Неучи ученые

Департамент образования Москвы выступил с неоднозначной инициативой. Предполагается, что с 1 января 2027 года учителя московских школ не смогут выставлять оценки за контрольные и проверочные работы учеников 7–9-х классов без их электронных копий. Согласно приказу департамента от 15 октября 2026 года все письменные задания необходимо будет фотографировать и загружать в систему «Московская электронная школа» (МЭШ). Если фото не будет, система просто не даст поставить оценку. Снимок может сделать и загрузить как сам школьник, так и учитель. Но проверку заданий на бумаге при этом отменять не собираются. По мнению Департамента, всё сделано ради удобства: мол, учителям не придётся таскать домой пачки тетрадей, фото можно увеличить, оставить любые пометки, а система уведомит, какие работы ещё не проверены. Школьники смогут возвращаться к заданиям и разбирать ошибки, а родителям будет проще контролировать прогресс. Казалось бы, инициатива за всё хорошее, да и о поддержке со стороны родителей в СМИ уже писали. Однако, педагоги сомневаются в пользе инициативы и даже написали открытое письмо мэру и в Минпросвещения. А представители организации «Общественный уполномоченный по защите семьи» подготовили обращение в Генпрокуратуру с просьбой проверить законность приказа. В основном критикуют необходимость фотографирования как дополнительную бюрократическую нагрузку и «легитимизацию» телефонов на уроках. В случае последней к решению можно легко «подключить» нейросети. Кстати, насчёт последних: есть мнение, что на работах школьниках хотят обучать нейросети. Чтобы продвигать тот самый «персонифицированный подход». А это уже совсем другого уровня долгосрочные последствия. О них, естественно, публично ничего не сказано.

Ограничения платного приема в вузы продлят до 2033 года. С таким предложением выступило Минобрнауки РФ. Согласно проекту документа действие ограничений на платные места собираются продлить до 1 марта 2033 года. Методику утвердили в 2025 году и, согласно ей предельное количество платных мест в вузах, порядок и сроки их определения должны утверждаться правительством. Предполагалось, что ограничения будут пилотными. Однако, судя по всему, публичных отчетов о результатах не будет. А вот проблемы при поступлении на платные места на юридические, экономические и другие популярные специальности в ближайшие годы сохранятся.

Треть преподавателей и сотрудников вузов сталкивались с давлением со стороны студентов. Причиной становилось желание получить более высокую оценку. Среди способов давления они называли запугивание, жалобы и негативные отзывы в интернете. Об этом говорят результаты анонимного опроса 189 преподавателей и сотрудников вузов и колледжей Канады, США и Великобритании. Их спрашивали о давлении со стороны студентов и о буллинге со стороны коллег и руководителей. При этом на студентов чаще жаловались уже заслуженные педагоги на более высоких должностях. А вот сотрудники на младших должностях чаще сообщали о травле со стороны коллег — в некоторых учреждениях уровень травли достигает 68%. Выходит, что своего рода «дедовшина» существует и в вузах стран первого мира. А вот с критикой от студентов всё не так однозначно. Анонимные системы оценки часто воспринимают как инструмент «давления», в том числе и в отечественных реалиях. Однако, где кончается честная студенческая оценка и начинается шантаж определить оказалось непросто.

Из ведения Минздрава забрали Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Пирогова (Пироговский университет). Вышло специальное распоряжение правительства, согласно которому вуз передают в подчинение Федеральному медико-биологическому агентству (ФМБА). К агентству перейдут и бюджетные ассигнования, предусмотренные РНИМУ в федбюджете на 2027 год. В самом ФМБА считают, что передача стала вполне логичным шагом: в последние годы сотрудничество приобрело масштабный характер. Кафедры университета действуют на базе 12 научных центров агентства, а совместно создано 36 кафедр. По словам главы ФМБА Вероники Скворцовой: «[Новый формат сотрудничества] сократит разрыв между образованием, наукой, разработками и практическим внедрением, обеспечит концентрацию ресурсов на приоритетных направлениях и создаст воспроизводимый механизм технологического обновления отечественной биомедицины» Формат сотрудничества в любом случае выходит любопытный. Пироговский университет не первое учебное заведение в ведомстве ФМБА, но уж точно самое известное и самое крупное.

Преподавателей вузов, которые обучают педагогов, собираются привлекать в качестве наставников начинающих учителей. Такое поручение президента прозвучало по итогам встречи с учителями, студентами педагогических специальностей и учащимися классов педагогической направленности. Минпросвещения и Минобрнауки должны сформулировать свои предложения по этому вопросу до 1 сентября 2027 года. Среди других поручений — подготовка мер помощи учителям малокомплектных и сельских школ, в том числе через «мобильные педагогические технопарки» и ресурсные центры, курирующие наставничество в таких школах. Пожалуй, одна из немногих инициатив, направленных на адаптацию молодых педагогов, а не на принудительное закрытие дефицита. Учитывая уровень оттока в первые годы преподавания, подход может оказаться гораздо полезнее «отработок». Осталось дождаться, как профильные министерства будут решать вопросы компенсации для самих преподавателей.

О прошедшей приёмной кампании в ординатуру было сказано много, но далеко не позитивного. Ректор Санкт-Петербургского государственного педиатрического медуниверситета Дмитрий Иванов признал, что одной из причин недобора в ординатуру стало изменение правил целевого набора: «Для граждан, обучающихся по программам ординатуры за счет бюджетных средств, предусмотрена обязанность заключения договора о целевом обучении при наличии соответствующих предложений и при соответствии требованиям заказчика. Это принципиально новое для нынешнего поколения выпускников условие. <…> [Е]стественно, что у части выпускников возникали вопросы о степени свободы выбора места работы после окончания ординатуры, возможностях профессиональной мобильности и последствиях неисполнения договорных обязательств. Таким образом, часть выпускников в этом году выбирала платное обучение, несмотря на финансовую нагрузку. В том числе потому, что такой вариант позволял им сохранить больше свободы в выборе дальнейшей профессиональной траектории» И с ректором сложно не согласиться, несмотря на все обтекаемые формулировки. Большой прогресс, что проблемы начали официально признавать. Хотелось бы верить, что результаты действительно проанализируют и соответствующие изменения в правила целевого набора внесут. Но пока открытый диалог о провалах и их причинах — это уже большой прогресс.

Пока в министерстве пытаются понять, что делать с наплывом олимпиадников, у вузов может возникнуть ещё одна проблема. О потенциальном переборе поступающих по внутривузовским вступительным испытаниям (ВВИ) пишет профессор Алексей Силаков: «[Г]ода через 2-3, когда из колледжей выйдут первые выпускники массовых наборов колледжей (в 2025 году 60% выпускников 9-ых классов были направлены в колледжи), аналогичный затору олимпиадников в приемной кампании этого года могут образовать затор выпускники колледжей. При этом баллы за ВВИ обычно получаются выше, чем за ЕГЭ» Профессор прогнозирует общее снижение числа абитуриентов в следующем году, поскольку школьники пошли в СПО. А вот в 2028 году, когда произойдёт массовый выпуск, есть риск, что именно они пойдут поступать по ВВИ и займут значительную часть бюджетных мест. Опасения эти вполне оправданы. С тем, как активно последнее время продвигают СПО — в том числе в качестве «трамплина» для поступления в вуз — такой наплыв действительно может случиться. Вот и окажется, что выделить места для поступающих строго по ЕГЭ, — идея вполне неплохая.

История «кампусов мирового уровня» продолжается: на новом этапе на выбрали 19 проектов. На их реализацию направят 474 млрд рублей — за эти деньги предполагается строительство объектов общей площадью порядка 2 млн кв.м и создание 29 тыс. мест для проживания. Проекты запустят в 17 городах: Благовещенске, Иркутске, Казани, Кирове, Конакове (Тверская область), Липецке, Москве, Обнинске, Омске, Оренбурге, Ростове-на-Дону, Рыбинске, Санкт-Петербурге, Туле, Чебоксарах, Череповце и Ялте. Приятно видеть в списке не только столицы и крупные города: в Конаковском округе собираются создать образовательный кампус туризма и гостеприимства на территории курорта «Завидово», а в Рыбинске строят новый кампус «Меркурий» для подготовки инженерных кадров. В целом в рамках проекта планируют построить не менее 40 кампусов к 2036 году. В настоящее время в различной стадии реализации находится 25 проектов в 23 регионах общей площадью около 3 млн кв. м. Темпы, конечно, быстрые, но и 10 лет для строительства объектов такого масштаба срок небольшой. При этом пока полностью введены в эксплуатацию только два кампуса: МГТУ им. Баумана в Москве и УрФУ в Екатеринбурге. Но главное здесь, чтобы скорость и количество не навредили качеству.

Средняя стоимость месяца учебы в российской частной школе составила 53 тысячи рублей. Рынок изучили в издании Т-Ж. За основу взяли расценки примерно 550 школ (всего частных школ в России около 1000). В некоторые школы можно поступить бесплатно, а в самых дорогих сумма доходит до 350 000 ₽ в месяц. Естественно, сумма отличается от региона к региону. Самым дорогим оказался месяц обучения в Москве — в среднем 73 тысячи рублей, в Московской области — 70 тысяч, в Санкт-Петербурге — 55 тысяч. А вот Калининград возглавил индекс регионов России по доступности частного образования: там семья из 2 взрослых и ребенка может себе позволить 3,3 месяца оплачивать частную школу, если взрослые получают среднюю зарплату по региону, а траты на каждого члена семьи составляют полтора местных прожиточных минимума. Однако, несмотря на разнообразие выбора и разные по цене предложения, в частных школах всё ещё обучаются всего 1,4% школьников. В отличие от ценника, этот показатель растёт очень медленно.

Частные вузы, похоже, ждут масштабные изменения. Во-первых, изменится порядок выдачи лицензий. Об подготовке соответствующего законопроекта объявила Валентина Матвиенко. Подготовкой займутся профильный комитет Совета Федерации и Минобрнауки, принять эти документы планируется уже в течение текущей осенней сессии. Подробностей, как именно изменится порядок лицензирования пока нет, но с уверенностью можно сказать, что можно ждать ужесточения процедуры. Во-вторых, стали известны цифры бюджетного набора в частные вузы в прошедшую приемную кампанию. На 2026/27 учебный год частные университеты получили 2,9 тыс. бюджетных мест, то есть менее 0,5% от общего числа. Места были выделены 77 частным образовательным организациям и их филиалам. Наибольшее количество бюджетных мест распределили по укрупненным группам специальностей и направлений «Теология», «Образование и педагогические науки», «Информатика и вычислительная техника», «Экономика и управление» и «Юриспруденция». Список несколько неожиданный. Всего в России сейчас работает 345 частных вузов. Большинство ориентируется на социогуманитарные направления, попавшие под регулирование платных мест. В 2026 году средний балл ЕГЭ поступивших туда абитуриентов оказался на 7 баллов меньше, чем в госуниверситетах. Министр назвал это «плохим сигналом». Так что перспективы выглядят не особенно позитивно.

Минпросвещения представило данные о доле молодых учителей и учительских вакансиях в России. Правда, потом её аккуратно скорректировали на обещания улучшить ситуацию. Вчера на РБК вышел пресс-релиз, где говорилось, что в министерстве к 2030 году хотят повысить долю молодых педагогов до 40%, а количество фактических вакансий сократить до 1%. Также приводилась информация о текущей доля учителей в возрасте до 35 лет — 22,5% или 234,5 тысячи человек, и о количестве вакансий в школах на начало 2026/27 учебного года (12 тысяч, или 1,1%). Однако теперь на сайте СМИ есть только прогнозы и ссылка на майское интервью Сергея Кравцова, где он сообщает о доле молодых педагогов в 32,5%. При этом информация о текущих 22,5% на сайтах, цитировавших пресс-релиз с РБК осталась. В любом случае, цели у министерства амбициозные. Но остаётся вопрос, какая же доля настоящая, и как именно всё это считали.

Идею фиксации процесса написания дипломов поддерживают далеко не все. На РБК вышел материал, где представители вузов и компании «Руконтекст» поделились своими опасениями насчёт способа бороться с недобросовестной работой. Ещё весной «Антиплагиат» предлагал новый способ отслеживания использования нейросетей, где студент пишет работу в онлайн-редакторе, а система фиксирует историю изменений, вставленный текст и время работы. Пилот предлагали массово внедрить к зимней сессии, по соглашению с каждым конкретным вузом. Однако, на этот счёт мнения далеко не однозначные. В «Руконтексте» предлагают развивать саму проверку текста и искать заимствования по смыслу. Что, учитывая профиль компании, неудивительно. Представители МАИ контроль процесса называют избыточным, в ПГУТИ предполагают увеличение нагрузки на кафедры, в УрФУ уверены, что квалифицированному преподавателю хватит пары вопросов. В общем, следить за процессом написания текста никто не хочет и не считает нужным. Есть и много сомнений по поводу пользы от системы. Вставки может делать и добросовестный автор, возможно, кому-то неудобно писать в онлайн редакторе. При этом пересказ или даже чужой перепечатанный текст система не увидит. Но даже при самых совершенных способах проверки риски всегда остаются. И, кажется, важнее проверять понимание студентом собственной работы. Его автоматизировать пока не получится.

«Антиплагиат» станет партнёром МФТИ по изучению нейросетей. Стороны подписали договор, по которому компания станет базовой организацией кафедры интеллектуальных систем Физтех-школы прикладной математики и информатики. То есть, сотрудники компании будут участвовать в развитии программ для студентов базового высшего образования и магистратуры. А также преподавать и руководить студенческими исследованиями. Кроме того, в пресс-релизе упоминают ещё и совместные научные исследования и опытно-конструкторские разработки. Для студентов предусмотрены стипендии до 25 тыс. рублей в месяц, практика в компании, участие в прикладных проектах и доступ библиотечным и информационным ресурсам. Также обещают помощь с трудоустройством и стажировками в научных центрах. Казалось бы, при чём тут «Антиплагиат». Но компания активно решает задачи, связанные с нейросетями: например, не так давно там собрали одну из первых библиотек ИИ-регламентов в образовании. И вообще активно работают над вычислением нейросетевых паттернов. Вот и в пресс-релизе «Антиплагиат» постоянно говорит о практике и прикладных задачах. Так что, чем выгодна компании инициатива догадаться сложно. Для университета же это крупный индустриальный партнер, стипендии, потенциальные рабочие места. Только вот в самом Физтехе говорят больше о фундаментальных знаниях и изучении технологии. Как именно стороны будут искать общий язык, покажет время. А пока ясно только то, что программа точно не останется без внимания абитуриентов.

Валерий Фальков на заседании союза ректоров рассказал о предстоящих изменениях в правилах поступления — и какие именно итоги приемной кампании к этому привели. Если коротко, всё отличные результаты, о которых с гордостью отчитывались летом, доставили приёмным комиссиям много проблем. Так, рост числа 100-балльников ЕГЭ на 40,9% (9865 человек) спровоцировал дефицит бюджетных мест в ведущих вузах страны. Как уже известно, коллапс случился и среди олимпиадников: по словам министра «в 20 ведущих вузах по отдельным специальностям» они заняли все бюджетные места. Правда, их прирост по сравнию со 100-балльниками оказался значительно меньше: + 5,5% среди победителей и призёров ВсОШ (4241 человек) и + 4,3% в случае перечневых олимпиад (25754 человека). Несмотря на это анонсировали пока только только меры по сокращению льгот для перечневых» олимпиад. В случае ВсОШ изменений не ожидается и «бум» 100-балльников комментировать никто не спешит. Но что-то подсказывает, что получить высокие баллы на ЕГЭ в следующем году будет значительно сложнее.

В Минпросвещения считают, что поступление в вуз не должно зависеть от репетиторов. Об этом заявил первый заместитель министра просвещения РФ Александр Бугаев. По его мнению базу для поступления должна давать именно обычная средняя школа: «Школа направлена на то, чтобы создавать условия для того, чтобы каждый ребенок получал равные возможности для дальнейшего старта. Шансы поступить не должны зависеть от дополнительных занятий» По его словам, для достижения этой цели за последние годы в системе образования сделано очень многое. Однако, о каких именно изменениях идёт речь Бугаев не уточняет. При этом со слов родителей и абитуриентов ситуация выглядит несколько иначе. Даже судя по недавнему опросу ВЦИОМа, они всё чаще отмечают необходимость нанимать репетиторов для поступления. И тенденция прослеживается скорее на то, что дополнительные занятия становятся обыденной вещью. Так что, если в министерстве действительно считают, что подготовка к поступлению в вуз должна оставаться задачей школы, тех изменений, о которых идёт речь, явно недостаточно.

У Финансового университета вышло исследование по поводу использования нейросетей в вузах. И наконец-то к технологии начинают относиться чуть более скептически. В исследовании говорится, что генеративные нейросети позволяют выполнять учебные задания без достаточного освоения необходимых компетенций. А это снижает доверие как к результатам обучения, так и к дипломам. Кроме того, чрезмерное использование технологии сказывается на когнитивных способностях и навыках. Это уже неоднократно подчеркивали и в мировой практике. Согласно данным британского Института политики высшего образования (HEPI), доля студентов, использовавших нейросети, выросла с 66% в 2024 году до 95% в 2026 году. Доля применявших технологию для оценки задний — 53% до 88%. Кроме того, отмечают, что распространение нейросетей может усилить неравенство между студентами из-за различий в доступе к платным сервисам и техническим ресурсам. Недавняя ситуация в МГУ может служить хорошей иллюстрацией почти всех описанных. Хорошо, что и у нас начали замечать не только достоинства, но и явные недостатки распространения технологии.

67% родителей уверены, что школа не даёт достаточной базы, чтобы сдать экзамены. Зато 28% считают, что поступить без репетиторов вполне реально. Об этом говорят данные нового опроса ВЦИОМ. Согласно результатам опроса, за последние год-два 37% родителей обращались к репетиторам, среди старшеклассников показатель ещё выше — 55%. Причем 49% тех, кто такими услугами пользовался, считают, что нагрузка этих услуг на их семейный бюджет является «очень высокой» или «высокой». Среди тех, кто считает, что школа не обеспечивает достаточного уровня подготовки, к услугам репетиторов прибегают 43% опрошенных (против 19% среди тех, кто придерживается противоположной точки зрения). Причём обращения к репетиторам со школьной нагрузкой оказались не связаны. Выходит, что репетитор становится почти повсеместной и часто далеко не дешевой необходимостью. Особенно для тех, кто хочет поступать. Возникает закономерный вопрос: является ли сейчас подготовка к вузу задачей школы в принципе ?

Студенты, которые регулярно выполняли учебные задания с помощью нейросетей, показали заметно более слабые результаты, когда оказались на экзамене без доступа к ним. Об этом рассказывает декан экономического факультета МГУ Александр Аузан. На ситуацию с использованием нейросетей обратили внимание после жалоб студентов. Они указывали на то, что некоторые их сокурсники используют LLM во время сессии и получают оценки выше, чем у тех, кто работает самостоятельно. В итоге на факультете выявили около 60 студентов, которые, по словам Аузана, выполняли работы с помощью нейросетей. После этого провели контролируемый экзамен, где нельзя было воспользоваться нейросетями. И результат вышел очень показательным; среди части студентов, которая привыкла передавать работу нейросети, были те, кто утратил даже некоторые базовые навыки. Кто-то не смог воспроизвести даже букву «лямбда». Исследования последних лет активно указывают на влияние нейросетей на когнитивные способности. Причём уровень и тип влияния могут варьироваться в зависимости от изначальных навыков. В группе риска находятся и школьники, и студенты. По словам Аузана, одних запретов и технического контроля недостаточно. И простой «отлов» нарушителей в глобальном смысле бесполезен. Целью становится сохранение способности самостоятельно думать, запоминать и анализировать. С профессором сложно не согласиться.

Внезапно, но в Курганской области собираются ввести единый курс «Воспитание» вместо нескольких разрозненных предметов в школах области. Об этом сообщил глава региона Вадим Шумков. Кроме того, в регионе намерены до конца года запустить работу центров православной культуры для детей и молодежи, их тоже почему-то отнесли к предмету «воспитанию». Возникает один резонный вопрос: а с каких пор менять школьную программу можно в отдельно взятом регионе? Вводить новые предметы, причем не очень понятно, за счёт каких часов? Это такой добровольно-принудительный факультатив? Или это как-то вписывается в рамки ФГОСов? Интересно, прокомментирует ли это как-то Минпросвещения.

И вновь о последствиях приёмной кампании: глава СПЧ Валерий Фадеев призвал увеличить количество бюджетных мест в медицинских вузах. По его мнению, именно это поможет привлечь дефицитные кадры в сферу здравоохранения. Правда, медицинский бюджет после закона о наставничестве работает несколько иначе. Так что не факт, что предложение одобрят. При этом с распределением мест в вузах, подведомственных Минобру, всё уже предельно ясно. Места на экономических, юридических и гуманитарных специальностях продолжат сокращать, как бюджетные, так и платные. А вот ведущим университетам с запредельным конкурсом планируют добавить мест на «самые востребованные» специальности. Правда, это касается только ключевых направлений, поэтому, ожидаем бум в ИТ. Высокий спрос на ту же экономику к увеличению количества бюджетных мест не приведёт. Но не случился бы такими темпами перевыпуск айтишников.