Шведов и анимация | Хитрук на проводе

СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ИЛИ МИСТИФИКАЦИЯ? (интервью Бронзита на CartoonBrew). Часть 4 Крис Робинсон: Вы действительно считаете, что анимационные фестивали ведут себя подобным образом? Как я уже сказал, я не могу говорить за другие фестивали, но в Оттаве мы иногда принимали фильмы Бронзита, иногда нет. Имена в титрах для меня не имеют особого значения. Константин Бронзит: Я прекрасно знаю, что ты делаешь именно так, Крис, и очень уважаю такой подход. Но речь не конкретно о тебе. Уверен, что и на большинстве других фестивалей все честно, отчаянно и самоотверженно делают свою работу, за что им отдельная благодарность. Я сильно обобщаю ситуацию, чтобы была ясна суть моей затеи. В Фейсбуке под постом на эту тему одна режиссер ‘N’, которая отбирала фильмы в конкурс какого-то фестиваля, написала что-то типа такого: «Я где-то этот фильм заблокировала. Он старомоден…». Бинго! Вот этого я и добивался! Максимальной объективности восприятия. Ноунейм автор - и режиссер ‘N’ просто смотрит его кино. Идеальная ситуация. Но знай она, что это фильм Бронзита, ее восприятие не осталось бы чистым. Оно мгновенно стало бы предвзятым. Ее комментарий мог быть любым, но в этом конкретном случае мы уже могли бы рассуждать так: режиссер ‘N’ просто терпеть не может самого Бронзита. И в случае хорошего комментария - ровно наоборот. А сейчас мы знаем точно, что она честно оценила именно кино. Дополнительная информация меняет восприятие. Когда человек просто смотрит фильм, это не имеет никакого значения. Но если он судья, то в идеале он не должен ничего знать о фильме! И тогда успех фильма будет целиком и полностью заслугой качества фильма, а не внешних факторов! Бог с ней с селекцией. Но вот с членами жюри совсем иная ситуация. Штука в том, что мы не управляем своим мозгом. Это мы зависим от него, а не наоборот, как полагают многие. Простое доказательство – закройте глаза и попытайтесь ни о чем не думать одну минут. Всего одну! Вы не продержитесь и 10 секунд. У вас в голове появится столько неожиданных и бессвязных мыслей, которые вы никак не сможете отбросить, ну, только если вы, конечно, не Будда. И после этого будем убеждать себя, что мы управляем своим мозгом? Так вот представим себе некоего члена жюри, который смотрит в конкурсе какой-то фильм. Если он ничего не знает о режиссере, он просто смотрит его кино. Но если режиссер фильма уже давно должен этому члену жюри кучу денег и не хочет ее отдавать, в голове члена жюри появляется оттенок… Это же чистая психология, и мы ею не управляем. Кстати, долги мы должны отдавать. Особенно перед Новым Годом!

СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ИЛИ МИСТИФИКАЦИЯ? (интервью Бронзита на CartoonBrew). Часть 3 Крис Робинсон: Что в итоге показал этот эксперимент? Может быть то, что фильм Тимура не понравился фестивалям, но как только появилось имя Константина, он сразу же понравился Киноакадемии? Констатин Бронзит: Это и есть самый важный вопрос. Конкурсная программа крупных международных фестивалей собирается из очень небольшого количества фильмов. Иногда их 80, а бывает всего 15 - 12! А заявок присылается иногда до 5 тысяч. То есть, на одно место претендует больше трехсот фильмов! Я сам много раз был в селекционных комитетах. Очень трудно даже физически со 100 процентной внимательностью всё это отсмотреть! И еще очень важная вещь. Несмотря на многочисленные отказы, моему фильму, все-таки, удалось прорваться на пару десятков фестивалей. И представьте себе – на половине из них он получил очень значительные призы. В том числе был и приз публики. Что страшно приятно – на этом же фестивале много лет назад приз публики получал и мой фильм «Мы не можем жить без космоса». Когда фильм получает призы на каждом втором фестивале, значит, фильм, все-таки, не бездарен! Но тогда мы вправе сделать единственный логичный вывод, что сегодня в фестивальной жизни самое сложное для фильма даже не в том, чтобы получить приз, а в том, чтобы вообще в принципе прорваться в конкурс! Для меня это стало открытием. И понятно, что дальше со всеми этими АI и ускорением создания контента ситуация будет только ухудшаться. В этом нет вины ни фестивалей, ни режиссеров. Но нам придется в этом потоке жить. И представим, что перед глазами селекции в этом потоке возникает фильм Юрия Норштейна, Миядзаки и т.д. (каждый может подставить своих фаворитов). Внимание селекционеров мгновенно пробуждается, заостряется, и это совершенно нормально. Я, честно говоря, даже не понимаю, как может быть иначе! Селекционер в этот момент совершает преступление? Конечно, нет! Это НЕ его вина, и это может никак не повлиять на результат отбора фильма в конкурс, просто так реагирует наш мозг на тех, кого мы любим, или не любим. Фильмы неизвестных авторов тоже посмотрят, но как-то чуть иначе, другими глазами, так сказать, в режиме энергосбережения, и в результате селекция для них становится просто лотереей. Я все это прекрасно знал и осознанно бросил свой фильм в эти жернова. И поэтому у меня теперь есть полное право обратиться к своим многочисленным коллегам режиссерам, которым в силу разных причин пока не удалось заработать себе имя: братья и сестры, не отчаивайтесь, когда вам регулярно приходится читать письма, что ваш фильм опять не отобрали в какую-то конкурсную программу! Я только что осознанно стал никем, побывал в вашей шкуре и с помощью моего простенького теста выяснил, что эти отказы не всегда являются признаками слабости ваших фильмов. Не опускайте руки и, если вы действительно любите анимацию или короткометражное игровое кино, просто продолжайте работать. Если ваш фильм чего-то стоит, у вас всегда остается шанс быть замеченным. И мой опыт это показал. Он дает надежду многим режиссерам. Это и есть главный результат!

СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ИЛИ МИСТИФИКАЦИЯ? (интервью Бронзита на CartoonBrew). Часть 2 Крис Робинсон: Почему вы остановили свой выбор на Кипре? Константин Бронзит: Когда создаешь мистификацию, написать можно что угодно! Но Кипр - это тоже частичная правда. Там есть дистрибюторская компания и также много хороших аниматоров фрилансеров. Но я с таким же успехом мог написать и Канада, и это тоже было бы правдой, потому что в работе над этим фильмом мне помогали также друзья из Канады. Жаль, что не написал. В этом смысле я как киноакадемик страшно рад, и даже горд, что американская Киноакадемия просто смотрит кино, не делая сносок на имена и тем более на место происхождения фильмов. Киноакадемия – она по-прежнему про искусство кино, а не про что-то другое. Крис Робинсон: Как финансировался этот фильм? Константин Бронзит: Про деньги для «Трех сестер» все просто. Именно потому, что замысел создания фильма упирался в мое желание выпустить его под псевдонимом, это исключало возможность финансирования его государством. Дело в том, что система финансирования у нас построена предельно открытым образом. Проект фильма подается на рассмотрение, затем происходит официальный питчинг, который открыто транслируется в сети, и каждый человек может этот питчинг увидеть. А потом во все услышание объявляется, какой режиссер и на какой фильм получил деньги. То есть мой замысел не мог быть осуществлен таким образом чисто технически – всё наше анимационное сообщество сразу узнало бы, что Бронзит делает новый фильм «Три сестры». И так на моем горизонте и появилась одна частная студия. Крис Робинсон: Кажется, вы представили фильм в Академию под своим настоящим именем. Почему вы решили написать свое настоящее имя сейчас? Константин Бронзит: Потому что я так задумывал с самого начала. Потому что интересно было пуститься в рискованный путь именно на самом сложном этапе - фестивального отбора. Интересно, что на сайте Киноакадемии в ‘screening room’, где все академики просматривают фильмы, всё сделано очень правильно – на самих плашках привью фильмов вы не найдете ни страны, ни имени режиссера! Только название и продолжительность фильма. Чтобы увидеть имя режиссера, нужно, как минимум, запустить сам фильм. И еще, потому что система мировых фестивалей позволяет режиссеру заявить свой фильм всего в пару кликов, за что фестивалям огромное спасибо! А вот в Академии, как и в любой большой и солидной организации, процессуально все предельно строго, и регламентируется каждое движение. У меня не было ни малейшего представления, как я потом из всего этого буду выруливать чисто технически. Зачем мне эти проблемы?

СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ИЛИ МИСТИФИКАЦИЯ? (интервью Бронзита на CartoonBrew). Часть 1 На CartoonBrew опубликовано интервью журналиста, программного директора Оттавского анимационного фестиваля Криса Робинсона с режиссёром Константином Бронзитом, чей мультфильм "Три сестры" на прошлой неделе стал номинантом на "Оскар" в короткометражной анимации. Но перед номинированием фильм принял участие в мировом фестивальном туре, в котором "Три сестры" представлялись как фильм кипрского режиссёра Тимура Когнова. И только в момент публикации шорт-листа стало понятно, что за псевдонимом Когнова стоит Бронзит. Публикую русскую версию интервью, авторизованную Константином Бронзитом. Это длинный текст, разделённый на шесть частей. При этом, будучи опубликованным на важном анимационном ресурсе, он не только фиксирует судьбу конкретного фильма, но и ярко проявляет окружающий контекст. Крис Робинсон: Как давно возникла эта идея? Был ли какой-то конкретный инцидент, который заставил вас захотеть провести этот "социальный эксперимент"? Константин Бронзит: Мне не нравится слово эксперимент, хотя, возможно, я сам первым его употребил. Это тест. Тестирование собственных творческих возможностей. Но действительно выясняется, когда тестируешь себя, отчасти тестируешь и систему. Идея пришла мне в голову 12 лет назад, когда я заканчивал фильм «Мы не можем жить без космоса». Но, к сожалению, когда через несколько лет я начал делать второй фильм «Он не может быть без космоса», реализацию моего замысла пришлось отложить, так как эти два фильма слишком связывались между собой. Поэтому пришлось ждать какой-то принципиально иной проект. Им оказался фильм «Три сестры». Но есть и предыстория. Много лет назад один великий режиссер лично рассказал мне случай, как на каком-то фестивале, то ли в Варне, то ли еще где-то, другой известный режиссер, будучи членом жюри, «утопил» его фильм. Понятно, что тот член жюри наивно думал, что автор фильма об этом никогда не узнает. Я бы мог подвергнуть сомнению эту историю, все-таки она была рассказана с позиции ущемленного человека, но прошли годы, и тот самый член жюри на другом фестивале также утопил мой фильм. А потом я уже много раз слышал о таких случаях от других профессионалов на других фестивалях и про другие фильмы. Слышал открыто, даже из интервью по ТВ… Я не думаю, что я вам сейчас всем этим «открыл Америку». Я давно живу в профессии и многое повидал и как конкурсант, и как член селекционных комитетов, и как член жюри. И говорю о вещах, на которые мы не можем повлиять. Они были, есть и будут. Но однажды я подумал: а что если член жюри ничего не будет знать о фильме, кроме самого фильма. Смогу ли я преодолеть любые барьеры только за счет профессиональных качеств своего фильма? И я решился это проверить. Этот Тимур реально существует? Константин Бронзит: Частично да. Это мой родственник. И он действительно грузин, как я и писал в анкетах. Просто я чуть-чуть изменил его фамилию. К кино он не имеет никакого отношения. Всё, что я создал в своей «легенде», почти правда. Я как режиссер очень внимателен к деталям. По фильму «Три сестры» это хорошо видно. Я продумал всё, до мелочей. И я понимал, что «Три Сестры» не может быть дебютом Тимура Когнова, потому что с моей стороны это было бы крайне нечестно по отношению ко всем остальным режиссерам. Поэтому я придумал его фильмографию. И частично она тоже правдива. Я не стал вносить в нее фильмы «Гражданин Кейн» и «Зверополис», потому что это вызвало бы подозрения, но в ней есть и реальные фильмы – какие-то мои учебные упражнения, которые, кроме студентов, никто не видел. То есть это уже была не просто режиссура фильма, а в прямом смысле режиссура фрагмента моей собственной жизни. А это гораздо круче, чем кино!

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ЧЕБУРЛЯНДИЯ Флагманский герой союзмультфильмовской вселенной не оставляет в покое российских парламентариев и государственных мужей. Вслед за депутатами и философами, претендующими на статус государственных идеологов, в трактовку мультвселенной включились сентаторы. Член комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре, член ЦК КПРФ Айрат Гибатдинов предложил создать в России парки развлечений, аналогичные "Диснейленду", но с отечественными персонажами мультипликационных и игровых фильмов. "Наши родные Чебурашка, Крокодил Гена, Винни-Пух, Карлсон, герои "Ну, погоди!", "Простоквашино" стали той культурной вселенной, которая действительно способна конкурировать с западными франшизами", - сказал парламентарий в интервью ТАСС. Особенно актуальной выглядит идея популяризации этих героев в более широком смысле, к примеру, в рамках создания тематических парков, аттракционов и культурных пространств, также такие площадки могли бы действовать и в регионах, отметил Гибатдинов. Он назвал неплохим примером реализации подобных проектов уже существующий в Москве парк развлечений "Остров мечты". Однако нужно расширение масштабов, формирование некоего отечественного аналога "Диснейленда", ориентированного на семейную аудиторию, уточнил сенатор. "Такой проект мог бы стать пространством, где отечественные персонажи обретают новую жизнь: аттракционы, интерактивные зоны, театрализованные представления, мультимедийные форматы. И нужно понятное и близкое название. Условно, что-то вроде "Чебурляндия". Это был бы инструмент культурной политики и мягкой силы, формирующий у детей позитивную идентичность через родных, знакомых героев". Айрат Гибатдинов В последние годы общество становится все более настроенным на укрепление отечественного культурного кода, при этом появляется отчетливый запрос на переосмысление и популяризацию в том числе советского культурного наследия, считает сенатор. "Феноменальный успех "Чебурашки" в современном кинопрокате - это наглядный пример. Персонаж, созданный в советскую эпоху, близок и старшему поколению, и молодежи, и детям. Тенденция показывает, что советские мультипликационные и кинематографические герои обладают мощным потенциалом", - вдруг осознал собеседник агентства. Ранее Айрат Гибатдинов не был мне известен, и я решил уточнить, кто он такой. Сенатор регулярно выступает с довольно громкими предложениями, умеет работать с актуальной повесткой. К примеру, недавно он предложил вернуть имя Ленина всем носившим это имя объектам, разместить во всех аэропортах фонтанчики для питья, создать точки с бесплатным вайфаем по всей России, провести поголовный психологический тест детсадовских воспитателей, начать строительство музеев Сталина (сразу несколько чтобы было) и возродить производство "бобиков" УАЗ-469. Сенатор от Ульяновской области возглавляет, при этом, Херсонское региональное отделение КПРФ. Так что, возможно, он будет лоббировать возведение первых "Чебурляндий" не на Волге, а где-нибудь недалеко от Днепра. Сама идея развития тематических парков вокруг героев "Союзмультфильма" симпатична и достойна воплощения. Студия прилагает довольно много усилий по развитию этого направления, появляются Союзмультклубы и Союзмультпарки. Возможно, в недалёком будущем откроется и что-то более грандиозное, настоящий парк аттракционов, который объединит в едином пространстве советских и современных персонажей. Вообще, было бы здорово увидеть тематические парки и по иным мультвселенным, ведь такие пространства взаимодополняли бы друг друга. Миры "Рики", например, также способны раскрыться в аттракционах и интерактивной среде, да и вокруг Богатырей, наверное, можно что-то придумать.

ЭХ, 2х2! Сыендук обрушился с критикой на телеканал 2х2, сравнив его с "заброшенным парком развлечений". Видео, опубликованное на Ютуб-канале Сыендука, выглядит как заранее высказанная поминальная речь от конкурента. Поводом для резкой критики стал "новогодний" сериал "Путеводная звезда", в визуальной основе которого лежит ИИ-генерация. Эпизоды проекта были показаны в эфире 31 декабря в форме межпрограммных заставок и были представлены в пресс-релизах 2х2 как "первый ИИ-сериал на российском ТВ". Для наиболее любопытствующих сериал сейчас доступен на Rutube. "Легкая комедия о приключениях команды блогеров, которые ведут безумный тревел-влог по Галактике, чтобы показать, как встречают Новый год на самых разных планетах" создана уральской студией "Эх! Студия". Режиссёром и художественным руководителем проекта стал Стас Кон, художником-постановщиком и одновременно техническим директором - Кирилл Давыдов. Как отмечается в пресс-релизе, "генеративные инструменты стали главными помощниками при создании сериала: они упростили работу с визуалом – фоны, персонажи, анимация". При этом, вроде как всё остальное команда делала сама, и "такая комбинация позволила запустить проект в эфир за несколько месяцев, тогда как при классических методах процесс мог бы занять более полугода". При этом, создателями отмечается, что "чтобы получить один нужный кадр, может потребоваться до сотни генераций с постоянной корректировкой запроса и настроек", и "даже после этого результат часто требует доработки вручную". Поэтому творческая команда проекта решила обозначить данный подход как "Сделано людьми с помощью нейронных сетей". Хех, хорошая попытка, но - нет. И, возможно, было бы проще и даже быстрее создавать этот проект не на ИИ-коленке, а с привлечением нормальных аниматоров. Кстати, создатели проекта в презентации результатов подчёркивают несовершенство существующих технологий: "Основная сложность – нестабильность инструментов: нейросети развиваются очень быстро, и материалы, сделанные год назад, сейчас могут выглядеть устаревшими, с артефактами и менее детализированной анимацией. Нужно постоянно следить за новыми функциями и настройками". К сожалению, такое технологическое несовершенство не остановило создателей "Путеводной звезды" от выпуска в эфир такого результата, который, действительно, не слишком ждёшь от "главного анимационного" канала страны. Слово - Сыендуку: Десятилетие назад 2х2 был не просто электронной лучевой трубкой по доставке контента. Телеканал был проводником в мир анимации, куратором, дерзким, шарящим и увлечённым. И эту функцию 2х2 утратил. Теперь это просто старая ржавая труба, в которую можно засыпать "Петю и Волка" или нейрогенерацию, и никакой разницы уже не будет. Если когда-нибудь 2х2 окончательно исчезнет, виновата будет не "Путеводная звезда", а то, что канал давно перестал понимать, зачем и для кого он существует. "Путеводная звезда" - это не причина, а лишь ещё один симптом приближающейся кончины. Ещё один предсмертный спазм. Сейчас канал напоминает заброшенный парк развлечений. Каркасы некогда грандиозных аттракционов ещё стоят, но самих горок уже нет. И только побитая карусель Губки Боба со скрипом из последних сил крутится посреди пустынных аллей. С другой стороны, столь резкие слова Сыендука могут быть объяснены конкуренцией за симпатии молодых создателей анимации. В последнее время менеджеры 2х2 стали развивать программную сетку канала, предоставляя время для показа российской студенческой, автономной и авторской короткометражной анимации. Примерно тем же начал заниматься проект Сыендука nerds. Например, пару дней назад был анонсирован сбор проектов и заявок от авторских аниматоров, чтобы впоследствии сформировать из этих коротких фильмов альманах. Проекты могут быть созданы в любой технике, и единственным условием для участия является отсутствие ИИ-генерации. Отличный хайп на контрапункте с опытами 2х2 и конкурсом от Союзмультфильма, я считаю.

КОНСТАНТИН БРОНЗИТ: "ЭТО ЧУДО... В ПРИНЦИПЕ Я ПОБЕДИЛ УЖЕ" Российский режиссёр Константин Бронзит прокомментировал номинирование своего нового фильма "Три сестры" на "Оскар" в категории короткометражной анимации. Бронзит в беседе с ТАСС назвал полученную номинацию "чудом". "Я чувствую радость. Это чудо. Это третья моя номинация, и это невероятно. Стабильность - показатель класса", - отметил Бронзит. В комментарии РИА Новостям режиссёр рассказал, что считает случившееся победой и собирается поехать на церемонию: "Впечатления самые чудесные. В принципе я победил уже. Это ощущение того, что у меня получились хорошая вещь и академики ее оценили. Это тысячи профессионалов по всему миру. И они оценили мой фильм". В разговоре с ТАСС режиссёр определил своего главного конкурента в битве за статуэтку. "Судя по тому, что [картина] прошла в номинацию, шансы велики как никогда. Главный конкурент - это фильм "Бабочка"", - сказал Бронзит. Действительно, "Бабочка" - лидер номинации, а его режиссёр Флоранс Мьей, определённо, достойна "Оскара". Несмотря на столь сильную конкуренцию, шансы "Трёх сестёр" одержать победу в номинации, по словам самого Бронзита, велики. "Математически они как раз уменьшились - один к пяти. А в шорт-листе - [шансы были] один к трем, поэтому они даже усложнились", - заключил режиссер. Как я часто отмечаю студентам, Константин Бронзит - "математический" режиссёр. Удачи ему в обретении заветной статуэтки!

(poll without text)

(poll without text)

ОСКАРОВСКИЕ СËСТРЫ БЕЗ САПОГ Объявлены номинанты на Оскар по итогам 2025 года. В категории полнометражной анимации за статуэтку будут бороться американские и французские работы. Любимцам фестивалей, фильмам "Арко" и "Маленькая Амели и метафизика труб", будут противостоять представители мейнстрима и мейджоров - "Элио", "Зверополис 2" и "Кейпоп-охотницы на демонов". Как говорится, всем сёстрам раздали по серьгам.)) Список номинантов на Оскар в полнометражной анимации: Arco, Ugo Bienvenu, Félix de Givry, Sophie Mas and Natalie Portman (France) Elio, Madeline Sharafian, Domee Shi, Adrian Molina and Mary Alice Drumm (US) KPop Demon Hunters, Maggie Kang, Chris Appelhans and Michelle L.M. Wong (US) Little Amélie or the Character of Rain, Maïlys Vallade, Liane-Cho Han, Nidia Santiago, and Henri Magalon (France/ Belgium) Zootopia 2, Jared Bush, Byron Howard and Yvett Merino (US) Такой результат - очень хороший с точки зрения представленности фествиально-мейнстримного кино. При этом, очевидные фавориты гонки от Netflix и Disney/Pixar предсказуемо попали в итоговую пятёрку. Основная сенсация произошла в категории короткометражной анимации, в которой фильм Пьера-Люка Гранжона "Ночные сапоги" - один из основных лидеров фестивального тура, обладатель Кристалла Анси и других наград - не вошёл в итоговую пятёрку номинантов. Видимо, этот эффектный образец технологии игольчатого экрана оказался слишком сложным для членов Академии. С другой стороны, в номинанты попала Флоранс Мьей с прекрасным фильмом "Баттерфляй" - и тематически непростым, и визуально эффектным. Это её первая номинация на "Оскар", и лично я буду держать кулаки именно за неё. Посмотреть фильм по ссылке. Другой новичок на Оскаре - "Пенсионный план" Джона Келли, очень говорливый и несколько минималистичный портрет человека, размышляющего о том, что он будет делать на пенсии. Посмотреть фильм. Второй раз (первый был за "Мадам Тутли-Путли") номинантами стали канадские мастера стоп-моушена Крис Лавис и Мацек Щербовски с фильмом "Девушка, которая плакала жемчугом". Посмотреть тизер. Видимо, лишь из-за принадлежности к влиятельной корпорации в номинанты попала милая работа "Вечнозелёный" от ветеранов Disney Натана Энгельхардта и Джереми Спирса (посмотреть трейлер). Самым осенённым предыдущими номинациями участником списка стал Константин Бронзит. Его новая работа "Три сестры" была представлена на фестивалях под псевдонимом, и уже только в рамках "оскаровской гонки" режиссёр решился на развиртуализацию. Трейлер фильма. В итоговой пятёрке не хватило места другим достойным работам из шорт-листа. Например, фильмам "Автобус" Сильвии Шкиладз или "Играя в Бога" Маттео Бурани. Но они, видимо, оказались слишком "умными" и "авторскими". Как и "Ночные сапоги". Пять номинантов на Оскар в короткометражной анимации: "Butterfly" (Papillon), Florence Miailhe (France) "Forevergreen", Nathan Engelhardt, Jeremy Spears (US) "The Girl Who Cried Pearls", Chris Lavis, Maciek Szczerbowski (Canada) "Retirement Plan", John Kelly (Ireland) "The Three Sisters", Konstantin Bronzit

ЕДИНОГЛАСНАЯ ЭКСПЕРТИЗА. Финал /начало/ /середина/ Первым на выступлениях слово взята председатель Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина (КПРФ). Её комитет был, вместе с думским комитетом по культуре, соисполнителем по данному законопроекту. В начале своего выступления она выразила уверенность, что все депутаты Госдумы поддержат законопроект, несмотря на их столь обширную критику в адрес министерства. Останина попросила министерских чиновников не обижаться, когда депутаты сомневаются в качественности существующей экспертизы кинопроектов. Затем она выразила уверенность, что анимационные студии существуют «только в Москве и Питере», а регионы, получается, останутся ни с чем. Следом она буквально наехала выразила озабоченность тем, что теперь сериалами и кинопроизводством занимается Институт развития Интернета, который оперирует большими деньгами, как будто вообще не соблюдая никаких приоритетных тем. Непорядок ведь! «Возьмите под контроль весь детский контент», - призвала она представителей Минкульта, и предложила уже во втором чтении добавить полномочий министерству, если их в этом вопросе недостаёт. Ещё один вопрос Останиной Минкульту – а кто вообще утверждает те приоритетные темы, которыми как мантрой прикрываются сотрудники министерства? Вопрос риторический, конечно. Станислав Наумов (ЛДПР) отметил в своём выступлении, что важно вернуть индивидуальным предпринимателям, работающим в кинопроизводстве, льготы по НДС, иначе не будет у нас в будущем никаких детских фильмов. Выступающая с докладом председатель думского комитета по культуре Ольга Казакова («Единая Россия») начала свою речь с сюжета о том, как «упоминавшегося много раз в этом зале» персонажа советской мультипликации (почему-то депутат уверена, что он – с большими глазами) «наши дети» создают в качестве игрушек, а потом эти игрушки в качестве брелка «дарят нашим бойцам». «Его наши защитники, наши герои несут с собой как частицу детства», - заявила она. Большеглазый брелок, что-то из аниме, видимо. Насладившись рассказом о брелке, Казакова ушла в рассуждения о важности анимации и приоритетных тем господдержки для культуры детства, и призывала коллег стремительно принять этот законопроект, чтобы Минкульт мог быстрее запустить новые конкурсы на кинопроизводство. А я думал, глядя на как будто немного засыпающих депутатов Госдумы, многие ли из них регулярно смотрят анимационные фильмы?.. Заключительное слово в дискуссии держала Елена Драпеко, которая поблагодарила коллег-депутатов за вопросы и неравнодушие, но и отметила, что большинство из них устарело. По словам Драпеко, в последние последние годы российская кинематография развивалась «через кризис 2021 года, пандемию, через идеологическое падение, которое произошло в конце 90-х и 2000-х годах, через то, что наш кинематограф покинула целая плеяда несогласных с нашей политикой в отношении СВО кинематографистов». «Все эти кризисы отразились, конечно, на нашем кинематографе. Но, на мой взгляд, эти кризисы на сегодняшний день преодолены», - заявила Драпеко, подчеркнув, правда, отсутствие отечественных кинопромышленности и программного обеспечения. «Ничего в России не производится, а как мы будем требовать качества, если ничего не производим?» - вопрошала Драпеко своих коллег. Творцы «не могут снимать на бумажке, они должны снимать на качественном оборудовании», уверена депутат, подчеркнув, что обращаться с претензиями насчёт развития кино нужно не к Минкульту, а – берём выше – правительству России. Несмотря на бурное обсуждение, депутаты законопроект в первом чтении поддержали. Единогласно. Ни одного голоса против.

ЕДИНОГЛАСНАЯ ЭКСПЕРТИЗА. Середина /начало/ Федот Тумусов («Справедливая Россия») отметил феномен якутского кино и уточнил, как будут учитываться региональные особенности в определении поддерживаемых кинопроектов. Впоследствии Вячеслав Мархаев (КПРФ) также затронул близкую тему единства народов России и отражённости этого опыта в кино. Замминистра сказала, что всё с региональными темами должно быть хорошо, ведь многообразие народов страны также отмечено в приоритетных темах. Следом слово взяла стоявшая за центральной трибуной Елена Драпеко, ринувшаяся защищать министерских чиновников. «У нас сегодня нет проблем с министреством культуры в части контента, который снимается. Уровень таланта зависит не от министерства, а от художественной общественности. Кого мы воспитали – режиссёров, актёров, операторов, – такое кино мы и получаем. Я надеюсь, что с каждым годом уровень будет повышаться, но озабоченность наша связана с количеством показов», - сказала депутат, и ушла в рассуждения о мерах по поддержке киносетей в стране и проблеме отечественного оборудования для кинопоказов. Попыталась снять накал дискуссии и поместить его в мирное, но далёкое от министерской ложи русло. Взявший слово Андрей Алёхин (КПРФ) обрушился на министерство за непрозрачность. Отсутствие независимых художественных советов и продюсеры, входящие в состав экспертизы и министерства, и Фонда кино, раздутые бюджеты, фильмы, снятые на безвозвратной основе, неокупаемые проекты – всё это, по мнению депутата, устаивает всех участников киноиндустрии, но не зрителей. «Последние так называемые рекордные сборы анимационных фильмов связаны не с их качеством, а во многом значительным увеличением стоимости билетов», - отрезал он, и задался сакраментальным вопросом: «Почему Минкульт перестал выкладывать видеозаписи защиты проектов фильмов, которые помогали контролировать прозрачность госденег? Как Министерство культуры работает над качеством распределения денежных средств?» Отсутствие должного государственного контроля рождает, по мнению депутата, несостоятельные ремейки советской классики. И то, что в обществе присутствует агрессия, потребительское отношение и жестокость, связано, как уверен, Алёхин, с отсутствием должного контроля со стороны государства за кино. Новый «Чебурашка», видимо, и в этом виноват. В ответ Жанна Алексеева отметила, что поддержка кинопроектов принимаются на основании экспертных советов, в которые входят уважаемые люди, в том числе духовенство, ветераны СВО, и даже сами депутаты Госдумы. «Ставить под сомнение экспертную оценку такого сообщества было бы, наверное, не совсем правильно», - отметила замминистра. Виктор Соболев (КПРФ) решил уточнить у замминистра, какие новые анимационные фильмы нравятся лично ей. На лице у депутата в этот момент была столь яркая гримаса отвращения, что боюсь даже представить, какой конкретно свой визуальный опыт вспомнил член комитета по обороне. Неужели мультики из федеральных посланий президента? Но в конце своего вопроса депутат Соболев совершил непростительную ошибку, уточнив, являются ли эти фильмы «образцом воздействия на нашу молодежь в условиях специальной военной операции и предстоящей войны». Замминистра культуры только этого и ждала, как царевна Лебедь вытащив из рукава статистику кинопроизводства по тематике СВО. В конце ответа Алексеева отметила, что 10 миллионов зрителей последнего «Чебурашки» не могут ошибаться в своём выборе. «Если бы сарафанное радио не говорило, что фильм интересен, то, наверное, на него так не пошли», - уверена чиновница. Завершавший сессию депутатских вопросов Владимир Сипягин (ЛДПР) задал фундаментальный вопрос о том, как будут контролироваться уже созданные кинопроекты с точки их финансовой и качественной состоятельности. Чиновница решила на этот вопрос не отвечать, повторив рефрен про экспертов и приоритетные темы. Настало время выступлений. /окончание/

ЕДИНОГЛАСНАЯ ЭКСПЕРТИЗА. Начало Госдума во вторник, 20 января, принимала в первом чтении правительственные поправки к закону о государственной поддержке кинематографии. Те самые, которые рассматривались неделю назад на заседании профильного комитета. Эти поправки предусматривают стопроцентное госфинансирование анимационных мультфильмов, по аналогии с детским игровым кино. Также Минкульту предоставляется право самостоятельного утверждения тем приоритетной поддержки кинематографии. Представлявшие законопроект замминистра культуры Жанна Алексеева и первый зампред комитета по культуре Елена Драпеко («Справедливая Россия») прочитали по бумажке вступительные слова, и начался диспут. Сначала взял слово коммунист Ренат Сулейманов, который сходу заявил, что детское и анимационное кино в стране «оставляет желать много лучшего». Он отметил, что в последнее время создаются «ремейки выдающихся советских фильмов или мультфильмов, и они не выдерживают никакой критики, начиная от "Чебурашек" и заканчивая "Бременскими музыкантами", которые страшно вообще детям показывать». Депутату очень хочется изменить эту ситуацию, и он задаётся вопросом, как принимаемые поправки помогут в этом деле. В ответ Жанна Алексеева отметила, что при определении фильмов, достойных госфинансирования, во главе угла находится экспертная оценка строится вокруг решений профильных экспертных советов, в которые входят «достаточно яркие представители кинематографии». Если вас нет в министерских советах, то вы просто недостаточно ярки. Анжелика Глазкова (КПРФ) ударила наотмашь, предложив замминистра сравнить объёмы производства детского кино в 2025 году в сравнении с 1985 годов. Замминистра отбивалась кавалькадой цифр производства и кинопроката в 2025 году, а я размышлял, что в 1985 году кинопроизводство было явно не таким обширным, как сейчас. Сравнение будет не в пользу советского времени, увы. Вообще, на всём протяжении довольно длительной дискуссии Жанну Алексееву в министерской ложе морально и информационно поддерживали коллеги, ставшие буквально импровизированным бэк-офисом замминистра. Они на ходу писали разные справки-бумажки, которые Алексеева успевала зачитать в конце своих ответов. Эти созданные «на коленке» заметки добавляли столь ценное «мясо» в бесконечные рассуждения о важности приоритетных тем и прочих ценностей. Сангаджи Тарбаев («Новые люди») попросил уточнить, будут ли при выдаче новых субсидий приоритетно поддерживаться не развлекательные, а образовательные или просветительские проекты анимационных фильмов. Алексеева сослалась на приоритетные темы господдержки, среди которых довольно сложно отыскать что-то развлекательное, и отметила, что усилия министерства по внедрению этих тем в кинопространство будут продолжены. Ох. Мария Прусакова (КПРФ) решила уточнить, а как будут внедряться в кино для детей правильные социальные установки, которым молодёжь будет подражать, и пошла ва-банк: «Президент сказал: рожать, рожать и еще раз рожать. Каким образом мы сегодня будем это популяризировать?» Замминистра не увидела в этом проблему, ведь тема семьи является одной из приоритетных тем господдержки в кино. То есть, рожать будут. Правда, не уточняется, кто именно – герои, творческая группа фильмов, зрители во время просмотров. Видимо, решат эксперты министерских советов. Кстати, замминистра рассказала, что составы экспертных советов ротируются и формируются после запросов в профильные сообщества и ассоциации, а также отдельные ведомства. То есть, к примеру, экспертный совет по анимации должен формироваться с учётом предложений Ассоциации анимационного кино. Надеюсь, это действительно происходит. /продолжение/

+6

МИККИ И ДОНАЛЬД НА ВОЕННЫХ НАШИВКАХ Удивительным сюжетом истории американской анимации в период Второй мировой войны является создание студией Уолта Диснея знаков отличия для военных подразделений, батальонов, служб, и даже личной символики отдельных военных. За всё время войны было создано около 1300 знаков отличия. Для обеспечения этой "общественной" миссии на студии даже был создан специальный отдел под руководством художника Хэнка Портера / Hank Porter. Отдел создавал символику с использованием персонажей всей диснеевской вселенной. Команда часто выходила за рамки флагманского пантеона героев и обращалась к старым анимационным фильмам Disney в поисках идей. Героями нашивок и символов подразделений стали и персонажи из Silly Symphony, и герои из "Белоснежки", "Пиноккио", "Фантазии", "Дамбо", "Несговорчивого дракона", "Бэмби", "Салюдос Амигос", "Трёх кабальеро". Причём, в ход шли и образы из будущих проектов, в том числе и не снятых (например, из полнометражных "Гремлинов"). Большое количество маскотов-значков было создано с нуля или напоминало второстепенных персонажей мультфильмов - обезьян, медведей, рыб, птиц, черепах, лягушек, бобров, енотов, собак, кошек, лошадей, слонов, тюленей, насекомых, пауков, раков, вплоть до ручек, чернильниц и промокашек. Уф. Самым популярным персонажем среди военных был не Микки Маус, а Дональд Дак. Что, в принципе, очевидно для знающих историю анимации. Студия создавала знаки отличия по запросам военных подразделений на бесплатной основе. Для Уолта Диснея эта деятельность стала символическим вкладом компании в боевой дух не только американских, но и союзных войск.

СНЯЛ ФИЛЬМ - ЗАПЛАТИ ЗА СЕЛЕКТ Международный фестиваль анимационных фильмов в Анси с этого года перешёл на систему платного преселекта. То есть, создатели анимационных фильмов, решившие принять участие в фестивальном отборе, теперь должны заплатить взнос за рассмотрение их фильма селекционерами фестиваля - 10 евро за дипломные проекты (graduation films), 30 евро за прикладную анимацию и короткий метр, 50 евро за сериалы, и 100 евро за полный метр. До селекта 2026 года Анси не взимал подобного рода платежи. И, боюсь, некоторые другие организаторы анимационных фестивалей последуют примеру крупнейшего собрата. Сама ситуация с платежами за преселект не является необычной, и многие фестивали игрового кино (включая Канны и Берлинале) ими обладают. Правда, в пространстве профессиональных анимационных фестивалей ещё года назад назад большинство крупнейших смотров практиковали бесплатный приём фильмов на преселект, а платежи вводились, к примеру, в случае нарушения режиссёрами обычных дедлайнов отправки фильмов. В начале 2026 года сайт Animation-Festivals.com, специализирующийся на собственно анимационных фестивалях и включающий в себя сведения о более чем 300 анимационных киносмотров по миру, фиксирует, что уже 55 процентов событий требуют оплаты преселекта. То есть, Анси не является первым фестивалем, перешедшим на платежи. Если сравнить цены отправки фильмов, то от фестиваля к фестивалю они будут довольно сильно разниться. Например, косовский Anibar просит оплатить 3 доллара за короткометражку, штутгартcкий ITFS - 5-10 евро, афинский Animfest и лондонский LIAF - от 15 до 20 евро (в зависимости от дедлайна), германский DOK Leipzig - 35-55 евро, британский Encounters - от 20 фунтов, Каннский кинофестиваль - 30 евро (как и Анси), а Берлинале - целых 75 евро за короткий метр. Тем не менее довольно много крупных событий продолжает придерживаться политики бесплатного приёма фильмов в обычные дедлайны. Таковыми являются чешский Anifilm, венгерские Anilogue и Animest, брюссельский Anima, испанский Animac, загребский Animafest, греческий Animasyros, словенская Animateka, польский Animator, швейцарские Animatou и Fantoche, южнокорейский BIAF, итальянский Cartoon on the Bay, чилийский Chilemonos, португальская Cinanima, нидерландский Kaboom, украинский Linoleum, австралийский MIAF, канадский OIAF... Все крупные российские киносмотры - Суздаль, БФМ, Бессонница - также открыты для бесплатных присылок фильмов. Вообще, платный приём на преселект сильнее всего распространён не в Европе или Азии, а в США. Если вы решите отправить своё анимационное кино на преселекты всех фестивалей, которые находятся в ротации Оскара (многие из них будут американскими), то вам нужно готовить денежки. Тысячи три долларов на отправку фильма по основному мировому туру должно хватить.

Друзья, в феврале я запускаю свой базовый курс по истории экспериментального кино «Назад к авангарду». 10 недель, лекции по 120 минут, несколько десятков авангардных фильмов, возможность структурировано, последовательно изучить темы, которые позволяют увидеть кино обновленным взглядом. Этот курс я больше в таком виде не планирую повторять, потому что впереди много других тем и планов, но по просьбе несколько людей сейчас всё-таки запускаю его. Поэтому если вы думали о том, что надо бы как-нибудь такой курс пройти, то не упустите возможность❤️ Детали курса по ссылке и у меня в личке🙏

Если вы планировали как-нибудь начать погружение в экспериментальное кино, то курс Анны Краснослободцевой - тот самый "батискаф" в океан визуального эксперимента, на борт которого я настоятельно рекомендую попасть. Анна заботливо погружает слушателей в иногда крайне непонятные и запутанные рифы кино, становится комфортным проводником-шерпой в этой пучине визуальной информации, после общения с которым нет ни ощущения поверхностного опыта, ни кессонной болезни от слишком резких перепадов глубины.

В аниматорских чатах началось активное обсуждение "всероссийского конкурса анимации", проводимого Сбером, Школой 21 и Союзмультфильмом. Конкурс приурочен к 90-летию Союзмультфильма и позиционирует себя как "любительское анимационное соревнование". Предполагается, что участники конкурса должны создать анимационный ролик-поздравление к юбилею студии, применив для этого отечественные технологии искусственного интеллекта. Сгенерировано нейросетями может быть что угодно - изображение, анимация, сценарий. Союзмультфильм даже разрешил использовать персонажей своих мультфильмов внутри подобных роликов. Призовой фонд конкурса выглядит, мягко говоря, внушительно: победитель получит денежный приз в размере одного миллиона рублей, обладатель второго места - 250 тысяч рублей, а третьего - умный телевизор Sber. В том числе, организаторы конкурса вручат и поощрительные призы. Несмотря на любительский статус мероприятия, в условиях на сайте написано, что в конкурсе принимать участие могут "взрослые и дети, новички и профессионалы". Интересно, много ли профессиональных аниматоров решит принять участие в конкурсе, учитывая, что миллион рублей за генерацию 30-секудного или минутного ИИ-ролика явно превосходит действующие в отрасли ставки за качественную анимацию. Ролики участников будет оценивать экспертное жюри, в котором от анимации представлены Юлиана Слащёва, Борис Машковцев, Мария Савиных и Евгения Жиркова. Приём конкурсных работ открыт до 10 апреля 2026 года. Кажется удивительным, что студия, известная своими "крафтовыми" мультфильмами, вдруг решила патронировать конкурс ИИ-анимации. Как будто авторская анимация, выраженная феноменальными короткими метрами и качественными сериалами, оказалась нокаутирована нейросетями. Но, всё же, как мне кажется, дело обстоит не совсем так. Несмотря на всю буйную критику в адрес Союзмультфильма, лидирующим продюсером конкурса является не студия, а программерская "Школа 21". Именно на Школу зарегистрирован сайт конкурса, а её представители участвуют в жюри. Косвенным доказательством непричастности Союзмультфильма к сайту является и тот факт, что фамилия директора студии Бориса Машковцева прописана в жюри конкурса нетривиальным, альтернативным образом - Борис Машковец. Интерес образовательной ИТ-организации к ИИ очевиден, и сама маркетинговая модель привлечения старейшей российской анимационной студии, переживающей юбилейный год, в партнёры конкурса вполне объяснима, если мы понимаем, что ведущим организатором конкурса является не Союзмультфильм. Обе компании находятся в экосистеме Сбера, у которого периодически бывает много маркетинговых денег. И тогда миллион за первое место становится вполне резонным призом, ведь эти деньги являются не союзмультфильмовскими, а предоставляются ИТ-школой, патронируемой крупнейшим российским банком. Безусловно, анимация не сможет абстрагироваться от ИИ. Нейросети и генерации уже применяются в создании мультфильмов, и иногда даже с адекватными последствиями для качества работ. Но проводимый конкурс - это, как я понимаю, попытка канализировать интерес к ИИ со стороны массовой аудитории в проявленность бренда Школы 21, а Союзмультфильм получит возможность использовать итоги конкурса в юбилейных мероприятиях, ведь сгенерированные неофитами сюжеты будут буквально проявлять любовь народа к анимационной компании. И одновременно будет разгребать негативный хайп в свой адрес.

ДЕПУТАТСКИЕ ЧЕБУРАШКИ. Часть вторая /начало/ Елена Драпеко ("Справедливая Россия") предложила проанализировать принципы, по которым работает Фонд кино. Если Минкульт принимает приоритетные темы и как бы стремится им соответствовать, то в рамках конкурсов Фонда кино существует иная, зрительски ориентированная прагматика, когда поддерживается не то кино, которое "правильное", а то, которое проходит через экспертов и Совет Фонда. Стало очевидно, что депутаты профильного комитета Госдумы очень плохо разбираются в хитросплетениях вокруг Фонда кино, и их это крайне раздражает. Замглавы минкультовского кинодепартамента Анна Терехова пыталась прояснить ситуацию и доказать, что Минкульт держит руку на всех финансовых потоках и процедурных регламентах Фонда, но пожар в сердцах депутатов уже было не потушить. Денис Майданов ("Единая Россия") задался вопросом о зрительской составляющей и повышении качественности российского кино и кинокадров, Елена Драпеко ему парировала, что мы должны работать с теми кинематографистами, которые у нас имеются. Включившийся в дискуссию Иван Мусатов (ЛДПР) вдруг выразил сожаление, что не все продюсеры "типа Роднянского" уехали за границу. "Они не смогли уехать на запад, остались здесь. Раньше они снимали звягинщину, а сейчас они снимают сказки, получая от министерства очень большие суммы. Нужно как-то находить и фильтровать этих людей. И есть понимание, что свои своим дают деньги, хотелось бы прекратить эти все дела", - отметил Мусатов. Ольга Казакова попробовала сбить жар полемики, отметив, что "никакие иноагенты" госфинансирование не получают. Елена Драпеко продолжила защиту киносообщества, заметив, что современный уровень российского кино - вполне приличный. И тут в дело вступил Дмитрий Певцов ("Новые люди"), с ходу заявив, что "нужно забыть о том, что думает народ". "О том, что думает народ, Министерство культуры не заботится. Заявляю это ответственно, потому что внимательно посмотрел в прошлом году детские фильмы, которые вышли, и которые сейчас продолжают выходить. На реплику, что других писателей нету, могу возразить, что они, другие писатели, есть. И есть другие фильмы, и другие режиссёры. Но они не получают денег. А если им удаётся снимать, то они не получают прокат", - сказал он. Если во времена Советского Союза зрительским успехом обладали действительно шедевры, то сейчас, по мнению Певцова, им обладают "лишь "чебурашки", которые никакого отношения ни к детскому, ни вообще к кино и искусству не имеют". "Это вредный кинопродукт, который разлагает наших детей", - отрезал депутат, и раскритиковал игровой фильм "Чебурашка", в котором, по его мнению, нет ни одного положительного человеческого персонажа, а единственным "похожим на положительного героя" является "плохо нарисованный Чебурашка". "Не может быть детского кино, в котором ребёнок не увидит примера для подражания или какого-то вывода, какой-то морали", - считает Певцов. "Люди взяли франшизу и заработали бабла, и тоже самое сейчас продолжается с буратинами, бременскими музыкантами чудовищными", - отметил он, и подчеркнул, что "как давали свои своим, так и продолжают давать, ничего не изменилось, это факт", а "получить хорошему, действительно глубокому проекту деньги на свой фильм очень и очень трудно". Эту тираду было удивительно услышать из уст не просто депутата, но и эксперта профильных ведомств, прямо влияющего на госфинансирование в области кино. Елена Драпеко, в ответ, предложила разрешить Минкульту вмешиваться в творческий процесс, отменив запрещающие это нормы в законодательстве. В воздухе забрезжило литование, но Ольга Казакова призвала пока завершить "непростую дискуссию", предупредив представителей Министерства культуры, что вопросов и непрояснённых позиций слишком много - и про инженерные кадры в кино, и про кинообразование, и про программные комплексы. Похоже, комитет даже проведёт специальное совещание о состоянии российского кинематографа. А пока впереди - утверждение обсуждённого законопроекта на пленарном заседании Госдумы. Посмотрим, сколько раз на нём будет упомянут большеухий зверёк неизвестной породы.

ДЕПУТАТСКИЕ ЧЕБУРАШКИ. Часть первая Госдума опять стала источником анимационных новостей. Связано это было с рабочим заседанием профильного комитета Госдумы по культуре, который одобрил и жарко обсудил пару законодательных инициатив, которые могут серьёзно затронуть российскую анимацию. Открывая заседание комитета, его председатель Ольга Казакова ("Единая Россия") похвасталась ручной брошью с главным героем фильма "Ëжик в тумане" и похвалила российских рукодельниц и мастеров, которые создают подобного рода украшения и игрушки. Я же в этот момент думал о том, не является ли это рекламой теплых, ламповых, но контрафактных изделий, и насколько серьёзно этой депутатской брошью нарушаются права Союзмультфильма и художника Франчески Ярбусовой. Также я любовался откровенно молодыми представителями департамента кинематографии Минкульта, которые резко выделялись на фоне маститых коллег. Основным вопросом дня были поправки в закон о господдержке кинематографии о полном государственном финансировании производства и проката национальных анимационных фильмов для детей. С одной стороны, это хорошая инициатива, уравнивающая в правах анимацию и игровое кино для детской аудитории (игровые фильмы уже обладают возможностью 100% госфинансирования, а анимация довольствуется лишь нормой в максимум 65% госсредств в итоговом бюджете фильма). При этом, стоит учитывать закономерное усиление роли государственных чиновников в определении тем, угодных для кинопроизводства. Собственно, это даже и не скрывается, если мы взглянем на пояснительную записку к законопроекту: фильмы для детско-юношеской аудитории "выполняют одну и ту же крайне важную функцию - воспитание подрастающих поколений на основе традиционных российских духовно-нравственных и культурных ценностей". Плюс, такая полнота господдержки может привести к сокращению количества поддерживаемых проектов на треть, ведь общий объём финансирования Минкультом анимации и кино не изменится. Напомню действующие "расценки" поддержки анимации по субсидиям Минкульта: 350 тысяч рублей за минуту короткометражного фильма, 250 тысяч рублей за минуту сериального контента. (Вначале я прописал те цифры, которые были озвучены на заседании комитета, но, видимо, чиновники Минкульта запутались в своих же расценках, и минута авторского короткого метра по субсидиям 2025 года стоила 400 тысяч рублей, дебютного - 350 тысяч, сериала - 300 тысяч). Для меня эти ограничения являются неадекватными, особенно по сравнению с неигровым и игровым кино, где есть лимиты субсидий на проекты, независимо от их хронометража. Но именно к таким финансовым рамкам предполагается применить норму о 100-процентном госфинансировании. При этом, полнометражные мультфильмы проходят через поддержку Фонда кино и зачастую преодолевают эти ценовые барьеры, то есть производить анимационные полнометражки за госсчёт становится заметно выгоднее. Второй темой обсуждения стал вопрос о том, кто и как определяет приоритетные темы господдержки кинематографии. В предыдущие годы эти приоритетные темы определялись самим Минкультом. Происходило это на основании постановления Правительства России, но оно в конце 2025 года утратило свою силу. И теперь Минкульт просит закрепить его право определения приоритетных тем напрямую в законе, чтобы преодолеть возникшую правовую лакуну. Позицию министерства в данном вопросе озвучивала и защищала глава департамента кинематографии Анна Ярина, получая полную поддержку со стороны Ольги Казаковой. "Дадим полномочия, которые и так были", - призывала своих коллег глава комитета. Но депутаты не смогли смолчать, и вдруг в стенах Госдумы проявилось место для дискуссии. /продолжение/