Oleg Bazaleev

@oleg_bazaleev · Russian · active

Канал Олега Базалеева, социального антрополога на службе корпораций Выстраиваю отношения между корпоративным племенем и обычными племенами в корпоративных джунглях и обычных джунглях Для связи: oleg.a.bazaleev@mail.ru

Subscribers 5.3K Subscribers, last 30 days: 5.3K → 5.3K +30 24h
Reach per post (ERR) 27.0%1.4K avg views
Posting 1.5/day last 34 minutes ago
Reactions per 1K views 42.1 👍 ❤ 😁
  1. В такой парадигме работа — это не результат усилий, компетенций и личных заслуг. Работа и зарплата часто воспринимаются как некое социальное пособие, которое кто-то сверху либо «дает», либо «не дает». Поэтому наше решение нанять женщин местная элита видела не в корпоративной логике («компания подобрала квалифицированного специалиста под задачу»), а в социально-распределительной («компания дала кусок хлеба условной Марьям, отказав в куске хлеба условному Ахмеду»). И потому в сельских районах Ирака вот что нам говорили: ☑️ Вон, посмотрите, сколько парней и молодых мужиков без работы маются! Поселковая молодежь годами не может жениться и создать семью, потому что без стабильного дохода отцы не отдают за них дочерей. Это плодит тысячи личных трагедий, а часть парней от безысходности проникается радикальными идеями и уходит к джихадистам. ☑️ А кто такая женщина, которую вы наймете? Да, не во всех случаях, но в большинстве случаев – это дама уже не из бедной семьи, раз получила неплохое образование. У неё и так всё хорошо, она не борется за кусок хлеба. И у неё всегда есть вариант выйти замуж! С точки зрения сельской иракской общины, женщине работа и заработок нужны меньше, чем мужчине – а может, и вообще не нужны. (И да, местные представительницы прекрасного пола часто даже яростней мужчин защищали именно такую картину мира). ❗️Отдал вакансию мужчине — ты превратил вчерашнего бедолагу в полноценного члена общества. Через полгода он сыграет свадьбу, через пять лет у него будут сидеть по лавкам трое детей, а может, и пятеро). ❗️Отдал вакансию женщине — ты сделал и без того сытую семью еще сытнее, оставив на улице очередного отчаявшегося парня. Так вот думали местные. Такая у них «математика справедливости». Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций #гендер

  2. Нужна ли женщинам работа? Немного про иракскую сельскую «математику справедливости» Посты на тему «мэн энд вуман» (наподобие вчерашнего про образование для девочек в Ираке) традиционно вызывают кипение эмоций в комментариях. Докину ещё немного кринжатинки. Был вчера под постом один, казалось бы, безобидный комментарий: «Я вижу это просто: больше прав у женщин — больше рабочих рук — больше денег в семье — здоровее экономика». Выглядит очевидно и логично, разве не так? Казалось бы, формула безупречна! Но когда я работал в сельских районах Ирака, я столкнулся с тем, что очень многие местные жители, включая очень умных и образованных людей, искренне считали: нет, не так! В середине 2021 года мы решили: на наше нефтегазовое месторождение впервые в истории локации должны приехать работать женщины на вахту. Первые четыре сотрудницы были наняты именно в мой департамент по социальным вопросам. Местное сообщество было ошеломлено. Дело было даже не в банальном сексизме (хотя и предрассудков хватало). Местные элиты искренне считали, что найм женщин — это решение, противоречащее общественному благу. Все последующие недели почти любой «смолл-ток» (это час-полтора в местных реалиях) с муниципальными начальниками сводился к этой теме. Собеседники не пытались меня переубедить, но высказывали печаль и пытались объяснить свою точку зрения: «Ребят, вы воюете вообще не в ту сторону». Их главный аргумент был: «Вы сначала всех безработных мужчин в округе трудоустройте — а потом уже беритесь за женщин!» Чтобы понять в чем дело, надо напомнить, как устроен местный рынок труда: ☝️Катастрофическая безработица. Рабочих мест физически на всех не хватает. Наверно, не менее 80% иракской молодежи либо маются без дела, либо перебиваются случайными подработками. ☝️Работа как социальная рента. Десятилетия нефтяной ренты (еще со времен Саддама Хусейна) приучили общество к тому, что должность дают через знакомства и административный ресурс не ради работы, а чтобы человек «не создавал проблем» или чтобы «присматривал за потоками». Получил ставку — и, если не совершишь фатальных глупостей, будешь сидеть на ней десятилетиями, пока с уважением не уйдёшь на внушительную по местным меркам пенсию. ☝️Эффективность в работе – это опция. Создание прибавочной стоимости очень часто вторично. Человека сажают в кресло не ради трудовых побед или стахановских подвигов. Оно и понятно, ведь фактически человек получает работу в обмен на лояльность, заключает клиентелистский контракт вместо трудового контракта. В качестве наглядного примера. Официально трудоустроенный школьный учитель (уважаемая и сытная должность в Ираке, хотя временами и опасная) может за небольшую денежку нанять пару безработных дипломированных выпускников педагогического вуза. Они будут учительствовать за него за мелкий прайс, пока сам обладатель заветной ставки чиллит дома или ведет бизнес. Все (начиная с директора школы) про это в курсе – и это типа как норма.

  3. repost
    +1

    Вот такую самодельную инфографику делал мой отдел по посещению школ деревни аль-Нашва девочками. Данные относятся к 2013-14 годам. Это юг Ирака, который сейчас всё чаще называют «племенной зоной». В иракском Курдистане ситуация получше, хотя общие тенденции те же. @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  4. Как горячая картошка: репутация важнее правды Вспомнился один вопрос, с которым мы столкнулись при строительстве школ в деревнях около нашего месторождения на юге Ирака. Ситуация складывалась следующая: ⏹️ В селении живут вовсе не дремучие традиционалисты или религиозные фанатики — никаких настроений в духе «все книги собрать бы да сжечь». ⏹️ Все искренне желают добра своим детям (включая дочерей) и на теоретическом уровне уверены: образование — это замечательная штука. ⏹️ Но на практике в 15–17 лет за школьной партой в старших классах сидят от силы три девушки из десяти. ♨️ Причем не пускают их на учебу те самые отцы и старшие братья, которые по местным меркам считаются чуть ли не вольнодумцами-либертенами. Но они же практически выталкивают девчонок замуж всё в том же нежном возрасте. Как так получается? Механику этого парадокса отлично объясняет комментарий Ольги Воробьевой под одним из постов: […] (это очень тонкий момент), честь незамужней девушки - вещь крайне хрупкая, и скомпрометировать ее проще простого (вплоть до того, что увидели в одном помещении наедине с мужчиной - и привет; это зависит от конкретных локальных норм, но общий смысл такой, что даже если девушка ничего плохого не делает, репутация важнее правды, а раздуть до компромата можно что угодно). И от этого вся семья имеет серьезные репутационные проблемы (вплоть до того, что других дочерей замуж не выдать, или выдать с большим дисконтом). В том числе поэтому выдать замуж стараются поскорее, потому что потом за ее честь отвечает муж. Так что дочь - в некотором смысле такая горячая картошка, которую чем скорее сбудешь с рук, тем спокойнее (это данные из дагестанской антропологической экспедиции, если что) --- конец цитаты --- Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций ❗️❗️❗️Что будет с Телеграмом – непонятно. Чтобы не потеряться, подписывайтесь также на мой канал МАХ и на мой канал Дзен (канал Дзен – с неповторяющимся контентом)

  5. Хочу порекомендовать всем лекцию уважаемого коллеги социолога Георгия Сталинова. В субботу вечером в прекрасном лектории Саренок на Малой Никитской он расскажет про свое исследование такси: как работал сам, как работают другие, как работают платформы и таксопарки! Что происходит по другую сторону приложения после того, как вы нажали кнопку «Заказать»? Почему водитель может отказаться от выгодного на первый взгляд заказа, попросить пассажира отменить поездку или провести за рулём 12 часов — при якобы свободном графике? Почему «подработка в такси» разрушает личную жизнь? Как получается, что поездки дорожают, а таксисты зарабатывают всё меньше? Социолог Георгий Сталинов не только изучал платформенную занятость, но и сам работал водителем такси в Москве и Хакасии, а затем защитил диссертацию о труде таксистов. На лекции он расскажет, как алгоритмы распределяют заказы и управляют водителями, из чего складывается их заработок и чем работа в столице отличается от работы в регионе. Объяснит, по каким законам устроена платформенная экономика от Москвы и Хакасии до Пекина и Нью-Йорка. 31 октября в 18:00 М. Никитская 20с1 🎟 Билеты на лекцию можно приобрести по этой ссылке

  6. 🧪 Профессиональной деформации пост Название жидкого мыла в одной из московских едален повергло меня в недоумение. На блестящем дозаторе гордо и зловеще красуется: «красная ртуть» (Red Mercury). ♨️ «Красная ртуть» — это легендарное мифическое вещество, вокруг которого в конце 1980-х и в лихие 90-е бушевала настоящая истерия. ♨️В новостных сводках тех лет её преподносили как нечто сверхъестественное: то ли секретный компонент для ядерного оружия, то ли катализатор для обогащения урана, то ли просто не пойми что ценой в миллионы долларов за килограмм. За ней охотились агенты спецслужб, мошенники и паникёры-журналисты. ♨️Позже выяснилось: никакой «красной ртути» в природе не существует. Это был грандиозный миф, фантом эпохи распада. Даже если создатели жидкого мыла никогда не слышали про ядерные мистификации 30-летней давности, то всё равно резонно спросить: что у них было на уме? У слова «ртуть» нет никаких позитивных ассоциаций в человеческом опыте — от слова совсем. Подставлять руки под ароматную жидкость с таким названием почему-то совсем не хочется. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  7. Комната-шкатулка с режимом «гриль» В продолжение историй про аэропортовскую лиминальность — или, проще говоря, про сюрреалистичную изнанку и странности. Не так давно я на сутки застрял в терминале аэропорта Аддис-Абебы по пути из Западной Африки в Дубай. Мой рейс отменили, следующий только завтра, а у меня — гора работы и бесконечные созвоны. Выходить в город смысла не было. И я поселился в отеле прямо внутри терминала. С виду — вполне приличное место. Если бы не пару деталей, от которых пробегал лёгкий мороз по коже. (Первые две странности — на фото 📷) Странность №1. Сам номер отличался глухой, монолитной стеной там, где мозг настойчиво и привычно ожидает увидеть окно. (Впрочем, в отелях внутри терминалов такое в порядке вещей). Странность №2. Внутри было ощутимо душно. Но когда я присмотрелся к пульту кондиционера на стене, он оптимистично указывал на 50 °C! При этом на нажатие кнопок экранчик не реагировал вовсе. Нет, реальной духовкой номер, к счастью, не был, но сошедший с ума индикатор всё равно заставлял нервничать. В голове сами собой всплывали детские страшилки: про чёрную-чёрную руку, гробик на колёсиках и комнату-ловушку, которая в любой момент может включить (а может, и уже включила) режим «гриль». Ночью спалось беспокойно. А часа в три пополуночи я и вовсе подскочил на кровати: в запертом, тёмном номере внезапно вспыхнули абсолютно все лампы. Оделся, сходил на ресепшн со словами "вы чё беспределите!?". Персонал лишь извиняюще развёл руками: система кондиционирования барахлит, гости жалуются, поэтому в три часа ночи они решили исправить ситуацию старым дедовским способом — нажатием клавиши Reset. Климат-контроль от перезагрузки не ожил (сюрприз! сюрприз!). Зато включился весь свет в отеле. «Ну, извиняйте», — философски резюмировали эфиопские отельеры. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  8. Стоя на плечах Киплинга В комментариях ко вчерашнему посту про аэропорт как «пространство вне времени», где отменяются привычные социальные сценарии и даже в шесть утра можно разрешить себе бокальчик-другой, — полное единодушие. Все поддерживают — и, судя по всему, активно практикуют. Но моё внимание привлёк один комментарий: «Романтично, зовущее к преодолениям. 😃 Вот весь этот раздутый киплинговский роуд ту зе мандалай уложился, буквально, в несколько строк. ☝🏻😃👍» — конец цитаты — Стихотворение Редьярда Киплинга «По дороге в Мандалай», не слишком знакомое русскоязычному читателю, оставило в западной культуре заметный след как яркий манифест жажды приключений и побега от рутины. В центре сюжета — британский колониальный солдат, вернувшийся в серый, зажатый правилами Лондон. Он с тоской вспоминает Бирму: палящее солнце, тамошних прелестниц нестрогих нравов и атмосферу тотальной свободы — те края, «где нет Десяти Заповедей и человек может хорошо выпить». Разумеется, с высоты сегодняшнего дня текст насквозь пропитан колониальным супремасизмом, объективацией женщин и карикатурной экзотизацией Востока. Впрочем, Киплинг — ярый империалист и главный репортёр британских колоний в Индии — по-другому и не писал. Но что самое важное. Сегодня нам кажется абсолютно естественным, что дорога — это романтика, экзотика, свобода и способ вырваться из унылой повседневности. Мы воспринимаем трэвел-культуру как нечто базовое. Это некая прошивка by default, установленная в каждом из нас: малейший намёк на «зов дальних миров» — и глаза загораются сами собой. Вот только эта прошивка существовала не всегда. И «жажда странствий» как часть культурного кода современного человека инсталлирована в нас не без помощи Киплинга. Он не был первым, но до него тема путешествий в литературе развивалась иначе. Великие предшественники — Лоренс Стерн, лорд Байрон, Ричард Бёртон — безусловно, создали сам прецедент того, что за пределами дома есть огромный и важный мир. Но их путешествия были либо элитарным дворянским образованием (пресловутый Grand Tour), либо байроническим трагическим изгнанием, либо суровым исследовательским подвигом на грани выживания. И именно Киплинг «обезоружил» тему дальних поездок, сняв с них пафос академизма, романтического страдания и тяжёлого подвига. Он объяснил, что романтика странствий доступна рядовому человеку — и что это невероятно ценный опыт. По сути, он первым сформулировал и внедрил в массовое сознание главный миф modern travel: где-то там, за порогом привычного мира, время течёт иначе, социальные правила отменяются, а жизнь становится настоящей. Так что, поднимая бокал в 5 утра под табло вылетов и ощущая сладкую свободу портала между мирами, не будем обливать пивом Киплинга — стоя на плечах этого самого Киплинга. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций 📷 Картинка: песенный сборник «По дороге в Мандалай», из интернетов

  9. — Зачем люди в аэропорту пьют пиво в 6 утра? — В аэропортах не существует времени. Всё так. Лично я перед воздушным рейсом и в 6 утра, и в 5, и даже в 4 могу совершенно спокойно поднять бокальчик игристого или белого вина. Или выпить бокал пива. И буду чувствовать себя при этом абсолютно в своём праве. И дело здесь не только в утреннем духе путешествий. Просто аэропорты — это пространства, где линейное время перестает иметь значение. Аэропорт — это классическое лиминальное пространство (от латинского limen — порог). Это чистая зона междумирья: вы уже не «там», откуда уехали, но ещё и не «тут», куда направляетесь. В таких «подвешенных» точках теряют силу привычные социальные сценарии. Утреннее пиво в терминале – это также и мини-ритуал перехода, бессознательный способ выдохнуть старый контекст, и легально разрешить себе побыть вне рамок. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  10. Оказалось, что на берегу начались протесты против плавучего левиафана, которого, к слову, не было видно даже на горизонте. Жители стали заявлять, что и рыбы якобы стало меньше, и воздух испортился, да и вообще катастрофа не за горами. Социологические исследования и фокус-группы вскрыли истинную подоплеку. Дело в том, что люди десятками лет живут на этой земле и рассчитывали на какие-то выгоды от того, что где-то рядом качают газ. В нефтегазовой корпорации в конце концов решили, что надо дать людям каки-то плюшки. Но это было легче сказать, чем сделать. Обычно как зарабатывает местный малый бизнес при запуске крупных проектов? Сначала ты на своем грузовичке возишь щебень и продукты для строителей, потом докупаешь вторую машину, открываешь логистическую фирму и постепенно встраиваешься в цепочку поставок. А тут — завод уплыл в море! А вся логистика взмыла в небо — потребовалась вертолетная авиация. Но у поселянина во дворе припаркован грузовичок, а не вертолет! И в кармане лежат водительские права, а не пилотское удостоверение! Делать нечего — пришлось нефтегазовому концерну помогать береговым австралийцам (там были в основном аборигены) осваивать нетипичные для них сферы. 👉 В качестве технического партнера привлекли оператора местного аэропорта Брум. Компания Shell вложила миллионы долларов в инфраструктуру: если правильно помню, удлинили взлетку, построили нормальный терминал и топливный комплекс. 👉 Сначала новый авиахаб работал в формате совместного предприятия, но потом аборигенная ассоциация выкупила все остальные доли и стала единственным собственником. 👉 К слову, там внедрили редкую для гражданской авиации технологию hot refuelling (заправку вертолетов с работающими двигателями), что сократило время простоя техники в разы. В итоге нефтяники получили почти идеальный хаб на пути к платформе, а коренные жители —высокотехнологичный бизнес, который кормит общину. В общем, как обычно в корпоративных социальных вопросах: сначала приложились пару раз головой о стену, но в итоге получилось неплохо 😀. 📷 Фото: из интернета. На первых двух фото – аэропорт Джаринджин, на третьем фото – плавучий завод сжиженного природного газа Prelude FLNG Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  11. Плавучего левиафана заставили поделиться В блоге о коренных народах читаю про то, как на северо-западе Австралии местная аборигенная община превратила небольшой удалённый аэродром в мощный авиационный хаб. Теперь они обслуживают вертолёты, доставляющие вахтовиков на морские нефтегазовые объекты Shell и INPEX в 370 км от побережья. Пятнадцать лет назад я работал в нефтегазовом концерне Shell и отлично помню, как закручивалась эта история. В 2000-е по всему миру всё громче гремели эко-протесты против добычи нефти и газа. Люди жаловались на шум, риски розливов и дискомфорт от соседства с тяжелой инфраструктурой. И тогда компания Shell решила разрубить этот гордиев узел. Для освоения месторождения на шельфе Австралии инженеры спроектировали Prelude FLNG — гигантскую плавучую платформу-завод весом в 600 тысяч тонн, куда упаковали полный цикл сжижения природного газа. Наподобие того завода, что с 2008 года работает у нас на юге Сахалина. (См. третье фото 📷 – на нем этот самый Prelude FLNG. Десятки фигурок в малиновой спецодежде на вертолетной площадке — это экипаж и персонал плавучего завода) К делу подошли по-инженерному: раз на суше присутствие нулевое — значит, и причин для недовольства у местных селян не будет. Тихо, чисто, автономно. На презентациях технари гордо докладывали топ-менеджменту: «На социальных рисках и работе с населением теперь-то уж точно сэкономим!». Вот только применительно к социальным вопросам при строительстве гигантских объектов есть железобетонное правило: кроилово ведет к попадалову. Так было и на этот раз. Вскоре инженеры прибежали, держась за голову, и начали грузить проблемами тех, кто занимался связями с населением.

  12. Скважину перековали в элеватор Ровно три года назад, когда работал в северном Ираке, писал вот про такое. Была у нас давно заглушенная газовая скважина. Небольшой, затерянный в пустошах объект огорожен сеткой-рабицей. На фото в середине вымощенной бетонными плитами площадки виден закрытый железной клеткой оголовок той самой дырки в земле. Так вот, в один прекрасный день на камерах наблюдения на бетонных плитах этой площадки обнаружилась здоровенная куча зерна! Местный фермер, который по нашей просьбе присматривает за заглушенным объектом, решил, что чего добру зря простаивать! … И устроил импровизированный элеватор. 📷 Фото: скриншот из системы видеонаблюдения Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций ❗️❗️❗️Что будет с Телеграмом – непонятно. Чтобы не потеряться, подписывайтесь также на мой канал МАХ и на мой канал Дзен (канал Дзен – с неповторяющимся контентом)

  13. В прогноз погоды вломились зомби 🧟 Ну, началось, ё-моё… Издание SHOT пугает читателей: 🧟 «Зомби-пожары могут накрыть Россию весной из-за аномально тёплой зимы. Такой огонь незаметно тлеет после тушения, а затем резко вспыхивает с новой силой».  Вот только если вчитаться, становится понятно: за кинематографичным термином «зомби-пожары» скрываются обычные тлеющие торфяники. Говоря об опасности таких подземных пожаров, мы как-то десятилетиями обходились без слова «зомби». Похоже, наши синоптики и кликбейтные медиа решили взять на вооружение опыт зарубежных коллег. Рецепт хайпа прост: не стесняйся раздавать стандартным природным явлениям имена, как будто прямо сейчас разверглась преисподняя! В Европе с её одержимостью климатической повесткой это давно стало мейнстримом. Каждая летняя жара там обязательно превращается в апокалиптичную heatwave («волну жары») с демоническим именем. В июле этого года Южную Европу накрыла волна жары «Цербер», а следом за ней — в том же месяце — сразу пришла волна «Харон». А закрутилось всё еще в августе 2017 года, когда итальянская пресса окрестила аномальный антициклон «Люцифером». Название тут же с радостью подхватили британские и американские таблоиды вместе с изданиями вроде The Guardian, HuffPost и Vice. Ждем, когда обычную весеннюю капель у нас назовут «слёзами Левиафана», а утренний туман — «дыханием Дракулы» 😁😁😁 Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций Картинка: ИИ

  14. Неделю назад ездил в Питер — участвовал во Втором Российско-Африканском сырьевом диалоге ⛏️⛏️⛏️. В стенах Горного университета императрицы Екатерины II собралось более 800 участников, в том числе делегаты из 43 африканских стран. На пленарном заседании обсуждали, как Африка переходит к индустриальной экономике, какую в этом роль играют полезные ископаемые, как меняется местное законодательство и регулирование – и есть ли проблемы с кадрами для сырьевого сектора. А после обеда переместились в большой зал под портретом Екатерины Второй — там стартовала министерская сессия «Российско-Африканское сотрудничество в сфере недропользования: проекты, технологии, партнёрство». Здесь разговор перешёл в предметную плоскость. ⛏️⛏️⛏️ Российские компании, которые уже работают на континенте, представители министерств и экспертное сообщество с обеих сторон говорили, как выстраивать долгосрочные партнёрства. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций Фото: Горный университет

  15. Чтобы наглядно показать, в какой цирк превращается написание статей «в соответствии с линией партии», авторы доклада напомнили про нашумевшее исследование трехлетней давности о том, что-де дамы палеолита без всяких мужиков валили мамонтов и прочее зверье: «Например, широко освещавшееся исследование 2023 года претендовало на то, чтобы подорвать широкий научный консенсус о том, что почти вся охота в обществах охотников-собирателей выполняется мужчинами (Anderson et al., 2023), — заявляя вместо этого, что в обширной базе данных женщины охотятся в 79% „собирательских“ обществ». Так вот, как пишут исследователи, 15 ведущих мировых экспертов по охотникам-собирателям провели повторный анализ данных мадам Андерсон и её подружаек и пришли к выводу, что «их статья содержит грубые методологические ошибки, поднимая серьезные вопросы о том, как она вообще могла быть опубликована». Размышляя, как мы дошли до подобных «сказок Андерсона», профессора заявляют, что авторки удобно устроились: «Считается, что статья устраняет вред, созданный гендерными стереотипами, уходящими корнями в мужской патриархат. Статья обладала (1) прекрасным позиционированием (все авторы были женщинами), (2) вписала себя в традиционную динамику власти (мужчины против женщин) и (3) продвигала предпочтительную этическую позицию, создавая иллюзию содействия гендерному равенству через демонстрацию того, что женщины охотятся». Общий вывод доклада предельно прост: гуманитарной науке пора вернуться к строгой проверке гипотез и фактам. Хочешь делать политические заявления — иди на митинг или занимайся активизмом. В лаборатории и на кафедре изволь доказывать свои тезисы цифрами и воспроизводимыми данными. И не надо козырять корочками с надписью «мы жертвою пали в борьбе роковой». Сейчас, конечно, выходят ответные статьи от обиженных прогрессивных коллег. В них авторов доклада привычно упрекают в «сохранении консервативного статус-кво», «непонимании оптики уязвимых групп» и сгущении красок — мол, отдельные факапы навроде тех, что с охотницами, нельзя распространять на всю науку. И кое в чем критики, возможно, даже правы: доклад Богоссяна местами действительно звучит как жесткий манифест. Но лёд тронулся. В американской академической науке, похоже, назрел перелом. Это видно хотя бы по тому, что к авторам не прибежали woke-линчеватели. В иное время под окнами университета уже стояла бы орда с требованиями уволить Богоссяна, лишить финансирования, посадить на голодный паек и забанить всех причастных. Но в этот раз гневной орды не случилось. Не исключено, что наука начинает включать иммунитет и самоочищаться. Здравый смысл, научный метод и сухие факты возьмут верх над истеричным активизмом. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций Boghossian, P., et al. (2026). Report on the State of Scholarship in the Humanities and the Humanistic Social Sciences. Commissioned and published by Vanderbilt University and Washington University in St. Louis, June 2026.

  16. edited

    Глухие удары, слышны крики «Ой!» -- Профессоры бьют воукистов толпой! В гуманитарных науках наконец-то происходит что-то действительно интересное. Читаю, наверно, самую главную антропологическую публикацию этого года. Это разгромный доклад под скучным названием «Отчет о состоянии науки в области гуманитарных и гуманитарно-общественных наук» авторства десяти американских профессоров под руководством авторитетного философа Пола Богоссяна. По заказу крупных американских университетов этот академический спецназ раздаёт люлей идеологии «воукизма» (wokism), что в последние годы уютно угнездилась в социальных науках. СПРАВКА: Воукизм (от англ. woke — «проснувшийся») — это идеологическое и культурное движение, сосредоточенное на поиске системной несправедливости, ущемлений и дискриминации (по расе, гендеру, ориентации). В своей радикальной форме воукизм подменяет научный поиск истины, свободу слова и индивидуальные заслуги идеологической цензурой и верностью групповой повестке. Комиссия оценивала состояние дел в философии, антропологии, социологии, истории, литературоведении и музыкальных исследованиях. Пришли к выводу, что так-то все не без греха, но относительно антропологии всё дошло до состояния «Господь, жги!». Итак, что поломалось? ⏹️ Истина больше не нужна. Вместо честного выяснения, как всё устроено на самом деле, от исследователей требуют «борьбу». Если твои данные не защищают «угнетенных» и не бьют по «стереотипам» — тебе просто не дадут опубликоваться. ⏹️ Тотальная самоцензура. Ученые тупо боятся писать правду. Куда безопаснее подогнать цифры под «одобренную партией» повестку, получить грант и спать спокойно, чем смотреть, как твоя научная карьера превращается в прах под ликующие крики woke-гопоты. ⏹️ Это не преувеличение — в статье рассказывается, как в 2017 году ведущий журнал по феминистской философии опубликовал статью исследователя, которая противоречила «повесточке», что вызвало разгневанную бурю в Твиттере, за которой прилетело открытое письмо с 800 подписями, требовавшее извинений от редакционной коллегии. Редколлегии и в самом деле пришлось публично каяться «за вред, который причинила публикация». ⏹️ Кризис доверия. Если наука превращается в агитку, то на кой черт вообще нужны гуманитарные институты и факультеты? Общество просто перестанет верить гуманитариям — что уже происходит со студентами и их родителями, которые «голосуют ногами», обходя за версту соответствующие вузы.

  17. Лучшее, что видел про летающую Теслу 😄😄😄 Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  18. Приняли лишнего на грудь? Пару дней назад приходит мне письмо от Департамента здравоохранения Москвы 🧚🧚🧚 Пишут дословно: Олег Александрович, не забывайте про ваши молочные железы. 🧚🧚🧚 Ждём вас в центре женского здоровья – и вообще дело серьёзное.  Думаю, вроде не гермофродиты – чё началось-то? Через день прилетает второе письмо: мол, погорячились, отбой, пока не надо. Я много занимаюсь и внутренними корпоративными коммуникациями. Вот такие истории, когда массовая рассылка улетает совершенно не по адресу, являются страшным сном для любого пиарщика. Лучики сочувствия коллегам. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  19. Если тебе показалось, то тебе не показалось Это ещё одна история о том, что ни скорость выполнения задачи, ни само её закрытие могут не быть приоритетом №1 при работе в опасных условиях. Когда я работал на юге Ирака, одна из моих местных сотрудниц должна была приехать в сельскую администрацию — нужно было обсудить поступившую жалобу с тамошним старостой. В назначенный час её машина вместе с водителем осторожно затормозила поодаль, метрах в двадцати от сельсовета. Из машины она выходить не стала, а вместо этого на автомате принялась осматривать местность. ‼️ У тех, кто долго работает в жёстких условиях и на нетривиальных должностях, со временем вырабатывается инстинкт автоматически сканировать пространство. ‼️ В русском языке не знаю подходящего аналога, но в английском для этого используется меткое словечко atmospherics («считывание атмосферы»). Судя по всему, взялось откуда-то из западного военного сленга. ‼️ Atmospherics — это способность быстро уловить общее настроение вокруг, а также любые аномалии и странности в нём. Понять, нет ли деталей, выбивающихся из привычного ритма. Например, если всегда шумная иракская улица вдруг будто вымерла, а детей как ветром сдуло по домам — это железобетонный тревожный сигнал. Местные всегда знают чутка больше о том, не планируется ли заварушка. Так вот, моя сотрудница машинально отметила: вместо привычной сонной безмятежности у сельсовета царит странное напряжение. Маленькими кучками стоят какие-то мужики, периодически зыркая по сторонам. Минут через пять тихого наблюдения она заметила знакомую женщину из этой самой администрации, выходившую из здания. Подозвала её жестом к машине и без обиняков спросила напрямую: безопасно ли идти внутрь? Та вполголоса бросила: «Даже не думай». Как потом выяснилось, местные, которых касалось разбирательство, были на взводе и полны агрессии. И собирались весьма жестко поучаствовать в том, что изначально планировалось как разговор с сельским старостой тет-а-тет. Машина с моей сотрудницей тут же сорвалась с места и уехала обратно. И это было единственно верное решение. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  20. Не торопись, а то успеешь Вчера возник вопрос: при работе в Ираке случалось ли, что сотрудники опаздывали, ссылаясь на пробитое по дороге колесо? Нет, таким предлогом не пользовались. Прежде всего потому, что в опасных местах само понятие «приехать вовремя» теряет значение. Куда важнее — «приехать живым и здоровым» и вообще просто «приехать». ⛔ В том же Ираке сотрудник может выехать с запасом, а потом четыре часа простоять на блокпосте, пока неторопливо проверяют поток машин. ⛔ Или ему останется ехать полчаса, когда телефонным звонком предупредят: впереди на дороге два племени устроили небольшой диспут — слышны автоматные очереди и ухают миномётные разрывы. Или племя выставило на дороге собственный «патруль», который останавливает все машины и автобусы, спрашивает у людей их племенную принадлежность — а после представителей враждебных кланов утаскивают в сторону и расстреливают. ⛔ И «почти доехавший» человек разворачивается и едет обратно, чтобы сделать пятичасовой крюк по более безопасному маршруту. У меня не раз и не два бывали в моем подразделении вот такие истории: ⏰ Семеро сотрудников моего департамента с утра должны выехать из своих домов в южноиракском городе Басре, чтобы часа через полтора добраться до нашего месторождения Маджнун, где их ждёт работа. ‼️ И вот первый, кто проехал блокпост на выезде, сворачивает на обочину, останавливается и звонит остальным. Мол, на блокпосту какая-то необычная движуха: полиция и солдаты там не на расслабоне, как обычно, а в надетых касках и как-то сильно напряжены. Это из «звоночков»: значит, у простолюдинов могут быть проблемы. Либо по части безопасности — например, шалит какое-то местное племя или на дороге распоясались террористы. Либо, наоборот, идёт усиление досмотра — что тоже не подарок, потому что обещает многочасовые очереди. ‼️ И вот все замирают там, где были. Звонят родне и друзьям из числа местных силовиков и пытаются сложить паззл: безопасно ли сегодня ехать на работу? Такой сбор информации может занять четверть часа, а может и полчаса — а может, и час. И бывало несколько раз, когда мы, получив тревожную информацию о происходящем, попросту велели сотрудникам оставаться по домам. Опасные места, опасные времена. Читай скрытый код любого племени с @социальный_антрополог_на_службе_у_корпораций

  21. Older posts