провода+болота

в этом посте собраны все события с дедлайнами, на которые можно подать заявку в ближайшую неделю-полторы. 1. конференция «актуальные правила гуманитарных наук» ежегодная конференция о том, что стоит учитывать, когда мы переживаем изменения в науках. в прошлом году говорили об ошибках, в этом — о правилах. темы — от границ методов до правовых и социальных установок нормы, не исключая правил чтения, институций и конечно, автоматизации и превращения правил в алгоритмы. даты: 26-28 марта дедлайн: 15 февраля 2. мы запускаем ДПО: как быть HD в DH (и не только). под HD мы имеем в виду интерес к практикам и деталям в разных науках, из которого можно сложить свой исследовательский подход и настроить интерес к большим и сложным процессам. ДПО есть в платной и бесплатной версии. даты: 13-27 февраля дедлайн: 10 февраля. 3. коллеги на Зимней Летней Школе делают много интересного, но в частности — лабораторию про пространство. там роскошь и разнообразие тем: от миграции до микропроцессов. будет и моя (цифровая) часть, в цифровой же форме. будет: 6-9 марта в офлайне Подмосковья дедлайн: 18 февраля. 4. тема пространства — тема весны, не иначе. коллеги в ЕУ собирают замечательную конференцию про пространства чтения. пространство в данном случае — это метафора, но не только. на ней можно будет рассказать о ваших исследованиях, посвящённых инфраструктурам, сообществам чтения, букинистам и цифровым платформам. но это я про современное, а если у вас про историю и классику, тоже не бойтесь подавать тезисы. будет: 10-11 апреля дедлайн: 14 февраля 5. ещё в ЕУ: конференция по вычислительным социальным наукам. коллеги собирают темы и секции с результатами исследований в этом направлении, моделированию, и даже тому, как возможны открытия с помощью вычислительных методов. когда: 14-16 мая дедлайн: аж 15 марта 6. если вы дочитали до пункта 6, то, вероятно, вам есть не только о чём рассказать и послушать, то и что написать. по такому случаю есть колл в журнал «Мониторинг общественного мнения» (почтенный журнал со всеми рейтингами и регалиями, а также отличным архивом спецвыпусков). тема номера: ответственность за изменения, связанные с технологиями. если вы изучаете технологии и как что-то меняется, самое время подумать о том, кто несёт об этом ответственность, написать абстракт и подать его, а потом и текст написать. журнал выйдет первым в 2027 году, и с вашей статьёй. дедлайн: 30 марта

есть простой способ понимать технические, социальные и другие науки. их обозначение является не столько обозначением предмета исследования, а скорее качества. социальные науки — науки для общества. технические — для техники. политичские — для политики. и так далее. для — это деепричастие. знание длит свой предмет, теорию, объект. продолжает его, делает протяжённым. проблема с социальными науками, таким образом, — это проблемы не с методами, а с тем, что длится. или не длится.

читая этот канал, вы, возможно, задаётесь вопросом о том, что же происходит? чем занимается автор/ица? зачем она всё это делает? для того, чтобы ответить на эти вопросы, мы вместе с Глебом Куприяновым соорудили сайт-архив, где собрано то, что я сделала за годы жизни и труда. там не всё, мы будем каждые полгода его пополнять. а на полгода, думаю, контента хватает: kolozaridi.ru

где, спросите вы, миллиард, потраченный на новогодний декор Петербурга? он потрачен сообразно местным, петербургским представлениям о прекрасном. - прекрасно, что закончилась блокада, и об этом напоминает растяжка на Каменноостровском проспекте, и другие объявления в городе. - прекрасно, что зима — всего лишь пять месяцев в году, поэтому кучи, кучи снега напоминают об этом, собравшись высотой одноэтажного дома у тротуаров. их кто-то, заметим, сгрёб в эти кучи. чем не декор? - прекрасно, что наши рассветы и закаты происходят вовремя. могли бы этого не и делать. а их украшать не надо. это они украшают город. - прекрасно, что ночи зимой не белы. а ведь могли бы и побелеть. помня свою, никогда не иссякающую хтонь, петербуржцы бережны к городу. декорацией хтонь не удержишь, особенно в новогодние дни. а ведь город их пережил. и мы, вообще говоря, не знаем, куда делся миллиард. может быть, его сохранили на те времена, когда будет невмоготу, когда закат наползёт на рассвет, когда на улицах будет мало живых, когда снег сам станет соскальзывать в Неву. на всякий случай, нужно быть к этому готовым. миллиард, вероятно, питает устойчивость наших границ. и позволяет как-то не расслабляться. зима не просто близко. она тут.

точно Серёжа написал про то, как Аппадураи рассуждает о роли новых исследований в истории. когда «новое» кажется всего лишь частью большого процесса, возможно, оно на самом деле является новым. касается, конечно, не только глобализации. https://t.me/ordinaryyylife/2194

есть небольшой проект, посвящённый Хиросиме. документы, книги, ликбез-контекст. сделали его много лет назад студенты в рамках практики. потом их поддержал журнал «Скепсис», и вот сайт до сих пор жив и работает. спасибо создателям за это. выложена там и книга Роберта Юнга «Ярче тысячи солнц» — историко-публицистический текст, написанный с чёткой позицией против распространения ядерного оружия. читать её в 2026 году необычно и видно, насколько много всего появилось «за» научно-технические эксперименты. но «за» редко кто говорит прямо, а так исподволь: вот, мол, разумные машины и роль великих учёных. фон Неймана с любовью цитируют. есть, конечно, переведённая на русский MANIAC Бенхамина Лабатута, но она всё же скорее является художественной демонизацией. а вот простого изучения корней этих наших ИИ — не хватает. между тем, с теми же историями Хиросимы и Нагасаки они переплетены теснейше. может быть, был бы полезен проект про них, похожий на этот, про Хиросиму. Юнг, Р. (1961) Ярче тысячи солнц. Повествование об ученых-атомниках. Сокр. пер. с англ. В.Н. Дурнева. #rawreading

больше дедлайнов. часть 1. те, кто занимается «цифровыми» и другими современными технологическими историями, озадачены парой важных вопросов в связи с ИИ. первый из них — что нам делать с «ИИ». есть, так сказать, инструментальное использование. ну типа «обработать фотографии в архиве» или «распознать текст». хорошо но эти дела будут выполняться на основе не всем понятных инфраструктур. ведь «это» делают какие-то особенные специалисты, айтишники, machine-learnerы на основе своих знаний. и можно ли будет повторить их опыт? и следовательно, сделать научно достоверным? второй вопрос, так сказать, более философский. нужно ли следовать за техническими специалистами и называть языковые модели, нейронки и другие подобные объекты словосочетанием «искусственный интеллект»? понятно, что вопрос подразумевает ответ «нет». но «как называть это?» — вопрос за которым следуют другие: перестраивать рутины, практики, чему учить студенток и студентов? есть и масштабная проблема (хотя я обещала два): какие виды рациональности, разумности вообще могут быть алгоритмизированы, а какие — нет. важно уметь говорить про свою рациональность «нет» или уметь задавать вопросы к алгоритмизации в ней. ведь во многих науках нет алгоритмов. и это не свидетельствует о скудоумии, а наоборот, показывает, что мы (учёные и исследователи) способны понять границы своих типов знаний. всё это будем обсуждать с докладами и на примерах 2 февраля. будет семинар, который ежегодно устраиваем вместе с коллегами из МГУ, РАНХиГСа и СФУ. в этом году называется «Гуманитарное знание + алгоритмическая рациональность = ?». а при чём тут дедлайн? а при том, что я выпросила у соорганизаторов + три дня, пообещав написать пост об этом у себя в канале. но захворала, и написала только сегодня. так что дедлайн — полдень, 23 января. заявка небольшая, можно и просто послушать прийти. но будет хорошо узнать и о конкретных опытах работы с нейронками и моделями, и об исследованиях, которые вы, может быть, только начали на эту тему. так что смело подавайте заявку, мест немного, но они есть.

+5

этой зимой примечено много проводов и других инфраструктур

прочитала книгу «Интеллектуальная история искусственного интеллекта: ИИ и я» Юджина Черняка. как базовый текст по «отраслевой» истории она уступает, на мой взгляд, книге «Глубокое обучение. Погружение в мир нейронных сетей» [1]. зато книга Черняка сосредоточена на конфликтах, ошибках и вопросах, возникавших у разработчиков и учёных. в итоге история ИИ получается небесшовной, хотя в некоторых главах небесшовность похожа на хаос. зато книга связывает вместе разные сюжеты: от фреймов Минского [2] до GPT-4. сюжеты из прошлого (например, робот Шейки или программа SHRDLU) описаны интереснее современных. старых роботов и программы из 1970-х нужно, изучать, потому что они есть и у Люси Сачмен, и у других социальных исследователей ИИ. так, на их примерах видно, что «действовать по правилам» и «создавать правила» долго было двумя разными задачами для разработчиков. правила — тема неслучайная, это один из основных сюжетов книги. ведь если правила могут быть понятно изложены, с ними можно работать, применяя и меняя в разных случаях. а если машины могут формировать правила и задачи, по которым действуют, то проблема контроля ИИ не надуманная. Черняк аккуратно уходит от вопроса о том, как же устроены правила у современных машин, хотя сетует, что создатели GPT-4 ничего не рассказывают о нутре их разработок. вопрос о субъекте истории, «кто и зачем ставит задачи» вообще редко ставится изнутри инженерных историй технологий. «партия сказала «надо!», комсомол ответил «есть!»». Черняк описывает, как задачи возникали на уровне заведующих кафедрами и учёных или формировались вокруг автоматизации отдельных практик: от игры в шахматы до распознавания белков. на мой взгляд, это нормальный этап: когда историю технологий пишут их создатели, они, как и полководцы, описывающие войны, не задаются вопросами о том, кто, с кем и за что воюет. но лучше так, чем общие рассуждения, заставляющие представлять их авторов эдакими Цезарями, способными и выиграть, и описать Галльскую войну. книга Черняка в этом смысле полезна и скромна. она не очень подходит для тех, кто впервые слышит про трансформеры или распознвание образов. но если за каждым таким термином находится узнаваемая для вас реальность, можно почитать историю от Черняка. параллельно стоит интересоваться и соседними описаниями вроде Маттео Пасквинелли [3]. хотя его взгляд как раз не отличается скромностью, но социальных историй ИИ пока написано не так много, а на русский переведена и вовсе одна. помимо правил, в книге есть и другие сквозные сюжеты. в первую очередь, это связи и разрывы между разными концептуальными аппаратами (символьный/несимвольный ИИ), универсальность моделей, понимание теории вероятности, роль видеокарт и памяти, и так далее. повторю, пока никакой целостности в этих сюжетах нет, но чтобы понимать, как они устроены, книга Юджина Черняка даёт неплохой контекст. а ещё она написана без фанаберии, снабжена таймлайном и ссылками. 0. Черняк, Ю (2025). Интеллектуальная история искусственного интеллекта: ИИ и я. М.: Издательство института Гайдара. 1. Архангельская, Е. В., Кадурин, А. А., Николенко, С. И. (2020) Глубокое обучение. Погружение в мир нейронных сетей. СПб.: Питер. 2. Минский, М. (1979) Фреймы для представления знаний. М: Энергия. 3. Пасквинелли, М. (2023). Измерять и навязывать. Социальная история искусственного интеллекта. М: Индивидуум. #rawreading

добротное чтение на каникулы — журнал AI & Society выпустил номер про использование ИИ для архивных дел. можно начать чтение с вводной статьи. сначала обратите внимание на название: «когда данные превращаются в архивы». имеется в виду, что ИИ — это способ сделать цифровые объекты пригодными и доступными. это вообще-то интересный поворот, и он не только риторический. «датафикация» и «AI-зация» (простите) — два разных процесса. и когда мы говорим про современные (aka цифровые) технические новшества, нужно их различать. в самом журнале приводятся исследования разных архивов: государственных, новостных, культурных, и так далее. есть статьи про методы и эффективность конкретных моделей, есть — с проблематизацией пресловутого доступа и бережности в переносе принципов организованного знания в форму ИИ-интерфейсов. Jaillant, L., & Zhao, L. (2025). Introduction: When data turns into archives: making digital records more accessible with AI. AI & SOCIETY, 1-5. #rawreading

осенью мы — экспериментально-академическая группировка, которая теперь называется вип камааз (вика, полина, карина, мари, азиз) быстро затеяли, сняли и собрали небольшой видеодневник наших трудовых будней. озаглавили как работа экран рутин. в ролике: экраны, соотвественно, мы, работающие, и мир — окружающий тех, кто трудится в интернете и в жизни, онлайне и офлайне, на экране и на стуле, в компьютере и в реале. назовите как хотите, как ни крути, а всё равно: вопросы времени, синхронности и ощущений на стыке цифрового и аналогового никуда не денутся. ниже — всё усложняющая выдержка из описания к видео. 1. фиксация цифрового труда. как мы можем вести антропологический дневник рабочего процесса, когда наше рабочее место — одновременно и экран, и непосредственно рабочий стол дома, в офисе, кафе или даже в лобби отеля? столкновение аналогового и цифрового мы решаем склейками кадров. этот монтаж — не сюжетный, а коллажный. он совмещает несколько картинок в одну. 2. внешняя среда. возможно, когда мы фиксируем рутину, внешняя среда не так важна. а может быть, и важна. мы не знаем этого в начале исследования — отвлекает ли она нас, или просто застывает на фоне. при записи роликов оказалось, что внешнее во время работы — иногда будто бы замирает. иногда оно показывает нам «объективный» мир: вот село солнце или собралась пробка на улице. там — мир с другим временем и событийным рядом. мы иногда соотносим себя с ним. 3. этика и вопрос того, что мы можем показывать и что хотим сохранять в антропологическом дневнике, а что — нет. в одном из роликов экран, на котором происходят рабочие действия, заблюрен, потому что там появляются, например, логины и пароли от сервера. в других роликах мы видим открытые документы, промпты, экраны переписок. мы их не блюрили. решения о границах представимого принимали сами авторы роликов. 4. «по-разному» в нашем исследовании — получилось в отношении времени, а не в пространства. какие-то рабочие задачи мы выполняем долго, но время ускользает незаметно и кажется ускоренным. какие-то дела идут медленно и тяжело. не факт, что первые при этом были неосмысленны, но вторые требуют большего внимания и вдумчивости. время будто замедляется. медленными нам могут казаться и созвоны, или долгие решения, которые нужно принимать — когда ты сидишь за компьютером и долго о чём-то думаешь. мы показываем время с помощью эффектов — ускоряя или замедляя ролики. видео оказалось в почётном списке победителей небольшого опен-колла от habitat x dear hdd. теперь вип камааз существует и в публичном пространстве, а кусочки видео (когда-то) станут частью исследования и некоего зина. целиком смотрите просто в этой смске.

гораздо важнее устойчивость. часть 2. в начале зимы искали с коллегами метафоры для появления ИИ в рабочих процессах. одна из метафор — «июнь». июнь в рамках учебного года — то время, когда прощание и встреча происходят одновременно. как преподаватели мы видим часть студент/ок в последний раз, а кого-то уже встречаем на первых вступительных экзаменах. такой месяц: прощание и встреча. красивая метафора, но она не относится к тому, что происходит с ИИ сейчас. сейчас — зима. слякоть, повторение, усталость, если свежо — сразу холодно. перевожу метафору: происходит накопление и уплотнение устойчивых отношений. пока никаких новых связей. институты и практики скованы льдом. собственно, в «генеративных» моделях главное — предсказуемость, адекватность, узнаваемость. поясню на другом примере повторяемости. это как заголовки про то, что «зумеры придумали Х». все такие заголовки означают обратное. никто ничего не придумал: общежития, трудничество и «динамо» — называются коливинги, монастыринг и «редфлаг». и это интересные, непустые связи практик и слов. но ведь когда-то и общежития, и «динамо» кто-то придумал. значит, люди разных возрастных культур начинают узнавать друг в друге предшественников и преемников. нехитрая вещь, скрепная. так и «машины смогли Х» — очень похоже на узнавание прежних практик в новых обличьях: язык ведь существовал, существует и позволяет понимать структуры и модели. а вот выяснение границ того, где «адекватность» воспроизводства работает — это уже задача людей, которые пытаются сохранять свои скрепы. отделяя «нужное» от «спама», разработали понятие спама. сейчас появился «брейнрот»: чтобы показать ошибки в определении тождеств (ошибки неспроста у нас были в прошлом году). / в скобках заметим, что в историях технологий очень любят разрывы, «изобретения» или «катастрофы» вроде кризиса доткомов или зимы ИИ. в социальных преемственностях реже говорят об изобретениях и разрывах / короче, важно не забыть про диалектику (пойду завтра к коллегам). попытка сохранить и удержать устойчивость — двигатель изменений. ничего нового, это ещё Гегель подробно объяснил, но нужно повторять. чтобы понять прошлое, полезно читать тренд-репорты. чтобы узнать о будущем, следует смотреть на устойчивость. чтобы заниматься чем-то настоящим, нужно проводить исследования. ну и Гегелем нужно заниматься всегда, это и так понятно.

гораздо важнее устойчивость. в 2025 году много вздохов было о новых тенденциях. мол, нейросети уже совсем внедряются в мир, вот наконец-то начнут бороздить мир профессий, занимать места кого-то, кроме тех, кто их произвёл, и вообще радикально менять представление человека о человеке. но я чаще и отчётливей видела реакцию и устойчивость. скрепы академических, политических, рабочих, семейных отношений, безразлиичие, неразличение новых слов, отвращение к неясным возможностям. большинство институций, которые мне известны, работают не просто по-старому, но и агрессивно сопротивляются переменам. типа «новые технологии-то пожалуйста, но новые формы организации отодвиньте подальше». и это закономерно. ставить «AI-first» в качестве лычки и говорить о том, что мы всё можем — это одно. ломать скрепы — вообще другое. и не все хотят ломать. и это вообще-то нормально, работает не трогай. но как же тогда присматривать за технологиями? как не пропустить изменений? тут есть два ответа: во-первых, нужно отрефлексировать сам вопрос. присматривать за изменениями нужно тем, кто управляет. не стоит делать вид, будто всем нужно думать про изменения и влияние. во-вторых, про какие стороны изменений думать — это надо понять до того, как формулировать ответ. иногда к изменениям не нужно относиться, их нужно фиксировать на практике. и всё. но есть ещё исследовательские вопросы про технологии и перемены. а как исследовательница я знаю: смотреть нужно не на то, что цветёт ярче всего, а на то, как растёт то, что даёт цветы. если вас интересует что-то большее, чем впечатление, нужно изучать длинные циклы, сами практики, who benefits, как распределён контроль, что было позавчера, и так далее. так вот, вместо «обзоров тенденций» (трендов) или прорывных технологий (инноваций) — стоит изучать то, как устроена устойчивость, постоянство, база и канон. глядя на неподвижное, мы с бОльшей лёгкостью поймём перемены. да и умудримся не потерять равновесие от наблюдений. это тоже важно.

оказывается, Норберт Винер тоже переживал за проблему «Аленького цветочка». более того, говорил об этом в интервью советским коллегам при визите в СССР. В некоторых странах, в том числе в США, заметна тенденция к “обожествлению” машин, к попытке приписать им такие возможности, которыми они в действительности не обладают. В этом заключается большая опасность. Далее, наши машины нуждаются в программах. Эти программы могут, правда, быть составлены другими машинами, однако для этих машин программу должен опять-таки составить человек. Данную мысль можно продолжить – это означает, что подвижна сама граница между машиной и организмом, и ответ на вопрос, какой сложности могут быть построены машины, даст только опыт. Однако при конструировании новых машин мы всегда должны сознавать, какие возможны последствия от их применения. Программы для этих машин должны быть всегда заранее точно определены, в противном случае могут быть не только положительные, но и вредные последствия. [Если] последствия не будут точно известны, то может произойти то, о чем говорится в известной английской сказке, которую я обычно при рассмотрении этого вопроса привожу. Один человек стал обладателем талисмана, с помощью которого могло быть выполнено любое его желание. Однако какой ценой он должен был заплатить за такое благо, было ему неизвестно. Когда он однажды получил с помощью своего талисмана большую сумму денег, то оказалось, что он должен был за это пожертвовать жизнью любимого сына… Исполнение желания имеет свои хорошие и дурные последствия. То же относится и к новым автоматам. Применение их может иметь либо хорошие, либо плохие результаты. Какие именно получатся – это зависит от людей. #rawreading Винер Н. (1983) Кибернетика, или управление и связь в животном и машине. 2-е издание. М.: Наука; Главная редакция изданий для зарубежных стран. с. 315–318

🙂Продолжаем рубрику — #прочиталсоветую 📖Получаем рекомендации от коллег и пополняем свои перечни книг, которые стоит прочесть в новом году. Карло Гинзбург «Соотношения сил. История, риторика, доказательство» (М., 2024). в противовес парадному коктейлю я книгу от историка поверю (П.К.) Летом я прочитала книгу Карло Гинзбурга «Соотношение сил: История, риторика, доказательство». С одной стороны, это базовый Карло Гинзбург: рефлексирует ремесло историка и шире — гуманитарного учёного. Чередой сюжетов он почти литературно ведёт читателя к положительному ответу на вопрос о том, является ли история наукой. Финал известен с первых страниц: является. Интересно для нашего цифрового гуманитарного дела не только это. Хотя я советую дарить книгу друзьям-математикам и инженерам, которые спрашивают у вас, не фиговый ли листок заменяет ваш диплом, раз вы не способны к воспроизводимым результатам. Но помимо того, что книга Гинзбурга — лучший подарок друзьям-скептикам, она полезна и для тех, кто занимается цифровыми исследованиями. Во-первых, она вводит в проблему риторики. А риторика в цифровых проектах — дело важное, о ней пишут замечательные статьи и книги. И читая про «традиционных» гуманитарных учёных, хорошо задуматься и о «нетрадиционных». Во-вторых, книга показывает изменчивость и преемственность разных дисциплин и профессий. Читаешь её, и понимаешь, что где-то мы все — гуманитарии и учёные, раз опираемся на Аристотеля. А в чём-то, наоборот, историк, антрополог и филолог могут подраться за истину. Конечно, риторически. Полина Колозариди, директриса международного DH-центра ИТМО, исследовательница в ЕУСПб. 🙂

в журнале «Цифровые гуманитарные исследования» вышел уже второй номер 2025 года. а я ещё и про первый не рассказала. напрасно. советую положить журнал в список чтения на новогодние каникулы. и вот, что можно почитать: в номере 1 — Полина Староверова с помощью цифровых инструментов показывает, что братья Стругацкие — это два человека, и их элементы в текстах могут быть различены — вика бордукова представляет интерфейсы как предмет исследования и способ различения настоящих любовных писем — мой опус о том, почему цифровые гуманитарные науки не равны своим институциям, и как собирать их/нашу историю в номере 2 — Борис Орехов с тем, какие цифровые инструменты нужны, пока LLM не справляются — Андрей Володин о трёх эпохах развития цифровых гуманитарных наук и эпистемических сообществах — Мария Кешишян про конференцию об ошибках, которая увенчала 2025 год: зачем она была и что на ней прояснилось — Елизавета Сенаторова с простым и классическим исследованием о репликах в экранизации «Анны Карениной» в обоих номерах ещё отличные рецензии. можно прочитать журнал, а книги почитать потом.

считается, что самое оптимистичное искусство и воображение вокруг технологий было в 1960-е годы. мол, люди хотели полететь в космос или, на худой конец, как-то ещё объединиться всем человечеством. но выставка «Светлая оттепель» показывает другой технооптимизм: не воображаемого, а сбывшегося технхологичного мира. эксперименты со светом и звуком, небольшие художественные объединения, телевизор для космонавтов (они полетели!), работа с возможными, а не запланированными объектами. на эту выставку в «Центре Вознесенского» интересно смотреть, слушать и трогать на ней вещи (там многое можно трогать! и оно будет звучать и переливаться цветами). а мы с историком Андреем Ильиным и художник/цами Александром Погребняком и Ксенией Горлановой (при кураторстве вики бордуковой) поговорим на этой выставке о том, возможен ли нынче такой же «прометеевский» взгляд на технологии. разговор будет в среду, 24 декабря, в 19.30. приходите, пожалуйста, детали тут. https://t.me/dhcenter/943 заодно это хороший повод зайти на выставку.

есть большой классный подкаст «Запуск завтра». он про технологии, самые разные. Самат Галимов, его ведущий, говорит со всеми так бережно и заинтересовано, что я однажды прослушала за несколько дней добрую половину выпусков: как будто в гости съездила в айтишно-просветительскую коммуну. много нового и полезного узнала. а ещё есть выпуск, где беседа со мной. мы говорим там с Саматом про цифровую архивацию и цифровую же хрупкость. если вы давно хотели спокойно разобраться в этой теме, послушайте, пожалуйста. разговор хорош и для знакомства с темой, и для содержательного погружения. https://t.me/ctodaily/1955

у Грэма Бёрнетта вышла подробная умная статья про внимание. Грэм занимается историей науки. ещё он написал в апреле колонку про ИИ. там сначала длинная история про то, как его студенты работали с генеративными моделями. а потом простая справедливая вещь: ИИ — это наше дело, потому что генеративные модели работают с архивами. а архивы — это нормальная часть гуманитарной работы. и мол, нужно не пытаться делать вид, что гуманитарные учёные, должны меряться хиршами и хард скиллами с инженерами. мы про осмысление, и пока мы меряемся, наша работа не делается. а меряться приходится, потому что денег мало платят, если ты не инженер или не менеджер. понятный такой текст, любопытный в жанре «учёный высказывается о жизни в университете». —— статья про внимание намного лучше колонки. и поможет понять важное про ИИ, потому что модели работают с тем, что неспроста назвается вниманием. но суть статьи не в том. во-первых, текст легко и увлекательно написан, а также снабжён выделениями курсивом внутри. они позволяют удерживать внимание. во-вторых, он содержательно хорош. первая часть критическая. она про то, что внимание может быть связано с задачами. вторая — про эротерическую теорию. эротерика — это не про эротику, а про то, чтобы внимание было связано с вопросами. финал рассказывать не буду, он нетривиальный. но не зря я начала с темы ИИ. намного интересней было бы читать статьи про ИИ, написанные с учётом изучения внимания. таких статей очень мало, и возможно, пока их мало, происходит всё то же, что грустно описывает Грэм в колонке. это парадокс: соглашаясь с игрой по правилам, где научная статья не может быть поводом для общественной дискуссии, мы отказываемся от естественного образа интеллектуальной жизни. но риск скатиться в пустую публицистику / пустые упражнения в научном творчестве тоже огромен. тем более, что ИИ-генераторы могут сделать и то, и другое. #rawreading Burnett, D. G. (2025). Human Attention as a Philosophical Problem: The Question, and the Nature of Questions. Metaphilosophy.

в декабре многим людям устало и тяжело. мне иногда тоже. и вот чему я удивляюсь: тому, что в академических мирах люди так редко о чём-то просят. академический мир — это противоположность «не верь не бойся не проси». наоборот, у нас принято: а) верить (наука — всегда прыжок веры в теорию, доверия коллегам, (не)уверенности в методе) б) бояться (нам всегда немного страшно, что не получится, чуть неловко перед авторитетами, и мы часто побаиваемся «реальности», которую изучаем) в) просить (мы просим — денег на исследования, помощи у коллег, просим понимания, просим научить нас) всё это — абсолютно нормально. нормально также признаваться, что тебе страшно, неуверенно, и абсолютно нормально — просить. и слышать «нет» — тоже. и говорить «нет» — тоже. (когда-нибудь я всё же сделаю курс о том, как говорить «нет» в любой ситуации). мы вообще держимся как «университетский мир» на просьбе и даре. рецензии, пир-ревью, гостевые лекции, консультации — всё это так называемая «бесплатная работа», и она обычно совершенно не бредовая. наоборот, это супер-полезно и интересно: прочитать диссер, написать ревью к статье, прочитать лекцию и поговорить с коллегами в соседнем универе. и конечно, бывает, что людям вообще не до того, неинтересно и нет желания развиваться в профессии, а есть только товарно-денежные отношения. такие периоды могут быть у всех. повторю: нормально (и в таком случае) просить о помощи. если меня просят о помощи, я понимаю, что существую для других людей. могу сказать «нет», если не получается или не хочется. но быть субъектом объектом просьбы — это хорошо, это значит, что ваше дело есть, оно может длиться и быть важным другим. (конечно, с поправками на то, что «просьбы» от институций — это приказы, и к ним нужен совсем другой подход) а почему я ною? потому что сейчас как будто сложно людям стало просить. необычное дело. надеюсь, это пройдёт.