Труба от качелей

Кто начнет большую войну на закате однополярного мира? США? Послушали тут на днях выступление Александра Дугина, который предлагает весьма стройную концепцию мировых процессов: идет борьба за сохранение однополярного миропорядка, на смену которому идет многополярный мир. Переход с высокой степенью вероятности должен случится через большую войну, потому что только так исторически ломались миропорядки. Мирный развал СССР, завершивший эпоху двуполярного мира, был исключением. Происходящие сейчас региональные войны с прямым или косвенным участием США являются предвестниками большой войны. Если война неизбежна, то к ней нужно готовиться со всей серьезностью – мобилизовывать экономику и тп. Чем такая война закончится предсказать сложно, так как будет зависеть от того, дойдет ли до обмена ядерными ударами. Европа? О высоких рисках большой войны уже давно говорит Сергей Караганов. Но для него корень зла находится скорее в Европе. От деградировавшей и иррациональной ведущей себя европейской элиты можно легко ожидать самоубийственной внешней политики. Благо исторических прецедентов полно. Прежде, правда, войны начинали лидеры-пассионарии. Ну так такие придут, если законы исторического развития их востребуют. И раньше большие войны были подкреплены сильной демографией - сейчас воевать некому, и живут европейцы слишком долго слишком хорошо. Но промывание мозгов и закручивание гаек вплоть до скатывания в фашизм, могут порешать и эту проблему. А если большая война неизбежна, то стоит нанести превентивный удар, чтобы остудить пыл. И удар такой скорее всего в итоге придется наносить ядерным оружием, потому что иным способом вернуть страх в европейскую элиту, вряд ли получится. Китай? Китай готовится к большой войне и морской блокаде, как недавно весьма убедительно продемонстрировал в "Новой Великой стене" Василий Кашин. С Китаем, правда, все менее однозначно. С одной стороны, Китай и Тайвань не скрывают приготовлений к войне друг с другом. Ключевым вопросом для Китая, помимо достижения желаемого уровня боеготовности, размера и качества вооруженных сил, и накопления необходимых запасов на случай блокады, является – вступят ли США в войну за Тайвань? И здесь, совсем не исключено, что демонстративная подготовка тыла, запасов, системы гражданской обороны и так далее Китая, предназначены, чтобы удержать США от вступления в войну. Но вот удержатся ли США? У крупнейшей ядерной державы – России, не получилось предотвратить участие США в войне на Украине, хотя получилось в какой-то момент остановить эскалацию. Пока поведение Китая, который несмотря на свою огромную экономическую и военную мощь, воздерживается от применения военной силы, дает повод для сомнений в его решительности. К примеру, не «чистят» ли руководство китайской армии, потому что тамошние генералы не хотят воевать? Насколько хотят воевать США? Видно, что США готовы воевать чужими руками и «на удаленке». Но также очевидно, что там очень болезненно воспринимают солдатские гробы, завернутые в звездно-полосатый флаг. Даже у себя под боком, в Венесуэле, США не пошли на наземное вторжение, ограничившись фактически сохранением правящего режима. На Украине, стоило замаячить перспективе серьезной эскалации со стороны России, еще кстати при Байдене, как США приостановили эскалацию. А Трамп вообще делает вид, что американцы как бы в конфликте не участвуют, и играет роль посредника. В Иране если ничего не поменяется, и США не решат любой ценой (то есть применением ядерного оружия) добиться победы, все идет к тому, что они отползут. США может быть и были бы готовы вести затяжную войну, но запаса прочности арабских монархий и Израиля вряд ли хватит. Пока все складывается так, что союзники США страдают, а противники дают эффектный отпор. Можно поспорить, но похоже, что сами того не желая, и относительно мирным путем США очень успешно разрушают старый миропорядок и не хотят доводить до большой войны.

В России в ДТП в 2025 году погибло более 13.9 тыс человек. Чем не повод запретить легковые авто? Но можно подойти еще системнее и запретить сразу дороги.

Если интерпретация авторов "Новой Великой стены" верна в том, что Китай готовится к большой войне (которую при этом совсем не обязательно готовится начать сам) и морской блокаде, это вполне логично объясняет, почему Китай так мягко реагирует на откровенно враждебные действия США, которые системно разрушают китайскую сферу влияния в мире. Панамский канал, Венесуэла, теперь Иран. Репутационный и экономический ущерб, который несет Китай, это та цена, которую Пекин готов платить за отсрочку, необходимую для подготовки к войне и блокаде. Советский опыт. Своими действиями Китай не может нам не напоминать СССР в преддверии ВОВ. Тогда тоже война считалась неизбежной, а страна неготовой, поэтому старались начало максимально отсрочить. Мы помним, чем это все кончилось. Концепция выстраивания тыла, заводов дублеров, создания стратегических запасов ресурсов, системы гражданской обороны и тп тоже весьма советская. Но как показал опыт СССР, глубокого тыла и запасов ресурсов может быть недостаточно, чтобы выиграть даже невоенное противостояние, если руководство настроено идти на сделки с США. Про то, что к тому времени, когда накопленные запасы вооружений и боеприпасов оказались востребованы, многие из них успели морально и физически устареть, вспоминать не будем. Также как, и про то, что сам по себе ядерный арсенал, который сейчас активно наращивает Китай, совсем не защищает от прокси-войны с США. Если только страной не руководят в стиле Северной Кореи. А какая война? Китай же в трезвом уме и не собирается нападать на США, так же, как и США вряд ли решат нападать на Китай. Наиболее логичным ответом является только Тайвань. Это единственный потенциальный конфликт, где Китай в открытую готовится к войне, а США также в открытую декларируют готовность выступить против. Демонстративная подготовка - способ избежать войну? Вся впечатляющая фактура, собранная и систематизированная авторами статьи, была получена из китайских публичных источников: ни от кого не скрываемых решений руководства Китая, компартии и правительства. Не стоит ли расценивать такую демонстративность, как способ как раз избежать войну с США? Сигнал, что США совсем не стоит ввязываться, когда Китай решит вернуть Тайвань военным путем. Переосмысление войны на Украине. Исходя из предлагаемой логики Пекина, то есть того, что Китай фактически «покупает» себе отсрочку на подготовку к «своей» войне, можно предположить, что Пекин должен быть заинтересован в затягивании войны на Украине. Пекину совсем не нужно, чтобы Москва ее быстро заканчивала – нужно связывать внимание и ресурсы США. Если так, то в интересах Китая и более активная (ресурсная) поддержка Украины со стороны США. Чем больше американцы растратят военных ресурсов, тем меньше их останется на войну с Китаем. Война в Иране. Хотя Китай, как чистый импортер нефти, страдает от роста цен и сокращения поставок, но это та цена, которую он платит за то, что американцы интенсивно тратят свои военные ресурсы, в частности такие небыстро возобновляемые, как ракеты для ПВО. Это собственно объясняет вполне мягкую реакцию китайцев на нападение США на Иран - важный источник нефти для Пекина. Что не вписывается в предлагаемую логику? Если Китай действительно столь всерьез настроился на морскую блокаду, то он должен был бы быть очень заинтересован в активном развитии разного рода трубопроводного сообщения с Россией для обеспечения поставок нефти и газа, которые не зависят от моря. Но как мы наблюдаем, после Силы Сибири -1 остальные проекты развиваются ни шатко, ни валко. Хотя, может война в Иране изменит и это отношение Китая. https://globalaffairs.ru/articles/stena-kashin-smirnova-yankova/

Зачем Трампу война в Иране – в поисках логики Контроль над нефтяными запасами? В эту логику вписывалась операция в Венесуэле, интерес к Гренландии и Канаде, и Иран с его 3ми крупнейшими нефтяными запасами. На что можно возразить, что с тех пор, как США стали чистым экспортером нефти (2020 г.), им перестало быть столь необходимым контролировать нефтяные ресурсы, если только они не находятся где-то под боком. При этом в случае Венесуэлы оказалось, что даже там (удобно проводить наземное вторжение + огромные запасы) совсем не обязательно менять власть и физически захватывать месторождения, если можно договориться. Иран был готов договариваться. Да и так ли нужна иранская нефть, если США уже достаточно давно снизили свою зависимость от поставок нефти из Персидского залива (менее 9% импорта)? Удар по России или Китаю?! Любая дестабилизация в основном регионе мировой нефтедобычи неизбежно влечет за собой рост цен на энергоресурсы. Это выгодно США, как чистому экспортеру. Но это также выгодно и России, хотя ее нефть сейчас и продается с большим дисконтом к рынку. Проверенный способ нанести ущерб России, как это было в 1980е гг с СССР, состоит в обратном - договориться с Саудитами, чтобы увеличить поставки нефти на рынок и обрушить цены на нефть. Дестабилизация Персидского залива и рост цен вредит чистым импортерам нефти, прежде всего Китаю, на который приходилось около 80% экспорта иранской и более 80% экспорта венесуэльской нефти в 2025 г. Удар по Ирану в продолжение цепочки Сирия и Венесуэла вписывается только в геополитическую логику ослабления России, но не экономическую. Если же в эту цепочку включить Панамский канал, где США отобрали контроль у гонконгской (читай китайской) компании, то более логичной выглядит гипотеза, что главной мишенью США все-таки является Китай. Ему обрубают источники дешевой санкционной нефти и последовательно разрушают его глобальный логистический проект - «один пояс-один путь». Ослабление Европы! Европа является вторым крупнейшим в мире чистым импортером нефти после Китая. Не менее логичным является аргумент, что США продолжают ослаблять Европу, как крупного экономического конкурента, продолжая и его последовательно отрезать от стабильных поставок НЕамериканских нефти и газа и повышать их цену. Время поджимает? Израильский премьер, когда говорит, что на самом-то деле Израиль вместе с США «спасают [аж целый] мир» от потенциальной иранской ядерной угрозы не лукавит в одном – Трамп действительно является «великим другом [Израиля]». Если верны ожидания, что Трамп осенью проиграет промежуточные выборы в Конгресс и потеряет большинство в обеих палатах, то у Трампа оказывается оставалось не так уж много времени, чтобы напасть на Иран. Выборы?? С одной стороны, все выглядит так, будто нападением на Иран Трамп убивает одним выстрелом сразу много зайцев: помогает Израилю решать его стратегические задачи, экономически ослабляет Китай и Европу, геополитически – Россию, повышает спрос на американские нефть и газ и увеличивает заказы на американские вооружения и боеприпасы. Но все это относительно долгосрочные выгоды, которые вряд ли помогут выиграть осенью выборы в Конгресс. Война же в Иране скорее повышает шансы проиграть - если затянется и не получится достичь заявленной цели - сменить режим в Тегеране. Просчеты и гештальты. А США уже не первый раз ошибаются, ставя на смену режима изнутри. Насколько такая ставка может быть ошибочна, мы знаем по себе, судя по тому, как в Вашингтоне до совсем недавнего времени всерьез поддерживали политиков, в реальности не пользующихся массовой популярностью. В Иране пока все выглядит скорее так, что нация сплачивается вокруг флага, а силовые структуры только укрепляют власть. Почему бы США не ошибаться и с Ираном? Ну и конечно совсем не стоит исключать того, что Трамп закрывает гештальты – пытается вернуть США туда, откуда их когда-то выперли. Куба, которая недавно вернулась в активную повестку Вашингтона, прекрасно вписывается только в эту логику.

https://max.ru/join/BTyagq7Gd7_xRMNRFc_rzRYAnDS1G_NnqYGTYSyvNf0

В общем, сделали дублер в Максе, чтобы был. Копировать туда пока не будем, тексты вроде пока и в Телеге нормально грузятся. Ну а дальше как пойдет...

Тут наши прекрасные конспирологи усмотрели в начале операции Израиля против Ирана практически ветхозаветную символичность – мол, атака была начата в канун большого еврейского праздника Пурим (3 марта). Оставим за скобками тот факт, что атака на Иран началась 28 февраля, то есть такой немного растянутый "канун" выходит. Символизм, согласно конспирологам, состоит в том, что сей праздник был учрежден в память о спасении евреев, проживавших на территории Древней Персии, то бишь современного Ирана, от истребления Аманом-амаликитянином, одним из приближенных придворных персидского царя Артаксеркса. Причиной, из-за которой Аман невзлюбил евреев, был Мардохей, двоюродный брат Есфири, жены Артаксеркса, которому вместо Амана царь оказывал слишком большие почести. Аман ввел Артаксеркса в заблуждение и добился выпуска царского указа об истреблении евреев, проживавших в тот момент в «Вавилонском плену» на территории Персии (Вавилон, который изначально пленил евреев, был захвачен персами). Узнав об указе, жена Артаксеркса, еврейка Эсфирь обьяснила царю, что Аман возводит на евреев напраслину и попросила евреев не убивать. В итоге Артаксеркс разрешил евреям защищаться (отменить указ в то время было невозможно), в результате чего евреи убили большинство своих врагов, пришедших их убивать. После чего стали пиршествовать и веселиться. А Амана царь повесил на виселице, которую тот приготовил для Мардохея. Соответственно, согласно конспирологам, выходит, что, как и в древние времена (V в до Р.Х.), евреи не просто спаслись, но еще и уничтожили своего главного врага, который хотел их буквально истребить. Печальная ирония проведения такой исторической аналогии состоит в том, что именно Персидский (то есть иранский) царь Кир Великий разрешил евреям вернуться из «Вавилонского плена» обратно в Иерусалим и восстановить Иерусалимский храм, разрушенный вавилонским царем Навуходоносором. Более того, он вернул все сокровища, вывезенные из храма. Хотя Артаксеркс и приостановил восстановление храма, Дарий (считается сыном Артаксеркса) его возобновил. При чем не просто разрешил возобновить стройку, но еще и прислал денег. Таким образом, именно персидские цари были теми, кто прекратил гонения на евреев, дал им возможность вернуться обратно в Иудею, разрешил восстановить Иерусалимский храм, да еще и всячески этому способствовал.

А только нас смущает, когда некоторые наши СМИ вслед за Израилем называют удар по Ирану превентивным без кавычек?

О возможности добиться "пророссийской" власти в Киеве – расставание с иллюзиями Спекуляции о возможных выборах на Украине дают повод поразмышлять: а есть ли у нас возможность посадить в Киеве дружественную или хотя бы невраждебную нам власть? Некоторые вообще полагают, что воевать нужно до тех пор, пока мы этого себе не обеспечим. Если до войны, нужно признать, у нас не получилось, то насколько реалистичной будет такая цель сейчас? Стоит ли использовать те же инструменты, что и до войны, зная, чем все кончилось? Роль Запада. Можно оправдывать провал нашей политики на Украине тем, что нам помешал Запад. Но применительно к сейчас влиять будет еще сложнее – у России «пряников» практически не осталось, тогда как Украина фактически стала полным сателлитом Запада. Регионы. Тот факт, что Крым и 4 региона выбрали Россию показывает, что наша региональная стратегия оправдалась, но ценой потери рычагов влияния на Киев. Да и пока они были внутри, нужно признать, воспрепятствовать прозападному развороту Киева, у них не получилось. Общая культура. Общий язык, культура и православие, история и родственные узы сами по себе, оказалось, не могут противостоять давлению враждебного государства и угрозам со стороны националистов. И до войны было заметно, как сильно были промыты мозги молодежи. Без возможности влиять на систему образования и содержание учебников, чем дальше, тем на Украине будет оставаться все меньше тех, для кого русская культура и язык будут играть роль «скреп». После потери возможности получить работу в России, мотивация учить русский язык должна была совсем пропасть. Даже в случае отмены законодательных запретов, без запрета и жестких репрессий в отношении националистов, многие из которых легализовались в силовых структурах, сложно себе представить восстановление русской культуры на Украине. Пропаганда. И в довоенные времена мы проигрывали в использовании мягкой силы. Доступ к нашим СМИ не предотвратил промывание мозгов. Влияние на образование и учебники (не только на Украине!) нами было полностью проигнорировано. Сейчас возможностей влиять на тамошние мозги осталось гораздо меньше, и судя по тому, что грозятся прикрыть Телеграм, задача поддержания эффективных каналов коммуникаций с русскоязычным миром не в приоритете. Образ будущего. Некоторые считают, что Украине нужно было нарисовать привлекательную экономическую перспективу. Так до войны мы же предлагали! И доступ к рынку СНГ, и открытые границы, и возможность зарабатывать на транзите грузов и энергоносителей, и возможности для остатков технологичной промышленности. Не сработало даже тогда, когда экономические выгоды для Украины от участия в СНГ были выше, чем от интеграции с Европой. Сейчас ничего и близко сопоставимого мы Украине предложить не можем. Деньги. Выборы на Украине решают деньги и финансовые рычаги влияния, в том числе угроза на арест зарубежных активов и счетов, перспектива финансирования. У нас этих инструментов в распоряжении нет и по глубине мошны мы не можем конкурировать с Западом. Элита. Наш главный просчет. Если коротко, то деньги взяли, а обещаний не выполнили. В отличии от Грузии, государства с древней историей государственности, у Украины нет национально ориентированной элиты, которая вдобавок за время войны пришла в еще большую зависимость от Запада. Кнут. Только с началом СВО Россия, по-хорошему, перестала пытаться влиять на Украину только при помощи пряников. Однако тамошняя элита нас до сих пор особо не боится. Пора перестать играть в конструктив на Украине. Мы должны помогать НЕ тем, кто нас хочет обмануть, говоря, что из Киева будет проводить пророссийскую политику, а тем, кто хочет все это развалить. Пора расстаться с иллюзией создать «пророссийскую» оппозицию, которая сможет взять власть в Киеве. Ну и в контексте решения нашей более общей геополитической задачки – возврата страха элите европейской, почему бы не начать с украинской?

Идея заблокировать Телеграмм последовательна только в одном – попытке в очередной раз довести благие помыслы до полного абсурда. При всех наших скромных успехах в ведении информационной войны в глобальном масштабе, уж на русскоязычном пространстве пока все шло неплохо во многом именно благодаря Телеге и частной инициативе в ней. Поэтому нет ничего более «своевременного», чем желание в разгар жесточайшей информационной войны предлагать блокировать фактически единственный информационный ресурс, в котором России весьма удачно удается проводить свою повестку. Телеграмм - низко-затратный, но при этом очень эффективный инструмент мягкой силы, который позволяет кратно усиливать влияние официальных и около-государственных СМИ и пропагандистов весьма серьезной частной независимой экспертизой и инициативой. Более того, Телеграмм является фактически единственным ресурсом, где есть возможность эффективно доносить свою точку зрения до глобальной, прежде всего русскоговорящей, аудитории, и вести успешные информационные войны в таких горячих точках, как Украина. Но мягкая сила нужна не только в борьбе за умы «там», но и за состояние умов внутри страны. Высвободившаяся информационная ниша пустой не останется. Только при переходе к отечественным решениям, в силу их специфики (в Максе минимальный порог для собственного канала 10 тыс подписчиков и его еще докручивать и докручивать, а ВК вообще был сделан для другого), существенная часть аудитории будет потеряна. При этом молодежь, которая и так-то воспринимает Телеграмм как нечто олдскульное, ей ближе «клиповые» электронные СМИ, вообще скорее всего «забьет». То есть мы не просто добровольно хотим отказаться от такого важного канала проведения информационной политики в отношении нашей молодежи, но еще и подтолкнуть ее к НЕ нашим социальным СМИ. Очень хочется верить, что ТГ не станет еще одной несомненно яркой, но весьма печальной иллюстрацией известного выражения: «вырвать поражение из челюстей победы». В данном случае победы в информационной войне на своем поле.

Мирная сделка: плюсы и минусы Плюсы. Предполагая, что мирный договор будет заключен на условиях, в целом, устраивающих Россию, включая запрет на присутствие войск НАТО на Украине, маленькую по размеру ВСУ (никаких 800 тыс.), вывод войск ВСУ и признание США российских конституционных территорий, вкл Крым, прекращение гонений на русский язык, культуру и РПЦ, и тд. Заключение мира позволит нам сберечь людей, сократить расходы на оборону и переориентировать высвободившиеся ресурсы на ре-индустриализацию, Сибиризацию и другие важные векторы внутреннего развития. Вероятно, США частично отменят санкции (технически возможно в виде специальных лицензий OFAC) и возобновят ограниченное экономическое сотрудничество. Это позволит повысить доходы бюджета (уйдет дисконт на нефть), а также поставит Россию в лучшую переговорную позицию с Китаем и Индией, которые весьма откровенно пользуются ситуацией. Суверенной части Европы будет проще пойти наперекор Брюсселю и вернуться к двусторонним экономическим связям с Россией. Появится шанс на возобновление сотрудничества с высокотехнологичными странами ЮВА, такими как Япония и Южная Корея. В общем, мирная сделка может сильно помочь ре-индустриализации и развитию технологического суверенитета России. Минусы. По мнению ряда экспертов, нам вряд ли сейчас удастся заключить мирное соглашение, которое действительно позволит нам дипломатическим путем достичь всех целей СВО. Расчет получить выгоды, прежде всего в экономике, может диктовать желание пойти на компромиссы в геополитике. У части нашего общества это неизбежно вызовет разочарование. Непонятно, правда, насколько это беспокоит наше руководство. Далее. Когда Европа не скрывает своих милитаристских планов и говорит о неизбежности войны с Россией, мирные соглашения сложно воспринимать иначе, кроме как способ «купить» передышку для отдыха, перевооружения и восполнения арсеналов. Эта теория объясняет желание Киева иметь абсолютно излишнюю по размеру (с учетом размера страны и ее финансовых возможностей) 800 тысячную армию. Киев пытается продаться в качестве ландскнехта Европе. Там же воевать все равно некому, а платить Киеву выйдет дешевле, чем создавать собственную армию. Когда мирные договоренности по Украине, судя по всему, не подразумевают сделки с европейцами и США касательно новой архитектуры безопасности в Европе, риски новой войны вполне очевидны. Таким образом зачем идти на мирные соглашения, которые лишь откладывают неминуемое - войну с Европой? Плюсы продолжения войны. Если возобновление войны неминуемо, то демилитаризацию Украины нужно доводить до конца. Ряд экспертов ожидает, что перевес в численности в этом году может все-таки привести к обвалу фронта. Есть возможности для эскалации: после разрушения энергетики, можно приниматься за логистику и другие цели. Если прав Сергей Караганов, что европейскую элиту, которая потеряла страх и рассудок, нужно напугать, то делать это надо, пока идет война на Украине. Пугать нужно начинать с применения конвенциональных средств, и запугивание лучше начинать с европейской периферии, стран, которых никому не жалко, и за которых США не впишутся. Пугать после заключения мирных соглашений будет гораздо сложнее – без поводов мы не можем, да и "мировое большинство" может не понять. Участие в переговорах. Пока нет никаких признаков того, что мы готовы сдать наши принципиальные позиции. Москва регулярно отвергает звучащие в СМИ хотелки Киева, а Киев также регулярно жалуется на неприемлемость наших требований. Выдвижение жестких требований можно объяснить тактикой переговоров, чтобы было что сдавать, а можно и тем, что обе стороны пока не особо-то хотят договариваться. Киев пытается вернуть США и удержать Европу. Москве же участие в переговорах, как собственно и активность Дмитриева, нужны, чтобы Трамп оставался в стороне. Иными словами, переговоры нужны, чтобы США нам активно не мешали воевать.

О файлах Эпштейна Разделяя злорадство многих комментаторов по поводу того, что популярная «теория заговоров» нашла себе подтверждение, пытаемся понять, а может ли быть какой-то практический смысл от вновь вскрываемых фактов в файлах Эпштейна для реальной политики России? Смена правящей элиты Запада?! Некоторые наблюдатели доходят до предсказания смены чуть ли всей правящей элиты Запада по причине ее полной дискредитации. Мы не только не разделяем их оптимизма, но еще и обращаем внимание на вопрос. А какую элиту нам правда нужно снести? Трампа, с которым у нас вроде как получается выстроить диалог, консервативных Вэнса и Рубио, или все-таки европейцев, которые в открытую готовятся с нами воевать? Разоблачения в США. Несмотря на то, что эпицентр скандала находится именно в США, никакой особой волны разоблачений и отставок там не наблюдается. Фамилии всплывают скорее из мира бизнеса. Подозреваем, что первой фамилией, по которой делался поиск в файлах Эпштейна, был Трамп. Судя по тому, что ничего криминального в его отношении пока не всплыло, весьма вероятно, что и не всплывет. Рейтинг Трампа падает, но скорее по другим причинам, прежде всего, из-за «перегибов» в войне против миграции и проблем в экономике. Чету Клинтонов вызвали давать показания, но не в суд, а пока только в Конгресс. Подозреваем, что если бы нашли что-то серьезное против Билла, то об этом бы успели рассказать в СМИ. Влияние на исход выборов. Главный вопрос файлов Эпштейна, представителям какой партии – республиканцев или демократов будет нанесен наибольший репутационный урон? Пока страдает лишь Трамп, но его репутация далека от уничтожения. Поглядим на последствия допроса Клинтонов. Удар по ним, как столпам партии, может иметь последствия для всей партии. Катализатор для смены поколений? Рискнем предположить, что фамилии молодой части команды Трампа, того же Вэнса и Рубио, вряд ли появятся в файлах Эпштейна, просто потому, что те были ниже его «экрана радара». Это соответственно может ускорить ротацию внутри республиканского истеблишмента в пользу увеличения веса «молодежи». Аналогичная ротация светит и демократам, но не факт, что им это пойдет на пользу. У них не видно ярких молодых политиков, калибром аналогичных Вэнсу и Рубио, которым старшие товарищи не дают дорогу. Европейцы мимо. Похоже, что скандал с Эпштейном проходит европейскую элиту по касательной. Пока жертвами скандала стали только статусные политики, не из действующих правительств и не в континентальной Европе. В Великобритании и так мало популярного принца Эндрю лишили привилегий и шансов на престол, а видного лейбориста, бывшего министра, Питера Мендельсона выгнали из Палаты Лордов. Но последнее мало на что влияет - рейтинг лейбористов и так рекордно-низкий. Еще в Словакии подал в отставку советник Президента, тоже бывший министр. Пока нет никаких намеков на какие-то системные перемены в элите, находящейся у власти. Война с Ираном - операция прикрытия? С учетом публикации огромного массива файлов Эпштейна, можно заново взглянуть на подготовку Трампом войны с Ираном, как способа перекрыть информационную повестку, если понадобиться. Чем он хуже того же Нетаньяху, который, как считается, начал войну в Газе, а потом и с Ираном, чтобы избежать уголовного наказания? И является ли простым совпадением снижение градуса напряженности со стороны США с тем, что похоже на Трампа ничего нового не всплыло. Пишут, что с Ираном начаты переговоры, а военно-морскую армаду вообще отвели подальше от границы с Ираном, якобы, чтобы выйти из зоны поражения иранских ракет (будто их радиус поражения стал известен только сейчас). Может, конечно, война с Ираном готовилась в других целях, и так просто совпало, что отсутствие нового компромата на Трампа, ее приостановило. В общем, файлы Эпштейна вряд ли сотрясут устои американского общества и еще менее вероятно приведут к смене европейской элиты. Шума много, но практических выгод для России никаких.

Размышления о тактике ведения информационной войны и энергетическом перемирии на Украине О формировании ожиданий. Выбранная нами стратегия информационной политики в стиле анекдота времен 2022 г. про двух танкистов, пьющих кофе на Монмартре, со словами, а вот информационную войну мы все-таки проиграли, неизбежно приводит к тому, что даже во внутрироссийском информационном поле часто доминируют западные нарративы. К примеру, о мирных переговорах по Украине мы, как правило, узнаем из западных СМИ. Можно верить в непреднамеренность утечек, Запад - информационное решето; а можно и в то, что таким образом на нас оказывают влияние, формируя наши ожидания. Наше же руководство не успевает или не считает нужным опровергать все выносимое в паблик, поэтому приходится домысливать. Новое «энергетическое перемирие» с Киевом. Пишут, что, как и в прошлом марте, нас опять попросил Трамп, и мы, якобы, согласились сделать паузу на неделю. В этот раз без официальных объявлений. Видимо, потому что не хотим объясняться, что мы воюем не с народом, и вообще украинцы нам «братья». В Белгороде могут не понять. Ближайшие дни покажут, правда ли будет пауза. Оставляя за скобками вопрос оправданности таких уступок, в принципе, не только во время переговоров, обратим внимание на еще одну проблему. Демонстрация нерешительности. Стоит ли Европе опасаться ядерных угроз Москвы, если та даже не готова пойти на полное выключение света в Киеве, пусть и в разгар морозов? Переговоры о мире. Противник ведет достаточно эффективное информационное сопровождение переговорного процесса, которое позволяет оценить контур договоренностей в том виде, на которые хотят выйти в Киеве. Россия включилась в прямые переговоры с Киевом только что, но сразу на уровне, как пишут, «технических команд». Значит ли это, что если мы пошли обсуждать детали, то план Уиткоффа нас устраивает, даже несмотря на то, что как писали, его сильно выхолостили и сократили до 20 пунктов? Москва не комментирует ход переговоров, ограничиваясь лишь публичным опровержением некоторых переговорных позиций время от времени. К примеру, Лавров только что подтвердил, что выдача США гарантий безопасности Украине для нас неприемлема. Но означает ли это разворот США, которые все-таки решились пойти на такие гарантии? А если мы не опровергаем другие пункты договоренностей, значит ли это, что мы с ними готовы согласиться? Подозреваем, что нет, но в силу выбранной нами информационной тактики – можно только предполагать, как и с ответами на другие вопросы. А как быть со Стамбульскими принципами и насколько «дух Анкориджа» им соответствует? Если утечки в СМИ не врут, то США от Украины требует меньше, чем Россия в Стамбуле. Так, глава Госдепа Рубио на вчерашних слушаниях в Сенате сказал, что территория Донбасса осталась якобы последним неразрешенным вопросом на переговорах. Отметим, что ни гарантии безопасности России, ни прочие цели России, не говоря уже о других территориях, в качестве предмета переговоров в западных источниках не упоминаются. Хочется верить, что это лишь является следствием поэтапного хода переговоров, когда вначале Вашингтон добивается компромисса от Киева, и лишь потом намеревается утрясать вопросы с Москвой. Иной взгляд на нашу информационную тактику. Несмотря на то, что Россия проигрывает в информационной войне, ее военные успехи, неизбежность поражения Киева и опасение риска третьей мировой, диктуют желание США выскочить поскорее из неудачного проекта. Ради чего они даже готовы ссориться с Европой. Наше руководство адекватно оценивает наши возможности вести информационные войны, поэтому не видит необходимости в них активно участвовать. Процесс переговоров, сколько бы мы не называли его дипломатическим способом достичь целей, нужен именно для того, чтобы держать США в стороне от войны. А энергетическое перемирие, если даже и случится, будет коротким, что не даст возможности ничего в Киеве восстановить – ущерб слишком велик. Но, если это дает возможность поддерживать конструктив Трампа, то почему бы и нет.

Об уместности использования «корейского сценария» как исторической аналогии Хотим еще раз вернуться к оценке адекватности «корейского сценария» в качестве исторической аналогии одного из вероятных исходов войны на Украине. Уточним, что под «корейским сценарием» обычно подразумевается окончание войны по линии боевого соприкосновения, провал в достижении целей войны и послевоенная жизнь на расстоянии пушечного выстрела, Сеул мол так и живет. Худой мир лучше риска свалиться в ядерную войну, поэтому нужно брать сделку, которую нам предложат американцы, даже если она нас не будет устраивать. Одной из причин затягивания войны на Украине и растущих рисков вступления Европы в прямой конфликт с Россией (о чем в Европе говорят, не стесняясь) является то, что Европа потеряла страх перед ядерным оружием. А это вкупе с утратой адекватности большей частью европейской элиты весьма наглядно воплощает формулу «слабоумие и отвага». Оказывается, однако, что страх перед ядерным оружием «теряли» и раньше, и не только по причине утраты адекватности правящей элиты. Ладно Россия, можно поспорить, что ее сложно заставить бояться, потому что она ни разу ни на кого не сбрасывала бомбу, но как быть с США? Страх был потерян буквально уже через 5 лет после бомбардировок Хиросимы и Нагасаки, когда СССР и Китай пошли в прямое столкновение с США в Корее в 1950 г. Американская The New York Times в 1984 г в статье «Американские газеты рассказывают о политике 53его года по применению А-бомбы в Корее» проанализировала рассекреченные архивы администрации Президента Эйзенхауэра. Там отмечается, что Белый дом заботила проблема того, что никто не верит в способность США снова сбросить ядерную бомбу. Так, на встрече 27 марта 1953 года ее участники согласились с тем, «что так или иначе табу, окружающее применение атомного оружия, должно быть уничтожено». Как пишет NYT со ссылкой на протоколы, «хотя госсекретарь Даллес признал, что при нынешнем состоянии общественного мнения в мире мы не можем использовать атомную бомбу, сейчас мы должны приложить все усилия, чтобы рассеять это чувство». Ядерная угроза как способ ускорить затянувшуюся войну? Тоже было. На заседании Совета национальной безопасности 11 февраля 1953 года, согласно рассекреченным протоколам, Эйзенхауэр согласился с Главой Госдепа, Джоном Даллесом, в том, что «мы не можем продолжать в том же духе [вести войну] бесконечно». В мае 1953 года Совет национальной безопасности США обсуждал меморандум, в котором предлагалось шесть вариантов снятия военных ограничений, включая отмену запрета на бомбардировки Китая и усиление авиаударов по Северной Корее. После смерти Сталина 5 марта 1953 года СССР был готов окончить войну в Корее. Но заключению мирного договора препятствовали китайцы. Считается, что в 1953 г Вашингтон впервые в истории прибег к открытому «ядерному шантажу», после которого Китай был вынужден принять условия мира. Справедливости ради напомним, что на тот момент Китай не обладал ядерным оружием, а СССР значительно уступал США, поэтому последние чувствовали себя свободнее, занимаясь таким шантажом. Возвращаясь к обсуждению целей в Европе для нанесения Россией первого ядерного удара в случае эскалации войны из недавнего интервью Сергея Караганова Такеру Карлсону. Если аналогия с «корейским сценарием» столь близка, то давайте последуем ей и в свете этой дискуссии. Получается, что угрозы предпочтительнее делать в отношении стран, не обладающих ядерным оружием. Зачем сразу Великобритания и Германия? Демонстрации серьезности наших намерений даже не по их территории, мы уверенны, будет вполне достаточно.

Слом миропорядка: о пользе ситуативных союзов, даже с США Трамп скорее всего не ставит себе целью ломать миропорядок, вносить раскол в ряды НАТО и уж тем более продвигать многополярность. Но это у него тем не менее неплохо получается, пока он пытается удовлетворять личные амбиции и работать на победу на следующих выборах. Многополярность. Нам всегда представлялось, что многополярность - это не про сплоченный Запад, а про динамичный Юг. До начала СВО процессы образования новых полюсов шли неспешно и естественно, сообразно накоплению экономического могущества Китая и возвращению России к более активной роли в международной политике. Беспрецедентные санкции против России, в т.ч. отключение от доллара, вынудили Москву заняться развитием альтернативы Западу (на базе БРИКС) и подстегнули к ней повсеместный интерес. Представлялось, что роль США (при Байдене) в качестве катализатора глобального процесса на этом и закончилась. При этом поддержка Украины только консолидировала Запад. Внешние следствия внутренней политики США. Трамп, придя в Белый дом, начал сворачивать миграцию, ЛГБТ, инклюзивную повестку, «мягкую силу», поддержку Украину и тп, в целях решения внутриполитических задач – повышения популярности республиканцев среди сторонников традиционных ценностей и ослабления демократов. Но именно благодаря этим решениям пошли первые трещины внутри НАТО и Европы. Вероятно, что Белый дом вообще мало заботился о внешнеполитических последствиях своих действий, там внутренняя повестка всегда доминирует над внешней. А внешнюю повестку используют для решения внутренних задач. Идеология. Одним из наиболее неожиданных решений Трампа стала отмена «повестки». Как сказал Министр обороны США Питер Хегсет: «никаких больше дядек в юбках [в армии]». Таким образом США сами стали разрушать идеологические скрепы трансатлантического партнерства. Европа не может повторить столь стремительный разворот, по крайне мере, до тех пор, пока не пройдут выборы и не сменится правящая элита. Да и то не факт, что разворот произойдет. Поэтому полагаем, что идеологический раскол между США и Европой будет надолго. Война. Выход США из украинского проекта поставил Европу перед еще одной проблемой – там отвыкли самостоятельно обеспечивать собственную стратегическую безопасность. Европа привыкла жить в парадигме «стратегического паразитизма». Очень показательны метания «коалиции желающих» по поводу ввода войска на Украину: то в разгар войны, то после мира и под защитой США, то, только если Россия сама на это согласится – то есть, чтобы никаких рисков для Европы не было. Привычка жить «стратегическим паразитом» объясняет и лихорадочные попытки Европы вернуть США в Украинский проект любой ценой. Гренландия. Намерение США аннексировать остров разрушает еще одну трансатлантическую скрепу – незыблемости «мира, основанного на правилах» [для своих]. Хаотичные перемещения 13 немецких солдат вначале в, а потом из Гренландии являются прекрасной иллюстрацией той растерянности, в которой пребывает европейская элита. Могильщик «стратегического паразитизма». Своими действиями в отношении Украины и Гренландии Вашингтон не только принуждает Европу к стратегической самостоятельности, но и добавляет поводов для раскола. Пишут, что в попытке остановить США немцы додумались до того, чтобы существенно поднять стоимость аренды американских баз. Чем не хороший повод для США вообще вывезти базы, особенно после возвращения к «Доктрине Монро»? Так или иначе, но США вынуждают Европу самостоятельно думать о своей безопасности. В заключение. Как бы мы ни относились к Трампу, даже учитывая его привычку вести себя, как слон в посудной лавке, мы все ж не могли рассчитывать на столь быстрое потрясение основ НАТО и Европы. Ну и на то, что он подхватит у Байдена эстафету по развитию многополярного мира.

Многие обратили внимание на несколько выпадающее из предыдущей антироссийской риторики заявление немецкого канцлера Мерца на новогоднем приеме в Торгово-промышленной палате Галле-Дессау 15 января, где он вдруг вспомнил, что Россия – европейская страна, и заговорил о восстановлении отношений. Напомним хронологию. Среда, 14 января. Сергей Караганов в ответ на вопрос Такера Карлсона, готовы ли вы уничтожить Британию и Германию ядерным оружием, отвечает: «Да, но первой должна быть Германия, потому что Германия — источник худшего в европейской истории. Но я надеюсь этого избежать — у меня много немецких друзей.» Четверг, 15 января. Канцлер Германии Мерц: "Россия – европейская страна…Если нам удастся в долгосрочной перспективе восстановить баланс с Россией, если воцарится мир, если будет гарантирована свобода, если нам удастся все это... то тогда Европейский Союз, а вместе с ним и Федеративная Республика Германия, пройдут еще одно испытание". Такое вот совсем забавное совпадение

Избранное: Такер Карлсон: Как далеко мы от применения Россией ядерного оружия против Европы? Два года? Сергей Караганов: Ну, год. Ну, во-первых, я призывал свое правительство эскалировать раньше. Но президент Путин очень религиозен, и он осторожен. Но мы поднимаемся по лестнице эскалации, изменили нашу ядерную доктрину и понизили ядерный порог, наращиваенаш ядерный потенциал в Европе и других местах. Но в надежде, что мы сможем остановить их до пересечения порога. Как я уже сказал, я думаю, что Путин считает, что применение ядерного оружия — и я, кстати, тоже считаю — это грех. Но это может быть необходимым грехом, чтобы спасти человечество. .... Такер Карлсон: Прежде чем я спрошу вас о том, что, по вашему мнению, Россия должна делать по отношению к остальному миру — становиться евразийской, а не европейской, что, кажется, и происходит — если в следующем году или через два, как вы сказали, возможны ядерные удары России по Европе, какие страны это затронет? Сергей Караганов: Я писал об этом несколько раз: если мы нанесем удар по Познани, американцы никогда не ответят. Американцы все равно никогда не ответят. Но я надеюсь, поляки, кстати, становятся более благоразумными. Они понимают, что играют с огнем; они пытаются отступить с передовой этого конфликта. Но мой выбор — Британия и Германия. Такер Карлсон: Вы уничтожите Британию и Германию ядерным оружием? Умоляю нашего Всемогущего, чтобы этого не произошло. Сергей Караганов: Да, но первой должна быть Германия, потому что Германия — источник худшего в европейской истории. Но я надеюсь этого избежать — у меня много немецких друзей.

Сергей Караганов дал интервью Такеру Карлсону. https://globalaffairs.ru/articles/yadernoe-karaganov-carlson/

Эволюция внешнеполитической стратегии Трампа: к ресурсам и незакрытым гештальтам Размышляя над эволюцией внешней политики США, обратили внимание, что кроме смены акцентов с «мягкой силы» на твердую, США стали больше интересоваться ресурсами. Венесуэла. Несмотря на крупнейшие в мире запасы нефти, формальным поводом для операции по аресту Мадуро была не нефть, а борьба с транзитом наркотиков из Колумбии. После ее завершения выяснилось, что Трамп просто восстанавливает справедливость - венесуэльцы «украли наши активы». США признали, что хотят увеличить добычу нефти, получить контроль над нефтяной выручкой, чтобы тратить ее на американские товары, и оборвать экономические связи Венесуэлы с Китаем. Речь идет не просто о том, чтобы отрезать Китай от нефти. На нее приходилось всего 3% китайского импорта, а глобальный рынок нефти в избытке. После выдавливания Китая из Панамы операция в Венесуэле наводит на мысль о планомерных действиях США по разрушению латиноамериканского участка китайского «Одного пояса – одного пути». Возможность убить одним выстрелом всех зайцев - выдавить еще и Россию, сыграла свою роль, но, полагаем, была скорее сопутствующей, нежели чем главной целью Вашингтона. Гренландия. Вслух говорят, что «Гренландия по праву принадлежит США», потому что те ее усердно защищали во Второй мировой, а остров нужен из-за своей стратегической важности. Если не США, то его оккупирует Россия или Китай, от которых «двумя собачьими упряжками» не защититься. Декларируемый стратегический аргумент реален: российские баллистические ракеты, летящие в США по наикратчайшему маршруту через Северный полюс, перехватывать эффективнее из Гренландии; плюс остров позволяет США участвовать в разделе Арктики и контроле над Северным морским путем. Есть и интерес к ресурсам – у Гренландии большие запасы редкоземельных металлов (РЗМ) и других минералов, но публично особо не озвучивается. Иран. Хотя у Ирана третьи по размеру запасы нефти, у нас есть сомнения в том, что США там преследует контроль над ресурсами. Если цель ослабить Китай, чистого импортера нефти, то нужно без сомнений бомбить Иран, чтобы поднять цену нефти. Но очевидно, что сомнения у США есть. Почему? Скорее всего из-за рисков для Израиля, терпения которого в прошлый раз хватило всего на 12 дней войны. Вероятно, также не хочется поднимать цену нефти и ослаблять давление на Россию. Если цель «просто» сменить правящий режим, то непонятно, как это можно сделать без масштабной интервенции. Это еще и в перспективе усилит Китай. После ухода аятолл последует снятие санкций, рост добычи нефти и в перспективе снижение ее цены. Украина. Единственный пример, где Трамп не стесняется не скрывать свой интерес к ресурсам и даже набивать им цену, аж в «триллионы долларов». Полагаем, однако, что на Украине он является заложником своих обещаний вернуть вложенные США якобы 350 млрд долл. Возвращать предлагается тем, чью реальную ценность проверить невозможно. В качестве иллюстрации, в списке стран Геологической службы США (USGS), обладающих заметными ресурсами РЗМ, Украины (в отличие от Гренландии) нет. А чтобы вытащить ресурсы ценой в сотни миллиардов, нужно вложить как минимум десятки. Пока американцы вложили всего 75 млн долл – друг Трампа, Роберт Лаудер, купил долю в литиевом проекте на Украине. Но как бы нам ни хотелось объяснить все описанные выше примеры интересом к чужим ресурсам, это будет упрощением. Не менее значимыми являются личные амбиции Трампа: войти в историю и делать сделки в масштабах, соответствующих его текущей должности. Кроме того, нам представляется, что Трамп хочет закрыть все гештальты, унаследованные из истории США. Начиная от самых свежих (Украины), до возврата в Венесуэлу и Иран, откуда США были изгнаны, и заканчивая Гренландией, идея купить которую у Дании возникла в США еще в ХIX в (параллельно с покупкой Аляски у России). На выбор средств внешней политики конечно еще давят выборы этой осенью, где для победы нужны быстрые результаты. Ну, а Гренландия в качестве 51го штата точно впишет Трампа в историю, если уж с Нобелевской премией не складывается.

США – меньше «мягкой силы», больше жести Мягкая и твердая сила. В чем разница? В западной политологии пишут, что при помощи «мягкой силы» убеждают, а при помощи «твердой» - принуждают. При этом принуждать можно не только военной силой, но и экономической и деньгами. «Мягкая сила» часто основывается на «искушении», когда объект воздействия меняет свое поведение, потому что хочет подражать «ролевой модели». Прецеденты успеха. Концепция «мягкой силы» была сформулирована в США. Считается, что первым ее ввёл в научный оборот Джозеф Най из Гарварда, основной книгой которого по этому вопросу является: «Мягкая сила: средства достижения успеха в мировой политике» (2004 г.). В современности наиболее преуспели в применении «мягкой силы» США, главным достижением которых считается развал СССР без войны. При этом, можно сказать, что СССР добился успеха не меньшего, да и раньше, чем США - советской ролевой моделью был «пленен» Китай. Условия успеха. Кроме наличия привлекательной ролевой модели, другими двумя важным условиями успеха являются экономическая и военная мощь страны, осуществляющей воздействие «мягкой силой». В «конвертацию» нужно вкладывать деньги и, если потребуется, защищать. Не обязательно собственными войсками, но как минимум поставками вооружений и боеприпасов, обучением и инструкторами. Военная составляющая, пожалуй, единственная, где современная Россия может конкурировать с Западом. Деньгами мы перебить не можем – у нас нет печатного станка. А наша ролевая модель не является настолько притягательной, чтобы другие страны были готовы менять свой курс на наш. Трамп не хочет ждать. Несмотря на очевидные успехи последних 30+ лет американской «мягкой силы», видимо, в силу неприемлемой длительности воздействия для получения нужного внешнеполитического результата, Трамп, судя по всему, решил от нее частично отказаться. Трампу нужны победы быстрее, чем может обеспечить, да и то не всегда гарантированно, воздействие «мягкой силы». Напомним, что поначалу решение закрыть USAID и прочие институты «мягкой силы» воспринималось скорее, как временное средство внутриполитической борьбы – ликвидации кормушек демократов. Считалось, что скоро все возобновится с утроенной силой, но уже под контролем Трампа. Прошло, однако, чуть меньше года, а никаких признаков возобновления нет, зато потребность в укреплении «твердой силы» впечатляет: Трамп запрашивает 50% рост оборонного бюджета на 2026 г до 1.5 трлн долл. Тарифные войны, удар по Ирану, операция в Венесуэле, арест «серого» танкерного флота с венесуэльской нефтью и тп входят в арсенал «твердой силы». Чего говорить о большой и трудно-изолируемой России, когда даже санкции против Венесуэлы с морской границей, относительно легко контролируемой США, оказались малоэффективны без применения американского военно-морского флота для ареста нарушителей. И то, что маленькая Гренландия добровольно не готова «убеждаться» стать частью США, подтверждает наблюдение – «мягкой силой» быстрых результатов не добиться. Что нам с этого? В качестве иллюстрации, в международных рейтингах, измеряющих «мягкую силу» стран, Россия не попадает даже в десятку, а лидирует обычно США. В любом противостоянии на уровне «мягкой силы» США, как правило, не нужно даже было принимать нас в расчет. А что происходило тогда в Венесуэле до недавнего времени, прямо под боком у США? На наш взгляд, это было скорее исключением - там Россия прыгала «выше головы». Смещение акцента во внешней политике США с «мягкой» на «твердую силу» нам на руку, так как США начинает оценивать противников не по глубине мошны, а сообразно их военной мощи. Это уже заметно по дистанцированию США от конфликта на Украине и нежеланию давать гарантии безопасности коалиции европейских «желающих». Повышение уровня риска США до неприемлемого в результате перехода к игре по правилам "твердой силы" против России в нашей сфере интересов нас вполне устраивает.