Устойчивый Коллапс

https://www.bigpowernews.ru/news/document127380.phtml Энергетическая стратегия 2025 года уже активно пересматривается. Это – вынужденный шаг. Она была лучше предыдущей Энергостратегии, просто потому, что хуже, чем мракобесный , антинаучный вариант 2020 года, быть ничего не может. Но родимые пятна бухгалтерского подхода к энергии и ее сделали устаревшей уже через год после ее принятия. Мы пытались получить вариант Энергостратегии еще когда она была в режиме обсуждения. Но ничего не получили. Проект Энергостратегии – секретный документ, который доступен только широкому кругу отдельных специалистов. Не может быть и речи о том, чтобы представить его широкой общественности! Там такие важные вопросы обсуждаются. Враг, получив доступ к проекту Энергостратегии, сможет сделать нам какие-нибудь гадости! Я не сомневаюсь, что уж враги наши точно имели доступ ко всем вариантам Энергостратегии, были в курсе всех деталей затянувшейся дискуссии и даже принимали во всем этом активное участие). Но их усилия пропали даром. Потому что нам фактически нужно создавать Энергостратегию заново! Ведь, все эти разработки «отраслевых схем развития нефтяной и газовой промышленности», «создание «инвестиционных механизмов в электроэнергетике», «изменение тарифного регулирования теплоснабжения, развитие технологий и создание правовой базы для новых видов энергетического оборудования» - это и есть самые настоящие стратегические вопросы, которые нужно решить до принятия Энергостратегии. Сюда же относится, например, и поручение Министерству энергетики, Минвостокразвитию и региональным властям до 27 декабря 2027 и 2028 годов «представить в правительство доклады с оценкой текущего потребления энергоресурсов в Арктике и на Дальнем Востоке и прогнозом его динамики». А как же в 2025 году принимали Стратегию? Без этой оценки и этих прогнозов? Или, что еще хуже, с оценками и прогнозами, которые меньше, чем через год, нужно делать заново? В общем, желаю Минэнерго не наступить опять на грабли. За время руководства российской энергетикой финансисты этих граблей раскидали очень много. Настоящие «граблевые поля» вокруг. Важнейшим является вопрос об «инвестиционных механизмах в электроэнергетике». Нынешняя структура зашла в тупик. Строить новую генерацию она отказывается. Это – не только наша проблема. Недавно Трамп собирал в Белом доме крупнейших нефтепереработчиков. Призывал создавать новые НПЗ. Но те не хотят. Неопределенность очень большая. Вкладывать родные несколько миллиардов долларов, чтобы начать отбивать их лет через 5 и с расчетом на возврат инвестиций лет через 30 в этом тумане с ценами, ставками, конфликтами, исчерпанием старых месторождений очень рискованно. Нефтепереработчиков нынешнее положение, когда регулярно будет возникать дефицит дизеля (потом керосина и т.д.) и их прибыльность будет взлетать до небес, вполне устраивает. Крупно рисковать для того, чтобы такого дефицита не было, кажется абсурдным. И они со своей точки зрения правы. Но с точки зрения Америки как страны, претендующей на доминирование в мире, в том числе доминирование энергетическое, они не правы. И теперь Трамп тоже думает над новыми «инвестиционными механизмами». И, наконец, о главном. И во вступительном слове Мишустина, и в пресс-релизе правительства отмечено, что «поддержание надежности» энергосистемы – одно из главных направлений работы. Это не может нас не радовать, поскольку и в нашей программе это положение в этом году появилось («России предстоит большая работа над повышением надёжности всех систем.») И оно не могло не появиться в программе экологической партии. Это закон природы: увеличивается давление на систему – она должна больше ресурсов уделить надежности. Ненадежные в сражающемся мире погибнут первыми. Только знает ли Мишустин, что «повышение надежности = уменьшение эффективности» (прибыльности)? Думаю, что прекрасно понимает. И вот что с этим делать?

https://1prime.ru/20261012/tsivilev-874152610.html «Энергетика должна идти на шаг впереди экономики и открывать новые возможности для ее развития»,-заявил министр энергетики РФ Сергей Цивилев. Если Цивилев продолжает публично высказывать эту позицию, значит борьба внутри Минэнерго не закончена. Значит, люди, которые завели нашу страну в состояние «энергодефицита», из которого пока не видно надежного выхода, еще свои позиции не сдали. Цивилев ровно год назад охарактеризовал существующее положение следующим образом: «Пока мы придерживаемся модели отстающего удовлетворения спроса на электроэнергию и мощность с задержкой в среднем в два-три года. Показательно, что текущие дефициты в разных частях страны достигли суммарно величины в 25 ГВт. Поэтому без перехода к проактивной модели развития энергетики экономика нашей страны начнет стагнировать, своевременно не получив необходимых энергетических мощностей». Эта модель «отстающего удовлетворения спроса», то есть постоянного дефицита, время от времени, перерастающего в настоящий кризис, разумеется сторонниками этой модели в этих словах не выражается. Она зашифрована в «умных» фразах, наподобие следующего отрывка из Генсхемы 2024 года (в предыдущей Генсхеме аналогичный пассаж тоже присутствует): «Целями Генеральной схемы являются: … -предотвращение прогнозируемых дефицитов электрической энергии и мощности наиболее эффективными способами с учетом прогнозируемых режимов работы электроэнергетических систем и необходимости обеспечения нормативного уровня балансовой надежности с обоснованием размещения объектов электроэнергетики по критерию минимизации совокупных дисконтированных затрат на производство, передачу и распределение электрической энергии (мощности) в долгосрочном периоде». Эти люди не знают какая будет ставка через год, и каковы будут цены на энергоносители через 3 месяца. Вы можете задать законный вопрос: «Как же они что-то дисконтируют, да еще «в долгосрочном периоде?» Да совершенно нормально дисконтируют. Как обычно они это делают. Путем введения в свои таблицы цифр, определяемых «экспертным путем». То есть, взятых с потолка. Да еще и устраняя любые Астрологи тоже делали умный вид и утверждали, что они свои гороскопы именно «рассчитывают». Но мы же не верим астрологам? Или верим? Как бы спросить наших астрологов от энергетики, каковы их успехи в «предотвращении прогнозируемых дефицитов» на основании критерия «минимизации совокупных дисконтированных затрат»?

https://www.bigpowernews.ru/interview/speech/document127134.phtml В одном из предыдущих постов цитировал Панину, которая сказала, что нет желающих строить новые мощности, потому что в нынешних условиях вся прибыль достанется банкам-кредиторам. А энергокомпании достанутся только риски. На этот раз она описывает ту же ситуацию с другой стороны. Но суть та же самая. Система заблокирована. Система дошла до своего логического конца. И дальше работать отказывается. Стране нужно развиваться, чтобы выжить. Стране нужно быть, как никогда, крепкой, чтобы выжить. Системе на это наплевать. Не будем пока задаваться вопросом «почему мы сразу не поняли, что наша реформа электроэнергетики закончится именно этим?» Что делать? Все «реформы», которые сейчас предлагаются, по сути своей – паллиативы. Что-то подправить, чтобы ничего существенного не изменить. Еще сорвать яблочек. Кто-то с верхних веток, кто-то с нижних собирается еще яблок набрать, как Панина, пока яблоня совсем не захирела. Половинчатыми реформами жизненно важную проблему не решить. А чтобы осуществить долгосрочные изменения нужно, прежде всего, достичь общественного консенсуса по главному вопросу «Каково предназначение энергосистемы? Какова ее основная функция?" Вариантов ответа может быть несколько. 1. Главная ее задача – обеспечить население и бизнес надежной, обильной и доступной электроэнергией. 2. Производство и дистрибуция электроэнергии – такой же бизнес, как и любой другой. Значит, главная задача системы – построение успешных энергокомпаний. «Повышение конкурентоспособности российских энергокомпаний», иначе говоря. Значит, главное – это прибыль этих компаний. Чтобы и инвестировать они могли, и чтобы курс акций был высокий (т.е. чтобы акционеры получали щедрые дивиденды). 3. В нынешнем мире возможен и другой вариант: задача энергосистемы - создание инфраструктуры, которая выкачивает максимальное количество денег в финансовую систему. Главное – это прибыль финансистов. В зависимости от ответа и нужно проводить реформы. По моему убеждению, времена, когда можно было делать вид, что энергетика – такой же бизнес, как производство кроссовок, навсегда остались в прошлом. Люди и производственный сектор не выдержат таких цен, чтобы и акционеры энергокомпаний хорошо зарабатывали, и потребители электроэнергии хорошо зарабатывали, и люди могли не замечать, сколько они платят по счетам за электричество. Теперь и навсегда – «или-или». Любым попыткам поднять цены на электричество противостоит у нас негласный фронт населения и бизнеса. И система на глазах теряет свой «рыночный» характер. В терминологии Паниной «становится все более регулируемой». Панина – представитель производителей электроэнергии и ностальгирует по временам, когда цена на электричество устанавливалась «экономически обоснованным способом». («пресловутым экономически обоснованным способом», добавил бы я). Но понятно, что выбрав из сотен «экономически обоснованных способов» тот, который дает нужный результат, производители энергии установили бы такую цену, что у нас электроэнергетика прекратила бы изнашиваться. Но начала бы изнашиваться вся остальная страна. «Или-или». (А самая большая катастрофа случится, если в этом варианте в конце концов финансисты отберут всю эту дополнительную манну небесную у энергетиков.) Нужно избежать этих вариантов. И так предлагаемые в электроэнергетике реформы можно назвать «полу-национализацией». Ну, «четверть-национализацией». То есть, сохранением источников генерации в руках частных владельцев, но с перекладыванием части полномочий и части расходов на государство. Это может кое-что оттянуть. Но кардинально что-то поменять не может. Стоит ли и дальше оставаться в рамках системы, где или электроэнергетика ветшает, или вся остальная экономика вместе с людьми?

https://tass.ru/ekonomika/28221667 Такое бывает. Широко известен случай торговли между Германией и Великобританией во время Первой мировой войны. К ней британцы подошли без своей оптики, потому что практически все их заводы закрылись. Цейссовская оптика была и лучше , и дешевле. А в германских колониях не росли каучуконосы. А без каучука уже вести войну было невозможно. Немецкие химики было великолепны, но искусственный каучук делать еще не научились. В результате какое-то время две воюющие между собою страны продолжали взаимовыгодный обмен:британцы поставляли в Германию каучук, а немцы поставляли оптику для британской армии. Все бывает в этой жизни. И, возможно, мы имеем как раз такой случай. И об обстоятельствах, которые нас вынудили поставлять газ в Евросоюз, мы узнаем не скоро. Но смущает недавнее предложение Путина к нашим газовым компаниям подумать о прекращении поставок газа в Евросоюз на инициативной основе. Из этого можно сделать и тот вывод, что никаких особых договоренностей по газу с Европой нет. И тогда продолжение поставок и поддержание таким образом европейской экономики, «которая активно перевооружается», «которая готовится к войне с Россией» и «которая является крупнейшим спонсором Киева», выглядит абсурдным. Торговый профицит у нас и так большой. Тем более, что в Евросоюзе мы ,вроде бы, ничего ценного для нас купить не можем. Они никогда особо ценное нам не продавали. Даже до 2014 года существовали многочисленные негласные запреты на передачу России действительно ценного. А после 2014, и, тем более, после 2022 года, мы там не можем на вырученные деньги приобрести ничего ценного хоть сколько-нибудь. Неужели наши частные владельцы газовых компаний предпочли 30 серебряников от Брюсселя реальной возможности помочь своей стране? Неужели они, воспитанные на примере гражданина Минина, отдавшего свое имущество на святое дело освобождения Родины от европейской оккупации, не сделали того же? Разумеется, мы должны принимать во внимание их образование. А экономические догмы, которые вбивались им в мозги и экономические модели, навязанные нашей стране, страдают хронической «энергетической слепотой». Они исходят из того, что самое лучшее из того, что мы можем сделать с углеводородами – продать их. Это - цель существования нашей страны. Не использовать внутри страны, а продать. Эти модели не видят того, что цена за углеводороды постыдно низка. И энергия, заключенная в них и которую так легко и удобно использовать вследствие необычайных физических свойств этих углеводородов, создает гораздо больше ВВП при ее использовании внутри экономики, чем при ее продаже вовне. И поэтому богаты и успешны те страны,которые потребляют много энергии для себя, а не те страны, которые продают много энергоносителей. Эти антинаучные теории, наверное, вытеснили из их мозгов всякое воспоминание о гражданине Минине. Просто некогда о нем вспоминать в этой бесконечной гонке за прибылью. Ни на секунду такой мысли не допускаю! Если бы это было так, то лечилось бы это очень легко: экспроприацией собственности и приковыванием месяца на три-четыре прямо к памятнику гражданину Минину и князю Пожарскому на Красной площади. Поскольку пока там никто не прикован, в качестве рабочей гипотезы можно предположить, что дело не в «самонадеянности, зависти и жадности», о которых говорил Президент на Валдайском форуме, а в чем-то другом. Возможно, что и в каких-то закулисных договоренностях между Россией и Западом.

https://tsargrad.tv/novost/ao-jen-generacija-predlozhilo-ispolzovat-kitajskie-reshenija-na-tjes_1907564 Я еще два года назад предположил, что этим все закончится. А два года назад угольщики пробили отказ от строительства Красноярской АЭС и замену ее в Генсхеме угольной станцией.Аргументация угольщиков была следующая: "Размещение в Красноярском крае АЭС большой мощности приведёт к нелепой с точки зрения экономической географии ситуации, когда спрос на электроэнергию в Сибири покрывается нетребовательной к близости ресурсной базы атомной генерацией, а сибирский уголь, продукт крайне низкого передела,преодолевает тысячи километров, излишне загружая железнодорожную сеть и электростанции в других регионах России для нужд транспортировки. Чтобы прочно закрепить за собой статус энергетической сверхдержавы, России необходимо осваивать комплекс технологий чистого и экономически эффективного сжигания угля, включая проекты энергоблоков предельной единичной мощности на ультрасверхкритических параметрах пара». Станции на ультрасверхкритических параметрах пара строят давно все,кому действительно это нужно. А уж китайцы – пачками их строят. Каким образом «Россия закрепит за собой статус энергетической сверхдержавы», построив одну такую станцию? И почему ни одну такую станцию угольщики так и не построили? Хотя даже о начале разработке собственного проекта у нас объявлялось. Какова судьба этого проекта, кстати? Понятно, почему. Гораздо более выгодно и гораздо менее хлопотно было стричь купоны, бегать в правительство за помощью, когда мировые цены на уголь снижались, и уж точно не вкладываться в разработку любых новых технологий. Теперь будем «прочно закреплять за собой статус». Только не «энергетической сверхдержавы», а «энергетического придатка Китая», покупая его энергетические технологии и поставляя ему сырье. Вместо собственной современной атомной станции будем строить современную угольную китайскую. И естественно, нужен еще и «экспериментальный правовой режим, поскольку на адаптацию китайских проектов к российским стандартам потребуется значительное время на перепроектирование». Проще говоря, угольщикам нужны льготы. Которые щедро оплатят несколько десятилетий их бездействия. «Нелепая с точки зрения экономической географии» ситуация превращается в гораздо более нелепую с точки зрения нашей энергетической независимости. Только что принята новая программа развития угольной отрасли, которая предусматривает рост добычи за счет освоения новых месторождений в крайне труднодоступных районах, типа Чукотки и Таймыра. И весь этот прирост пойдет на экспорт. Из чего легко можно сделать вывод о том, что нагадят наши угольщики там ужасно. Конкуренция на мировом рынке для этих людей – вполне достаточное обоснование для этого. Понятно, что еще и будут постоянно лоббировать снижение курса рубля. Понятно, что будут бегать в правительство при колебаниях угольных цен уже не за десятками миллиардов помощи, а за сотнями. Но главное: и в предыдущей такой программе 2020 года ставилась задача начать, блин, наконец, заниматься углехимией. И роботизацией. И 3-D моделированием.И еще многим чем. Ни хрена не сделали. Стригли купоны. Новая программа – все о том же. О углехимии, роботизации, высокой добавленной стоимости и т.д. Конечно, среди первоочередных мер и в новой программе – «обеспечение разработки и внедрение отечественных инновационных, прогрессивных и энергоэффективных технологий». И что мы видим? То,что я предполагал два года назад. Могут ли разрабатывать и внедрять отечественные технологии люди,которые упорно несколько десятилетий, в отличие от китайцев, не желали всем этим заниматься? Сомневаюсь. Если эти ярые сторонники энергетической сверхдержавности России начинают с предложения просто купить китайские решения, то очень сильно сомневаюсь.

Фредерик Содди не был единственным ученым, который активно занимался еще и проблемами экономики. Лазар Карно вызвал своего сына в Германию, где жил в эмиграции после поражения Наполеона и наказал ему заняться двумя проблемами: построить теорию тепловых машин и превратить, наконец, экономику в «экспериментальную науку». С экономикой у Сади Карно получилось не очень. Сохранилось всего несколько страниц из его экономических работ. И там нет ничего особенного. Все в духе экономистов того времени. Зато вторую часть наказа отца он выполнил и стал родоначальником термодинамики. Знали бы отец и сын Карно, что именно это имеет гораздо более важное значение для решения экономических проблем! Был в середине 19-го века краткий «роман» между политэкономией и термодинамикой. Экономисты чувствовали, что эти два направления человеческой мыли – об одном и том же. О том, как увеличить производство «полезной работы». Но потом пути эти пути разошлись. Содди считал,что живи Маркс чуть попозже, с его острым умом и его материалистическим подходом к социальным проблемам, он создал бы совсем другое экономическое учение. Как бы то ни было, после Маркса с Энгельсом никто из профессиональных экономистов на термодинамику внимания не обращал. Игнорировали экономисты термодинамику. А, ведь, как совершенно правильно написал Содди: «Законы термодинамики, которые выражают отношение между материей и энергией, управляют восхождением и падением политических систем, свободой или рабством (bondage) в обществах,движениями коммерции и промышленности, появлением богатства и бедности, общим физическим благосостоянием народа». Экономисты уверены, что всем этим управляют законы экономики и законы политические. И они категорически не правы. В общем, Фредерик Содди, лауреат Нобелевской премии по химии(за открытие изотопов и работы по радиоактивному распаду) при знакомстве с современной ему политической экономией не смог терпеть это безобразие и написал несколько экономических трактатов. Особенно от него досталось денежной системе.Что тоже не удивительно. Для политической экономии деньги – это фетиш. Все с них начинается и все ими заканчивается. Для любого материалиста это выглядит очень неубедительно. Как уже в конце 20-говека сказал по этому поводу Вацлав Смил: «деньги – всего лишь очень несовершенный инструмент измерения потока энергии через общество». Что мы сейчас и наблюдаем. Благодаря двум машинам времени - войне на Украине и войне на Ближнем Востоке –мы перенеслись в недалекое будущее и видим, что денег в мире может быть сколько угодно. Но если не хватает дизеля, то возникают проблемы, которые никакими деньгами не решишь. Как отмечают исследователи экономического наследия Содди,его предложения сводились к пяти пунктам. И все они экономистам того времени казались блажью знаменитого ученого, который полез не в свое дело. Или даже откровенной ересью. Содди предлагал отказаться от золотого стандарта, установить свободный курс валют, использовать бюджетные дефициты и профициты для смягчения циклических колебаний в экономике и создать статистические агентства, которые отслеживали бы разные индикаторы, в том числе – потребительские цены. Все это сейчас кажется само собой разумеющимся. Правда пятое предложение Содди – забрать у коммерческих банков право свободно генерировать деньги «из ничего», пока не принято. Но,сдается мне, свои цифровые валюты центральные банки создают именно для этого. А иначе – для чего?

https://www.rbc.ru/politics/11/10/2026/6acbcf08176a6e209b546c38 Удивительный способ подачи Рафаэля Глюксмана российской публике нашел РБК - «Внук советского разведчика». А папа его - Андре Глюксман работал на ЦРУ. Была у американцев в 70-е годы прошлого века программа противостояния влиянию коммунистических партий в Западной Европе, то бишь влиянию Москвы, с помощью вербовки и продвижения молодых левых «новых» журналистов, писателей,философов. И Андре Глюксман в эту программу попал и старательно отрабатывал цру-шные денежки. "Прославился" его папа еще и тем, что в 70-е годы активно выступал в защиту педофилов. Да и про самого Рафаэля Глюксмана такие слухи про связи с ЦРУ ходят. И их трудно опровергнуть. Потому, что он - патологический русофоб. Даже не путинофоб. Русофоб. Пробу негде ставить. Ставленник самых отъявленных глобалистов. И это лежит на поверхности, поскольку своей русофобии Глюксманн совершенно не скрывает.

(document without text)

Тут президент Финляндии Стубб дал интервью New-York Times. И сказал, в том числе, следующее: «Я не знаю, когда мир стабилизируется. Дайте ему еще около пяти лет. К 2030 году у нас, вероятно, появится какой-то новый порядок. Но сейчас мы как бы находимся между [двумя состояниями], и именно это делает ситуацию довольно сложной». Это перекликается со словами Путина на Валдайском форуме: «Рано или поздно международная ситуация и система придут в состояние какого-то устойчивого баланса». Понятно, что эта тема волнует мировых лидеров не меньше, чем простых людей всего мира. Их уверенность в том, что этот День стабилизации придет, обнадеживает. Но стабилизация стабилизации рознь. При превышении неких параметров стабильной системы определенных значений достигается предел ее устойчивости, называемый еще точкой бифуркации. В этой точке система ведет себя хаотически. А после этого возможны несколько стабильных состояний системы. Допустим два, как на первом рисунке. Проблема в том, что у Путина и у Стубба диаметрально противоположные представления о том, каково должно быть следующее стабильное состояние. А еще же есть Трамп, Си, Макрон и так далее. И каждый хочет привести систему из хаоса нынешней точки бифуркации в нужное ему стабильное состояние. (рис.2) Более того, каждый пытается обеспечить стабильное состояние своей системы и одновременно создать максимальные флуктуации у соседей. В этих условиях вполне возможен вариант перехода бесконечной череды хаотических точек бифуркации в один сплошной Хаос. (рис.3) Путин это прекрасно описал этот процесс попыток перевода линии развития мировой системы в нужное отдельным игрокам направление: «Идущие кардинальные сдвиги и открывающиеся здесь возможности стимулируют, подпитывают амбиции, готовность рисковать ради кажущегося крупным выигрыша. Хотелось бы в этой оценке ошибиться, но устойчивые тенденции сегодняшнего дня, к сожалению, именно таковы». Создать новое стабильное состояние мировой системы в виде, выгодным для тебя – это действительно «БОЛЬШОЙ ВЫИГРЫШ». А, вот, если удачливее окажется соперник, то это будет на просто «большой проигрыш». Это будет, сами понимаете что… Путин, правда, продолжает надеяться на лучшее: "Значит ли это, что сейчас мы пока обречены на хаос? Нет. Выносить такой вердикт, безусловно, преждевременно». Что же будет на самом деле? Мы этого не знаем. «В сильно неравновесной области не существует универсального закона, из которого можно было бы вывести заключение относительно поведения всех без исключения систем. Каждая сильно неравновесная система требует особого рассмотрения» - написал Илья Пригожин в книге «Порядок из хаоса». А мы особо мировую неравновесную термодинамическую систему и не рассматривали. Всей мощи наших мозгов с добавкой вычислительных мощностей наших компьютеров не хватит, чтобы ее просчитать. А экономические, социальные, идеологические концепции, которыми мы удовольствовались – слишком примитивны. В целом Путин прекрасно изложил мировые проблемы с точки зрения экологии, как науки о связи всего со всем. Тут и рассмотрение мировой экономической системы, прежде всего, как системы термодинамической. И про то, что «закон о борьбе за выживание действует не только в живой природе, но и в социальных сообществах», он сказать не забыл. Упомянул Путин и такую важную часть экологии, как влияние инстинктов, зашитых в наш мозг миллионами лет эволюции: «Самонадеянность, зависть, жадность всегда имели место в мировой политике». И это он еще не все перечислил. У высших приматов еще кое-что из мозгов не выковыришь. Постеснялся, наверное, полный список дать. Я не уверен, что если мы пошлем Путину приглашение вступить в Российскую экологическую партию «Зеленые», он ответит согласием. Но то, что он рассматривает проблемы мира и России на самом высоком из возможных, на экологическом уровне, внушает оптимизм.

Некоторые внимательные наблюдатели, например, Никита Кричевский,обратили внимание на то, что проект бюджета свидетельствует о росте влияния государства в экономике. Кричевский сформулировал это так: «Как бы «монетаристы» (на самом деле конъюнктурщики) ни старались,роль государства в экономике стремительно увеличивается. Если лет пять назад доля бюджета к ВВП составляла 20%, то сейчас (по расходам) – почти 25% и однозначно будет расти дальше». Не знаю, на чем Кричевский строит свой прогноз о продолжении роста значения государственного сектора. А было бы интересно посмотреть. У нас в Программе 2024 года аргументы следующие: «Кризисные явления в мировой экономике подталкивают к необходимости мобилизации значительных объёмов ресурсов для решения стратегических задач.Это неизбежно приводит к необходимости роста роли государства в экономической жизни страны. Только государство сможет обеспечить разработку и реализацию долгосрочных стратегий в течение 25, 50, 100 лет. Только государство может обеспечить достаточную манёвренность в части главного ресурса, в котором Россия ощущает и будет ощущать в обозримом будущем серьёзный дефицит: это кадровый ресурс». Это усиление роли государства мы наблюдаем везде. Даже в либеральных западных странах. Не только в таких странах, как Франция, с ее этатистскими традициями и которая вполне логично при приближении энергетической бури заново полностью национализировала электроэнергетику (но не вернула пока еще акционерное общество Электрисите де Франс в состояние «социальной службы»). Но и в самых либеральных западных странах этот процесс идет. В конце концов, уже разветвленная санкционная система США – это форма национализации. Только в банковской сфере несколько десятков тысяч людей отслеживают соблюдение санкционного режима, который продолжает ветвиться. Формально это работники частного сектора. Но фактически это – государственные служащие.

(document without text)

(document without text)

(document without text)

Для многих будет сюрпризом, что есть в мире экономисты, которые считают потоки в мировой экономике не в долларах и рублях, а в натуральных величинах. Но на самом деле это более, чем оправдано. Потому, что именно это в реальном мире и происходит. Исследования мировой системы в натуральных величинах идут уже очень давно. Но не у нас. Отсутствие простого любопытства по этому вопросу настолько удивительно, что я не могу полностью исключить гипотезу о том, что они у нас просто запрещены. Как же выглядит Россия в этих исследованиях? Выглядит она энергетическим придатком мировой системы. Я приведу в следующих постах графики из трех работ последних лет. Это 1. «Energy use flows in the supply chains of the world economy .A full account of both primary and intermediate inputs» 2021 года, 2.«The shift of embodied energy flows among the Global South and Global North in the postglobalisation era» 2024 года и 3. появившаяся летом 2026 года «Assessing the asymmetric food-energy-water nexus in SCO trade: A multi-scale MRIO analysis of embodied flows». Сначала два графика из статьи 1. В первом из них показаны объемы энергии, которые страна затратила на производство экспортных товаров и услуг. Желтый отрезок – энергия затраченная на продукцию, которая будет перерабатываться дальше, зеленый – на готовую продукцию. Доля готовой продукции в нашем экспорте – 1,5%. На уровне Саудовской Аравии. На втором, еще более печальном графике показаны объемы энергии, затраченные страной – желтая линия. И объемы энергии во внутреннем потреблении, уже с учетом энергии embodied в экспорте и в импорте. Мы приучены испытывать оргазм при каждой новости об увеличения экспорта нашего сырья, об очередном росте торгового профицита, о разбухании ЗВР. Этот график ставит все на свои места. Мы корячимся, как рабы на галерах и плантациях, выполняем самую грязную работу, а взамен получаем высокотехнологичную продукцию, в которой очень мало энергии. Наши хозяева не любят марать ручки, они предпочитают выполнять непыльную работу. Излишне говорить, что мы должны еще при этом часть полученной валютной выручки оставлять нашим хозяевам в виде наших валютных резервов. То есть, мало того, что мы корячимся, так еще и часть плодов нашего труда бесплатно отдаем. Впрочем, это – довоенные данные. Они очень хорошо показывают колониальный характер наших взаимоотношений с окружающим миром. Прежде всего с ЕС. Посмотрим, что и как изменится после войны. В мире до войны было два крупных энергетических дисбаланса: Россия ЕС и США -Китай. График из работы 2. – анализ этих дисбалансов. Из этого графика, в частности, следует, что нам практически невозможно будет договориться с нынешними элитами в ЕС. Где они еще найдут столько рабов, которые могут затратить столько энергии для производства продукции, предназначенной для дальнейшей переработки в Евросоюзе? Нигде! Мы даже с американцами можем о чем-то договориться. С европейскими элитами, которым нужно во что бы то ни стало образумить взбунтовавшихся рабов, мы не договоримся. Если, не хотим вернуться в стойло. В июньской работе, посвященной натуральным взаимоотношениям между странами внутри ШОС и между странами ШОС и остальным миром (энергия, еда, вода), тоже масса полезной информации. Привожу два графика. Мы и внутри ШОС тоже выполняем работу энергетического раба. Трудно дается нам «великий поворот» - поворот потока энергии внутрь страны. Вроде бы, уже лет двадцать, как в разных стратегиях такая цель ставится, но в реальности получатся пшик. Вот какой смысл осваивать в отдаленных труднодоступных местах новые угольные месторождения для экспорта этого угля? А новая программа развития угольной отрасли - именно об этом. Какой смысл строить 4 плавучих атомных реактора, чтобы потом вывезти добытую на Баимском ГОКе медь в виде концентрата? Если смотреть на эти вопросы с точки зрения экологической экономики, то смысла нет никакого.

Привожу несколько цитат Путина из вчерашнего его выступления на «Валдае» в версии РБК. «Свою речь глава государства начал с призыва сохранить глобальный мир и безопасность в условиях, когда «многие прежние нормы права отброшены, а новые пока не появляются». Перемены, указал президент, происходят во всех областях, включая технологии, социальную структуру общества, военное дело, всеобщую цифровизацию и экономику». «Рано или поздно международная ситуация и система придут в состояние какого-то устойчивого баланса. Безусловно, это сложный, многофакторный, многослойный процесс, требующий взаимных компромиссов и движения навстречу друг другу», — сказал он. Однако какой бы сценарий ни реализовался в мире, продолжение международных конфликтов весьма вероятно, указал президент. «В частности и потому, что идущие кардинальные сдвиги и открывающиеся здесь возможности стимулируют, подпитывают амбиции, готовность рисковать ради кажущегося крупным выигрыша. Хотелось бы в этой оценке ошибиться, но устойчивые тенденции сегодняшнего дня, к сожалению, именно таковы». Президент прекрасно описывает фазовый переход, который переживает сейчас мировая неравновесная термодинамическая система. Он носит хаотический характер, как и полагается приличному фазовому переходу. И новый уровень равновесия обязательно будет достигнут. Правда, когда – неизвестно. И долго ли это состояние равновесия продлится – тоже вопрос? Особенно интересен вопрос о том, в каком состоянии будет система, когда новый уровень равновесия будет найден. Какими будут ее подсистемы: финансовая, социальная, идеологическая, энергетическая и далее по списку? Что-то давно нам привычное и даже кажущееся само собой разумеющимся исчезнет. Но что? Вопросы, вопросы…

https://www.bigpowernews.ru/markets/document126823.phtml В принципе ничего нового. Во Франции где-то в начале 20-х годов тамошние регуляторы рынка (которые точно так же являются лоббистами ВИЭ), тамошний Гринпис, тамошние «зеленые», которые совместными усилиями долго пытались убить французский атомный проект и, по крайней мере, довели его до состояния клинической смерти, вдруг заголосили: «Да, атомная энергетика – действительно безуглеродная и могла бы помочь нам в борьбе с глобальным потеплением. Но, ведь, мы уже просто не успеем построить нужное число АЭС, чтобы остановить потепление на приемлемом уровне. Ай-ай-ай, какая незадача! Как не повезло атомной энергетике!» У нас, похоже, регулятор рынка решает аналогичную задачу. Только своими методами. Во Франции прописали в энергетических программах закрытие значительной части атомной энергетики. В остальной Европе прописали фактически полное ее уничтожение. У нас, пользуясь научной безграмотностью политического класса и бизнес-сообщества, в энергетических программах прописали отсутствие необходимости наращивать генерацию даже в случае бодрого экономического роста. Получили вынужденный войною и санкциями рост, получили закономерный дефицит и теперь говорят: «Как же не повезло атомной энергетике! Мы бы всей душой! Но времени нет!». Теперь обществу придется тратить гораздо больше денег и ресурсов на строительство ВИЭ просто потому, что возобновляемая генерация быстрее создается. Научная безграмотность и наивность – это не бесплатно.

Доклад «Наше общее будущее» (1987 г.) был задуман, как теоретическая основа концепции «устойчивого развития». Только основа получилась очень неустойчивая. Возьмем один из главных, если не главный вопрос: каковы последствия постоянного роста добычи и потребления невозобновляемых природных ресурсов? Именно опасения по поводу истощения таких ресурсов всегда вызывали полемику между предсказателями обрушения мировой системы и корнукопианцами, которые утверждали, что рог изобилия – cornu copiae – никогда не иссякнет. Сказать, что ответ на этот вопрос в докладе невнятный – значит ничего не сказать. Полюбуйтесь: «12. Что касается невозобновляемых ресурсов (ископаемые топлива и минеральные руды), их использование уменьшает запасы, которые будут находиться в распоряжении будущих поколений. Но это не означает, что не следует использовать эти ресурсы. Вообще, темпы истощения должны учитывать дефицитность этих ресурсов, наличность технологий, способствующих ограничению их истощения, вероятность наличия заменителей. Следовательно, землю не следует деградировать дальше пределов разумной перспективы восстановления. В отношении руд и ископаемых топлив темпы истощения и упор на рециркуляцию и экономное использование ресурсов должны градуироваться с таким расчетом, чтобы данные ресурсы не были истощены до обеспечения приемлемых заменителей. В соответствии требованиями устойчивого развития темпы истощения необновляемых ресурсов должны предусматривать как можно меньше возможных вариантов в будущем». Как можно «градуировать» использование, если не понятно, когда в распоряжение человечества поступят «приемлемые заменители»? Что делать, если нет даже уверенности в том, что это когда-нибудь случится? И что такое вообще эти «приемлемые заменители»? (Отдельный вопрос – смысл последней фразы в этом пассаже. Как я сам не думал – ничего не понял. И умных людей спрашивал – они тоже ничего не сказали. Если у кого-то есть версии – пишите в комментариях.) Словом, на главный вопрос ответа не последовало. Но, тем не менее, политики утверждали, что доклад обосновал возможность «устойчивого развития». Конечно, никто и не думал ничего «градуировать», мир продолжает наращивать потребление всех возможных ресурсов. Как будто и не было доклада «Наше общее будущее». И уж, конечно, никто и не думает о потребностях будущих поколений, хотя само определение «устойчивого развития» обязывает нас о них заботиться. Мир пожирает ресурсы, как не в себя. Пресловутые «Цели устойчивого развития ООН» представляют из себя механическое соединение наборов целей, которые друг другу противоречат. Поэтому не стоит удивляться, что они не выполняются. Было бы странно, если бы выполнялись. Все разумные люди в мире это все прекрасно понимают. Вынуждены играть в эту политкорректную игру. Но у всех больших игроков есть свой собственный «тайный» план подготовки к ситуации дефицита тех или иных критически важных природных ресурсов. У США план самый незамысловатый: если есть опасность оказаться без достаточного количества таких ресурсов – захватывать их силовым способом. А ЕС и Китай, например, стремятся побыстрей «отучить» свои экономики от нефти и газа. Какой план у нас? Только что прошла новость о том, что ЦБ представил свою программу развития фондового рынка и там есть пункт «Расширение вклада финансового рынка в достижение целей устойчивого развития». Он абсурден. Развитие финансового рынка ведет только к росту потребления ресурсов и никаким образом не способствует «устойчивости». Рынок эту устойчивость подтачивает. Но в качестве политкорректной белиберды фантазии ЦБ подойдут. Но настоящий-то план у нас какой? Вот, в чем вопрос! Неужели нет такого?

https://iz.ru/2170498/2026-09-21/vaidel-nazvala-resursy-iz-rf-osnovoi-nemetckoi-ekonomiki «Дешевый природный газ, нефть и дешевые ресурсы из России — это бизнес-модель, существующая уже несколько десятилетий», — сказала Алиса Вайдель, глава "Альтернативы для Германии". Вайдель напоминает о прежней бизнес-модели уже давно. В этой связи и про нефть говорит, и про атомную энергетику. Но нас интересует прежде всего, какую роль в этой бизнес-модели Россия играла. А ролью поставщика дешевых ресурсов и дешевого газа Россия не ограничивалась. Это была ее первая роль. Но не последняя. Подозреваю, что Вайдель на самом деле ничего не говорила именно про дешевизну российского газа и российских ресурсов. Но мы и так это знаем. И так другие европолитики об этом говорили вполне открыто. В этой бизнес-модели есть и обратная сторона, о которой Вайдель умалчивает. Вторая роль России состояла в том, что она не должна была заниматься высокотехнологическими секторами. Санкции, пусть и негласные, на передачу России технологий в производстве турбин, микроэлектронике, двигателестроении и так далее жестко работали и до 2014 года, если кто не помнит. Полностью эта модель выглядела следующим образом: Россия напрягается изо всех сил, чтобы добыть и отправить в Европу как можно больше своего сырья и энергоносителей. Чтобы скопить денежки на поставку высокотехнологичной продукции. И то далеко не всей. Запад строго следил, чтобы Россия вдруг не начала делать то, что ей в этом сценарии делать не положено. Это и через финансовые модели обеспечивалось, и через крепкую встроенность нашего ЦБ в мировую финансовую систему. Да и предателей в высоких кабинетах было предостаточно. Такая политика сдерживания тех, кто не входит в число людей первого сорта – не секрет. Примерно такая же политика проводилась и в отношении Китая. Но там сплоченность, патриотизм и стратегическое видение политиков и бизнеса позволили стране не остаться в стойле безмозглых сборщиков продуктов, разработанных на Западе. А идея у западников была именно такая. Потому что по их мысли китайцы могут только воровать и копировать. И эта же бизнес-модель и к России применялась. И благосостояние Западной Европы базировалось не только на дешевизне российских энергоносителей (это сквозь зубы руководители ЕС признали), но и на том, что Россия массово покупала много высокотехнологичной продукции в Европе, а свою ей делать не разрешалось (а, вот, это европейские политики не признают никогда). Мне совсем не хочется возвращения моей страны в прежнюю европейскую бизнес-модель в качестве сырьевого придатка. Поэтому предлагаю заранее послать «пророссийскую» госпожу Вайдель в лес или куда подальше. Нет смысла выигрывать войну, чтобы потом вернуться в колониальную бизнес-модель.

http://government.ru/news/59931/ Меня пугают такие программы. Пугают своей необъяснимостью. То, что мы «слезаем с сырьевой иглы» постоянным стремлением увеличить добычу какого-то ископаемого топлива ради его экспорта, удивления не вызывает. В нынешней финансовой мировой структуре, с нынешними финансовыми моделями мы обречены на то, чтобы быть энергетическими рабами мировой системы. Но с чего вдруг люди, которые много-много лет упорно отказывались заниматься углехимией и строить станции с суперсверхкритическими параметрами пара, вдруг согласились этим заниматься? Это же для них ново. И поэтому трудно. Это же грозит сокращением их прибылей. С какой стороны ни глянь – одни недостатки. Пугает и «экономическое обоснование» для такой масштабной программы: «мировые цены на уголь начали восстанавливаться». Если при каждом начале восстановления цен на уголь запускать масштабные программы освоения новых месторождений «в Якутии, Тыве, Хакасии, Забайкалье, на Таймыре и Чукотке», то никаких бюджетных вливаний для спасения отрасли не хватит. Только, ведь, влили 75 миллиардов, чтобы спасти. Нужно ли реагировать на кризис в угольной отрасли такой масштабной долгосрочной программой? И вообще! Нашей стране нечем другим заниматься? Тем более, что наконец-то «резервы экономики исчерпаны». Это означает, что если мы делаем что-то одно, то мы не сделаем чего-то другого. Само правительство теперь говорит о необходимости «маневра». Перераспределения ресурсов в более технологичные отрасли. Эта идея, кстати, фигурировала в наших энергетических стратегиях начала века. Но потом куда-то пропала вместе со стремлением слезать с сырьевой иглы. «Что мы не сделаем, если будем осваивать новые месторождения угля в труднодоступных регионах?» - именно так мы должны ставить вопрос. Скоростные поезда? Ракеты? Мосты? Недоблагоустроим наши города? Недоуберем мусор? Ну, и не случайно Новак, говоря о «безопасности и экологии» (почему-то эти два направления работы оказались вместе) раскрывает только «безопасность». Чтобы быть со своим камчатским и таймырским углем конкурентоспособным по отношению к индонезийскому и австралийскому, и зарплаты будут поддерживать на низком уровне, и природу загадят. А то как же они будут инвестиции отбивать, да еще и дивиденды выплачивать? Непременно загадят! И еще будут возмущаться, когда им на это будут указывать! Как раз сейчас правительство в муках пытается найти решение вопроса ликвидации экологических последствий «экономного и рационального» закрытия Кизеловского угольного бассейна». Где-то в обозначенных новых регионах добычи такое вполне может воспроизвестись. Ну, а все эти расчеты на основе «прогноза структуры мирового валового продукта, энергоёмкости мировой экономики», а именно «эффект к 2050 году – это рост валовой добавленной стоимости отрасли в шесть раз, совокупный мультипликативный эффект – почти 10 трлн рублей», - все это пустые слова. Экономических моделей, которые позволили бы хоть что-то вычислить на такой период, не существует. И правительство должно об этом знать. Для этого можно открыть любой предыдущий аналогичный прогноз и сверить его с реальностью.

Пять главных вызовов для нашей страны в эпоху шоков и потрясений. 1. Разнообразных кризисов стало много. И они накапливаются. В развитии их самих много неопределенности. И они еще самым непредсказуемым образом оказывают влияние друг на друга. Концепции, которые выдвигаются для противостояния этим кризисам («устойчивое развитие», «циркулярная экономика» ит.д.), слишком примитивны, разбиты на многие несовместимые направления и практической пользы принести не могут. Кроме того, они создаются и модифицируются в мозговых центрах, которые трудно заподозрить в симпатиях к России или хотя бы в геополитической беспристрастности. Междисциплинарных исследований, моделей, проектов, просто размышлений на эту тему в России на порядки меньше, чем у других кандидатов наместо будущего «полюса» – США, Китая, Евросоюза. Мы во многом смотрим на этот клубок кризисов чужими глазами, что для претендента на роль «полюса» недопустимо. 2. Самым опасным представляется кризис энергетический и вытекающие из него кризис сырьевой и кризис продовольственный. Он внешне тоже носит физический характер и поэтому его развитие может быть оценено в числах, пусть и приблизительно. И на первый взгляд он – не самый актуальный. Но потоки энергии,сырья и продовольствия всегда структурировали человеческую цивилизацию непосредственно. И таким образом определяли, какие страны, какие финансово-промышленные объединения, какие социальные группы получают привилегированное положение внутри системы. Энергетические потрясения грозят этим странам, объединениям и группам потерей этого положения, чего они постараются не допустить ни в коем случае. Поэтому этот кризис может резко обостриться уже под влиянием человеческого фактора. Такое ускорение может привести к тому, что энергетический кризис приведет к серьезным проблемам для человечества раньше, чем глобальное потепление серьезно повлияет на работу земной экономики и раньше, чем человечество научится создавать модели ИИ, которые будут в состоянии его поработить. 3. Перегрузки в мировой системе будут расти. Шоки будут учащаться. Разум подсказывает, что в этой ситуации необходимо увеличивать надежность системы. Но сердце человечества расположено к вечной борьбе за эффективность, за оптимизацию, за максимизацию прибыли, за минимизацию затрат. Начиная с некоторого уровня оптимизация может осуществляться только за счет уменьшения надежности. Что бы ни велело нам сердце, мы должны знать,что все равно потом придется срочно выделять огромные ресурсы на физическую защиту НПЗ, а для переработки нефти задействовать менее эффективные средние НПЗ и еще менее эффективные НПЗ мелкие. Мы должны оглядеться вокруг и осознать, что супероптимизированных систем во Вселенной нет.Это – неспроста. Супероптимизированные в нашей Вселенной долго не живут. 4. Усложнение проблем, стоящих перед человечеством и физический характер большинства этих проблем приводят нас к необходимости достойно ответить еще на один вызов. Сейчас наш политический класс в широком смысле этого слова состоит из представителей социальных и гуманитарных наук. Они просто не в состоянии оценить надвигающиеся кризисы, и каждый в отдельности, и в их взаимосвязи. Поэтому нужно решить непростую задачу по массовому приходу в органы власти всех уровней представителей естественных наук и инженеров.Профессиональных экологов, в том числе. 5. Демографический кризис – особый случай. Мы очень далеки от понимания того, почему один из самых сильных импульсов, закрепленный миллионами лет эволюции – импульс к расширению своей популяции – дает сбои у народов«развитых стран». Какие-то сигналы на подсознательном уровне эти народы получают. Какие? От кого? Непонятно и страшно.