Тени Руси

Вот патриоты сегодня возмущаются, что Путин в Средней Азии раздает инвестиции, «Газпром» при своих убытках и отоплении дровами в 1/3 РФ вкидывается в газификацию Киргизии, дают кредиты и послабления на фоне повышения НДС, утилизационных и технологических сборов, тарифов ЖКХ с россиян. Так это же «традиционный» инструмент имперской политики в ответ на то, что маленькие ханы ездили в Вашингтон к большому хану - перебить и закидать ништяками в обмен на лояльность. Такой большой геополитический антикриз.

В утвержденной Стратегии национальной политики до 2036 года отдельно доставляет пункт 44: а) содействие формированию объективного восприятия Российской Федерации за рубежом, отношения к ней как к демократическому федеративному правовому государству, гарантирующему равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям; Этот пункт фиксирует двойной стандарт как норму: перечисленные в нём ценности демократии, закона и федеративности, очевидно, осознаются авторами Стратегии именно как ценности. Но декларируются только как витрина для внешнего потребителя, а не как внутренняя норма. Получается, официальная цель Стратегии — управление внешним имиджем, а не реальное соответствие России принципам демократического федерализма. Как же так? Столько было слов о суверенной демократии, о своём пути, о разрыве с Западом, некоторые даже об империи и аристократии начали говорить, пытаясь угадать поворот паровоза и забежать впереди всех… а тот паровоз всё так же устремлен к западным ценностям демократии? Или не устремлён? Зачем "формировать за рубежом образ" демократически-правовой РФ, если она является таковой на самом деле? Тем более зачем, если она ею не является, и цель сделать её таковой не стоит? … Говорят, мол, чего ты паришься, зачем обращаешь внимание на эту болтологию… как вам сказать – в любом случае это симптом. От осинки не родятся апельсинки. Стратегии с двойной логикой не рождаются в государстве, в котором царит ясное понимание себя, своих целей и задач. И наоборот.

Затея с 95% россиянской идентичностью к 2036 году понятна с точки зрения теории управления - унифицировать нацию как управляемый объект, добиться её единства для упрощения эксплуатации и мобилизации. Непонятно другое - насколько нужно быть некомпетентными, чтобы надеяться росчерком пера за 11 лет сделать то, что СССР не смог за 70. Используя в качестве инструмента не советскую бюрократию, а нынешних имитаторов и коррупционеров. Наши премудрые вожди, потратившие жизнь на подписание бумажек с угла, перерезание ленточек и декламацию протокольных речей, так и не поняли простую вещь: Насилие не порождает единства. Насилуемый никогда не примирится с насильником, не станет с ним одним целым. Потому что насильник отрицает свою жертву, её волю, её желания, потребности и интересы, он ставит выше них свою похоть. Жертва, пока жива, не может с этим смириться. Так устроены мы. Так устроена жизнь. Но они не понимают этого. Или не хотят понимать. Оглядываешься в историю России - и видишь там только насилие власти над народом. Крепостное право, цари, генсеки, поборы, запреты, принуждения. Уничтожение старообрядцев православными, затем уничтожение православных коммунистами, затем уничтожение коммунистов либералами, затем уничтожение либералов чекистами. Бесконечная сансара насилия, попытка организовать жизнь народа на 1/7 земной суши, обильно поливая её кровью этого народа в бесконечной ломке его воли. И никакого покаяния, никакого осмысления, только отрицание своей вины и засекречивание архивов. Я не буду "идентифицировать себя преимущественно как россиянин". В чем состоит эта идентичность, каковы ее принципы? Толерантность к безответственности власти? Слепое послушание? Страх? Тройное налогообложение? Ничто из этого не соблазняет мою волю. Поэтому вы хотите эту волю просто сломать. Вряд ли подчинятся этому и все остальные народы РФ. Вы их тоже, видимо, собираетесь ломать. Валяйте, не надорвитесь только на старости лет. Но, разумеется, в каждом народе найдутся те, кто с радостью отречётся от своего прошлого в надежде получить взамен место к кормушке поближе. Собрав к себе этих манкуртов и предателей, вы сделаете свою власть ещё гаже, подлее и глупее, пока она в конце концов не рухнет, как это уже много раз было в нашей истории. ... Единство порождается только любовью. А любовь - всегда самопожертвование для того, кого любишь. Родители жертвуют своим временем и силами ради детей - если любят их. Дети, повзрослев, жертвуют своим временем и силами ради постаревших родителей - если любят их. Христос пожертвовал жизнью, чтобы донести эту истину всем людям, потому что любил их. Но вы не любите людей, для вас они ресурсы и управляемые объекты. Вам было некогда читать и вникать в Евангелие, вы потратили свою жизнь на борьбу за власть и теперь думаете только о том, как удержать её. Не понимая, что не унесёте с собой в могилу ни золото и мрамор своих дворцов, ни свои должности и регалии. Всё, что остается от человека после смерти - память. А какая память останется о вас, уже всем ясно. https://t.me/tass_agency/350109

Точка перехода Итак, русская цивилизация у своей развилки, и выбор предельно понятен — она будет зрячей или продолжит оставаться слепой. Если бы властные клики в России действительно хотели бы суверенитета, они открыли бы всю информацию о прошлом. И открестились бы от него, показав, чем была Россия все эти годы. И чем она перестает быть. Чтобы избежать необоснованных сравнений, это не имеет никакого отношения к пресловутой "Гласности", инициированной верхушкой КПСС в 80-х. Речь идет о другом. Если бы власть в России действительно хотела выиграть у Запада в конкуренции, она бы делала все, чтобы за ее спиной стоял предельно информированный народ. Тысячи хорошо подготовленных людей, прекрасно осведомленных в том, что из себя представляет глобальная олигархия. Таких людей надо готовить не в закрытых школах разведки (но их и там не готовят), а везде, где только можно. Для суверенитета России нужно сделать две вещи. Первое — показать людям в развернутом виде внутреннюю историю мировой власти. И второе — уничтожить репутацию этой власти, раскрыв ее суть в глобальном масштабе. Только не так, как делал СССР, обличая капитализм и военщину — это всё чушь. Нужна информация о внутренних структурах мировой власти, о ее нутре, о ее культах и методах воздействия, о ее принципах построения агентурных сетей. Мы знаем, что для обоих шагов у российской элиты не хватает информации, потому что она не является элитой. Это не элита, а агентура. У агентуры полноты информации нет, ей она не положена по статусу. Поэтому агентура остается зависимой и делает зависимыми нас. И нет даже возможных шагов в данном направлении. Их никто не собирается делать. Властные клики в России намерены и дальше дезинформировать население, и воспроизводить модель колониального и агентурного управления. И даже спешат поставить барьеры для самостоятельного поиска релевантной информации, закрыть доступ к глобальной сети. Ни о каком суверенитете не может быть и речи. Закончится или не закончится спец-война, никто не собирается в России выращивать класс конкурентоспособных глобальных игроков. Это дорога для русских закрыта. И закрыта она под четким контролем Запада. Местные функционеры будут только исполнять указания глобальной власти. Их задача — не пустить русских на глобальный уровень. Мы же видим главной целью русских — не сидеть и не садиться за стол с шулерами. Русские должны научиться хватать за руку каждого, кто собирается их обмануть. И отрубать эту руку. Только так русская цивилизация выживет. Если в России остались здоровые силы, способные стать настоящей элитой, они должны видеть обе перспективы, и выбирать ту, которая сделает их элитой наиболее информированного и подготовленного народа на земле. Но если таких шагов не будет, то русским лучше уйти из России. Потому что в системе тотального контроля они обречены на вечное рабство. Точка бифуркации уже почти пройдена.

Человек, который войны не хочет, вовсе о ней и не говорит. Даже и не вспоминает. Не хочет вспоминать. И ежели и вспоминает, то не будущие войны, а только прошлые. И те с пиететом о жертвах. Что, впрочем, не мешает радоваться победам в этих войнах. Это логично. И этого не отнять. Это слишком человеческое. Как определил Ницше. Но, что любопытно, как только вываливаются на арену медийные борцы с войной, так сразу же и случается война. А когда она случается, то не желать её — это уже становится преступлением. Гордиев узел можно завязать в тишине пещеры, но рубить его будет полководец. А умирать за указанный перст мечём станут рабы его величества. И наступает война рабов — самое отвратительное зрелище. Господа жрут вина, жмут друг другу руки, а рабы грызут друг друга на потеху толпе. Так и живём.

Рассказываю, как, по какой схеме, у любого гражданина России мошенники-рейдеры могут забрать любую собственность. Не только у предпринимателей, и не только бизнес-активы. Вообще, любые ценности, всё что угодно могут забрать у простого обывателя: дом, квартиру, дачу, машину, деньги на счете — вообще всё что угодно. Разбираю схему на личном примере хищения у меня активов на сумму 150 млн рублей. Специальное замечание для слишком самоуверенных, тех, кто чувствует себя в безопасности: не расслабляйтесь. Возможно, у вас всё еще впереди.

История “комитетчиков”, на которых опирался Сталин, показывает: контрреволюция не всегда приходит извне партии. Часто — и это самый опасный вариант — она рождается внутри самой революционной партии, в том её слое, который действует под правильными лозунгами, но руководствуется не этикой свободы, а логикой силы, патронажа и обиды. Тот слой большевиков, который вырос после 1905 года — люди провинциальных комитетов, подполья, гражданской войны — был революционным по форме, но не по содержанию. Они рисковали, участвовали в борьбе, но их мышление оставалась самодержавным: иерархия выше свободы, порядок выше развития, личная верность выше закона, круговая порука выше принципов, сила выше убеждения. Они презирали “интеллигентов”, считали себя “настоящими большевиками”, но вместе с жестокостью гражданской войны принесли в партию то, что позже стало фундаментом сталинской автократии: культуру страха и личных связей. Именно они, а не кабинетные карьеристы, стали социальной базой сталинского термидора. Они ненавидели старую гвардию революции — Троцкого, Зиновьева, Каменева — не за идеи, а за “чуждость”, “заграничность”, за сам факт того, что эти люди читали книги и говорили на европейских языках. И когда Сталин предложил им простую схему мира — “мы” против “них”, “свои” против “надменных эмигрантов”, — комитетчики без колебаний согласились, не понимая, что это приведёт революцию к смерти. Сталинский режим вырос не из идей большевизма, а из антропологии комитета безопасности — скрытности, страха, закрытых сетей и культуры “свой-чужой”. Они уничтожили интеллигентскую, идеологическую, этическую, демократическую часть партии — и в этот момент революция умерла. А на её месте возникла новая форма старой власти: вертикаль, вождь, каста управленцев, квазицарская придворная культура, где личная верность опять стала важнее закона. По сути, сталинский термидор был контрреволюцией, совершённой руками псевдореволюционеров. Не буржуазией, не дворянством, не внешним врагом — а собственным революционным слоем, который не имел этики нового общества и потому неизбежно восстановил старую логику власти в новом обличье. В этом урок: недостаточно свергнуть старый порядок. Нужно, чтобы те, кто приходит ему на смену, несли в себе этику будущего, а не прошлого. Иначе революция неизбежно превращается в собственную противоположность — как это случилось с комитетчиками, которые под красным знаменем построили реинкарнацию имперской бюрократии, вернув Россию в ту колею, из которой ее пытались вытащить "интеллигенты". Причём именно нетерпимость ленинских интеллигентов открыла путь еще большей нетерпимости комитетчиков. Развилка, на которой история России пошла вспять - разгон Учредительного собрания, отказ от консенсуса в пользу "революционного насилия", в итоге уничтоживший саму революцию.

На кого опирался Сталин в борьбе за власть после смерти Ленина? Интеллигенты и комитетчики Многим известно, что Иосиф Сталин пришел к власти при поддержке определенной группы элит. Они противопоставляли себя так называемым «старожилам-интеллигентам» из партии, которые вступили в РСДРП на заре ее основания. Историк Джералд Истер называет их «комитетчики»: они вступили в партию после революции 1905 года, были плохо образованны, многие выросли в неполных семьях, работали в регионах в подполье и прошли горнило Гражданской войны. Они питали ненависть и презрение к старшим товарищам по партии, которые ушли в эмиграцию после революции, в то время как они продолжали работать на местах. Например, в анкетах для вступления в «Общество старых большевиков» на вопросе об опыте эмиграции они писали «нет» заглавными буквами, а затем еще подчеркивали это слово для большего эффекта. Как пишет Истер, так они хотели подчеркнуть свое отличие от других членов партии — интеллигентов. Интеллигенты отличались от комитетчиков не только тем, что побывали в эмиграции, но и более высоким уровнем образования и социальным происхождением, чем их товарищи по партии. Специфика работы «комитетчиков» строилась на личных и неформальных связях в условиях постоянного давления царской полиции. Эту особенность они пронесли с собой сквозь года, когда их начали выдвигать на руководящие должности в провинциальных партийных комитетах. Если в 1922 кол-во комитетчиков в роли региональных партийных секретарей насчитывалось всего 52%, то к началу чисток партии к концу 1927 года от левой оппозиции (Троцкий, Зиновьев) их уже насчитывалось 78%. Склонность к построению патронажных сетей и ненависть к вышестоящим товарищам по партии сыграли важную роль в успеха Сталина. Благодаря им он смог заручиться поддержкой комитетчиков и выстроить альтернативную систему власти в советском государстве — и победить оппонентов. Истер, Д. М. (2010). Советское государственное строительство. Система личных связей и самоидентификация элиты в Советской России. РОССПЭН. 📱 Доступ к комментариям и к чату можно получить по этой ссылке А.Т. #комментарий ❤️ Подпишись на Political Animals

Заморозка станет первым шагом не к "реальному воссоединению Русского мира", а к окончательному краху его имперской версии, в которой Москва диктует свою волю собственному народу и соседям. На базе заморозки невозможно создать механизм воссоединения. Исторические примеры – Корея, Молдова, Кипр – показывают обратное: заморозка цементирует раскол, и эта цементация может закончиться только с падением внешнего источника ее поддержки (ФРГ+ГДР-СССР=Единая Германия). "Сегодня на Украине никто бы не вышел на Евромайдан", потому что в этом нет необходимости. Благодаря войне проевропейские и антироссийские настроения достигли пика, украинство из маргинального дискурса 2010-х превратилось в национальную идеологию, освященную кровью. Америка не "утратила интерес к военному присутствию в Восточной Европе", а максимально его реализовала: Европа ускоренно милитаризуется. "Восстанавливать Украину будут за российские деньги" против воли России – это не сделает Украину зависимой от Москвы. "Нужна программа Русского мира без империализма и без западничества". Нужен отказ от идеологии имперства и вертикали, отказ глубиной в национальное покаяние. Без этого обсуждать сейчас "русский мир" в его текущей имперской версии – значит пытаться навязать веру в режим, который с 1991 года вопреки воле народа шёл по пути страшных ошибок, который держится внутри страны на принуждении своего народа через силовую вертикаль, во внешней политике — через запугивание и щедрые подкупы. Но эта модель больше не работает: её ресурсы и легитимность исчерпаны и вовне, и внутри. Альтернативный "Русский мир" возможен только как культурно-демократическая революция, которая будет действовать не силой, а привлекательностью — через язык, культуру, свободу, деньги, выгодные горизонтальные связи. Но это требует изменения самой России: перехода к правовому государству с верховенством закона, реального разделения властей, честных открытых выборов, возрождения экономики, и десятков лет на появление иной России – свободной, горизонтальной, богатой, интересной и всем этим привлекательной для остальных. Сейчас в русском мышлении идёт перелом: имперская идеология обанкротилась, попытки удерживать её на плаву с помощью риторики всё менее убедительны даже для лоялистов. Появляется запрос на новую формулу идентичности, проявляющей себя иными способами, нежели силой. Отсюда растущий интерес к "новой Руси", горизонтальному миру и мирному цивилизационному реализму. И только новая Русь как общее прошлое украинцев и русских может стать базой их объединения в будущем. Новая идентичность "русь" как альтернатива "имперскому русскому" — восстановление доордынского вечевого культурного кода, основанного не на насилии над чужой волей, а на консенсусе. Франция и Германия начали объединять Европу всего через 6 лет после войны, в которой европейцы убивали друг друга — но лишь после того, как обе стали реальными демократиями. https://t.me/RusskajaIdea/10297

ДАО революции Революция — это не бунт, а успешная инновация, ставшая структурой. Вопреки школьным шаблонам, настоящая революция происходит пошагово, а не мгновенно и кроваво. Главный ее признак — переход общества на более высокий уровень организации. Неолитическая революция – переход от охоты и собирательства к земледелию и оседлости, появление излишков пищи, разделения труда и городов. Промышленная революция – механизация, энергия угля, пара и электричества. Информационная революция – ЭВМ, коммуникации и автоматизация. Революционер — не тот, кто ломает старый порядок, а тот, кто создаёт новый. Пашет землю под ругань охотников, ставит станок, тянет провода и пишет код. Революционер – тот, кто делает новое реальностью, прежде чем общество понимает её необходимость. Революционер действует не из выгоды, а из видения нового будущего. Он не приспосабливается к миру ради лучшего для себя, а приспосабливает мир к лучшему для всех. … 1917-й в России стал не революцией, а её провалом — крахом, который отбросил общество вниз. Ленин ошибся, переоценив тактику и недооценив этику. Он не понял, что бюрократ сильнее идеалиста в медленной борьбе за контроль над организацией. Эта ошибка привела к появлению в команде Сталина. Отсутствие у большевиков формализованной этики и этической фильтрации, свободный набор в партию после её победы привели к тому, что в партию хлынули самые опасные враги революции – псевдореволюционеры-оппортунисты ("ищущие своей выгоды"), готовые притвориться революционерами ради выгоды, статуса и должностей. Сталин выстроил из них "русский Термидор", возродив ужесточенную версию старой власти: царь-генералиссимус, дворяне-номенклатура, догматическая госрелигия марксизма и опричные чекисты. Все революционеры были истреблены. Это была контрреволюция, прикрывшаяся шкурой убитой и освежеванной ею революции. Во Французской революции XVIII века, в русской 1917, в кубинской 1959 революционеры боролись за справедливое общество, роялисты удерживали узурпацию, оппортунисты притворялись революционерами и, попав на их плечах во власть, становились новыми узурпаторами. А под всеми ними стояла масса — зависимая, боящаяся перемен, больная стокгольмским синдромом. Главное различие между ними — этика. Этика революционера – изменение общества к общей выгоде. Этика оппортуниста – личная выгода в ущерб обществу. Этика массы – подчинение ради выживания. Спустя столетия этот расклад не изменился. Общество несовершенно, поэтому революция снова стоит на пороге и стучит в дверь истории. Автоматизация лишает работы миллионы, растёт гигантский класс без будущего, уличные взрывы становятся неизбежными. На этом фоне богатеет узкий класс присвоивших выгоды автоматизации. Бенефициарами жизни остаются те же самые оппортунисты, которые умеют сговариваться для перехвата управления. Это было в Париже, Петрограде и Москве — и будет снова, пока общество само не станет властью, которую в принципе невозможно узурпировать. Революция будет вшита в устройство этого общества как институт непрерывного самосовершенствования и восхождения. Любая инициатива в нём сможет быть выдвинута любым человеком и рассмотрена большинством, и большинство будет солидарно нести ответственность за своё "за" или "против". Такой структурой горизонтальной власти-общества является DAO: этика как моральный кодекс правил, децентрализация, прозрачные протоколы, общее голосование. Они превращают власть из узурпационной пирамиды в сеть равных. Там, где нет вершины, нечего захватывать, и нечего узурпировать. И если мы не хотим повторить ошибки Ленина и избежать очередного краха, хаоса, крови и пришествия новых узурпаторов под лозунгами "всё во благо народа", нам нужна цифровая инфраструктура управления на основе этики истинной революции, которая есть не бунт, а восхождение. Именно это и строит #ДАО Русь.

⚡️ Блогерша Ира Небога умерла — девушка оставила прощальное сообщение в своём канале. Я сражалась до последнего, но вчера, в 22:25 меня не стало. Я ушла очень легко и спокойно, в кругу близких и любимых людей. Я не боялась, не паниковала, вы меня знаете Девушка стала известной благодаря блогу, где рассказывала о борьбе с онкологией. Саркому Юинга у Иры обнаружили ещё в 16 лет. Небога дважды выходила в ремиссию. В начале ноября она сообщила, что ей предстоит ещё одна операция. Соболезнуем близким Иры. Мы потеряли нечто большее, чем просто человека.

Вот тут ключевое, братец: Отсюда вся техника подавления общества сводится к своевременному устранению или подавлению его потенциальных лидеров, чтобы не допустить упорядочение ими общественного сознания в нежелаемом для текущего режима направлении. По этой причине Моисей что дает евреям? Правильно - закон. Каменные скрижали. Цари и лидеры приходят и уходят, каждый из них человек, со своими хотелками и приколами, но закон - вечен. Он мерило любого лидера, царя, его деятельности, его хотелок, это такой промт, короче, по которому ты понимаешь: туда тебя ведут или не туда. А если не туда, то чего же и как делать? На этом этапе появляется нужда в толковании. Ренессанс иудаизма в Европе с возникновением новых течений и учений различных раввинов. То есть закон говорит «что делать», а учителя-раввины-толкователи говорят «как это делать». В итоге нет каких-то конкретных лидеров (хотя на кого-то конкретно и завязываются международные связи и сети), а есть мощный стимул энергии, порождающий саму структуру отношений, ставящий цели, аккумулирующий людей вокруг себя, даже если они евреи на 1/16.

Толпа и лидер Гюстав Лебон первым описал толпу как эмоциональное, внушаемое, эротизированное существо. Она ищет центр гравитации – фигуру, которой можно доверить волю. Фрейд в «Психологии масс и анализе Я» развил это: лидер становится объектом либидозной идентификации толпы. Человеческая масса любит его так же, как ребёнок — отца, или женщина — мужчину, отождествляясь с ним через эту любовь. Утрата объекта-лидера приводит толпу к распаду и атомизации, когда каждый чувствует себя в ней одиноким. Массовое либидо не может удерживаться на абстрактной идее или символе. Чистая идея возбуждает разум, но без поддержки чувства он бессилен. Символ — слабый катализатор, если за ним нет человеческого лица. Лицо даёт возможность любить, ревновать, ненавидеть, защищать, обращаться к нему хотя бы мысленно. Это эмоциональный канал, через который циркулирует энергия массы. Политическое либидо имеет двухфазный цикл. Очарование — катексис: толпа отдаёт энергию лидеру. Разочарование — декатексис: отнятие либидо, перераспределение на новый объект. Каждая революция требует новой фигуры, потому что массовая энергия не переносима без посредника-человека. Массовое либидо женственно по структуре: ему нужен объект, который можно любить и которому можно подчиняться. Поэтому любой радикальный сдвиг в истории оформляется не лозунгом, а лицом. Лидер — не просто менеджер изменений, а русло коллективного влечения к образу будущего. Без него толпа разливается в стороны, как река, которая не знает, куда ей течь. Поэтому самая недовольная и огромная масса безопасна для самого слабого и малочисленного угнетателя, пока у неё нет лидера. Так электричество бессильно, пока рассеяно в виде одиноких электронов. Массовое недовольство — лишь потенциал, но не сила. Пока в нём нет центра, оно существует как броуновское движение частиц — шум, жалобы, бытовая инерция. Люди могут быть злы, обездолены, унижены, но без лидера их энергия рассеивается в быту, сплетнях и злословии. Лидер создаёт направление разряда, превращает хаос эмоций в ток. Через идентификацию и катексис масса перестаёт быть множеством и становится телом воли — армией, партией, движением. Социальное напряжение – накопление заряда. Ионизация — появление символов, слов, образов, в которых массы узнают свои чувства. Лидер запускает упорядочение энергии в действие. Революция – разряд молнии. Отсюда вся техника подавления общества сводится к своевременному устранению или подавлению его потенциальных лидеров, чтобы не допустить упорядочение ими общественного сознания в нежелаемом для текущего режима направлении. Обращаясь к примерам прошлого, можно увидеть, что это так и работало всегда.

Политика — экосистема катексисов Либидо нуждается в объекте. Фрейд называл это катексис — направление психической энергии на объект, идею или человека, эмоциональный и ментальный "заряд", который мы вкладываем в некое определенное не-Я. Катексис — одно из тех слов, которые объясняют полжизни, если вдуматься. Когда объект теряется — смерть, утрата, разрыв, разочарование — катексис обрывается. Но энергия остаётся. Возникает состояние, которое Фрейд называл меланхолией: часть Я идентифицируется с утраченным объектом, и переживает разрыв с ним как частичную смерть себя. Освободившееся от катексиса либидо не исчезает, а ищет новый объект (перенос, замещение), обращается внутрь (аутоэротизм, депрессия, самонаказание), перерабатывается (творчество, вера, идея). Пока новый объект не найден — Я страдает от вакуума, боли, тоски, потери смысла. Катексис активирует системы вознаграждения и привязанности (дофамин, окситоцин). Когда он прекращается, нейрохимическая петля "ожидание–удовлетворение" ломается, как при зависимости. Человек не может жить без катексиса. Либидо нужен объект. Неважно, что — человек, идея, вещь, работа, Бог. Важно, что мы вкладываем в это часть своей жизненной силы. Пока катексис жив — энергия либидо течёт к нему и от него, мир полон смысла. Когда объект исчезает или предаёт — поток обрывается, энергия остаётся без адреса. Начинается тоска, пустота, апатия. Лишённая объекта энергия начинает разрушать самого носителя. Каждая группа, нация, партия имеет свои внешние объекты — лидеров, символы, образы. Это и есть коллективный катексис: народ инвестирует в них своё либидо — веру, надежду, чувство справедливости, страх, восхищение. Исторические фигуры становятся сгустками проекций, аккумуляторами коллективной энергии. Когда люди спорят о Петре I, Грозном или Сталине, они не выясняют факты, а сталкивают свои катексисы. Один защищает чувство порядка и силы, которое дарит его катексис. Другой защищается от насилия над своим катексисом свободы и правды. Факты – лишь декорация, битва идёт между полюсами эмоциональной вложенности. Современное общественное сознание — экосистема массового катексиса. СМИ и соцсети создают объекты (лидеров, символы), аудитория накачивает их вниманием и эмоциями, разочаровавшись, откачивает энергию и переносит на нового. Отсюда циклы: культ → усталость → обесценивание → новый культ. История в этом смысле — не череда фактов, а динамика привязанностей и отвержений. Политика — не только борьба за власть, но и борьба за право быть объектом любви, страха или надежды. Иногда в форме насилия, если любви нет. "Нравится, не нравится, терпи, моя красавица". Создание новой политической идентичности и бренда — это сотворение объекта для либидо, который вызовет катексис — массовый или нишевой. Психическая инженерия. Чтобы идея зажила, она должна стать объектом катексиса — носителем коллективного либидо, влечения к смыслу и образу. Дальше запускается поток энергии — вера, преданность, энтузиазм, агрессия к чужим. Массовый катексис — через широкие архетипы: отец, мать, родина, враг. Нишевой — через чувство избранности, интеллектуальную или моральную миссию. Оба типа требуют не логики, а эмоционального резонанса: любви, надежды, веры. Подлинная идентичность рождается из коллективного опыта, боли и мечты. Симулятивная — создаётся пропагандой, маркетингом, держится, пока сохраняется давление, и исчезает вместе с ним. Создание политической идентичности — акт символического соблазнения. Нужно не просто придумать лозунг, а построить сосуд, в который сама потечёт человеческая энергия, в вечном поиске огня и удовлетворения. Без катексиса идея мертва, как икона неизвестной религии.

Слухи о том, что Пригожин жив, отражают две вещи. Во-первых, это вопрос о его реальной политической роли в мятеже летом 2023. Пригожин никогда не претендовал на власть, он всегда был только коммерс до мозга костей. Его конфликт с Шойгу и Герасимовым носил не политический, а корпоративный характер борьбы за ресурсы и автономию. Его финансовая и медийная сила зависела от контрактов с Минобороны и покровителей в окружении президента. Поэтому внезапный прыжок на Кремль с реальными жертвами к его фигуре никак не клеился. В то время как «Вагнер» представлял собой сеть боевых профессионалов без единой идеологии. Для них Пригожин был фронтменом, а не стратегом. Стратегами мятежа, очевидно, были они. 24 июня 2023 года Путин провёл переговоры с Пригожиным через посредников Лукашенко и директора ФСБ Бортникова. После разговора "Вагнер" остановил движение и объявил "возврат в лагеря". Обвинения по статье о мятеже были сняты. 23 августа 2023 года Пригожин вместе с Уткиным и Чекаловым официально погиб в Тверской области в авиакатастрофе: "кидались гранатами под кокаином". И если после этого Пригожин на самом деле оказался жив, то это значит, что он просто не сел на тот самолёт. А сели только они. А он сел на рейс в Венесуэлу. Думаю, простой логический вывод из этого каждый может сделать сам. И второе. Слухи о "живом Пригожине" – на самом деле не о человеке, а о дефиците субъектности в России. В отсутствие свободы общество создает себе мифы из любого политического завихрения. И это немного грустно, хотя и совершенно закономерно.

Читая о временах Великой Французской революции, понял ключевое отличие от нашей ситуации. Французы 18 века намного сильнее зависели от дохода и имущественных прав, налоги и сборы несли прямую угрозу их жизни, неравенство сословий было юридически грубым и зримым, вырождение аристократии – абсурдно-наглядным. И политическая борьба для них была жизненной необходимостью. Сегодняшние условия позволяют большинству сосредоточиться на своей частной выгоде, игнорируя общие проблемы права и власти. Отсутствие острой угрозы влечет ослабление стимулов к борьбе за свободу воли. В 18 веке "несвобода" означала угрозу жизни – голод, произвол, тяжелый труд на истощение, сейчас "несвобода" это скорее некоторое сужение зоны комфорта. Потеря политических прав сегодня не ведёт к голодной смерти, и это ослабляет инстинкт сопротивления. Французы 18 века активно объединялись для борьбы в союзы: цех, общину, город, третье сословие. Сегодня же человек больше полагается на личную приспособляемость к системе: связи, лазейки в законе, взятки. Горизонтальные союзы (церковь, партии, профсоюзы, движения) подмяты системой — остаётся выживание в одиночку, при котором рациональнее не бороться, а приспособиться. Потребление 18 века было простым и скучным занятием. Сегодня потребление гипертрофировано и даёт ощущение личной псевдосвободы, приглушая потерю реальной субъектности и потребность в ее восстановлении. Борьба за свободу политической воли кажется на этом фоне устаревшей нишей для одной из субкультур. Воля к свободе зависит от непосредственного жизненного давления. Когда это давление слабо, комфорт и безопасность стимулируют пассивность и подчинение. Свобода перестала быть инструментом выживания и стала абстракцией, а большинство не воюет за абстракции. Итого, в 18 веке свобода была проблемой выживания, а в 21 стала проблемой абстрактного смысла жизни. И пока вопрос свободы не станет снова таким же больным, как у французских крестьян, для большинства комфорт без свободы будет важнее свободы без комфорта. … Но парадокс в том, что система как будто осознает это и стремится исправить. Завоевания ВФР – свобода, равенство, братство – шаг за шагом отменяются, возрождается "неодворянство", несменяемость власти, формируются новые династии элит с фиксированными привилегиями. Шаг за шагом упраздняется равенство перед законом и судом. Система закручивает гайки на один оборот – убеждается в отсутствии сопротивления общества – и закручивает гайки еще на один оборот. В экономике: пенс.реформа, рост НДС, акцизы, утильсбор, технологический сбор и тп. В политике: выборы, иноагентство, штрафы и сроки за дискредитацию. Шаг за шагом, оборот за оборотом. А это значит, что в конце концов обороты будут закручены до того же предела, что и у французов в 1789. Станет больно. И свобода перестанет быть абстракцией. В ожидании этого момента самое умное, что можно и нужно делать сейчас – развивать теоретическую базу, язык свободной воли. Монтескьё дал схему разделения властей. Вольтер приучил к свободе мысли от священных догм. Дидро и энциклопедисты распространяли идею рационального общества без сословных привилегий. Руссо внёс идею народного суверенитета: "общественный договор" и "народ — источник власти". Сийес сформулировал идею нации... Через какое-то время Маркс показал системную природу капитала. И время размышлений кончилось. Всю эту работу нам нужно продолжить и развить у себя в реалиях России 21 века. Поле тут абсолютно непаханое. Откройте ленту, и вы увидите сплошной ресентимент – мораль рабов, то злобно ворчащих на господ, то пытающихся заслужить их любовь, но даже не задумывающихся о жизни без этого рабства, о том, как её добиться, и какой она будет. Ответ прост: сейчас свобода действительно и не нужна массам. И нет смысла их в этом винить. Почётная роль одиночек – смотреть и видеть далеко наперёд, создавая инструменты, которые потребуются массам в будущем.

(poll without text)

Молчание общества – не знак согласия. Равнодушие, зафиксированное в опросах, говорит не о смирении с ограничениями, а о сломе самой системы коммуникации между властью и обществом. Через цензуру, блокировки, запреты и контроль над СМИ власть перевела отношения с обществом в режим своего монолога. Общество перестало отвечать не потому, что смирилось, а потому что ему заткнули рот. Люди не видят способа донести свое мнение до власти, зато видят свои риски в случае критики. Слом коммуникации и затыкание ртов ведут к накоплению недовольства, вместо его хотя бы безопасной разрядки – не говоря уже о том, чтобы власть слушала народ и принимала его мнение к сведению. Начинает расти потенциал, который выйдет наружу, когда ослабнет стабильность. Невысказанное напряжение будет копиться, как ваучеры, пока какой-нибудь триггер не спровоцирует их массовое предъявление к оплате. Предотвратить это невозможно, как показал пример Непала, но система отрицательного отбора неспособна к обучению ни на каких примерах. Её компетентности в целом не хватает для стратегических выводов, а порознь каждый её элемент бессилен перед системой. Она настроена врать самой себе до самого последнего, уже смертельного удара. Исторически любые режимы с ограниченной обратной связью попадают в резкие фазовые переходы: сначала они принуждают к пассивности управляемое общество-объект, затем в час Х резкая вспышка активной субъектности общества, лишенная институтов и цивилизованного русла, рождает катастрофический, взрывной и непредсказуемый слом режима. Единственный способ избежать этой волны при сохранении такой модели управления – максимально обескровить, разделить и удушить общество: идеологически, административно, экономически. Неплохой рецепт стабильности, и он очевидно работает. И кажется, еще никогда в таких масштабах не применялся ради сохранения власти, как минимум со времен Ивана Грозного. Однако есть одно "но": нет способа избежать наступления рокового "после". А "после", как обычно, будет смута, потом собор. И чтобы новый цикл не повторил прежний, нужна система, в которой обратная связь железно встроена в управление: независимые суды, честные выборы, свобода слова, СМИ и профсоюзов, прозрачные бюджеты и защита тех, кто вскрывает проблемы, а не отрывание им голов. Механизм корректировки системы должен быть не героическим, а рутинным: малые кризисы должны обсуждаться, решаться и этим гаситься по ходу процесса, а не замалчиваться, копиться и потом кучей обрушивать всю конструкцию. Только постоянное распределение ответственности сделает власть обучаемой, а общество — субъектом, а не массой зрителей с кляпом во рту, разъяренных своей беспомощностью.

(poll without text)

Патриоты ставят гневные эмодзи под новостью: в Шяуляе решили перенести останки советских солдат из центра города на окраину. «Как посмели!» — кричат. А может вспомним, как советская власть обращалась с мёртвыми. В Москве — Братское кладбище героев Первой мировой. Закрыто в 1932-м, надгробия уничтожены, церковь Преображения снесена. На его месте — Мемориально-парковый комплекс, обычный городской парк. Там же, в Москве, — Лазаревское кладбище. В 1930-х его ликвидировали, на месте устроили «Парк Фестивальный». В Нижнем Новгороде — Петропавловское кладбище, старейшее в городе. В 1940-м году на его месте открыли Парк Кулибина. В Самаре — Всехсвятское кладбище, превратилось в Парк имени Щорса. И так по всей России. Закрывали старые кладбища, валили кресты, убирали надгробия. Церкви шли под клубы, некрополи — под скверы. Новая власть хотела стереть память, чтобы у людей не осталось прошлого — только «светлое будущее». Что красивого теперь возмущаться тем, что враги стирают кладбища наших солдат. Скажите спасибо, что переносят, а не засыпают землёй, как наши советские начальники. Накажите их, если можете. Что толку возмущаться, как старухи у подъезда. Но главное - будьте одинаковыми ко всем, и к себе тоже. https://t.me/ejdailyru/365961