Максим Тесли

Пионы как-то невероятно эстетично меняют цвет каждый день.

Если вдруг вы озорной гуляка без тормозов, который вечером субботы может принять спонтанное безумное решение посетить в воскресенье экскурсию по литературному Петербургу, то ставьте плюсик в комментарии, я с вами свяжусь, есть ещё пара мест на завтра.

Мой водитель сегодня говорит: — С моим одногруппником Славой Задерием была такая история… — Святославом,— спрашиваю,— Задерием? Основателем групп «Алиса» и «Нате!»? Буквально вчера про него читал в книге Машнина про Кочегарку. — Возил туда недавно Севу Гаккеля, он экскурсию делал,— отвечает водитель. — Всеволода,— спрашиваю,— Гаккеля? Участника первого состава «Аквариума», основателя клуба «TaMtAm»? Буквально на прошлой неделе видел его в Таврике. Петербург. Связь времен.

Стою возле Чернышевской, подходит парень. Встает рядом, смотрит на меня. Выглядит хорошо (на меня похож, даже плащ такой же), но явно какой-то нездоровый. Через минуту начинает говорить, заикаясь: — Это не-не-не Вы… В-в-в марте-месяце… Вот на-на-на той скамейке, с алкоголиками?.. Вы ещё на Фу-фу-фурштатской живете, да?.. Я В-в-вас давно ищу… А я жил на Фурштатской. Но года три назад. С алкоголиками тоже мог на той скамейке (драться? пить? играть в нарды?), но тоже года три назад. Тут я понял, что это мой доппельгангер, тот вариант меня, который ещё пьет где-то до утра, а потом возвращается в пустую квартиру, чтобы там рыдать и биться об стены. Поэтому я просто покачал головой, сказал, что ищет он точно не меня, но пускай найдет, что ищет. — С-с-спасибо,— сказал он и ушел, хромая. В дрочильню, наверное.

Обои, м? t.me/boost/therealtesli

Сент-Этьен почти вышел в Лигу 1 и, надеюсь, в следующем году покажет старую школу. Команда знаковая для болельщиков нулевых. Когда Зенит еще был народной командой, там играл великолепный Панов. Когда он решил уйти из клуба, его провожал весь город, Петровский был усыпан розами Зенита, Панов надел на себя их все, ровно 10 000, и так улетел во Францию (которой он забивал два на выезде), играть за Сент-Этьен. И так как это был «наш Санёк», то весь Питер болел за Сент-Этьен. Сейчас времена уже не те, Панов давно всё проебал с неожиданными реверансами Спартаку, Зенит давно уже команда не народная, а правительственная, но слова «Сент-Этьен» до сих пор звучат музыкой, музыкой чести, преданности и искренней любви. Так что посмотрим на них в следующем сезоне. Может, молодой Панов появится на поле.

Сборник «Одинбург» Роулинг и Уэлш под одной обложкой, такое не может не подкупить. Сборник выпущен под эгидой фонда «OneCity», который борется с социальным неравенством и пытается преодолеть социальную разрозненность в Эдинбурге, которому сборник и посвящен. Идея хорошая, но, боюсь, малореализуемая. Впрочем, если ничего не делать, то ничего и не произойдет, вот фонд что-то делает. Роулинг написала невнятное предисловие. Типа, она когда была бедной, она жила в Эдинбурге, сейчас богатая и не живет. Уэлш просто навалил кучу наркоты и насилия, приправив все это шотландским акцентом. Вообще, он не мастер рассказа, это можно понять еще по «Эсид Хаус». Остальные два автора, вообще, непонятно что. В принципе, непонятно зачем в наше время рассказы писать, тем более, объединенные такой странной темой, как один город (сборник «Проклятый Петербург» — счастливое исключение). Такой вот сборник получился. Эдинбурга в нем нет. Кастл Рок упомянули, да пару улиц, вот и всё. За Эдинбургом отправляю всех в «На игле». А в этот сборник не отправляю.

Был сегодня в Солнечном городе, и зашел в заведение «Бутербродик 66». В меню 4 позиции: 1. бутерброд с маслом (есть вариативность, можно с солью, можно с сахаром); 2. бутерброд с сыром; 3. бутерброд с колбасой; 4. бутерброд с яйцом. Каждый бутерброд по 100 руб. Есть сколько-то пива, морс и какао. Это похоже на какой-то прикол из хорошего сериала и настолько обезоруживающе бескомпромиссно, что нет слов. Как магазин новогодних украшений, работающий круглый год, как служба в такси в деревне, как музей-квартира Георгия Гурьянова. Интерьер из того, что было под рукой. Большую часть обстановки я видел либо у себя дома, либо у знакомых, этот раздвижной стол сам таскал из коридора, когда гости приходили к родителям. Ребята сидят, играют в «Сегу». Шеф (очень хочется так называть), очевидно, по хардкору. В общем, заведение, которое не могло возникнуть в этом капиталистическом мире. И вдвойне радостно от того, что возникло. Завтра у них выступает Dirty Monk.

16 мая — 4 места 17 мая — 4 места Как уже говорилось, в Серебряном веке было достаточно серьезное противостояние между поэтическими группировками/движениями. И мало того, что новая школа (футуристы) боролись со старой школой (символисты), так ещё и внутри самой новой школы происходили столкновения. Самая горячая война велась между кубофутуристами и эгофутуристами. Периодически случались перебежки. Так, Василиск Гнедов (на фото слева, автор «Поэмы конца», чтение которой состояло из одного жеста рукой, а в напечатанном виде поэма представляла из себя белый лист) сначала примкнул к Ивану Игнатьеву (на фото справа) и его эгофутуристам, а потом перешел в стан врагов, к кубо. Гнедов проживет долгую жизнь, умрет в 1978-м году в 88 лет, а Иван Игнатьев, о котором мы поговорим на экскурсии, гораздо раньше, в 1914-м, в 21 год. Он должен был ехать в совместный тур с Маяковским и Северяниным, но не поехал, как написал Северянин, «Игнатьев не прибыл: женихался в СПб, женился и зарезался». Если хотите попасть на экскурсию, ставьте плюсик в комментариях, я с вами свяжусь.

Знаете что, оказывается. На камне на развилке дорог, перед которым так часто тупят разнообразные витязи написано вовсе не про «коня потеряешь». Впервые былина «Илья Муромец и разбойники» была опубликована в «Собрании народных песен П. В. Киреевского» в 1860-е годы. И там на камне было написано: «Как пряму ехати — живу не бывати — нет пути ни проезжему, ни прохожему, ни пролетному, направу ехати — женату быти; налеву ехати — богату быти». В общем, да. Какая ж тут трагедия и геройство, если можно выбрать жену или богатство (одно из двух, кстати). Поэтому, видимо, со временем трансформировалось в потерю коня, жизни или забыванию себя.

Выходные в европейских лигах будут жаркие. Ст. Паули играет с Вольфсбургом, кто выиграет, останется в Бундеслиге (но там еще за Хайденхаймом надо следить, короче, страшно интересно). Учитывая, что играют на Миллернторе, предрекаю массовое выбегание на поле после победы пиратов. В Лиге 1 мясо за выход в кубки. Марсель должен делать Ренн, тогда попадает в Лигу Европы. И будет хоть слабенькая, но реабилитация. А если Страсбур не проиграет Монако, то Марсель, даже проиграв Ренну, окажется в Лиге Конференций, но надо ли оно? Это все еще будет на молчащем Велодроме, после бойкота фанатов. В АПЛ ещё два тура до конца, но там тоже круто с кубками. Хочется Борнмут в Лиге Чемпионов и Брентфорд хотя бы где-нибудь (очень их люблю после сериала «People just do nothing», там такой крутой Ист Ландан (очень похожий на какое-то Купчино) с таким невозможным акцентом).

16 мая — 7 мест 17 мая — 4 места Из воспоминаний Василиска Гнедова (ударение на «е»): «Один раз мы сидели вдвоем с Маяковским и разговаривали о романе Вербицкой «Ключи счастья». Маяковский хорошо знал эту повесть и стал ее пародировать, грассируя особенно слащавые места этой сугубо мещанской дребедени. У него это получалось великолепно. В темном углу за спиной Маяковского стоял основательно выпивший купеческий сынок; поклонник Вербицкой, который не смог перенести издевательства над своим кумиром. В один миг обогнув стол он очутился против Маяковского и нераспечатанной бутылкой шампанского, держа двумя руками за горло бутылки, подняв над собой, направил со всего размаха на голову Маяковского. В последние мгновения я, инстинктивно взметнув свои руки вверх, успел над самой головой схватить бутылку. Так я спас Маяковского от верной смерти». Ну, от смерти может и не спас. Но учитывая, что вышеописанные события происходили 30 ноября 1913, на премьеру своей трагедии «Владимир Маяковский», которая состоялась 2 декабря, Маяковский мог и не попасть, если бы удар достиг цели. Место, где происходила эта драка (а также многие другие, одну, кстати, Хлебников описал в своей поэме «Бух лесиный») мы посетим. Если хотите попасть на экскурсию, ставьте плюсик в комментариях, я с вами свяжусь.

Или нет, вот это. ТИМ СОБАКИН Последний бегемот Сонет Когда от вас последний пароход Умчится вдаль под всеми парусами, Не огорчайтесь! Потому что с вами Останется Последний бегемот. Он принесёт малиновый компот И свежего кузнечика в панаме, Расскажет вам о жизни в Суринаме И даже песню звонкую споёт. И пусть у бегемота голос робкий, Его не спрятать в спичечной коробке, Не заслонишь страницей букваря… Вы слышите? Полы скрипят в передней? То бегемот торопится Последний – Гиппопотам, короче говоря.

Самое трагичное стихотворение моего детства. ЭДВАРД ЛИР Помню, помню дядю Арли С голубым сачком из марли: Образ долговяз и худ, На носу сверчок зеленый, Взгляд печально-отрешенный — Словно знак определенный, Что ему ботинки жмут. С пылкой юности, бывало, По холмам Тинискурала Он бродил в закатный час, Воздевая руки страстно, Распевая громогласно: «Солнце, солнце, ты прекрасно! Не скрывайся прочь от нас!» Точно древний персианин, Он скитался, дик и странен, Изнывая от тоски: Грохоча и завывая, Знания распространяя И — попутно — продавая От мигрени порошки. Как-то, на тропе случайной, Он нашел билет трамвайный, Подобрать его хотел: Вдруг из зарослей бурьяна Словно месяц из тумана, Выскочил Сверчок нежданно И на нос к нему взлетел! Укрепился — и ни с места, Только свиристит с насеста Днем и ночью: я, мол, тут! Песенке Сверчка внимая, Дядя шел не уставая, Даже как бы забывая, Что ему ботинки жмут. И дошел он, в самом деле, До Скалистой Цитадели, Там, под дубом вековым, Он скончал свой подвиг тайный: И его билет трамвайный, И Сверчок необычайный Только там расстались с ним. Так он умер, дядя Арли, С голубым сачком из марли, Где обрыв над бездной крут; Там его и закопали И на камне написали, Что ему ботинки жали, Но теперь уже не жмут.

Уважаемая подписчица Диана (автор вот этих пленочных фото) сделала модные обои. Можете себе тоже забрать, мало ли.

На бусти открыл новую рубрику «Записные книжки». Жанр достаточно интересный, с удовольствием читал записи Хармса, Ильи Ильфа. Это, конечно, помогает глубже проникнуть в лор персонажа. Спасибо Стиву Джобсу, что сохранил мои заметки с 2020-го! И коль скоро, бусти для меня — это что-то вроде буфера, то лучшее буду собирать туда. Во-первых, чтобы не потерять, потому что из этих записей может что-то вырасти. Во-вторых, вам должно понравиться. Собственно, с 2020-го и начинаем. 27.05 Мне никогда не будет столько лет, сколько было скурено сигарет на чёрной лестнице Ельцин-Центра, после того как меня провёл туда странный, но очень уверенный фанат группы «ЩЕНКИ», И никогда не сяду на столько лет, сколько отделяли меня от города Челябинск, до города Уфа, в Национальном музее которой я увидел столько картин Давида Бурлюка (которого очень люблю и считаю своим кумиром), сколько не видел в ебаной Москве на Крымской Валу (чё у вас там за музей?). Я отказываюсь от мысли, сказанной в пером абзаце и прямо сейчас, на Библии, на Константине Олимпове, на Венедикте Марте, клянусь, что: Проживу до ВОСЬМИДЕСЯТИ ШЕСТИ ЛЕТ; Это первая точка, А дальше посмотрим, Такие теперь я пишу стихи. 09.06 — Я обожаю жирных чмошниц и стаут! Так он кричал, и — действительно, обнимал жирную чмошницу и пил стаут. 18.06 Россия — страна с неожиданным прошлым 11.11 Люблю жить, умирать не люблю. Подписаться на месяц по цене чашки кофе тут.