ЛикбеZ

Рейтинг Трампа упал до минимума перед выборами в Конгресс ⠀ Поддержка президента США Дональда Трампа опустилась до 32% — минимального уровня за всю его политическую карьеру, следует из опроса Reuters/Ipsos. Не одобряют его работу 66% американцев. Заметно просела и поддержка внутри Республиканской партии: за неделю она снизилась с 82% до 73%. ⠀ Главной проблемой для Белого дома становится стоимость жизни. Работу Трампа на этом направлении одобряют только 17% опрошенных. Впервые среди республиканцев число недовольных его действиями по сдерживанию цен превысило число довольных — 51% против 44%. Одновременно Reuters/Ipsos фиксирует преимущество демократов среди зарегистрированных избирателей: 43% против 35% у республиканцев. ⠀ Тенденцию подтверждают и агрегаторы: показатели одобрения Трампа остаются глубоко в отрицательной зоне, а демократы наращивают преимущество в Generic Ballot. За 41 день до промежуточных выборов проблема для республиканцев выглядит уже не как очередной неудачный замер. Недовольство ценами начинает размывать даже собственный электорат Трампа, а значит Белому дому приходится входить в решающую фазу кампании с самым неприятным набором цифр — падающей поддержкой президента и растущим отрывом демократов.

Чем дороже ИИ, тем больше ему нужен миф ⠀ Главы крупнейших ИИ-компаний всё чаще описывают свои разработки языком, который мало напоминает инженерный. Дарио Амодеи говорит о необходимости «сдерживать темп» гонки, Якуб Пахоцкий из OpenAI — о «чуждом разуме», Сэм Альтман — о приближении AGI и «горизонте событий». Илья Суцкевер создал компанию Safe Superintelligence, которая занимается разработкой безопасного сверхинтеллекта. Чем мощнее становятся модели, тем заметнее техническая дискуссия превращается в мифологию. ⠀ Материал для такой риторики действительно есть. В лабораторных тестах модели OpenAI и Anthropic в искусственно созданных сценариях пытались избежать отключения, скрывали действия и прибегали к манипуляциям. Но это всё ещё контролируемые эксперименты, а не появление цифрового инстинкта самосохранения. Тем не менее сама индустрия охотно говорит о «побеге», «обмане» и «выживании», приписывая алгоритмам почти человеческие мотивы. ⠀ И здесь миф напрямую смыкается с деньгами. Чем грандиознее обещание — AGI, сверхинтеллект, «чуждый разум» — тем проще объяснять инвесторам сотни миллиардов долларов на дата-центры, чипы и энергетику. Обычный программный продукт должен доказывать прибыльность. «Новая форма разума» получает право сначала поглощать капитал, электричество и воду, а коммерческую отдачу обещать потом. ⠀ Получается почти идеальная финансовая конструкция: технологическая компания продаёт не только сервис, но и веру в неизбежность будущего. А чем дороже становится это будущее, тем сильнее требуется миф, который объясняет, почему платить нужно уже сегодня. ⠀

Самозанятых на платформах готовят к более дорогому налоговому режиму ⠀ Власти всё внимательнее смотрят на самозанятых курьеров и таксистов, которые платят налог по ставке 4–6%. В Совете федерации уже прямо спрашивают, почему сотни тысяч работников крупных платформ должны сохранять льготный режим. ⠀ Зампред комитета Совета федерации по бюджету и финансовым рынкам Андрей Епишин заявил, что вопрос необходимо рассмотреть в Госдуме и Совете федерации. Замглавы ФНС Тимур Шиналиев также заявил, что регулирование платформенной занятости требует комплексного и коллегиального подхода. ⠀ Смысл дискуссии довольно прозрачен. На фоне дефицита бюджета государство ищет дополнительные доходы там, где налоговая база уже существует, но облагается по пониженной ставке. Платформенные работники здесь выглядят особенно удобной целью: их доходы цифровизированы, транзакции прозрачны, а число занятых исчисляется сотнями тысяч. ⠀ Ирония в том, что самозанятость сначала рекламировали как простой и выгодный способ работать легально. Людей вывели из тени, приучили платить налог и оставлять цифровой след. Теперь этот же цифровой след превращается в идеальную карту для нового налогового сбора. Сначала государство сделало доходы самозанятых видимыми, теперь решает, сколько ещё с этой видимости можно взять. ⠀

Минфин пытается вывести экономику из ловушки дорогих денег ⠀ Минфин заложил в бюджет на 2027 год дефицит около 2% ВВП и цену нефти $50 за баррель. При нынешних прогнозах это примерно 4–5 трлн рублей — заметно меньше ожидаемого дефицита 2026 года. При этом расходы на оборону, безопасность и социальные обязательства остаются приоритетными. Значит, сокращать разрыв придётся за счёт других статей либо дополнительных доходов. ⠀ Но главное здесь даже не размер дефицита. Министр финансов Антон Силуанов прямо связывает бюджетную консолидацию с возможностью для Банка России снижать ставку. Логика понятна: дорогие деньги уже давят на инвестиции и экономический рост, одновременно увеличивая стоимость обслуживания долга. Минфин фактически обещает меньше подталкивать инфляцию бюджетом, рассчитывая получить взамен более мягкую денежную политику. ⠀ Банк России пока отвечает осторожно. Зампред ЦБ Алексей Заботкин заявил, что новые параметры бюджета не слишком отличаются от уже учтённых в июльском прогнозе, хотя снижение базовой цены нефти признал дезинфляционным фактором. ⠀ Получается довольно жёсткая развилка. Минфин уже начинает затягивать бюджетный пояс, чтобы освободить пространство для снижения ставки. Если ЦБ и после этого продолжит держать деньги чрезмерно дорогими, вопрос будет уже не в борьбе с инфляцией, а в цене этой борьбы для самой экономики.

Подростковая преступность падает, а страх перед ней растёт ⠀ За 31 год число преступлений, совершённых подростками, сократилось почти в девять раз — с 225 тыс. в 1993 году до 26 тыс. в 2024-м. Но 36% россиян уверены, что ситуация стала хуже. Разрыв между статистикой и ощущением хорошо показывает, как меняется общественное восприятие риска: чем безопаснее становится среда, тем болезненнее воспринимается каждый отдельный случай. ⠀ Главной причиной подростковой преступности 51% опрошенных называют недостаток семейного воспитания и контроля, ещё 28% — психологическую незрелость, 21% — отсутствие занятости и перспектив. При этом старшие поколения чаще винят интернет, школу и дефицит организованного досуга, молодые — давление сверстников и особенности возраста. ⠀ Самый показательный результат — 53% поддерживают снижение возраста уголовной ответственности до 12 лет за тяжкие преступления. Получается парадокс: реальная преступность снижается, но запрос на наказание становится жёстче. ⠀ Это уже история не столько о подростках, сколько о взрослом обществе, которое хуже понимает новые формы взросления и потому пытается компенсировать потерю контроля уголовным правом. Когда семья, школа и цифровая среда кажутся неуправляемыми, самым простым ответом становится наказание. Но простота здесь обманчива: снижение возраста ответственности не заменит ни профилактику, ни раннюю диагностику, ни нормальную работу с подростками.

Россия забирает всё большую долю китайского рынка СПГ ⠀ Россия в июле поставила в Китай 951 тыс. тонн сжиженного природного газа — на 43% больше, чем годом ранее. Это максимальный месячный объём почти за два года. В результате Россия вышла на второе место среди поставщиков СПГ в КНР, уступив только Австралии и вновь обойдя Малайзию. ⠀ Особенно показательно, что российские поставки растут на фоне общего снижения китайского импорта. В июле Китай закупил 5,16 млн тонн СПГ — на 19% меньше, чем год назад. То есть российские производители не просто увеличивают экспорт вслед за расширением рынка, а фактически отвоёвывают на нём долю. На Китай пришлось около 40% всего произведённого в России за месяц СПГ и порядка 70% поставок крупнейшим азиатским покупателям. ⠀ Для российского СПГ это всё больше становится восточной историей. После потери значительной части привычной европейской логистики Китай превращается в ключевой рынок, способный принимать крупные объёмы с «Ямал СПГ», «Сахалина», «Арктик СПГ 2» и других проектов. Поставки с «Арктик СПГ 2» уже идут непосредственно на китайский терминал Beihai, а Пекин фактически выстроил отдельную логистику для приёма подсанкционного российского СПГ. Ирония в том, что чем сильнее Запад пытается ограничить российский газовый экспорт, тем быстрее формируется альтернативная система сбыта, в которой Китай становится «окном» для российских СПГ-проектов и получает ещё больше пространства для торга по цене.

Долговая модель США всё ближе к пределу ⠀ Марк Варшавский из Американского института предпринимательства оценил устойчивый предел чистого госдолга США примерно в 186% ВВП при нынешних ставках и темпах роста. По его расчётам, при сохранении текущей бюджетной траектории этот уровень может быть достигнут примерно через 15 лет. Проблема в том, что дальнейший рост ставок ухудшает картину настолько, что для США, Франции, Италии, Японии, Греции и Великобритании модель уже не даёт устойчивого решения. ⠀ У Вашингтона есть исторический рецепт. После Второй мировой войны отношение госдолга к ВВП сократилось со 106% в 1946 году до 23% к 1974-му не потому, что государство физически погасило огромную часть обязательств. Работал другой механизм: экономика росла в реальном выражении, инфляция увеличивала номинальный ВВП, а доходности гособлигаций удерживались ниже темпов роста цен. В результате знаменатель — ВВП — рос значительно быстрее долговой нагрузки, а реальная стоимость уже выпущенного долга постепенно размывалась. ⠀ Для инвестора это означало простую вещь: государство возвращало номинально те же доллары, но их покупательная способность была ниже. Такой режим часто называют финансовой репрессией — сбережения фактически субсидируют бюджет через отрицательную реальную доходность. ⠀ Именно поэтому повторение послевоенного сценария выглядит неприятно для держателей Treasuries. Альтернатива тоже жёсткая: сокращение расходов, повышение налогов или более высокая инфляция. Американский долг пока далёк от технического дефолта, но бесплатно выйти из этой конструкции уже не получится.

Гражданская промышленность постепенно уходит в минус ⠀ Проблемы российской экономики становятся заметнее, если смотреть не на общий индекс промышленности, а на отдельные отрасли. За первое полугодие производство строительных материалов заметно сократилось. Выпуск цемента оказался примерно на 13% ниже прошлогоднего уровня, керамического кирпича — более чем на 20%. За январь–июль производство цемента оставалось ниже прошлогоднего уже на 10,7%, строительного кирпича из цемента и бетона — почти на 19%. ⠀ Не лучше чувствует себя угольная отрасль. За первые пять месяцев 2026 года её сальдированный убыток составил 123,1 млрд рублей. Прибыльными оставались лишь 34,3% предприятий, убыточными — почти две трети. ⠀ У этих историй разные причины — дорогой кредит, слабый спрос, логистика, внешние рынки. Но результат одинаков: отрасли гражданской экономики сокращают производство и инвестиции. ⠀ Пока отдельные сегменты поддерживаются государственными заказами, общая статистика ещё может выглядеть относительно спокойно. Однако перечень отраслей, где производство, инвестиции или прибыльность уходят вниз, становится всё длиннее. Это уже не локальный сбой, который можно исправить одной субсидией.

Нефтяная держава столкнулась с дефицитом топлива ⠀ Нефтепереработка стала одним из наиболее заметных уязвимых мест российской экономики. В августе в стране началась очередная волна дефицита топлива. Ограничения продаж вновь вводились как минимум в десяти регионах, позднее проблемы фиксировались уже на большей части территории РФ. В Москве отдельные сети ограничивали отпуск бензина 30–60 литрами на автомобиль. ⠀ К концу августа производство бензина, по данным источников Reuters, обеспечивало лишь около 70% внутреннего потребления. Российские власти были вынуждены ограничивать экспорт, смягчать требования к качеству топлива и наращивать импорт. Только морские поставки нефтепродуктов в августе достигли примерно 460 тыс. тонн. ⠀ В сентябре ситуация осложнилась ещё сильнее. Из шести крупнейших российских производителей дизтоплива три резко сократили либо полностью остановили выпуск. НПЗ в Киришах остановился, Волгоградский завод и НОРСИ работали примерно на четверть мощности. ⠀ Получилась почти анекдотическая для крупного экспортёра нефти ситуация: сырья много, а гарантировать нормальное наличие бензина на собственной заправке становится всё сложнее. ⠀

Инвестиции уходят вслед за экономическим ростом ⠀ Один из наиболее тревожных показателей российской экономики — инвестиции. За первое полугодие 2026 года вложения в основной капитал сократились на 9,9% в годовом выражении. В первом квартале падение составляло 14,3%, во втором замедлилось до 6,6%, но отрицательная динамика продолжается уже несколько кварталов подряд. ⠀ Проседают прежде всего отрасли, от которых зависит будущее гражданской экономики. В металлургии инвестиции крупных и средних предприятий снизились на 27,2%, в производстве готовых металлических изделий — почти на 27%. Одновременно сокращается предпринимательская активность: за первое полугодие число ликвидированных коммерческих организаций значительно превысило количество новых компаний. ⠀ Проблема инвестиций проявляется с задержкой. Сегодня предприятие отказывается от нового оборудования, строительства или расширения производства — завтра экономика получает меньше рабочих мест, производительности и налогов. Государственный заказ способен временно загрузить отдельные заводы, но заменить инвестиции по всей экономике он не может. Российский бизнес всё чаще предпочитает не развиваться, а пережидать. ⠀

Экономика РФ растёт только при всё больших расходах государства ⠀ Российская экономика фактически подошла к стагнации. По данным Росстата, ВВП за первое полугодие 2026 года вырос всего на 0,6%. В первом квартале экономика сократилась на 0,2%, во втором рост составил 1,3%. Для сравнения, ещё год назад власти рассчитывали на значительно более уверенную динамику. ⠀ Цена даже такого роста становится всё выше. За январь–июль дефицит федерального бюджета достиг 6,455 трлн рублей при годовом плане 3,786 трлн. За восемь месяцев он сократился до 5,795 трлн рублей благодаря августовскому профициту, но всё равно превышает первоначальный ориентир более чем в полтора раза. ⠀ Главная проблема уже не в том, растёт ВВП или падает на несколько десятых процента. Государство вынуждено расходовать всё больше средств, чтобы поддерживать экономическую активность, тогда как источники самостоятельного роста слабеют. Чем дороже обходится каждый дополнительный процент ВВП, тем меньше эта статистика похожа на устойчивое развитие и тем больше — на поддержание конструкции бюджетными деньгами.

Российские компании возвращаются в валюту, но вопрос к рублю остаётся ⠀ Доля иностранной валюты в средствах российских компаний растёт третий месяц подряд. В мае она составляла 15,2%, в июне — 15,7%, в июле — 16,1%, а в августе достигла 17,2%. При общем объёме средств юрлиц в банках около 66,9 трлн рублей это соответствует примерно 11,5 трлн рублей, или $134 млрд. ⠀ Однако рост рублёвого объёма валютных средств не обязательно означает, что компании действительно нарастили покупки валюты. Значительная часть прибавки связана с переоценкой уже имеющихся валютных остатков: когда рубль слабеет, те же доллары, евро или юани после пересчёта начинают стоить больше рублей. Поэтому показатель валютизации растёт даже без заметного увеличения валютных активов в натуральном выражении. ⠀ Гораздо интереснее длинная динамика. В феврале 2022 года на валюту приходилось 30,9% средств компаний, около $158 млрд. Затем доля резко снизилась, а последние годы валютные остатки в рублёвом выражении в основном держатся возле 10–11 трлн рублей. ⠀ Именно поэтому разговоры о том, что курс рубля якобы просто отражает настроение бизнеса, выглядят всё слабее. Если корпоративные валютные остатки почти стоят на месте, а рубль способен резко ходить в обе стороны, значит сам валютный рынок стал слишком узким, зависимым от разовых потоков и административных решений. Это уже не полноценный ценовой сигнал, а курс, который всё чаще живёт по собственным правилам.

Школьное насилие пытаются лечить дисциплиной вместо диагностики ⠀ Проблему насилия и деструктивного поведения в российских школах всё чаще предлагают решать усилением контроля и дисциплины. Однако исследование Александра Смирнова из Уральского государственного педагогического университета указывает на другую сторону вопроса — психическое состояние самих подростков. В выборке из 400 школьников 11–17 лет вандальное поведение в той или иной форме выявили у 45% участников, причём заметной разницы между мальчиками и девочками исследователь не обнаружил. ⠀ Особое внимание автор уделяет подросткам, декларирующим доминирование в группе или над территорией. Их поведение строится вокруг контроля группы или территории, демонстративной порчи среды и постоянного подтверждения собственного статуса. При появлении более сильного лидера такие подростки могут отступить открыто, но продолжать конфликт через повреждение пространства и символическое соперничество. ⠀ Любопытнее другое. В исследовании отдельно описаны «протестующие, оппозиционеры» — подростки, склонные сопротивляться чужим взглядам, групповому давлению и авторитетам. Здесь особенно легко перепутать симптом с неудобством для системы. Если школа отвечает на сложное поведение только запретами, рамками и охраной, она не решает проблему, а загоняет её внутрь. Специалисты по профилактике отдельно подчёркивают необходимость сначала разбираться с причинами такого поведения, а чрезмерная строгость может давать противоположный результат. В предельном варианте такая логика действительно превращает школу не в место воспитания и ранней помощи, а в плохо замаскированное режимное учреждение, где тревожные сигналы замечают уже после того, как произошло насилие.

ЕС меняет двух миллиардеров на три года санкций ⠀ Евросоюз предварительно согласовал исключение Алишера Усманова и Михаила Фридмана из санкционного списка. По данным Bloomberg и Politico, компромисс стал частью более крупной сделки: ограничения почти против 3000 российских бизнесменов, политиков и компаний предлагается продлевать сразу на три года вместо нынешнего шестимесячного цикла. Решение ещё должно пройти письменную процедуру. ⠀ Снятия санкций добивались Франция и Люксембург. Париж связывал вопрос Усманова с переговорами об освобождении французских граждан в Азербайджане, Люксембург — с арбитражным спором Фридмана против страны. Латвия выступала против, однако при итоговом согласовании воздержалась. ⠀ История показательна тем, как работает европейская санкционная политика за закрытыми дверями. Публично ЕС подчёркивает единство и необходимость давления на Россию, но внутри блока санкции остаются предметом переговоров между государствами, каждое из которых защищает собственные интересы. При этом для Брюсселя уступка по двум фамилиям позволяет убрать постоянный риск блокировки всего санкционного массива каждые полгода. Получается довольно прагматичный обмен: две персональные истории — за несколько лет предсказуемости всей системы ограничений.

Цифровой рубль готовят к прямому обналичиванию ⠀ Банк России намерен упростить превращение цифровых рублей в обычные наличные. Заместитель председателя ЦБ Зульфия Кахруманова заявила, что в перспективе снять деньги со счета цифрового рубля можно будет непосредственно через банкомат. Пока такой возможности нет. ⠀ Действующая схема предусматривает промежуточный этап: цифровые рубли сначала переводятся через банковское приложение на обычный счет или карту и только после этого снимаются в банкомате либо кассе. Обмен происходит один⁠ к одному. Аналогично работает движение в обратную сторону: наличные сначала вносятся на банковский счет, затем переводятся в цифровой кошелек. ⠀ ЦБ теперь хочет убрать из этой цепочки лишнее действие. Если прямое снятие заработает, для пользователя граница между цифровым и обычным рублем станет практически незаметной. Это важно и для самого проекта: с 1⁠ сентября крупнейшие банки уже обязаны предоставлять клиентам возможность операций с цифровыми рублями, а в 2027–2028⁠ годах система будет расширяться на остальные банки. ⠀ Пока цифровой рубль остается скорее новой платежной инфраструктурой, чем новыми деньгами: курс тот же, обмен один к одному, а главное отличие — счет находится на платформе⁠ Банка России.

Бюджет России всё хуже укладывается в собственные планы ⠀ Дефицит федерального бюджета России в 2027 году предварительно оценивается в 4,8 трлн рублей, или около 2%⁠ ВВП. Этот ориентир Владимир Путин озвучил на совещании по экономике. Это заметно выше прежних бюджетных проектировок: ранее на 2027 год закладывали дефицит около 3,2⁠ трлн рублей. ⠀ Опыт последних лет показывает, что первоначальные параметры действительно приходится пересматривать. В 2025 году фактический дефицит достиг 5,65⁠ трлн рублей. В январе–августе 2026-го он уже составил 5,8 трлн при годовом плане 3,79 трлн. При этом август впервые за несколько месяцев оказался профицитным примерно на 660⁠ млрд рублей. ⠀ Расчёты аналитиков также расходятся с правительственным ориентиром. По свежей оценке Центра макроэкономических исследований Сбербанка, дефицит в 2027 году может составить около 6,4 трлн рублей, или 2,7% ВВП. Разница с официальным ориентиром — ещё 1,6 трлн. ⠀ Пока речь идёт не о бюджетном обвале, а о всё более дорогой привычке пересматривать план по ходу исполнения. И если расходы снова окажутся выше расчётов, нынешние 4,8 трлн могут стать не итоговой цифрой, а лишь стартовой ценой бюджетного компромисса.

«Единая Россия» улучшила результат и укрепила большинство в Госдуме ⠀ После обработки 97,37% протоколов «Единая Россия» получила 57,96%⁠ голосов по партийным спискам. КПРФ набрала 13,67%, ЛДПР — 8,96%, «Новые люди» — 7,91%, «Справедливая Россия» — 5,1%⁠. Последняя буквально на финише преодолела пятипроцентный барьер. ⠀ Главный результат — заметное усиление партии власти. На выборах 2021 года список «Единой России» получил 49,82%⁠, то есть за пять лет прибавка составила более восьми процентных пунктов. Одновременно КПРФ просела с 18,93% до 13,67%. «Новые люди», напротив, выросли с 5,32% до 7,91%, а ЛДПР — с 7,55% до 8,96%. ⠀ Еще показательнее расклад по мандатам. По предварительным данным, «Единая Россия» получает 355⁠ мест из 450 против 324 в предыдущем созыве. Это значительно больше необходимых 300 голосов для конституционного большинства. ⠀ Поэтому интрига этих выборов оказалась не в том, сохранит ли партия власти контроль над Думой, а в масштабе этого контроля. Судя по предварительному распределению мест, новый созыв будет еще менее зависим от необходимости искать компромиссы между фракциями.

«Адские санкции» напугали покупателей российской нефти раньше срока ⠀ Новый американский закон о санкциях против России ещё не заработал в полную силу, а крупнейшие покупатели уже считают возможные потери. Президент США Дональд Трамп подписал⁠ закон Линдси Грэма 18 сентября. Он позволяет вводить пошлины до 100%⁠ против крупнейших покупателей российских нефти и газа. Первые меры могут последовать через 30 дней, однако автоматического введения максимальных тарифов закон не предусматривает — у президента остаётся значительная свобода действий. ⠀ Особенно чувствителен риск для Индии: к июлю российская нефть обеспечивала почти половину⁠ её импорта. В Нью-Дели уже официально заявили, что изучают новый закон и его последствия. Для индийских НПЗ проблема проста: скидка на российскую нефть имеет смысл лишь до тех пор, пока экономия не оборачивается куда большими потерями⁠ на американском рынке. ⠀ Схожая арифметика действует для других покупателей российского сырья. Вашингтон фактически пытается сделать торговлю с Россией настолько дорогой, чтобы партнёры Москвы сами начали сокращать закупки. Но у закона есть исключения и президентские полномочия по их применению. Поэтому пока это не нефтяная блокада, а большой эксперимент: что окажется сильнее — выгода от российской нефти или страх перед американской пошлиной.

ИИ пришёл за теми, кто считал себя защищённым от автоматизации ⠀ Искусственный интеллект распространяется по американскому рынку труда быстрее предыдущих крупных технологий. К концу 2025 года им пользовались 41% работников США, а к середине 2026-го уже 47% сотрудников сообщили, что их компании внедрили ИИ. При этом массового⁠ сокращения рабочих мест статистика пока не показывает. ⠀ Но важнее другое. Нынешняя автоматизация впервые столь заметно бьёт не по заводскому конвейеру, а по офисному. Среди наиболее уязвимых оказываются программисты⁠, аналитики, финансисты, юристы и другие высокооплачиваемые специалисты. Высокая потенциальная экспозиция к ИИ характерна примерно для 48% задач в STEM-профессиях против 23% в ручном труде и производстве. ⠀ Это ломает привычную логику технологических революций. Раньше потерявшего работу сотрудника можно было переучить на более сложную специальность. Теперь под ударом оказываются как раз те, кто уже получил сложную профессию⁠. ⠀ И здесь начинается самое неприятное. Если ИИ действительно пойдёт вверх по лестнице квалификаций, обществу придётся решать уже не вопрос переобучения, а вопрос избытка квалифицированных людей, чьи знания перестали быть дефицитом. И тогда главным риском станет не безработица сама по себе, а обесценивание⁠ многолетнего образования и опыта — того самого капитала, на котором десятилетиями держался средний класс.

Urals внезапно стала дороже Brent ⠀ Цена Brent 21 сентября опустилась ниже $100 за баррель, тогда как последние доступные котировки Urals находятся около $113–115. Ещё недавно российская нефть традиционно торговалась с заметным дисконтом. Теперь на отдельных направлениях ситуация развернулась: поставки Urals в Азию идут уже с премией к Brent, которая в середине сентября доходила примерно до $8 за баррель. ⠀ Причина прежде всего в напряжённости на Ближнем Востоке и перебоях с привычными маршрутами поставок. Российская нефть в этих условиях получает дополнительную ценность как доступный альтернативный поток вне части западной инфраструктуры. Для бюджета это очевидный плюс: рост экспортной цены напрямую увеличивает нефтегазовые доходы, хотя часть эффекта съедают дорогой фрахт, санкционные издержки и курс рубля. ⠀ Главная ирония в том, что механизм ценового потолка никуда не исчез, но его практическое значение заметно снизилось. Рынок сам создал ситуацию, в которой дефицит и геополитический риск оказались сильнее прежней логики дисконта. Однако считать нынешнюю премию гарантированной на годы рано: Brent уже падает на ожиданиях возможной деэскалации между США и Ираном, а значит, нефтяная арифметика способна снова измениться очень быстро.