Шхуна Ганжа

⚡️Стэнфордская энциклопедия запрещена из-за невыполнения закона о добровольном признании себя интернет-ресурсом, а не энциклопедией

⚡️Стэнфордская энциклопедия признана оскорбляющий чувства читателей Большой советской энциклопедии и четвертого издания учебника по культурологии для экономических специальностей 1991 года

побывала у дизайнеров, повыступала, надавала массу непрошенных советов, о которых они не просили в целом дизайнеры далеки от общества. Т.е. они настолько совершенны, хороши, серьезны, ответственны, глубоки и работоспособны, что свою работу по производству знаков они слишком перевыполнили и им пора остановиться. Мы-то тут по сравнению с ними находимся просто в каменном веке, - еще, так сказать, решаем вопрос о соотношении бытия и мышления. Получается странная диссинхронизация, будто дизайнеры латают дыры настолько несовершенного мира, что этому миру не требуется всего этого остроумия, красоты и разнообразия но видно было, что они меня не послушают, - так я и ушла под дождь и ветер, на ходу по дороге к метро жадно расспрашивая представителей ольфакторных индустрий обо всём, обо всём

💬 Открыта регистрация для слушателей на «Векторы 2026» Мы рады сообщить, что открываем регистрацию для слушателей на XXIV Международную конференцию молодых ученых «Векторы», которая пройдет с 16 до 19 апреля в Москве и онлайн ➡️ Ссылка на регистрацию, а также программа, точные время и место проведения уже доступны на странице каждой секции на сайте конференции В этом году событие представлено 27 социально-гуманитарными секциями и 1 круглым столом, которые пройдут на площадках Шанинки, Благосферы, Еврейского музея и центра толерантности и других До встречи 16–19 апреля! 💜

Уважаемые слушатели, дамы и господа! Начиная свою сегодняшнюю инаугурационную речь, мне хотелось бы напомнить всем вам о пользе недоделанных дел. Как часто мы, едва что-то начав, уже вписываем это в планы, дедлайны и соединяем свои волевые усилия с тем порядком вещей, который, буду исполненным, будет плодить не только сады и цветники плодов нашего духа, но и неравенство, слабых, вытесненных и лишенных всяких надежд. Поэтому сегодня я обращусь к одной забытой рукописи одного современника Сократа - Ясона-старшего, который писал, что любое окончание, окончательность и завершение является в некотором роде приговором порядку вещей, и что он никогда бы не позволил себе надеть второй носок после того, как надел первый, начав музицировать, не прервать песню наполовину, отчистив в предпасхальный день половину плиты, отчистить и вторую или начав мыть окно, довести его до блеска в одном сеансе. В этом состоит суть современного гуманизма: удержать свое слоняние не в качестве практики или техники, а необходимого, насущного и единственно возможного. Сейчас мою речь слушает один только кот, при этом он не слышит ее, но понимает. Вы не ослышались: понимание у животных страдает одним только изъяном: эта речь не резонирует внутри него, она только слышится и понимается. Любое понимание ограничено, поэтому понимание речи тем, кто ее фактически не понимает, тоже является пониманием. Но что слышит животное? Рискну утверждать, что ничего. На этом я прерываю свою инаугурационную речь в соответствии с ее главным тезисом: не заканчивать ничего до конца, бросать, отвлекаться и бежать к другим и другому. #инаугурационныеречи

близость объектов самой необходимой инфраструктуры Басманного района друг к другу и к собственной моей жизни можно обьяснить интерпретациями художественного типа или социологически, но меня привлекает соединение в одно целое метафизических, этнографических, экономических, политических и прочих объяснений. Вопрос ставится так: почему объекты моего труда, духовных запросов, интеллектуальных, досуговых и даже медицинских оказались на одном пятачке и в каком-то отношении почти рядом с моим домом? Ответ стал появляться сам собой, когда следуя из Вышки в Елоховский собор с заходом в аптеку и китайский маркет, я плутала в поисках ДМС клиники для вскрытия закупоренной слезами слёзной железы, которая не пропустила потоки этих самых слёз и не нашла ничего лучше, как отказать. Вооружившись окончательно сбитым за последние несколько лет навигатором, я круг за кругом обходила эти места, нырнув, наконец после долгих поисков, в соседнее с некрасовской библиотекой здание, пустое и старинное, где попала вначале к регистраторше, которая оказалась моей соседкой по дому, а потом к врачу-ровеснице, которая носит собранные на макушке в луковицу волосы, имеет длинное лошадиное лицо, весьма смешлива и внушаема, находит названия лекарств на Озоне и через слово прибавляет "блин" для создания доверительной и, по ее мнению, легкой атмосферы. Здесь же я разыскала салон красоты, в котором, того не желая, уже собрала внушительный этнографический материал, хитрую молочницу, каждый раз радующуюся обману меня и множество других интересных и таинственных мест, включая мост над железной дорогой, заменяющий мне мост над рекой, и лавку самых прекрасных танцевальных принадлежностей, которые я иногда ношу просто так, на улице и без всяких танцев. Тут же располагается нужным мне архив, противный, но иногда необходимый магазин "Аленка", пирожковая с немосковского типа сырниками и шарлотками, метро с нелепым барельефом, но самой нужной веткой, пара храмов с невероятной историей и так часто циркулирющий трамвай, что я без всякого страха останавиваюсь на остановке, вызывая его одной силой мысли. Вместе все это собралось ради меня одной, и это метафизическое объяснение в корне меняет концепции сознания, гласящие, что оно производно от внешнего или, наоборот, имеет независимый статус

а всех кому я не ответила отдельной звездочкой пометила а список звездочкой помеченных внесла в табличку неотвеченных в табличке этих неотвеченных я поделила на оранжевых, на желтых, синих и на красненьких зеленых, розовых и бежевых никто мне в этом не указ

выйдешь, бывало, из церковной лавки с утра, полистав там от скуки Шмелева, посмотришь на монастырских охранников - на их простые лепные казачьи лица, на фуражки, штаны с красными лампасами, на гимнастерки и рации, да и захочешь всё это описать. Как, скажем, падают желтые утренние лучи на их фигуры, и про то как эти лучи делают тени на лицах, засвечивая им часть профиля, оттого заставляя их закрывать один глаз, т.е. щуриться, глядя на всё это солнце и утреннее спокойствие, а потом останавливаешь себя - нет, нельзя сейчас живых людей описывать, тем более на службе и незнакомых, и позавидуешь Ивану Шмелеву, который так ловко мог запечатлевать божий мир в момент Крестного хода и всяких стояний. На работе тоже ведь у нас такие охранники, что диву даешься! Заприметили меня в свои наблюдательные камеры и теперь, видя меня, смешат и удивляются, что я их всех узнаю. Да как тут не узнать, если один из них, самый бравый и веселый, однажды студентке моей Маше, идущей на семинар без должной подготовки, в двух словах изложил всю концепцию симфонического творчества Бетховена. - Что грустите, - спрашивают меня веселые охранники. - Так у нас все здесь серьезные, все до одного - вы, разве, не заметили? - говорю я. - Заметили, - говорят они. - А не грустите здесь только вы! - Да, - говорят они, почему-то только мы.- А почему? - спрашиваю я.- Не знаем, - говорят охранники. - Вот и я не знаю, - соврала я, и мне немедленно поверили

а ведь, наверное, есть и такие праведные жены, кто закрывается на кухне и красит яйца шелухой, скрашивая тишину замкнутого пространства проповедями клира либерально-демократической направленности, или, скажем, наоборот, - возится с термонаклейками под наставления проповедников крайне-правого настроя но ко мне это пока не относится, и хорошо

пишите, ребята, введение введенье, ребята, пишите не нужно ни мук, ни сомнения - вот сядьте и всё напишите а если введенье не пишется пишите хотя б заключенье но если не пишется тоже - гулять надо без промедленья а после прогулки поешьте немного, ведь времени мало но только не сладкое, ладно? соленого тоже не надо на сытый желудок не пишется и я это все понимаю гуляется, плачется, дышится смеется, рыдается, - знаю

Жижек и окончание света. Жижек как симптом кризиса философии, которая ставит диагноз кризису, при этом сама являясь воплощением этого кризиса, заставляет нас под новым углом посмотреть на кризис Жижека. За последние 20 лет этот кризис хоть и усиливался, но не претерпел никаких реконфигураций - очевидно, что в этих условиях кризис Жижека не назовешь никак иначе как его собственным кризисом, но кризис, который не требует своего разрешения, должен быть разрешен самими инструментами кризиса Жижека. Как только станет ясно, что та ярость и страсть, с которой выражает себя кризис жижековской речи, никогда не иссякнет, - а значит, кризис никогда не закончится, - в этот момент придет единственное решение, которое всё разрешит. Но разрешит ли нам оно запретить думать о жижековском кризисе? Думаю да, но говорю нет. Между этими да и нет лежит решение жижековского кризиса в форме своего разрешения

в вердикте измерителей скорости интернета "У Вас плохой интернет" есть целых две перформативных составляющих: декларация плохого в качестве "слабого и плохого" и как опасного, редуцированного до безопасного. Т.е. глядя на заключение "У Вас плохой интернет" можно представлять его как коан "плохо не то, что он плохой, а что чтобы плохое обернуть в хорошее, нужно совершить усилие - отключить VPN и остаться один на один с недоинтернетом с хорошейй скоростью, либо наоборот, считать его хорошим уже потому, что он еще не до конца пропал. Особенно интересным здесь становится и сам момент измерения, требующий какого-никакого или хоть-какого-то интернета

(poll without text)

продавец рыбного отдела, одиноко царящяя между подсвеченных маркетинговым светом гребешков, рабов и рыбьих порций по баснословнм ценам, тихо смотрит в экран телефона. Давно ее никто не беспокоил, а я вот сейчас побеспокою и спрошу, нет ли у нее речной рыбы. "Ах, нет", - могла бы сказать она, но ведь не скажет, а скажет "ну есть". На самом деле она пожимает плечами и начинает медленно открывать по очереди холодильники, проводя процедуру анамнезиса. Припомнив многое, она разворачивает ко мне свое круглое лицо и говорит "получается, что только суповой набор из карпа." Потом, сжалившись и увидев моё смирение, равнодушно добавляет "там только головы и кости, хребты еще". Я, чтобы не прерывать разговор, спрашиваю "и из этого варят суп?", но опытная продавец строго говорит "не знаю, но есть там нечего, - это кости, понимаете? и пара голов, и хребты". ""Понимаю", - почему-то тоже грустно говорю я. "Они хорошие", - вдруг добавляет она. "Я себе беру. Никакой суп я, конечно, из них не варю". Мне хочется спросить, а что она с ними делает, а куда пропадают остальные части карпа, и что в них хорошего, но стесняюсь и прошу дать мне брикет с головой и костями. Сквозь мутный политилен на меня смотрит карпий глаз отрезанной головы, а к голове приморожены длиные тонкие прочные кости и виден хвост, самый его кончиик. "Я же говорю, что хороший, - говорит продавец, заметив мой довольный и пытливый взгляд. "Да", - говорю я, чтобы порадовать скучную равнодушную продавщицу, "хороший, очень"

сяду я на табуреточку да кому пожалуюсь да кому пожалуюсь кому постенаю что и так мы притесненные да ограниченные а теперь еще напасть да напасть эта неизвестно откуда пришла да чтобы перейти с черного списка на белый надо что-то отключить но отключивши это что-то по ссылочке уже не перейти и вот сижу я с тремя приборами: один переписку ведет другой ссылочки собирает а третий скорость высокую держит а иначе нельзя не то скорость упадет да ссылочки все потеряются хорошо нам вчетвером тык да тык по ссылочкам и скорость приличная и всегда на связи

мы не забудем, не забудем как скорость падала твоя как VPN-ами обвешан я шел судьбе наперерез но VPN был мой замечен и скорость падала твоя он включен? да отключен? нет тут умер без мучений интернет

Приглашаю всех неравнодушных, но равномерно надушенных на дискуссию, если не сказать рэп-баттл, на горячую тему "Почему парфюмерия так и не вошла в общепризнанный круг искусств?". Идея такая: искусствовед, философ, парфюмер и художник заходят в бар обсуждают, как так случилось, что парфюмерия не закрепилась в мире искусства наравне с кино, музыкой и др. хотя были на то предпосылки. Только ли дело в утилитарном характере парфюмерии и низведении ее от алтаря до средства гигиены? Есть ли у этого пренебрежения гендерные коннотации? Как все-таки можно вывести парфюмерию в круг искусств, чего ей не хватает, института авторства, музеев, профессиональной критики, самой возможности хранения в неизменном виде на протяжении десятилетий? Записывайте в свои бальные книжечки, сохранёнки в тг и трекеры калорий (авансом): 10 апреля, 19:00 НИУ ВШЭ CREATIVE HUB, Москва, ул. Пантелеевская, 53 Вход по регистрации на странице конференции по искусству и дизайну «ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ИСКУССТВА И ДИЗАЙНА: СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ, ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И ПОЛИТИЧЕСКИЕ КОНТЕКСТЫ», в рамках которой мы и собираем этот сабантуй (не забудьте паспорт!)

новое начинание, которое сменило старое - вернуть всех из онлайна в офлайн. Для этого предпринимаются изобретательные меры: требуется во что бы то ни стало отучить от привычки нигде не появляться и только лишь подключаться, - точно так же, как еще каких-то шесть назад всех приучали нигде не появляться и всегда подключаться. Для офлайнизации используются техники выманивания и технологии живого присутствия с поощрением конкурсов, фестивалей, балов, чаепитий, семинаров и других старинных форматов, - точно также, как когда-то применялись техника захлопывания в ловушках квартир и технологий, способствующих утверждению консенсуса по бессмысленности любых перемещений. Но вопрос присутствия, места и наполнения живым мертвого не ставится, - по умолчанию выманенные должны каким-то образом возвращать свой дух опустыненным местам. Формальный характер решений во что бы то ни стало превратить пустое в наполненное, а наполненное в пустое заставляет сопротивляться и препятствовать в форме невозможных сбоев, накладок, рассогласований и диссинхроний. Чтобы оставаться на месте или двигаться, требуются какие-то более веские основания, кроме обозначающих себя чистых форм и логистических маршрутов, но никакой подручной идеологии для этого нет, если только не мыслить в терминах "особой атмосферы", "коллективного тела" и вредности пребывания в одиночестве в четырех стенах, - точно так же, как не было идеологии изоляции, если не мыслить в терминах "атмосферы заражения", "патогенности" и "подстраховки". По этой причине лозунги "оставайтесь дома" и "выходи из дома" могут меняться и чередоваться с любой частотой в нужном ритме, - кстати, идеология этого ритма, по крайней мере, существует и в основе ее лежит прислушивание и угадывание голоса власти

https://vectorsconference.com/comeongirls