Ормуз вновь закрыт. И это ставит под вопрос обрушения экономик Залива. А ведь дела скверны. 🔸Индекс менеджеров по закупкам (PMI) для неэнергетического сектора экономики Катара в марте снизился до 38,7 пункта с февральских 50,6 пункта, согласно расчетам S&P Global. Ниже индикатор был единожды — только в мае 2020 года. 🔸Объем новых заказов сократился максимальными темпами за всю историю наблюдений (с 2017 года), объем закупок — максимально с июня 2020 года, уровень запасов — максимально с ноября 2022 года, объем производства — четвертый месяц подряд и максимально с мая 2020 года. 🔸Рост цен ускорился до максимума за 15 месяцев, оплата труда выросла минимально за 20 месяцев, а темпы создания рабочих мест были самыми низкими за 19 месяцев. Прогнозы катарских компаний на ближайшие 12 месяцев стали негативными, причем уровень пессимизма оказался рекордным. Несложная модель государственного устройства Катара: берем западные капиталы и технологии, осваиваем месторождения нефти и газа, и продаем энергию в Азию, и распределяем природную ренту — сложилась за один день. Стоило только Ирану перекрыть Ормуз, и все встало. Оказалось, что все смежные сектора — все эти красивые услуги, недвижимость, стройка и прочие банки, создающие 65% ВВП Катара — это производное от продажи природного газа и нефти: «деньги крутятся, дела мутятся». Как только поток денег от продажи газа прекратился, вся стеклянная экономика в песочнице тут же стала заваливаться. Вдруг оказалось, что никому не нужны апартаменты в пустыне, если по ним летят дроны, если нет надежного снабжения водой и едой. А еда, вода, тачки не возникают сама собой, все это нужно везти морем, и за них нужно платить валютой. Впрочем, как и у других монархий Залива, у Катара создан запас на «черный день». Под управлением Qatar Investment Authority — суверенного фонда благосостояния Катара — до 580 млрд долларов. Проблема в том, что портфель QIA — это долгосрочные инвестиции в различные классы активов, включая недвижимость, технологии, здравоохранение и финансовые услуги. Говоря иначе, ликвидных средств там немного, и основной из них — это американские и европейские облигации. Но экономические проблемы не только у Катара, но и у Кувейта, ОАЭ, Саудовской Аравии, и все они в один момент будут вынуждены сбрасывать именно самые быстро-конвертируемые в реальные деньги активы. А это американские и европейские правительственные долги. И долговые рынки западных стран уже шатаются.