Графономика

Российские медики и правда дают повод для большой гордости: «Медицина и ядерные технологии» (МЯТ) начала производить новый радиофармпрепарат для диагностики опухолей центральной нервной системы — ¹⁸F-Фторэтилтирозина (ФЭТ), тем самым расширив свою линейку радиофармпрепаратов. А на этой неделе проведено первое успешное исследование методом ПЭТ/КТ с применением ФЭТ для пациента из города Владимира. Диагностика опухолей ЦНС — одна из наиболее сложных задач современной медицины. Проблему осложняет огромное разнообразие — более 150 гистологических форм — и специфическое расположение: мозг — крайне нежный и легко травмируемый орган. Поэтому диагностика и лечение опухолей — крайне непростой процесс. Своевременное выявления опухолей мозга — большая проблема для страны. По данным Московского научно-исследовательского онкологического института имени П. А. Герцена, в 2024 году в России было зарегистрировано 8472 случая опухолей головного мозга. Эта статистика подчеркивает масштаб и острую необходимость в постоянном совершенствовании диагностических и терапевтических подходов. «Ключевая диагностическая ценность препарата заключается в его уникальном биораспределении, — поясняет представитель МЯТ. — ФЭТ избирательно накапливается в патологических очагах, практически не задерживаясь в здоровой ткани головного мозга. Это свойство обеспечивает минимальный фоновый сигнал и, как следствие, исключительно высокую контрастность получаемых изображений. Такая визуализация позволяет выявлять мельчайшие новообразования, которые могут оставаться незаметными при использовании других методов. Получаемая детальная картина злокачественного процесса дает возможность более точно определять тактику лечения». Данное исследование доступно для пациентов МЯТ по программе ОМС и на платной основе. Подробнее о диагностике ПЭТ/КТ на сайте «Медицина и ядерные технологии»: www.mnutech.ru

А вот ответ на вопрос, почему Дональд Трамп так спешит «поломать мир». Сначала Венесуэла, потом Гренландия, быстро в Иран, ещё не выбрался из Ближнего Востока, уже угрожает Кубе. При этом раньше к военным операциям США относились скрупулёзно, взвешенно, долго готовились, планировали, собирали коалиции. Сейчас же атакуют без раздумий и даже без «пробирок Пауэлла». На диаграмме военный бюджет стран. Расходы на оборону союзных России и Китая уже превышает военный бюджет США с учетом паритета. А ведь ни России, ни Китаю не надо платить десяткам тысяч армейцев, разбросанных по всему миру, не охранять Европу, Японию, Корею и монархии Залива. Не содержат десяток прожорливых «корыт» — авианосцев, военная польза от которых, очевидно, всё меньше и меньше. А риск утраты — с каждым годом всё выше. При этом экономики Китая и России (на длительном горизонте) растут быстрее американской, а вместе с ними и возможность безболезненно наращивать военные расходы. А тот же украинский конфликт показал, что траты членов НАТО на оборону и «вундерваффе» не столь эффективны, как об этом говорят внутренние красочные презентации. Одна Россия противостоит всему блоку Европы при поддержке США. А что делает Иран с оборонным бюджетом в 9 млрд долларов — вообще уму непостижимо. В общем, время очень быстро играет против гегемонии Штатов. Мощь и первенство армии США уже не столь очевидны, как то было десятилетие и тем более два назад. При этом резко нарастит военные расходы (даже при желании) США не могут. Госдолг уже сильно давит на бюджет. А ещё через десятилетие у США вообще не будет возможности для авантюр без доброй воли на то Китая (в союзе с Россией). Поэтому и пользуются быстро закрывающимся окном военных возможностей.

Период экстенсивной газификации мира подошёл к концу. В ближайшие 30 лет глобальный спрос на газ вырастет на 31% или на 1,28 трлн кубометров — такой прогноз даёт Форум стран-экспортёров газа (ФСЭГ). Это рост лишь на 42 млрд кубометров в год. Кажется солидным, но с 2010 года, то есть за последние 15 лет, мировой рынок газа вырос на 863 млрд кубометров, или на 57 млрд кубов ежегодно. Говоря иначе, темпы роста будут в 1,4 раза ниже, чем в последние годы. А ведь в эти цифры ещё пока не заложены иранские события и нынешние ценники на природный газ. То есть высок шанс, что темпы мировой газификации окажутся заметно ниже, и не только по экономическим причинам (дорого), но и вполне по стратегическим: лучше сжигать местный уголь, пусть и бурый. Неэкологично, зато его поставки не прекратятся. Но в прогнозе важно другое. По мнению экспертов ФСЭГ, Европа и дальше будет «слазить с газовой иглы» и снижать потребление этого ресурса. То есть такой «сладкий» европейский рынок, за который шла нешуточная борьба между Россией и США последнее десятилетие, входит в стагнацию. И конкуренция среди поставщиков будет нарастать. Впрочем, проходит пик насыщения и американский рынок. Всё это будет плохо сказываться на экономике СПГ-проектов в Штатах. Ведь европейский рынок для американских поставщиков — «домашний»: плыть всего лишь через Атлантику. Тогда как тащить полный газовоз через полмира из Мексиканского залива куда-нибудь в порт Индии или Китая — дело очень затратное. Три перспективных глобальных рынка — АТР, Ближний Восток и Центральная и Южная Азия. Как ни странно, новость хорошая: до части этих рынков «Газпром» может добраться трубой. Пусть не напрямую, но, например, через своповые линии с Ираном. И, конечно, экономика (дешевизна) будет играть на трубопроводные поставки, тем более если гегемон вдруг надломится в очередной военной авантюре.

Слушайте, мне очень понравилось, как Потанин в интервью России-24 метафорически обозначил суверенные технологии! «Бронепоезд на запасном пути». Гениально. То есть не для ежедневного использования, а на случай, если «кнопку выключат». И здесь начинается экономика. Полностью суверенный ИИ это: -дороже -медленнее в развитии -чаще уступает глобальным решениям Потанин прямо говорит: такие технологии будут «на уровне достаточности», а не на уровне мирового лидерства. Значит, вопрос не в том, нужен ли суверенный ИИ, а в том, где именно он нужен. Логика получается довольно понятная, основана она на последних военно-политических событиях. Суверенный ИИ обязателен!!в критических сферах (госуправление, безопасность, оборона). Вся остальная экономика должна использовать лучшие доступные решения, включая глобальные. Потому что иначе включается простая арифметика: изоляция → снижение эффективности → потеря конкурентоспособности И в этом смысле «бронепоезд» не про силу, а про страховку. Экономика ИИ вообще начинает выглядеть как баланс двух моделей: 1. резерв (дорогой, но свой) 2. рынок (быстрый и эффективный, но внешний) И выигрывают те, кто умеет держать обе. https://smotrim.ru/video/4012529

Несмотря на многочисленные позитивные прогнозы будущее Азии не безоблачно. И ограничивать динамичный азиатский рост будет не только дефицит ресурсов. Для индустриализации Индии в мире нет ни нефти, ни газа, ни, самое главное, меди и других металлов. Конечно, ресурсы — понятие экономическое, однако при ценах в 2-3 раза выше текущих за бочку нефти или тонну меди ни о каких бурных темпах развития Индии, Бангладеш и других «Пакистанов» можно не мечтать. Все эти государства могут демонстрировать чудо лишь при сверхнизких ценах на энергию и базовые металлы. Так как индустриализация и строительство инфраструктуры, это не только трудозатрато, но и очень энергоемко. Но есть и другой ограничивающий фактор — старение населения. К середине века это станет огромной проблемой для всего азиатского-тихоокаенского топа: Японии, Кореи, Тайваня, Сингапура и, конечно, Китая. Модели ФСЕГ (а они не сильно отличаются от моделей ООН и Всемирного Банка) говорят, что количество детей в АТР снизится на 200 млн человек, зато количество людей старше 65 лет увеличится на 0,5 млрд к середине века. При этом число рабочих рук останется неизменным. Но здесь, конечно, заложена хитрость: во всех перечисленных странах число рабочих рук резко сократится. Зато вырастет в Индонезии, Вьетнаме и других, пока ещё демографически растущих государствах. И туда сместится и экономическая активность. А вот макрорегион, где уверенно будет расти население, — Африка, в том числе и в экономически активном возрасте. Хотя современные макроэкономисты-прогнозисты и не обещают бурного экономического роста для Африки в ближайшие десятилетия. А зря, кто-то же должен будет работать на мировой промышленной фабрике?

Как быстро меняется мир. Международный валютный фонд (МВФ) подвёл итоги за 2025 год по размерам экономик ВВП по паритету покупательной способности (ППС). ВВП — понятие крайне абстрактное, но в современном мире, где все воюют против всех, — важное. Оно определяет «размер» тыла и возможность содержать армию. У кого экономика больше, тот имеет и больший потенциал. И с этой точки зрения представленные расчёты интересны. 🔸Победа коммунизма Паритетная экономика Китая в 2025 году обогнала экономику Штатов уже на 35%. И, конечно, такой разрыв с точки зрения администрации Белого дома — это casus belli, что, в общем-то, сегодня и наблюдается на Ближнем Востоке: авантюрная попытка хоть как-то затормозить китайский экономический паровоз, оспаривающий первенство Штатов, через блокаду поставок нефти. Пройдёт ещё 10 лет, и диспропорции в пользу Китая станут настолько явными, что страны «серой зоны» сами упадут в китайские цепкие лапки. 🔸Колония больше метрополии Экономика Индии по паритету уже больше экономик Германии, Франции и Великобритании, вместе взятых. Ещё пять лет такого роста в Азии и стагнации в Европе — и экономика Индии по паритету обгонит все страны ЕС вместе взятые. Ещё через десятилетие экономика Индии догонит американскую. Другой вопрос, где индусы возьмут ресурсы на свой экономический проект. Ведь в последние годы был кризис на рынке редких земель, меди, лития. В этом году планета не готова дать нефти и газа даже Европе и Японии. Поэтому индийское экономическое чудо — это штука не столь очевидная, как принято считать в последние годы. 🔸Возрождение империи Экономика России теперь самая крупная (по паритету) среди всех европейских, обгоняя прошлого лидера — Германию — уже на 15%. И это тоже casus belli. И, как следствие, украинский конфликт. Хотя, во многом, Россия лишь восстанавливает свои, утраченные в 80-90-е годы, позиции, возвращая свои экономические показатели к исторически «нормальным» трендам. 🔸Новый Рим больше старого «Кризисная» экономика Турции по паритету теперь больше процветающей экономики Италии. Для любителей исторических параллелей — событие знаковое. Ведь падение Западной Римской империи 15 веков назад ввело Европу в Средневековье — период застоя, длившийся тысячу лет и закончившийся лишь в эпоху Великих географических открытий. Говоря на современном языке, из тысячелетней стагнации Старый Свет смог выйти только через разграбление Константинополя (второго Рима), затем Америк, Индии и Китая. И вот, колесо истории прокручивается вновь, отправляя в забвение «цветущие сады» Запада. 🔸Будущее в Азии В ТОП-3 крупнейших экономик мира по паритету — две страны из Азии и ни одной из Европы. В ТОП-5 — три из Азии и лишь одна европейская — Россия. В топ-10 — четыре из Азии, четыре из Европы, по одной из Северной и Южной Америк. Эти диспропорции прекрасно демонстрируют будущее XXI века. Оно за Евразией, с доминированием Востока и периферией Запада. Америки постепенно превращаются в анклавы — удалённые от мировых финансов и экономической жизни острова.

Компания, владеющая лицензией на одно из крупнейших в России месторождений меди Ак-Суг в Туве, отошла под контроль структур Владислава Свиблова, контролирующего горно-металлургическую группу «Ареал». Еще около 32% долей принадлежит структуре «Ростеха» «РТ-Развитие бизнеса». Ранее актив входил в портфель «Интергео» Михаила Прохорова, — пишет «Коммерсант». Самые прозорливые инвесторы начали скупать медные месторождения, ведь основным бенефициаром нынешнего ближневосточного конфликта станет медь и другие металлы энергоперехода. Неважно, когда и как закончится иранский конфликт, все правительства мира теперь будут минимизировать свою зависимость от нефти и СПГ. Альтернатива нефти — электрификация, то есть замещение энергии нефти и газа электроэнергией в быту, на транспорте, в производстве. А там, где есть электричество, там есть медь. Медь — это провода, трансформаторы, электродвигатели и выключатели. И спрос на этот металл будет стремительно расти в ближайшие годы и десятилетия. Даже до иранских событий прогнозы предсказывали 1,5-кратный рост спроса на медь на горизонте до 2040 года. В новых условиях «энергопереход» становится не просто экологической блажью, а вопросом стратегического выживания энергодефицитных государств, в том числе таких крупных, как Китай, Индия, Пакистан и Вьетнам. Главная мировая проблема в том, что легкодоступная медь заканчивается. Старые месторождения исчерпались, в том числе и из-за ускоренной индустриализации и электрификации Китая. А новых месторождений меди за последнее десятилетие практически не открывают. Те залежи меди, что находят, зачастую невыгодно разрабатывать: глубина залегания уходит на сотни метров, руды упорные, находятся в вечной мерзлоте и прочих крайне удаленных районах, куда либо на оленях зимой, либо на вертолете летом. Говоря иначе, у ближневосточной нефти и газа есть альтернатива — это электричество от АЭС, ВИЭ и угля, но там где есть КВт, там медь, литий, кобальт и прочие исчезающие материалы, за которые уже развернулась охота.

По ком бьет иранский колокол Очень важную тему (за пределами текущей конъюнктуры рынка, в рамках которой экспертное сообщество оценивает причины и последствия иранской операции США и Израиля) подняла Графономика. Кстати, МВФ уже прогнозирует почти двукратное падение темпов роста ВВП стран Ближнего Востока и Азии в этом году по отношению к прошлому. За комментарием мы вновь решили обратиться к нашему (не побоимся этого слова) колумнисту Леониду Крутакову. «Первое, что следует сказать, ФСЭГ не только не одинок в своем прогнозе, он еще и далеко не первый. В 2008 году (накануне запуска американского печатного станка) Всемирный банк прогнозировал: при открытом доступе к финансовому рынку (без санкционных войн) Китай к 2025 году будет давать более 30% роста мировой экономики. А вклад Китая и Индии в 2 раза превысит вклад США и ЕС. ТОП мировых экономик, по оценке PricewaterhouseCoopers, к 2050 году выглядел бы так: 1) Китай; 2) Индия; 3) США; 4) Индонезия; 5) Бразилия; 6) Мексика; 7) Япония; 8) Россия; 9) Нигерия; 10) Германия. Второе – это не прецедент. На рубеже 18-19 вв. Китай производил более 30% мирового валового продукта, а Индия – около 15%. При этом свои товары в Европу они продавали, но практически ничего не закупали, сконцентрировав у себя большую часть мировых запасов золота. Дисбаланс исправили прямым присоединением Индии к Британии с введением колоссальных налогов и двумя опиумными войнами в Китае с чудовищными по тем временам контрибуциями. То есть ограбили. Следующим прецедентом стал 1973 год и 400-процентный рост цены нефти под прикрытием Войны Судного дня. МВФ посчитал, что торговый дефицит развивающихся стран (Азия, Африка, Латинская Америка) в 1974 году показал те же самые 400% роста, достигнув 35 млрд долларов. В 1972 году весь мировой рынок нефти составлял 36,6 млрд. Аналогичную сумму в долларовом эквиваленте внесла в счет «кризиса» Европа, нарастив затраты на экспорт нефти. Сальдо счета текущих операций стран ОЭСР упало с плюс 19 млрд долларов в 1973 году до минус 16,5 млрд долларов в 1974 году (общие потери 35,5 млрд долларов). Переток доходов из Западной Европы достиг примерно 2% от их общего ВВП. Общий торговый дефицит развивающихся стран и стран ОЭСР (36,6 плюс 35,5) совпал с объемом продажи нефти странами ОПЕК в 1974 году (70 млрд долларов). Большая часть (80%) новых нефтедолларов пополнила авуары американских банков. Кроме того, по итогам 1973 года чистая прибыль «Семи сестер» вырастет на 60%, а их общий оборот к 1977 году увеличится втрое. Важно понимать, что доля «Семи сестер» в отпускной цене нефтепродуктов составляла всего 20% (доля стран ОПЕК была 9%). Цена бензина на 70% состояла из налогов, взимаемых на территории нефтеперерабатывающих стран, а 85% мировой нефтепереработки контролировали все те же «Семь сестер», платившие налоги в США и Англии. Внутриамериканская добыча нефти в 1973 году вышла на исторически рекордный уровень, достигая в моменте (как модно сейчас говорить) 11 млн баррелей в сутки. В итоге накануне арабо-израильской войны, по данным Организации арабских стран-экспортеров нефти (ОАПЕК), Западная Европа зависела от нефти ОПЕК на 80%, Япония – на 92%, а США – всего на 16%. После войны и роста долларовых цен на нефть США вновь резко снизили уровень внутренней добычи и нарастили импорт. Это показывает нам, что мы имеем дело не с ближневосточным «Черным лебедем», кризисом, форс-мажором и хаосом. Мы имеем дело с устойчивым паттерном решения проблемы торгового дефицита США (долларовый пузырь). Подробнее я все это разбираю во второй книге. Теперь про осознанность стратегии США». Продолжение следует…

Главный драйвер роста потребления энергии до середины века — электрификация. Спрос на электроэнергию в мире вырастет в 2 раза в ближайшие тридцать лет, тогда как остальные источники первичной энергии будут оставаться более-менее константой. Этот рост будет происходить за счёт повсеместного внедрения ВИЭ и замены угля газом в электроэнергетике. Такой взгляд на будущее даёт Форум стран — экспортёров газа (ФСЭГ). ФСЭГ сложно заподозрить в экологической предвзятости или нефтяном лоббизме, поэтому видение института — вполне объективно. Впрочем, прогноз ФСЭГ не учитывает последних иранских событий, но это и не нужно. Предпосылки повсеместной электрификации закладывались 20 лет, перекрытие Ормуза — лишь катализатор, ускоряющий процесс замещения нефти и угля электричеством от ВИЭ. Другое дело, что тот же уголь в новой реальности может получить второе дыхание, а природный газ, напротив, снизить темпы внедрения в народное хозяйство. Электрификация мировой экономики — процесс системный и стратегический, а авантюры Белого дома вряд ли его смогут переломить или изменить. Тем не менее электрофикация может протекать в двух разных реальностях. 🔸Первая, когда лидируют страны — импортёры нефти и через внедрение ВИЭ и электромобилей навязывают свои условия (в том числе ценовые) странам — экспортёрам энергии, что и происходило последнее десятилетие. Активное внедрение ВИЭ создаёт постоянный (пусть небольшой и кажущийся) профицит энергии в мире, что крайне негативно сказывается на конкуренции и ценах. Дошли до того, что возникла возможность наложить санкции на Россию — одного из крупнейших в мире экспортёров первичной энергии. Так создавался рынок покупателя. 🔸Второй вариант, когда первичная энергия крайне дорогая, а страны — импортёры нефти и газа вынуждены внедрять ВИЭ и электротягу, так как сжигать газ и ГСМ значительно дороже. Этот сценарий, благодаря усилиям США и Ирана, начал работать с 2026 года. Он крайне некомфортен для Европы, Китая и Индии. Но очень приятнее для России, Саудовской Аравии и Ирана. То есть создается рынок продавца.

Большое количество огромных пустых танкеров направляется в США за «самой сладкой» нефтью в мире, написал президент США в Truth Social. По словам Дональда Трампа, у США больше нефти, чем у двух следующих лидеров «Большой тройки». Согласно свежему, апрельскому прогнозу Минэнерго США, экспорт нефти из страны останется на текущих уровнях — около 4 млн баррелей в сутки в ближайшие десятилетия в 5 из 6 различных вероятных сценариев. Переводя на обычный язык, американские нефтяники не имеют возможности нарастить добычу ни при каких обстоятельствах, чтобы заработать дополнительную прибыль на высоких ценах на нефть. Хотя всегда есть 6-я опция — резко уронить добычу в случае низких цен на нефть. В общем, к словам Трампа нужно относиться как к фоновому шуму. За его бравадой нет никаких значимых изменений, а американский нефтегаз работает на пределе своих возможностей. Тем не менее, долгосрочные изменения в экспорте энергоносителей из США будут происходить. В ближайшие годы американцы будут наращивать поставки нефтяных газов — пропана, бутана, этана — на мировой рынок. Это «отрыжка» сланцевой революции: по мере исчерпания сланцевых скважин они дают больше легких фракций, и именно они будут затоваривать мировой рынок. Нефтяные газы пользуются хорошим спросом в Азии. Они стоят дороже метана (СПГ), но удобнее: принимают форму жидкости при комнатной температуре и невысоком давлении. То есть удобнее в транспортировке и хранении, поэтому имеют широкое применение в быту и на транспорте. Ну и конечно в нефтехимии — это источник сырья для полимеров. Тем не менее, эти поставки из США будут давить на мировой рынок ГСМ (если, конечно, Персидский залив не окунется в войну всех против всех на долгие годы). Первое производное от этана — этанол — добавка в бензин, а кроме того — сырье для производства биодизеля.

Один из вариантов глубинной, стратегической цели США в Иране — это попытка поломать прогноз, представленный на диаграмме Форума стран экспортёров газа, относительно роста мирового ВВП в ближайшие 30 лет. Впрочем, прогнозы МВФ, Всемирного Банка и прочих наднациональных институтов схожи с прогнозами ФСЭГ. Итак, базово: каждый второй доллар нового ВВП в мире будет создаваться в Азии, а в совокупности к 2055 году здесь будет создано более 65 трлн долларов нового ежегодного ВВП. На весь регион Северной Америки (в т.ч. Канаду и Мексику) придётся лишь 25 трлн нового ВВП, на все страны Европы — порядка 15 трлн долларов. То есть на фоне гигантских Индии и Китая, экономики Штатов и Европы станут мелкими карликами. Но что важно: новая промышленность будет создаваться преимущественно в странах развивающегося мира, тогда как в странах развитых индустрия расти практически не будет. Рост экономик Америки и Европы будет происходить преимущественно за счёт сферы услуг. Но услуги на хлеб не намажешь, а парикмахера на фронт не отправишь, в отличие от дешёвого и массового дрона. Единственное, что может резко затормозить рост азиатских экономик и изменить представленный выше прогноз — резко подорожавшая первичная энергия. Именно экстремально дорогая нефть и природный газ способны удерживать ту же Индию в состоянии средневековья сколь угодно долго, как и остановить локомотив китайского экономического развития. Более того, создать множество проблем для всех азиатских энергодефицитных стран. В первую очередь в финансовой сфере. Долги того же Китая — не меньшая проблема, нежели долги США. И местная финансовая система также чутко реагирует на рост инфляции. Другое дело хватит ли у Штатов воли и времени, чтобы надломить бурно развивающуюся Азию.

+2

Частные компании всё чаще заявляют о себе в космической отрасли 🛰 Они проектируют спутники, управляют роботами с орбиты и даже создают системы для защиты от космического мусора. ➡️ По данным Корпорации МСП (Группа ВЭБ), сейчас в России работает 100+ малых и средних компаний в космической сфере — на 18 больше, чем годом ранее. А кластер космических технологий Сколково (Группа ВЭБ) сегодня объединяет более 50 компаний-участников. Растёт не только количество, но и сложность задач, которые они решают. Несколько примеров проектов от выпускников и резидентов Сколково — в карточках! 🚀 #Технологии 🟣 ВЭБ.РФ в MAX

Заканчивающееся в аэропортах топливо — это очень плохой звонок для европейских государств. Керосин и дизель — топливо одного класса, средних дистиллятов. И если самолеты можно приземлить, от этого пострадает в основном туристическая отрасль, то в случае окончания солярки начнут отваливаться обязательные для исполнения современного государства функции. То есть, буквально, без дизеля начнется демонтаж государства. Соляркой питаются не только тракторы фермеров, самосвалы карьеров и краны строек, а также фуры, перевозящие товары. Но на солярке сидят пожарные, спасатели, службы скорой помощи и армия. При этом дизель активно внедрялся в последние десятилетия и в личный автотранспорт. Очень любят авто на соляре на Балканах, много потребляют этого топлива для личных нужд в Прибалтике, большинство авто на солярке в Ирландии, Испании, Португалии и Франции. И именно перечисленные государства в зоне повышенного риска топливного кризиса. Запасы средних дистиллятов в Европе в феврале 2025 года находились на многолетних минимумах, то есть регион совсем не был готов к событиям в Иране. Хотя китайские власти скупали нефть оптом. Что, как бы, намекало на наличие рисков. Сейчас европейские НПЗ загружены максимально, но произвести необходимого количества дизельного топлива они не в состоянии. Заметные объемы дизеля традиционно импортировались. В последние годы — из стран Ближнего Востока. Но этот канал поставок встал. В общем, прямо сейчас главам многих европейских стран стоило бы настойчиво звонить в Кремль и требовать «дизельного перемирия».

Удивительно, но, похоже, экономику Китая, крупнейшего импортера нефти (около 11,3 млн баррелей в сутки) в мире, почти не коснулась блокада Ормузского пролива. Из крупных поставщиков выпал Ирак (1,25 млн баррелей в сутки), и несколько сократился экспорт из Саудовской Аравии и ОАЭ, предположим, что в сумме на 1 млн баррелей в сутки. Но в ответ на блокаду Ормуза Китай запретил местным НПЗ экспортировать ГСМ, а это те самые искомые 2 млн баррелей в день. И, вероятно, отпавшая Венесуэла причинила местным нефтяникам больше проблем, нежели упавшие поставки из Персидского залива. И если основная цель конфликта на Ближнем Востоке — это отрезать от поставок нефти Китай, то для Штатов она закончилась полным фиаско. Скорее, дефицит топлива возникнет в Калифорнии или Вашингтоне, но не в Китае. Более того, Китаю даже выгодна такая избирательная блокада: да топливо подорожало для всех, но у одних государств оно есть, а у других замаячил дефицит ГСМ, и это страны конкуренты - Индии, Европы, Японии — то есть у традиционных союзников США. А без бесперебойного снабжения топливом экономики складываются очень быстро. В общем, аятоллы и комсомольцы ловко обыграли Белый Дом в очередной партии. Такого звонкого поражения США не терпели со времен Вьетнама. Удивляет и скорость — всего несколько недель. При этом хороших ходов для Штатов не осталось: 🔸быстро выйти из конфликта, означает потерять контроль на Ближнем Востоке и отдать регион под контроль аятолл и китайцев. А за этим последует жесткий внутриполитический кризис с потенциалом импичмента Дональду Трампу. 🔸продолжение эскалации в Иране приведет к взвинчиванию цен на топливо (инфляции), а вместе с этим — к острому экономическому кризису, быстро перетекающему в финансовый. Япония и некоторые страны Европы как никогда близки к банкротству. И да, Трамп сделал это!

Интересная инфографика от Графономики. Мы уже высказывались по поводу долгового пространства Китая, которое после 2008 года росло темпами в 2 с лишним раза выше, чем долговое пространство США, и в 6 раз быстрее долгового пространства ЕС. На этот раз за комментарием мы вновь обратились к Леониду Крутакову. «Вы правы в главном, чего многие или не понимают, или просто не включают в свой анализ (то ли в силу привычки, то ли забывчивости). Долговое пространство по сути своей есть пространство кредитное. Размер кредита показывает уровень проектности той или иной социальной системы. Это по классике. В условиях свободно-конвертируемого пространства и плавающих валют национальный долг теряет свое предназначение национальной проектности (финансовый суверенитет). В мире СКВ и плавающих валют национальное государство лишается своей главной функции – регулирования перетока капитала. Национальный долг интернационализируется, а национальная проектность начинает зависеть от «общей» проектности, которая изначально номинировалась в золоте, а после отказа США от «золотого стандарта» стала номинироваться в национальной американской валюте. Таким образом США получили статус мирового регулятора, а доллар – статус безусловного эквивалента мировой стоимости. В этом и заключался весь смысл Бреттон-Вудских соглашений. США получили бессрочный мировой кредит, обеспеченный активами стран, которые приняли правила Бреттон-Вудса, и возможность экспортировать свою инфляцию в эти же самые страны. На приведенном вами графике этот процесс отражен в более высоком долге развитых стран по отношению к развивающимся, что снижает "общий" долг (срединный график). Переход от национальной проектности к интернациональной (по факту американской) происходит незаметно и даже с некоторым удовольствием. Во-первых, вписавшиеся в «общий» проект страны получают большую глубину кредита. А, во-вторых, руководство этих стран как бы снимает с себя ответственность за результат, у них появляется возможность списывать национальные провалы на бюджетные проблемы, которые зависят от экспортных потоков. Платой за безответственность является долговая зависимость от мировой (американской) валюты, эмиссию и процентную ставку которой вы не контролируете. Свои национальные цели такие страны начинают таргетировать под интернациональные-американские. Попадая в кредитную зависимость от неподконтрольной валюты, такие страны в угоду погашения внешнего долга начинают резать национальные бюджеты. Первыми под секвестр идут образование, наука, медицина и оборона. Так было со всеми странами Европы после Первой мировой войны, которые кредитовались в долларах под поставки американской нефти и зерна. Процесс я подробно описал в первой книге. Так было с Россией, которая после развала СССР приняла условия Бреттон-Вудса, так по большому счету и остается. Избавление от кредитной удавки благодаря американским программам «количественного смягчения» и запредельному росту цен на природные ресурсы (включая нефть и газ) было для России в некотором смысле исторической случайностью. Подробно об этом уже во второй книге, которая готовится к изданию. Собственно, эту «случайность» в виде роста политического влияния ресурсных стран США сегодня и устраняют. В период, когда «общая» кредитная дисциплина падает, необходимо принимать силовые меры воздействия». P.S.: Можем только повторить, что ждем вторую книгу.

Переговоры США и Ирана проходили в атмосфере недоверия, и никто не ждал, что соглашение будет достигнуто за один раз, заявил официальный представитель МИД Ирана Исмаил Багаи: «Эти переговоры состоялись после 40 дней навязанной войны и проходили в атмосфере недоверия и подозрительности. Естественно, что с самого начала мы не ожидали достижения соглашения за одну встречу. Никто и не рассчитывал на это», — сказал Багаи. «По 2–3 важным вопросам есть разногласия», — добавил он. Тегеран настаивает на контроле над Ормузским проливом и не желает отказываться от своих запасов обогащённого урана. Стороны не договорились. Конфликт продолжается. Но в нарастающей эскалации у иранских властей очень серьёзные козыри на руках. У американцев ракеты, армия и ядерное оружие, нацеленные на Иран, а у персов — бомба под мировой финансовой системой, фитиль которой уже вовсю полыхает. Иран не намерен открывать Ормуз по своей воле. Иранские власти прекрасно понимают, что танкеры с нефтью и ГСМ, выпущенные из Персидского залива, дадут мировой экономике глоток энергии, а у США и Израиля появится ещё месяц для кровавых авантюр. Тогда как перекрытие Ормуза носит накопительный эффект: каждый день резервов топлива становится всё меньше, а цены на реальную нефть растут, то есть кризис становится всё острее. Уже пошли первые сигналы о проблемах у фермеров Австралии и Новой Зеландии, о беспорядках в Ирландии, о нехватке керосина в аэропортах Италии. С каждым днём проблемы с топливом будет нарастать, а мировая экономика резко тормозить. Стратегическая цель Ирана обозначена на диаграмме: попытка сломать «долларовую пирамиду», и не столько обрушить рынок US Treasuries, сколько долговые рынки проксидолларовых валют: японской йены, евро, корейской воны. На графике сверху — долги развитых и развивающихся стран относительно ВВП. Они уже давно достигли неприличных размеров. Долги живут своей, абсолютно неконтролируемой жизнью. И поддерживать такое бремя можно только в идеальных, стерильных условиях работы мировой финансовой системы. И главная цель Ирана — нарушить эту идиллию и стерильность. И он к этому быстро идет.

Уже скоро начнутся проблемы не только у стран — импортеров нефти, но и у стран, нефть экспортирующих. Одна из самых зависимых от экспорта энергоносителей стран Ближнего Востока — Кувейт — нефтегаз создает до 60% ВВП страны. Говоря иначе, другой экономики, кроме нефти и сервиса вокруг нее, в Кувейте нет. Но, в отличие от Ирака, Кувейт смог нарастить «жирок» за последние три десятилетия, и жителям страны есть что терять: комфортный образ жизни, уютные квартирки, приятные походы по супермаркетам... Старший экономист Goldman Sachs по региону MENA Фарук Сусса 20 марта подсчитал, что если в течение апреля добыча нефти останется на текущем уровне (сейчас Кувейт добывает нефть только для собственных нужд — прим. «Графономика»), а затем в течение двух месяцев произойдет полное восстановление, Кувейт потеряет одну пятую часть своего годового объема добычи, а его ВВП сократится как минимум на 10%. В современном мире падение ВВП двузначными темпами — событие крайне редкое и обычно характерное для состояния войны, голода и прочих эпидемий. И такие темпы — наглядный пример драмы, происходящей в этом небольшом государстве с населением около 5,1 млн человек и номинальным годовым ВВП 157 млрд долларов. Впрочем, кувейтские власти накопили порядка 1 трлн долларов резервных средств, и, очевидно, они будут задействованы для компенсации экономических потерь уже в ближайшее время. Правда, для этого придется продать часть американского долга как наиболее ликвидной части активов. Что, конечно, не очень понравится в Белом Доме: американские облигации и без того летят в пропасть. Впрочем, качество жизни кувейтцев все равно заметно снизится. Ранее государство бесперебойно снабжалось морем: в контейнерах ехала еда, вода и прочие потребительские товары. Сейчас этот канал поставок встал. Альтернатива есть: везти самолетами (например, лекарства и скоропорт) и автотранспортом из портов Красного моря. Такой маршрут дорогой и долгий, но альтернатив ему нет. Поэтому товары на полках магазинов в Кувейте резко подорожают, тогда как доходы жителей останутся под давлением. В общем, в странах Залива уже бушует экономический кризис.

Сорокадневная война вылилась в новую военно-политическую реальность на Ближнем Востоке. Главный ее итог: США больше не бомбят Иран, но тот продолжает блокировать Ормуз, и готовится обложить данью все страны Залива. Теперь они будут платить за провоз нефти через Ормузский пролив. 🔸Иран и Оман будут взимать плату с судов за проход через Ормузский пролив, сообщило Associated Press со ссылкой на источник из региона. Собеседник агентства заверил, что Иран будет использовать собранные деньги на восстановление. 🔸Ежегодные доходы Ирана от прохода судов через Ормузский пролив при условии взимания с них платы в 2 млн долларов могут достигнуть не менее 64 млрд долларов, — сообщила государственная телерадиокомпания Исламской Республики Иран. 64 млрд долларов от прохода через пролив — цифра гигантская. Например, от продажи нефти Иран получал, по разным оценкам, от 25 до 50 млрд долларов выручки в год. А весь объем экспорта из Исламской республики — около 100 млрд долларов, половина из которого приходится на неэнергетические товары: металлы, пластики, фрукты и овощи. И большинство грузоотправителей региона будут вынуждены платить. Да, Saudi Aramco может сохранить ограниченный экспорт через порт Янбу, да, эмиратская ADNOC будет отправлять часть нефти через порт Фуджейра. И оба эти маршрута, если оплата прохода через Ормуз устроит, со временем будут расширены. Но нефть Ирака и Кувейта, СПГ из Катара и ОАЭ, нефтепродукты и сера из Саудовской Аравии могут идти только морем и только через Ормузский пролив. При этом зависимость экономики региона от экспорта энергоносителей огромная, у того же Кувейта и Ирака — более 50% ВВП это нефтегаз. Кроме того все государства плотно сидят на поставках грузов из вне. И снабжение тоже происходит морем. То есть отказаться от новой иранско-оманской услуги невозможно. В общем, главный итог войны — Иран стал значительно сильнее, заметно увеличив свое влияние в регионе. А через десятилетие таких перетоков денег из карманов монархий Залива в карманы аятолл приведет к мощному экономическому и военному доминированию персов над заметно ослабленными монархиями Залива. И да, Трамп сделал это!

В некоторых странах Европы начал заканчиваться керосин. Запасов авиационного топлива осталось на 8-10 дней. То есть уже в мае авиасообщение прекратится. В каких странах — неизвестно, но на прошлой неделе начались ограничения поставок авиатоплива в некоторых итальянских аэропортах, поэтому догадаться, какая страна окажется от полетов первой, нетрудно. Стратегические запасы авиатоплива в Европе могут оказаться недостаточными для полетов в разгар лета в ряде регионов, пишет итальянская Corriere della Sera со ссылкой на источники среди поставщиков авиатоплива и авиакомпаний Евросоюза. В настоящий момент лишь две страны имеют аварийные запасы керосина на 90 дней, в то время как большинство не смогут пережить кризис, длящийся более 30 дней. Европейские НПЗ загружены по максимуму, однако даже в ситуации, когда есть что перерабатывать (спасибо казахстанской нефти, полностью идентичной Urals), местная переработка не способна покрыть весь спрос на керосин. Ранее этот дисбаланс покрывался поставками из России. Но потом Европа переориентировалась на Ближний Восток, импортируя оттуда 43% всего необходимого керосина. Ситуацию для европейских покупателей авиатоплива усугубляет ограничение на экспорт ГСМ из Китая. Другой крупный поставщик готового топлива в Европу — Индия — начала использовать керосин в быту в качестве замены пропана-бутана, что также снизило экспортные возможности. В ответ на кризис европейские власти прорабатывают два варианта. Первый — заправка не более 5 тонн в крыло, второй — отказ от заправки частных самолетов. Очевидно, что и то, и другое — это временные меры в ожидании чуда. А если оно в ближайшие дни не произойдет?

Иранская авантюра Трампа бьет и по нефтянке США. Несмотря на формальный статус нетто-экспортера нефти, американские НПЗ завязаны на поставки среднесернистой нефти из Ирака, Кувейта и Саудовской Аравии. Объемы в масштабах всего импорта небольшие, но именно на эту нефть настроены американские НПЗ. Перенастраивать их долго и дорого. При этом, с подачи западных СМИ и Белого Дома, уже шестую неделю складывается ощущение, что конфликт вот-вот закончится. То есть американским НПЗ надо всего лишь чуть-чуть подождать... А пока Ормуз закрыт, надо искать замену. Альтернатив поставкам из стран Ближнего Востока немного. Например, российская Urals вполне может заменить иракскую среднесернистую нефть. Впрочем, отсюда и частичное снятие санкций на нефть из России. Но дефицит определенных сортов нефти — это половина беды. Другая проблема — в географии страны. Основной нефтепромысел США сосредоточен в штате Техас, а нефтепереработка — в Мексиканском заливе. А вот Западное побережье страны, с такими известными штатами как Вашингтон и Калифорния, отрезано от нефтяной инфраструктуры Скалистыми горами. Туда не идут трубопроводы с нефтью. Поэтому их снабжаются нефтью и ГСМ морем. Но доставлять энергоносители из Мексиканского залива морем (в том числе через Панамский канал) в Калифорнию затратно. Поэтому западное побережье питается нефтью из Тихоокеанского бассейна. Ну, то есть из того же "корыта", что Япония, Южная Корея и Китай. Отсюда 8 долларов за галлон на заправках штата. Конечно, цены на бензин на Западном побережье всегда выше, чем в остальных регионах США. Но сейчас они достигли неприличных, даже для Калифорнии, уровней. И это сильно сказывается на инфляции, качестве жизни и рейтингах Республиканской партии.