The KREMLIN RU

Впервые с 2012 года, когда в России стали проходить прямые губернаторские выборы с муниципальным фильтром, не зафиксировано ни одного случая отказа кандидату из-за недобора подписей муниципальных депутатов или их низкого качества. В предыдущие годы довольно много кандидатов было «отфильтровано» на стадии регистрации. Опрошенные «Незыгарем» эксперты связывают это с выхолащиванием всякой конкуренции на выборах губернаторов. До 2004 г. муниципального фильтра на выборах губернаторов не было, затем выборы были отменены. С 2012 г. выборы проходят с муниципальным фильтром, позволяющим отсекать всяких неугодных по тем или иным причинам кандидатов. Идея возвращения прямых выборов была инициирована президентом Дмитрием Медведевым, принцип муниципального фильтра был взят из опыта Франции. Уровень отсева в 2025 году составлял 29%, в 2020 году — 37,6%, в 2021 году — 23,52%. Теперь этот уровень стал равен нулю. Прохождение всех без исключения кандидатов в губернаторы через муниципальный фильтр (глава белгородской «Родины» Сергей Еськов не в счет — он самоустранился еще до сбора подписей) свидетельствует о тотальном администрировании всех региональных кампаний. Муниципальному фильтру предшествует фильтр неформальный, в ходе которого все партии проходят отсев на Старой площади. Выдвижение несогласованного кандидата в губернаторы чревато, с одной стороны, негативными последствиями для партии (снимут кандидатов или список на выборах другого уровня, отберут договорной округ и т. д. — рычагов влияния предостаточно), с другой — отсутствием каких бы то ни было перспектив собрать подписи муниципалов. Подавляющее большинство муниципальных депутатов представляют «Единую Россию», и в 99% случаев все кандидаты в губернаторы от оппозиционных партий прибегают к помощи партии власти при сборе подписей для регистрации. Исключением является депутат Госдумы от КПРФ Сергей Левченко, который сумел без помощи «Единой России» пройти муниципальный фильтр в Иркутской области, но это исключение из тех, что подтверждают правило. К тому же, если бы Левченко действительно представлял угрозу для действующего губернатора-единоросса Игоря Кобзева, политадминистраторы нашли бы массу способов «зарубить» собранные им подписи и отказать в регистрации. Разрешение Левченко участвовать в кампании было своеобразным реверансом со стороны «Единой России». Спустя год КПРФ «сдала» «Единой России» Иркутский одномандатный округ (кандидат от компартии Константин Бушуев в последний момент отказался от регистрации) на выборах в Госдуму. В восьмом созыве Думы этот округ был за КПРФ: избранный по нему в 2021 году Михаил Щапов в 2025 году стал аудитором Счетной палаты. Муниципальный фильтр не стало легче проходить, просто выборы губернаторов окончательно превратились в формальную процедуру референдумного характера, считает московский политтехнолог. Сейчас основные электоральные стратегии всех партий строятся не на конкуренции, а на договоренностях с губернаторами и АП. КПРФ — отчасти исключение, но и коммунисты участвуют в договорняках с губернаторами во многих регионах и получают таким образом отведенное им количество мандатов в заксобраниях или гордумах. Если пять — семь лет назад участие в губернаторских выборах было способом расширения своей электоральной ниши и демонстрации реальных возможностей, то сейчас уже нет. Поэтому к выборам губернаторов представители КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России» относятся формально: скорее демонстрируют участие, а никаких электоральных задач не ставят. И в нынешних условиях, продолжает источник, не стоит говорить о каких-то несогласованных попытках выдвинуться на пост главы региона. Это бессмысленная трата сил. По факту выборы губернаторов — абсолютно неконкурентные и самые выхолощенные по своему содержанию. Это видно и по тому, что сами губернаторы, которым предстоит избраться, достаточно вяло участвуют в кампаниях, хотя им до сих пор ставят показатели KPI и задачи повышения рейтингов в ходе весьма условной предвыборной кампании.

Губернаторские выборы проходят практически без конкуренции. Относительным исключением остается Ульяновская область, некоторый интерес представляют также выборы главы Тверской области. В этом году прямые выборы губернаторов проходят всего в восьми субъектах Федерации. С точки зрения хотя бы минимальной политической конкуренции интерес представляют только Ульяновская и Тверская области. Выборы в Мордовии, Тыве, Чечне, Белгородской, Брянской и Пензенской областях проходят почти незаметно и не сопровождаются серьезными информационными поводами, которые позволяли бы говорить о реальной электоральной конкуренции. Наиболее интересный сюжет складывается в Ульяновской области. Действующий губернатор Алексей Русских, формально представляющий КПРФ, идет на второй срок. «Единая Россия» собственного кандидата не выставила, однако представители других партий активно оппонируют Русских. Марина Ким («Справедливая Россия»), Алексей Маринин (ЛДПР) и Юлия Ясайтис («Новые люди») обладают заметной медийной поддержкой, в том числе на федеральном уровне, и активно критикуют губернатора. Источники «Незыгаря» в Ульяновске утверждают, что выборы рассматриваются экс-губернатором области Александром Морозовым как инструмент внутриэлитного давления на Русских. У Морозова есть поддержка внутриполитического блока АП, однако кандидатура Русских согласована, и, по оценкам источников, он будет переизбран. В этой ситуации Морозов стремится максимально усилить давление на Русских и его команду. Выборы лишь создали условия для активизации критики, тогда как внутриэлитная борьба продолжается на протяжении всех лет пребывания Русских во главе региона. На итоговом результате это также может сказаться: у Русских есть определенные проблемы с административным ресурсом, однако источники не считают их критичными. Морозов добивается отставки Русских и хотел бы поставить во главе региона лояльного ему человека. Возможности добиться этого у него пока нет, однако свою деятельность в этом направлении он продолжает. В Тверской области сохраняется высокий уровень социального недовольства, а антирейтинги власти традиционно значительны. Недавно назначенный врио губернатора Виталий Королев не обладает прочной поддержкой со стороны местных элит и испытывает проблемы с наращиванием рейтинга, что в условиях доминирования негативной повестки вполне ожидаемо. В региональном отделении КПРФ развернулась борьба вокруг недопуска энергичного Олега Лебедева, выдвижение которого не отвечало интересам администрации Королева. С большим напряжением региональное отделение КПРФ удалось поставить под контроль, и в итоге на выборы идет лояльная региональной власти Людмила Воробьева. Источники «Незыгаря» полагают, что именно в Тверской области Королеву будет сложнее всего обеспечить убедительные реальные показатели явки и поддержки. Поэтому наиболее вероятным сценарием они считают относительно низкую явку и более умеренный, по сравнению с выборами других губернаторов в этом году, результат основного кандидата.

Горе-сын бывшего детского омбудсмена Павла Астахова Антон, в этом году в очередной раз угодивший в СИЗО по уголовному обвинению, не только фиктивно воевал на СВО, но и получал награды за несуществующие боевые подвиги, выяснил «Незыгарь». Военное следствие возбудило уголовное дело по ч. 1 ст. 292 УК РФ («Служебный подлог») «по факту незаконного вознаграждения военнослужащего Астахова государственными наградами Российской Федерации». Как сообщал ВЧК-ОГПУ, его отправку на СВО оперативно организовал Павел Астахов после вынесенного в 2022 году обвинительного приговора (3,5 года колонии по делу об афере с кредитами саратовского НВК-банка). В 2024 году в отношении Астахова-младшего было возбуждено новое уголовное дело, вновь о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Весной 2025 года расследование было приостановлено на основании ходатайства командования войсковой части №44639 (дислоцированный в Рязани 119-й гвардейский парашютно-десантный ордена Александра Невского полк). А 24 ноября 2025 года постановление о приостановлении расследования отменила прокуратура, так как проверка Главной военной прокуратуры выявила, что Антон Астахов 13 января 2025 года был исключен из списка личного состава войсковой части №44639. Представители полка факт подготовки и подписания документов для органа следствия в отношении него не подтвердили, а оттиски гербовой печати названной войсковой части на них не соответствовали печатям, применяемым для заверения служебных документов. В этой связи следствием был сделан вывод о подложности заявленного ходатайства. В результате Астахов-младший 17 апреля 2026 года был вновь арестован по делу о мошенничестве. В июне суд продлил ему срок содержания под стражей до 16 сентября.

Россия столкнулась со второй волной топливного кризиса. По данным приложения «ГДЕБЕНЗ», по состоянию на 17 августа бензин и дизель были доступны на 28,1% заправок в стране. Неделю назад этот показатель составлял 41%. Вторая волна кризиса характеризуется ухудшением положения в Москве. Все больше в соцсетях публикуется негативных сюжетов о нехватке топлива. 19 августа вице-премьер Александр Новак заявил об импорте топлива и ремонте поврежденных НПЗ. Однако объективный анализ показывает: устойчивых признаков улучшения нет. Более конкретная и менее обтекаемая риторика курирующих топливный вопрос членов правительства объясняется банально: размывать проблему на уровне риторики больше невозможно. Губернаторская риторика более разнообразна: многие до сих пор пытаются сделать вид, что проблема носит временный характер и все наладится в ближайшие недели. Власти Забайкальского края, где из-за сложной логистики постоянно возникает дефицит, говорят о сложностях, вызванных «повышенным спросом». Объективный анализ показывает, что хуже всего ситуация в Крыму и Севастополе, где введены QR-коды. Ухудшается положение в Краснодарском крае, Оренбургской области (из-за остановки НПЗ), Тверской и Орловской областях, Приморском и Красноярском краях. В Тыве и Хакасии ситуация стабильно плохая, однако кризис протекает в относительно тихой форме. Введение мер по заправке автомобилей в определенные дни в зависимости от номера — по принципу «чет-нечет» — также свидетельствует о наличии проблем во многих регионах. Географическое распределение тяжести кризиса совпадает с правительственной схемой распределения топлива: госнужды, оборона, РЖД, Крым, Калининград, далее — остальные потребители. Это показывает, что дефицит топлива регулируется в соответствии с установленной иерархией распределения ресурсов и приоритетами государства. Общественные настроения — усталая, более вялая, чем прежде, ирония и нарастающее раздражение. Показательно, что государственные власти начали оказывать давление на источники социального недовольства. Например, в Волгограде пятерых жителей, записавших видеообращение к главе СК Александру Бастрыкину с жалобами на ситуацию с топливом, признали участниками несанкционированного митинга. В Перми чуть ранее жителя оштрафовали за попытку согласовать одиночный пикет по топливной теме. В соцсетях активны боты и комментарии в духе «все не так плохо» и «ситуация постепенно наладится». Также боты работают на создание фейковой реальности, заявляя, что в конкретных локациях с бензином все в порядке, хотя очень часто можно видеть, как местные жители эту информацию опровергают. Оптимистичный сценарий предполагает нормализацию ситуации через месяц-два, но оснований для него немного. Единственные доступные факторы стабилизации — окончание посевной кампании и сезона отпусков, а также формирование у населения привычек, направленных на экономию топлива. Тем не менее очевидно, что, если атаки на НПЗ продолжатся, возникнут новые волны кризиса, причем, скорее всего, более тяжелые с точки зрения последствий.

ФАС продолжает с помощью административных мер попытки блокировать необоснованное обогащение ВИНК и независимых нефтяных компаний, которые используют для этого ситуацию с дефицитом топлива. С начала лета, по сравнению с январем — маем, возбуждено втрое больше дел против АЗС, выдано 68 предупреждений, в основном в отношении ННК и отдельных МСП. Однако эти меры вряд ли способны переломить ситуацию — как из-за массовости необоснованного завышения цен, так и из-за размера санкций за нарушения: от 1 до 15% стоимости реализованной продукции, что при росте отпускной цены в 1,5–2 раза малочувствительно для проштрафившихся трейдеров. Себестоимость производства моторного топлива и его логистика в 2026 г. существенно не изменились, прибавив максимум 5–10%, что адекватно отразилось на ценниках ВИНК, которых ФАС контролировать легче, а штрафы для них в силу гигантских объемов реализации могут быть весьма болезненными. Хотя и здесь есть исключения — в основном АЗС «Татнефти». А вот ННК практически без исключения злоупотребляют «рыночным ценообразованием», накручивая до 50–100% к отпускным ценам производителя и чуть меньше — к котировкам Петербургской биржи, разогнанным биржевыми спекулянтами. Выход один: либо ввести жесткий контроль цен по всей цепочке — от скважины до бензоколонки, отказавшись от спекуляций на бирже; либо ввести, по примеру Британии времен Второй мировой войны, карточное распределение бензина; либо сочетать эти два метода. Действия исполнительной власти, как следует из обсуждения на заседании Совета по стратегическому развитию и национальным проектам при Президенте РФ, не исключают таких вариантов.

На заседании Совета по стратегическому развитию и национальным проектам министр финансов Силуанов доложил Президенту РФ, что «растут и поступления налога на прибыль. Они увеличились на шесть процентов, и этот рост мы зафиксировали в 51 субъекте Российской Федерации». Однако эти данные не соответствуют информации, содержащейся в «Оперативном докладе о ходе исполнения консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации за январь — июнь 2026 года»: по итогам первого полугодия 2026 года поступления налога на прибыль сократились в 56 регионах. В частности, заметно упали сборы в крупных промышленных субъектах: в Республике Коми — в 4,5 раза год к году, в Ставропольском крае — почти на 8% за полугодие, а также в Свердловской области — на 20,7%. В Еврейской АО — в 3,5 раза. Соответственно, вырасти поступления могли только в 33 регионах. Не исключено, конечно, что за месяц-полтора ситуация изменилась на 180 градусов и к 33 «плюсовым» регионам добавилось еще 18. Однако такому выводу противоречит анализ инерционной динамики прибыли субъектов экономической деятельности в июле 2026 года, которая, по оценке, снизилась на 1%, потянув за собой и фискальные платежи. Скорее всего, этот парадокс можно объяснить тем, что в Минфине в очередной раз оптимизировали методику подсчета налоговых поступлений, которая и принесла такой великолепный для ведомства результат.

Даже самым оптимистам-лоялистам стало тяжело не замечать слона в комнате — вторую волну бензинового кризиса. В ряде регионов, включая Московский, кризис стал уже острее, чем в первую волну. То, что украинские удары это отнюдь не «обидный дым», а дефицит топлива вызван не «паникёрами с канистрами», было понятно и так, но нынешние проблемы могут указывать на то, что масштаб проблемы гораздо серьёзнее, чем всем казалось. О дефиците пишут даже провластные «Известия», ссылаясь на сервис «ГдеБЕНЗ»: на 16 августа топливо было лишь на 28% заправок, тогда как неделей ранее на 41%. На следующий день корреспонденты сами проверили 21 АЗС в Москве и области, из них 92-й бензин был на семи заправках, 95-й на шести, а некоторые стояли полностью пустыми даже без дизеля. И на самом деле пока является загадкой, куда пропал бензин. В июле было улучшение доступности топлива, что в основном связывали с двумя главными факторами: меры, предпринятые правительством, дали свои результаты, а интенсивность ударов ВСУ немного снизилась, некоторые заводы удалось запустить. В августе украинские удары интенсифицировались и дефицит вернулся. Однако самое простое и логичное объяснение не объясняет масштаб проблемы и отсутствие топлива в Москве. Мы не знаем точных объёмов переработки, есть лишь различные оценки. ▪️Kpler оценивал объём переработки в июле на уровне 4,2 миллионов баррелей в сутки; ▪️Bloomberg сообщал, что в июле переработка составила 3,6 миллионов баррелей в сутки; ▪️IEA посчитали переработка в июле была на уровне 3,9 миллионов баррелей. Мы видим достаточно большой разброс, от 3,6 до 4,2 миллионов баррелей по разным оценкам, а в недавней статье Коммерсанта был озвучен критический уровень в 3,3-3,5 миллионов баррелей. По мнению эксперта, ниже этого уровня обеспечить Россию топливом будет очень сложно, поэтому разница между 3,6 и 4,2 — это примерно разница между «полная жопа» и «пока терпимо». И здесь кроется первая проблема, ведь получается, что нынешний уровень, если он около 4 миллионов баррелей в сутки, должен более-менее обеспечивать страну бензином. Предположу, что где-то на уровне второй половины июля, когда очереди по 30 минут и ограничения по 40 литров найти можно, однако в целом серьёзных проблем, как сейчас, быть не должно, а они — есть. Самое простое объяснение, которое можно дать: удары ВСУ, нанесённые за первые 1,5 недели августа, сразу же обрушили уровень переработки ниже критического уровня. Только это не объясняет, почему бензин пропал в Москве, которая снабжалась в приоритетном порядке. Ситуацию с Москвой можно объяснить тем, что штаб, который пытается управлять дефицитом в ручном режиме, не справился с работой, но у меня есть другое объяснение. Что если уровень переработки в июле был гораздо ближе к 3,6 миллионам баррелей, а не 4 и более миллионов, как было в более оптимистичных оценках? То есть он уже находился на близком к критическому уровню, а повышение доступности топлива, которое наблюдалось во второй половине июля, было связано не с ремонтами НПЗ и снижением интенсивности ударов, а с тем, что на рынок просто выбросили резервы, придали ему «бензиновый импульс», который сейчас закончился. В пользу этого говорит то, что Путин в самом конце июня сообщил, что Россия начала использовать стратегические запасы нефти, которые тогда составляли 1,7 миллионов тонн. Летнее потребление в сутки — чуть более 100 тысяч тонн, то есть все запасы покрывают лишь около двух недель потребления страны. Не все НПЗ остановились, но и государство точно не выбрасывало на рынок все свои запасы. Возможно, в течение июля из резервов забрали какую-то часть, например, по 15-20 тысяч тонн в день, рассчитывая выиграть время в надежде на ремонты, набор МОГов, экспорт и другие методы долговременной стабилизации. Однако выигрыш времени не помог, стало понятно, что выброс запасов ничего не решает и краник закрыли. Такой сценарий, на мой взгляд, объясняет, почему бензин пропал именно в Москве: она приоритетно снабжалась бензином из стратегических запасов, и как только эти поставки прекратились, столицу резко накрыл дефицит. Если гипотеза верна, это означает, что дефицит бензина в России гораздо более серьёзный, чем оценивали все крупные аналитики. Напомню, что прогнозы конца июля вообще были очень оптимистичные, я разбирал аналитику от Kpler, в которой они посчитали, что в августе-сентябре переработка даже вырастет, хотя причин такого оптимизма я совершенно не понял. А к моменту выхода статьи в Коммерсанте, где они ссылались на эту аналитику, было понятно, что она совершенно мимо кассы, в августе не стоит ждать роста переработки. Вторая загадка, ответа на которую пока нет: куда делся миллион баррелей нефти из экспорта? Вчера во втором канале я пересказывал еженедельную аналитику от Bloomberg, в которой они фиксируют падение морского экспорта нефти пятую неделю подряд, а падение за прошлую неделю было рекордным с начала войны. Всего же за месяц с лишним экспорт упал почти на миллион, примерно с 4,5 до 3,5 миллионов баррелей в день. Предшествующий рост экспорта до рекордных значений был обеспечен ударами по НПЗ: та нефть, которую негде было перерабатывать из-за «внеплановых ремонтов», продавалась в сыром виде. Логично предположить и обратный процесс, что теперь нефть пошла обратно на НПЗ, например, такую версию в свежем подкасте выдвинул Вакуленко, но мне кажется, что здесь он дал в штангу. Потому что если эта нефть пошла на НПЗ, то где бензин? Пять недель подряд переработка должна расти, раз экспорт падает, но кризис лишь обострился, а значит, переработка не растёт, точно не на миллион баррелей в день. Да и непонятно, с чего бы ей расти, ещё и сразу на миллион, если Украина за первую треть августа и самый конец июля очень активно атаковала НПЗ, тот же Орский, по словам губернатора, остановился минимум на полгода. А экспорт, вероятно, упал из-за объективных причин, то есть полной блокады Азовского моря и частичной Чёрного, хотя непонятно, возобновится ли полноценный экспорт из Новороссийска вообще, может быть и нет. То есть этот миллион баррелей сырой нефти не пошёл на НПЗ, его или просто больше нет, проще говоря, стала заметно снижаться добыча, или он пока идёт в хранилища, например, ожидая танкеров для вывоза его через Усть-Лугу, но это в любом случае не переработка. Понять реальную ситуация мы сможем вскоре после выборов, до них Кремль будет максимально пытаться скрывать масштаб кризиса и, на мой взгляд, им это уже удалось сделать, если крупные западные аналитические агентства типа Kpler поверили. Ближе к выборам можно даже ожидать выброс новой партии бензина из стратегических резервов, чтобы на даты голосования ещё раз создать «иллюзию нормальности», часть населения пока на это ведётся, некоторые провластные москвичи до последних дней отрицали существования какого-либо дефицита бензина в принципе, считая, что во всём виноваты «паникующие обезьяны с канистрами» и транслируя мнение, что «будет как с гречкой». Но это всё конечные ресурсы, стратегические запасы не рассчитаны на поддержку обычного уровня потребления в принципе, а оснований думать, что производство бензина вырастет, нет вообще, зато много поводов считать, что оно упадёт, даже сегодня опять горел НПЗ в Уфе. Я предполагаю, что и масштаб дефицита больше, чем нам говорили, и сохранится он до конца войны, то есть будет системным, именно на это указывает и сам факт второй волны, и то, как она выглядит. Сейчас действия властей чем-то похожи на действия руководства WB: вместо того, чтобы признать проблему и то, что у неё нет никакого быстрого решения, в Кремле строят потёмкинские АЗС, что на короткий срок маскирует дефицит, но только увеличивает итоговые последствия. Впрочем, их мотивы объяснимы, у них на носу самые тяжёлые в истории режима выборы, а признание системного бензинового кризиса легко может стать последним гвоздём для Путина. Однако реальность нельзя обмануть, до выборов как-то дотянут, а после, я думаю, Кремлю придётся признать хотя бы своими действиями, что топливо будет в дефиците «до победы».

Владимир Путин своим указом отменил увольнение из Генпрокуратуры начальника Главного гражданско-судебного управления Генпрокуратуры Сергея Бочкарева. Он представлял обвинение в суде о конфискации миллиардов у полковника МВД Дмитрия Захарченко и руководил исковой работой по обращению в казну таких знаковых активов, как аэропорт Домодедово, «Макфа» и ЮГК. Бочкарев считается человеком Игоря Краснова и тот планировал его назначить своим заместителем. Бочкарев также входит в рабочую группу правительства России по изъятию активов, которую курирует министр обороны Андрей Белоусов. На увольнении Бочкарева настаивал генпрокурор России Гуцан и аппарат Правительства России. Восстановление Бочкарева это прецедент, считает собеседник «Незыгаря». Как правило, Кремль не любит корректировать свои решения, и прежде всего кадровые.

Рабинович нашелся в Лондоне. Бывший совладелец транспортной группы FESCO Михаил Рабинович, обвиняемый в хищении 885 млн рублей у Владивостокского морского торгового порта, вместе с семьей проживает в Великобритании и имеет подданство королевства, выяснил «Незыгарь». Бизнесмен переехал туда задолго до возбуждения уголовного дела. «Органу следствия заблаговременно сообщено, что в настоящее время Рабинович не может прибыть в следственный орган по объективным обстоятельствам. Автор жалобы [на заочный арест] подчеркивает, что Рабинович не уклоняется от органов следствия, не скрывает своего местоположения и готов взаимодействовать с органом следствия в любой возможной процессуальной форме, а также выражает готовность отвечать на все поставленные следственным органом вопросы любым доступным способом», — говорится в апелляционном постановлении Мосгорсуда. Рабинович также «на постоянной, ежедневной основе участвует в работе и взаимодействии с юристами и адвокатами» по делу, рассматриваемому Лондонским судом, следует из постановления. Вероятно, речь идет о разбирательстве с бывшими акционерами FESCO Зиявудином и Магомедом Магомедовыми (оба отбывают длительные сроки наказания в России за организацию преступного сообщества, хищения и мошенничество). Они обвиняли ответчиков, включая Рабиновича, в «глобальном сговоре» с целью отчуждения их собственности в пользу госструктур и для себя. Рабинович и экс-президент FESCO Аркадий Коростелев были заочно арестованы по обвинению в особо крупной растрате 16 июля, оба объявлены в международный розыск. Следствие считает Рабиновича организатором преступной группы.

История с Чадаевым и Ураловым- они стали фигурантами уголовного дела в Азербайджане, после чего российский МИД заявил о несовпадении их позиции с позицией России - в очередной раз показала, что единственный инициатор и интерпретатор российской внешнеполитической повестки на постсоветском пространстве - это Кремль, а не блогер, даже статусный. Поэтому Чадаев уволен в течение суток с должности советника министра транспорта России; а политолог Марков получил статус иноагента, его старший товарищ Гусман покинул офис ТАСС и эмигрировал в Баку. У частного лица, каким бы он не казался лоялистом и государственником, нет прав на внешнеполитическую интерпретацию, а постсоветское пространство- это вообще тонкий лед. Лоялистская субъектность штука скорее относительная в российской системе координат.

Для мигрантов рынок труда сужается: российское правительство сознательно перекрывает приток низкоквалифицированной рабочей силы, но одновременно оставляет и даже расширяет возможности для легальной и целевой трудовой миграции, контроль над которой нарастает. Данные за первое полугодие показывают сокращение общего притока мигрантов, но картина в деталях сложнее, чем просто сокращение. Согласно официальной статистике, за первые полгода в Россию въехало 4,8 млн иностранцев — это на 8% меньше, чем годом ранее. По состоянию на 1 июля 2026 г. в России находилось 6,4 млн трудовых мигрантов. Патентов прибывшим в Россию гражданам выдано на 14,4% меньше, почти на 20% меньше выдано разрешений на временное проживание, гражданство получили на 27% меньше человек, чем в 2024 г. В 2025 г. эти цифры тоже были ниже, чем в 2024 г., то есть тенденция долгосрочная. С другой стороны, число уведомлений работодателей о договорах с гражданами ЕАЭС выросло на 5,6% — до 641,4 тыс., а число иностранцев, работающих по трудовым и гражданско-правовым договорам, растет. Опрошенные «Незыгарем» источники признают общее сокращение, но говорят, что это последствия целевой политики государства, которые видят в мигрантах угрозу безопасности и обмана бюджета страны. Но мигранты- это прежде всего трудовой ресурс страны. «К сожалению, этот принцип сейчас вытесняется из логики государства. Теперь у нас полиция определяет экономические квоты». Долгие годы въезд в Россию граждан постсоветских республик был хаотизированным - это главная проблема. Нарушение сроков нахождения в стране, подделка документов, создание преступных анклавов приобрели критические значения. Российские силовики стали придерживаться стратегии фильтрации мигрантов. С одной стороны, считается, что это удовлетворяет запрос общества и снижает риски противоправного поведения мигрантов, и это правильная позиция. Но с другой — под удар силовиков в первую очередь попадают мигранты,которые действительно работают в сфере услуг и производства. Ловить нелегалов и преступников намного сложнее, чем обустраивать облавы на складах и цехах. Дефицит кадров стал хроническим во многих сферах, в том числе в ЖКХ, доставке, клининге, строительстве и других. По словам эксперта за последние пять лет целостной реформы миграционной политики не произошло; все подменяется кампанейщиной и суррогатами. «Необходимо увязать два компонента- безопасность и экономический эффект. Для этого должна действовать прозрачная система запроса на услуги мигрантов и выдача разрешений на работу и проживания. Пока не отлажена нормативно-правовая база, происходит популярный цирк в виде популистских запретов, медийных задержаний, электронного чипирования и строительства школ и образовательных центров в Таджикистане»,говорит эксперт. «Пока мы видим рост расходов на инфраструктуру контроля за мигрантами и снижение доходов от их труда - иными словами,силовая корпорация и серый бизнес нашли золотую жилу доходов, а такого быть не должно». Для мигрантов с финансовой точки зрения ситуация в России в последние два-три года была достаточно удобной: крепкий рубль позволял наращивать объемы переводов в родные страны, но сейчас ситуация уже меняется. Ослабленный рубль делает Россию менее привлекательной для трудовых мигрантов, хотя низкоквалифицированные специалисты из Таджикистана, Узбекистана и других стран не имеют полноценной альтернативы России. Показательно, что структура миграции в Кыргызстане, например, меняется. Россия по-прежнему преобладает среди направлений миграционных потоков, но ее доля постепенно размывается в пользу Великобритании, Турции и ряда стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Фактически рынок труда для мигрантов сокращается, но с оговоркой, что государство оставляет каналы для легальной трудовой деятельности и даже стимулирует их. Это похоже на управляемое сжатие с фильтрацией, но экономическая цена такой политики высока: острый дефицит кадров в низовых профессиях приводит к удорожанию товаров и услуг, и это хроническая проблема для экономики последних лет.

Социальная тревога в российском обществе постепенно становится фоновым состоянием. Это позволяет избегать массовой паники, однако социологические данные показывают: ожидания ухудшения ситуации усиливаются — в первые годы войны такой тенденции не было. Индекс потребительских настроений ФОМ в первом полугодии 2026 года заметно снизился. По данным «Левады» (внесена в реестр «иноагентов»), доля россиян, ожидающих улучшения экономической ситуации, сократилась с 62% до 47%. Одновременно доля ожидающих ухудшения выросла с 21% до 34%. Регулярные исследования Института психологии РАН и ВЦИОМ показывают, что основными источниками беспокойства остаются рост цен, вероятность экономического кризиса и ухудшение материального положения. Одновременно усиливаются опасения потерять работу. Вместе с тревогой по поводу безопасности это формирует устойчивый негативный фон, который, по оценкам социологов, сохранится и осенью. Несмотря на данные Росстата о росте реальных зарплат на 4,8%, около 90% опрошенных ФОМ говорят, что их собственные доходы не растут. Мониторинг ИП РАН показывает, что особенно заметно ухудшение своего положения ощущают жители крупных городов — в том числе офисные работники и специалисты, то есть группы, которые традиционно относят к городскому среднему классу. При этом в предыдущие годы жизнерадостные и спокойные настроения в обществе устойчиво преобладали над тревожными. Опросы ФОМ, ВЦИОМ и «Левады» показывают, что это соотношение пока сохраняется. Однако доля пессимистов растет, а оптимистов — сокращается. Опрошенные «Незыгарем» социологи описывают происходящее как переход российского общества в режим «понижающей адаптации». Россияне исходят из того, что условия жизни могут становиться хуже, но стараются психологически приспосабливаться к этим изменениям и избегать панических реакций. Меняются и ожидания относительно продолжительности войны. По данным ИП РАН, снижается доля россиян, рассчитывающих на ее завершение в ближайшие полгода. Более 60% опрошенных считают, что война будет продолжаться. На бытовом уровне реакцией на это становится не паническая скупка товаров и не стремление массово уехать, а переход к экономии и увеличение склонности к сбережениям. Одновременно, по словам социологов, усиливается общественная апатия. Одним из ее проявлений становится снижение потребления новостного контента. При постоянном потоке негативных и тревожных сообщений отказ от непрерывного наблюдения за информационной повесткой можно рассматривать как защитную реакцию: люди концентрируются на личной жизни и повседневных проблемах. Опрошенные «Незыгарем» социологи называют еще одно важное изменение общественных настроений. В первые годы войны сохранялись надежды одновременно на ее относительно скорое завершение и на возможность «суверенного развития» страны. Сейчас обе установки ослабевают. В результате растут апатия и пессимизм. Люди по-прежнему демонстрируют готовность терпеть ухудшение условий жизни, однако надежды на социально-экономическое улучшение в перспективе полугода или года постепенно исчезают. При этом в массовом сознании пока сохраняется представление о том, что окончание войны должно привести к быстрому улучшению ситуации внутри страны и позволит государству переключиться на решение внутренних социально-экономических проблем. «Эта установка еще доминирует в массовом сознании, однако признаки ее коррозии уже заметны», — говорит один из опрошенных социологов.

2. Не секрет, что по своим мировоззренческим установкам Клепач близок к сторонникам усиления роли государства в экономике на основе цифрового стратегического планирования, возвращения в государственную собственность приватизированных предприятий базовых отраслей, стимулирования роста ВВП через расширение предложения и перераспределения части национального дохода, включая сверхприбыли наиболее обеспеченных групп, в общественных интересах. Эту концептуальную линию во власти сегодня в той или иной степени представляют Максим Орешкин, Андрей Белоусов, Николай и Дмитрий Патрушевы, Игорь Краснов и другие. Более того, Клепач входил в известную «группу Андрея Бессмертных», период активности которой пришелся на 1991–1996 гг. В ее деятельности участвовали Андрей Белоусов, Глеб Павловский, Петр Щедровицкий — один из лидеров методологического движения, впоследствии советник полпреда Президента РФ в ПФО Сергея Кириенко, — и ряд других фигур, позднее занявших заметные позиции в системе исполнительной власти. По своим взглядам это аналитическое сообщество фактически являлось альтернативой группе системных либералов — Анатолию Чубайсу, Егору Гайдару, Алексею Кудрину, а позднее Эльвире Набиуллиной, Игорю Шувалову, Антону Силуанову и другим, — которая длительное время занимала ключевые позиции в управлении экономикой. Назначение Клепача в 2014 г. главным экономистом и членом правления ВЭБа можно рассматривать как результат компромисса между тогдашним помощником Президента РФ Андреем Белоусовым и первым вице-премьером Игорем Шуваловым. До этого Клепач, занимая должность заместителя министра экономического развития, неоднократно и публично критиковал монетаристский подход к экономической политике. После прихода Шувалова на пост главы ВЭБа отношения между ним и Клепачем, судя по всему, обострились. Главный экономист позволял себе критически оценивать деятельность ВЭБа, вокруг ряда проектов и кредитных решений которого возникали уголовные дела, проблемы с возвратностью средств и вопросы к качеству активов. Уход Клепача из ВЭБа связан с его личными резкими оценками экономического и политического развития страны, которые никак не могут совпадать с позицией госкорпорации, сообщил «Ведомостям» знакомый Клепача. В окружении Игоря Шувалова обратили внимание, что позиция Клепача по многим общественно-политическим и социально-экономическим вопросам была его личным мнением и не разделялась официальной позицией ВЭБ.РФ. Еще один собеседник, близкий к ВЭБу, уточнил, что фактически Клепач давно вел «самостоятельную аналитическую деятельность», где ВЭБ.РФ не выступал заказчиком. Итогом стало увольнение Клепача под формальным и явно несоразмерным предлогом. Два источника подтвердили «Незыгарю», что Клепач связан с Андреем Белоусовым и это вызывало негативные реакции у Шувалова. «Глава ВЭБ воспользовался ситуацией и учитывая недовольство отдельных чиновников АП откровенными оценками в российских источниках - выгнал Клепача», говорит источник. Несколько собеседников «Незыгаря» убеждены, что Андрей Клепач не пропадет и будет востребован, учитывая многочисленные слухи о возвращении Андрея Белоусова в правительство России.

Увольнение Андрея Клепача в связи с его майским выступлением на заседании Никитского клуба при Московской бирже вызвало активную реакцию в бизнес-сообществе. Релокантские медиа назвали выступление Клепача критикой российских властей и несогласием с курсом СВО. Московские эксперты указывают, что в докладе Клепача практически нет ни одного тезиса, который не упоминался бы в той или иной форме в выступлениях и текстах руководителей исполнительной и законодательной власти, а также ЦБ. Темпы роста ВВП в 2–2,5%, которые называл Клепач, соответствуют параметрам, фигурировавшим в официальных документах. Более того, последние прогнозы регулятора еще ниже: 0–1% на 2026 г. и 1,5–2,5% на 2027 г.; прогноз Минэкономразвития (май 2026 г.) — 0,4% и 1,4–1,9% соответственно, что существенно пессимистичнее оценок Клепача. Критика жесткой денежно-кредитной политики и ее негативного воздействия на экономику также давно не является чем-то новым. Не являются тайной и официальные оценки состояния научно-технологической сферы и параметров бюджетного финансирования НИОКР. Одно из основных требований к бюджетной политике, неоднократно обозначавшихся Путиным, — обеспечить технологический прорыв, позволяющий ликвидировать или по крайней мере сократить отставание от мировых лидеров. О том же говорил и Клепач. При этом его главный вывод заключался в том, что несмотря на все сложности российская экономика не рухнет, а технологическое отставание вполне преодолимо. Основная претензия к Клепачу - якобы его пессимизм о проигрыше конкурентности. «В этой войне на истощение мы не выиграем конкуренцию. У нас есть иллюзия, что там всё рухнет. Не рухнуло и не рухнет. У нас нарастают издержки. По опросам населения, ухудшается ситуация с качеством здравоохранения. У нас в научно-технологической сфере всё очень неравномерно. В какой-то сфере у нас есть результаты и прорыв, но в целом, на мой взгляд, мы проигрываем конкуренцию, а не выигрываем. Нарастают проблемы неравенства. <...> Экономика выдержит, но может возникнуть социальный кризис, причём тогда, когда его никто особо не ожидает. Но никто не ожидал, я напомню, и Февральской революции. <...> Я верю, что Россия не развалится, но то, что мы придём к социальному кризису, я почти уверен. Экономически мы не рухнем, но и наше отставание будет нарастать со всеми вытекающими последствиями». Также Клепач предупреждал о наличии признаков Февральской революции, когда само государство создает условия для системного кризиса и провоцирует социальный конфликт.

#двойной_смысл Новости о возможном отстранении Дмитрия Кисилева с федеральных эфиров и даже потенциальном увольнении — маркер нарастающего давления в отечественной пропагандистской среде. С одной стороны — назрели перемены, с другой — отказ от наиболее одиозных фигур будет означать смысловой переход от их повестки к чему-то новому. Дуэт Попов/Скабеева давно идет по пятам у таких матров как Кисилев и Соловьев. Источники утверждают, что они просто ненавидят друг друга. «Соловьев воспринимает супружеский дуэт как прямых конкурентов, ревниво относится к тому, что их эфирное время постоянно увеличивается, а его как минимум стагнирует» — уверяют собеседники. Уже который год наиболее популярным шоу на ВГТРК остается «Привет, Андрей», где популярный ведущий Андрей Малахов распевает народные песни с «бурановскими бабушками». И это стало популярнее того же шоу «Москва. Кремль. Путин», которое иногда не попадает даже в топ-10 шоу. Одни и те же эксперты и ведущие давно наскучили россиянам. И если у Соловьева есть высокая активность в новых медиа, то Кисилев окончательно превратился в памятник пропагандисту эпохи «Тасс уполномочен заявить».

Жилищное строительство в России входит в кризисную фазу. Поддерживать показатели ввода жилья Минстрой, вероятно, будет прежде всего за счет индивидуального жилищного строительства (ИЖС), однако возможности этого механизма также сокращаются. За январь—июнь 2026 года в России введено 42,7 млн кв. м жилья, что на 18% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. Наиболее заметное сокращение наблюдалось в первом квартале, во втором квартале динамика несколько улучшилась. При этом ИЖС, на которое приходится 62,3% всего введенного жилья, сократилось еще сильнее — на 28,6% за полугодие. В разрезе федеральных округов наиболее существенное снижение общего объема ввода зафиксировано в Сибирском федеральном округе — на 32%, Южном — на 26,9%, Северо-Западном — на 22,7%. В сегменте ИЖС наиболее сильное падение произошло в Уральском и Сибирском округах — почти на 40% к прошлогоднему уровню. Ситуация существенно различается и по крупнейшим городам. В Москве объем жилищного строительства продолжает расти — на 9,1%, тогда как в Санкт-Петербурге показатель сократился на 44,1%. Одновременно усиливается проблема нераспроданного жилья. По итогам первого квартала 2026 года объем непроданных площадей в новостройках составлял около 300 тыс. кв. м. Основная их часть приходится не на Москву и Санкт-Петербург, а на крупные региональные центры, в том числе Ростов-на-Дону, Краснодар, Уфу и Екатеринбург. Эксперты также обращают внимание на рост просроченной задолженности по ипотеке и увеличение финансовых рисков для девелоперов. По некоторым оценкам, повышенные риски дефолта существуют у 20–25% региональных застройщиков. Несколько опрошенных «Незыгарем» участников рынка пока не называют происходящее полноценным кризисом, однако признают наличие большинства его признаков. «Кризисы в отрасли носят циклический характер. Но раньше строительство удавалось поддерживать за счет масштабной государственной помощи. Сейчас рассчитывать на сопоставимые объемы поддержки сложно»,— говорит один из собеседников. По его словам, нынешняя негативная динамика начала формироваться еще в конце 2024 года после повышения ключевой ставки ЦБ и сворачивания массовых программ льготной ипотеки. В результате резко сократились возможности населения приобретать жилье. При этом застройщики пока не готовы существенно снижать цены. Однако участники рынка считают, что в ряде городов-миллионников девелоперам рано или поздно придется пойти на ценовые уступки. Один из источников утверждает, что ценовая политика застройщиков в ряде случаев определяется в том числе неформальными договоренностями между участниками рынка. По его мнению, это уже привело к парадоксальной ситуации, когда строящееся жилье в Москве может стоить дороже сопоставимой готовой квартиры на вторичном рынке. В результате вторичный рынок в нынешних условиях выглядит устойчивее первичного. Для вице-премьера Марата Хуснуллина, курирующего строительную отрасль, 2026 год может стать периодом заметного ухудшения ключевых показателей. На этом фоне, по словам источников, региональным властям рекомендовано активнее развивать ИЖС как один из немногих сегментов, способных поддержать общую статистику ввода жилья. Спрос на индивидуальное строительство в крупных агломерациях и их пригородах сохраняется. Однако возможности регионов по его стимулированию ограничены. У многих субъектов не хватает средств для подготовки земельных участков, строительства дорог и подведения инженерных коммуникаций. Именно инфраструктурные ограничения наряду со снижением финансовых возможностей домохозяйств участники рынка называют основными причинами падения темпов ИЖС. «Кризис в строительстве, скорее всего, неизбежен. Главный вопрос — за счет чего отрасль будут поддерживать. У государства сейчас другие приоритеты»,— заключает один из собеседников.

Первая приемная кампания в медвузы после вступления в силу закона об обязательной отработке для дипломированных специалистов дала обратный эффект: массовый недобор показывает, что ситуация с дефицитом медицинских кадров может только усугубиться. С 1 марта 2026 года действует ФЗ № 424 об обязательной отработке: выпускники медвузов и колледжей, обучавшиеся за счет бюджета, обязаны отработать от одного до трех лет по целевому договору в медучреждениях, куда они будут направлены. Ординатура полностью переведена на целевой формат. При досрочном расторжении договора необходимо вернуть государству стоимость обучения и выплатить штраф в двойном размере, то есть фактически возместить тройную стоимость обучения — от нескольких миллионов рублей. Тг-канал «Медицинская Россия» проанализировал ситуацию в шести медвузах и показал, что в крупнейших медицинских университетах страны возник недобор. Приемную кампанию пришлось экстренно продлевать. Показательно, что недобор наблюдается именно на целевых местах, тогда как бюджетные места, не предполагающие подобных штрафных обязательств, по-прежнему заполняются. По оценке Минздрава, сейчас дефицит врачей составляет около 23 тыс. человек, а специалистов среднего медицинского персонала — свыше 63 тыс. Однако анализ находящихся в открытом доступе объявлений о поиске медицинских кадров позволяет предположить, что реальный дефицит как минимум в 1,5–2 раза выше. Переработки и совмещение работы в нескольких учреждениях для медработников остаются широко распространенной практикой. Реакция самих медработников на решение об обязательной отработке характеризуется раздражением и иронией. «Незыгарь» поговорил с несколькими врачами на условиях анонимности. По их словам, систему пытаются латать административными методами, однако результатом становится лишь усиление зарегулированности, которое дополнительно отталкивает людей от профессии. Исходные причины сложившегося положения очевидны: низкие зарплаты и высокие нагрузки. Массовый недобор в медвузы в этом году — весьма показательная история. Он свидетельствует о том, что молодые люди не хотят связывать себя жесткими обязательствами. Шесть лет обучения на специалитете, два года в ординатуре и до трех лет обязательной отработки в бюджетном учреждении здравоохранения — в общей сложности до одиннадцати лет жизни при относительно низких доходах. Позволить себе такую траекторию зачастую могут молодые люди из обеспеченных семей, однако вопрос о престижности профессии врача сегодня остается открытым. С одной стороны, сохраняются уважение общества к профессии и высокий спрос на медицинские услуги, с другой — государство не обеспечивает сопоставимого уровня оплаты труда, из-за чего многие специалисты стремятся перейти в коммерческие клиники. Новые правила фактически ограничивают и возможности быстрого ухода в коммерческую медицину, а именно эта перспектива долгое время оставалась одним из существенных стимулов для молодежи при выборе врачебной профессии. В этих условиях часть абитуриентов предпочитает не связывать свою жизнь с медициной и выбирает рабочие специальности. Получить профессию сварщика и уже через два-три года выйти на относительно высокий доход для многих экономически выгоднее, чем проходить многолетний путь медицинского образования и последующей обязательной отработки. «Недобор в медвузах этого года отчетливо показывает: ситуация с дефицитом кадров, прежде всего квалифицированных, будет усугубляться», — уверен собеседник.

Социологические данные указывают на то, что общественные настроения находятся под серьезным давлением СВО и ухудшения социально-экономической ситуации. В этих условиях растут социальное недовольство и протестные настроения, однако внятных каналов для их выражения практически нет. Согласно данным ФОМ, за последние 12 месяцев доля россиян с тревожными настроениями выросла с 38% до 56%. Тревожные настроения существенно преобладают над спокойными: доля последних составляет 37% и снижается, несмотря на традиционно более благоприятный летний период. Около 30% опрошенных заявляют о недовольстве решениями властей — это максимальный показатель за период проведения СВО. Еще 19% респондентов говорят о готовности принять участие в протестных акциях, если они состоятся в их регионах, хотя возможности для проведения подобных мероприятий существенно ограничены. Опрошенные «Незыгарем» социологи отмечают, что традиционный позитивный эффект летнего периода оказался нивелирован атаками БПЛА и топливным кризисом, а в сентябре тревожные настроения могут усилиться. «Лето — это период традиционной расслабленности и более позитивных оценок будущего. Но в этом году из-за доминирования тревожной повестки этого не произошло», — говорит один из собеседников. По его словам, данные ФОМ позволяют достаточно четко проследить общественный эффект от ударов БПЛА по территории России. Главным следствием становится не рост запроса на мир как таковой, а усиление социального недовольства, которое проецируется на действия военных, гражданских и других представителей власти. Еще полгода-год назад, отмечает социолог, в глубинных слоях общественного сознания была широко распространена установка, которую можно сформулировать как «мы еще ничего не начинали»: предполагалось, что для достижения целей достаточно резко нарастить интенсивность военных действий. Сейчас эти представления начинают меняться. У части общества формируется ощущение, что возможности государства добиться решающего результата военным путем ограничены. Это способно изменить отношение как к самой СВО, так и к руководству страны, считает собеседник. По его словам, такая трансформация порождает оценки, связанные с неготовностью государства к затяжному конфликту или его неспособностью добиться заявленных целей. «Это мощнейший фактор общественного сознания, который пока только вызревает и еще не получил отчетливого внешнего проявления», — говорит социолог. Другой собеседник, работающий в системе региональных ЦУРов, также говорит о состоянии постоянной тревоги, следствием которой становится повышенная раздражительность, заметная в том числе на бытовом уровне. По его оценке, осенью ключевыми факторами общественных настроений станут вопросы безопасности и беспокойство граждан за собственное экономическое положение. Влияние обоих факторов будет усиливаться. В таких условиях традиционная позитивно-лоялистская информационная повестка все чаще воспринимается как «белый шум», считает собеседник. Она остается заметной в информационном пространстве, но все слабее влияет на настроения граждан из-за растущего расхождения между официальной риторикой и повседневным опытом населения. Большинство работающих граждан понимают динамику ухудшения экономической ситуации и переходят к стратегии сокращения расходов и поиска дополнительных источников дохода, говорят собеседники. Фактически речь идет о режиме пониженной адаптации: домохозяйства отказываются от части необязательных расходов, откладывают крупные покупки и рассматривают возможности дополнительного заработка. При этом, по наблюдениям социологов, надежды на улучшение социально-экономической ситуации в большей степени сохраняют пенсионеры, тогда как среди работающего населения оценки перспектив становятся более сдержанными.

2. КТК остается ключевым экспортным маршрутом Казахстана и одновременно его крупнейшей инфраструктурной зависимостью. Трубопровод идет через территорию России к терминалу на Черном море. Через него транспортируется основная часть казахстанского нефтяного экспорта. Именно поэтому любые длительные перебои в работе КТК создают для Астаны стратегическую проблему: быстро перенаправить сопоставимые объемы нефти на другие маршруты Казахстан сегодня не способен. На этом фоне конфликт с западными компаниями приобретает дополнительное измерение. Если зависимость от КТК становится политически и экономически слишком рискованной, Казахстану необходимо одновременно решать две задачи: менять структуру собственности в нефтяной отрасли и создавать альтернативную транспортную инфраструктуру. Один из возможных вариантов развития событий — постепенное сокращение роли западных нефтяных компаний, переход части их активов под контроль государства и последующее привлечение китайского капитала. Фактически речь могла бы идти если не о прямой национализации, то о существенном пересмотре структуры участия иностранных инвесторов в крупнейших месторождениях. Такой сценарий невозможно рассматривать отдельно от нефтепроводной инфраструктуры между Казахстаном и Китаем. Казахстанско-китайский нефтепровод создавался как стратегический трансконтинентальный маршрут, связывающий месторождения Западного Казахстана с китайским рынком. Проект реализуется на паритетной основе. По 50% принадлежат казахстанской стороне — через «КазМунайГаз» и «КазТрансОйл» — и китайской CNPC. Ключевой участок Атасу — Алашанькоу протяженностью около 965 километров был запущен еще в 2006 году. Он соединяет Казахстан с Синьцзян-Уйгурским автономным районом Китая. Система также связана с внутренними нефтепроводами Кенкияк — Атырау и Кенкияк — Кумколь, что позволяет формировать транспортный коридор от западных месторождений к китайской границе. Пропускная способность участка Атасу — Алашанькоу составляет около 20 миллионов тонн нефти в год. При этом в последние годы он был загружен примерно наполовину, причем значительную часть поставок составляла российская нефть. Если Казахстан начнет активнее направлять по этому маршруту собственную нефть, значение китайского направления резко возрастет. В таком случае происходящее вокруг КТК и западных нефтяных компаний можно рассматривать как часть более крупного процесса. Китай получает возможность одновременно наращивать участие в добыче казахстанской нефти и усиливать контроль над маршрутами ее транспортировки. Для Пекина это означает повышение энергетической безопасности и укрепление экономического влияния в Центральной Азии. Для Казахстана — потенциальную возможность снизить критическую зависимость от КТК. Но одновременно одна зависимость может постепенно смениться другой: вместо западных нефтяных корпораций и российского экспортного маршрута ключевым партнером станет Китай. Именно поэтому события вокруг Кашагана могут иметь последствия далеко за пределами одного нефтяного месторождения. Если Астана действительно приступила к стратегическому пересмотру модели нефтяной отрасли, в ближайшие несколько лет Центральная Азия может стать ареной значительно более жесткой конкуренции России, Китая и западных государств. На этом фоне дополнительное внимание привлекает частичный энергетический блэкаут, который 14 августа затронул несколько областей Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана и Таджикистана. Сам по себе этот эпизод не доказывает его связи с нефтяными конфликтами или борьбой за влияние в регионе. Однако он еще раз показывает уязвимость инфраструктуры Центральной Азии в момент, когда значение энергетических и транспортных систем региона быстро возрастает. В результате спор вокруг Кашагана может оказаться не просто конфликтом Казахстана с несколькими международными нефтяными компаниями, а первым эпизодом гораздо более масштабного перераспределения экономического и политического влияния в Центральной Азии.

Причина обострения ситуации с Каспийским трубопроводным консорциумом (КТК), через который экспортируется большая часть казахстанской нефти, возможно в обострении отношений Казахстана с западными нефтяными компаниями и постепенная переориентация нефтяного сектора страны в сторону Китая. Казахстан начал предъявлять серьезные претензии крупнейшим западным нефтяным компаниям, работающим на местных месторождениях. Власти обвиняют инвесторов в коррупции и многократном завышении расходов на разработку нефтяных проектов. Для Казахстана это принципиальный вопрос из-за особенностей соглашений о разделе продукции. В рамках таких соглашений добытая нефть условно делится на две части. Первая — Cost oil, за счет которой инвестору возмещаются затраты на освоение и эксплуатацию месторождения. Вторая — Profit oil, то есть оставшаяся прибыльная нефть, которая уже распределяется между государством и инвесторами. Чем выше признанные затраты нефтяной компании, тем больше нефти уходит на их компенсацию и тем меньше остается для последующего раздела с государством. Именно поэтому завышение капитальных расходов, если оно действительно имело место, способно радикально изменить экономику проекта. На бумаге страна получает многомиллиардные прямые иностранные инвестиции, однако значительная часть будущей нефтедобычи затем направляется на возмещение этих же расходов. Наиболее крупный конфликт возник вокруг Кашагана — одного из крупнейших нефтяных месторождений Казахстана. Его оператором является North Caspian Operating Company, или NCOC. В консорциум входят Shell, ExxonMobil, Eni, TotalEnergies, китайская CNPC и японская Inpex. Казахстанская сторона утверждает, что расходы инвесторов при разработке Кашагана могли быть завышены примерно на 160 миллиардов долларов. Отдельные контракты общей стоимостью около 10,7 миллиарда долларов власти Казахстана связывают с коррупцией и конфликтом интересов, в том числе с возможным подкупом чиновников времен президентства Нурсултана Назарбаева. В расследовании обстоятельств работы нефтяных компаний фигурирует и Международный консорциум журналистов-расследователей — International Consortium of Investigative Journalists. Спор вышел и на международный юридический уровень. По данным казахстанской стороны, в 2016–2023 годах государство получило от соглашений по Кашагану около 5,4 миллиарда долларов с учетом налогов и рентных платежей, тогда как инвесторы — около 55 миллиардов долларов. 21 июля власти Казахстана также арестовали имущество и транспорт NCOC в качестве обеспечения взыскания экологического штрафа примерно на пять миллиардов долларов. Кашаган может оказаться только первым эпизодом значительно более масштабного пересмотра отношений Казахстана с иностранными нефтяными компаниями. Следующими потенциальными объектами споров могут стать Тенгиз и Карачаганак — еще два крупнейших нефтегазовых проекта страны. Это означает, что Астана фактически затрагивает интересы крупнейших мировых нефтегазовых корпораций. Для сырьевой экономики подобная политика несет серьезные риски. Казахстан десятилетиями строил нефтяную отрасль на привлечении иностранного капитала, технологий и инфраструктуры. Резкий пересмотр условий работы западных компаний способен привести к международным арбитражам, сокращению инвестиций и политическому давлению. Поэтому столь масштабные претензии к Big Oil предполагают, что у Астаны либо имеются очень серьезные доказательства нарушений, либо существует более широкая стратегия изменения структуры нефтяной отрасли. Почти вся нефть Кашагана экспортируется через Каспийский трубопроводный консорциум.