Экологическая повестка: кто формулирует наше будущее?
Принял участие в международном экспертном брифинге, посвящённом экологической безопасности России и стран Центральной Азии. «ВЭС24» опубликовал мои основные тезисы под весьма говорящим заголовком — «Зелёная клетка».
Главный тезис: экологическая повестка в мировой политике давно вышла за пределы науки и экономики. На мой взгляд, она превратилась в полноценную идеологическую систему — со своими институтами, сетями НКО и механизмами тиражирования единственной интерпретации будущего.
В 2015 году эта система получила глобальное закрепление через Цели устойчивого развития ООН. В 2030 году завершается срок их реализации. Но кто будет формулировать новую экологическую повестку?
Парадокс в том, что даже альтернативные западным международные форматы — ШОС, БРИКС, не говоря уже о Китае, — по сути, остаются лояльными сложившемуся экологическому дискурсу. Никто пока не предлагает принципиально иного образа будущего.
При этом под новые институты нужен именно новый образ будущего. Иначе мы вновь получим отвлечение внимания - набор международных KPI, рейтингов и деклараций, под которые государства будут вынуждены подстраивать свои экономики.
При этом никто не отрицает реальные экологические вызовы. Климат меняется, и коллективные действия необходимы. Особенно в Центральной Азии, где вопросы воды, энергетики и экономического развития тесно переплетены.
Но на основе какой системы координат мы собираемся выстраивать новое международное сотрудничество? Пока ответа нет.
Именно поэтому свой главный вывод я сформулировал достаточно жёстко:
«Мы находимся в заложниках сложившегося международного экологического дискурса. Не в тупике — именно в заложниках. Потому что из тупика можно развернуться. А из плена нужно сначала освободиться».
📖 Для тех, кому интересно подробнее:
• «Зелёная клетка»: кто украл у нас будущее под видом спасения планеты — «Восточный экспресс 24».
Кстати, это не просто публицистическое наблюдение. Ещё в 2024 году подробно исследовал трансформацию международной власти ООН — от политической к идеологической.
Результаты опубликовали в академическом журнале «Россия в глобальной политике». Ссылку на статью оставлю ниже.
• Transformation of the UN’s Power in International Governance — from Political to Ideological
Мемный диллер поставку сделал
Центральная Азия: регионализм на волевых
Мы привыкли анализировать отношения Центральной Азии с внешними акторами - Россией, Китаем, США, ЕС. Однако внутри региона происходят не менее интересные процессы.
Очередной повод об этом поговорить - визит Эмомали Рахмона в Казахстан.
Несколько тезисов.
1. Регионализм развивается на двух уровнях. Консультативные встречи глав государств задают политическую установку на сближение, но реальное наполнение региональной кооперации происходит преимущественно через двусторонние отношения.
2. Астана и Душанбе последовательно институционализируют союзничество. От стратегического партнёрства в 2015 году до Договора о союзнических отношениях в 2024-м. Нынешний визит - ещё один шаг в этом направлении.
3. Потоки капиталов во все времена были делом тёмным. По итогам бизнес-форума Казахстан сообщил об 11 соглашениях на $135 млн, а Таджикистан - о 25 документах на $2,5 млрд!
Возможно, дело не только в методике подсчёта, но и в особенностях таджикской экономики, где государственная дипломатия и бизнес тесно переплетены.
4. Эмомали Рахмон завершает очередной этап региональной дипломатии на мажорной ноте. В 2025 году удалось урегулировать пограничные вопросы с Кыргызстаном и закрепить союзничество с Узбекистаном. Теперь укрепляется казахстанский трек. Орден Ясауи просто так не вручают.
И всё это накануне президентских выборов 2027 года.
Главный вывод: ресурсы у центральноазиатских государств ограниченны, но региональное сближение продолжается буквально на волевых. Не столько через новые наднациональные институты, сколько через уплотнение двусторонних связей.
Подробнее о казахстанско-таджикском союзничестве и особенностях центральноазиатского регионализма - в моей публикации для «Азиатского экспресса».
Россия и ОТГ: когда приглашают, но можно не приходить
На ExpressAsia и «Курсиве» вышли мои комментарии по поводу прошедшего саммита Организации тюркских государств. Несколько принципиальных тезисов.
Первое. Россия исторически уже является частью тюркского мира. И специального международного признания ей для этого не требуется. Более того, тюркский мир значительно шире любого отдельно взятого национального проекта, даже претендующего на роль его главного представителя.
Второе. ОТГ — это не исключительно турецкий проект. Казахстан, Узбекистан, Азербайджан и Кыргызстан имеют собственные интересы и амбиции. Наш сравнительный анализ итоговой декларации и выступлений лидеров показал высокую степень согласия по экономическим вопросам, но определённые расхождения в военно-политической сфере.
Третье. Предложение Токаева — не столько про конкуренцию Москвы и Анкары, сколько про возможность сопряжения тюркских и евразийских интеграционных процессов. Причём через конкретные проекты, инфраструктуру и институты, а не политические декларации.
Четвёртое. Быстрых решений об участии России в ОТГ я бы не ожидал. Но сама инициатива — хороший маркер союзнических отношений Москвы и Астаны. А возможно, и дипломатическая закладка на будущее.
Пятое. Сопряжение тюркского и евразийского пространств способно сформировать дополнительный потенциал международной власти. Речь не о простом сложении ресурсов государств, а о создании плотной системы экономических, инфраструктурных и институциональных связей. Именно такая связанность позволит государствам Евразии не только взаимодействовать с западными и восточными центрами мировой политики, но и выступать самостоятельной силой в формировании международной повестки.
И, перефразируя Довлатова, самая приятная диспозиция — это когда тебя зовут, но можно не приходить.
📌 Короткая версия — ExpressAsia
📖 Развёрнутый материал — «Курсив»
День народного единства: от правильных слов к нужным делам
В этом году при поддержке Министерства региональной политики Новосибирской области мы реализовали достаточно большой проект — Молодёжный форум «Новосибирск — пространство диалога культур».
Провели 10 встреч с молодёжью: шесть — с учащимися колледжей и четыре — со студентами первых курсов вузов. Для нас это стало хорошим эмпирическим погружением в образовательную систему и молодёжную среду.
Сказать по итогам можно многое, и обязательно скажем в аналитическом отчёте. Но в День народного единства хотел бы поделиться двумя наблюдениями.
Первое. Воспитательных мероприятий становится много. Возможно, даже слишком.
За последние пять лет количество желающих прийти в образовательные учреждения с воспитательными и патриотическими мероприятиями выросло кратно. А вот школ и учебного времени больше не становится.
Поговорить с молодёжью стремятся МЧС, налоговая, прокуратура, правоохранительные структуры и многочисленные общественные организации.
При этом большинство предпочитает учреждения с удобной транспортной доступностью. В итоге в одних школах густо, в других пусто. А учителя всё чаще задаются вполне резонным вопросом: когда, собственно, учиться?
Очевидно, что в этой сфере пора наводить порядок. Иначе даже самые благие намерения начинают давать обратный эффект.
У нас появился департамент молодёжной политики. Возможно, пришло время создать единый реестр подобных мероприятий, учитывать нагрузку на образовательные учреждения и перенаправлять общественную активность туда, где её действительно не хватает?
Второе. Молодёжь начинает уставать не от патриотизма, а от бесконечного морализаторства на эту тему.
Молодые люди прекрасно понимают, что любить Родину — хорошо, что семья, дружба, взаимопомощь и уважение к другим народам — важные ценности. Тех, кто считает иначе, мы на своих встречах не обнаружили.
Вопрос в другом. Когда тебе регулярно, пусть и в разных формах, рассказывают то, что ты и так понимаешь, это начинает раздражать.
И очередной разговор о традиционных ценностях нередко начинается с заранее негативного эмоционального фона.
На одной из встреч прозвучало очень точное наблюдение. Передам не дословно, но близко к смыслу сказанного:
«Всё, что вы говорите о традиционных ценностях, нам предельно понятно. Но в нашем текущем жизненном опыте это пока не актуально. Когда у меня появятся жена, дети, собственная семья, я почувствую ценность семьи. Когда отслужу в армии — пойму ценность защиты Отечества. Когда появится друг другой национальности — пойму, что такое многонациональность. А пока я днём сижу за партой, а свободное время провожу за телефоном или компьютером. Всё, о чём вы говорите, мне понятно. Но у меня пока нет таких социальных отношений, в которых эти ценности могли бы проявиться».
На мой взгляд, это ключевой момент.
Многое из того, что мы делаем в патриотическом воспитании, напоминает известную присказку про сладость халвы. Можно сколько угодно говорить о народном единстве, но от одних разговоров чувство близости к соседу не прибавится.
Единство формируется не столько словами, сколько совместными социальными практиками. Именно многообразие реальных социальных отношений, в которые включены наши дети, позволяет формировать то самое интернациональное пространство, которое необходимо для безопасности и развития человека, общества и государства.
И здесь возникают уже вопросы к нам, взрослым.
Кто виноват, что многие дети проводят больше времени в телефоне, чем в реальном общении? Почему создание семьи и рождение первого ребёнка всё дальше отодвигаются на более поздний возраст? Достаточно ли мы создаём возможностей для дружбы, совместного труда, творчества, взаимопомощи, общения людей разных национальностей?
Давайте не только разговаривать о ценностях, но и задумываться о том, какие условия мы создаём для того, чтобы эти ценности становились частью повседневного жизненного опыта.
Именно в этом, на мой взгляд, и заключается одна из главных задач современной молодёжной и национальной политики.
С Днём народного единства!
Гиссарская рабочая группа: от международной конференции к совместным проектам
(Продолжаю делиться результатами поездки в Таджикистан).
14 октября в санатории «Шохамбари» Международный университет туризма и предпринимательства (Душанбе), АНО «Сибирское общество международных исследований» и НГУЭУ провели международную конференцию, посвящённую развитию медицинского и оздоровительного туризма.
Обсуждали санаторно-курортный потенциал Таджикистана, возможности новосибирской медицины, телемедицину, подготовку кадров и перспективы сотрудничества на пространстве СНГ в целом и между Новосибирском и Душанбе в частности.
Причём Новосибирскую область представляли не только исследователи. К нам присоединился целый медицинский десант Центра новых медицинских технологий (ЦНМТ). Коллеги представили свои медицинские технологии и опыт организации медицинской помощи, обозначив готовность развивать партнёрства и принимать пациентов из стран ближнего зарубежья.
Сам выступил в двух ролях: модератором конференции и докладчиком по теме «Институциональные условия развития медицинского туризма».
Главный вывод моего доклада: медицинский туризм необходимо воспринимать как системное явление. Его развитие зависит не только от экономики, но и от сопряжения политических, институциональных и гуманитарных механизмов международного сотрудничества. Особое значение имеют наука, образование и гражданский активизм, способные превращать отдельные проекты в устойчивые социальные связи. Именно здесь возникает потенциал эмерджентного эффекта — когда взаимодействие различных сил создаёт качественно новые возможности развития.
И самое интересное — научная дискуссия получила организационное продолжение.
По итогам конференции договорились создать Гиссарскую рабочую группу по развитию межгосударственных отношений в сфере медицинского туризма. Сейчас согласовываем резолюцию и формируем международное сообщество коллег из России и стран Центральной Азии.
Начать решили с совместного исследования потенциала локальных рынков медицинского туризма и их институциональной архитектуры. Первым результатом должна стать коллективная научная публикация, а затем — конкретные проекты.
Сначала совместное знание, затем совместное действие.
И, конечно, отдельная благодарность таджикским партнёрам за оперативность, вовлечённость и огромную работу по подготовке конференции! Особенно хочу отметить мощную созидательную энергетику команды Международного университета туризма и предпринимательства. Чувствуется искреннее стремление не просто обсуждать перспективы, а создавать новые возможности для развития и сотрудничества.
Новосибирск — столица евразийской борьбы!
В минувшие выходные Новосибирск стал столицей настоящего праздника греко-римской борьбы. Международный турнир «Сила традиций — 2026» собрал юных борцов из пяти стран.
Пусть до статуса экономической или политической столицы Евразии нам ещё далеко, но вот столицей евразийской борьбы Новосибирск не только может быть, но, пожалуй, уже является! Есть у нас люди, которые могут тянуть эту лямку.
В этом году был и особый повод — 85-летие Виктора Михайловича Кузнецова, легендарного тренера трёхкратного олимпийского чемпиона Александра Карелина и двукратного олимпийского чемпиона Романа Власова.
И пусть на ковёр выходили юноши 15 лет, сам турнир был организован на высочайшем уровне. По атмосфере, торжественности и вниманию к деталям — всё на уровне самых эталонных чемпионатов мира.
Но для меня здесь важны два обстоятельства, выходящих далеко за пределы спорта.
Первое — патриотическое.
Не перестану утверждать, что можно годами проводить «Разговоры о важном», читать лекции о том, как важно любить Родину, и объяснять детям, что такое патриотизм.
А можно увлечь ребёнка спортом, обеспечить ему возможность выйти на ковёр (поле, дорожку, трассу…) и отстаивать честь своего флага. И когда в его честь поднимается государственный флаг и звучит гимн страны, никакие дополнительные нравоучения уже не требуются.
Патриотизм здесь не объясняют — его проживают.
Второе — международное.
Когда борцы из разных стран выходят на ковёр, чтобы доказать своё превосходство, они одновременно учатся уважать друг друга. Через соперничество, дисциплину, победы и поражения формируется настоящее интернациональное братство.
И это особенно важно в наше время, когда международные отношения всё чаще описываются через конфликты и противостояние.
За турнир зал пять раз вставал под гимн России, трижды — Армении, дважды — Казахстана и один раз — Кыргызской Республики.
Одиннадцать финалов. Пять стран-участниц. Один общий праздник спорта.
И, пожалуй, в этом главная сила традиций: воспитывать любовь к своей стране, не мешая уважать другие.
Спасибо организаторам, спортсменам и, конечно, Виктору Михайловичу Кузнецову за то, что Новосибирск вновь стал местом, где эти традиции не просто сохраняются, а продолжают жить.
Между Душанбе и Москвой: дипломатия с чаем и плюшками
В перерыве между поездками в Душанбе и Москву успел провести встречу студентов-международников НГУЭУ с Генеральным консулом Республики Узбекистан в Новосибирске Асламом Адхамовичем Акбаровым.
Во встрече участвовали студенты, которые изучают дисциплину «Информационно-аналитическая работа в международных отношениях».
Говорили о современной внешней политике Узбекистана, российско-узбекских отношениях. Но не меньше вопросов было адресовано лично Генеральному консулу — о дипломатической профессии, профессиональном опыте и повседневной работе дипломата.
Получился не столько официальный приём, сколько живой и открытый разговор. Всё прошло очень камерно, уютно, с чаем и плюшками.
А ещё подарили Асламу Адхамовичу карту зарубежных посольств и генеральных консульств Республики Узбекистан, подготовленную нашими коллегами-географами из МГИМО под руководством Игоря Окунева (Антону Котику отдельное спасибо за карты).
Но были и вполне практические результаты.
Во-первых, студенты фактически стали участниками своей первой дипломатической договорённости. Договорились начать процесс согласования международной стажировки студентов НГУЭУ в Узбекистане.
Надеемся, что уже в следующем году получится организовать небольшую студенческую поездку в Университет мировой экономики и дипломатии в Ташкенте - один из ведущих вузов страны по подготовке международников.
Во-вторых, выяснилась интересная деталь российско-узбекских экономических отношений.
В нашем информационном пространстве довольно часто говорят о масштабных российских инвестициях в экономику Узбекистана. И это действительно так. Но гораздо реже обсуждается встречное движение капитала.
В ходе общения выяснилось, что за последние два года узбекская сторона вложила миллиард рублей в экономику Новосибирской области и планирует направить ещё около миллиарда рублей на развитие региональной торговой инфраструктуры.
Кстати, по данным правительства Новосибирской области, в регионе уже зарегистрированы 54 юридических лица с участием узбекского капитала.
Это важный момент. Российско-узбекское экономическое сотрудничество постепенно приобретает более сложную структуру. Узбекистан выступает не только получателем российских инвестиций, но и инвестором, формирующим собственную инфраструктуру экономического присутствия в российских регионах.
И, возвращаясь к студентам, считаю, что такие встречи — важная часть подготовки международников. Информационно-аналитическая работа — это не только поиск информации, анализ документов и подготовка справок. Это ещё и умение задавать правильные вопросы, слушать собеседника, договариваться и понимать, как международные отношения устроены на практике.
Особенно приятно, когда знакомство с дипломатической профессией начинается не только с вопросов, но и с первых конкретных договорённостей.
Отдельная благодарность Асламу Адхамовичу за открытость, содержательный разговор и тёплый приём!
На «Азиатском Экспрессе» вышел мой комментарий об американском прагматизме и многовекторной дипломатии Центральной Азии.
Для подписчиков «Кабинетной аналитики» публикую текст полностью.
С5+1: когда встретились два прагматизма — американский и центральноазиатский
19 октября в Самарканде состоялась очередная итерация формата «Центральная Азия + США» с участием госсекретаря Марко Рубио.
Формату уже более десяти лет, и нынешняя встреча продолжает линию, предложенную региону президентом-бизнесменом Д. Трампом ещё в первый президентский срок.
Во-первых, ярко выраженный экономический прагматизм. Вашингтон сосредоточился на двух критических задачах американской экономики.
Первая — доступ к критически важным минералам и формирование альтернативных цепочек поставок, позволяющих повысить свой потенциал в конкуренции с Китаем.
Вторая — расширение рынков сбыта для американских товаров, технологий и услуг. Поиск новых внешних рынков становится частью более широкой задачи восстановления промышленного потенциала и поддержания экономического роста США. Опять-таки в контексте конкуренции с КНР.
Не случаен и предпринимательский десант: по словам Рубио, представители почти 300 компаний. Не случайно и то, что отдельное место в итоговом заявлении заняла платформа B5+1, ориентированная на развитие деловых связей.
Во-вторых, меняется международная диспозиция. За последние пять лет фиксируется значительное усиление экономических позиций Китая в Центральной Азии, что объективно формирует запрос на балансировку его влияния за счёт других центров силы. И США здесь вполне естественный партнёр.
Причём речь не обязательно идёт о противостоянии или выборе между Пекином и Вашингтоном. Для центральноазиатских государств это возможность диверсифицировать внешние связи, снизить зависимость от отдельных партнёров и расширить пространство собственного переговорного манёвра.
Ибо даже соглашения на $12 млрд пока не меняют сложившуюся диспозицию. По масштабам экономического присутствия и плотности взаимодействий США ещё далеко до китайской и российской практики.
По итогу. Самаркандская встреча — ещё одно свидетельство многовекторной дипломатии.
А главное, если гость приехал — неважно какой, — встретят радушно и с любовью.
📰 Публикация в «Азиатском Экспрессе
Таджикистан: сначала впечатления, потом аналитика
Вновь оказался в Таджикистане. На этот раз поводом стала международная конференция «Медицинский и оздоровительный туризм как фактор устойчивого развития Таджикистана», прошедшая в рамках большого форума «Устойчивый туризм и культурное наследие».
Наш Центр региональных сравнительных исследований «Россия — Центральная Азия» и кафедра МЭМОиП НГУЭУ выступили одними из партнёров конференции.
Программа получилась насыщенной: профессиональные дискуссии, новые знакомства, интересные встречи. И, конечно, возможность ещё немного познакомиться с удивительным Таджикистаном.
Отдельное спасибо таджикским коллегам за гостеприимство и организацию!
Впрочем, аналитику пока в сторону. Предлагаю просто полюбоваться красотой Таджикистана.
Содержательные результаты конференции, интересные наблюдения и некоторые выводы о перспективах международного сотрудничества обязательно опубликую отдельно.
Пока — немного красоты в ленту. 🇹🇯
Не только тревожные новости (особенно под вечер воскресенья):
СКИФ и возможности евразийской науки
На фоне геополитики, санкций и конфликтов российские научные достижения часто остаются за пределами информационного внимания в Центральной Азии.
Но есть новости, о которых стоит говорить отдельно.
В наукограде Кольцово под Новосибирском состоялось открытие Сибирского кольцевого источника фотонов — СКИФ, научной установки класса «мегасайенс». Она позволит проводить исследования в материаловедении, химии, биологии, медицине и других областях.
Особенно важно, что СКИФ может стать не только российским научным проектом, но и точкой роста для евразийской кооперации.
Для стран Центральной Азии это открывает перспективы совместных исследований, подготовки специалистов и развития технологий — от новых материалов и фармацевтики до агротехнологий и современной диагностики.
Такая инфраструктура помогает связывать университеты, научные центры и промышленность. А значит, речь идёт не только об академических обменах, но и о формировании устойчивых научно-технологических связей.
Мы много говорим о транспортных коридорах, торговле и промышленной кооперации. Но для долгосрочного развития не менее важно формировать общее научно-технологическое пространство.
И одна из его потенциальных опор появляется именно в Сибири.
Такие новости важны не только для наших соседей. Нам самим тоже стоит внимательнее фиксировать собственные достижения и рассказывать о них — особенно когда речь идёт о проектах, способных укреплять научные и технологические связи на всём евразийском пространстве.
Ферганская долина: от горячей точки к точке роста
На «Восточном экспрессе 24» вышло моё интервью по итогам Второго Ферганского форума мира, прошедшего в Таджикистане.
Обсудили, как один из наиболее конфликтогенных районов Центральной Азии постепенно превращается в пространство экономического и политического сотрудничества.
Три главных тезиса.
Во-первых, меняется сама логика региональных отношений. Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан продемонстрировали способность самостоятельно договариваться по сложнейшим пограничным вопросам. Это показатель не только политической воли, но и растущей субъектности государств региона.
Во-вторых, происходит переход от урегулирования к развитию. Если раньше главной задачей было обеспечить мир в Ферганской долине, то теперь необходимо создать его экономический фундамент. Мир пытаются закрепить торговлей, производственными цепочками, инфраструктурой и человеческими связями.
Логика предельно прагматичная. Но история знает немало примеров государств, которые не смогли справиться с подобной задачей.
В-третьих, меняется масштаб международного взаимодействия. Одних межгосударственных соглашений уже недостаточно. Необходимы проекты на уровне регионов, муниципалитетов, бизнеса и местных сообществ.
И здесь возникает вопрос к ЕАЭС и СНГ. Эти объединения — безусловные институциональные лидеры евразийского пространства. Однако их реальное величие пока слабо ощущается «на земле». Новая региональная динамика требует не только макроэкономических решений, но и конкретных проектов, меняющих повседневную жизнь людей.
Главный вывод: устойчивость мира определяется не только качеством политических договорённостей, но и плотностью социальных и экономических связей, которые возникают на их основе.
Полное интервью — «Вместо горячей точки — Ферганский форум мира».
Вангую: скоро из всех утюгов интернет - пространства: «Россия расправляет перепончатые крылья мягкой силы».
Однако, давайте предвосхитим эти нарративы наших "уважаемых партнеров".
С 1 октября Фонд президентских грантов начал принимать заявки от иностранных граждан и иностранных НКО. Причём речь идёт не о российских организациях, которые собираются что-то делать за рубежом, а о прямом доступе иностранных заявителей к российскому грантовому механизму.
Иностранные граждане старше 18 лет могут получить до 3 млн рублей, зарубежные НКО — до 5 млн. Пока направлений три: общественно значимый контент, способствующий взаимному знакомству обществ России и зарубежных стран; сохранение дикой природы и биоразнообразия; поддержка семейных, родительских и пациентских сообществ и обмен опытом с российскими партнёрами.
То, что напрашивалось уже достаточно продолжительное время, наконец стало реальностью.
А теперь немного про категорию «мягкой силы». В действующей российской внешнеполитической концепции этот термин вообще не используется. Российский понятийный ряд сегодня другой: международное гуманитарное сотрудничество, общественная и народная дипломатия, связи между обществами.
«Мягкая сила» – концепт, возникший в западной теоретической традиции и рассматривающий привлекательность как ресурс достижения внешнеполитических целей. Своеобразная стратегия «ночной красавицы», которая заботится больше о блеске макияжа, чем о чистоте. Народная и общественная дипломатия исходят из несколько иной логики — создания устойчивых горизонтальных связей между людьми, организациями и обществами.
Собственно, и миссия нового конкурса сформулирована именно в этом ключе: превращать сотрудничество между государствами, общественными институтами и людьми в устойчивые решения и создавать доверие между обществами. Поэтому давайте оставим перепончатые крылья «мягкой силы» западной сетке вещателей, а для себя зафиксируем важное институциональное изменение.
У гуманитарных связей и народной дипломатии России появляется ещё один вполне конкретный финансовый механизм, который позволит людям и организациям за пределами России реализовывать доброе, вечное, нужное вместе с российскими партнёрами.
И вот это действительно новость.
Ссылки для более подробной информации:
Заявки принимаются в электронном виде на официальном сайте конкурса
Кабинетная аналитика снова выходит из кабинета
Есть в этом определённая ирония: столько лет изучать Центральную Азию, писать о региональных процессах, институтах и международных связях — и только теперь впервые оказаться в Таджикистане.
Так что поездка в Худжанд на Второй Ферганский форум мира стала для меня ещё и небольшим профессиональным событием. Наконец-то добрался собственными ногами до объекта своего научного интереса. Кабинетная аналитика как она есть.
Сам Форум прошёл 28–29 сентября в Худжанде и был приурочен к годовщине подписания Худжандской декларации о вечной дружбе между Таджикистаном, Кыргызстаном и Узбекистаном.
Уровень мероприятия действительно впечатляет. За одним столом — руководство Согдийской, Баткенской и Ферганской областей, руководители профильных стратегических институтов при президентах трёх стран, представители ООН, ЕС, ОБСЕ, МОМ и других международных структур.
Причём разговор не ограничивался привычной дипломатической повесткой: обсуждали экономическое и промышленное развитие Ферганской долины, экологию, гражданское общество, молодёжь, медиа и роль местных сообществ.
Отдельное спасибо Центру стратегических исследований при Президенте Республики Таджикистан за высокий уровень проведения и очень радушный приём. Здесь тот случай, когда статус мероприятия ощущался не только по программе и составу участников, но и по вниманию к людям и деталям.
Поездка получилась особенно полезной ещё по одной причине. Когда долго смотришь на регион через документы, статистику, заявления и институциональные схемы, очень важно иногда увидеть, как всё это выглядит на земле.
И, наверное, самое главное: из Худжанда я привёз не только много наблюдений, разговоров и мыслей — о самом Таджикистане, Ферганской долине и вообще о том, как сегодня меняется Центральная Азия, — но и новые профессиональные знакомства и товарищества. А это бесценно.
Буду постепенно выкладывать впечатления и мысли по мере того, как они превратятся из дорожных заметок в текст.
repost
Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.
Два видео Токаева без эмоций
За последние два месяца два видео с Касым-Жомартом Токаевым вызвали в России довольно разную реакцию.
Первое — Омск, 25 июля. Токаев предлагает остановить боевые действия и вернуться к переговорной логике.
Второе — Берлин, 29 сентября. Уже перед европейской аудиторией президент Казахстана называет Владимира Путина наиболее приемлемой политической фигурой не только для Центральной Азии, но и для Европы и мира.
Первое вызвало достаточно резонансную реакцию в части российского экспертного и политического пространства. Второе по понятным причинам воспринимается гораздо комплементарнее.
Но в обоих случаях значительная часть комментариев, на мой взгляд, осталась на уровне эмоций: нравится — не нравится, свой — чужой, поддержал — дистанцировался.
Давайте посмотрим чуть иначе.
Первое. Противоречия между двумя эпизодами на самом деле нет.
Токаев — президент-дипломат, и эти два месяца очень хорошо демонстрируют его стиль.
Он работает на разрыве, пытаясь сшить два расходящихся края. Но чтобы их сшить, дипломатическая игла должна сначала войти в пространство одного края, а затем — другого.
В Омске Токаев заходит достаточно глубоко в российское политическое поле, чтобы прямо сказать Владимиру Путину то, что Москва слышать, вероятно, не очень хочет: конфликт необходимо останавливать.
В Берлине происходит обратное. Теперь он заходит в европейское политическое пространство и говорит уже то, что не слишком удобно слышать части европейской аудитории: Россия никуда не исчезнет, а Путин остаётся человеком, с которым придётся разговаривать.
То есть меняется не столько позиция Токаева, сколько аудитория и точка приложения дипломатического усилия.
Если хочешь соединить два края разрыва, невозможно стоять только на одном из них.
Второе. За этой дипломатией стоит вполне конкретный национальный интерес Казахстана.
К.-Ж. Токаев, думаю, прекрасно отдаёт себе отчёт: дальнейшая эскалация большого конфликта особенно болезненна не только для его непосредственных участников. Она начинает всё сильнее бить по средним и малым государствам, которые встроены одновременно в несколько экономических, логистических и политических пространств.
Казахстан здесь почти хрестоматийный пример.
Июльские атаки на танкеры у терминала Каспийского трубопроводного консорциума сделали эту проблему совсем не абстрактной. Казахстан официально подчёркивал, что через КТК проходит около 90% нефтяного экспорта страны.
Другими словами, продолжение эскалации — это уже потенциальный удар не где-то далеко, а по одному из ключевых каналов казахстанского экспорта, экспортной выручке и в конечном счёте экономической устойчивости страны. Отсюда и более активная позиция Астаны.
Это не попытка выбрать между Россией и Европой. Скорее наоборот — попытка не позволить конфликту окончательно разорвать пространство, внутри которого Казахстану самому приходится существовать.
Третье. Поэтому я бы вообще осторожнее относился к привычке измерять внешнюю политику Казахстана по шкале «с нами — не с нами».
Логика средней державы выстраивается вокруг способности сохранять рабочие отношения с несколькими центрами силы, поддерживать плотность взаимодействий и использовать эти отношения для защиты собственного пространства манёвра.
И тогда два видео Токаева становятся особенно интересны именно вместе.
В Омске Казахстан демонстрирует самостоятельность внутри очень плотных отношений с Россией.
В Берлине — конвертирует эти отношения, показывая европейской аудитории наличие прямого политического канала с Москвой.
А вместе они показывают вполне узнаваемую стратегию Токаева: заходить достаточно далеко на каждую сторону разрыва, чтобы сохранять возможность этот разрыв сшивать.
Причём делать это не из любви к дипломатическому искусству как таковому. А потому что для Казахстана цена дальнейшего разрыва становится слишком высокой.
Когда аналитика начинает жить дальше
На Reporter.kg вышла заметка по мотивам моего разбора трансформации Кыргызстана.
Здесь для меня важен сам маршрут текста.
Сперва настоящий полевой аналитик Денис Бердаков собрал очень плотную фактуру и наблюдения по развитию Кыргызстана в 2021–2026 годах.
Далее кабинетный аналитик пропустил этот материал через методологию 16 сил международной (социальной) власти и попытался оценить структуру происходящих изменений.
И наконец, благодаря журналистской огранке Reporter.kg, в публичное поле попадают три вывода:
— рост исполнительской способности государства и материальной инфраструктуры;
— расширение пространства государственного присутствия и централизация управления;
— формирование смысловой оболочки происходящих изменений — образа Кыргызстана как транзитного, энергетического, промышленного и туристического узла.
И, пожалуй, самое важное: начинающийся электоральный цикл здесь интересен не столько персоналиями, сколько образом будущего, который будет конструировать государство.
Получается аналитическая цепочка здорового человека:
фактура → методология → интерпретация → публичная дискуссия.
И, пожалуй, именно так аналитика и должна работать.
После событий 10 февраля ситуация стала предельно ясной: остаётся один публичный суверен — Садыр Жапаров.
Вместо тандема двух персональных центров власти формируется выраженная моноцентричная модель.
Идеологические силы
HF — история.
В самом тексте практически н/д: историческая политика не является его предметом.
Но дорога Север—Юг получает у Бердакова интересное символическое измерение: инфраструктура буквально преодолевает старое географическое и политическое разделение страны.
Если сюда добавить VI Всемирные игры кочевников и подчёркнуто эффектное появление С. Жапарова на церемонии открытия, видно, что историко-символическое измерение власти в современном Кыргызстане развивается достаточно активно.
MF — миссия.
Здесь материал особенно интересный.
Формула «народного социализма», которую разбирает Бердаков, — уже попытка сформулировать образ желаемого устройства страны: сильное государство развития, стратегический контроль над ключевыми активами, социальная отдача от роста при сохранении частной инициативы и внешнего капитала.
К этому добавляется образ Кыргызстана, который перестаёт быть периферией и «географическим тупиком» и должен стать транзитным, энергетическим, промышленным и туристическим узлом.
То есть формируется не просто программа строительства, а представление о том, каким Кыргызстан должен стать.
SEKF — наука, образование, культура.
За 2021–2025 годы построены 394 школы и 147 детских садов, капитально отремонтированы ещё 132 объекта. Всего — 673 объекта образования.
По науке и культуре в статье фактуры почти нет, поэтому видим только образовательную часть силы.
NGOF — гражданская активность.
Любопытно, что статья начинается именно с неё.
Во время пандемии люди самостоятельно собирали деньги, оборудование, организовывали помощь и волонтёрские группы. Для автора это одновременно показатель общественной солидарности и свидетельство слабости государственных институтов того периода.
За последующие годы заметно изменились и условия деятельности гражданских структур, особенно организаций с иностранным финансированием. Но это уже отдельный сюжет, выходящий за рамки статьи Бердакова.
Военные силы
TxF — военные технологии, ExF — военные учения, UF — военно-политические союзы, BF — военная инфраструктура.
Здесь — н/д, но без далеко идущих выводов. Очевидно, целью автора было описание прежде всего социально-экономического, инфраструктурного и институционального развития Кыргызстана, а не военной сферы.
Если теперь убрать методологическую сетку, за всей этой статистикой видны три процесса.
Во-первых, государство стало существенно больше и дееспособнее: оно собирает больше ресурсов и быстрее превращает их в дороги, энергетику, жильё, школы и производство.
Во-вторых, расширяется пространство государственного присутствия. Власть всё активнее заходит туда, где раньше существенную роль играли внешние доноры, региональные посредники, теневые сети или просто частная адаптация населения.
В-третьих, модель становится более централизованной и персонализированной, одновременно обзаводясь собственным образом будущего.
Отсюда и главная развилка.
Сегодня концентрация ресурсов и управления позволяет Кыргызстану быстро двигаться. Но долгосрочный результат будет зависеть от того, удастся ли превратить нынешнюю исполнительскую эффективность в устойчивые институты, способные воспроизводить развитие без постоянной мобилизации и ручного управления.
Именно это и будет главным тестом следующего этапа.
edited
А теперь обещанная препарация логики развития Кыргызстана по 16 силам международной (социальной) власти.
Сразу оговорюсь: Денис Бердаков, естественно, писал свой текст не под мою методологию. Поэтому ниже — перекодировка собранной им фактуры. В нескольких местах добавил собственные данные и наблюдения.
Экономические силы
TF — торговля.
Здесь дополним исходный текст собственной статистикой.
В 2021 году внешнеторговый оборот Кыргызстана составлял $8,33 млрд, в 2025-м — около $15,8 млрд. То есть за четыре года он вырос примерно на 90%. Правда, траектория не была линейной: в 2025 году оборот сократился на 10,2% к предыдущему году.
Если понимать торговлю шире — включая экспорт услуг, — сюда же хорошо ложится туризм. Валовая добавленная стоимость туристической отрасли выросла примерно с 25 млрд сомов в 2021 году до 74,4 млрд в 2025-м, а доходы от иностранных туристов в 2025 году достигли примерно $1,1 млрд.
То есть заметно вырос масштаб как товарных, так и сервисных внешнеэкономических потоков.
CF — капитал.
Приток прямых иностранных инвестиций в 2025 году — около $1,31 млрд. За три года заключено 78 инвестиционных соглашений на $12,6 млрд.
Отдельный сюжет — возвращение «Кумтора». За 2021–2025 годы налоги и обязательные платежи предприятия превысили $1,176 млрд, а дивиденды государству составили $441 млн.
В рамках проекта «100 промышленных предприятий» за 2024–2026 годы введено 281 предприятие, привлечено более $2 млрд инвестиций.
LF — труд.
Средняя начисленная зарплата выросла с 18 940 сомов в 2020 году до 36 047 сомов в 2024-м.
После повышения 2026 года средняя зарплата учителей выросла примерно с 24,8 до 50,5 тыс. сомов. Начинающий педагог — около 39 тыс. сомов до удержаний.
Плюс около 20,8 тыс. новых рабочих мест в рамках промышленной программы.
IfF — инфраструктура.
Вероятно, одна из наиболее выраженных сил.
В 2021 году было заасфальтировано 175 км дорог, в 2025-м — уже 1545 км. Альтернативная дорога Север—Юг — 433 км, причём около 200 км проложено там, где дорог раньше вообще не было.
С 2021 по 2025 год введено 27 малых ГЭС общей мощностью 109,8 МВт. Идёт строительство Камбар-Атинской ГЭС-1, развивается солнечная генерация.
Отдельный масштабный блок — жильё. Госипотечная компания обеспечила жильём 1197 семей в 2024 году и 4662 в 2025-м, а к маю 2026 года сообщалось о строительстве более 80 тыс. квартир.
Сюда же — модернизация аэропортов и наконец перешедшая в практическую фазу железная дорога Китай—Кыргызстан—Узбекистан.
Политические силы
DF — дипломатия.
Один из наиболее заметных результатов — урегулирование кыргызско-таджикской границы. В марте 2025 года был подписан договор о государственной границе.
Сюда же можно отнести международные договорённости вокруг железной дороги Китай—Кыргызстан—Узбекистан, энергетических и крупных инвестиционных проектов.
DcF — доктрина.
Хорошо просматривается формирование модели государства развития: промышленная политика, инфраструктура, энергетическая самостоятельность и социальное строительство соединяются с привлечением частного и иностранного капитала.
Государство всё заметнее действует не только как регулятор, но и как организатор развития.
IF — институт.
Пожалуй, центральная политическая сила.
Консолидированный бюджет: 247,8 млрд сомов в 2020 году → более 1,1 трлн в 2025-м. Налоговые поступления, по приводимым данным, выросли примерно в четыре раза, таможенные — в шесть.
Это уже не только вопрос наличия денег, но и показатель выросшей исполнительской способности государства — способности мобилизовать ресурсы и превращать их в объекты и решения.
Ещё один показатель финансовой ёмкости — международные резервы, которые к началу 2026 года превысили $10 млрд.
Рост государственного ресурса постепенно меняет и традиционные практики распределения, посредничества и взаимодействия общества с властью.
PF — личность.
Здесь уже моё наблюдение, которого у Бердакова нет.
До февраля 2026 года кыргызская политическая конструкция во многом держалась на тандеме Садыра Жапарова и Камчыбека Ташиева.
Вышла на редкость насыщенная фактурой статья широко известного в центральноазиатских экспертных кругах аналитика Дениса Бердакова о развитии Кыргызстана в 2021–2026 годах.
Бюджет, дороги, энергетика, промышленность, школы, жильё, инвестиции, аэропорты, железная дорога, границы — материала столько, что его интересно не просто читать как перечень достижений, а попробовать пропустить через мою методологию 16 сил международной (социальной) власти.
Но сначала — результат без методологии.
За последние пять лет Кыргызстан заметно нарастил способность государства превращать ресурсы в материальный результат. Масштаб хорошо показывает общая цифра: ВВП вырос с 639 млрд сомов в пандемийном 2020 году до 1,976 трлн в 2025-м. Только за 2025 год реальный рост составил 11,1%.
Резко выросли бюджетные возможности, инфраструктурное строительство, инвестиционная и промышленная активность. Одновременно усилилась роль самого государства в экономике, а политическая система стала существенно более централизованной.
При этом вокруг материального роста начинает появляться и его смысловая оболочка: модель государства развития, «народный социализм», образ Кыргызстана как транзитного, энергетического и производственного узла.
То есть речь уже не просто о серии построенных объектов. Мы наблюдаем попытку перехода от государства, управляющего дефицитом, к государству, организующему развитие.
Следующий пост 👇 — для ценителей методологии: разложим эту динамику по 16 силам социальной власти.
