Графономика

Правительство РФ с участием «Роснефти» рассматривает вопрос о долгосрочном обеспечении Дальнего Востока нефтепродуктами, в том числе предусмотрев меры поддержки строительства ВНХК. Такое поручение поступило от В. Путина по итогам совещания о развитии топливно-энергетического комплекса на Дальнем Востоке в конце 2025 года. Грустный график, свидетельствующий о затяжной стагнации в отечественном нефтегазовом секторе. Добыча падает много лет, глубина переработки нефти не растет. Увеличиваются поставки нефти в дружественные страны — здесь можно читать как поставки дисконтированной для «друзей» нефти. С одной стороны, так и должно выглядеть «слезание с нефтегазовой иглы», о чем так много мечтали российские макроэкономисты в начале этого века. С другой — альтернативы нефтегазовой отрасли как драйвера развития российской экономики и донора бюджета не нашлось. Да и вообще, среди мировых отраслей очень мало секторов, позволяющих получить сопоставимую отдачу на вложенный капитал, производительность труда (что в условиях дефицитного рынка труда важно) и масштаб. Последнее тоже важно: наверняка есть прекрасные отрасли с невероятной рентабельностью, связанные с добычей и экстракцией сырья. Например, палладия или тантала. Но мировой рынок этих металлов настолько небольшой, что он позволяет «содержать» Норильск или Соликамск, но на бóльшие масштабы отрасли (емкости мирового рынка) не хватает. Поэтому нефтегаз до сих пор в основе российской экономики. Хотя доля в ВВП в прошлом году достигла исторического для России минимума — 13%, доходы федерального бюджета по-прежнему критически зависят от продажи нефти и ГСМ на внешние рынки. И это большая проблема отечественной экономики: за 35 лет после распада СССР иных драйверов развития (кормовой базы для бюджета) так и не нашлось. При этом уровень добычи нефти — возможно, фактор и объективный: не дает русская земля больше. Однако объем ее переработки в стране — фактор вполне субъективный, и он зависит в первую очередь от Налогового кодекса. Если драть с переработки нефти не три шкуры, а хотя бы одну, то, глядишь, отрасль начнет развиваться.

На графике — одна из вторичных причин затягивания ближневосточного конфликта. Катарские власти почему-то решили, что могут конкурировать на рынке СПГ с американскими газовиками, и начали строить новые сжижающие мощности: разыграли тендеры, привлекли инвесторов, подписали договоры и начали возводить. В результате до конца десятилетия Катар планировал увеличить производство СПГ на 85% — с нынешних 77 млн тонн в год до 142 млн тонн в год. Все бы ничего, но не менее амбициозная программа газификации находится в работе и у американских компаний. А такого объема нового СПГ миру просто не нужно: темпы глобальной газификации падают. Каждый год мировой экономике будет требоваться около 42 млрд кубометров нового газа — такой прогноз дает Форум стран-экспортеров газа. И это с учетом растущей внутренней добычи и потребления в США, Китае и России. Говоря иначе, американским СПГ-заводам новый газ из Катара не нужен от слова совсем. Этот газ создавал бы лишнюю конкуренцию и игру на выживание. А в такие игры американцы играть очень не любят: конкурентные преимущества у американцев одни из худших в мире — сжижать дорого, везти долго, а все сладкие рынки сбыта находятся черт знает где, если смотреть из Мексиканского залива. Поэтому очень вероятно, что амбициозная катарская СПГ-программа по итогам ближневосточного конфликта будет унасекомлена. Не в этот раз, так в следующий — не иранскими беспилотниками, так ракетами неизвестного происхождения. А мировой рынок СПГ и дальше будет оставаться в приятном для производителей состоянии ажиотажного дефицита.

Глава TotalEnergies Патрик Пуянне предупредил об угрозе энергетического кризиса во Франции, если конфликт на Ближнем Востоке продлится еще 2-3 месяца. Пуянне заявил, что излишек запасов энергоресурсов в стране практически исчерпан и призвал искать "обходные пути". Энергетический шок пока переживают лишь небогатые страны Азии, тогда как развитый мир иранские события практически не затрагивают. При этом среди стран ОЭСР основной ценовой удар пришелся, как ни странно, по американским потребителям. Несмотря на нефтяную самодостаточность, бензин в Штатах подорожал на 35% к середине апреля по сравнению с ценами февраля. В Европе рост цен на бензин крайне умерен. Во многом это благодаря высоким налогам на топливо, которые европейские страны стали снижать, тем самым амортизируя для потребителей ценовой скачок. В общем, кризис в Европе решается давно известным способом — за счет бюджетов, то есть печатного станка. Однако главная особенность энергетических кризисов не в деньгах (их наличии или отсутствии), а в физической доступности ГСМ. Сейчас западные трейдеры разгоняют мысль, что мировой нефтяной рынок сбалансируется сам. Мол, цены вырастут, автомобилисты будут меньше ездить, потребность в топливе упадет. Мысль очень наивная. Спрос на ГСМ крайне неэластичен к цене, особенно на коммерческое топливо — дизель и керосин. И вот с этими видами нефтепродуктов в Европе действительно большие проблемы. При этом ГСМ очень сильно влияют на уровень инфляции. В итоге, заливая очередной энергетический кризис деньгами, европейские чиновники поливают пожар керосином. А ведь может и рвануть.

Блокада Ормуза продолжается уже больше 50 дней, но мировой энергетический кризис носит скорее виртуальный, а не реальный характер. Людей больше пугают громкие и панические заявления политиков, нежели фактический дефицит ГСМ на заправках, ужасающие цены на литр бензина или резко подорожавшие товары на полках магазинов. Диаграмма сверху легко объясняет, почему так. Мировые коммерческие запасы нефти гигантские: на судах и нефтебазах хранится порядка 7,8 млрд баррелей. Это 20% от мировой годовой добычи или весь годовой объем экспорта из стран Ближнего Востока. Говоря иначе, при нынешней (далеко не полной) блокаде Ормуза, когда на мировой рынок не поступает, по самым верхним оценкам, порядка 11 млн баррелей в сутки, уже добытой и находящейся на складах нефти хватит на пару лет покрытия нынешнего уровня выпавшего экспорта. Другое дело, что сам дефицит распределен неравномерно среди разных стран. В «энергетическом бронепоезде» находятся США как нетто-экспортер и Китай — держатель 1,4 млрд баррелей запасов нефти. В соседнем вагоне едут японцы, с крупнейшими в Азии стратегическими (государственными, SPR) запасами сырой нефти. А вот самые слабые позиции (наименьший размер стратегических и коммерческих запасов) — у стран Европы (в т. ч. Великобритании), Индии и Австралии. И именно там нынешний энергетический кризис уже «искрит». Но есть и другой аспект: без этого гигантского нефтяного буфера мировая энергетика начнет сбоить. Периодически ГСМ будет не хватать то там, то тут. И, конечно, с открытием Ормуза основной целью многих компаний станет пополнение истощенных блокадой запасов. Поэтому, даже если завтра Ормуз откроют, высокие цены на нефть будут оставаться еще много месяцев.

Фундаментальные сдвиги в вопросах безопасности происходят в Европе: буквально рушатся скрепы послевоенного (после Второй мировой войны) устройства. НАТО переживает как операционный кризис, получив «оплеуху» в украинском конфликте, так и политический. Политические противоречия, кстати, намного сильнее, нежели операционные. Начал разваливать военный блок президент Дональд Трамп, решив «оттяпать» Гренландию у Дании. Руку приложили и сами европейцы, не поддержав авантюру гегемона в Иране. В контексте происходящих в НАТО изменений, наверное, нельзя употребить слово «распад», но можно — «трансформация». Роль США как руководящей силы резко снижается. То есть возникает вакуум власти, и на право лидерства вдруг начала претендовать Германия. Берлин впервые после Второй мировой войны принял оборонную стратегию под названием «Ответственность за Европу». Стратегия подразумевает, что к 2039 году немцы создадут самую сильную армию в Европе, передает Defense News. Документ определяет Россию как главную угрозу и рассматривает сценарии возможных атак на территорию НАТО. Символично, что целевой датой для реализации стратегии обозначен 2039 год, когда Старый Свет будет праздновать 100-летний юбилей вторжения нацистской Германии в Польшу, то есть начала Второй мировой войны. Поэтому поляки могут уже начинать готовиться, впрочем, как и французы: добрая немецкая традиция — начинать мировую вону с соседей. При этом, в отличие от других стран Европы, ресурсы на милитаризацию в Германии есть. Государственный долг по нынешним меркам крайне умерен и составляет порядка 63,5% от ВВП. Более того, извечную дилемму «масло или пушки» местный Рейхстаг тоже разрешил. Госпенсий в Германии больше не будет хватать «для обеспечения уровня жизни в долгосрочной перспективе», заявил экс-канцлер Фридрих Мерц, выступая на заседании Федерального объединения немецких банков. По его словам, государственные пенсии должны «в лучшем случае быть базовой гарантией в старости», и их необходимо дополнять корпоративными и частными пенсионными программами, «в основном на добровольной основе».

Ключевая ставка 14,5% 📉 К понедельнику картина в топ-20 банков по вкладом сильно изменится. По прогнозам максимальная ставка по депозитам ожидается на уровне 12%. Ранее делал обзор рынка вкладов - Банки все еще готовы выдавать максимум. Обновил подборку: Важно: для корректного оформления вклада, отключите ВПН и открывайте вклад в браузере. 1) 20% годовых — «Надежный Старт» банк Домрф на 2 месяца до 100 000 руб 2) 17% годовых — «Надежный Промо» Домрф на 3 месяца до 1 млн 3) 17% годовых Преимущество+ Мкб на 3 месяца до 1 млн Замена накопительному счету: 4) 25% — «Надежный прайм» на 3–6 месяцев (сумма от 10 до 50 тыс. ₽) За тот же срок на вкладе получите ~3к, вместо 1,5к на обычном накопительном счете. Как открыть: 1. перейти по ссылке 2. войти через Госуслуги 3. открыть вклад 4. пополнить через СБП без комиссии. P.S. вы можете зафиксировать ставку - на пополнение открытого вклада есть 5 дней. Финуслуги - это маркетплейс, созданный по поручению ЦБ под контролем Московской биржи, вклады застрахованы в АСВ (1.4млн)

Верните Чубайса, при нем такой %%% аномалии не было В 2026 году тарифы на электроэнергию для бизнеса в России продолжают расти ускоренными темпами, значительно опережая официальную инфляцию. Согласно прогнозам Минэкономразвития, рост тарифов на электроэнергию для промышленных и коммерческих потребителей составит около 11,3% в среднем по стране. В энергодефицитных регионах, таких как Центральный федеральный округ, Урал и Юг России, средневзвешенный тариф уже достиг 10,5–11,5 руб./кВт·ч. Эксперты прогнозируют дальнейшее удорожание на 8–11% в 2027 году. Росстат не приводит статистики стоимости электроэнергии с разбивкой по потребителям, хотя часть аналитиков собирает данные по стоимости электричества для промпотребителей, подключённых к сетям среднего и высокого напряжения. Сегодня цены на электроэнергию в России для крупных коммерческих потребителей уже превышают цены стран Северной Европы и догоняют страны Западной. Но есть одно небольшое отличие: у них — энергетический кризис, дефицит газа и прочее, а в России, напротив, другая проблема: природный газ некуда девать. Однако сегодня на Европу с точки зрения ценообразования электроэнергии ориентироваться не стоит. Местная промышленность и экономика уже проиграли мировую конкуренцию США, Китаю и Индии, где, кстати, цены на кВт для крупных потребителей на десятки процентов ниже. Кроме того, местной промышленности не нужно отапливать тысячи квадратных метров промнедвижимости зимой. Повезло с климатом. И тут, конечно, невольно возникает вопрос к министру экономического развития России Максиму Решетникову, который перестал видеть драйверы для развития экономики страны. Но они есть и представлены выше. Например, можно разобраться, почему цена электроэнергии в России выше не только китайских или индийских, но и американских. И ведь эти цены прямые, без учета паритета покупательной способности. То есть «реальная» стоимость электричества для реальной экономики, с поправкой на покупательную способность доллара в России, существенно выше, чем в странах конкурентах. Решение ценовых перекосов в российской электроэнергетике — прекрасная творческая задача не только для Минэкономразвития и ФАС, но и для других профильных ведомств.

В ближайший год американские газовики будут «шкурить» экономику Европы. В целом ЕС уже сильно обезжирен энергетическим кризисом 2022-2024 годов, но кажется, что недостаточно. На графике — прогноз Минэнерго США по нетто-экспорту природного газа из Штатов. Экспорт СПГ будет расти и уже в 2027 году достигнет 200 млрд кубометров против 156 млрд кубометров в 2025 году. В целом этих, новых объемов достаточно, чтобы покрыть выпавшие 6,5 млрд кубов из Катара поступавших в Европу и даже 20 млрд кубов российского СПГ, попавшего под эмбарго 19-го пакета санкций ЕС. Но новый американский СПГ будет лишь в 2027 году. А природный газ в Европе нужен сейчас. Но его, конечно, нет. Но обязательно будет. Потом. А пока европейские газовые трейдеры могут перекупить газ на спотовом рынке — если найдут и дадут премию. В общем, европейцам нужно опять платить и не забывать благодарить американского президента за то, что «молекулы свободы» есть в этом мире, каяться за десятилетия работы с российским газом и снова платить. Глупость, тем более политическая, — штука крайне дорогая, и пришло время ее оплачивать. И с точки зрения ведения внешней энергетической политики США, санкции на российский СПГ и выпадение катарского СПГ с мирового рынка — вполне логичные, осознанные шаги. Более того, уже сейчас можно прогнозировать, что Ормуз рано или поздно будет открыт. А вот возобновят ли работу катарские СПГ-терминалы — далеко не факт. Ноунейм БПЛА могут атаковать СПГ инфраструктуру Катара годами. Впрочем, можно и не надеяться на снятие санкций с российских СПГ проектов, о чем молят европейские энергетики европейских политиков. Мировой рынок СПГ очень небольшой, и лишние конкуренты американским производителям не нужны.

Никто не хотел энергетического кризиса, энергетический кризис был неизбежен. Прямо сейчас в Европе формируется газовая катастрофа зимы 2026–27 годов. За ближайшие 6 месяцев в подземные хранилища необходимо закачать порядка 68 млрд кубометров. Однако поставки СПГ из стран Ближнего Востока прекратились. А уже с 25 апреля 2026 года вступит в силу эмбарго на российский СПГ по краткосрочным (спотовым) контрактам. То есть перехватить партию-другую на открытом рынке не удастся. А с 2027 года — по долгосрочным. Европейские энергетики понимают патовость ситуации и уже в марте начали «пылесосить» мировой рынок СПГ. В марте 2026 года закупки СПГ в Евросоюзе стали рекордными — около 13,7 млрд кубометров, что на 15% выше, чем в феврале, и на 8% больше, чем в марте 2025 года. Максимальные в истории объемы шли из США. Более того, был установлен исторический рекорд по поставкам российского СПГ в Евросоюз! Кстати, благодаря этому российская СПГ-отрасль вышла на новый рекорд производства. Кроме того, в марте до Европы еще доходили партии СПГ с Ближнего Востока: их отгрузили до перекрытия Ормуза, — пишет РБК. В результате титанических усилий трейдеров европейские ПХГ в середине апреля начали работать в режиме нетто-закачки. Положительная разница составляет примерно 0,15 млрд кубометров в сутки. Но некоторые страны еще не перешли к восполнению хранилищ. В Болгарии, Чехии, Дании и Польше запасы либо до сих пор снижаются, либо стагнируют, свидетельствуют данные GIE. От мартовских минимумов заполненность ПХГ в ЕС выросла на 3 п.п.! Но уже в апреле ближневосточный поток газа иссяк. А часики тикают. Каждый день простоя Ормуза лишает Европу природного газа. Поэтому энергетики уже начали паниковать: «Я считаю необходимым приостановить вступающий в силу 1 января 2027 г. запрет на поставку СПГ из России. Из Катара не хватает 6,5 млрд кубометров газа, но за счет поставок из Конго, Нигерии, Алжира и США мы их возместим. Но кто заместит эти 20 млрд кубометров из России?.. Электростанции работают на газе, а не на возобновляемых источниках энергии и не на атомной энергии, которой Италия лишена. Нам нужно время на переход, и пока нам нужен газ», — заявил на днях главный управляющий итальянской Eni Клаудио Дескальци.

Дональд Трамп взял отсрочку до начала новой горячей фазы конфликта с Ираном. Однако, судя по всему, игра Белого дома тоньше, чем просто размахивать кулаками. Вероятно, сейчас идут попытки раскачать Иран изнутри, столкнув между собой различные околовластные фракции: «минареты Тегерана». Сторонники жесткой линии в Иране, прежде всего Корпус стражей исламской революции (КСИР), возмутились после сообщения главы МИД Аббаса Арагчи об открытии Ормузского пролива. Это усилило раскол между радикалами и умеренным политическим крылом в Иране. Об этом сообщает The Wall Street Journal (WSJ). Слабость Ирана в том, что он не монолитен. После убийства старшего Хаменеи образовался вакуум верховной власти и активизация различных фракций. Существует «партия войны» с основной движущей силой — КСИР, и «партия мира» — в лице гражданских ведомств и примкнувших к ним парламентариев. Внутрифракционная борьба внутри Ирана уже приводит к казусам и в целом сильно ослабляет оборону Исламской Республики. Как сообщает WSJ со ссылкой на записи переговоров экипажей в Персидском заливе, той же ночью человек, назвавшийся представителем ВМС КСИР, передал по морской радиосвязи предупреждение о том, что пролив остается закрытым и для прохода требуется разрешение. «Мы откроем его по приказу нашего лидера, имама Хаменеи, а не по твитам какого-то идиота», — говорилось в сообщении. В результате Иран теряет образ «неприступной крепости», так как там есть и стороны, все еще надеющиеся на мир, а значит с ними можно договориться. В стране начинается разброд, и именно этой трещиной будут пользоваться спецслужбы США и Израиля, чтобы сломить Персию. Иранское руководство и военные в целом демонстрируют быструю реакцию на события на поле боя и заявления американских официальных лиц. Однако, по словам источников, знакомых с ситуацией, после ударов, унесших жизни ряда приближенных бывшего верховного лидера аятоллы Али Хаменеи, поддерживать единую линию коммуникации становилось всё труднее, пишет газета. Преемник Хаменеи — его сын Моджтаба — не появлялся на публике с момента своего назначения в начале марта. Командиры КСИР действуют автономно в рамках децентрализованной системы «мозаичной обороны». Как отмечают аналитики, смерть Хаменеи-старшего лишила эту структуру былой сплоченности. «Поскольку главный арбитр ушёл, началась борьба между различными группировками», — заключил Саид Голкар, эксперт по иранским службам безопасности из Университета Теннесси в Чаттануге.

Россия хочет остановить поставки нефти из Казахстана в Германию по нефтепроводу «Дружба» 1 мая этого года, сообщает Reuters со ссылкой на три источника в отрасли. В прошлом году из Казахстана в Германию по «Дружбе» поставлялось около 43 000 баррелей в день. Если российские власти решатся на этот шаг, то нефтепровод, который начали строить в 1960-е годы для снабжения нефтью стран СЭВ, остановится. Как минимум, его северная ветка, десятилетиями питавшая НПЗ в городе Шведт (акционером которого ранее была «Роснефть»), перестанет функционировать. С политической точки зрения этот шаг давно назрел; его следовало предпринять сразу после национализации активов «Роснефти» в Германии в сентябре 2022 года. Однако в тот момент экономические факторы перевесили, и вопрос с национализацией завода в Германии российская сторона решила «спустить на тормозах». Более того, чтобы сохранить поставки на НПЗ, была придумана «казахстанская схема» по подмене накладных для уральского сырья: физически нефть оставалась прежней, но юридически она меняла страну происхождения. Эта схема позволяла обходить европейские и американские санкции как российским, так и европейским компаниям, которые исправно оплачивали поставки. «Месть — блюдо холодное», и время выбрано крайне удачно: мир погружается в нефтяной кризис, к которому Европа совершенно не готова. На все страны Европы (входящие в ОЭСР, где проживает около 450 млн человек) приходится всего 179 млн баррелей нефти в стратегических запасах (SPR). Это даже меньше, чем у одной Японии (121 млн человек и 263 млн баррелей). Микроскопические запасы SPR в Европе — это следствие многолетнего надежного снабжения региона российской нефтью. «Тишь да гладь» продолжались десятилетиями, и никто в здравом уме не верил, что энергетический поток из России когда-нибудь реально исчезнет. НПЗ Шведт мощностью 11,6 млн баррелей в сутки и без того не был самым рентабельным предприятием в Германии: эффект масштаба не позволял ему конкурировать с новейшими мегазаводами в КНР, США и Индии. Тем не менее его значение стратегическое: он обеспечивает ГСМ Берлин, Восточную Германию и Западную Польшу. С отключением «Дружбы» загрузка завода снизится, а в регионе могут начаться перебои с топливом, в первую очередь с керосином и дизелем.

На самом деле министру экономики Максиму Решетникову, как и всему финансово-экономическому блоку правительства, несказанно повезло. Всю грязную и сложную работу по стимулированию роста российской экономики и наполнению дефицитного бюджета проделают президент США Дональд Трамп и Корпус Стражей Исламской Революции. Впрочем, почетные грамоты за «выдающиеся заслуги» непременно получат работники российских ведомств. При сохранении цены 100 долларов за баррель (хотя поставочная Urals торгуется заметно выше, а нефть и газ имеют склонность дорожать), уже с апреля нефтегазовые доходы бюджета удвоятся относительно уровня февраля. До конца года российский бюджет получит минимум 3 трлн рублей дополнительных непредвиденных доходов. Нефтегазовый экспорт из России вырастет на 5-6 трлн рублей, что сопоставимо с 3% ВВП. И это без учёта дополнительных доходов от продажи удобрений, пластмасс и возродившегося углепрома, который оживит железные дороги. Таким образом, статистические проблемы (дефицит бюджета, рост экономики) при сохранении блокады Ормуза в России решены. Другой вопрос, станет ли от этого российской реальной экономике легче? Вероятно, нет. Наиболее вероятный паттерн поведения Минфина России — сложить все сверхдоходы в «кубышку», даже несмотря на продолжающуюся СВО. Поэтому заданные тренды — на рост налогового бремени, «обеление», секвестр бюджета и всё это в условиях сверхжёсткой денежно-кредитной политики — будут продолжаться. Но решением реальных проблем, таких как неэффективность инфраструктурных монополий, деградацией коммуналки и жилья, конкурентным отставанием российской промышленности и науки — естественно ни кто заниматься не будет. Это слишком сложно и конфликтно.

Вице-премьер Италии Маттео Сальвини призвал вернуться к закупкам российского газа, чтобы не допустить энергетического кризиса. Он подверг резкой критике текущую энергетическую политику Брюсселя и руководства Еврокомиссии. Пу-пу-пу... как-то нехорошо получилось. Экономили, экономили, строили ВИЭ, топили дома пеллетами, закрывали химические заводы, и тут такое. Опять русский газ! Что, все мучения зря? Италия — одна из самых газозависимых стран Европы, и в первую очередь в электроэнергетике. Но зависимость эта появилась не за один день и не сама собой. И хотя в стране есть собственная добыча природного газа — около 20 млрд кубометров в год, естественно, на все потребности этого газа не хватает. Были времена, когда Италия была промышленно развитой страной, выпуская не только легендарные автомобили, сельхозтехнику, но и сложное высокотехнологичное оборудование, особенно ценимое в металлургии. Во времена, когда Италия была strong, начались поставки советского газа — в 1970-х годах, став основой энергетического сотрудничества, несмотря на идеологические различия. Италия активно участвовала в сделках «газ — трубы», получая советское голубое топливо. А потом итальянские власти «сошли с ума», впав в сильную финансовую и экономическую зависимость от Брюсселя и Берлина. В итоге в погоне за мифической «экологией» итальянские энергетики сначала отказались от угля, а потом и от АЭС. Все эти гигантские мощности заменил природный газ. Тем более из России, транзитом через Украину в Италию он шел как по часам. К 2021 году доля России в импорте газа Италией достигала 40%. И вот в 2026 год. Природный газ оказалось невозможно купить ни в России, ни в Катаре. А единственным возможными поставщиком стали американские СПГ-заводы, работающие на износ, дабы удовлетворить возникший спрос в Индии, Германии и других крупных и платежеспособных центрах. И с такой зависимостью от природного газа итальянская электроэнергетика очень быстро ощутит истинную цену «молекул свободы». Все мы рады за прозрение Маттео Сальвини — оказалось что русский трубопроводный газ незаменим. Осталось лишь утрясти пару мелких деталей: уговорить украинские власти включить транзитную трубу, отремонтировать её и договориться с «Газпромом» о возобновлении поставок.

Ормузский пролив утратил свой статус надежного. В будущем мир будет меньше полагаться на Ормуз, — заявил накануне глава Международного энергетического агентства Фатих Бироль. С одной стороны, МЭА в последние месяцы выступает в роли «капитана очевидность», лишь констатируя факты, уже давно известные рынку. С другой стороны, МЭА — обычно не многословная организация, и словоохоливость г-на Бироля в последние дни свидетельствует о панике, накрывающей страны-импортёры нефти. Однако легко сказать — «мир будет меньше полагаться на Ормуз», и крайне сложно сделать. Альтернатив ближневосточной нефти сегодня нет. А если в перспективе они появятся, то стоимость этой нефти будет кратно выше. Например, битумы Венесуэлы, нефтяные пески Канады, российская арктическая нефть или китайская сланцевая. Куда ни глянь — везде, чтобы добыть баррель, нужны десятки миллиардов инвестиций и годы работы. А на выходе — бочка по 50–70-100 долларов, и это без маржи за риски. Реальная альтернатива нефти — электрификация, в том числе автотранспорта. Но чтобы производить дешёвую электроэнергию, необходим либо газ, либо уголь. ВИЭ — не предлагать, так как солнце и ветер могут лишь дополнять базу: Испания, утопающая в солнечном электричестве и при резко растущих ценах на кВт⋅ч — тому пример. И кстати, в тех же Штатах уже начался угольный разворот. Массовый вывод старых угольных ТЭС и замена их газовой генерацией подошли к концу. За 30 лет американцы смогли закрыть более 100 ГВт угольной генерации и построить вместо них новехонькие парогазовые установки: КПД выше, а при американских ценах на природный газ экономика существенно лучше. Но период стагнирующего спроса на электроэнергию завершился: массовое строительство ЦОДов требует огромного объёма новой электроэнергии. Спрос на электричество растёт со скоростью 2–3% в год. В США замаячил дефицит генерирующих мощностей. Как результат, закрытие остатков угольных ТЭС поехало вправо волевым решением администрации Белого дома. Вывод большинства станций сначала перенесли на 2026 год, а потом и на 2029 год. В результате в прошлом году снос угольных электростанций был минимальным за последние 15 лет. И похоже, иранская война еще и прикончила климатическую повестку.

Ормуз, уже несколько дней в состоянии кота Шрёдингера. Штаты в тупике и хотят смотать удочки. Но и для Ирана война требует колоссальных ресурсов, и они не безграничны. Это будет подталкивать обе стороны к поиску компромиссов. Поэтому, вероятнее всего Иран и США договорятся. Для России открытие Ормузского пролива станет печальной, но не драматической новостью, так как ожидать быстрого падения нефтяных цен и возобновления санкций на российский нефтяной сектор не стоит. Рынку потребуется ещё пара лет, чтобы прийти в себя. Полных объективных данных о результатах 40-дневной войны и 50-дневной блокады Ормузского пролива нет, но имеются предварительные оценки. Восстановление добывающих мощностей и сопутствующей инфраструктуры в странах Ближнего Востока до докризисного уровня может занять около двух лет. При этом текущая ситуация представляет собой системный вызов для глобальной энергетики, заявил глава Международного энергетического агентства (МЭА) Фатих Бироль в интервью швейцарской газете Die Neue Zürcher Zeitung. От блокировки Ормуза и остановки добычи нефти мировая экономика лишилась от 400 до 550 млн баррелей нефти и нефтепродуктов. Эти объемы были изъяты из нефтебаз, судов (коммерческие, складские запасы) и из стратегических резервов стран-импортёров. В ближайшие месяцы импортёры нефти будут восстанавливать запасы до «нормальных» уровней, что приведет к повышенному спросу на нефть. Однако предложение нефти не возникнет само собой: «На данный момент мы потеряли около 11 млн баррелей в сутки нефти. Это больше, чем суммарные потери в периоды нефтяных кризисов 1973 и 1979 годов... Повреждено более 80 энергетических объектов, включая добывающие мощности, установки подготовки, трубопроводы и экспортные терминалы. Более трети из них получили серьёзные или критические повреждения, что требует длительных восстановительных работ и значительных инвестиций», — подчеркнул глава МЭА. Хотя несколько месяцев назад МЭА сообщало, что в Саудовской Аравии, ОАЭ и Ираке имелось около 4 млн баррелей в сутки незадействованных мощностей, которые логично было бы запустить для решения вопроса глобального дефицита нефти, существуют несколько «но»: 🔸 Все эти простаивающие «резервы» находятся в странах Ближнего Востока и критически зависят от судоходства по Ормузскому проливу. 🔸 В результате 40-дневной войны сильно пострадала логистическая инфраструктура и нефтеперерабатывающие заводы стран-экспортёров. Таким образом, возможно, нефтяную жидкость из простаивающих скважин добыть удастся, но обработать и отгрузить — нет. Восстановление (и, возможно, расширение?) портов будет длиться месяцами, даже при открытом Ормузе. 🔸 Соглашение ОПЕК+ ограничивает максимальный уровень добычи нефти для каждого члена картеля. Никто не возражает, если участник сделки добывает меньше установленных квот, однако превышение всегда вызывало много дискуссий среди стран-участниц. Например, не так давно было много претензий к уровню добычи нефти в Казахстане. В случае открытия Ормуза, вопрос превышения добычных квот должен встать и перед ОАЭ, Ираком и КСА: «или это другое?»

Бывший министр финансов США Генри Полсон предложил властям страны подготовить резервный план, чтобы предотвратить потенциальный обвал спроса на государственные облигации, предупреждая о «жестоком» обвале рынка облигаций. «Нам нужен экстренный план, направленный на преодоление кризиса, краткосрочный и целенаправленный, готовый к применению, когда мы столкнёмся с препятствием», – заявил Полсон в интервью. Когда такие вещи говорит Генри Полсон, это не сотрясение воздуха, не красивое словцо и не попытка привлечь внимание СМИ. Генри Полсону, на девятом десятке жизни, всё это не нужно. Он уже всё это получил, пройдя большой жизненный путь: 32 года в Goldman Sachs, вывод американского «кальмар-вампира» на IPO в 1999 году. Это Генри Полсон возглавлял американский Минфин перед кризисом 2007-2008 года. Это он разработал план TARP ценой в 700 млрд долларов для спасения американской банковской системы после падения Lehman Brothers. То есть, благодаря его усилиям, крупнейшие банки США и Европы не рухнули. Этот человек стоял у руля американской финсистемы, когда без малого 20 лет назад мир была на краю от катастрофы. Огромный опыт работы и квалификация позволяют ему делать столь глубокие и не голословные выводы. Когда Генри Полсон публично заявляет, что надо бы иметь план на случай кризиса, это значит, что событие неминуемо случится, и план действий при тотальном падении спроса на US Treasuries уже должен быть и лежать во всех кабинетах. Однако, результат очевиден. К несчастью Генри Полсона, не услышат не только в американской финансовой системе (да кому этот динозавр нужен?), но и в других странах. Например, в России. Хотя проблем при катастрофе падения пирамиды американского долга у нашей страны тоже хватит. И, конечно, хотелось бы иметь на этот случай план действий, а не хлопать глазами на высоких трибунах, когда это случится.

Удивительно, что история совершенно ничему не учит российских чиновников, особенно финансово-экономического блока. Превышение лимита ежегодного незадекларированного дохода в размере 2,4 млн руб. станет ключевым фактором для контроля за переводами физических лиц. Это может коснуться 3% экономически активного населения, сообщили РБК в пресс-службе ФНС. «Обеление» российской экономики — дело полезное и нужное. Однако это тот вопрос, в котором не стоит спешить, и такие реформы должны длиться десятилетиями. Иначе всё это приобретёт характер принудительных поборов по имущественному цензу. 100 лет назад, в 1928 году России началась цифровизация «коллективизация» — процесс механизации сельского хозяйства. У самого сельского хозяйства ресурсов на тракторы и комбайны не было, впрочем, как и у государства. И для ускорения реформы нашёлся донор — «кулаки», наиболее зажиточная часть российского крестьянства. Доля кулачества (зажиточных крестьян) в 1920-х годах составляла незначительную часть сельского населения, по разным оценкам, от 3 до 5% хозяйств. В ходе раскулачивания было репрессировано около 4 млн человек (около 1,8% от общего числа крестьян на тот период). Формально к кулакам относили тех, кто использовал наёмный труд, занимался торговлей или ростовщичеством. Результаты разгрома «жуликов», укрывающих свои доходы от государства кулаков, знают все: «жира» у зажиточных крестьян оказалось очень не много. А ликвидация класса самодостаточных крестьян привела к голоду уже в 30-х годах. Источник валюты, — экспорт зерна из СССР рухнул. А ведь век назад — все эти процессы считались нормальной борьбой с «пережитками прошлого». Но макроэкономический эффект от раскулачивания был остро отрицательный. Эффективного сельского хозяйства СССР так и не построил до конца своих дней, несмотря на колоссальные вливания ресурсов. А политические последствия наша страна разгребает до сих пор, в том числе и на Украине. Метод «отнять и поделить» для установления «социальной справедливости» применялся не раз. Но общества «справедливости» выстроить в России до сих пор не удалось. Может, всё же попробовать другие способы?

Ормуз вновь закрыт. И это ставит под вопрос обрушения экономик Залива. А ведь дела скверны. 🔸Индекс менеджеров по закупкам (PMI) для неэнергетического сектора экономики Катара в марте снизился до 38,7 пункта с февральских 50,6 пункта, согласно расчетам S&P Global. Ниже индикатор был единожды — только в мае 2020 года. 🔸Объем новых заказов сократился максимальными темпами за всю историю наблюдений (с 2017 года), объем закупок — максимально с июня 2020 года, уровень запасов — максимально с ноября 2022 года, объем производства — четвертый месяц подряд и максимально с мая 2020 года. 🔸Рост цен ускорился до максимума за 15 месяцев, оплата труда выросла минимально за 20 месяцев, а темпы создания рабочих мест были самыми низкими за 19 месяцев. Прогнозы катарских компаний на ближайшие 12 месяцев стали негативными, причем уровень пессимизма оказался рекордным. Несложная модель государственного устройства Катара: берем западные капиталы и технологии, осваиваем месторождения нефти и газа, и продаем энергию в Азию, и распределяем природную ренту — сложилась за один день. Стоило только Ирану перекрыть Ормуз, и все встало. Оказалось, что все смежные сектора — все эти красивые услуги, недвижимость, стройка и прочие банки, создающие 65% ВВП Катара — это производное от продажи природного газа и нефти: «деньги крутятся, дела мутятся». Как только поток денег от продажи газа прекратился, вся стеклянная экономика в песочнице тут же стала заваливаться. Вдруг оказалось, что никому не нужны апартаменты в пустыне, если по ним летят дроны, если нет надежного снабжения водой и едой. А еда, вода, тачки не возникают сама собой, все это нужно везти морем, и за них нужно платить валютой. Впрочем, как и у других монархий Залива, у Катара создан запас на «черный день». Под управлением Qatar Investment Authority — суверенного фонда благосостояния Катара — до 580 млрд долларов. Проблема в том, что портфель QIA — это долгосрочные инвестиции в различные классы активов, включая недвижимость, технологии, здравоохранение и финансовые услуги. Говоря иначе, ликвидных средств там немного, и основной из них — это американские и европейские облигации. Но экономические проблемы не только у Катара, но и у Кувейта, ОАЭ, Саудовской Аравии, и все они в один момент будут вынуждены сбрасывать именно самые быстро-конвертируемые в реальные деньги активы. А это американские и европейские правительственные долги. И долговые рынки западных стран уже шатаются.

Министр экономразвития Решетников: Резервы в российской экономике исчерпаны. Макроэкономическая ситуация сложнее, чем в последние годы. Это происходит на фоне укрепления рубля, высоких процентных ставок, дефицита кадров и бюджетных ограничений. Повысить ставки ЦБ до небес, подавить все инвестиции, поднять налоги, начать «обелять» экономику, по пути «замочив» Telegram, а потом получить «отрицательный экономический рост» и удивляться, что же «они не рожают»? На графике представлен взгляд американских ведомств на взаимосвязь долгосрочного экономического роста с ростом населения в США. Высокие темпы роста ВВП соответствуют увеличению населения, низкие темпы роста — плачевной демографии. Модель несложная: если в стране живется хорошо, а жизнь становится лучше, то и население растет. Пусть не за счет естественного прироста, но хотя бы за счет притока мигрантов. С одной стороны, можно оспорить представленную модель. Тот же Китай продемонстрировал чудеса экономического развития, но получил резкое падение рождаемости. Аналогичные демографические переходы пережили Япония, Корея, страны Европы. То есть реальная жизнь несколько сложнее, чем американские экономико-демографические модели. С другой — не только экономика влияет на демографию, но и культурные особенности общества, социальная политика, современная история, внешние и внутренние переменные факторы и т.д. То есть, кроме экономики есть и отличительные особенности каждой страны. Но на взаимосвязь демографии и экономики можно смотреть и с другой стороны: если нет роста населения и оно стареет, то устойчивого экономического роста точно не будет. Примеры «зомби-экономик» современности — Японии, Италии, Греции — подтверждают этот тезис. Поэтому связь между экономикой и демографией существует и она очень крепкая. Происходящие сегодня в России «тихие» реформы — установление цифрового контроля за обществом (финансового, налогового, коммуникационного, торгового) и запрет всего, что государство не может контролировать — уже привели к крайне печальным последствиям: резкому замедлению экономического роста. При этом затормозить и поломать экономику легко, а вот разогнать ее крайне сложно. И эти два-три потерянных экономических года уже нанесли демографический удар по государству. Через пять-семь лет подобных экспериментов проблема будет еще больнее и острее, а развернуть негативные тренды намного сложнее. Кабмин, реализующий политику нативного внедрения цифрового диктата в России, уже получил обратную связь ( в том числе и через падающие рейтинги): общество плохо принимает предлагаемые реформы, но упорствует. Ведь чиновники не могут ошибаться. Цена этих ошибок — не настоящее страны, а ее будущее. Актуальные темпы экономического роста намного важнее цифр в гроссбухах. Они говорят о том, будет ли существовать Россия в будущем. И с этой точки зрения плата за сегодняшние неверные решения (запреты, рост налогового бремени, «обеления», неадекватную ДКП) крайне высока.

Китай в этом году намерен ввести в эксплуатацию 7 АЭС, а в США — ни одной. И в следующем году в США — ни одной, и в следующем десятилетии — ни одной. Свежий, апрельский прогноз Минэнерго США говорит, что генерация электроэнергии на атомных станциях в стране — это ровная линия на десятилетия вперед. С другой стороны, то, что эти АЭС не выводят из эксплуатации, — тоже большое достижение науки или «терпимости» к потенциальной аварии на атомной электростанции. Но на этом графике больше, чем отраслевая стратегия атомпрома США. На графике — энергетическая философия Штатов и её контраст на фоне Китая. Ведь любая экономика требует энергии. Чем её больше и чем она дешевле — тем лучше. Китайский подход — надо развивать внутренние источники: уголь, газ, ВИЭ, АЭС, ГАЭС. Да, может быть, это дороже импортной энергии, но зато надёжнее и предсказуемее, и резко снижает риски неопределённости. Позволяет контролировать всю цепочку поставок энергии и не зависеть от переменных, в том числе ценовых факторов. Стабильные цены на энергию — крайне важны, через их контроль удаётся удерживать и инфляцию, то есть устойчивость финансового сектора. А амортизация сотворит чудо, поглотив за годы высокие капвложения электрификации. Американский подход — постоянный поиск внешних источников поставок энергии и попытки разграбить их. И это другая философия ведения дел, правда перенятая у Старого света. Однако, проблема любого паразита в том, что жертва очень быстро начинает слабеть и рано или поздно гибнет. И паразиту приходится искать новую жертву, тратя, в том числе, свои ресурсы с не очевидным на успех результатом. Говоря иначе, лучше бы американцы потратили десятки миллиардов долларов не на попытки разгромить Иран и взять под контроль его нефть, а на строительство нескольких атомных электростанций за счет (о ужас!) бюджета. Глядишь, эффект для экономики США был бы больше, а глобальных энергетических проблем — значительно меньше.