Новости Ближнего Востока и других

"Над просторами России", 1969 Холст, масло. 121 х 101 см Бродская Лидия Исааковна (1910-1991) Брянский областной художественный музейно-выставочный центр 👩‍🎨Пейзаж на холсте

Музыка Хоросана. https://youtube.com/watch?index=8&list=PLnOSH5j1sQh-TcIzxi72mWJEDdUABUsNO&v=akCQIkLmjGo

Хуситское наступление в Йемене продолжается, они в 80 км от столицы Юга - Адена Хуситские повстанцы окружили город Таиз - третий по величине населенник страны, где живут до миллиона человек (в самом городе и окрестностях), перерезав дороги, соединяющие его с другими частями Йемена. Кроме того, они приблизились на 80 км к южной столице, порту Аден. Это еще не победа в в гражданской войне, но серьезная заявка на победу. Само масштабное наступление хуситов началось в сентябре, когда они стремительным маршем продвинулись в районе побережья Красного моря и взяли под огневой контроль Баб-эль-Мандебский пролив - одну из главных торговых артерий планеты. Попытки отбросить их ни к чему не привели. Захватив 7 тыс кв.км территории, хуситы продолжили наступление в районы Таиза и снова успех. Собственно, речь должна вестись не о хуситской, а о гибридной армии - иранские офицеры, помогающие планировать крупные операции, операторы тяжелых дронов и баллистических ракет, а также иранские суда, снабжающие хуситов оружием и боеприпасами, а также их китайские друзья, компании, помогающие иранцам обеспечить хуситам связь, представляют собой единый фронт. Небольшие мобильные партизанские соединения стремительно перемещаются по стране, в то время как иранцы лупят ракетами и дронами по объектам в глубоком тылу противника, и по саудовским НПЗ в ответ на саудовские бомбежки. Йемен - загадочное место. Существуют оценки специалистов, согласно которым там находятся колоссальные неразработанные месторождения нефти, которые по своим масштабам сопоставимы с саудовскими. Но даже и открытые имеющиеся месторождения нефти и газа расположены в регионах, пока недоступных хуситам и иранцам. Отчасти этим объясняется та решимость, с которой их войска наступают на просаудовское правительство. Хуситы - нищеброды. Без доступа к нефти и газу, им не удержать власть даже на севере и в столице Сане, где они давно закрепились. Это движение находится под управлением богатой племенной значит севера, семьи Хути, но без иранской военной помощи, они мало что могут. Их возможная победа будет означать, что огромная страна с 42 миллионами населения, имеющая ключевое значение для Ближнего Востока, окажется в руках Ирана, что будет иметь последствия для всего региона. Это также делает неизбежным усиление столкновение Ирана с одной стороны и коалиции его противников с другой, поскольку Аравийский полуостров может превратиться в нечто, находящееся в полукольце проиранских и иранских сил, контролирующих в значительной степени не только стратегические проливы, но Ирак и Йемен. Такое развитие событий неприемлемо для Израиля, главного конкурента Ирана в борьбе за влияние в регионе. Хотя нефтяные монархии Персидского Залива, кажется, слабы и готовы смириться с этим вариантом.

О творчестве великого писателя, Ивана Ефремова.

Этот отрывок из Ивана Ефремова, из книги Час Быка. Он о состоянии сознания и искусства в мире, где скульптуры Эллады или картины эпохи Ренессанса отошли в тень, их заслонили уродливые маски. Хотя, такие маски тоже нужно уметь делать, а ведь даже и их заслонила атмосфера скандала, художниками стали считать сканадалистов, тех, кто обливает портреты или демонстрирует публике естественные выделения. Но тут у Ефремова интересно и другое. Здесь, вероятно, содержится указание на индийское натурфилософское учение о трех гунах - трех состояниях природы, в том числе человеческой природы. Это раджас (энергия, активность, страсть, возбуждение, деятельная и побуждающая сила, сила желания), тамас (инерция, совпадающая с периодами уныния, слабости, бездеятельная, тормозящая сила, элемент, который тянет вниз к несознанию, деградации), и саттва (гармония, баланс, одухотворенная светлая сила и мощь). *** ...На левой, такой же черной стене шли уже не фрески, а барельефы, погруженные в стекловатый материал, из которого они проступали со сказочной реальностью. Художники изобразили здесь резкий переход от задумчивого отрочества к юности, выраженной нарастанием сексуальных чувств, будто весь мир сводился к ритмике танцующих юных тел в эротическом неистовстве. Красные мужчины и огненно-желтые женщины сплетались в замысловатых позах. Однако этим удивительным изображениям все же не хватало божественного достоинства эротических скульптур Древней Индии и даже демонической глубины тантрических фресок Тибета или картин сатанистов Ирана. Зеркально-черная тьма обрывала процессию фигур не в угасшем упадке, а в момент крещендо, кипения чувств. Левая стена, в противовес правой, отражала концепцию ранней смерти. Черная галерея расширилась. Над головами идущих нависли чудовищные маски, грубо и пестро размалеванные. Огромные разверстые рты, искривленные язвительными усмешками, скалили не по-человечески острые зубы, презрительной издевкой щурились поразительно живые глаза. Ниже этих отвратительных рож тянулся ряд других масок, в естественном размере человеческих лиц, на них было написано выражение безнадежной меланхолии. Духовный упадок выражался в них так реально, что вызвал у Родис непреодолимо тяжелое чувство. Маски всегда были индикаторами психологических трудностей жизни, вызывающей необходимость сокрытия истинных лиц человека и общества. Аллегория масок здесь казалась предельно простой, но по грандиозности замысла и уровню исполнения они не уступали фрескам черной галереи. Родис высказала это архитектору. Оживившись, он попросил ее подождать. Вдвоем с Таэлем они принесли высокую скамью, сняли с крючков чудовищные изображения, пустотелые, слепленные из легкого материала. Маски прикрывали протянувшийся во всю длину галереи фриз великолепных скульптур молодых прекрасных людей, с мужественными и благородными лицами, в их обнаженных телах не было ни стыдливости, ни животной сексуальности фигур черной галереи. — Зачем ж их закрыли этими рожами? И когда? — спросила Родис. — В эпоху установления всепланетной власти, — ответил Гахден, — чтобы выбить еще одну духовную опору человека. Те, кто издавна приходил сюда, созерцали и задумывались — становились душевно похожими на людей прошлого, перенимали их силу, мудрость, ясность. Приобретали мужество, мечту и волю — качества, нетерпимые для владык. И вот потому фризы завесили масками Века Голода и Убийств… Поставим их на место, Таэль! — Не надо. Пусть те, что придут сюда к нам, увидят и дутые призраки, и настоящую жизнь Ян-Ях.

Возобновление боев между Пакистаном и Афганистаном. Что там между талибами и пакистанскими военными? Израильский специалист по региону Ошрит Бирвадкер анализирует этот конфликт (примечания мои). Так же, тем, кто интересуется внутренней жизнью Пакистана, советую прочесть этот текст.

Вероятно, боевые действия американо-израильской коалции против Ирана начнутся в течение ближайших нескольких недель. Во-первых, Иран отказывается выполнить американские требования - снять блокаду с Ормузского пролива (а это - 20 млн баррелей нефти в день, пятая часть мирового экспорта), и отказывается выполнить требования Трампа - отказ от обогащения урана даже в мирных целях. Если Трамп отступит, это будет засчитано ему как унизительное поражение. Получится, что иранский режим не только устоял, но и усилился - взял под контроль одну из главных торговых трасс планеты и сохранил планы развития ядерной промышленности, а также мощности для этого (в горе Кирка). А учитывая успехи хуситов, которые, вместе с иранскими операторами беспилотников и ракет, взяли под контроль второй стратегический пролив, Баб-эль Мандебский (30 процентов контейнерных морских перевозок, 7 процентов мировой нефтяной торговли, 12 процентов всей глобальной торговли), можно сказать, что в случае простого отступления, Иран - стратегический противник США - окажется тем, кто контролирует главные торговые пути на Ближнем Востоке. Во-вторых, в США в январе начнет работу новый состав Конгресса, где у демократов будут, похоже, сильные позиции. Они начнут бесконечные процессы против администрации, так что, возможно (хотя кто знает?), ей станет не до проливов с Ираном. На что иранцы и рассчитывают, подрывая танкеры в Ормузском проливе, чтобы досадить Трампу и держать цены на бензин в США на высоком уровне, разрушая рейтинг республиканцев и помогая демократам его одолеть. Так что, Трампу важно было бы начать бомбежки до января. Возможно (но это только гипотеза) демократы начнут прямо с козырей - снова в ход пойдет дело Эпштейна. В-третьих, решения об ударах по Ирану американцами, видимо, уже приняты, США продолжают концентрировать на Ближнем Востоке военную мощь, включая направление туда третьей УАГ, что является важным маркером войны по мнению военных экспертов. Так что, похоже, удары начнутся в ближайшие недели. Для Нетаньяху это тоже важно. Он хочет воспользоваться периодом правления Трампа для нанесения максимального ущерба Ирану. К тому же, война может помочь ему сформировать правительство большинства, надавив на оппозицию, мол, нам не до политического кризиса, приходите работать в МОЕ правительство. И как показывает опыт 7.10, он с большой вероятностью их уломает (или их часть), и решит свои политические задачи. Целью Трампа станет разрушение иранской инфраструктуры, создание в Иране хаоса и принуждение иранского режима к исполнению американских условий. Загорятся электростанции, НПЗ, будут разбиты другие ключевые инфраструктуры объекты. Первое - превращение Ирана в полуразвалившееся государство - возможно, вероятно, и будет сопровождаться огромными страданиями мирного населения, что является преступлением. Второе - лишение иранского режима способности управлять страной и контролировать проливы, или стремление указать ему на возможность такого будущего и заставить принять американские условия; менее вероятно. Режим уже принял решения о децентрализации военного управления страной - каждый военный округ сможет действовать автономно от центра в случае, если центральная власть будет разрушена. Также вероятно, что Израиль постарается убить новое иранское руководство, поскольку оно занимает непримиримую позицию. Скорее всего, они устроят охоту за двумя ключевыми фигурами, генералом Ахмадом Вахиди, командующим Корпусом стражей исламской революции (КСИР) - главной военно-политической и экономической структуры Ирана, и генералом КСИР Мохсеном Резаи - руководителем Высшего совета национальной безопасности.

Картины импрессиониста Альфреда Сислея (1939-1899 гг) демонстрируют великолепие света, зимнего, летнего... Свет - главный герой этих полотен, он наполняет смотрящего.

Рамакришна и духи. (Из сообщества, посвященного индийскому святому). Потусторонний мир вокруг Камарпукура и Калькутты XIX века жил по строгой кастовой и гастрономической системе. Рамакришна и его ученики выросли внутри этого фольклора, поэтому в их историях деревенская готика постоянно переплетается с бытовым юмором. В отличие от европейских привидений, которые мрачно гремят цепями по замкам, бенгальская нечисть XIX века была одержима кулинарией, а точнее — рыбой. В каждом втором деревенском пруду вокруг Камарпукура и Джайрамбати, по убеждению крестьян, сидел Мечхо-бхут («рыбный призрак»). Ночами он подкарауливал на тропинках запоздалых крестьян, возвращавшихся с базара, и гнусавым голосом вымогал улов: «Мачх де!» («Гони рыбу!»). Если путник не отдавал рыбу добровольно, дух начинал закидывать его комьями тины или сбивал с дороги в болото. Еще колоритнее выглядела Шакчунни (Шанкхачурни) — призрак замужней индуски, умершей раньше супруга. Она свято берегла статус замужней дамы даже после смерти, поэтому носила на костлявых запястьях традиционные белые браслеты из морских раковин (шанкха), жила в кроне дерева шеора и разговаривала исключительно в нос (считалось, что у призраков перегородка носа отсутствует). Главной страстью Шакчунни была жареная рыба: по ночам она пробиралась на деревенские кухни, облизывала глиняные горшки или вселялась в молодых невесток, чтобы вволю поесть деликатесов за чужой счет. А вдоль недавно проложенных британцами железных дорог в середине XIX века тут же завелся техногенный вид нечисти — Скандхаката (безголовые призраки людей, попавших под поезд). Они бродили вдоль насыпей и вежливо просили путников одолжить им голову до утра. В бенгальских деревнях существовало правило безопасности, которое с детства знал каждый житель Камарпукура: если глухой ночью кто-то стоит за закрытой дверью хижины и ласково зовет тебя по имени голосом твоей матери, жены или лучшего друга — ни в коем случае нельзя откликаться и открывать на первый или второй зов. Считалось, что по ночам охотится Ниши («Ночь») — коварный дух, которого черные тантрики иногда ловили в зеленый кокос и натравливали на врагов. Он идеально копировал голос самого близкого человека, но стоило жертве сонно ответить «Иду!» и шагнуть за порог, как Ниши заманивал человека в джунгли или на шмашан (место кремации), где тот погибал. Спасала крестьян одна бюрократическая недоработка потустороннего мира: по законам магии Ниши не имел права произнести имя человека больше двух раз подряд. Поэтому любой благоразумный бенгалец ночью молча лежал и считал: если знакомый голос за дверью ругается и зовет в третий раз — значит, это действительно живой родственник, а не астральный мошенник. На самой вершине призрачной иерархии стоял брахмадайтья — дух умершего брахмана. Он носил ослепительно белое дхоти со священным шнуром через плечо и селился исключительно на благородных деревьях. Именно такой высокородный сосед обитал на дереве в роще Панчавати в Дакшинешваре. У Рамакришны с ним сложились добрососедские отношения: брахмадайтья работал для него чем-то вроде неофициального телеграфа, периодически доставляя новости из родной деревни Камарпукур. Правда, однажды астральный курьер перепутал факты и наврал, после чего Рамакришна строго отчитал его и навсегда отказался от его услуг. Звездный час этого духа настал, когда в Дакшинешвар прибыл суровый панджабский монах-адвайтист Тотапури (Нанга-баба). Будучи бескомпромиссным брахма-гйани, Тотапури считал весь видимый мир пустой иллюзией, а рассказы о привидениях — сказками. Ночевал он в Панчавати у священного костра (дхуни). Однажды глухой ночью с дерева деловито слез долговязый брахмадайтья, без всякого почтения к философии недвойственности подсел к огню и принялся раскуривать свой чилим (трубку) от углей монаха. Невозмутимый гигант Тотапури не испугался, но утром в полном недоумении доложил Рамакришне:— Послушай, а ведь тут на дереве и правда живет призрак! Я видел его сегодня ночью у костра. На что Рамакришна со смехом ответил:— А, этот? Так я с ним давным-давно знаком! Он тут много лет живет, мы с ним часто болтаем.

Вот что пишет в связи с этим аналитик израильского издания Times of Israel, Цви Готлиб: Партия Нетаньяху - «Ликуд» стала крупнейшей, и поэтому для оппозиции наилучшим вариантом действий будет еврейско-арабское сотрудничество, а все козыри окажутся в руках Нетаньяху. На данном этапе у оппозиции 55 мест (включаю сюда исламистов «Раам» — они фактически находятся в лагере оппозиции (с 8 местами в парламенте - прим)), у коалиции Нетаньяху — 53 места, а у «Объединенного списка» (объединение трех антисионистских арабских светских партий ТААЛ, БАЛАД и марксистско-ленинский ХАДАШ) - 11. Оппозиции будет непросто заручиться поддержкой других арабских партий, которые не представляют собой единый политический лагерь. «Балад» — это не «Раам», как, впрочем, и «Хадаш». Кроме того, оппозиции предстоит сохранить единство в собственных рядах — здесь практически нет пространства для перехода депутатов в другой лагерь. Как я уже отмечал ранее, у Нетаньяху по-прежнему на руках самые сильные карты. Он вполне может убедить некоторых членов партии Айзенкота (лидер оппозиции - прим) перейти на его сторону. У меня возникали сомнения в том, достаточно ли тщательно партия проверяла своих кандидатов. Подозреваю, что некоторые из них были бы готовы примкнуть к Нетаньяху в обмен на подходящую должность. Он мог бы предложить Либерману (лидер русскоязычной правой этнической партии - прим.) или Беннету (лидер крайней правой партии поселенцев - прим) (без Лапида) соглашение о ротации: Нетаньяху занимает пост премьер-министра первые два-три года, а затем — если останется в строю — претендует на пост президента. Думаю, он мог бы заставить их соперничать за такое предложение. Даже если право первым формировать правительство достанется не ему, он может применить тактику «разделяй и властвуй», играя на разногласиях внутри оппозиции и просто затягивая время. Однако, на мой взгляд, Нетаньяху выберет четвертый вариант: развязывание войны на несколько фронтов — с Ираном, Ливаном, сектором Газа и, возможно, на Западном берегу реки Иордан. Такая война сделала бы сотрудничество между оппозицией и арабскими партиями практически невозможным. Айзенкоту, Беннету и Либерману - лидерам оппозиции - было бы крайне сложно принять позицию арабских партий в условиях войны. Арабским же партиям, в свою очередь, было бы трудно поддерживать сионистскую повестку оппозиционных сил, пока идет война. Для Нетаньяху это был бы идеальный политический исход. Главная ошибка оппозиции в том, что они не сделали акцент на росте стоимости жизни - это ахиллесова пята правящего правого лагеря. Так они подарили 5-6 мест Нетаньяху Вполне возможно, что итогом станут новые выборы — сценарий, который полностью устраивает Нетаньяху. Прошедшие выборы были для оппозиции лучшим шансом, но он уже упущен. Демографические тенденции сделают будущие избирательные кампании еще более сложными (высокая рождаемость среди традиционных иудеев, харедим, и в сектах религиозных сионистов, сторонников Биби, против низкой рождаемости в светском секторе, симпатизирующем оппозиции -прим.). Единственный реальный путь для левоцентристских сил в Израиле — это союз с 20% населения страны, ее арабскими гражданами.

Главный результат выборов в Израиле - внезапный успех арабских партий. Нетаньяху, возможно, развяжет войну с Ираном, чтобы предотвратить альянс еврейских оппозиционеров с арабами. *** Арабские партии набрали 19 мест в 120 местном Кнессете, так много, что оба сионистских блока, правящий и оппозиционный, не имеют большинства в 61 голос. Поэтому, без арабов они пока не в состоянии сформировать правительство. Это может привести к повторению кризиса 2019-2021 гг, когда в течение двух лет пять рах проводились внеплановые выборы, пока один из еврейских блоков не получит большинство или не заключит сделку с арабскими партиями. Здесь не просто политический кризис, но более глобальная проблема, кризис самой сионистской системы, так как арабский сектор, отправив 80 процентов своих избирателей на голосование, смог обогнать в процентном отношении число избирателей еврейского сектора, что и привело к взлету арабских партий. Израильский фондовый рынок, опасаясь сценария, когда внеплановые выборы проходят раз в полгода - годами - упал вместе с шекелем. Однако для 77-летнего Бенямина Нетаньяху (Биби), неплохой вариант: он остается у власти в качестве технического премьер-министра, а суд все равно не решится арестовать его, не смотря на многолетней процесс по обвинению в коррупции. Теоретически, Биби был бы удобно затягивание такого кризиса и на два года и хоть на пять лет, и на любой срок, тогда он сможет умереть, не отдавая власть и не садясь в тюрьму (его обвиняют в коррупции и он давал показания в суде), а это и есть его главная цель, хотя с экономикой все будет плохо из-за проблем с принятием бюджета. Или оппозиция, куда входят условные сторонники мира с арабами сумеет заключит с ними сделку - включая антисионисткие партии? Или может быть, Нетаньяху сумеет перекупить кого-то из членов оппозиционного сионистского блока - такие случаи уже были прошлом. Но главное, Нетаньяху может развязать войну с Ираном или войну на всех фронтах, включая Иран, Ливан и Газу, чтобы предотвратить формирование коалиции оппозиционного ему сионистского блока и арабских партий. ***

Огромное шумное светлое пространство, снизу доверху украшенное, где множество образов, духов и событий окружают смотрящего...

🇷🇺 Война, которая не закончилась: Почему конфликт Пакистана и Афганистана будет воспроизводиться Развитие событий вокруг конфликта между Пакистаном и Афганистаном комментирует политолог, журналист Михаил Мухлынин: - На мой взгляд, события 2026 года между Афганистаном и Пакистаном - это не внезапный разрыв и не классическая война за территорию, а кульминация нескольких накопившихся противоречий, которые долгое время существовали в «тлеющем» режиме. Февральские авиаудары Исламабада по Кабулу, Кандагару, Пактике и Баграму, заявление пакистанского министра обороны об «открытой войне», затем мартовское перемирие на Ид аль-Фитр и его быстрый срыв, а к октябрю - новые бои вдоль «линии Дюранда» - все это говорит о том, что стороны действуют реактивно, отвечая на очередной удар, но не предлагая долгосрочной модели урегулирования. Каждая из них стремится продемонстрировать решимость, но избегает необратимого шага к полномасштабной войне. Поэтому нынешний виток насилия, скорее всего, останется серией болезненных, но ограниченных ударов, а не перерастет в тотальную войну. Однако сдержанность объясняется не только политической волей, но и структурными ограничителями. Пакистан является ядерным государством, и в Кабуле это прекрасно понимают, поэтому афганская сторона не заинтересована в тотальной эскалации. Второй ограничитель - историческая инерция: конфликт вокруг «линии Дюранда» и пуштунских территорий по обе стороны границы уходит корнями на десятилетия назад. Границы здесь не являются для местного населения абсолютной реальностью, а потому силовые решения не могут быть окончательными. Пакистан стремится сохранить влияние на Афганистан, но Афганистан, выгнавший американцев, не готов стать пакистанским сателлитом. Отсюда — цикличность конфликта: вспышки насилия сменяются затишьем, но сами противоречия не разрешаются. За эскалацией 2026 года стоят как минимум два фундаментальных противоречия. Первое - неприятие Кабулом менторского отношения Исламабада: афганские талибы не для того выгоняли американцев, чтобы затем принимать команды от пакистанцев. Второе - вопрос о «линии Дюранда», которую Афганистан исторически не признает. К этому добавляется индийский фактор: Пакистан обвиняет Кабул в превращении Афганистана в площадку для индийского влияния, что для Исламабада неприемлемо в логике стратегического соперничества с Дели. В результате даже военные успехи Пакистана не дают политического результата: захват территории маловероятен, а удержание влияния требует согласия Кабула, которого нет. Наиболее тревожная тенденция 2026 года - переход конфликта в фазу опосредованного противостояния. Если в феврале мы видели прямые авиаудары и заявления об «открытой войне», то к октябрю стороны все активнее используют негосударственные вооруженные группы для ударов по интересам друг друга. Это создает прокси-тупик: ни одна сторона не может добиться решающего преимущества, но и отступить не может. Опасность такой конфигурации в том, что прокси-силы сложнее контролировать. Любая их «самодеятельность» способна сорвать хрупкие договоренности, как это уже произошло с мартовским перемирием. Поэтому нынешняя эскалация опаснее прямой войны: она менее предсказуема. Конфликт может вспыхивать снова и снова, а дипломатия будет каждый раз запаздывать. Главный риск - не в одном большом взрыве, а в серии неконтролируемых малых эскалаций. Наконец, нынешняя война - не просто ответ Пакистана на теракты, а симптом структурного кризиса его многолетней афганской политики. Долгие годы Исламабад делал ставку на поддержку афганских талибов как инструмент обеспечения лояльного Кабула и стратегической глубины в противостоянии с Индией. Однако после 2021 года эта стратегия обернулась против самого Пакистана: TTП (пакистанский Талибан), идеологически родственный афганским талибам, получил на афганской территории убежище и тыловую базу для атак на пакистанские города. В 2026 году мы видим, как «долгая дуга» пакистанской афганской политики испытывает перенапряжение. Исламабад требует от Кабула нейтрализации TTП, но Кабул не хочет и не может полностью подчиниться. Отсюда - удары по Кабулу, Кандагару и Баграму, которые не решают проблему, а лишь демонстрируют решимость. Таким образом, конфликт 2026 года - это не внезапная война, а кульминация структурного кризиса: непризнания «линии Дюранда», проблемы укрытия TTП, борьбы за влияние в Кабуле и провала прежней пакистанской стратегии. Полномасштабная война маловероятна из-за ядерного фактора и исторической инерции, но и устойчивый мир - тоже. Пока Пакистан рассматривает Афганистан как объект влияния, а не как суверенного соседа, конфликт будет воспроизводиться. Поэтому главный вывод для 2026 года: это не война, которая началась, а война, которая не закончилась, и каждая новая вспышка будет лишь вопросом времени, а не причиной.

Молли Грэбэпл, исследовательница еврейского Бунда: "Сионисты мало отличались от антисемитов." Бунд, еврейская социал-демократическая партия, появился на территории царской России в конце 19 - начале 20 вв, в ситуации, когда влиятельные антисемиты говорили - "Евреи тут иностранцы, выходцы с востока, они должны уехать". Сионисты говорили ровно то же самое. Бундовцы возражали - "Наш дом там, где мы родились, мы будем добиваться человеческих и социальных прав, а также права на культурную автономию там, где мы живем". Сионисты говорили - "Да, мы должны уехать", повторяя то, что говорили антисемиты. Бунд спрашивал - "А что вы станете делать с арабами, с мусульманами и христианами, которые уже живут в Палестине? Вы будете устраивать этнические чистки или будете вечно воевать с ними?" Случилось и первое, и второе. Молли Грэбэпл посвятила книгу истории и идеям Бунда - влиятельных критиков сионизма на еврейской улице, чей язык был идиш, и чья организация, активно действовавшая в Польше, Литве и России, по численности не уступала в 1905-1906 гг большевикам и меньшевикам. Пережив увлечение сионизмом после Шестидневной войны, и испытав шок от событий в Газе, гигантская еврейская община США раскололась. Около трети евреев Нью-Йорка голосовали за антисиониста и социал-демократа Зохрана Мамдани. Об этом расколе пишет Шауль Магид, публицист и этико-религиозный американский еврейский философ. Раскол носит в значительной мере демографический характер - еврейская молодежь согласно данным социологических опросов, намного более критично относится к Израилю, чем старшее поколение. Даже до Газы, многие стали с отвращением отворачиваться от сионистского режима, причем это отвращение охватило как и умеренно-религиозную, светскую, правозащитную или левую часть общины, так и ультраконсервативных ортодоксальных евреев. Молли Грэбэпл - одна из тех, кто пытается на этом фоне популяризировать идеи Бунда - еврейских социал-демократов, некогда весьма влиятельных, антисионистов, выступавших за общечеловеческие и социальные права, и за еврейскую культурную автономию. Возможно, ее выступления и книги смогут оказать какое-то влияние на колеблющуюся 6-7 миллионную еврейскую этноконфессиональную общину в США. Ужас сионизма просто так не исчезнет, раны не будут забыты еще долго, да и сама катастрофа, развернувшаяся на Ближнем Востоке, не окончена, кровь не перестанет литься, увы. Для решения таких огромных и сложных проблем нужны глубокие цивилизационные изменения, охватывающие все сферы жизни. Сомневаюсь, что их сможет решить еврейская социал-демократия и культурная автономия. Но, во всяком случае, началось выздоровление еврейской диаспоры от сионизма. Появление таких фигур, как Молли Грэбэпл, указывает на это.

🇮🇱🗳️Ни один блок не получит большинства 27 октября, показывают последние предвыборные опросы. Блок Нетаньяху получает около 50 мест в Кнессете (из 120), сионистская оппозиция – порядка 55. Ещё где-то 15 мандатов отходят преимущественно арабским спискам. Вероятно, больше всего голосов получит новая партия Яшар генерала Гади Айзенкота – около 22 мандатов. Айзенкот выглядит наиболее логичным кандидатом в премьер-министры от оппозиции. На втором месте рискует оказаться Ликуд – партия подсудимого премьер-министра Нетаньяху. Ликуд остаётся верен своему лидеру, несмотря на процессы против Биби по коррупции. Нетаньяху обвиняет суды в заговоре и, вернувшись в премьерское кресло в конце 2022, попытался подчинить суды правящей коалиции. Так что 2023 начался с массовых протестов. Потом случилось 7 октября. Биби до сих пор отказывается создавать госкомиссию по расследованию причин трагедии; вместо этого он винит армию и спецслужбы и отказывается признавать свою долю ответственности. Вдобавок, нынешняя коалиция Нетаньяху с крайне-правыми и религиозными партиями ведёт Израиль к санкциям и международной изоляции. Это уже признаёт даже сам Нетаньяху. Но от власти он уходить не собирается. Третье место, скорее всего, будет у списка беЯхад. Это объединение правого Нафтали Бенета со светским центристом Яиром Лапидом. В 2021–22 гг. они возглавляли разношерстную коалицию, которой удалось на год сместить Нетаньяху. Порядка 10 мандатов могут получить лево-сионистские Демократы – наследники партий Авода и Мерец, которые с 1990-х хотели разрешить конфликт с палестинцами по формуле два государства для двух народов. Сейчас Демократы говорят, что нужно постепенное «отделение» от палестинцев на Западном берегу и в Газе. Ведь иначе придётся либо давать им гражданство, и Израиль перестанет быть еврейским, либо не давать прав 5-6 миллионам людей и перестать быть демократией. На 9 мандатов претендует Совместный арабский список. В этот альянс входят три партии: преимущественно арабская Хадаш (коммунисты и сотоварищи), арабская Балад и человек-партия Ахмад Тиби. Порядка 8 мандатов набирает «Наш дом – Израиль» Авигдора Либермана – правая светская партия, которая исторически опирается на голоса русскоязычных. Впрочем, есть у них и депутат-друз Хамад Аммар, которого НДИ сейчас предлагает сделать министром полиции. Радикальные религиозные националисты – Ционут Датит Бецалеля Смотрича и Оцма Еудит Итамара Бен-Гвира – также могут получить по 8 мандатов каждая (другие опросы дают Смотричу 6-7 депутатов). Их приоритеты – расширение поселений на Западном берегу р. Иордан и выселение 2 миллионов палестинцев из Сектора Газа, а в идеале – ещё 3 миллионов с Западного берега и аннексия. Крайне-правые выступали против сделок по заложникам и перемирию в Газе. Они также хотят лишить суды независимости от правительства. Биби отдал им ряд ключевых министерств, чтобы остаться у власти и уйти от суда, и готов дальше опираться на крайне-правых. Ряд стран уже ввели санкции против министров Смотрича и Бен-Гвира. По 7-8 депутатов будет и у религиозных Яадут аТора и ШАС. Они готовы поддерживать Биби, пока он позволяет харедим не служить в армии и даёт деньги на религиозное образование. Сионистская оппозиция – Яшар Айзенкота, беЯхад Бенета с Лапидом, Демократы Яира Голана и НДИ Либермана – требуют призывать ортодоксов. Раздаются призывы ограничить сроки премьер-министра (двумя), защитить независимость судов и принять конституцию. Наконец,~5 мандатов получит Раам – арабская партия с исламистскими корнями. В Кнессете у неё есть депутатка Иман Хатыб Ясин, а на этих выборах будет кандидат-еврей – Йоав Сегалович, в прошлом – высокопоставленный полицейский. Раам признаёт еврейский характер Израиля и выступает за права арабских граждан: признание «самостроя», больше денег для арабских муниципалитетов, борьба с преступностью. Последние годы арабские граждане жалуются на бездействие полиции. Раам, в отличие от Совместного списка, хочет войти в правительство. Раам была в коалиции Бенета-Лапида По опросам, в Кнессет вряд ли пройдут новые правые партии, созданные перед выборами

Хороший разбор партий и политических раскладов в Израиле накануне выборов. Я бы только добавил, что не верю в том, что Израилю грозят серьезные международные санкции. Пока Трамп правит Америкой, ничего такого не будет, наоборот, будет совместная война с Ираном. С другой стороны, Европа стала важнейшим рынком для стремительно растущего экспорта израильского оружия, Иерусалим производит ключевые оборонные системы, которые европейские страны закупают возрастающими темпами - тяжелые высокоточные ракетные системы, дроны, РЭБ, и, в особенности системы ПВО\ПРО.

"Вид на залив около Венеции", 1841 Холст, масло. 76 х 118 см 📍Государственный художественно-архитектурный дворцово-парковый музей-заповедник «Петергоф» 🖌Галерея Ивана Айвазовского