Укиё-э каждый день

«Храм Тион-ин, Киото» Внутренний покой великого храма Тион-ин в Киото, застывший в ожидании вечерней службы, мастерски передан Кавасэ Хасуи на этой архитектурной гравюре. Массивные колонны и балки темного дерева обрамляют вид на храмовый двор, где сквозь открытые пролеты ворот, украшенные яркими бумажными оберегами-фуда, виднеются старые сосны и мягкие краски заката. Лучи уходящего солнца золотят края каменных плит и деревянного пола, создавая резкие, но теплые контрасты в глубокой тени интерьера. Две крошечные фигуры, замершие в проеме, лишь подчеркивают монументальный масштаб священного пространства и его тишину. Kawase #Hasui 1933

Йены есть? А если найду? Komura #Settai 1920 (позднее издание 1950)

Как жить и развлекаться художнику укиё-э? Отвечает Кэйсай Эйсэн, точнее его автобиография, сохранившаяся в «Укиё-э руйко» — самиздате о гравюре и художниках периода Эдо. Он никогда особенно не стремился к славе. Вёл странствующую жизнь, постоянно меняя место жительства. Рисовал воздушных змеев, украшал доски для игры в ханафуда, праздничные флаги и другие предметы никогда не отказываясь от работы, если его просили. Он начинал создавать эхоны но внезапно исчезал, и никто не знал, куда он отправился. Издатели беспокоились и разыскивали его. Однажды оказалось, что он лежал пьяный в квартале удовольствий, словно умерший. Когда его наконец нашли, он едва смог закончить рисунки и передать их. Эйсэн часто брал одежду взаймы, выходил из дома и не возвращался. Когда хозяин (дома в котором он жил и издательства в котором он печатался) наконец узнавал, где он находится, оказывалось, что Эйсэн обменял одежду на сакэ и лежал пьяный, не осознавая себя. Он жарил живых иглобрюхов (фугу) вместе с бабочками (?) и ел их. Любил мясо кабана. Носил простые хаори и гэты. Казалось, что он просто вышел в ближайшее заведение, но ночью он садился на корабль и отправлялся в Кисарадзу в провинции Кадзуса. Вероятно, он отправлялся туда потому, что примерно в пяти ри от Кисарадзу, в уезде Сюфу, находился его старый семейный дом. Однако, несмотря на такое поведение, он никогда не занимал денег ни у родственников, ни у посторонних. Он просто зарабатывал своим искусством и тут же тратил деньги, словно раздавал их. Эйсэн один из самых влиятельных и популярных художников своего времени считался образцом праздности и декадентства. В конце своей и без того насыщенной жизни, он удалился в Нэгиси, но быстро понял что спокойная жизнь не для него и основал полулегальный бордель, а затем даже попал в значительные передряги умудрясь подделать печать чиновника. Он умер 22 июля 1848 года т.е. ровно 178 лет назад, а одним из его предсмертных стихотворений было: Если жизни суждено сбыться, то сожалеть не о чем; печально лишь расставание. На гравюре его «Ойран в кимоно с драконом», а в коментариях копия этой работы Ван Гога. Keisai #Eisen

Вот это размашистое дерево, чьи ветви аж приходится подпирать, всё еще стоит на этом самом месте, спустя сто лет после создания этой гравюры. Говорят ему более 700 лет, но я бы не верил, деревья очень редко столько живут и в спалённом сотней пожаров Эдо уж тем более. И всё же это удивительно, встать на то же самое место и увидеть тот же самый вид, что видел автор гравюры и целые поколения токийцев до него. Её называют Ёго-но мацу или "Сосна являющая бога" и говорят, что когда она погибнет, погибнет и храм в котором она растёт. Это сосаку-ханга, т.е. гравюра сделанная от начала и до конца одним человеком. Косио Коидзуми, тот самый человек, задумал её как часть своей серии «Сто видов великого Токио в эпоху Сёва», которую издавал 9 лет по подписке и только для 50 человек. Он создал её после землетрясения Канто чтобы запечатлеть быстро меняющийся Токио, но даже подумать не мог, что какие-то из этих видов останутся только на его работах, а другие проживут еще века. Kishio #Koizumi 1935

В недавнем посте про «чай» упоминается переезд старика в район Нэгиси-но сато (буквально "деревня Нэгиси) и я сразу не понял, но вообще тут заложена целая шутка. Этот район был известен как тихое и живописное место с богатыми лесами и таким количеством певчих соловьев, что публика приезжала туда только за тем чтобы послушать их. Со временем деревушка на окраине Эдо обросла загородными домами многих писателей, поэтов и художников, превратившись в своеобразный аналог Переделкино для Москвы или Комарово для Питера. Получается шутка в том, что совершенно не разбирающийся в культуре человек переехал в самое культурное место столицы и травил писателей "чаем". Такая популярность у интеллектуальной элиты не могла не отразиться в искусстве и немного поискав, я нашел вот этот прекрасный разворот из эхона «Иллюстрированный путеводитель по Эдо». Вот эта сосна в центре являлась главной достопримечательностью посёлка и многократно упоминается как его духовный центр. Она есть на всех гравюрах, она воспета в многочисленных стихах. Даже знаменитейший поэт Масаока Сики не обошел её стороной: Одинокая сосна — вот истинный облик осени Нэгиси. К великому сожалению сосна погибла в 1928 году, возможно серьезно пострадав от засушливого лета и последующего урагана. По последним оценкам она могла быть старше 350 лет, т.е. самого города в котором росла, её высота составляла более 44 метров, а обхват ствола более 13 метров. В 1956 году на этом же месте посадили вторую сосну, но она не прижилась и в 1976 году посадили третью, которая стоит там до сих пор. Из Корней первой был изготовлен памятник, а из ствола вырезали статую будды для храма который всё это время никуда не девался. Вы можете увидеть его на гравюре и на фото в комментариях. Utagawa #Hiroshige 1850-1870е

«Нагая девушка и черный кот» Я было сначала подумал: какая необычная гравюра; а затем взглянул на имя автора и все встало на свои места. Слишком эротично, слишком игриво. Как бы абсурдно не звучало, японец бы не постеснялся написать грудь, его такое не смущает. Скрыть наготу за котом — ещё одно немецкое преступление 20 века. Fritz #Capelari 1915

Все вокруг меня говорят о Одиссее, так будто мы в Греции тёмных веков, а Троя упала всего поколение назад. А мне вот стало интересно, чем занимались будущие японцы, пока Гомер сочинял свой легендарный эпос на другом конце света. Итак, Иллиада и Одиссея сочинены в +-8 веке до нашей эры, в это же время в Японии происходит невероятно важная трансформация из периода Дзёмон в период Яёй (не путать с яой) т.е. из маленьких общин охотников собирателей в протогосударства рисоводов. Дзёмонцы жили в небольших поселениях на пару семей, но в нескольких местах такие поселения достигали удивительных размеров в несколько сот домов, включая общественные склады и религиозные залы. Это удивительно, потому что мы всё еще говорим о охотниках собирателях. Попробуйте поймать достаточно мяса или найти достаточно ягод имея в руках только каменные орудия и еще пару сотен голодных соперников. И всё же как-то эти поселения выживали. Возможно дело было в обширной торговле, которая пронизывала архипелаг, позволяя товарам с одного конца станы оказываться в противоположном, без каких либо дорог или государств вообще. Например нефритовые украшения с Хоккайдо, были найдены в центральной Японии, а обсидиан из Нагано в Аомори, что минимум 500 км по непроходимым даже сегодня горам. Но в это же время из современных Кореи и Китая начинает проникать рисоводство и первые культурные заимствования. В 8 в. до н.э. часть дзёмонцев уже перешла на рисоводство и их культура начала постепенную трансформацию к той, которую мы называем яёй. Хотя значительная часть страны оставалась охотниками собирателями еще тысячи лет, этот переход обеспечит рост населения достаточный чтобы уже к 1 веку китайские источники сообщали о сотнях государствах, там, где сегодня стоит одна Япония. Перед вами маска домэн, которую люди тех лет носили в качестве амулета. Они подвязывались на пояс, лоб или туловище и имели небольшие размеры. Одна из удивительных чарт религии, которая до нас никак иначе не сохранилась.

Один старик, передав управление своим магазином молодым работникам, решил провести остаток жизни в Нэгиси-но сато. Он захотел заняться чем-нибудь изящным, соответствующим духу аристократической культуры, и придумал — заняться чайной церемонией. Однако никаких знаний о чайной церемонии у него не было. Он посоветовался со своим учеником Садакити и отправил его купить кое-что. Тот принёс ао-кинако (青黄粉) — зелёную соевую муку. Старик залил её кипятком и размешал, но пены не получилось. Тогда он снова отправил Садакити в магазин, и тот купил муку-но кава (むくの皮) — толченую древесную кору. На этот раз пена появилась, но напиток оказался совершенно непригодным для питья. Старик всё же заставил себя выпить его — и вскоре у него начался сильный понос. Старик и его слуга решили приглашать соседей и угощать их этим «чаем». Гости, которых уже неоднократно звали, прибывавшие в неком замешательстве от всей ситуации, начали приходить только ради хороших сладостей, подаваемых вместе с чаем. Через некоторое время старик понял, что расходы на кондитерскую стали слишком большими. Тогда он решил делать сладости сам. Он изготовил нечто вроде мандзю из картофеля и с большим изяществом назвал их «мандзю рикю» (利休饅頭) — в честь знаменитого мастера чая Сэн-но Рикю. Но и эти сладости оказались настолько ужасными, что есть их было невозможно. Однажды старик пригласил нового гостя и предложил ему свой «чай». Гость попытался выпить, но напиток был настолько отвратительным, что не проходил через горло. Тогда он поспешно взял «мандзю рикю», надеясь перебить вкус, но и оно оказалось настолько плохим, что проглотить его было невозможно. Он сделал вид, что ему нужно в туалет, вышел из комнаты и через веранду бросил сладость через изгородь на поле за домом. Но мандзю попало прямо в лицо крестьянину, который работал там. Крестьянин, вытирая грязь со щеки, сказал: «Опять они там чайную церемонию устраивают, что ли…» Из сборника «500 историй Энсо: краткое изложение». На гравюре чайный домик в том самом районе Нэгиси, сейчас это одноименный район недалеко от Уэно в Токио. Takahashi #Hiroaki 1936

Извиниться перед соседями за ночной вооруженный налёт, это самая японская вещь во всей истории с ронинами. В злополучную ночь, они ведь не просто вручили записки с извинениями, они знали что паника и звуки боя поднимут весь район, так что поспешили сами разбудить соседей и сказать: Мы, вассалы Асано Такуми-но-ками, только что ворвались в особняк господина Киры Кодзукэ-но-сукэ. Это ночной налёт, но никоим образом не разбой или ограбление; он предпринят исключительно ради отмщения за обиду нашего прежнего господина. Мы не причиним соседям ни малейшего бесчинства. Меры предосторожности против огня также строго приказано соблюдать, поэтому, пожалуйста, будьте спокойны. Как минимум один сосед чья усадьба прилегала к усадьбе Киры, хамамото (вассал сёгуна) Цутия Тикару, записал события тех дней в дневниках. Услышав шум он поднялся на стену и лично спросил что происходит, а когда услышал историю ответил: — Понятно. и поднял всех своих людей на настоящую оборону. Его целью было не дать людям Киры сбежать через его поместье, тем самым не допустив своё участие в и без того уже кровавом конфликте. Записка оставленная ронинами на входе в поместье Киры сохранилась. Вы её сейчас перед собой видите.

Зачем 47 ронинам коробка свечей? Чтобы видеть в темноте, конечно... Этот факт обычно упускается в многочисленных интерпретациях сюжета, но нападение на особняк Киры было совершено в ночь 30 января 1703 года и ни о каком, даже искусственном, свете не могло быть и речи. Ронины подготавливались полтора года, закупали оружие по разным провинциям, изготавливали кожаные доспехи, чтобы не греметь при ночном штурме, составили письмо с объяснениями, которое не только прикрепили к воротам самого особняка, но и разослали соседям, чтобы те не подняли тревогу. Их план был в мести конкретному человеку — Кире, и потому любые побочные жертвы считались нежеланными. Они даже тушили домашние очаги, чтобы в хаосе налёта не перевернуть угли и начать пожар. И естественно они хотели убедиться, что убивают того человека. Они использовали свечи не только чтобы найти Киру среди десятков прислуг и охраны, но и узнать его в лицо. В ту ночь погибло 17 человек. Все были самураями защищающими Киру Ёсинаку, все были вооружены и оказывали сопротивление. Ни одной женщины, ребенка или прислуги не пострадало. Ни один ронин не получил ранения. Utagawa #Kunisada 1830

木漏れ日（こもれび） коморэби — этим особым словом называют солнечные лучи прорывающиеся сквозь деревья в лесу или парке. Да, в японском для этого есть целый термин, не спрашивайте зачем, а лучше спросите есть ли он на гравюре. Очевидным ответом было бы однозначное "нет", так как на гравюре в целом нет теней, полистайте канал на недели вперед и вы едва найдете пару примеров с тенями и те попадают под одно значительное исключение: син-хангу. Син-ханга, она же "новая гравюра" испытавшая сильное влияние западной живописи восприняла так же и тени, так что если и искать коморэби, то у художников 20 века. Собственно я и нашел: «Дорога в Никко» и её знаменитая кедровая алея, существующая кстати, до сих пор и конечно, солнечный свет, просочившийся сквозь кроны деревьев. Kawase #Hasui 1930

В отличии от японцев, рюкюсцы, коренное население одноименных островов, сохранили религиозный матриархат! Судя по всему когда-то и у японцев жречество состояло в основном или вообще исключительно из женщин. В самом первом упоминании Японии даже отдельно подчеркивается фигура Царицы-жрицы Химико, хотя там всё довольно туманно и без подробностей. А вот у рюкюсцев женское жречество вполне себе живо до сих пор. Мужчины в этой традиции вообще не имеют права посещать священные места (хотя есть исключения). Исторически жречество делилось на официальных жриц спонсируемых государством — Норо и просто народных жриц — Юта. Чтобы стать Норо нужно было не только родится в нужной семье (должность часто передавалась по наследству), но и жениться на нужном мужчине, прожить всю жизнь на нужном острове. Но из-за намеренного уничтожения традиции и насаждения синто японским правительством, эта линия почти вымерла. На самом священном острове Кудака когда-то проводился ритуал посвящения новых жриц каждые 12 лет (в год лошади). Но с 1978 года не осталось девушек которые бы подходили под критерии и имели желание посвятить себя увядающей традиции. Последняя жрица умерла в 2008 году, полностью оборвав линию. На других островах остались единицы Норо, большинство в престарелом возрасте и вполне возможно они так же последние в своём роду. А вот Юта куда больше. Они выполняют роль народных целителей, гадалок и вообще мудрецов по любому околорелигиозному вопросу. Сегодня есть небольшое количество мужчин-юта, но в народном сознании это всё еще женская роль. Их тоже преследовало государство, но из-за менее строгих традиций передачи знаний, они смогли дожить до оккупации, а там уже спокойно влиться в культуру вполне разнообразной окинавской жизни. На гравюре «Ныряльщицы на островах Рюкю», не жрицы, конечно, но слава богу хоть такие есть. Nakagawa #Isaku

«Птице-собака из Фукуоки» — В городе Фукуока появилось страшное существо, не то птица, не то собака. Оно носило красный ошейник, чтобы сойти за домашнее животное и воровало варёный рис, пугая своим видом горожан. — В горах уезда Касуя, что недалеко от Фукуоки, видели Нурикабэ. Охотник заметил бесформенное существо белого цвета с человеческим лицом. Оно заслонило собою тропу и в какую бы сторону охотник не свернул, всюду следовало за ним, вставая непроходимой стеной. Избавится от него получилось только ударив по нижней части палкой. Нурикабэ завизжало и исчезло. Из свитка «Бакэмоно Дзукуси», 19 век.

Япония — родина метамфетамина Такой вот у нас канал интересных фактов. Всё началось в 1890-х, когда японские фармацевтические компании завезли коку на тогда принадлежавший Японии Тайвань и там же наладили промышленное производство кокаина. Бизнес так хорошо шел, что к 1910-м годам Тайвань стал мировым лидером производства. Настоящей кокаиновой столицей. Чайные плантации вырубались под коку, а выхлоп индустрии удваивался каждое десятилетие. Значительная часть этого наркотика поставлялась нелегально в Китай, что особенно иронично, учитывая тогдашнюю антиколониальную риторику властей и истеблишмента. Японские компании даже выкупали плантации в Перу, пытаясь создать монополию мирового масштаба. Но к 1930-м Лига Наций и мировое сообщество практически единодушно запретили кокаин, оставив японские фармацевтические компании без золотой жилы. Хотя многие ушли в подполье, страна обратилась к светлым умам родины в поисках альтернатив. На сцену вышли два японских химика: Нагаи Нагаёси — впервые синтезировавший метамфетамин и Акира Огата — впервые синтезировавший его в кристаллической форме и заложивший основы процессу производства наркотика, который до сих пор используют по всему миру. Метамфетамин выдавался японским солдатам так же регулярно как еда и к концу войны военные запасы наркотика ушли на черный рынок, создав практически неизученную проблему наркотической зависимости более чем полутра миллиона человек. Проблему, которая была решена только к 60-м годам и почти исключительно нулевой толерантностью оккупационных властей к любым наркотикам. На гравюре девушка предлагает трубку Даруме с ожившего настенного свитка. Ей, кажется, уже хватит. Suzuki #Harunobu 1765

Под этим постом вы можете прорекламировать свой канал или канал который вы читаете и желаете поделиться. В период Эдо в кварталах красных фонарей существовала традиция парада куртизанок. На фестивальном шествии, выставлялись самые дорогие шелка, самые красивые принадлежности, самые нарядные кимоно. Весь город прибывал в гедоническом экстазе и наслаждался тем, что в иное время могли увидеть лишь единицы. Сегодня у нас такой день. Я знаю что меня читает много талантливых людей и я знаю как тяжело бывает найти свою аудиторию. Так что для меня будет большим удовольствием дать вам площадку, где вы сможете себя показать. Только прошу, не кидайте просто ссылку, добавьте пару слов, пару картинок, пару чего-то искреннего и люди к вам потянутся. Я так же, как вы можете видеть, совершенно открыт к репостам хороших и интересных постов. Так что если вам есть что предложить, мне можно писать в личку. Я уверен где-то там есть хорошие каналы о востоке, просто о них никто не знает. А на гравюре «Оленёнок приближается». Fukami #Gashu

Однажды юная Сюсики прогуливаясь по храмовой роще, засмотрелась на цветущую сакуру. Она попросила у настоятеля храма чернила и бумагу, написала короткое стихотворение и подвязала на цветущую ветвь: Вишня у колодца — Опасное место Для захмелевших от вина Для нас сами звучит не очень, но настоятель так впечатлился талантом 13 летней поэтессы сравнивать возвышенное с низменным, что распорядился сопроводить её домой в паланкине и посоветовал родителям найти ей достойного учителя. Через какое-то время она начала заниматься у Эномото Кикаку, который в свою очередь был одним из самых близких и известных учеников Мацуо Басё. Собственно на гравюре, как мы видим, она опирается на паланкин закрываясь от потока летящих в нее лепестков сакуры. Эта прекрасная и тонкая работа Ёситоси, который редко писал что-то такое приземлённое и обычное. Tsukioka #Yoshitoshi 1875

Срочные новости! В деревне Мурата, уезда Миноти, провинции Синано произошло ограбление! В один из вечеров текущего месяца в дом местного богача ворвались трое грабителей. Они связали и побили хозяина и оказавшуюся на месте служанку, похитили все драгоценности из дома, включая 10 000 рё, и иные ценные вещи, и скрылись. Управляющий поместьем Куно, бросился в погоню за преступниками. Грабители, уверенные что за ними никто не следит, остановились под сосной чтобы обсудить планы и поделить добычу. Куно, взобравшись на эту сосну незамеченным, запомнил лица и имена каждого, а так же количество частей награбленного, которые они унесли домой. Благодаря его хладнокровью и точным сведениям, всех троих нашли и всё до последнего рё вернулось законному хозяину. Храбрый управляющий Куно получил щедрую награду и признание односельчан. Это отрывок ежедневной газеты из Осаки. Такие печатали на заре эпохи Мэйдзи в некоторых крупных городах страны. Совмещая традиционную гравюру с форматом информационной бюллетени пришедшей с запада, им удалось ненадолго продлить эпоху укиё-э в форме таких вот красочных бытовых зарисовок. Чтобы вы понимали объём украденного: рё это золотая монета и даже средний класс в городе зарабатывал дай бог 2-5 рё в год. 10 000 рё это примерно 150 кг золота. Автор неизвестен. 1875 год.

Посмотрите что нашел! Я занимаюсь гравюрой вот уже много лет и ни разу не видел чтобы триптих вот так дополнялся кверху. Это настолько необычно, что я бы смело отнес формат к одноразовым экспериментам, что делает эту работу потенциально одной из самых редких гравюр вообще. В наше время сложились совершенно иные критерии ценности гравюры на рынке. Несмотря на всё изящество, уникальность и редкость этой работы, едва ли она будет стоить дороже чем даже самая безызвестная работа Хокусая, не говоря уже о общеузнаваемых шедеврах. Этот шедевр выложил у себя автор блога Тосидама в своей колонке, где он рассуждает на тему ценности гравюры, вспоминая историю и комментируя настоящее. Я тоже постоянно сталкиваюсь с непониманием как картина скопированная 200 раз может иметь ту же ценность что картина написанная один раз. Отвечая, я часто сравниваю гравюру с фильмами, которыми можно и нужно наслаждаться несмотря на то, что оригинала либо не существует в принципе, либо он сокрыт в каком голливудском подвале. Мешает ли это осознание наслаждаться кино? Мне нет. Мне плевать на то что тот же фильм крутят в тысячах кинотеатрах и миллионах домов, я даже наслаждаюсь тем фактом, что я могу поделиться с кем-то своими ощущениями от искусства и этот кто-то меня поймет. Utagawa #Yoshitaki 1865

Тут на днях Трамп оговорился и сказал что Японская Исламская Республика бомбила американский авианосец, имея ввиду конечно Иранскую, но я готов дополнить его слова и рассказать о японской нефти. Нефть в Японии нашли очень давно. Буквально во втором самом древнем японском произведении — Нихон сёки — записано как выходцы из провинции Коси (современная префектура Ниигата) преподнесли императору 燃土 горящую землю и 燃水 горящую воду, что почти наверняка битум и сырая нефть. В последующие года нефть активно использовалась крестьянами в ритуалах, медицине и банально для освещения. Полноценно её добывало несколько местных семей, но согласно источникам нефти было так много, что люди ходили за ней на болота как за клюквой. В период Мэйдзи старосты нескольких деревень обратились к правительству с просьбой начать полноценную добычу. И понеслась... В следующие года, ставшая уже префектурой, Ниигата стала полем битвы между различными компаниями и государством за право добычи, а после нескольких выигранных судов, полем экологической катастрофы с более чем двумя тысячами вышек и по слухам таким количеством пролитой нефти, что рабочим приходилось шагать в ней по колено. Со временем добыча стала невыгодна по многим причинам. Специалисты с буровых уехали работать в арабский мир и в том числе Иран, а японские месторождения медленно угасали вплоть до 1980-х, когда окончательно закрылись после лопнувшего пузыря. На гравюре «Закат в Гомото, Этиго» одинокая вышка на пляже в Гомото в самый разгар нефтяной лихорадки. В коментариях, как всегда, фоточки. Kawase #Hasui 1921

+4

"Любовь это..." По версии слегка одержимой скелетами японской публики. Эти открытки были созданы в раннем Сёва и хотя влияние гравюры тут прям на лицо, думаю печатали их уже более европейскими методами. У серии нет общего названия, но выпускало их издательство Тайсэйдо Сэко известное в узких кругах своими открытками Великого Землетрясения Канто. К великому сожалению и издательство закрылось из-за военного дефицита бумаги примерно в 1930-х годах, а архив был уничтожен американскими бомбардировками Токио в 1945. В каком-то смысле смерть всегда окружала это предприятие. 1910-30е года. Спасибо вот этим ребятам за подборку открыток.