Дефект Кулешова

Пусть «Лето будет общим»: дарим билеты на премьеру и фестивальный мерч Разыгрываем билеты на большую премьеру фильма «Лето будет общим» — черно-белого ностальгического роуд-муви, покорившего сердца зрителей и критиков и получившего специальный диплом жюри на фестивале «Горький фест 2026». Душевное путешествие трех друзей на море, прощание с детством, поиски героизма, песни под гитару и яркие звездные камео — все это случится 14 августа в киноцентре Каро 11 «Октябрь» при поддержке проекта КАРО/АРТ. После показа фильм можно будет обсудить с актерами и создателями — Даниилом Меркуловым, Микой Липманом, Олегом Ершовым, Анной Савранской и Марком Богатыревым. Чтобы принять участие в розыгрыше, нужно: 🔸 подписаться на каналы Дефект Кулешова, Киноревизор, Мемуары Улитки, Парни из Читальни, Усы Никандера, Я видел свечение экрана, кинокомпании Personality 🔸 нажать кнопку «Участвовать» 🔸 дождаться 10 августа Три победителя получат: по 2 билета на премьеру, классный постер фильма с автографами создателей, книги от издательства «Альпина нон-фикшн» и подарки прямиком с фестиваля «Горький фест 2026». А если не привыкли уповать на удачу и хотите точно попасть на уникальный показ — билеты здесь. Участников: 127 Призовых мест: 3 Дата розыгрыша: 18:00, 10.08.2026 MSK (завершён) Победители розыгрыша: 1. EvilDisco - 5l7439 2. Blaizer - 5l9uab 3. Ал Бо - 5lb8bc

И светлая память человеку, подспудно вдохновлявшему меня годами. (Прекрасный текст Кристины Матвиенко для «ИК»)

С днем рождения моего отца (Картинки из прошлогоднего сборного материала для «Кинопоиска», спасибо вновь Никите за приглос)

Выселками и неправдами материализовался в Выборге (через улицу Некрасова, понятно, и сплит-скрин вместо зрения как следствие бессонной ночи). Барабанить по клаве начну, наверное, завтра, и все же вот чего жду от «Окна в Европу»: — новой версии «Любви» Никиты Миклушова, предыдущая итерация которой меня поймала в разгар бракоразводного процесса и, закономерно, ощипала до крови (кадр оттуда стащил для поста); — новой работы Виталия Суслина, которую программный директор Андрей Апостолов поставил на последний день конкурсных показов, а «Окно в Европу» обычно финализируется если не лучшим фильмом, то артовым крауд-плизером, ну и кредит доверия к автору запредельный; — фильма по сценарию Сандрика Родионова (без лишних комментариев); — ответа на вопрос: можно ли превратить пластмассовый роман Тюльбашевой «Лес» в хотя бы пристойного кач-ва кино?; — полнометражного дебюта Никиты Давыдова, чей к/м «Торбасса» пару лет назад там сям показывал сам, а еще интригует, разумеется, раздвоение Евгения Николаева на актёра и монтажера единовременно. Также веселит логотип «Искусства кино» на каждом перешейке, вытатуировать такое на ландшафте славного города Выборга — занимательная авантюра.

31 августа в киноцентре «Октябрь» вместе с Ларисой Малюковой проведем обсуждение фильма «Космос как предчувствие» Алексея Учителя. Чудного, с одной стороны, артефакта из иной эпохи, корпускулярно заевших нулевых. С другой — злободневной ревизии взломанной изнутри утопии. Словом, разговор пойдет о выкрутасах на канатной дороге над бездной. Выпускают дорогие друзья из кинопрокатной компании Vereteno.

Выступить базовичком? Генерировать клипы с помощью ИИ — норм. Генерировать тексты с помощью ИИ — норм. Использовать нейросети в кинокритике — бессмысленно. Все таки, как бы там ни шагали вперед технологии, рецепция качества производимого контента с т.з. художественных критериев запаздывает. Да и не выработаны никакие свойства для суждений о том, где хороший ИИ-фильм, а где плохой. Т.к. итоговая оценка не может быть связана напрямую со способностями конкретных нейросетей; так же и значение фильма не определяется, скажем, удобоваримостью спецэффектов, аналоговым материалом и проч. Дважды два четыре. Ну очевидно же, что ответ на вопрос «как?» имеет смысл искать в зазорах между целеполаганием автора, потребительской стратегией и механизмами атрибутирования изображений/звуков/промптов. Интересен не отдающий нейросети творчество на аутсорс, но а) выискивающий способы эмансипироваться от её фантазии, последнюю представив во всеоружии (как ни странно, это все еще трудная задача); б) подбирающий ракурс для взгляда на продуцируемые ею причинно-следственные связи; в) способный по ходу пьесы менять регистры: тут ИИ — краски, здесь — холст, там — то и другое. Трижды три девять. Кинокритика же, что не удивительно, но тревожно, перескочила этап, на котором следовало бы формировать пресловутые критерии качества силами «слишком человеческого» понятийного аппарата. С нейросетями поспешили разговаривать на их языке, лишив тех, кто не встал в авангарде этого процесса, вменяемого дискурсивного поля. Отсюда — рессентимент, а-ля «слопы съедят наших детей». Плюс ко всему, несмотря на высокий средний уровень гуманитарного образования внутри профессии, коллеги, использующие Perplexity для, допустим, «фактчекинга», все еще видят какую-то пользу от «информационной функции» текстов о кино. Для журналистики это имеет смысл. В рамках критики же информировать кого-то о чем-либо, кроме вонючей способности культуры сопровождать наши худшие проявления и лучшие из надежд — бессмысленно. Значит, в случае лучших представителей ремесла, ты из разу в раз пишешь один и тот же текст, варьируемый твоими представлениями о цайтгайсте, контекстом и уровнем кортизола. Почти никогда, в идеале, собеседником, но так редко бывает. Т.ч., прежде чем решать вопрос о том, разумно ли рецензии перепоручать Гроку, стоит озаботиться собственной мотивацией. Если автор когда-либо пытался использовать ИИ в написании т.н. «аналитического текста о кино» (в любом жанре, будь то рецензия, колонка, книга), ему и так понятно: нейросети умеют, да, производить интересную (почти никогда, правда, не причудливую!) форму. Однако они наглухо лишены возможности провоцировать случайные ассоциативные цепочки, без которых, собственно, теоретизация эстетики превращается в мусор. Про стилистику вообще не говорю. На ошибки высокого пошиба все ещё сподобятся в этой профессии единицы, а ИИ в работе с текстами по прежнему подогнан под уравниловку. https://daily.afisha.ru/cinema/33502-vse-tochki-nad-ii-kak-kinokritiki-i-kinozhurnalisty-ispolzuyut-v-svoey-rabote-neyroseti/

15 лет назад не стало одной из лучших актрис европейского кино за последние лет 30, по иронии судьбы — меланхоличной русской женщины Екатерины Голубевой. «Три дня», «Пола Икс», «29 пальм» — фильмы, в которых её экзистенциалистскому масштабу не помешали эго режиссёров и деление мира на административные округа. И уход её из кадра подчас был большим событием, чем непосредственное появление. Как бы не любили её мужчины-режиссеры — Шарунас Бартас и Леос Каракс, — ни урезонить психофизику Голубевой нарративом, ни сочинить для оной драматургический эквивалент никому не вышло. Ее карьера таки сохранилась невоплощенным совершенством поломки, самонаводящейся не носителя деструкции. Об этом же прекрасный док Наталии Ю «Я — Катя Голубева».

На фестивале «Окно в Европу», который уже на днях стартует в Выборге, пройдет премьера новой картины Никиты Миклушова «Времена любви». Публикуем эксклюзивный фрагмент работы и делимся прямой речью автора о производстве, формальных решениях и щепетильной теме фильма.

чет сидел сейчас и думал что кажется я борщанул сестры и братья. щитпост про культурку — это героин. хз, как часто тут что-то будет появляться, но что-то, наверное будет. если тут еще вообще кто-то остался

С днём рождения, Сергей Кальварский. Зачем ждать момента, когда можно будет приписать «один из главных российских режиссёров», если мы уже в той самой точке? Из которой пресса торопится вытянуть тире, чтобы из него уже вытянуть «младший», «ученик…» и бла-бла-бла. Точками и тире, видите ли, морзянкой мы все ещё передаём в послезавтра либо упрощающие врезки, либо баллады о значении человека, автора. Хуже того — надежды, которые на него возлагаем, типа будущее с нами обязано сообщаться, нас должно в чем-то убеждать или разуверять. Вообще ждать нас. Поэтому мне стыдно за слово «надежда» в отношении Сергея. Вера, конечно. В творческого работника, который, как герои «Гнезда из бумаги», объемами невидимого извне труда сообщает цеху серьезность что ли, цель. Операторской манерой. Монтажным видением. Режиссерской интонацией. Преданностью труду. А пока он — один из главных российских режиссёров. И, пока у меня не выходит совсем без точек и тире, в ход идут аффирмации. Услышь, будущее, Мраморное ущелье: то, что Кальварский оттуда пронес через таможню между ГУЛАГом и ГУЛАГом. Или мы опять послезавтра проснемся фиктивными, а старт велопробега в нормальность так и не сдвинется.

ПРО SPIEXFF Славная авантюра-инициатива в сентябрьском СПБ, мотивирующая в очередной раз сказать спасибо сегодняшней турбулентности. Из-за действий ей назло вот такие формы самоорганизации творческого капитала заметнее. Из конкурса смотрел пока только пару вещей, а особенно нравится «Копоть» Никиты Баранова. Это попытка динамизировать тест Роршаха через использование 80 мм чековой термоленты. Зерно шумит ровно настолько, чтобы распад текстур приводил к зачатию всяких точкообразных, трапециевидных и пр. разной степени непроницаемости химер. С одной стороны рождается ощущение попадания в уникальный биом, с другой — вылазки в замкнувший на самом интересном месте аппарат МРТ. Саунд-дизайн соответствующий: путающий местами диегетическое и недиегетической, напрягающий и тут же расслабляющий нервные окончания. Хотя бы ради этого экспириенса я бы пошел в «Севкабель». Да и нет сомнений в том, что команда набрала выдающуюся прогу.

Нолан предсказуемо прошил классику набором готовых решений. Понравились разве что шрамы на Елене Троянской—Лупите Нионго, каст Бенни Сэфди на роль Агамемнона и демшизовая удаль, с которой режиссёр снимает штурм Трои как вылазку американских морпехов в афганский кишлак. Наверно Троянского коня не следовало вносить в Капитолий, а ПТСР — на берег Итаки. Но зачем, с другой стороны, лук, который может натянуть только ветеран с комплексом вины, если теперь цена ошметков пенелопиных женихов — ускоренный курс обучения на оператора БПЛА? Надо было Нолану не упираться рогами в риторические тупики, в который его загоняют аллюзии на современность, а чуть менее лениво разводить диалоговые мизансцены. Овца циклопу не советчик, но попутчик; я знаю, что речь о визионере. Однако зраки, в центр циклона уставившиеся IMAX-камерами, изнутри вот этой междоусобицы Сциллы с Харибдой кажутся блажью Калипсо. Попыткой удержать рассыпающийся мир в прокрустовом ложе большой формы. Тщетной кмк.

Пару лет назад после просмотра трехчасового Hayat Зеки Демиркубуза на себе вынес из кинотеатра «Лодзь» в Иванове испарину (спасибо лету, хрону, не работающим кондеям) и каплю — казалось бы, смешавшуюся с потом окончательно — веры в кино как в модернистский проект. Так чтобы и романная форма, и нарратив, и полифония. Так чтобы не подсуден был перевод названия — «Жизнь» — с турецкого на русский. И вот этой каплей доверия к модерну в кино всё ещё оперирую, когда надо приготовить оборотное зелье для превращения в, кхм, киноведа. Спасибо Зеке. Потом еще были озарения, в диапазоне от Мендосы Фильо до Эньеди (Нолан, приткнешься скоро в компанию?), но как-то кипучи оказались трясины именно экспериментального кино. В них увяз аж до грядущей работы в жюри конкурса экспериментального же кино на фестивале «Алания». В паре с дорогим, мощнейшим, мудрейшим Сережей Дёшиным. А тут объявили жюри основного конкурса. И там Демиркубуз… И, значит, треть или четверть моей веры в кино как в модернистский проект, как в отпечаток национального характера, как в массивные вирши о карликовом мире. Кул.

Набрался впечатлений из «Мест, предоставляемых» (2023) — короткого фильма Настасьи Лапши в ею же сформулированном жанре «Авито-трип». Избирательных, кропотливых, до кровоподтеков стирающих пальцы скроллингом Циана и т.д. в поисках квартир — уважаю. Я не такой. Мало сказать форсировал — саботировал процесс, занимая первый попавшийся контур жилья. Были экс-трэп-хата, вчерашний магазин носков, девять квадратных метров бывшей кухни etc. За этой импульсивностью стоят глупые травмы, инстинкт к грабежу себя; спасибо тем, кто в курсе. Работа Настасьи изобличает оба — вдумчивый и хаотический — подхода, оправдывая серфинг по «Авито» и последующий смотр квартир узорчатостью сознания. Этот экспериментальный фильм дает потенциальному, заметьте, жилью право голоса в биографировании режиссера. И выбирает Настасья кров, кажется, не из соображений бытовых удобств, но исходя из смутности объекта желания. Предустановленной взглядом Лапши, склонным сразу и к сэлфхарму, и к сэлф-спейсу. Или квартира, опять же, сама выбирает Настасью. Режиссер то хватает камерой огрызки типовых питерских паркетов, то давит уголком кадра риэлторов, зудящих о «белых ночах на балконе», то и вовсе спускает вояж по комнатам на тормозах хард-катом в самом неожиданном месте. Будто возвращение к интерфейсу агрегатора недвижимости не требует даже шага за порог. Словно бродит Лапша не по разным хатам, а внутри (и снаружи, когда на весь экран прогружается «Авито») одной-единственной, рассыпанной на углы, пиксели, лепнину по интернету и Санкт-Петербургу. Настасья прибавляет субтитры аля «Представляю, как снимаю ботинки и ложусь здесь спать, в доме на всю жизнь» к снимкам клочковатых сан-узлов, фотографиям парадных и шкафов-монашек. Не крошатся, как принято в конвенциональном арт-кино, а крепнут связи между местом и его образом, даже если первое заметно отстоит от второго. Крепнут силой слова, что противоречит имманентности n-комнатной коробки — и соответствует валентности человека, ставящего ощущение себя внутри пространства впереди собственно стен. Важный визуальный рефрен — дорожные записи Лапши, акупунктура трясущейся в видоискателе трассы. Не обязательно ради неё, дороги то бишь, прерывать монолог маклера о «модернистской застройке»: поездка вдоль холмов, вдали от урбана, оказывается прямым продолжением поиска дома, равнозначным прицеливанию на аренду комнаты. Аннемари Шварценбах, кажется, принадлежит сравнение роад-трипа с колючим зазором между тотальной неприкаянностью и желанием с чем-нибудь таки состыковаться (если не ошибаюсь — ищите в «Смерти в Персии»). Обреченный на художественную деятельность организм всего лишь острее проживает мерцание между свапом и съемом. «Места, предоставляемые» суммируют эти вибрации в неподъемную одним только рацио квартплату. В которую ещё и не входят, как правило, коммуналка, невроз, гений места, взмывающий с подушки аромат раскидистого генеалогического древа. Мечта о доме с пристройкой для кома в горле. Фильм с недавних пор доступен на «Пилигриме».

Спасибо «Алании» за приглашение! Жду строго кайфа)

Подруги-друзья, если что — навязчиво рекомендую. Дилогия Костомарова-Расторгуева — инъекция против окружающих нас лживых пароксизмов. Заставляющих человека не быть равному себе. И, по Марку Фишеру, делающих его/меня/(нас?) депрессоидами, хронически не догоняющими чужие ожидания. Мало того, что обладание, а затем и овладение камерой превращает героев-соавторов из прекариата в атомарных личностей, так ещё и климат — душевный, духовный — вокруг них становится субтропическим. Регистрация бесплатная! А разговор после может откалибровать нам всем оптику. В сторону от честности, по направлению к подлинности.

а теперь шутки в сторону пользуясь доверенной мне, простите, властью, делюсь с вами, любимыми подписчиками, до всяких анонсов ссылками на показы Расторгуева и Костомарова в это воскресенье, 2-го августа, в Зотове "Я тебя люблю" "Я тебя не люблю" после показов будет разговор с Сандриком Радионовым, Машей Гавриловой и Владом, героем фильма "ЯТЛ" тсс 🤫

Выпал выходной. Первый, знаете ли, в году. Может и окончательный, т.к. сам себя угнетаю во время отдыха. Только проснулся, сам себе объявив актированный день, и ощутил, насколько бесполезен. По связям между усилиями и результатами успешно прохожусь кусачками. Ну какой от меня прок — мутные, никем не читанные тексты? Площадка для высказываний талантливых, в отличие от меня, людей — пишущих, снимающих, мыслящих, чувствующих? Разговоры с ними же о, кмк, сущностном, которые толком не алгоритмизируешь, не подчинишь прикладным задачам? Попытки поддержать низовые инициативы, которые другую сторону приучают к твоей повсеместной лояльности? Доверительные разговоры с авторами в стремлении убедить их в их же значимости, нужности? Открытые беседы с людьми, которые ходят на спецпоказы и вдруг, на пару-тройку десятков минут, выглядывают из панциря и, обескровленные, заявляют: «надоело»? Стяжательством, альтруизмом оправдываешь и отсутствие кэша, и репутационные издержки, и творческие компромиссы. Это дискомфортно — зато удобно. Верить, что всё окупится. Нет, вряд ли. Не обязано окупаться. Даже если ты потратил на свое дело здоровье, семью, стабильность, привилегии. Это твой выбор. И инерция тоже может быть производной от его, выбора, свободы. Даже если из всех этих занятий можно, словно из сплюснутого тюбика с зубной пастой, выдоить только одну, последнюю каплю удовлетворения — ты это сделаешь. Я так больше могу.

В «ИК» премьера прекрасного видеоэссе Феди Папина про Stranger Things. Сентиментального, чуткого, даже чуть автобиографичного. Спасибо Феде за доверие и его талант.

Отвалите от Сарика! Он умеет гекзаметром