ТехнокультурологЪ

Беседа любителей русского слова 🌾 Косуля Слово косуля как название сельскохозяйственного орудия распространено в северных и северо-восточных областях Европейской России. И, конечно, оно было хорошо знакомо Н. А. Некрасову, ведь его детство и юношеские годы прошли на Волге. Ярославские мужики пахали косулями. Помните его стихотворение «Дедушка»: Тянет косулю клячонка С голоду еле жива. Косулей в большинстве северных и северо-восточных губерний России называли соху или орудие среднее между сохой и плугом, с отвалом земли при пахоте на одну сторону. В этом значении слово приведено в Словаре В. И. Даля. Обратившись к материалам других русских крестьянских говоров, мы обнаружим, что во многих местах косулей называли также того или иного вида сенокосную косу, обыкновенно с короткой ручкой. Такое название записано, например, в 1913 г. в Вятской губернии. Во многих местах косулей называют косу и теперь. Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ

Политическая обусловленность задает рамки существования любого проекта в поле культурной политики, определяя допустимые границы и векторы развития. Игнорирование этого поля неизбежно ведет к провалу, поскольку политика определяет не только финансирование, но и язык, аудиторию и допустимые темы для обсуждения. К примеру, журнал «Юность» в эпоху оттепели, являясь официальным органом, стал рупором нового поколения. В Германии выставка documenta, возникнув как реакция на нацизм, превратилась в ведущую площадку современного искусства. Искусство управления заключается в нахождении свободы внутри жестко очерченных границ, где каждый проект существует в поле силы культурной политики и вынужден балансировать на грани дозволенного. Мы должны понимать, что политический контекст не является чем-то внешним по отношению к нашему проекту, он встроен в саму его структуру и определяет возможности его развития. Умение работать с этим полем, находить в нем новые возможности и точки роста, является ключевой компетенцией современного медиаменеджера. Политика — это не только ограничения, это еще и ресурс, который можно использовать для продвижения проекта, если научиться понимать его логику и говорить на его языке. #загребнемволны 🌊 ТехнокультурологЪ

Многоликий Карамзин 12 ноября 1803 года император Александр I именным указом назначил Николая Михайловича Карамзина придворным историографом. Эта должность давала право доступа к древним рукописям в монастырях и библиотеках, и с этого момента он посвятил себя созданию «Истории государства Российского». Трудно найти более неординарного и противоречивого человека той эпохи. Он был одновременно реформатором литературы, «первым» профессиональным писателем и историком. При этом творчество и жизненная позиция полны напряжения: он воспевал чувства в «Бедной Лизе», но в реальной жизни был крайне расчётлив и даже суров. Он выступал за свободу личности, но решительно защищал самодержавие и крепостничество. Я думаю, противоречия даже глубже. Фамилия Николая Михайловича, согласно официальной генеалогии, ведёт начало от татарского «Кара-Мурза» («чёрный князь»). Эта фамилия возникла в XVI веке, и его предки были пожалованы дворянством в 1606 году. Однако следует отметить, что в академических кругах существует и другая точка зрения, согласно которой это может быть легендой о «знатном происхождении», созданной для возвышения рода, а реальное происхождение могло быть связано с мордовским именем «Карамса». При этом начинал он как истовый «еврофил». Закончил, правда, уже «консервативным западником». Карамзин был не только писателем-сентименталистом, но и журналистом, мыслителем и даже «помещиком», управлявшим имением. Это «множество» позволяло свободно перемещаться между разными ролями и эпохами. Как создатель «нового человека и нового языка» Николай Михайлович стремился через литературу воспитать «нового русского культурного человека», обладающего способностью к рефлексии и выражению чувств. При этом открыл в литературе «обыкновенного человека» и внутренний мир женщины. Он также радикально реформировал русский литературный язык, сделав его более близким к разговорной речи. В молодости Карамзин с энтузиазмом воспринял идеалы Французской революции, но после казни Людовика XVI ужаснулся и навсегда разочаровался. В зрелые годы стал убеждённым защитником самодержавия и крепостничества, даже как помещик сурово требовал с крестьян оброк, что резко контрастировало с литературным образом «чувствительного человека». Всю жизнь отстаивал достоинство человека и говорил, что «не унизит своей личности», но в то же время видел высшую ценность в служении государству (в лице монарха) и считал, что сильная власть необходима для сдерживания «злых» людей. Пожалуй, лучшее произведение о начале трансформации Карамзина — книга Андрея Балдина «Новый Буквоскоп, или Запредельное странствие Николая Карамзина», изданная в 2016 году к 250-летию со дня рождения Карамзина. При этом он, меняясь сам, менял и наш язык. Балдин утверждает, что молодой Николай во время своего европейского путешествия (1789–1790) «отправился в путь с одним русским письменным, а вернулся с другим». «Буквоскоп» — это метафора, используемая для описания того, как Карамзин, наблюдая и впитывая иностранные языки, осуществил «оптическое» преобразование, тем самым создав основу современного русского литературного языка. Напомню, нашему герою было тогда 23 года! Особенно хороша художественная реконструкция в книге Балдина. Он описывает диалог швейцарского философа Иоганна Каспара Лафатера и Николая Карамзина: «Что пишут на русском языке — стихи женщинам, научные труды?» — спрашивает Лафатер. А Карамзин отвечает: «Молитвы». Для Николая Михайловича русский язык до реформы — это язык церковного, «молитвенного» регистра. Он не имел ещё развитой светской традиции — ни любовной лирики, ни художественной прозы, ни научной терминологии в европейском смысле. Карамзин говорит «молитвы» — то есть признаёт сакральную глубину русского слова, но своей же деятельностью стремится вывести язык из этой «молитвенной» замкнутости в светскую, научную литературу. Это и есть внутренний разрыв — благоговение перед языком и реформаторский напор. #личности #библиотека Читайте в МАХ | Дзен

Беседа любителей русского слова 👠 Коты Слово коты известно в русском языке как название теплой, обычно женской обуви. Название это было чрезвычайно распространено в быту и в литературе XIX в. Мы можем встретить его у В. А. Жуковского и Г. Р. Державина, Д. В. Григоровича, И. С. Тургенева и Л. Н. Толстого. В этнографической литературе описаны коты, а иногда и с ударением кóты, как название различного рода крестьянской обуви. Шили их из кожи, наподобие сапог с короткими голенищами, часто с меховой или войлочной опушкой. Известны также войлочные коты с красной или черной оторочкою или с завязками вверху. Узорчатые, строченые кóты служили и праздничной обувью. Название коты известно в русских крестьянских говорах, как на севере, так и на юге России, в Сибири и на Урале. Название это относится к числу не совсем ясных по происхождению. Полагают, что оно может быть родственно русскому глаголу катать, известному в русском языке обозначению процесса сваливания шерсти. Катать и отсюда распространенное название катанки — это значит то же, что и валять, откуда известное название валенки. Есть предположение также о том, что название коты заимствовано русским языком из языка кóми. Действительно, близкие по звучанию и значению слова распространены в ряде языков народов, издавна соседствующих с русскими. Кроме языка коми, сходные названия есть в удмуртском, карельском и ненецком языках. После всего сказанного становятся вполне понятными строки из стихотворения Н. А. Некрасова «В дороге», где ямщик говорит о своей жене: Не утешишь ее и обновкой: То натерли ей ногу коты, То, слышь, ей в сарафане неловко... Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ

На Colisium Moscow в сентябре сего года говорили глубоко и подробно про то, как ИИ изменит музыкальную индустрию. А изменит (и уже изменил) он её люто. Сейчас видео с той сессии доступно на вялотекущем ютубе, я туда хожу редко и только на разведку, довольствуясь прекрасными отечественными видеохостингами, потому сам его не видел. Но тем, кто интересуется темой и умеет безопасно ходить через линию когнитивного фронта — рекомендую. Дискуссия называлась весьма красноречиво: «Черное зеркало ИИ: куда мы идем?» Спойлер: искрило, но до драки не дошло. 🪗 ТехнокультурологЪ

🤖🎭 Повышение технокультуры граждан обеспечит переход РФ к новому технологическому укладу ⚡️ Повышение общего уровня культурного восприятия технологий граждан является важным условием для перехода России к новому технологическому укладу. 🎤 Об этом в ходе заседания дискуссионного клуба «Наследие XXI» заявил технокультуролог, сооснователь клуба Иван Карпушкин. 💬 По его словам, для решения этой задачи необходимо использовать успешный исторический опыт. В советский период развитию индустриальной и производственной культуры уделялось колоссальное внимание, под эти цели запускались масштабные государственные проекты. «Этому были посвящены целые культурные проекты советские. И, собственно, это позволило быстро в течение там 10 – 15 лет нам перейти из состояния аграрной страны в тройку ведущих индустриальных стран мира. И сегодня у нас та же задача. Мы должны поднять общий технологический уровень, общий уровень технологической культуры всех граждан нашей страны» Технокультуролог отметил, что без изменения культурного восприятия технологий невозможно создать собственные передовые разработки и преодолеть иностранную зависимость. Именно поэтому, по его словам, культурной части проекта «Русские роботы», инициированного нашим Клубом сейчас уделяется приоритетное внимание. Присоединяйтесь к "Наследию XXI" в 📱MAX, ВК, Телеграм, Rutube, Дзен

Роль персоны выступает мощным фильтром восприятия проекта, превращая личность в амбассадора или токсичный актив в зависимости от репутационного фона. Например, Сергей Эйзенштейн, будучи гениальным режиссером, создавал гениальные фильмы, которые вмесете с тем были инструментом государственной пропаганды. Бэнкси, сохраняя анонимность, перевёл восприятие стрит-арта из сферы вандализма в искусство и творческий социальный протест. Публичные выступления политических лидеров формируют идеологический ландшафт, становясь частью государственной культурной политики и объектом пристального внимания. Персона может выступать драйвером доверия или источником непреодолимых рисков, а стратегия работы с ней требует осознанного выбора между использованием её в качестве щита или мишени. Ошибка в оценке персоны может обнулить многолетние усилия команды и свести на нет все позитивные эффекты проекта, поэтому выбор амбассадора должен быть не случайным, а стратегически выверенным решением. Персона — это не просто лицо проекта, это его душа, и от того, насколько органично она вписывается в общий замысел, зависит успех всего предприятия. Мы должны понимать, что за каждой персоной стоит история, репутация, система ценностей, и все это неизбежно проецируется на проект, окрашивая его в те или иные тона. И наоборот. #загребнемволны 🌊 ТехнокультурологЪ

Беседа любителей русского слова ❄️ Рукавицы, перчатки, варежки Можно полагать, что древнейшим из перечисленных названий было слово рукавицы. На древность этого слова указывает его распространение во всех или почти во всех славянских языках — в польском, словацком и чешском, в болгарском и сербскохорватском. Слово рукавица составлено из двух корней: первый определить легко — это рука, второй известен у нас в глаголе вить. Итак, рукавица значит «обвивающая руку». Любопытно, что довольно широко в славянских языках представлено параллельное название ногавица для специальной одежды на ногу, т. е. «обвивающая ногу». В словацком языке ногавицы — это «брюки, штаны», поляки и чехи называют ногавицами «штанины», в словенском языке ногавицы это «чулки или носки». В памятниках древнерусской письменности часто упоминаются и ногавицы и рукавицы. Довольно рано в русском языке образовалось название перчатки. Но первоначально применялось словосочетание перстяные или перстатые рукавицы. Такое название мы находим в одном из древнейших русских письменных памятников делового содержания — в Смоленской грамоте 1229 г. В сочетаниях перстяные или перстатые рукавицы да и в нашем современном слове перчатки нетрудно обнаружить старый корень перст, т. е. «палец». Действительно, перчатки — это рукавицы с пальцами. По поводу происхождения названия варежки было высказано несколько предположений. Фасмер считал, что слово варежки и известное в русских говорах неуменьшительное название вареги образовалось из сочетания варяжские рукавицы. В Этимологическом словаре русского языка под редакцией Н. М. Шанского слова вареги и варежки производятся от древнерусского глагола врити и варовати, употреблявшегося в значении «охранять, защищать». Однако можно предположить и более простое объяснение происхождения этих названий. Особенно если обратиться к широкому кругу названий рукавиц, известных в областных русских говоpax. Среди таких названий, оказывается, есть довольно много слов, связанных с обозначениями процессов обработки шерсти, готовых изделий из шерсти или процессов изготовления рукавиц. Это такие названия, как вязанки, плетёнки, а также влеги (валеные рукавицы), катанки (катаные рукавицы). Сюда же относятся и вареги, варежки, образованные по названию процесса — варить «кипятить». Дело в том, что готовые вязаные изделия из шерсти заваривали в кипятке, чтобы они стали более прочными и теплыми. Итак, варежки — это «варёные рукавицы». В Словаре Даля приведена такая поговорка: «Нужда рукавицу с варьгой сроднила». Что она означает? Оказывается, довольно широко в русском языке распространены специальные названия для верхних рукавиц и нижних. Конечно, чаще всего такие названия мы встретим на Севере, на Урале и в Сибири, т. е. там, где нередко носят две пары рукавиц сразу. Здесь употребляются такие местные названия, как вéрхницы, верхóньки и испóдки. А в некоторых местах рукавицами навзывают верхние кожаные или суконные рукавицы, а вáрьгами, вáрежками — нижние, вязаные. Отсюда, видимо, и выражение, записанное В. И. Далем. Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ

🚀 Срочное включение! Уже завтра поговорим о современной фантастике! Искусственный интеллект, виртуальные миры, технологии изменения человека — многое из того, что ещё недавно казалось фантастикой, уже стало реальностью. Но о чём тогда пишут фантасты сегодня? Какие новые темы появляются в литературе? Какие жанры набирают популярность? И способна ли фантастика по-прежнему предсказывать будущее? Завтра, 11 ноября в 16:00, приглашаем на онлайн-лекцию «Современная фантастика: темы, жанры, тренды». 🔹Наш спикер — Елена Николаевна Ковтун, доктор филологических наук, профессор, заведующая отделом Института славяноведения РАН и кафедрой РГГУ, президент Ассоциации исследователей фантастики, член Союза писателей России. Елена Николаевна — один из ведущих российских исследователей фантастической литературы. Это редкая возможность разобраться в том, что происходит с фантастикой сегодня, вместе с человеком, который изучает её профессионально. 📅 11 ноября, 16:00 💻 Онлайн Подключайтесь! Будем выяснять, куда движется фантастика и какие миры рождаются в воображении писателей прямо сейчас. ✨

Вовлеченность аудитории балансирует на грани между диалогом и манипуляцией, а критерием различия выступает распределение реального влияния и власти. Симуляция участия порождает разочарование, значительно превосходящее эффект полного отсутствия взаимодействия, разрушая доверие к институциям. Например, привычные советскому человеку субботники эволюционировали от искреннего порыва к обязательной повинности и неформальной коммуникации, что иллюстрирует сложность процесса вовлечения аудитории и его неоднозначность. Или проекты по совместному созданию муралов, которые при правильной реализации демонстрируют честный диалог, где результат зависит от всех участников и не может быть предсказан заранее. Приглашение к участию без готовности делегировать часть властных полномочий неизбежно приводит к цинизму и созданию симулякра общественной активности, лишенного реального содержания. Мы должны честно отвечать на вопрос о том, готовы ли мы отдать часть контроля, или же наше вовлечение — лишь декорация, призванная создать видимость диалога. Истинное участие требует перераспределения власти, и если мы не готовы к этому, то любые попытки вовлечь аудиторию будут восприниматься как лицемерие. Вовлеченность — это не просто технология, это этический выбор, который определяет, кто на самом деле управляет смыслами: те, кого мы приглашаем к участию, или (прикрываясь ими) это делаем мы сами. #загребнемволны 🌊 ТехнокультурологЪ

Беседа любителей русского слова 🌞🪣️️ Вёдро и ведро Есть пословица о нерадивых хозяевах: «В дождь избы не кроют, а в вёдро и сама не каплет». Вёдро (на Севере еще говорят вéдрие, вéдренье) — так в просторечии и в областных говорах называют теплую ясную сухую погоду. Говорят, например: «Мало в это лето было вёдреных денёчков». Не связано ли это вёдро по происхождению со словом ведро? Казалось бы, просто, ведь во множественном числе слово ведрó — вёдра так похоже на слово вёдро. Но при всей кажущейся близости слова ведрó и вёдро по происхождению совершенно различны. Оба они унаследованы русским языком из праславянского языка, тому и другому можно найти точные соответствия едва ли не во всех родственных русскому славянских языках. Слово ведрó, по мнению большинства ученых-специалистов по этимологии, родственно слову вода. В праславянском вед-ро и вод-а были словами одного корня. Чередование звуков е/о в корнях слов нам известно: веду — водит, беру — сбор, плету — плот и т. п. А слово вёдро, тоже общее всем славянам, по-видимому, состоит в древнем родстве с обозначением понятия погода у германцев. Сравните с современным немецким словом Wetter. Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ

Робототехника — дело семейное. Ведь нам давно известно, что счастье — дело техники (роботы-пылесосы, молчать🤐) 🤖 ТехнокультурологЪ

Влезая не в свою тему (хотя косвенное касание было), да и скорее не влезая, а опираясь на неё как на пример, попробую приоткрыть идеологическое основание нашей инициативы «Русские роботы», которая вот-вот стартует в виде пилота в Тюменской области и далее везде. На примере рассказанных историй на мой взгляд вполне успешного в имеющихся условиях Национального проекта БАС, максимально наглядно проявились те закладки, которые были погружены в нас венчурной моделью мировой жабы имени MIT, просветлившего нас святой верой в Страну дураков русскую Силиконовую долину. Если простым языком. Нам рассказали, что существует такое чудо в мире, как стартапы. И это чудо растёт не по дням, а по часам, и если положить на правильном поле Чудес в правильно выкопанные ямки какое-то количество золотых, то даже если часть из них украдут пропадёт, то из оставшихся вырастут такие денежные деревья-единороги, что с лихвой всё покроют. Мы конечно же поверили, как в такое не поверить, и побежали. Весь мир побежал закапывать свои последние золотые, чтобы куда-то там успеть (ведь в будущее возьмут не всех, да?;). Но только вот никто никому не сказал, что ключи от того поля как были, так и остались у тех, кто, образно говоря, это поле вспахивал и удобрял, подводил к нему дороги и инфраструктуру. Остальные — не более чем волонтёры на этом поле — очень дешёвый ресурс для монетизации инфраструктурных затрат. Что это за затраты? Весь высокотех. Ему требуются гигантские инвестиции, и именно глобальная игра в стартапы дала возможность вырасти пузырям силиконовых гигантов. История с нашим Сколково и другими инициативами — туда же (за редким исключением). Но рента, как всегда, остаётся у рантье, а папуасам, как известно — бусики (как двусмысленно верно звучит это слово в наше непростое время). Дальше не буду заворачивать, сразу к выводам. Главное важное: Не инфраструктура для стартапов, а стартапы для инфраструктуры Это значит, что нам нужно стимулировать в первую очередь то, что даёт рынки нашим инфраструктурным технологиям (тут вспоминается матрица НТИ с НЕТами/СКВОТами — всё идеально точно, только чуть акценты поправить — НЕТы нужны для обеспечения СКВОТов, а не наоборот). Именно в этой логике, поработав над ошибками, мы собираем «Русских роботов». Нам не важны стартапы вообще, нам важно, чтобы они базировались на тех технологических решениях, которые у нас есть и должны появиться. Мы должны загружать сбытом свою технологическую инфраструктуру. Робототехника для этого — самый перспективный рынок, который безусловно будет расти кратно и порядково ближайшие десятилетия. И здесь мы точно ещё можем дать всем фору (тут уже с учётом геополитики, глобальных трендов и русского авось). Поэтому во главе угла у нас — отечественная материальная и электронно-компонентная база. Всё — от магнитов, движков, чипов до пресс-форм — требует устойчивой системы внутреннего и внешнего сбыта, воспроизводимой и превентивно обновляемой системы подготовки кадров, опирающуюся на развитую технологическую культуру нового уровня (того самого уклада). Это и есть новая индустриализация. «Платформенная экономика» что бы это ни значило — поддерживающая её часть, но не обеспечивающая. Ну и на посошок — пропущенная в российских учебниках экономическая аксиома: наша суверенная экономика базируется на основаниях, укоренённые в нашей природе и культуре. Всё остальное — от лукавого. Хорошо бы её на стенах коридоров соответствующих министерств и ведомств разместить, вместо Котлера и Портера — совсем в другой стране жить бы начали. #русскиероботы Все подробности проекта подробно обсудим на Марафоне науки и фантастики в Тюмени 10-12 декабря. 🤖 ТехнокультурологЪ

Красивое

Контекстуальность определяет способность проекта менять смысловое значение в зависимости от среды, подобно хамелеону, адаптирующемуся к окружающему фону. Страсти по «Иронии судьбы» последних лет — прямое тому подтверждение. Воспринимавшаяся в семидесятых как лирическая комедия, сегодня это кино многими читается как трагифарс об одиночестве в типовой застройке. Политическая или культурная ситуация выступает переключателем смыслов, превращая вчерашние актуальные решения в токсичные элементы, требующие немедленной корректировки. Здесь можно вспомнить про туризм в Иране, который еще недавно переживал бум интереса к древней персидской культуре при снятии санкций, и моментально угас на фоне напряженности, демонстрируя хрупкость любых культурных инициатив. Управление проектом требует постоянного мониторинга этих изменений, поскольку контекст трансформируется быстрее, чем адаптируются стратегии. Мы работаем в режиме реального времени, где каждое слово может быть переосмыслено завтра, и эта динамика требует от нас гибкости и готовности к пересмотру собственных решений. Контекст не является чем-то внешним по отношению к проекту, он встроен в саму его структуру, и игнорирование этого факта неизбежно приводит к провалу. Проект, который был успешен в одной среде, может оказаться совершенно нежизнеспособным в другой, и задача управленца — не просто адаптировать его к новым условиям, но и предвидеть, как эти условия изменятся в будущем. #загребнемволны 🌊 ТехнокультурологЪ

Беседа любителей русского слова Русские народные говоры (часть 4) А что дает изучение местных говоров ученым? Оказывается, говоры — это ценнейший источник изучения истории русского языка. Ведь многие черты, утраченные в общем литературном языке, еще сохраняются в областных говорах. А изучение диалектных особенностей на географической карте помогает изучать историю нашего народа. Причем как историю древнюю, например, размещение древнерусских племен и пути освоения нашими предками громадных территорий на севере и востоке нашей Родины, так и более позднюю. На диалектологических картах оказываются запечатленными торговые пути, традиционные связи жителей разных областей страны. Диалектология имеет значение также и для писателя, ученого-литературоведа, да и просто для любителя литературы. В произведениях художественной литературы часто употребляются местные языковые особенности. Их называют диалектизмами. Диалектизмов мы встретим немало и в произведениях русских классиков, и в книгах современных писателей. Они служат специальным стилистическим целям, придавая произведению народный колорит. Ведь местные наши говоры — богатство народа, его языка. История русской литературы знает немало примеров, когда местное слово или выражение с легкой руки мастера входило во всеобщий оборот, укреплялось в языке всего народа. Вот И. С. Тургенев в рассказе «Бирюк» после фразы: «Меня зовут Фомой, — отвечал он,— а по прозвищу «Бирюк»,— делает примечание: «Бирюком называется в Орловской губернии человек одинокий и угрюмый». А теперь это слово общеизвестно. У Тургенева в «Записках охотника» можно найти и другие, даже и не так широко известные южнорусские диалектизмы, однако никто не возразит против того, что эта книга написана прекрасным русским литературным языком. А как выразителен язык М. А. Шолохова, А. П. Чапыгина, П. П. Бажова! И способствует этому в значительной степени умелое использование донских диалектизмов М. А. Шолоховым, уральских — П. П. Бажовым, северных — А. П. Чапыгиным. Языковеды постоянно обращаются к записям живых местных говоров, потому что они вместе с материалами литературного языка и письменных памятников дают исчерпывающие сведения по истории русского языка в целом. В этом убеждает нас история многих литературных и диалектных слов, поиски их этимологии. Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ

🤔 Дьявол носит Prada, а робот – нет Сегодня вместо дайджеста – небольшая подборка кейсов. Недавно на шоу Vogue World в Милане вместе с моделями на подиум вышли несколько пар роботов. Правда, пока без одежды: помахали руками, потанцевали под музыку и разошлись. Мир моды их, правда, встретил без восторга: камеры показали абсолютно каменные лица Миуччи Прады и Алессандро Микеле, а Washington Post назвала робота на подиуме «глупым и уродливым». Но это не первая «модная» коллаборация с робототехникой: случались и более удачные. 🔻 Coperni и Boston Dynamics. В марте 2023-го на парижском показе рядом с кожаными моделями шли робопсы Spot: один снял с модели жакет и вернул его, другие раздавали сумки, а в финале роботы танцевали. Для Coperni это не разовый трюк: осенью 2022-го Белле Хадид прямо на подиуме «напылили» платье из жидкой ткани Fabrican, а в 2024-м бренд показал сумку весом 33 грамма из аэрогеля – материала, которым NASA ловило кометную пыль. 🔻 Alexander McQueen. Почти 30 лет назад на легендарном показе Шалом Харлоу встала на вращающийся круг между двумя манипуляторами с автозавода, и те на глазах у зала расписали её белое платье чёрной и жёлтой краской. Маккуин неделю программировал их движения и потом вспоминал тот показ как единственный, на котором он плакал. 🔻 Хуссейн Чалаян. В 2006 году его платья со встроенными моторчиками и микроконтроллерами сами меняли силуэт прямо на подиуме, проживая три десятилетия моды. 🔻 Mach33. На шоу в Сеуле весной этого года гуманоиды Unitree шли в паре с моделями в одинаковых нарядах, от ковбойского костюма до образа а-ля Дэвид Боуи 1970-х. Организатор, Galaxy Corporation, заявлял: «Мы поняли, что роботам тоже нужна одежда», – и до конца года запускает линию одежды для роботов. 🔻 Prada и Axiom Space. В 2024 году в Милане показали скафандр AxEMU для лунной программы NASA, который Prada проектировала вместе с американской космической компанией. 🔻 Ray-Ban, Oakley и Meta*. Это, пожалуй, самая денежная история такого рода: в 2025 году продали больше 7 млн пар умных очков, в три с лишним раза больше, чем годом раньше. А Apple Watch Hermès выпускают с 2015-го: больше десяти лет. Возвращаясь к шоу Vogue World: забавно, что морщилась именно Прада: ее дом первым начал применять нейлон в высокой моде и даже проектировал скафандр для Луны. Против новых технологий Прада явно ничего не имеет, скорее речь о пустом аттракционе. В марте я писал, что чем раньше мы перестанем смотреть на технологии как на модное развлечение, тем больше будет пользы. Мода это подтверждает буквально)) * – Meta Platforms Inc признана экстремистской и запрещена в РФ 🔻🔻🔻🔻🔻🔻🔻🔻🔻🔻🔻 Цифра и Традиция ✍️🍌🍌🍌

Люксовые бренды словили обвал потребления. Интересный тренд, хоть и временный. Понятно, что лухари немного штормит, но молодёжь всегда набегает волной, и обычно вслед за спадом люксового потребления идёт компенсирующий с лихвой рост. Только сейчас эта история может упереться в демографический коллапс старого света и догоняющую его демографическую стагнацию света нового. В этой демографической ловушке человечество (в известной нам его истории) ещё не бывало. И тут всем придётся серьёзно пересобирать свои бизнес-модели, вплоть до кардинальной смены ниш и рынков. Вот это, кстати, уже в истории бывало и не раз, и многие из тех мировых брендов, которые мы знаем сегодня (особенно азиатских), на самом деле начинали вовсе не с того, что их в итоге прославило. 📉 ТехнокультурологЪ

Влияние проекта имеет волновой характер, распространяясь далеко за пределы изначальной точки контакта и затрагивая сферы, не предусмотренные первоначальным планом. К примеру, ВДНХ, начинаясь как инструмент пропаганды больших свершений, постепенно трансформировалась в пространство неформального общения и крупнейшую публичную зону, изменив социальные практики целых поколений. Центр Помпиду, вызывавший изначально возмущение консервативной публики, полностью преобразовал окружающий район, запустив необратимые процессы урбанистической трансформации. Волны влияния всегда идут дальше запланированных границ: первыми их ощущают ближайшие участники, последними — те, кто не подозревал о существовании проекта. Ответственность за эти отдаленные последствия ложится на создателей, поскольку именно на периферии внимания формируется истинное общественное мнение. Мы должны научиться видеть эти неочевидные связи и переводить неявные риски в категорию управляемых задач, иначе наши проекты будут порождать эффекты, о которых мы даже не подозреваем. Ощутить значимость этих эффектов можно через метафору кругов на воде, и затухание сигнала не означает его исчезновения: волна может дойти до берега и вызвать цунами, даже если в эпицентре воздействия мы ощущаем лишь легкое волнение. Поэтому профессиональный медиаменеджер обязан смотреть не только на «точку броска камня», но и на всю «поверхность водоема», предугадывая, где и когда возникнет следующая волна и какие последствия она за собой может повлечь. #загребнемволны 🌊 ТехнокультурологЪ

Беседа любителей русского слова Русские народные говоры (часть 3) Возникает вопрос самый общий: отчего в языке возникают различия? Ответ на этот вопрос надо искать в самой природе языка — как средства общения, средства передачи мысли. Различия в языке появляются прежде всего от разобщения. Оттого, что отдельные группы людей, говорящих на одном языке, перестают совсем общаться друг с другом или общаются между собой мало. Обширная территория, на которой расселяется народ, естественные преграды, затруднявшие в прошлом связи, — дремучие леса и горы; искусственные преграды — границы княжеств и государств (вспомните о веках феодальной раздробленности на Руси) — вот перед вами и причины разобщения. Да и сами условия жизни подавляющего большинства наших предков — замкнутая в пределах своей деревни, даже в пределах своего хозяйства жизнь крестьянина способствовала обособлению. Итак, к появлению и развитию различий в русском языке привели вековая обособленность жизни отдельных областей, а также и общение русских с другими племенами и народами, населявшими нашу Родину. Но единство русского языка все-таки сохранилось, взаимопонимание между русскими людьми не было нарушено. Вот что писал по этому поводу М. В. Ломоносов, родоначальник многих наук в нашем Отечестве, в том числе и русской диалектологии: Народ российский, по великому пространству обитающий, невзирая на дальное расстояние, говорит повсюду вразумительным друг другу языком в городах и сёлах. Напротив того, в некоторых других государствах, например, в Германии, баварский крестьянин мало разумеет мекленбургского, или бранденбургский швабского, хотя все того же немецкого народа. Примечательно, что в истории русского народа наша столица Москва сыграла выдающуюся роль не только как политический и экономический центр государства, но и как его культурный, в том числе и языковой центр. Своеобразно положение Москвы на диалектологической карте России — она находится практически на границе южновеликорусского и северновеликорусского наречий. Именно поэтому московский говор вобрал в себя черты того и другого. А высшая форма русского национального языка — общий литературный язык складывался в XVII-XVIII вв. на основе московского говора. И, питаясь соками народной разговорной речи, он оттачивался в произведениях классиков русской литературы прошлого века. В наши дни местные особенности речи остаются достоянием преимущественно сельских жителей и незначительной части населения старых городов. Да и в деревенский дом пришел единый литературный язык вместе с газетами, радио и телевидением. А жизнь наших современных крестьян никак нельзя назвать обособленной. Всеобщее обучение — именно на едином литературном языке — приводит к постепенному отмиранию местных разновидностей русского языка. Однако усвоение литературных норм — процесс сложный и протекает в целом довольно медленно. Конечно, быстрее всего утрачиваются местные особенности в словаре. Это естественно: исчезла соха и совершенно забыты такие слова, как россоха, обжи, сошник — названия ее частей. Забыты названия старой одежды, и обуви, множество слов, связанных со старым деревенским бытом и хозяйством. А вот с особенностями в произношении и в грамматике сложнее. Такая яркая и резко отличающая речь северянина диалектная черта, как цоканье, утрачивается довольно быстро, а оканье, хотя это тоже заметная особенность произношения, сохраняется обычно устойчиво, тем более, что она поддерживается системой нашего правописания. Большие неприятности школьным учителям и самим ученикам доставляют многие местные отклонения от литературного языка в образовании грамматических форм. Это источник многих орфографических ошибок. И каждому сельскому школьнику небесполезно поэтому знать об отличиях местного говора от литературного языка. Люстрова З.Н., Скворцов Л.И., Дерягин В.Я. Беседы о русском слове. М., «Знание», 1976 #русскоеслово 📖 ТехнокультурологЪ