Издательство
+2
На следующей неделе наконец выйдет сборник стихотворений Анны Гринки "Каннибалы целуются". Это третья книга Анны Гринки, выходящая в Jaromir Hladik Press. Первая – сборник прозы "Экранное зрение" – доступна только в формате pdf. Вторая – сборник стихотворений "Курсор на лезвии" – есть и в бумажном формате. В связи с выходом "Каннибалов" публикуем большой яростный текст из этой книги – "На Мясницкой улице".
Григорий Стариковский Голодное озеро Стихотворения 2022–2024 годов
Поэт и переводчик Григорий Стариковский читает в своем переводе самую страшную песнь «Одиссеи» – 22-ю, избиение женихов (а также повешение двенадцати рабынь Пенелопы, вступивших в связь с женихами). Григорий читает эту песнь в Нью-Йорке, утром, под шум улицы, и это отчасти иллюстрация его слов из послесловия к нашему с Носорогом изданию «Одиссеи»: Гомеровская эмоциональная невовлеченность, вся тональность оригинала гораздо ближе к прозе Варлама Шаламова, Альбера Камю или Кормака Маккарти, чем к тому, что мы привыкли считать русской «Одиссеей». Подробнее о выборе размера для перевода Стариковский увлекательно говорит здесь. Напоминаем, что на сайте издательства можно заказать «Одиссею» в комплекте с философской книгой Рахили Беспаловой об Илиаде всего за 1500 р. Кроме того, продолжается акция, приуроченная к 8-летию издательства: все электронные издания (pdf) по 200 р. Смотрите раздел Электронные издания. Там этот комплект можно приобрести всего за 400 р. вместе с другими книгами Jaromir Hladik Press.
+1
В 2020 году Jaromir Hladik Press выпустило "Ворона" Тэда Хьюза в переводе Дмитрия Манина. Книга давно закончилась. И вот, описав страшный шестилетний круг, Ворон возвращается. Открыт предзаказ на допечатку. Книга выйдет 10 сентября. Графика Марии Казанской.
Открыт предзаказ на книгу Фернандо Аррабаль Вечное блаженство: роман Перевод с испанского Павла Рыжакова Книга выйдет 10 сентября.
Я сижу на кровати Мари в больнице Ротшильда. Она плачет и целует меня, затем утирает свои слезы с моих щек платком. Платок уже превратился во влажый тряпичный комок, который она все время тискает в ладонях. После ее промоканий, уже своей рукой, я утираю лицо насухо. Поцелуи Мари мне неприятны. А еще она кажется мне некрасивой. За несколько дней у нее поседели волосы. Большая челка на лбу стала почти белой. Она жалуется, что у нее в ладонях остаются целые клочья, когда она причесывается. Мари и мой дядя объясняют мне, что в больнице лечат волосы и что она вернется домой, как только поправится. Когда дядя хочет ее обнять, Мари отталкивает его и закрывает лицо руками. Чем настойчивее он пытается ее обнять, тем сильнее она плачет. Иногда я, сам не зная почему, смешу Мари, а после этого она снова закрывает лицо руками. Я не понимаю, почему она не рада нас видеть. В палате многие женщины, как и Мари, плачут. Там очень душно. От запаха мочи спирает дыхание. Все говорят громко, чтобы заглушить крики младенцев. Посетители теснятся в узком проходе между рядами кроватей. Случается, что люди, пришедшие навестить соседку, просят разрешения сесть на кровать Мари. Мне не нравится, что чужие люди сидят на ее кровати. Мари боится старшую медсестру. И предупреждает нас всякий раз, когда та появляется в палате. У старшей медсестры большая грудь и нашивки на белой шапочке. Именно она, стоя у входа в общую палату и хлопая в ладоши, объявляет об окончании свидания. Марсель Коэн. На внутренней сцене. Перевод с французского Валерия Кислова Последние дни предзаказа. Марсель Коэн родился в 1937 году в еврейской семье, незадолго до этого переехавшей во Францию из Турции. В 1943 году, во время оккупации, его семья была арестована, депортирована и уничтожена в нацистском концлагере. После войны он закончил Высшую школу журналистики и в Школу Лувра, путешествовал по всему миру – в Индию, на Ближний Восток, в Латинскую Америку, в Африку, работал в США корреспондентом парижской газеты, писал статьи об выставках, галереях и музеях. Его литературное творчество охватывает самые разные жанры: роман, поэзия, эссе и, главным образом, то, что он называет «фактами»: термин, часто фигурирующий в заголовке или подзаголовке произведений, отражает установку на документальность и отказ от вымысла. Его тексты, отличающиеся стилистической тонкостью, проникнуты деликатным, но сильным стремлением сохранить память – как коллективно-литературную, так и предметно-личную – несмотря на всю ее отрывочность и зыбкость. Так, в книге «На внутренней сцене. Факты», через пытливое описание предметов-воспоминаний, он создаёт пронзительно трогательный портрет своей погибшей семьи, избегая при этом любой формы пафоса. Писатель удостоен многих престижных наград, среди которых Премия Веплера за «На внутренней сцене. Факты» (2013), а также Премия Жана Арпа за франкоязычную литературу и Большая литературная премия Поля Моранда (2024) за совокупность творчества.
Снова в продаже: https://jaromirhladik.com/tproduct/639376944-944094476571-ocherki-o-paradzhanove
Снова в продаже: https://jaromirhladik.com/tproduct/639376944-773184226891-tihie-trepihaniya
До вечера воскресенья цена на "Одиссею" в комплекте с книгой Рахили Беспаловой "Об Илиаде" всего 1000 р.
...Любопытно, что фильм Козинцева вызвал энергичное общественное одобрение задолго до окончания монтажа. Как только стало известно, что Козинцев собирается экранизировать Шекспира, будущие зрители начали слать ему письма. Отрывки из них Козинцев привел в статье «О тех, кто в зрительном зале». «Слышал я, что экранизируете Вы шекспировского „Гамлета“. Дело это очень трудное, но бесконечно важное. Поэтому долг наш, Ваших будущих зрителей, всячески помочь Вам, чтобы работа имела успех, и морально Вас поддержать, если что-то не выходит или выходит „не так“. <…> С комсомольским приветом Г. Якубенко (политвоспитатель общежития Кировского завода)»; из письма московских студентов: «Мы верим, что наш русский, советский Гамлет будет самым шекспировским, самым общечеловеческим». Очевидно, что Козинцев интерпретировал трагедию Шекспира в том же эмоциональном ключе, что и его зрители, переживая опыт недавней войны, которая смела идеологические границы между людьми. И хотя уже к концу 1940-х в реальности «холодной войны» эти границы были снова возведены и еще больше укрепились, память о свободе, завоеванной ценой жизни, действовала как один из главных факторов общественного сознания 1960-х. Козинцев пишет в своем дневнике, что выбрал на роль Гамлета именно Иннокентия Смоктуновского, потому что тот рассказывал ему о своем военном опыте, как он в 1943-м бежал из партии пленных, и спасла его бесстрашная украинская крестьянка. Дневнику Козинцев не доверил в те годы другие обстоятельства жизни своего актера: Смоктуновский, герой войны, награжденный двумя медалями «За Отвагу», вынужден был жить в Норильске, так как из-за нахождения в немецком лагере он получил «минус 39» — запрет на прописку в крупных советских городах. Генетический опыт притеснений, бегства, одиночества (семья Смоктуновских бежала от коллективизации из Белоруссии в Сибирь), переплавленный в героические подвиги, вошел в плоть и кровь советского Гамлета и действительно сделал его общечеловеческим... Екатерина Андреева. Соцреализм: от расцвета до заката Книга в формате pdf В ближайшие дни в честь 8-летия Jaromír Hladík press электронные издания на сайте издательства продаются со скидкой, всего за 200 рублей. Смотрите раздел Электронные издания.
Жаль, что в этой эстафете переводов "Рики-Тики-Тави" не отмечен самый свежий (и лучший) перевод Александры Глебовской, вышедший в Jaromír Hladík press (2025) вместе с ее же переводом "Слоненка" и с иллюстрациями Марка Эпштейна и Эль Лисицкого. Книга на сайте издательства.
...У этих обонятельных открытий обнаружилось продолжение. Разве одеколон, который производился на берегах Рейна и которым чаще всего пользовался Жак, не использовали и нацистские функционеры? Долгие годы ответ напрашивался сам собой. Духи пересекают время в полной невинности, говорил себе я. В зависимости от индивидуальной истории они могут напоминать самые разные и противоположные вещи. Они могут доставлять удовольствие или причинять страдание. А могут даже доставлять удовольствие и причинять страдание одновременно. Какая наивность! Призрак черной формы СС, которому я, будучи ребенком, мог приписать запах Жака, был изгнан в результате одной случайной встречи. В 2004 году я познакомился с немецким торговцем искусством Кастором Зайбелем. Ему довелось долго общаться с такими разными людьми, как Жан Полан, Леонор Фини, Франсис Понж, Марсель Жуандо и Мадлен Мальро. Он писал о живописи Жана Фотрие и переписывался с Франсисом Понжем. На одном из вечеров у общих друзей я завел разговор об одеколонах. Кастор Зайбель, живший по-свойски как в Париже, так и в Германии, обладал столь обширной эрудицией и любознательностью, что, возможно, был единственным человеком в мире, который не посчитал смехотворным вопрос о парфюмерных вкусах нацистов. Ценили ли они, например, одеколон, производимый в этом большом рейнском городе? Категоричный ответ Кастора Зайбеля: — Наверняка нет. Они все это ненавидели. Echt Kölnisch Wasser — один из символов старой Германии и Веймарской республики, которые они стремились искоренить начисто. Гестапо и СС любили духи резкие, стойкие, одуряющие. Для них мужественность ассоциировалась лишь с сильными ароматами. Они, например, безумно любили одеколон «Русская кожа». У аромата «Русская кожа» украинское происхождение. Казаки издавна замечали, что если свежую березовую ветку очистить от коры и еще влажной потереть о кожаный сапог, то она будет испускать душистый и дурманящий запах. /// На сайте издательства открыт предзаказ на книгу "французского Зебальда" – Марселя Коэна "На внутренней сцене. Факты". Перевод Валерия Кислова. Книга приедет из типографии через пару недель. Эту книгу уже можно приобрести в формате pdf.
На сайте издательства можно предзаказать "Одиссею" в переводе Григория Стариковского (сейчас книги в печатном виде нет, будет через пару недель) в комплекте с книгой Рахили Беспаловой "Об Илиаде" – экзистенциальным прочтением гомеровского эпоса. Стоимость комплекта по предзаказу всего 1300 р.
https://jaromirhladik.com/podpiska
Я — Мастер процедуры переписывания. В чем же мое мастерство? В Малом Мире меня интересовало исключительно превращение одних слов в другие: меня попрекали, дразнили словами переделка, адаптация, иллюстрация, но я знал свое место. Я был садовник, ветеринар, патологоанатом и воскрешатель чужих слов. Сам я тогда, смеясь, примерял к себе самые разные определения этой страсти, способности, ремесла: Перевозчик переводчик перелицовщик? Но ты, смеясь в ответ, говорила: конечно, ты — переписчик, ты всего лишь переписчик, мой дорогой. Я вселялся в успокоившиеся, опустевшие, выморочные слова, и они снова из простых и плоских и таким образом ложных становились двигающимися сложными жалящими И здесь меня определили именно по специальности. Я беру бессмысленные ослабшие слова Оставивших и прикладываю их к себе, к своему пухлому, бесформенному, нежному, веселому, белому телу: они наполняются моей живой кровью. Я превращаюсь в них, а они превращаются в меня. Чьи только слова не прикладывал я к себе: Перро, Андерсена, Шамиссо, Шекспира и Чехова, кривляющиеся слова своих возлюбленных невыносимых друзей. Я наполнял себя ими, как медведь — сором и жиром земли перед зимой. Я становился медведь-волшебник. Ведь словам предстояло заснуть и проснуться, задвигаться во мне. Переписывание есть процесс совершенно физиологический. Чужие слова волновали меня гораздо больше, чем свои, я чувствовал себя и целителем и вором, они попадали ко мне сухие, блеклые, оставшиеся в своем, прошедшем времени, уже не способные никого взволновать, оскорбить, возбудить. Я брал их и переносил в свое время, брал истории, персонажей, положения, но все это во вторую очередь, в первую меня занимали сами слова, отдель ные, свободные, убийственные, как самые редкие драгоценности, у которых не может быть хозяина, обладание которыми всегда опасно для жизни. Полина Барскова*. Отделение связи Книга в формате pdf. В ближайшие дни в честь с 8-летием издательства все электронные издания на сайте издательства продаются со скидкой, всего за 200 рублей. Смотрите раздел Электронные издания. * Полина Барскова внесена в реестр иноагентов.
На страницах «Речи» Александр Бенуа не ведает жалости. Из рецензии: Черный квадрат в белом окладе — это <…> не случайный маленький эпизодик <…> в доме на Марсовом поле, а это один из актов самоутверждения того начала, которое имеет своим именем мерзость запустения и которое кичится тем, что оно через гордыню, через заносчивость, через попрание всего любовного и нежного приведет всех к гибели. К гибели! К гибели! К слову, активные боевые действия параллельно ведутся на Бал канах, в Африке и Малой Азии. Продолжаются бои в Сербии, у Великих Африканских озер, в Галлиполи. В результате газовых атак на западном фронте счет жертв идет на тысячи, хотя линия обороны противника до сих пор не сломлена. С учетом ситуации германское командование принимает решение заменить хлор более активным соединением хлора и фосгена. Мир толкают к гибели генералы, венценосные отцы, фабриканты. Все как один обладатели безупречных консервативных вкусов. Прекрасный художник Бенуа. Иллюстратор, сценограф «Русских сезонов». Главный по дворцам, паркам, спрятанным в тени античным статуям. По журчащим фонтанам, пастельным руинам, гуашевым облакам. Мир уже погублен. Искусство — ширма, только и всего. Штора, декоративная перегородка. Можно изобразить на ней дворец с фонтаном. Припудрить парики на статистах. Подвесить реквизит. Малевич опасен. В его руках классическая живопись мертва безнадежно. Шелестящая шелуха. Тошно Малевичу разрисовывать занавески. Рискованные опыты затевает. — Это не к добру, — гремит Бенуа. — Это не к добру, — кивает мать. — Это не к добру, — вторит отец (и радуется, даром что сам покойник). В декабре 1915 года Малевич становится лидером авангарда. Художники переходят под его знамена. Чего хотел, достиг. В эти же дни ему приходит повестка в действующую армию. Марчин Виха. Малевич: направление осмотра. Перевод с польского Елены Рыбаковой Книга в формате pdf. В ближайшие дни все электронные издания на сайте издательства продаются со скидкой, всего за 200 рублей. Смотрите раздел Электронные издания.
Открыт предзаказ на допечатку безусловного бестселлера – "Одиссеи" в переводе Григория Стариковского (совместное издание "Носорога" и Jaromír Hladík press). Очень трудно переломить привычное, "школьное" восприятие Гомера, говорящего русским гекзаметром, плавным, возвышенным, вальсирующим размером, романтизирующим гомеровскую архаику, размывающим ее предельную вещность. Похоже, это постепенно удается Григорию Стариковскому, чей перевод выполнен пятиударным тактовиком, размером на грани поэзии и прозы, "требующим взвешенного, внятного слова, способным передать в том числе и странноватое звучание гомеровской поэмы, написанной на смеси греческих диалектов".
Сегодня Jaromír Hladík press исполнилось 8 лет. Издательство пришло к этой дате со 150 книгами, но в относительно плачевном состоянии, несмотря на регулярно появляющиеся новинки и ближайшие планы, среди которых роман Фернандо Аррабаля, сборник статей о Вагинове, книга Алексея Конакова "Новые расследования по истории позднесоветской культуры", избранное Всеволода Некрасова, книги Сергея Финогина, Антона Светличного и Ласло Фёльдени... Вдаваться в подробности финансовой ситуации не будем, но хотим предложить вам помочь издательству – единоразовым взносом или подпиской. С нас книги в бумажном виде и формате pdf. Подробности по ссылке на платформу Френдли: https://friendly2.me/support/jaromirhladik/ Будем признательны за распространение этой жизненно важной информации. Кроме того, помочь издательству можно обычным способом – купив наши книги на сайте https://jaromirhladik.com
К 8-летию Jaromír Hladík Press снижены цены на электронные издания. Практически весь ассортимент издательства можно приобрести в формате pdf по 200 рублей в разделе "Электронные издания". Репосты очень важны.
Машины зрения ренессансных художников и значительно более позднее «зеркало Клода» порождают особый способ видения, сообщая миру, точнее, видимой глазом картинке, ту упорядоченность, которую зрение не в состоянии воспринять. «Это зеркало, — комментирует Михаил Ямпольский, — надо было носить с собой, когда человек отправлялся на природу, чтобы любоваться пейзажами, — довольно новое по тем временам занятие. Это темное зеркало обычно делалось из черного обсидиана овальной формы. Рекомендовалось смотреть на природу не прямо, а через темное зеркало, магически преобразовывавшее виды в подобие живописных пейзажей. Это зеркало создавало рамку, при этом овальную, сглаживающую углы. Кроме того, оно обеспечивало унификацию цвета. Темная амальгама обсидиана съедает все многообразие реального цвета и создает единую цветовую гамму, которая позволяет произвести гармонизацию и тотализацию пейзажа как определенной единой формы. Зеркало Клода не только окрашивало все в темные тона, создавая иллюзию живописного полотна, гармонизировавшего цвет окружающего мира на основе охры или зеленоватого. В центре оно передавало видимое четче, чем на периферии (в соответствии с физиологическим распределением периферийного и центрального зрения). Тем самым со здавалась дополнительная центрация пейзажа, возникал эффект единой композиции с ясно выраженным центром. Таким образом, это зеркало без усилий живописца преобразовывало реальность окружающего мира в картинку. А картинка — это видимый образ Природы. „Природа“ — это реальность, деформированная по краям, лишенная яркости, окрашенная в серовато-темные тона, которые считались гармоничными». Европейский художник Нового времени изображает не непосредственно видимый мир, а свое или общепринятое представление об этом мире. В этом смысле футуристы не совершают революции. Другое дело, что истинное лицо мира в их понимании бесформенно, и высокая функция машин (в том числе движущихся автомобилей) заключается в том, чтобы раскрыть нам эту бесформенность, которая оказывается еще и единством мира. Владислав Дегтярев. Мадонна среди руин Книга в формате pdf В ближайшие дни все электронные издания на сайте издательства продаются со скидкой, всего за 200 рублей. Смотрите раздел Электронные издания