Proeconomics

«Получен первый промышленный металл — никелевый файнштейн» — написали бы мы 30 апреля 1981 года про Надеждинский металлургический завод. Поздние 1970–1980-е — время крупных строек. В эти годы Норильский район действительно входил в новый цикл развития: после открытия Талнахского и Октябрьского месторождений стало очевидно, что регион больше не может существовать как набор отдельных рудников. Он превращался в интегрированный технологический комплекс — рудный, энергетический, транспортный. Создаются новые мощности в обогащении и металлургии, запускается Надеждинский металлургический завод, расширяются подземные рудники Талнахской группы. Северный морской путь постепенно превращается в устойчивый транспортный канал: его инфраструктура ещё далека от сегодняшнего уровня, но именно тогда закладывается понимание, что без морской логистики развитие Таймыра ограничено. Однако 1990-е стали для района отдельной эпохой — переходной и неоднозначной. Промышленность Арктики столкнулась с распадом кооперационных связей, резким ростом себестоимости и отсутствием инвестиций. Многие проекты были заморожены, часть объектов фактически простаивала, а сама система жизнеобеспечения Норильска оказалась под давлением: суровый климат и изолированность требовали больших затрат, которых в стране тогда не было. Но именно в 1990-е происходят два важных процесса, часто недооценённых: 🔹 Сохранение ключевой инфраструктуры. Несмотря на кризис, район не потерял рудники, энергетическую базу, порт Дудинка и транспортную связку с Енисеем. Это позволило стартовать с «устойчивой платформы» в начале 2000-х. 🔹 Переосмысление промышленного цикла. Именно тогда стало ясно, что будущий рост невозможен без модернизации старых заводов, экологических решений, цифровых систем управления и нового подхода к Арктике как к инвестиционной территории. С середины 2000-х начинается следующая фаза — технологическая. На рудниках внедряются автоматизированные комплексы, цифровые модели месторождений, системы мониторинга породы и вентиляции в реальном времени. Металлургия переходит к более глубокой переработке, а обновление энергетической инфраструктуры — прежде всего газовой — снижает зависимость от угля и повышает устойчивость региона. Северный морской путь становится уже не просто маршрутом, а структурной опорой всей арктической экономики: модернизируются порты, обновляется ледокольный флот, формируются новые логистические схемы. Для Таймыра это означает возможность интеграции в мировые сырьевые цепочки без опоры на длинные наземные магистрали. Экологическая повестка тоже меняет масштаб: закрытие устаревших объектов, строительство новых систем сероочистки, проекты рекультивации, переход к современным стандартам промышленной безопасности. Для района, где металлургия исторически была тяжёлой, это один из ключевых элементов трансформации. Сегодня Норильский промышленный район стоит на стыке нескольких эпох: позднесоветского наследия, пережитого 1990-ми, и технологического курса XXI века. Здесь продолжается формирование арктического индустриального центра — опирающегося на руду, энергию, цифровые решения и Северный морской путь. Продолжение следует <- Предыдущий пост #спецпроект #месторождения #Таймыр Подписывайся на «Металл и Капитал»

В 2025 году фондовые рынки Европы и Азии принесли почти вдвое большую совокупную доходность по сравнению с США в долларовом выражении. Особенно сильными были отдельные такие рынки, как Италия (54%), Испания (73%) и Корея (71%). На 2026 год GS прогнозирует общую доходность в долларовом выражении для S&P 500 в размере 15%, что немного ниже, чем у европейского индекса STOXX 600 (16% в долларовом выражении). Если на Украине установится мир, а с России постепенно начнут снимать санкции, с возвращением нерезидентов, то и российский индекс Мосбиржи в 2026-м будет претендовать на звание одного из лучших в мире по доходности, вероятно, в пределах 100-120% роста.

(к предыдущему посту) ВПК (обработка) перестаёт быть драйвером роста. ЦМАКП отмечает про динамику загрузки мощностей: «Загрузка производственных мощностей, согласно опросам бизнеса, в III кв. в целом по экономике продолжает падать, причём фронтально. Она вышла на уровень 78% (сезонность устранена), то есть «в целом по экономике» проблемы перегрузки мощностей уже нет. В добыче полезных ископаемых на фоне санкций и политики ОПЕК+ загрузка мощностей упала до минимального уровня с начала 2019 г. В обрабатывающей промышленности уровень загрузки упал уже до 70%». Последний драйвер роста – рост реальных доходов и потребления. Но по всей видимости, в 2026-м и их рост прекратится.

ЦМАКП, декабрь 2025: «Значение сводного опережающего индикатора (СОИ) входа российской экономики в рецессию в сентябре продолжало расти и достигло 0.24, оставаясь выше критического порога (0.18). Соответственно, СОИ продолжал подавать сигнал о том, что на горизонте ближайшего скользящего года (до июля 2026 г. включительно) российская экономика с высокой вероятностью войдёт в стадию рецессии».

Президент Путин впервые за долгое время приехал в Дом Правительства на новогоднюю встречу с членами правительства. В 2020 и 2021 годах из-за пандеми такие мероприятия проводились в режиме видеоконференции, а в 2022 году президент не участвовал в традиционном заседании. В 2023 и 2024 годах информации о подобных мероприятиях в открытых источниках не было. Возобновление личного присутствия главы государства и его поздравления руководителям ФОИВ можно считать особо высокой оценкой работы правительства Мишустина, что и подтвердил в своем выступлении Президент. Его общие выводы — правительство действует слаженно и профессионально, нацелено на ощутимые позитивные изменения в жизни граждан и всей страны. Ключевые макроэкономические показатели стабильны, структура экономики меняется в пользу высокотехнологичных отраслей, безработица минимальна. К заслугам кабмина отнесены и сбалансированность бюджета, что гарантирует устойчивость финансовой системы страны, что вообще-то является прямой конституционной обязанностью ЦБ. Эти тезисы выступления главы государства свидетельствуют, что правительство Мишустина смогло купировать, начиная со времен пандемии, последствия политической и экономической турбулентности, благодаря переходу к системе стратегического планирования и нацпроектов на основе комплексных системных информационных технологий и формированию цифровой управленческой вертикали. Среди ключевых задач на ближайшее время — преодолеть демографические вызовы и выйти на уверенный рост рождаемости (СКР минимум 2,1) серией взаимосвязанных решений. Среди них — дополнительная поддержка многодетных семей (профильный нацпроект в 2025-2030 годах стоит 21,1 трлн руб). Совокупность стратегических наработок правительства, как единой сплоченной команды, как подчеркнул глава кабмина, позволит достичь главной цели — обеспечить устойчивость ключевых сфер: промышленной, финансовой и социальной. Это заявление означает, что будут продолжены преобразования в рамках нацпроектов, ориентированные на формирование "экономики предложения" через структурные изменения и развитие материального производства и технологическое лидерство с рубежом выхода в 2026-2029 годы на рост ВВП не ниже общемирового (3-4%). Государство при этом будет играть ключевую роль, контролируя и регулируя рыночные отношения и создавая точки стратегического роста. Конкретно — повышая престиж и потенциал госслужащих, в первую очередь, обеспечивающих выполнение социальных обязательств. Распоряжение о повышении зарплат отдельным категориям работников ФГУ подписал Михаил Мишустин, направив на эти цели более 9,5 млрд руб. из резервного фонда. Более 2.7 млрд руб. пополнят фонд зарплаты работников образовательных учреждений, свыше 3 млрд руб. получат медики, 3,6 млрд руб. — научные работники, 105 млн руб. — учреждения культуры. «Прямая обязанность государства — принимать решения, чтобы повышать благополучие людей, поддерживать их доходы», — резюмировал глава правительства.

(продолжение предыдущего поста) Директор Центра региональной политики РАНХиГС, д.э.н., автор Telegram-канала Klimanov.ru Владимир Климанов: Доля нефтегазовых доходов в федеральном бюджете традиционно высока, однако не такая большая, как была раньше. Если ещё несколько лет назад она превышала 40%, то сейчас уже нефтегазовые доходы в федеральном бюджете сократились до четверти. В этой связи влияние и изменение цен на нефть на мировых рынках на состояние федерального бюджета меньше, чем это было раньше. Однако достаточно высоко. Всё-таки если цены на нефть будут низкими, то и доходы, поступающие в федеральный бюджет, окажутся невысокими. Поэтому, конечно, дефицит, с которым исполняется федеральный бюджет в последние несколько лет, только усугубится. И это, в свою очередь, негативно скажется на потенциальных расходах федерального бюджета по разным направлениям. В условиях текущего момента вряд ли возможно дополнительное увеличение налогообложения, поскольку и в 2024-м и в 2025 году произошли существенные изменения в налоговом законодательстве, касающиеся практически всех основных налогов. Поэтому говорить о том, что налоговую нагрузку можно каким-либо образом ещё увеличить, вряд ли возможно. Главный редактор «Нефти и Капитала» Владимир Бобылев: Падение цен на российскую нефть действительно существенно сокращает бюджетные доходы. Низкие цены на нефть, судя по всему, это надолго (во всяком случае, на следующий год). Ещё одна проблема - это себестоимость добычи. Так как в России она в среднем составляет $30-40 за баррель, то такое снижение ограничивает инвестиционные возможности компаний в плане дальнейшего развития. В своих планах Минфин закладывает сокращение процента нефтегазовых доходов за счет роста ненефтегазовых, но процесс этот долгий, поэтому сокращение доходов от нефтегаза потребует какой-то компенсации, которая выльется в увеличение налогового давления не только на нефтегаз, но и на другие отрасли. Директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков: Если цены на российскую нефть действительно закрепятся в районе $34 за баррель и продержатся на этом уровне в течение 2026 года, это станет серьёзным стрессом для бюджета. При таком сценарии нефтегазовые доходы окажутся значительно ниже заложенных параметров, а дефицит может вырасти. Для экономики в целом и для обычных потребителей это означает не одномоментный кризис, а постепенное ужесточение финансовых условий. Наиболее вероятная реакция государства — поиск дополнительных источников доходов. Речь, прежде всего, идёт о росте косвенных налогов и обязательных платежей: акцизов, сборов, пошлин, а также о расширении налоговой базы и усилении администрирования. Такие меры традиционно считаются менее политически чувствительными, чем прямое повышение подоходного налога, но в итоге они перекладываются на потребителей через рост цен. Одновременно возможно усиление контроля, штрафной практики и фискального давления на бизнес, что также косвенно отражается на доходах населения. Слабые нефтегазовые поступления обычно усиливают давление на рубль, а ослабление курса повышает стоимость импорта и разгоняет инфляцию. Это снижает реальную покупательную способность граждан, даже если номинальные доходы формально растут. В бюджетной сфере при длительном дефиците, как правило, замедляется индексация зарплат и пенсий, а приоритет получают защищённые статьи расходов, что ограничивает пространство для социальной поддержки и развития. При этом ожидать каких-то экстренных или радикальных мер вроде массовых конфискаций или обнуления сбережений не стоит — это не стандартные инструменты бюджетной политики, и они возможны только как политическое решение, а не автоматическое следствие низкой цены на нефть. В целом, для физических лиц длительно дешёвая нефть означает более высокие налоги и цены, более жёсткое администрирование и слабый рост доходов, то есть постепенное ухудшение финансового фона, а не резкий обвал.

Цены на российскую нефть рухнули до $34 за баррель, сообщает Bloomberg. Если такие цены продержатся 2026 год, то дефицит бюджета прибавит 3,8-4 трлн руб. к планируемой их величине (видимо, общий дефицит бюджета тогда составит 9-10 трлн руб.). Что нам, простым «потребителям и физлицам», ждать при такой цене нефти? Дальнейшего увеличения налогов, пошлин, акцизов и ужесточения разного рода администрирования (штрафов, конфискаций и т.п.)? Ответы экспертов в рубрике #опросы Автор телеграм-канала «Мобилизационная экономика» Ян Гордеев: Снижение цен на нефть вкупе с укреплением рубля (текущий курс останется в 2026 году) создаёт определённые проблемы для бюджета, но эти проблемы не фатальны. Как не фатален сам факт дефицита бюджета. У Правительства есть пространство для маневра. Не обязательно оно будет включать в себя повышение налогов. Хотя такого исключать нельзя. Самый оптимистичный и реальный сценарий включает в себя: снижение процентных ставок, продолжение заимствований на внутреннем рынке, расширение налоговой базы на фоне восстановление экономики. Менее реальный сценарий, включает в себя попытки Правительства ослабить рубль, но для этого пока нет инструментов. Политический обозреватель Андрей Гусий: На самом деле, если разобраться, то некий пик повышения налогов и сборов был заложен в текущем году и в следующем дополнительных каких-то сборов я бы не ждал. И так их заложили с запасом. Однако соглашусь с мнением, что пик кризиса стоит ждать в следующем году. Здесь можно говорить о кризисе как раз для потребителей и простых граждан. Что действия ЦБ, что санкционные риски ещё не в полной мере дошли «до земли». При том я бы не сказал, что затронет одну какую-то сферу, одно потянет за собой другое, и в результате мы будем видеть комплекс рисков. Однако надо понимать, в Кремле также строят прогнозы в том числе и по реальным показателям, а не по средним значениям. Скажем так, не только по «средней температуре по больнице», но и в реальном понимании цен и перспектив. Поэтому я бы смотрел на проблему именно в разрезе вариантов действий, которые продуманы в Кремле. Одно понятно точно – изъятие активов у коррупционеров будет продолжаться. Слишком много и быстро средств таким образом возвращается в бюджет. Член РАПК, РАСО, политолог Вадим Попов: Возможные последствия низкой цены на нефть на 2026 год не сулят ничего хорошего. При такой цене дефицит бюджета будет нарастать, в связи с чем Правительству придется искать дополнительные источники финансирования в виде налоговой нагрузки на население и бизнес. Собственно, это уже и происходит в виде анонсированного повышения ставок налогов, введения новых сборов и увеличения административных штрафов. Также низкие цены на нефть повлияют на нестабильный курс валют, разгон инфляции и снижение уровня жизни населения. Автор телеграм-канала «Реальный сектор», экономист Олег Петров: При такой цене на нефть и росте дефицита федерального бюджета можно ждать усиления налогового контроля, но он коснётся скорее предпринимателей, так или иначе находящихся в «серой» зоне, и компаний, по поводу законности деятельности которых есть вопросы. Вместе с тем, существуют реальные резервы для увеличения доходов федерального бюджета, например, не мешало бы досконально проверить крупные холдинги, ранее покупавшие предприятия за границей и имевшие обширные связи с различными государствами, равно как и выставочные компании, по сути, торгующие воздухом. (продолжение в следующем посте)

Пока это самый пессимистичный прогноз на 2026 год из всех, что я видел – от Евразийского банка развития: «Более существенное снижение цен на экспортируемую нефть остается ключевым риском. В рамках рискового сценария предполагается, что вследствие снижения спроса на сырьевых рынках цена на сорт нефти Brent может снизиться до 45–50 долл. за баррель во II–III кварталах 2026 г. При таком сценарии экспортная цена российской нефти может сократиться до 40 долл. за баррель, что транслируется в падение нефтегазовых доходов. Это с высокой вероятностью приведёт к ослаблению российского рубля более чем на треть по сравнению с IV кварталом 2025 г., до уровня 110–115 рублей за доллар к середине 2026 г. Усилится инфляционное давление, и рост цен может ускориться до 8,5-9% в 2026 г. В этом сценарии самые высокие квартальные темпы роста цен придутся на III–IV кварталы 2026 г. Банк России в рисковом сценарии может поднять ключевую ставку до 20% и сохранять её на этом уровне до конца 2026 г.»

Интересная заметка, как экономика Китая всё больше разделяется на два контура, живущие по своим правилам, внутренний и экспортный. Внутренний контур всё больше поражается инволюцией, возвратом к социалистической норме: главное – выпуск. Тогда как капиталистическая норма: главное – прибыль. «Проблема в том, что в стране слишком много убыточных компаний, которые выживают только за счет поддержки местных властей. Из 129 брендов электромобилей, представленных на рынке в прошлом году, к 2030 году финансово состоятельными, по прогнозам, останутся лишь 15. В стране уже более 150 компаний по производству человекоподобных роботов, и чиновники предупреждают о риске перенасыщения рынка». Весь этот выпуск для подавляющего числа убыточных предприятий подпитывается только одним – нарастанием безумно огромного госдолга Китая. https://www.profinance.ru/news/2025/12/23/ci45-dve-realnosti-kitaya-tekhnologicheskij-ryvok-na-fone-ekonomicheskoj-razrukhi.html

Страны с низким уровнем государственного долга, такие как Швейцария или Швеция, наблюдают растущую корреляцию своих валют с колебаниями цен на золото и серебро. На диаграмме показана корреляция ежедневных изменений валют стран G10 по отношению к доллару с ценами на золото (синий) и серебро (красный). Инвесторы ищут убежища от обесценивания фиатных денег.

Как самые успешные люди в развитых странах отрываются даже не от низов, а от классического среднего класса. На графике - как выглядит в США соотношение доходов на 60-м и 95-м процентилях с течением времени. Полвека назад семьи со средним доходом зарабатывали 43% от доходов семей с высоким доходом, от высших 5% семей. Сейчас это соотношение снизилось до 31%. Современный тип экономики почти везде, включая Россию, улучшает жизнь и предоставляет шансы на дальнейший рост максимум 10% высших семей. Все остальные вынуждены быстро бежать (много работать), чтобы хотя бы остаться на месте. Нижним 50% не помогает и быстрый бег. (В США более 50% потребительских расходов приходится на высшие 10% населения. Предполагаю, что в России будет то же соотношение)

Начинается пора прогнозов экономистов на 2026 год. Но сейчас можно вспомнить их прогнозы на 2025 год. Тогда сработало устоявшееся правило: прогнозируй всегда по худшему варианту. Это правило касается как частных прогнозистов (инвесткомпании, банки), так и государственных (министерства и ведомства, ЦБ, институты развития). Как мы видим, консенсус-прогноз подавляющей доли экономистов год назад обещал нам курс доллара выше 100. Ключевая ставка на декабрь предполагалась где-то на уровне 18-20%, инфляция – выше 7%. И это – нормальное поведение экономистов. Правило «прогнозируй самое худшее» устоялась везде по миру, а не только в России, после кризиса 2008 года, который те самые экономисты предвидеть не смогли. Тогда они стали «козлами отпущения» у тех же частных инвесторов, что потеряли в кризис огромные деньги. Потому с тех пор прогнозисты «дуют на воду» - чтобы потом, если всё же кризис вдруг грянет, никто их не обвинил в том, что они его не предугадали. Например, в США год назад многие экономисты предрекали рецессию, а также существенный рост инфляции вследствие введения тарифов Трампом. Многие аналитики, как Citi (на скрине) обещали цену на нефть в $50 за баррель в 2025 году. На самом деле мы в последние пятнадцать лет убедились, что финансово-экономические блоки правительств развитых и среднеразвитых стран научились купировать шоки, во всяком случае – не давая им с краткосрочного выйти на среднесрочный уровень. Исключение – только совсем дремучие режимы, кто принципиально живёт вне экономических правил, как ранее Зимбабве или как сейчас Венесуэла. Или всякого рода failed state, управляемые полевыми командирами-фанатиками, вроде йеменских хуситов и афганских талибов.

(продолжение предыдущего поста) Руководитель отдела экономических исследований аналитического агентства «Национальный Эксперт» Алексей Климовский: Рост цен на драгоценные металлы подтверждает их роль как защитного актива в условиях глобальной нестабильности: золото прибавило 70%, серебро и платина — почти 2,4 раза, палладий — около 2 раз. Прогнозы на будущий год предполагают дальнейшее удорожание, обусловленное дефицитом предложения, промышленным спросом (электроника, энергетика) и геополитическими рисками. В такой ситуации расширение инвестиционных возможностей для платины, палладия и серебра, аналогичных существующим для золота, представляется обоснованным. Это помогло бы диверсифицировать портфели российских инвесторов, снижая зависимость от валюты и акций. Отмена НДС повысила бы ликвидность металлов, простимулировала спрос и поддержала отечественных производителей. Но в условиях жёсткого бюджетного дефицита эта мера маловероятна. Таким образом, в качестве недостатков можно указать бюджетные потери и риски спекуляций, они потребуют строгого регулирования ЦБ для предотвращения пузырей. Если ставки по депозитам упадут ниже 10–11%, переток капитала в металлы ускорится, повышая их роль в сбережениях. Директор по аналитике Инго Банка, к.э.н. Василий Кутьин: Доходность драгметаллов в рублях с начала 2025 года, согласно статистике учетных цен ЦБ, составляет 26,5% по золоту, 69,2% по серебру, 58,6% по платине и 40,9% по палладию. На 2026 год прогноз благоприятный, драгметаллы обладают значительным потенциалом к росту, прежде всего золото и серебро, выступая флагманскими консервативными активами. Инвестиции в серебро менее распространены, но показывают рост интереса в последние годы, инвестиционная привлекательность серебра становится всё более очевидной для многих аналитиков. Главный маркер интереса к серебру - индекс соотношения цен золота и серебра (GSR). Если в начале 2025 года соотношение учётных цен ЦБ золота к серебру составляло 88,2, то на 23.12.2025 оно сократилось до 65,9, причём в земной коре соотношение этих металлов примерно 1 к 17. В последние годы объём мировой добычи золота составляет около 97 млн унций в год, а серебра - примерно 800 млн унций, то есть соотношение составляет 1 к 8,25. Начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст», к.э.н. Олег Абелев: Есть несколько причин, почему нельзя устанавливать инвестиционные рамки для платины, палладия и серебра. Эти драгметаллы, в отличие от золота, имеют ещё и промышленное назначение. Объёмы торгов по ним меньше, чем у золота, а волатильность - выше. Соответственно, гораздо выше риск резкого изменения цены. В целом, инструмент неплохой для российских инвесторов, но гораздо более волатильный по сравнению с золотом.

Драгоценные металлы в 2025 году били ценовые рекорды и, по прогнозам многих экспертов, будут расти и в 2026-м. Так, золото с начала года подорожало на 70%, серебро и платина – почти в 2,4 раза, палладий – почти в 2 раза. Не настала ли пора регуляторам – ЦБ, Госдуме, правительству и др. – создать для платины, палладия и серебра те же инвестиционные рамки, что есть сейчас в России у золота? Они могли бы стать хорошим инструментом для российских инвесторов. Ответы экспертов в рубрике #опросы Зампред комитета ГосДумы по экономической политике Михаил Делягин: Сакральным металлом является только золото, поэтому регулирование отражает его уникальный статус в общественном сознании. Общая тенденция - ограничение этого уникального статуса: с 1 сентября введен учёт операций с ним физлиц, предполагается как-то ограничить его фактически свободный вывоз из страны. Таким образом, речь идёт не о расширении «инвестиционных рамок» регуляторами, а, напротив, об их сужении. Потому как драгметаллы как объект инвестиций объективно конкурируют с проектами развития экономики. Экономист, промышленный эксперт Леонид Хазанов: Рамки для всех драгоценных металлов в России одинаковые, просто дело заключается в их разных количествах, доступных частным лицам и институциональным инвесторам, и их предпочтениях - они традиционно делали ставку на золото, остальные были в его тени. Теперь они вышли на яркий свет и стали интересны многим, поэтому-то цены на них идут вверх, недаром в середине декабря на Петербургской бирже стартовали торги серебром. Самым же недооценённым среди драгоценных металлов является всё-таки палладий - в Северной Америке и Южной Африке его добыча падает, тогда как из других регионов, в том числе из России, его поступление остаётся стабильным и вряд ли будет увеличиваться - производителям нет смысла наращивать его выпуск в условиях роста цен на металл. Одновременно можно ожидать усиления спроса на палладий со стороны западных и азиатских предприятий, выпускающих автомобили с двигателями внутреннего сгорания и гибридные машины (на фоне стагнации производства электромобилей), и развития новых областей его потребления, например, водородной энергетики. Депутат ГосДумы, д.э.н., профессор Николай Новичков: Драгоценные металлы, как и драгоценные камни - хороший инструмент инвестирования. Для данных имущественных объектов однозначно нужен понятный регуляторный процесс и защита прав инвесторов. Вместе с тем, должен отметить, что драгоценные металлы и драгоценные камни - это, по сути, те же самые депозиты, которые в прошлом и текущем году перетянули на себя ресурсы неинституциональных инвесторов. В этой части для экономики важны в большей степени инвесторы (в том числе, портфельные), которые вкладываются в реальный сектор экономики, в акции, облигации, цифровые активы наших производственных кампаний. Надо всецело поддерживать инвестирование именно в эту сферу. (продолжение в следующем посте)

Что будет означать мирное соглашение по Украине для мирового нефтяного рынка? Отраслевой портал Oilprice намечает некоторые явления в этом случае: - Даже если завтра будет достигнуто полное мирное соглашение, на существенное снятие санкций США в отношении России, вероятно, уйдут месяцы, а на снятие всех подобных запретов – годы. «Отмена каждой из них потребует формального процесса проверки, межведомственной координации и иногда одобрения Сената, если речь идёт о договорных обязательствах. Не забывайте, что эти санкции часто также распространяются в отношении компаний и частных лиц из третьих стран, связанных с Россией, поэтому для их отмены потребуется ещё один уровень юридических процедур и переговоров с союзниками в Европе и Азии, что займет очень много времени. Кроме того, любая существенная отмена санкций может быть оспорена законодателями на каждом этапе, что выведет её из-под контроля исполнительной власти». - Европа - как ЕС, так и другие страны, включая Великобританию - выглядит ещё менее склонной, чем США, к скорому снятию санкций с России. «Как эксклюзивно сообщил OilPrice на прошлой неделе один высокопоставленный источник в сфере безопасности ЕС: «Независимо от того, что делают американцы, и независимо от любого мирного соглашения по Украине, мы ничего не будем отменять в отношении России». В общем, санкции легко вводятся, но очень тяжело снимаются, какие-то из них для России будут действовать ещё десятилетия. Так, к примеру, было с американской санкцией Джексона-Вэника, введённой в отношении СССР в 1974 году и снятой с Россией только в 2012-м. Что интересно, эта санкция продолжала действовать даже против бывших республик СССР, ставших независимыми – например, с Украины она была снята в 2006 году.

ВПК становится драйвером немецкой промышленности. Вот почему властям Германии необходимо поддерживать тезис о «нарастающей угрозе с Востока». Германия планирует почти втрое увеличить свои ежегодные военные расходы в ближайшие годы, доведя их до 180 миллиардов долларов к 2029 году (это будет больше, чем нынешние траты России на оборону). Эти траты начинают отражаться на экономических данных. По словам Хольгера Шмидинга, главного экономиста Berenberg Bank, в октябре немецкое промышленное производство показало значительный рост в секторах, ориентированных на военные расходы. Это помогло более чем компенсировать спад в других основных отраслях немецкой промышленности, таких как автомобилестроение и химическая промышленность. Это настоящая находка для испытывающего трудности немецкого производственного сектора, который неуклонно сокращался в течение последних семи лет из-за высоких цен на энергоносители, агрессивной конкуренции со стороны Китая и американских тарифов. (Кроме накачки собственного бундесвера Германия намерена расширять экспорт вооружений, от средств ПВО до военных кораблей)

Как рост платформенной занятости в Китае бьёт по внутренней экономике: «Самозанятые работники в Китае сейчас составляют около 30% несельскохозяйственной рабочей силы, по сравнению с 20% в 2013 году. Число водителей такси в Китае утроилось и достигло 7,5 миллионов человек за четыре года до 2024 года, хотя количество поездок за тот же период выросло всего примерно на 60%, как показывают правительственные данные. В экономику фриланса входит так много людей, что это оказывает понижающее давление на заработную плату, поскольку люди, уволенные из других отраслей или не сумевшие найти постоянную работу, конкурируют за оплату труда».

Данные Авито-Работа (11 месяцев 2025 к 11 месяцам 2024) показывают рабочие специальности – лидеры и аутсайдеры по востребованности на рынке труда. Среди лидеров – общепит и пищевая промышленность, поддержка. Среди аутсайдеров – стройка и склады. Про то, что дела в строительстве плохи, мы теперь знаем и по этому индикатору. (данные – «Обзор рынка труда: итоги 2025 года и исследование профессиональных перетоков синих воротничков», декабрь 2025, от Авито Работа)

Из свежего мониторинга экономиста Сергея Блинова: «Это будет всего лишь второй год (2025-й), когда инвестиции будут выше советского рекорда 1990 года, продержавшегося 35 лет». Т.е. только в 2024 году Россия достигла физического объёма инвестиций, наблюдавшихся на пике в 1990 году в РСФСР. 35 лет понадобилось России на восстановление.

(продолжение предыдущего поста) Основатель соцсети finbazar Владислав Никонов: Утверждение, что в 2026 году будет меньшее количество выходов на биржу, чем в 2025-м, очень маловероятно по одной простой причине. Заимствования до сих пор дорогие, то есть компании взять кредит дорого. А биржа и государство придумывают льготные программы для того, чтобы стимулировать выход на фондовый рынок компаний. Компаниям сейчас покрывают значительные части издержек, чтобы она вышла на рынок акций и получила деньги на развитие. Таким образом, и с учётом понижения процентной ставки в 2026 году, как стимулирование роста фондового рынка, я ожидаю, что количество IPO точно будет больше четырёх. Это может быть как раз около 10 компаний, которые выйдут либо в конце года 2026-го, либо во второй половине 2026 года. Причин для их выхода на биржу несколько. Всё так же хорошие льготы для того, чтобы финансироваться за счёт фондового рынка. Снижение процентной ставки наиболее сильно будет происходить к концу первой половины 2026 года. Снижение инфляции, восстановление экономики также будет происходить во второй половине 2026 года. Это позитивно скажется на фондовом рынке и на его привлекательности. Компании, которые будут выходить на IPO, будут более интересны и привлекательны. Поэтому я ожидаю, что количество IPO будет расти. Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов: На решение о выходе компании на IPO влияет множество факторов, как связанных с конъюнктурой рынка, так и со стратегией конкретной компании. Это делает очень сложным прогнозирование того, сколько компаний выйдет на биржу в течение календарного года. Однако чаще всего этот показатель стремится к некоему среднему значению. Это означает, что после нескольких лет с высокой активностью стоит ждать период низкой, и наоборот. В 2026 году ожидается невысокий темп роста экономики, и, скорее всего, и активность выхода компаний на IPO пока останется низкой. Управляющий директор инвесткомпании «Риком-Траст» Дмитрий Целищев: В следующем году мы ожидаем гораздо более проактивной позиции эмитентов на первичном рынке и постепенную реализацию накопленного, но так и не удовлетворённого спроса со стороны инвесторов. Длительная пауза в IPO, ограниченный выбор качественных публичных историй и избыток ликвидности у институциональных и частных инвесторов формируют устойчивый запрос на новые размещения, который сложно игнорировать ещё один год. 2026-й год будет непростым с точки зрения макроситуации и волатильности, однако именно эта комбинация факторов парадоксально складывается в оптимальное окно для выхода на рынок вкупе с осторожным снижением ключевой ставки регулятором. При ограниченной конкуренции за внимание инвестора и высокой чувствительности к качеству бизнеса, новые IPO способны получить более осознанную базу именно долгосрочных акционеров. В такой ситуации и крупный, и средний бизнес с понятной моделью и прозрачной стратегией, с высокой вероятностью, воспользуются этими факторами, чтобы зафиксировать оценку, привлечь капитал и заложить фундамент для дальнейшего роста компаний. Генеральный директор аналитической компании «Эксперт Бизнес-Решения» Павел Митрофанов: 2025-й год оказался гораздо более жестким к рынку акций, чем многие ожидали, строя планы в 2024 году. Многие участники рынка и аналитики предполагали более динамичное снижение ключевой ставки, нежели оказалось в реальности. По этой причине и разморозки отложенных IPO и появления новых интересантов не произошло. Поэтому я бы сказал, что «яма» рынка IPO уже позади и по мере дальнейшего снижения ключевой ставки оптимизм на рынок будет возвращаться вместе с новыми сделками. А там, где не хватит рыночного оптимизма, можно ожидать стимулирования от государства ради выполнения поручения президента в части повышения капитализации рынка до 2/3 ВВП.