Димитриев

Создания гражданского общества для турецкого нациестроительства было недостаточно. Нужна была экономическая основа – слой людей, независимых от государства. После геноцида армян и обмена населением с Грецией в 1920-е немусульманская буржуазия исчезла. Кто будет вести экономику? Ататюрк пытался создать турецкую буржуазию через госкапитализм. Частный сектор оставался слабым. Прорыв произошел при Тургуте Озале в 1980-е. Озал провел либерализацию – открыл страну для торговли, дерегулировал рынки, приватизировал госпредприятия. Он упростил регистрацию бизнеса, снизил налоги для малых предприятий, дал налоговые льготы экспортерам. Были создали экспортные зоны с особым режимом. В 1980-е многие предприниматели работали полулегально. Озал провел налоговую амнистию, разрешил декларировать активы без вопросов об их происхождении. Это вывело из тени огромные капиталы и легализовало целый класс предпринимателей. Ещё что важно – пропаганда. Озал публично восхвалял предпринимателей, называл их героями нации. Он говорил прямо: "С детства нам внушали, что быть чиновником — почётно, а заниматься торговлей — стыдно. У нас человек хочет быть солдатом или чиновником; стать предпринимателем ему даже в голову не приходит". Озал переворачивал эту иерархию: "Предприниматель — новый герой Турции. Развитие Турции обеспечит не государство, а частный сектор". Его знаменитая фраза: "Государство существует для того, чтобы служить людям, а не люди – для того, чтобы служить государству". Это ломало турецкую традицию, где государственная служба считалась вершиной карьеры, а торговля – занятием второго сорта. Предпринимательство стало престижным. Что ещё важно – ставку сделали на консервативный религиозный средний класс Анатолии, который кемалисты отодвинули от власти. Возникли "анатолийские тигры" – Кайсери, Конья, Газиантеп, где расцвел малый и средний бизнес. Текстиль, пищевая промышленность, мебель, строительство. Они создавали рабочие места, накапливали капитал, формировали средний класс. Турецкие предприниматели организовывались горизонтально – торгово-промышленные палаты, ассоциации экспортеров, исламские бизнес-ассоциации типа MÜSIAD. В 1967 году была восстановлена система исламских благотворительных фондов – вакуфов. Это был компромисс с религиозным населением. Вакуфы аккумулировали капитал, инвестировали в недвижимость, образование, здравоохранение. Они учили коллективным инвестициям и управлению общими ресурсами – еще одна форма горизонтальной организации. Особенно влиятельным стало движение Фетхуллаха Гюлена (Хизмет). Оно создало не только разветвленную сеть школ, университетов и СМИ, но и собственные бизнес-ассоциации. Предприниматели-гюленисты совместно финансировали школы и университеты. Гюленисты проникли в госаппарат, полицию, судебную систему, создав влиятельную горизонтальную сеть внутри государства. Развал СССР в 1991 году открыл для турецкого малого и среднего бизнеса огромные возможности. Анатолийские предприниматели ринулись на постсоветское пространство – Центральную Азию, Кавказ, Россию. Они заполнили пустовавшие ниши в текстиле, строительстве, продуктах питания, товарах народного потребления. "Челноки" везли из Турции товары, турки открывали магазины, строили торговые центры. Одновременно гюленисты создавали образовательную сеть, которая работала вместе с турецким бизнесом. К 1990-2000-м сформировалось общество, экономически независимое от государства, политически активное, организованное горизонтально. Десятки тысяч дернеков. Местное самоуправление как реальная власть. Средний класс, создающий богатство предприимчивостью, а не привилегиями. Процесс не был гладким. Военные перевороты 1960, 1971, 1980 годов, репрессии. Но после каждого кризиса система возвращалась к демократии. Военные не превращали перевороты в диктатуру – меняли правила и возвращали власть гражданским. Результат – турецкое общество генерирует энергию, которую государство не может запустить указами. Турецкий бизнес по всему миру, НКО в десятках стран, культурная индустрия распространяется сама.

Подписан на Николая Толпинского, волонтера из Ростова-на-Дону. Там у него в запрещённой соцсети постоянно какая-то жесть. То он в Эфиопии объясняет старейшинам племен, что девочкам не нужно отрезать половые органы, то организует школу и больницу для беженцев. То выкупает детей из касты неприкасаемых, которых собственно родили для продажи.

После раздела Османской империи не было готового турецкого народа в политическом смысле – были османские мусульмане, чья идентичность строилась вокруг религии и верности султану. Язык не был стандартизирован, грамотность низкая, горизонтальных связей почти не существовало. Мустафа Кемаль Ататюрк столкнулся с задачей создания нации с нуля. Нужно было превратить в граждан презираемых "турок". В качестве названия новой нации даже предлагалось слово "анадолу" (анатолийцы) вместо турок. Война за независимость 1919-1922 годов стала первым опытом массовой солидарности. Армия формировалась из добровольцев, а не по султанскому призыву. Кемаль создавал по всей стране "комитеты защиты прав", противостоящие оккупантам и султанской власти. Они координировались с помощью Великого национального собрания в Анкаре. Это была альтернативная султанской власти в Стамбуле вертикаль, построенная на территориальном представительстве. Делегаты коллективно принимали решения, спорили, конфликтовали консерваторы-исламисты и либералы-западники. Но Ататюрк продавливал свои реформы опираясь на армию и собственный авторитет. После провозглашения республики в 1923 году началась системная работа по конструированию нации. Ататюрк считал османскую культуру несовместимой с гражданским обществом. Мусульманская солидарность тогда была вертикально ориентированной – подчинение улемам, шейхам, султану. Для республики нужна была горизонтальная солидарность – между равными гражданами. Ататюрк планировал создать формы организации, которые заставят граждан принять ответственность за свою жизнь. Первый шаг – разрушение османской политической культуры. Упразднили султанат в 1922, потом халифат. Закрыли шариатские суды, ввели швейцарский гражданский кодекс. Закрыли исламские фонды-вакуфы, которые контролировали огромные активы, а также исламские ордена, объединявшие многих активных людей. Система миллетов ликвидирована – все стали гражданами независимо от религии. Османский язык с арабской письменностью заменили латинским алфавитом. Турецкое лингвистическое общество очищало язык от арабских и персидских заимствований, изобретало слова на основе тюркских корней. Конституция 1924 года гласила "Народ Турции, независимо от религии и расы, в отношении гражданства называется турками". Фактически это означало устранение религиозной идентичности и ассимиляцию отдельных этнических групп. Взамен религиозных структур создавались "дернеки" – общественные ассоциации. Законодательство позволяло создавать организации – спортклубы, культурные общества, фонды, кооперативы. Правда, в кемалистский период они жёстко контролировались, а настоящий расцвет гражданского общества начался только после 1980-х годов. Но принцип был заложен. Дернеки становились школой гражданственности. Там учились проводить собрания, голосовать, управлять бюджетом, договариваться. Это была практика горизонтальной кооперации. Формировалась сеть связей, основанная не на родстве, а на общих интересах. За десятилетия дернеки создали гражданское общество – людей, умеющих объединяться по собственной инициативе, без ожидания указаний сверху. Таким же образом выстраивалось и местное самоуправление. Муниципалитеты "беледийе" получили полномочия и бюджеты. Их не назначали, а выбирали. Мэры отвечали за инфраструктуру, образование, здравоохранение. Это стало кузницей кадров. Многие турецкие политики начинают мэрами небольших городов, доказывая способность управлять. Кто не справляется – не проходит дальше. К выборности местных органов турки сейчас относятся очень ревностно. Показательная история – победа оппозиционера Экрема Имамоглу в Стамбуле в 2019 году. Имамоглу победил в марте с минимальным перевесом, но Эрдоган добился перевыборов. Однако на повторных выборах в июне Имамоглу получил ещё больший результат. Сработала местная солидарность против диктата высшей власти. Дальше про экономические реформы

Иногда индийская любовь к подаркам во время бизнес встреч доходит до абсурда. Например сегодня мне подарили килограмм гранулированного навоза.

В начале XX века турки составляли примерно 10 миллионов из 25 миллионов населения Османской империи. Остальные – арабы, греки, армяне, курды, черкесы, евреи. Притом сами турки по происхождению могли быть потомками тюркизированного населения Византии. Но идентичность в империи строилась не на этнической основе, а на подданстве Османской династии и религиозной принадлежности. Сам султан был не только монархом, но и халифом – верховным главой всей мусульманской общины. Общество делилось на религиозные общины – миллеты. Главный – мусульманский (формально он не был миллетом) включающий всех мусульман, а не только турок. Затем греческий православный, армянский григорианский, еврейский и проч. Каждый миллет имел автономию в вопросах семейного права, образования, благотворительности, подчинялся своим патриархам. Османская элита была многоэтничной – албанцы, черкесы, боснийцы, грузины, славяне. Великие визири в истории чаще всего были не турецкого происхождения. В прошлом (до 18 века) система девширме отбирала мальчиков из христианских семей, они переходили в ислам и становились чиновниками и воинами янычарами. Османский язык элиты – гибрид турецкого, арабского и персидского – был непонятен анатолийскому крестьянину. Это был язык администрации и высокой культуры, маркер принадлежности к элите. Даже само слово "турок" имело негативный оттенок – так называли необразованных крестьян, грубых кочевников. Османская элита себя турками не считала – они были османами. "Турок" было почти оскорблением. Крестьянин мог сказать "я мусульманин", но не "я турок" – это не было значимой категорией самоидентификации. Экономика по факту находилась в руках меньшинств – греков, армян, евреев. Турки-мусульмане были крестьянами, военными, чиновниками. Предпринимательство не считалось престижным – оно воспринималось даже как нечто недостойное. Империя к тому времени клонилась к упадку. Султан Абдул-Гамид II пытался проводить осторожные реформы, но архаичная система не поспевала за миром. Недовольство накапливалось среди молодых офицеров и чиновников с европейским образованием. В 1908-1909 годах "младотурки", многие из которых были выходцами с Балкан, совершили революцию, заставили султана отказаться от абсолютной власти и восстановить конституцию. Они выступали за модернизацию, но серия военных поражений привела к тому, что их проект эволюционировал от османизма к турецкому национализму. Балканские войны 1912-1913 годов лишили империю европейских территорий, и это произвело сильное впечатление на самих турок. Балканы были наиболее экономически развитыми регионами, там жила значительная часть элиты. Каждое поражение толкало младотурок от идеи общей османской идентичности к турецкому национализму – греки, болгары, сербы показывали, что национальное государство эффективнее многонационального в мобилизации ресурсов. Геноцид армян в 1915-м был в определенном смысле местью младотурок за потерю Балкан и попыткой силой создать однородное национальное государство по европейскому образцу. Последовавшая Первая мировая закончилась катастрофой. По Севрскому договору 1920 года Турция должна была превратиться в огрызок с армянским и курдским государствами на востоке, греческим – на западе. А Османская династия в Стамбуле подчинилась оккупационным войскам союзников. Кстати, турецкие интеллектуалы видят параллели этого этапа своей истории с историей России – сильное государство подавляет национальную элиту, экономика зависит от меньшинств или внешних игроков, идут попытки модернизации без изменения политической структуры, слабость собственной предпринимательской культуры при преобладании государственной службы как пути наверх. Кемаль позже решил эту проблему радикально – уничтожил османскую идентичность вместе с династией, латинизировал алфавит, секуляризировал право, создал национальное государство. Об этом в следующих публикациях.

Предсказуемо вызвала многочисленные реакции публикация про значение слова "нация". Особенно возмущена общественность тем, что русские это не "нация", а турки например нация. Придется эту тему всё-таки развернуть. Как я уже писал, у слова нация в политологическом смысле есть вполне конкретное определение, которое отличает её от народа, этноса, населения и всего остального. Это политическая субъектность. Грубо говоря, это когда источником власти в государстве является народ. Много критериев. Возьмём самый простой способ проверки - конституцию. Сделаем вид, что верим всему что в ней написано и сравним конституции России и Турции. Преамбула Конституции Турецкой Республики (1982 г.): «Торжественно утверждая существование Турецкого государства и вечное существование турецкой нации; исходя из того, что турецкая нация действует на основе понимания национального единства, солидарности и справедливости; руководствуясь идеалами и принципами Ататюрка и его национализмом; веря в необходимость защиты национального суверенитета и независимости, неделимости Родины и государства; исходя из того, что суверенитет принадлежит турецкой нации безусловно и без ограничений, и что никакая власть не может быть выше воли нации; признавая, что никакая деятельность не может быть направлена против существования Турецкой Республики, её демократической, светской и социальной сущности и основополагающих принципов, изложенных в Конституции; исходя из понимания, что свободы неотделимы от ответственности и не могут использоваться для разрушения государства или злоупотребления правами; принимая верховенство права, уважение прав человека, справедливость, общественный порядок и мир как неотъемлемые элементы; преисполненная решимости обеспечить счастье турецкой нации, развитие культуры и цивилизации, защиту прав и свобод личности и создание правового и социального порядка, в котором справедливость и благополучие будут обеспечены; Турецкая Великая Национальная Ассамблея от имени турецкой нации принимает и провозглашает эту Конституцию.» Теперь Конституция Российской Федерации. Раздел первый. Основные положения. Глава 1. Основы конституционного строя. Статья 3: "Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ." Надо объяснять, почему турки нация, а русские нет? Допустим, мы согласимся, что источником власти является народ, но это не русский народ, а многонациональный народ. Слово "русский" используется в конституции Российской Федерации только один раз в сочетании со словом "язык". В турецкой же конституции нация - ключевой термин, на турецком это звучит "millet" и "Türk milleti". Также там поясняется в отдельной статье, что подразумевается под этим – турком является каждый гражданин Турции. Кстати, для обозначения народа в турецком есть другой термин - halk. Это народ в смысле население, а именно нация как политический субъект это millet. Для турок термин "нация" ключевой и он прямо противоположен всем политическим концепциям, связанным с их империей, исламской цивилизацией и консервативными ценностями. Российская конституция оперирует понятием "многонациональный народ" - формулировка, которая отражает этническое многообразие, а не идею единой политической нации. Это продолжение советской национальной политики, где "нации" понимались как территориально-этнические общности (жители УССР - украинцы, УзССР - узбеки, ГССР - грузины), а не как политические субъекты. В России сохранилась советская модель - с республиками, титульными этносами, национально-культурными автономиями. Турецкая республика создавалась через сознательный разрыв с османским прошлым. В Османской империи идентичность строилась вокруг ислама и султанской династии. Кемалистский проект был проектом нации-государства по европейскому образцу - с единым языком, светским правом, общей гражданской идентичностью. Как это произошло и зачем я расскажу в следующих публикациях Безоценочно.

Мы все, конечно, возмущены действиями американской военщины у побережья братской Венесуэлы, но так или иначе с ней нужно что-то делать. Революционное боливарианское народное правительство довело космически богатую ресурсами страну до гаитянского краха. И дело далеко не только в санкциях США. Там под вечными революционными лозунгами правят катастрофические идиоты, которые развалили нефтедобычу, сельское хозяйство, правоохранительную систему, здравоохранение, образование и коммуналку. Страна тропических долин и зеленыз пастбищ "льянос" голодает. Порядок на улицах определяют вооруженные банды, а население разбегается миллионами. Гляньте видео Тони Тут об экономике Венесуэлы. Но автор парень эмоциональный, всё-таки перебарщивает. Потому вот ещё видео четырёхлетней давности от Стаса Натанзона, он журналист серьезный, но тоже был впачатлен. А за четыре года все стало только хуже. Потому пусть лучше Трамп и Путин договорятся куда там главные революционеры свалят, и пусть там будет несправедливый эксплуататорский ресурсный капитализм, только не эта гадость

«На Северный Казахстан» Акция российских нацболов, январь 2022 года.

Иноагент, как вы в курсе, это физическое лицо или медиа, которые получают финансирование из-за рубежа и при этом занимаются общественной деятельностью. Ну понятно, из-за рубежа дают бабки на дискредитацию и ее отрабатывают. Потому закон создаёт тебе проблемы в работе и жизни - каждая публикация с маркировкой, финансовые ограничения, очень много других проблем, которые ставят крест на общественной жизни. Однако, схлопотать статус иноагента можно просто так - без зарубежного финансирования, без особенно оппозиционных заявлений, просто попасть под руку, когда раз в неделю готовят список неблагонадежных. Есть примеры типа демографа Ракша, который указывал на ошибки в политике увеличения рождаемости или излишне активные военкоры, у которых конечно никакого иностранного финансирования нет. Но тут я увидел информацию, которая доказывает, что "иноагент" это совсем не про зарубежное финансирование. Вот в Москве есть «Московская немецкая газета», которой владеют граждане Германии, которую финансирует МВД Германии через фонд Verein Sprach- und Partnerschaftsinitiative e.V. (сокращённо SPI e.V.), ну и контент там соответствующий: отождествляют СССР с Третьим Рейхом, дискредитируют СВО от души - тот есть делают все то, что мы себе позволить не можем. Газета распространяется среди российских немцев, финансирующий их фонд с непроизносимым названием собирает донаты на ВСУ. Короче, это настоящие идеальные иногенты, просто эталон иноагентства. Но нет, «Moskauer Deutsche Zeitung» не получил этого статуса! Прикиньте! Прям как в конспирологических теориях Бульбы Престолов, о том что Россия это криптоколония ЕС. Чистый анекдот. Короче, дорогие патриоты, повторюсь, иноагентство это совсем не то, что вы думаете.

С другой стороны, странно пытаться догнать ушедший в прошлом веке поезд нациестроительства в России. Классическое национальное государство – конструкция XIX-XX века, а сейчас мир движется в другую сторону. Те задачи, для решения которых создавалось национальное государство – массовая мобилизация солдат и индустриальное производство, создание единого рынка, стандартизация языка и культуры – либо решены, либо перестали быть актуальными. Размывание наций по всему миру происходит не из злого умысла глобалистов, а потому что функция национального государства меняется в условиях глобальной экономики, цифровых коммуникаций, массовой миграции. Ну и оно теряет привлекательность для значительной части образованных молодых людей. Они осваивают языки, получают загранпаспорт, устанавливают ВПН и начинают ощущать себя частью уже другой общности, европейской или даже мировой. Нет, конечно не все, есть те, кто после путешествий на запад становится ещё большим патриотом, но почему так происходит – тема отдельного разговора. Ну потому что это о отсюда не следует, что русским не нужна какая-то форма коллективной идентичности. Вопрос в том, какая? Имперская централизованная модель себя исчерпала – слишком много ресурсов требует, слишком неэффективно их расходует, слишком много проблем с окружающим миром. Гражданская нация в стиле сейчас США или Франции требует совершенно другой политической системы, которой нет и не предвидится. Этнонационализм не получится построить задним числом, особенно с учётом демографии. Да и в современном мире он не очень то и успешен. (Даже пример Израиля так себе - против политики Израиля на демонстрации по всему миру часто выходят сами евреи.) Почему она популярна в России? Ну потому что это нереализованный гештальт. В этом ещё не успели разочароваться, потому что его не было. Украинцы успели - году в 2015 они на полном серьезе рассчитывали, что к власти придут национал-патриоты и защитники отечества и наведут порядок. А потом так этого наелись, что выбрали еврея-шоумена. России эти разочарования ещё предстоят. А что тогда строить? Какой общественный строй? Да в том то и дело, что не народное это дело. Период истории, когда судьбу общества определяли массовые революционные движения, прошли. Сейчас технологии настолько продвинулись, что настроения широких народных масс можно программировать почти без ошибок. Появится успешный концепт тотального управления его и внедрят. Российский госаппарат в этом плане передовой, он использует разные образы инструментально, в зависимости от текущих задач. Бывает это "многонациональный российский народ", иногда "русский мир", иногда "цивилизация". Раз проигрываем в технологической гонке – значит "традиционные ценности" и "консервативная империя", чуть поправились – "многополярный мир". Но ни одна из этих рамок не предполагает, что сами люди становятся субъектами – они остаются объектами государственной политики. А интеллигенция, которая могла бы придумывать альтернативу баламутить воду, либо удалена, либо маргинализована, либо встроена в государственный аппарат на его условиях.

Дискуссия о том, являются ли русские нацией, постоянно натыкается на путаницу в терминах. Российские патриоты слышат вопрос как "есть ли русские вообще" и воспринимают его как оскорбление. Но на самом деле слово "нация" – не синоним народа. Русский народ, конечно, есть, а вот нации в строгом смысле действительно нет. Нация – это не просто этническая или культурная общность. Это группа людей, объединенных не только общими культурными канонами, но осознающих свои общие интересы, каждый представитель которой обладает правом на индивидуальную политическую инициативу. Нация это источник власти, а не объект ее воздействия. Члены нации не подданные, которые подчиняются власти как внешней силе, а граждане, которые эту власть формируют и контролируют. Это предполагает горизонтальную солидарность между людьми, а не только вертикальную связь с государством. В этом ключевое отличие нации в политическом смысле от народа как простой совокупности людей с общими этническими и культурными признаками. Проблема в том, что и в России и в мире само слово "нация" используется в разных значениях. В политологии используется обычно определение нации как политического сообщества граждан, описанного выше, - назовем его французским. Но в мировых СМИ и в дипломатии чаще всего это просто синоним государства - отсюда United Nations (пусть это будет английская традиция). В немецкой же романтической традиции XIX века нация это этнокультурная общность с общим языком, историей и "духом". Похожим образом понимают слово нация в России. Когда русские патриоты реагируют на вопрос о существовании русской нации, они защищаются от кажущегося отрицания их существования как народа. Но вопрос часто задается в другой системе координат – о наличии модерного политического проекта. Нации в XIX и XX веке формировались под воздействием национальных элит, интеллигенции, которая создавала национальные мифы и культурные каноны. Русским с этим не повезло. Сильное российское государство национальную интеллигенцию рассматривало как соперника и периодически эту интеллигенцию устраняло. А это такая тонкая прослойка, которая сдувается от малейшего ветерка. У русских не было своего национального государства в том смысле, в каком оно появилось у поляков, чехов, сербов или греков в XIX-XX веках. Русская империя была именно империей – надэтническим проектом, где элита имела в основном иноэтничное происхождение, а русскость служила скорее инструментом управления. Национально мыслящие интеллектуалы, пытавшиеся отделить русское от имперского, воспринимались властью как угроза. СССР конечно тоже не был национальным государством, и проект нациестроительства так и не запустился. Но проблема глубже – в самой структуре русской идентичности, которая веками строилась не по национальному, а по имперско-конфессиональному принципу. Маркерами принадлежности были не этничность и язык, а служба государю и православие (со многими исключениями сословного плана). Когда в XIX веке по Европе прокатилась волна национализма, русская интеллигенция пыталась размышлять об этнической нации по западным образцам, но наткнулась не только на сопротивление власти, но и на непонимание самого народа. Народ относился к интеллигенции как к чему-то чуждому и враждебному. Государство народу понятно – служивые бьют, но имеют на право право. А умники какие-то мутные, воду баламутят, западу продались. Интеллектуальный класс, который в других случаях инициировал строительство наций, в русском случае воспринимался массами как "враг народа", что на самом деле значило враг государства. Эта пропасть между образованным слоем и массой населения – специфически русская проблема, гораздо более глубокая, чем в европейских странах. Интеллигенция до сих пор воспринимаеися как нечто чуждое, отрезанное от народной жизни. Государство, даже жестокое, народу понятно – у него есть право силы. А люди, которые эту силу критикуют, апеллируя к каким-то абстрактным демократическим принципам, выглядят очень подозрительно. Как видите, даже всеобщее образование не изменило этого отношения.

Только увидел шикарное фото задержания барабанщика группы "Стоптайм" с сотрудницей полиции Санкт-Петербурга в главной роли. На каблуках, в маске и с дубинкой. Оно разлетелось по соцсетям и стало поводом для мемов. А вы что представили глядя на фото?

После поражения Японии союзники допускали её раздел — по тому же принципу, что Германию. Такой проект предложили британские стратеги в 1945 году: отдать север страны СССР, центр — США, запад — Британии, а Кюсю — Китаю Чан Кайши. Москва полностью поддержала идею и сразу заявила права на Хоккайдо. Именно это стало одной из скрытых, но ключевых причин, почему Вашингтон решился на ядерный удар по Хиросиме и Нагасаки, когда Япония уже казалось бы не представляла угрозы. Американцы понимали: затянуть войну — значит подарить Сталину шанс высадиться на Хоккайдо и закрепиться там так же, как он закрепился в Восточной Германии. Счёт шёл на недели. Необходимо было быстро добить Японию. Но вторжение США на главные японские острова грозило сотнями тысяч потерь, затяжной мясорубкой и разрушением всей страны. Ядерная бомба выглядела быстрым способом закрыть войну до появления советской зоны. Атомный удар должен был одновременно вынудить Токио капитулировать перед Вашингтоном, “охладить” любые претензии СССР на север Японии и показать всему миру американские возможности. В Кремле же рассчитывали, что северная Япония станет плацдармом для продвижения в Тихом океане, а японская промышленность донором для советской. Советскую зону контроля получит КПЯ, а индустриальная Япония - идеальная площадка для пролетарской революции. Раздел Японии на капиталистическую и социалистическую зоны означал бы перманентную войну за всю страну — как во Вьетнаме и Корее потом. Именно этого США и боялись. Принудив ядерным орудием Японию к капитуляции и отказав СССР в разделе страны, Вашингтон не решил проблему навсегда — Москва не отказалась от планов. В 1947 году японские коммунисты готовили “летнее наступление”: забастовки, уличные столкновения, саботаж, но американская оккупационная администрация все запретила. Советская дипломатия ещё несколько лет давила на токийскую политику, рассчитывая качнуть страну изнутри. Американцы ответили серией эффективных решений. Они отказались от планов разорительной деинжустриализации Японии (изначально планировали вывозить оборудование и прекращать ее в аграрную страну). И провели серию крайне эффективных экономических реформ. Это дало японцам работу, а их заводам — гарантированный сбыт. Армию по Конституции ликвидировали, полностью убрав её из политики. Безопасность взяли на себя США. Армия не могла вернуть власть и перезапустить милитаризацию. И в этой конструкции СССР терял главный аргумент: нет армии — нет угрозы, нет угрозы — нет повода для «демилитаризации». А когда начался экономический рост у японцев исчезли и последние иллюзии насчёт коммунизма. В Китае пришел к власти Мао - японцы увидели насилие, голод и крушение традиций. КПЯ быстро маргинализировалась, а СССР отказался от планов в Японии. Тем более что у него появился в Азии ещё один противник - Китай.

В 2009 году ливийский лидер Муаммар Каддафи в Риме организовал вечеринку, на которую пригласил 200 молодых и красивых итальянок ростом выше 1.70 и хорошего материального положения. Именно такие условия были озвучены агентству по подбору персонала, куда обратились представители Каддафи. Мероприятие проходило в резиденции ливийского посла. Дресс-код был строгим, в частности, были запрещены мини-юбки и любые глубокие вырезы Естественно, женщины рассчитывали на светское мероприятие гламурного характера с торжественным ужином. Но вместо этого перед ними появился Каддафи в черной военной форме и черном берете, и прочитал лекцию о роли женщины в исламе. После чего предложил итальянкам принять мусульманскую веру. «Мы-то рассчитывали хотя бы на закуску», — проворчала после ужина выпускница инженерного факультета Сильвия Фильоцци.

В британском консервативном журнале The Spectator вышла статья антрополога Анастасии Пилявской о языковой политике Украины. Автор описывает масштабную кампанию дерусификации: русский запрещён в школах и университетах, из библиотек изымаются русскоязычные книги, включая произведения Ильфа и Петрова, Бунина, Бабеля. В Одессе под угрозой памятник герцогу Ришелье, основателю города. Автор считает, что лишение русского языка защиты по Европейской хартии региональных языков и меньшинств стало серьёзной ошибкой Киева, которая подтверждает тезисы Владимира Путина. Пилявская приводит пример физика Павла Виктора из Одессы, которого критиковали за слова о том, что требовать от детей в бомбоубежищах не говорить по-русски негуманно. При этом, по данным опросов, 66% киевских школьников говорят по-русски на уроках, 82% — на переменах. Русскоязычные мультфильмы доминируют в детском просмотре. По словам автора украинская культура недостаточно развита сама по себе и всегда была частью "большой русской культуры"; многие украинцы считают себя частью русского культурного мира; политика дерусификации искусственна и навязана сверху. На русском говорят те самые патриоты, которые воюют и умирают за Украину. Притом именно русскоговорящие регионы – наиболее пострадавшие от войны. Украинские националисты, отказывая русскоязычным в месте на Украине, фактически подтвепждают слова Путина о том, что все русскоговорящие — это русские, - удивляется Пилявская в статье. Русскоговорящие солдаты чувствуют себя преданными Украиной, а гражданские в Одессе живут "во внутренней эмиграции". Анастасия Пилявская – преподаватель социальной антропологии в King's College London. Родилась и выросла в Одессе, получила образование в Бостонском университете и Оксфорде как стипендиат Родса, защитила докторскую диссертацию, автор книг и десятков научных статей. Сейчас живёт между Одессой и Кембриджем, прекрасно понимает ситуацию изнутри. Это уже не первая критическая статья по отношению к Украине в журнале. От нее в Киеве отмахнулись, назвали российской пропагандой, однако, мы же знаем, что все именно так. Но даже если предположить, что статью "разместили", сам факт публикации в одном из старейших и влиятельных британских изданий голоса в защиту русскоязычных уже многое говорит об их отношении к украинской национальной политике.

🛠 Мужская сумка — не аксессуар. Это инструмент. Меня зовут Николай Лыков. Уже больше 17 лет я делаю кожаные сумки — не для моды, а для жизни. Каждую сумку я делаю вручную — без конвейеров, без спешки. Только натуральная кожа Crazy Horse, надежные, прочные швы и фурнитура. Кто берёт мои сумки? 🔹 Мужики, которые знают цену настоящим вещам. 🔹 Те, кто устал менять сумки каждый сезон. 🔹 Женщины, которые дарят подарок не для галочки. Делаю на совесть — как для себя, гарантия 5 лет. Пиши прямо сейчас — расскажу, покажу, подберу. Каталог сумок тут 👉 kozhevnik_lykov Написать мастеру 👉 kozhevnik_lykov

Чтобы понять роль рынка цифровых услуг в современной глобальной экономике, стоит обратиться к понятным примерам. Эстония, Белоруссия и Украина — три постсоветские страны, которые построили значительный IT-сектор, но судьба этих моделей сложилась по-разному. Эстония давно делала ставку на цифровые сервисы — электронное резидентство, цифровые подписи, электронное голосование, все госуслуги онлайн. Skype придумали в Таллине в 2003 году и продали за миллиарды. За ним последовали Wise (международные переводы, капитализация $11 миллиардов), Bolt (такси и доставка, оценка $8+ миллиардов). Экспорт цифры - 2,5 млрд в год - самая доходная отрасль эстонской экономики. Белоруссия стала одним из заметных участников цифрового рынка благодаря политике правительства. В 2005 году был создан Парк высоких технологий с льготными налоговыми условиями — фактически нулевая ставка налога на прибыль для IT-компаний. Это привлекло крупный бизнес: EPAM (одна из крупнейших IT-аутсорсинговых компаний в мире), Wargaming (создатели World of Tanks), Viber, множество аутсорсинговых компаний. К 2018–2020 годам белорусский IT-экспорт достиг $2.5–3 миллиардов в год — примерно столько же, как у России. IT стал второй по значимости статьёй экспорта после калийных удобрений. Но потом всё рухнуло. Протесты 2020 года, их подавление, потом санкции 2022-го года – это отрезало белорусский IT от глобального рынка. EPAM вывел операции в Польшу и Румынию, Wargaming перенёс штаб-квартиру на Кипр. Из Белоруссии уехало 30–50 тысяч айтишников, такая утечка мозгов для девятимиллионой страны большой удар. Шумные кварталы в Минске с модными заведениями опустели. Украина до войны была ещё более продвинутым IT-хабом. К 2021 году в украинском IT работало около 200–250 тысяч человек. В основном выпускники КПИ, харьковских ВУЗов, львовской Политехники, днепровский и одесский политехи. Украинский IT-экспорт достигал $6–7 миллиардов в год. Для сравнения: зерна Украина продавала на $10–12 миллиардов. После начала войны 24 февраля 2022 года часть айтишников ушла в армию. Это во-многом и обеспечило технические успехи ВСУ первого времени — украинская армия быстро адаптировала дроны, создала системы цифрового управления, развернула Starlink. Но саму индустрию подрубили отключения света и бусификсция. Значительная часть IT-специалистов уехала в Европу, но многие продолжили работать на украинские компании удалённо. Западные клиенты в основном сохранили контракты из солидарности, но экспорт упал до $4–5 миллиардов в 2022 году. Эти три истории показывают, насколько цифровая индустрия стала важной частью экономики стран, которые рискнули дать ей волю. Но с другой стороны IT-шники это такие ребята с претензиями. Дедушкам, которые ещё Сталина помнят, жить в одной стране с ними тяжело.

На картинке — объём экспорта цифровых услуг по странам за 2024 год. В лидерах США с $741 миллиардом: это софт, облачные сервисы, реклама, стриминг, консалтинг — вся экосистема Big Tech. Великобритания на втором месте с $488 миллиардами — финтех, бизнес-сервисы, креативная индустрия. Дальше идут Ирландия, Германия (программное обеспечениет для оборудования и управления), Индия (аутсорс), Китай (цифровые платформы и электронная коммерция) и Сингапур. Ирландия здесь — это в основном налоговый хаб, через который BigTech проводит свои обороты. Google, Apple, экстремистская Meta, Microsoft держат там юридические структуры и права на интеллектуальную собственность, благодаря низкой ставке налога. Похожую роль играют Сингапур и Нидерланды — финансовые и налоговые шлюзы. Индия — наоборот, реальный экспорт труда: три миллиона человек работают в IT-аутсорсинге, разработке, техподдержке, колл-центрах. Сотни индийских компаний продают услуги западным корпорациям. Когда вы звоните в техподдержку западного банка или заказываете разработку приложения — велик шанс, что работу делают в Бангалоре или Хайдарабаде. Лично меня впечатляет общий объём мирового рынка — $4.8 триллиона. Это больше, чем весь мировой рынок нефти и газа ($2.5–3 трлн), больше мирового автопрома ($3–3.5 триллиона), в разы больше торговли оружием или продуктами питания. К 2030 году цифровые услуги будут составлять четверть или даже треть всей международной торговли. За последние 15 лет этот сектор мировой торговли вырос примерно втрое. Но сильнейшим ускорителем роста стал ковид. Тогда рынок цифровых услуг взорвался. Удалённая работа, онлайн-образование, телемедицина, он-лайн торговля, облачные сервисы — всё это стало необходимостью. Компании, которые много лет не могли перестраиваться под цифру, сделали это за месяцы. Zoom, облачная бухгалтерия, системы удалённого управления — спрос на всё это вырос в разы. Индийский аутсорсинг рванул ещё сильнее, потому что если все работают удалённо, то какая разница, сидит программист в Калифорнии или в Бангалоре. После пандемии многие процессы уже не вернулись к бумагам и печатям — они остались в цифре. Есть мнение, что цифровой рынок — это огромный пузырь, который рано или поздно схлопнется, как доткомы в 2000-м или ипотека в 2008-м. Однако рост цифровых услуг отражает реальную роль цифры в бизнесе, госуправлении и в вашей личной жизни. За этими услугами стоят не активы и не спекуляции — а реальный труд людей: программистов, дизайнеров, консультантов, юристов. Каждая компания, каждый университет, больница и министерство в мире переходит в цифровую форму. При этом часто это связано с экономией затрат. То есть на покупку цифры уходят те деньги, которые раньше тратили на теть из канцелярии. Где может посыпаться — это криптосервисы, громкие стартапы без прибыли, возможно хайповая часть ИИ, какие-то отдельные разрекламированные проекты. Биржевая оценки цифровых компаний тоже может пропадут. Но они даже если станут дешевле, все равно будут продавать рекламу, облака и подписки. Принципиально же цифровизация уже никуда не денется. Она встроена в XXI век так же, как железные дороги в XIX или автоматика в XX. Это наша новая экономическая реальность. Хотя может из России этого не видно. Доля российского цифрового экспорта ничтожна, а импорт цифры тоже уменьшился. Россия со своими идеями из этого рынка вышла.

Самый популярный вид спорта в Юго-Восточной Азии – сепактакрау, волейбол ногами. Они без применения рук перекидывают через сетку небольшой плетёный мяч. Казалось бы очень сложно и только профессионалы могут, но нет – в Таиланде и Мьянме реально играют в парках и дворах, а в Малайзии есть даже женские команды (они прыгают по площадке не снимая хиджабов). Видел не раз в Мьянме у грузчиков или таксистов перерывчик на пять минут, они вынимают мяч, закатывают юбки и давай выкрутасы эти делать. Не пытайтесь повторить, у европейцев от сепака вывихи конечностей. На видео бирманцы забивают тайцам.

В Одессе полиция проверяет "фейковых евреев". Уклонисты заметили, что ТЦК не бусифицирует прохожих в еврейских религиозных нарядах. И количество иудеев на улицах резко выросло.