаров. Он стал первым председателем общества и одним из главных инициаторов обсуждения урбанистики как самостоятельной профессиональной области. Опираясь на личный архив Бочарова, Жеблиенок кратко реконструирует этот феномен. В монографии Жеблиенок приводится наглядная цитата Бочарова. Приведем ее полностью: «…Важным шагом к новому решению проблем развития наших городов может послужить и межведомственная ассоциация или Союз урбанистов СССР. Полагая эту Ассоциацию реальной базой для восстановления в СССР урбанизма путем консолидации творческих усилий ныне разрозненных и разноведомственных специалистов, поднимается вопрос о выделении самостоятельной области деятельности урбаниста как специалиста по исследованию, проектированию и управлению развитием среды населенных мест, и создание специальной профессии в системе высшего образования СССР». Главное событие общества — Международное совещание урбанистов, состоявшееся в Москве и Переславле-Залесском в 1989 г. СОУ пыталось встроить советскую урбанистику в международные профессиональные сети, в частности было принято в ISOCARP — Международное общество городских и региональных планировщиков. Жеблиенок отмечает, что общество обсуждало многие планы по трансформации городского знания — создание научной базы урбанистики, развитие образовательных программ, формирование профессиональной среды. К сожалению, судьба общества оказалась короткой. Большие инициативы так и остались нереализованными. В 1992 г. СОУ прекратило существование. Прошло более 30 лет, а ситуация неопределенности все еще вроде бы изменилась. Недавние попытки организации Профсоюза урбанистов также не увенчалась успехом. Кейс СОУ показывает неустойчивость урбанистики как специализированного, институционального и общественного знания в России. Подобные и другие кейсы по истории российской урбанистики и городского развития России мы будем обсуждать на курсе Urban History, который пройдет на базе Школы городских исследований и урбанистики «Города». Записаться на курс Urban History можно по ссылке: http://gorodaschool.ru/urban-history-course Ждем вас! P.S. Международное совещание урбанистов в Переславле-Залесском в 1989 г. Фото из книг Натальи Жеблиенок.

👀 Продолжаем делиться с вами отзывами — в этот раз о курсе Urban History Игоря Стася: «"Мыслить историю и мыслить сквозь неё". Для меня как для искусствоведа, на какое-то время выпавшего из академии, было очень важно вернуться к глубоким контекстам, именам, обширным спискам литературы, дискуссиям. Почувствовать снова желание и научный азарт погрузиться в Город, на который я привыкла смотреть скорее глазами современного горожанина, или даже можно сказать, какого-то «пользователя» городской культуры, чем её исследователя. Курс позволил «примерить» на себя новую терминологию и теоретическую базу и сузить область поисков себя в сфере урбанистики. Обозначенное в последней лекции положение исторической урбанистики в современных реалиях подтвердило мои обывательские ощущения… мы говорим, что любим Город, но часто забываем вместе с ним, современным, полюбить и его историю, через призму которой привычная среда открывается с новых, сложных и глубоких сторон. Я благодарна этому курсу и Игорю Стасю за обширность собранного материала (много затронуто тем, книг, примеров), что позволяет продолжить дальше изучать заинтересовавшее, за структурный подход и в целом очень продуманную программу, ведущую от терминологического базиса через различные этапы исторической урбанистики и подходы в ней к современным примерам, что позволяет по сути тут же применять полученные знания в каких-то экспертных обсуждениях, дискуссиях об актуальных кейсах». Большой и подробный рассказ Вероники вдохновляет на учёбу! А записаться на курс Игоря вы можете здесь: https://gorodaschool.ru/urban-history-course

📰 Что такое "соцгород"? И с какой стороны его следует изучать? Прочитала статью Игоря Стася из последнего номера "Социологического обозрения" о том, как изучают соцгорода в России. Что происходит сейчас? Оживленный интерес к авангардной архитектуре 1920-х: активисты проводят экскурсии по соцгородкам, издательства выпускают красивые книги, в конструктивистских зданиях открываются креативные пространства и т.д. Автор поднимает очень важный вопрос: что мы на самом деле знаем о соцгородах? И как менялся подход к изучению на протяжении десятилетий? 🔹В 1970-х годах соцгород рассматривался как утопия и мечта о новом обществе ; 🔹в 2000-х - как инструмент управления; 🔹В 2010-х - исследователи обратились к повседневности и стали изучать соцгород как жизненное пространство, где видна реальная жизнь людей (это кстати общая черта и с другими историческими, культурфилософскими исследованиями на другие темы). Игорь Стась предлагает рассматривать соцгород не как отдельный архитектурный стиль или, наоборот, только идею, а как категорию - место, в котором пересекаются архитектура, политика, социальная жизнь и память. И это та самая точка, в которой возможно объединение и примирение общественного и научного дискурсов (кстати, это и была цель написания статьи). Рекомендую к прочтению особенно тем, кто хочет углубиться в тему соцгорода, поскольку в тексте приведен очень хороший историографический обзор (если есть ошибки в тексте, простите, глаза закрываются и хотят баиньки)