Шведов и анимация | Хитрук на проводе

СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ ИЛИ МИСТИФИКАЦИЯ? (интервью Бронзита на CartoonBrew). Часть 1 На CartoonBrew опубликовано интервью журналиста, программного директора Оттавского анимационного фестиваля Криса Робинсона с режиссёром Константином Бронзитом, чей мультфильм "Три сестры" на прошлой неделе стал номинантом на "Оскар" в короткометражной анимации. Но перед номинированием фильм принял участие в мировом фестивальном туре, в котором "Три сестры" представлялись как фильм кипрского режиссёра Тимура Когнова. И только в момент публикации шорт-листа стало понятно, что за псевдонимом Когнова стоит Бронзит. Публикую русскую версию интервью, авторизованную Константином Бронзитом. Это длинный текст, разделённый на шесть частей. При этом, будучи опубликованным на важном анимационном ресурсе, он не только фиксирует судьбу конкретного фильма, но и ярко проявляет окружающий контекст. Крис Робинсон: Как давно возникла эта идея? Был ли какой-то конкретный инцидент, который заставил вас захотеть провести этот "социальный эксперимент"? Константин Бронзит: Мне не нравится слово эксперимент, хотя, возможно, я сам первым его употребил. Это тест. Тестирование собственных творческих возможностей. Но действительно выясняется, когда тестируешь себя, отчасти тестируешь и систему. Идея пришла мне в голову 12 лет назад, когда я заканчивал фильм «Мы не можем жить без космоса». Но, к сожалению, когда через несколько лет я начал делать второй фильм «Он не может быть без космоса», реализацию моего замысла пришлось отложить, так как эти два фильма слишком связывались между собой. Поэтому пришлось ждать какой-то принципиально иной проект. Им оказался фильм «Три сестры». Но есть и предыстория. Много лет назад один великий режиссер лично рассказал мне случай, как на каком-то фестивале, то ли в Варне, то ли еще где-то, другой известный режиссер, будучи членом жюри, «утопил» его фильм. Понятно, что тот член жюри наивно думал, что автор фильма об этом никогда не узнает. Я бы мог подвергнуть сомнению эту историю, все-таки она была рассказана с позиции ущемленного человека, но прошли годы, и тот самый член жюри на другом фестивале также утопил мой фильм. А потом я уже много раз слышал о таких случаях от других профессионалов на других фестивалях и про другие фильмы. Слышал открыто, даже из интервью по ТВ… Я не думаю, что я вам сейчас всем этим «открыл Америку». Я давно живу в профессии и многое повидал и как конкурсант, и как член селекционных комитетов, и как член жюри. И говорю о вещах, на которые мы не можем повлиять. Они были, есть и будут. Но однажды я подумал: а что если член жюри ничего не будет знать о фильме, кроме самого фильма. Смогу ли я преодолеть любые барьеры только за счет профессиональных качеств своего фильма? И я решился это проверить. Этот Тимур реально существует? Константин Бронзит: Частично да. Это мой родственник. И он действительно грузин, как я и писал в анкетах. Просто я чуть-чуть изменил его фамилию. К кино он не имеет никакого отношения. Всё, что я создал в своей «легенде», почти правда. Я как режиссер очень внимателен к деталям. По фильму «Три сестры» это хорошо видно. Я продумал всё, до мелочей. И я понимал, что «Три Сестры» не может быть дебютом Тимура Когнова, потому что с моей стороны это было бы крайне нечестно по отношению ко всем остальным режиссерам. Поэтому я придумал его фильмографию. И частично она тоже правдива. Я не стал вносить в нее фильмы «Гражданин Кейн» и «Зверополис», потому что это вызвало бы подозрения, но в ней есть и реальные фильмы – какие-то мои учебные упражнения, которые, кроме студентов, никто не видел. То есть это уже была не просто режиссура фильма, а в прямом смысле режиссура фрагмента моей собственной жизни. А это гораздо круче, чем кино!