Просто про искусство

В 1905 году Пабло Пикассо жил на Монмартре и часто посещал цирк Медрано. Однако его интересовали не яркие представления, а повседневная жизнь артистов за пределами манежа: постоянные тренировки, скитания и одиночество. Видимо поэтому на картине нет ни циркового шатра, ни зрителей, ни праздника. Девочка не выступает, а напряжённо отрабатывает номер. Атлет не демонстрирует силу, а отдыхает. Даже находясь рядом, они словно погружены каждый в свои мысли. Хрупкая девочка вытянута вверх, тяжёлый мужчина словно придавлен к земле. Она балансирует на неустойчивом шаре, он прочно сидит на кубе. Её тело образует плавную волнистую линию, его фигура складывается из массивных угловатых форм. Она воплощает движение, он - неподвижность. Даже холодный серо-голубой костюм девочки противопоставлен тёплым розовым и коричневым оттенкам тела атлета. Пабло Пикассо «Девочка на шаре» 1905. Холст, масло, 147 × 95 см. ГМИИ им. Пушкина, Москва.

На полотне мастера соцреализма Владимира Серова мы видим сильную и уверенную женщину, величественно подающую знак рабочим, которых мы не видим. Она будто руководит созданием нового мира. Образ героини заставляет вспомнить работы Микеланджело и узнаваемые профили античных статуй. При внимательном рассмотрении картины зритель замечает изящную деталь, контрастирующую с обликом строительницы и пафосом произведения — это сережка, сверкнувшая бликом. Героиня даже в условиях тяжелого труда не теряет женственности: под цвет серьги подобран платок. Рукавица, мастерок, строительные краны — привычные элементы стройки, выступают в роли атрибутов, как лук у богини Дианы или весы у Фемиды. Так художник создаёт образ Строительницы, без которой невозможно было представить строительство светлого будущего. Владимир Серов «Строительница» 1964 Холст, масло. 83 х 63 см Музей современной истории России, Москва

Александр Арефьев был одним из лидеров ленинградского нонконформизма и легендой андеграунда. Его творчество — связующее звено между авангардом 1920-х годов и нонконформизмом в художественной среде 1970-х. Художник отображал самые нелицеприятные стороны жизни общества, обращать внимание на которые было не принято в советском искусстве. Сюжеты для своих полотен он брал прямо из жизни, ничего не приукрашивая и не изменяя, используя современные трактовки даже для далеких исторических тем. «Среди наших ребят не было формалистов — это значит: мы не шли изнутри себя живописным умением, создавая этим свой мир. Так никогда не было. Всегда на первом месте стояло наблюдённое, и после делался эквивалент ему красками… Всегда старались выбрать такой объект наблюдения, который уже сам по себе приводит в определенный тонус необычностью видения ускользающего объекта: в окно, в замочную скважину, в публичный сортир, в морг» Александр Арефьев «Композиция на античную тему», 1963 год, холст, масло, 41 х 60 см. МИСП, С-Пб.

Он создавал шедевры за считанные минуты, превращая сам процесс живописи в тотальный перформанс. Анатолий Зверев мог писать картины не только кистями, но и пальцами, ножом, бритвенным помазком, кусочком свеклы или пролитым кофе. Первоначальный хаос и брызги красок на бумаге внезапно оживали пронзительными, легкими и абсолютно гениальными образами. «Садись, детуля, я тебя увековечу!» — говорил он перед тем, как взмахнуть кистью. И увековечил — и своих моделей, и самого себя. Великий коллекционер Георгий Костаки считал его первым русским экспрессионистом, а Пабло Пикассо называл «лучшим русским рисовальщиком». 3 ноября Анатолию Тимофеевичу — легенде московского андеграунда исполнилось бы 95 лет. Анатолий Зверев «Автопортрет с сигаретой» 1956. Бумага, масло. 39,3×23,4 см Музей AZ, Москва

Образ Демона — мятежного духа, стал для Михаила Врубеля лейтмотивом, прошедшим через его творческую и личную биографию. Мысль о создании полотна зародилась у художника во второй половине 1880-х годов в Киеве, где он занимался реставрацией образов архангелов в куполе Софийского Собора, а также работал над росписями Кирилловской церкви и создавал эскизы для Владимирского собора. Погрузившись в религиозное искусство, Врубель неожиданно для себя начал думать о демоническом персонаже. Именно тогда, по свидетельству современников, он впервые обращается к образу Демона, делая десятки набросков и даже пробуя лепить его из глины. Михаил Врубель «Демон сидящий» 1890 Холст, Масло, 114×211 см Третьяковская галерея, Москва

Обнаженной натурой парижскую публику второй половины 19 века было не удивить, но обычно ее пытались хотя бы для приличия вписать в античные сюжеты. К тому же Олимпиями тогда называли самых дорогих куртизанок. На Парижском салоне 1865 года картина вызвала бурю негодования. Критики и публика были возмущены тем, что Мане изобразил не античную богиню или мифологическую героиню, а реальную парижскую куртизанку. Её взгляд, направленный прямо на зрителя, ставил смотрящего на место потенциального клиента. После скандала Мане спрятал полотно и долгие годы хранил его в своей мастерской. Позже картину выкупили друзья художника у его вдовы и передали в дар государств. С 1907 года картина экспонировалась в Лувре. Эдуард Мане «Олимпия» 1863 Холст, масло. 130,5 × 190 см Музей Орсе, Париж

Эта работа Казимира Малевича была впервые представлена в 1912 году в Москве на выставке «Ослиный хвост». До появления «Чёрного квадрата» оставалось ещё три года, однако путь к нему уже проложен: фигуры сохраняют узнаваемые очертания, но постепенно превращаются в сочетание цветных плоскостей, окружностей и линий. Огромные руки и ступни подчёркивают не индивидуальность людей, а физическое усилие. Спины, локти и колени образуют дуги, а тела словно вращаются вокруг невидимых осей. Повторяющиеся движения полотёров превращаются в ритм, захватывающий всю композицию. Казимир Малевич. «Полотёры». 1911–1912. Бумага, гуашь. 78 × 71 см. Стеделейк-музеум, Амстердам, Нидерланды.

Павел Третьяков больше сорока лет собирал русское искусство. Сегодня мы воспринимаем его галерею как нечто само собой разумеющееся, но когда-то это была всего лишь частная коллекция одного человека, который годами выбирал, какие произведения сохранить для будущего. На портрете кисти Ильи Репина Третьяков стоит в залах собственной галереи, среди произведений художников, которых он собирал и поддерживал. Это портрет зримо являет масштаб личности, который обусловлен не только биографией, зрелостью самосознания, врожденными талантами, но и мерой вклада в сокровищницу русского искусства. Илья Репин «Портрет П. М. Третьякова» 1901 Холст, масло, 111×134 см. ГТГ, Москва

Диего Ривера с раннего детства был знаком с индейским фольклором, поэтичностью и образностью мексиканской народной культуры. Вернувшись на родину после пятнадцатилетнего пребывания в Европе и увлечения французским модернизмом, художник стремился обрести собственный язык, основанный на национальных традициях. В это время складываются приемы создания произведений, успешно реализованные впоследствии в больших циклах стенных росписей общественных зданий: простота и четкость рисунка, локальность цветов крупных красочных пятен, контрастирующих с фоном. Диего Ривера «Фестиваль цветов» 1925 Холст, масло, 147,3 × 120,7 Художественный музей округа Лос-Анджелес

Этот завтрак длится уже почти полтора века. Никто из этих людей не знал, что они позируют для картины, которая станет одной из самых известных в истории. И никто не догадывался, что обычная трапеза в дешевом кафе на острове посреди реки Сены превратится в символ целой эпохи. А сначала это была просто встреча друзей, где царит радостная, непринуждённая обстановка, нет никакой парадности, все находятся в естественных, случайных позах. За перилами видна густая зелень, за которой проглядывает спокойное течение Сены. Пьер Огюст Ренуар «Завтрак гребцов» 1880—1881 Холст, масло. 130 × 173 см Собрание Филлипса, Вашингтон

«Купальщицы» Алексея Венецианова стали настоящим прорывом для русской живописи первой половины XIX века. Художник не стал вписывать наготу в античный сюжет или мифологическую аллегорию, как это было принято в академическом искусстве. Он показал реальную, повседневную сцену из жизни крестьянок, связав обнажённую натуру с естественным ритмом крестьянского быта. Картина вызвала неоднозначную реакцию современников. Например, Александр Бенуа считал работу неприятной, отмечая, что художник не раскрыл красочных отношений тел с зеленью. Однако Академия художеств приобрела полотно за 700 рублей, отметив «естественность колорита и приятности живописи». Алексей Венецианов «Купальщицы» 1829 Холст, масло. 52,5 х 36,5 см Русский музей, С-Пб

В сентябре 2026 года Государственный Эрмитаж предъявил публике результаты трехлетней реставрации знаменитого полотна Тициана. В ходе комплексных реставрационных работ, проведенных впервые за все четыре с половиной века существования картины, были удалены деградировавшие наслоения прошлых веков и потемневший лак, что позволило раскрыть первоначальный авторский колорит и детали композиции холста. Вы можете сами оценить результаты работ, сравнив изображение картины до и после реставрации. Тициан «Святой Себастьян» 1576 г. Холст, масло. 210×115,5 см Эрмитаж, С-Пб

Аукционный дом Sotheby’s впервые выставил на публике 12 работ из частного собрания Нелли Аррьеты де Блакье, которое более 50 лет было закрыто для посторонних, пишет The Guardian. Центральный лот — картина Винсента Ван Гога «Цветущие каштаны», написанная в мае 1890 года в Овер-сюр-Уазе, за несколько недель до смерти художника. Ее стоимость оценена в $180 млн. Второй по стоимости лот — «Арлекин» Поля Сезанна с оценкой в $150 млн. Перед аукционом в Нью-Йорке шедевры совершат мировое турне по ведущим галереям. После Лондона работы отправятся в Тайбэй, Гонконг и Париж. Аукцион назначен на 18 ноября. Поль Сезан Арлекин 1888–90 гг. холст, масло 92 x 65 см. Частная коллекция, Аргентина

Сам термин «кубофутуризм» ввёл именно Казимир Малевич — он использовал его в каталоге к выставке «Союза молодёжи» в 1913 году, чтобы обозначить новизну своих работ. Суть направления — в совмещении принципов кубизма (разложение формы на геометрические плоскости) и футуризма (передача динамики, движения, энергии современной жизни). Художники стремились организовать пространство картины так, чтобы оно напоминало работающий механизм, передавало ощущение движения. В картине «Точильщик» футуристическая энергия реализуется в мелькании деталей, а кубистическая структурность в обретении однородных элементов, способных составить любую конструкцию, которая на данном этапе воссоздаёт реальное явление, но в то же время может стать беспредметной. Казимир Малевич «Точильщик (Принцип мелькания)» 1912 холст, масло. 79 × 79 см Художественная галерея Йельского университета, Нью-Хейвен

Посетители первой в России выставки одной картины заглядывали за холст, пытаясь отыскать спрятанную лампу. Свет луны на полотне казался таким живым, что художника подозревали в колдовстве или в том, что великий химик Дмитрий Менделеев создал для него волшебные краски. Люди уходили с выставки, вытирая слёзы. Картину приобрёл великий князь Константин Константинович, внук Николая I. Князь сразу заплатил пять тысяч рублей. В дневнике он записал, что замер на месте. Перед ним была широкая река, которую полная луна освещала на далёкое расстояние, вёрст на тридцать. Он чувствовал то же, что при выходе на высокий холм, откуда видна величественная река в лунном свете. Дух захватывало, оторваться было невозможно, а душа ликовала. Архип Куинджи «Лунная ночь на Днепре» 1880 Холст, масло. 105 × 146 см Русский музей, С-Пб

Жизнь Василия Верещагина была похожа на непрерывное путешествие. Участие в сражениях, сотни этюдов, десятки картин — и постоянные споры с теми, кто не хотел видеть правду. Особенно доставалось ему от высших военных кругов. В 1867–1869 годах он добровольцем отправился в туркестанские походы, проявил храбрость и получил Георгиевский крест. Но когда он создал Туркестанскую серию, посвящённую тем событиям, разразился скандал. На его картинах не было бравых героев в парадных мундирах — только кровь, убитые, раненые, отрубленные головы. Он показывал войну без прикрас, и это многим не понравилось. Быть честным в искусстве — это самый сложный вид смелости. И Верещагин владел им в полной мере. Василий Верещагин «Нападают врасплох» 1871 Холст, масло, 82 × 207 см. ГТГ, Москва

Картина «Купальщицы» была написана в поздний сталинский период, когда советское искусство было зажато в жесткие идеологические рамки. Несмотря на это женщины на полотне выглядят удивительно свободно: в них нет политического посыла, лозунгов или соцсоревнования — только чистая радость бытия, гимн жизни, природе и человеческой красоте. Александр Дейнека, известен своим умением изображать атлетичные, сильные фигуры (спортсменов, стахановцев), переносит этот подход и на женские образы. Его героини — крепкие, здоровые, физически развитые женщины. В них нет изнеженной аристократической чувственности, но они лишены и грубой тяжеловесности. Их образы напоминают бессмертных древнегреческих нимф или граций, перенесенных в советскую реальность. Александр Дейнека «Купальщицы» 1952 Холст,масло, 183 × 179 см. Частная коллекция.

В 1962 году «Геологи» Павла Никонова были представлены на знаменитой выставке «30 лет МОСХа» в Манеже. После посещения выставки Хрущёвым газета Правда писала: «Знакомясь с такими, например, картинами, как «Геологи» П. Никонова, и некоторыми другими, товарищ Н.С. Хрущев сказал: — Картина должна возвышать человека, вдохновлять и вести его на благородный подвиг. А разве подобные картины могут выполнить такие высокие общественные задачи?» Резкая критика главы государства на долгие годы определила судьбу картины. Только в 1987 году она стала частью собрания Третьяковской галереи. Павел Никонов «Геологи» 1962 Холст, масло, 185 x 225 см. ГТГ, Москва.

Ещё будучи подростком Сезанн вступился в колледже за новенького. Поль и сам не ощущал себя там своим, но все-таки был довольно крепким и независимым: отец воспитывал его сурово. А новенький – был и робкий, и мелкий, к тому же шепелявил. Короче, начался буллинг. Вмешательство Сезанна помогло, от мальчика отстали. А он в знак благодарности принес Полю целую корзину яблок. Так началась их дружба и любовь Сезанна к яблоками. Яблоки оказались просто идеальным объектом для натюрморта и для поиска новых принципов в живописи, чем был занят Сезанн всю жизнь. А того несчастного мальчика из колледжа звали Эмиль Золя. Поль Сезанн «Натюрморт с яблоками» ок. 1890 холст, масло. 35,2 × 46,2 см Эрмитаж, С-Пб

После изнуряющей жары Флоренцию обрушился настоящий ливень: более 45 миллиметров осадков за час — редкость даже для капризного тосканского климата. Вода нашла слабое место в кровле галереи Уффици и просочилась под световой фонарь одного из залов, где выставлены семь картин XVI- XVII веков, включая знаменитого «Вакха» – юношу с виноградным венком, написанного Караваджо около 1596 года. Галерея отреагировала быстро: зал закрыли, картину сняли с экспозиции «в качестве меры предосторожности», реставраторы провели осмотр. Итог оказался обнадеживающим: ни капли воды не коснулось холста. Караваджо «Вакх» около 1596г. холст, масло. 95 × 85 см Галерея Уффици, Флоренция