Отстрадавшееся Средневековье

Час: прямой и косой В идеальном монастыре (а не всякий, конечно, был идеален) иноки должны были посвятить свою жизнь молитве и богослужению. Устав св. Бенедикта (самый распространенный на средневековом Западе) также предписывал братии читать душеполезные тексты и трудиться руками. Труд (от возделывания земли до переписки книг) требовался не только для того, чтобы обеспечить пропитание монахов или сохранение христианских истин. Он был одной из форм аскезы, призванной бороться с леностью и унынием – главными опасностями, подстерегающими иноков. Само собой, тело монаха требовало еды, отдыха и сна, но их продолжительность и распорядок были строго регламентированы. Устав, местные обычаи и воля аббата определяли, когда иноку бодрствовать, а когда спать; когда петь псалмы, а когда возделывать землю или работать на виноградниках; когда поститься, а когда есть почти вдоволь. Отказавшись от собственной воли, монах должен был подчинить свое тело и время неизменному циклу богослужений. Дисциплина, призванная защитить братьев от соблазнов и привести их (и тех, за кого они молятся) к спасению, требовала тщательной координации всех сторон жизни обители и подчинения каждого общему ритму. Стержень монастырской жизни задавала коллективная молитва – Opus Dei, «Дело Божье». Ее основой служила Псалтирь – сборник из 150 псалмов. За неделю требовалось пропеть их все. В Средние века псалмы были распределены между восемью богослужениями – их принято называть литургией часов. Но слово «час» тут означало совсем не то, что сегодня. Наш час на любой широте и в любое время года, по древней египетской и вавилонской традиции, равен одной двадцать четвертой части суток (а сутки – это период времени, за который Земля оборачивается вокруг своей оси, и Солнце оказывается в одной и той же точке на небосклоне). Этот час, тоже с очень давних времен, делят на шестьдесят минут. Не то стандартный средневековый час. Сутки, как и сегодня, членили на двадцать четыре часа, но дневные и ночные часы считали отдельно. Двенадцать дневных от рассвета до заката и двенадцать ночных от заката до рассвета. Поскольку в разное время года Солнце восходит и заходит в разное время, продолжительность дневных и ночных часов варьировалась от сезона к сезону. Зимой, когда Солнце поднимается поздно и исчезает рано, ночные часы были длиннее, а дневные – короче; летом – наоборот. Отсчет ночных часов начинался с заката, а дневных – с рассвета. Пропорция дневных и ночных часов в течение суток, конечно, зависела еще и от географической широты. Потому в Египте соотношение самого длинного и самого короткого дневного часа в переводе на наши минуты составляет 67 к 53, а на севере Англии – 90 к 30. (продолжение следует)

Время монахов В начале XX века немецкий социолог Макс Вебер, а вслед за ним американский историк техники Льюис Мамфорд в поисках истоков современной экономической рациональности обратили пристальный взор на средневековые аббатства. По мысли Мамфорда, идеальный символ индустриальной эпохи – это не паровая машина, как принято полагать, а часы. Сложнейший механизм, обеспечивший переход от времени природных циклов к абстрактному времени стрелок. Часы – инструмент дисциплины, которая потом будет крайне важна и на фабрике. Фабрика производит товары, монастырь – молитвы и богослужения. Однако и там, и там эффективность системы требует тщательного контроля за временем: рабочего или инока. В представлении историка, аббатство, с его тщательно прописанным распорядком, временной дисциплиной и опытом коллективного подчинения ей, стало одной из «лабораторий», где рождалась современная рациональность. Эту аналогию не стоит переоценивать. На самом деле монастырь очень далек от фабрики, а монашеская аскеза – от логики производства. Но одна вещь верна: в Средние века никто не был так озабочен подсчетом часов и так не нуждался в инструментах измерения времени, как монахи. (продолжение ниже)

(Онлайн-ресурсы) Если вы интересуетесь историей картографии и географических представлений, загляните в эту базу данных по морским картам и атласам, созданным в Европе после 1250 г. Слева - старинная карта (многие файлы скачиваются), справа - современная карта, на которой ясно обозначен регион, который охватывает старинная. https://medea.fc.ul.pt/browse/charts

Три в одном Я уже много раз писал о средневековых изображениях Троицы. Они чрезвычайно интересны как пространство визуальных поисков, а порой и неожиданных экспериментов: а) как изобразить невидимое, б) как одновременно показать единство и различие трех ипостасей (Отца, Сына и Духа)? В какой-то момент на Западе множатся образы "смесоипостасной" Троицы: три головы на одном теле или три лица на одной голове (vultus trifrons). Где-то эти лица одинаковы (акцент на единстве ипостасей), где-то различны: старец, мужчина средних лет (Христос) и юноша (акцент на "индивидуальность" лиц). Эти монструозные образы триединого Бога породили сомнения, а потом (не слишком эффективные) запреты: со стороны римских пап в XVI-XVII в. или Синода в Российской империи в XVIII в. (в русскую иконографию "смесоипостасные" Троицы явно пришли из Европы). А теперь посмотрите на икону выше. Она сербская, начала XVIII в. Бог как царь, сидящий на престоле. Корона и скипетр. Одно туловище, три шеи, три лица - щека к щеке. Лица объединены общей прической и громадной короной, положенной творцу и повелителю мироздания. Черты трех ипостасей идентичны: не похожие на Христа (как часто бывало), а юные, безбородые. Как в иконографии ангелов или порой у Святого Духа в антропоморфном обличье. Юный и андрогинный лик напоминает о нематериальности и бестелесности изображенного - Бога, которому иконописец тут придал три плоти в одной. Козма Домьянович. Троица, 1704 г. Музей Сербской православной церкви (Белград).

Святые и ангелы из Бари. Такая борьба с голубями, что камня на камне не останется.

Европа враждующая.

Зооморфные и флороморфные карты.

Тело Европы Карта, в которой земли и моря превращаются в персонажей, – это не совсем карта. Скорее картографическая аллегория или географическая сатира. В 1530-х годах Иоганн Путш из Инсбрука, молодой приближенный Фердинанда I Габсбурга – эрцгерцога Австрии и Тироля, короля Богемии и Венгрии – выпустил необычную гравюру под названием Europa regina – «королева Европа». Эта карта, сегодня известная всего в двух экземплярах, была задумана как политическое высказывание. Она представляет Европу в облике девушки в короне и длинном широком платье. Ее голова расположена в Испании, сердце – в Богемии, которой правил Фердинанд, грудь – во Франции и Германии, живот – в Венгрии, а ниже расположено множество южно- и восточноевропейских земель: от Греции до совсем далекой Московии… Как и положено королеве, в одной руке она держит скипетр (Дания), а в другой – державу (Сицилия). Над ее правым плечом в исходной версии карты лежит округлая масса, похожая на булыжник. Это Англия с Шотландией. Смысл этой картографической аллегории проясняет поэма Europa lamentans – «Жалоба Европы» (или «Европа скорбящая»), написанная тем же Путшем, но опубликованная через два года после его смерти. В ней юноша оплакивает участь Европы и особенно Италии, которые столько столетий страдают от непрерывных войн и вторжений. В его времена главные враги христианского мира – это турки-османы, которые в 1529 и 1533 годах осаждали Вену. Кто может от них спасти? Только Фердинанд I и его брат Карл V – король Испании и император Священной Римской империи. Через эту картографическую фантазию Путш прославляет Габсбургов. Такая задумка определяет анатомию Европы-королевы. Ее голова – Испания, сердце – Богемия, а утроба – Германия. Все габсбургские владения. Наряду с картами, которые вписывали в очертания континентов и стран человеческие фигуры или придавали человеческим фигурам сходство со странами и континентами, в XVI-XVII веках появились и другие хитрые придумки. Карты зооморфные (скажем, где все нидерландские провинции предстают в форме льва) и флороморфные – в форме растений (как Богемское королевство в облике розы или весь мир – как лист клевера). Ближе к нашему времени антропоморфные карты превратились в один из излюбленных инструментов политической сатиры. Вспомните виды Европы, созданные во второй половине XIX века или в ходе Первой мировой войны. Там каждая держава – это гротескный персонаж, фигуры изогнуты так, чтобы их очертания совпадают с формой страны, все толкаются и угрожают друг другу. Османская империя, усач в тюрбане, целится из револьвера в громадного осьминога – державу Романовых. Французский и германский солдаты начинают кулачный бой. Русский медведь вгрызается в зад льва Австро-Венгрии. Австро-Венгрия бьет сапогом по Италии, а сама оказывается под громадной подошвой Российская империи, нависающей с востока над всей Европой. Худосочный португалец с трубкой в зубах подпирает спиной носатого испанца. Англия превращается в плотно набитый мешок с деньгами… Карта Путша в XVI веке придала облик юной королевы всей Европе. Королевства, на которые она разделена, подписаны на ее теле и тем самым выстроены в иерархию. Голова тут главнее ног. Сатирические карты XIX-XX веков как правило олицетворяют каждую из держав - склочных соседок, которые не могут поделить земли и моря. Эти изображения чаще всего говорят не о единстве континента и установленном в нем (реальном или воображаемом) порядке, а о вражде и войнах.

Europa regina, 1530-е гг. Одна из первых антропоморфных карт (оригинал и более поздняя переработка).

👨‍🦳 Москва, суббота, 17 октября, 16:00 Григорий Бакус. Молот ведьм и другие трактаты о колдовстве. 🔸О чём лекция? В современной культуре «Молот ведьм» стал одним из символов Средневековья. Эту книгу переводят на разные языки (в XV — XVII вв. был только один очень неполный перевод — на польский), она стала частью молодёжный субкультуры, вокруг неё появилась собственная мифология. Если мы посмотрим на этот трактат в контексте других сочинений о колдовстве, то сможем найти ответы сразу на несколько вопросов: насколько эта книга оригинальна по своим идеям? Во что верил её автор? Какова роль этого трактата в Охоте на ведьм. 🔸О лекторе: Григорий Бакус. Историк-медиевист. Научный сотрудник ИНИОН РАН. Автор книги «Инквизиция, ересь и колдовство». «Молот ведьм» (АСТ, 2023) и ряда научных публикаций по истории охоты на ведьм в Западной Европе. Научный редактор изданий «Молот ведьм» (МИФ, 2023), Джанфранческо Пико делла Мирандола «Стрига, или О глумлении демонов» (Наука, 2025). Спикер УПМ (2020, 2025), Винзавод (2024), Дом культуры ГЭС-2 (2026), Центра Вознесенского (2026). Автор статей «Вокруг света» и «Горький. Медиа». 🎟️ Билеты: mediomodo.ru/bakus-msk-molot-vedm 🙇‍♂️ По промокоду medio27081712 скидка 25%. Промокод сработает 5 раз. #москва #история #бакус 🧍 Канал в ВК 👷‍♀️ Группа в ВК 🐎 Канал в МАХ

(Дружественная лекция) Если вы хотите узнать о "Молоте ведьм" из первых рук, приходите 17 октября на лекцию Григория Бакуса, который знает этот демонологический трактат, историю его создания и контекст позднесредневековых споров о пределах власти дьявола, наверное, лучше, чем кто-либо пишущий на русском языке.

Голова на ножках На днях я писал о руке-реликварии, а вот ее младший (по времени создания) родственник - бюст-реликварий. Св. Иокунд - епископ Аосты, умерший в начале VI в. и запечатленный в таком обличье в конце XV в. Серебро, позолота, драгоценные камни, живоподобная полихромия. Нахмуренный лоб, еле заметная щетина, пристальный взгляд. Собор Аосты. Музей-сокровищница.

(Лекция) Прямая речь, 28 октября в 19.30. Львы, сирены и псоглавцы. Как работал средневековый бестиарий? Богослов и мистик Бернард Клервоский (один из прообразов старца Хорхе из «Имени розы» Умберто Эко) в XII веке вопрошал, что делает в монастырях клюнийцев их каменный бестиарий – фигуры, вырезанные на капителях, консолях и тимпанах над вратами. К чему эта «нелепая чудовищность, уродливая красота и красивое уродство?... Эти нечестивые обезьяны? Эти свирепые львы? Эти чудовищные кентавры? Эти полулюди-полузвери? Эти пятнистые тигры? Эти сражающиеся воины? Эти охотники, трубящие в рога? Здесь вы зрите несколько тел, увенчанных одной головой, там — несколько голов, венчающих одно тело...». Что мы могли бы ответить Бернарду? Что все эти существа делали в средневековых монастырях и как на них смотрели монахи и паломники? https://www.pryamaya.ru/mihail_majzul_s_l_vy_sireny_i_psoglavcy_28_10_2026

О чем говорит зоб? Главный вход в собор Аосты – альпийского городка на самом севере Италии – обрамлен росписями и раскрашенными терракотовыми рельефами, созданными в XVI в. Над центральными вратами написана сцена поклонения младенцу Христу. Справа, за спиной Иосифа, изображены два пастуха. У одного из них шея чудовищно раздута. Это зоб – патологическое разрастание щитовидной железы. Его главная причина – нехватка йода в воде и пище. Зоб был вездесущ в горных регионах, в том числе в Альпах, где йод давно был вымыт из почвы водой, стекавшей с ледников. Проблемы с щитовидной железой также вызывали "кретинизм". Он приводит к физическим деформациям (специфические черты лица, непропорционально короткие конечности при очень большой голове, крошечный рост и т.д.) и тяжелой умственной отсталости. Потому на изображениях, которые создавали в Средние века в альпийских регионах, зоб превратился в один из атрибутов глупости, богохульства и неверия (соединенных в фигуре "безумца" из 52-го псалма, который сказал "в сердце своем: нет Бога”). Где "безумие" (неспособность различить добро и зло), там и порок. В XIV-XV вв. время от времени с раздутой шеей представляли апостола-предателя Иуду Искариота. В сценах Страстей огромным зобом часто награждали мучителей и палачей Христа. Посмотрите на воина из sacro monte ("святой горы") в Варалло, который ударами плети гонит Иисуса на Голгофу. При этом ни самого Христа, ни апостолов, кроме Иуды, ни святых мы с зобом, само собой, не увидим. В таких сюжетах вздутая шея была негативным знаком. Уродство болезни свидетельствовало о моральном уродстве. Однако порой зоб становился скорее не моральным, а социальным маркером. Скажем, с ним могли изобразить пастухов, пришедших поклониться младенцу Христу. В их случае раздутая шея едва ли говорила о порочности. Вероятнее о том, что они люди гор, простецы, бедняки. В альпийских регионах проблемы с щитовидкой были широко распространены вплоть до XX в., когда стали массово вводить йодированную соль. Наверняка, от зоба в тех землях могли страдать не только пастухи, но и господа: светские и духовные. Но их с таким уродством, конечно, не изображали. Зоб на шее пастуха, жившего под Вифлеемом в I в. н.э., – это физиологическая деталь, перенесенная в евангельский сюжет из реалий долины Аосты или Тироля. Распространенная патология, ставшая в иконографии знаком для жестоких мучителей – людей-зверей или для бедняков-пастухов, спустившихся в город с гор.

In principio erat verbum Мои друзья из "Страдариума" запустили AKRO — приложение, которое помогает изучать древнегреческий и латынь, а также читать античные тексты. Языки эти древние, но не мертвые - пока ими пользуются, они живы. https://akro-greek.com/ Внутри приложения есть библиотека, интерактивный словарь, мнемокарточки, построчный разбор текстов и классические переводы тех же сочинений на русский язык, которые позволяют сравнить ваше понимание с "эталоном". А ещё там сделана озвучка: можно слушать оригинал и постепенно разбираться в тексте. Надеюсь, однажды там появятся и тексты родом из латинского Средневековья. А вот промокод на 20% для доступа к приложению или курсам: VERITAS