Говорит Фурсов

Чтобы быть включёнными в мировую систему и не в ущерб себе, а на своих или хотя бы частично своих условиях, и уж тем более чтобы конкурировать с «субстанциональным ядром» – если не в экономике, то хотя бы в мировой политике, – господствующие группы той или иной страны должны были создать, заимствовать некие организационные формы. Последние не могли быть ничем иным, как функциональными формами капитала, формами, воспроизводящими его властные, социальные функции: государство современного типа, бюрократия, финансовая система и, конечно же, прежде всего армия, военная организация, откристаллизовавшаяся в ядре в ходе Тридцатилетней войны (1618–1648). Думаю, правы те историки, которые именуют западноевропейскую армию XVII в. первой по-настоящему капиталистической организацией, «социальной фабрикой». Но ведь создание, функциональная и формальная имитация таких «фабрик» были возможны и там, где капитал как субстанция был слаб или где его не было вовсе. Достаточно было наличия некой структуры, определённого субъекта и его воли к власти.

Как уже было сказано, в соответствии с внутренней логикой развития капиталистической системы функциональная капитализация мира опережала субстанциональную. Мир становился сетью производственных отношений капитализма, иными словами, комплексом функций капитала, безотносительно к социальной природе конкретных социальных систем, включавшихся в мировой рынок, независимо от того, имелось там индустриальное капиталистическое производство, т.е. произошла субстанциональная капитализация или нет. Адаптация к этой функциональной капитализации и включение в мировую систему новых («незападных») зон были тоже прежде всего функциональными, часто с очень слабой или просто отсутствующей капиталистической субстанцией, представленной капиталом. Происходило это посредством или торговли, или (а иногда – и) создания современных институтов во властной и нематериальной сферах.

Друзья! Публикуем новое интервью. Гость: Елена Пономарёва - доктор политических наук, балканист, профессор МГИМО, автор Telegram-канала «Белый филин». Какие факторы определили победу «Студенческого списка» на парламентских выборах в Сербии? Почему экс-президент Александр Вучич потерпел поражение и в чём он уступал местной оппозиции? Что из себя представляют технологии политических переворотов 5 октября 2000 года и насколько уместно проводить параллели с событиями 25 октября 2026 года? Какую повестку продвигают в сербских СМИ и какие силы заинтересованы в манипуляции общественным сознанием? За что евробюрократы никогда не простят Александра Вучича и какие факторы сыграли против него в ходе предвыборной кампании? Какие методы и подходы к работе с массами со времён Рейгана не теряют своей актуальности? В чём заключалась позиция Бориса Ельцина и Билла Клинтона по югославскому вопросу? Какие уроки Россия должна извлечь из югославской трагедии? Мы также поговорили о студентах ФУП МГИМО и о мягкой силе Запада и России. Об этом и не только вы узнаете в моей авторской программе «Большой поворот» - проект, в котором раскрываем детали большой политики, описываем тенденции и задаём точный маршрут. Обязательно распространяйте наше интервью. Ставьте реакции и пишите комментарии. Смотрите наше интервью на всех площадках: ВКОНТАКТЕ RUTUBE YOUTUBE Подпишитесь на мой канал в ТГ и в МАХ.

Интересный разговор получился 👇🏻

Алхимия господства: как редкие металлы, ИИ и эксперименты над сознанием меняют нашу реальность. Д. Перетолчин Подписывайтесь и смотрите этот ролик полностью без цензуры и рекламы в подписке «Дежурный по редакции» на сайте видеожурнала «Картина мира»:https://nday.club/v/egt47f-tel #редкоземельныеметаллы #искусственныйинтеллект #внетелесныйопыт #темноепросвещение #геополитика #перетолчин Что на самом деле скрывается за борьбой за редкоземельные металлы, контроль над искусственным интеллектом и передел ресурсов? Действительно ли судьбы государств и технологических гигантов вершатся теневыми элитами и тайными обществами? Как перекликаются геополитические претензии на Гренландию и стремление к алгоритмическому превосходству? И почему битва за чипы переплетается с исследованием внетелесного опыта и скрытыми способностями человека? Рассказывает Дмитрий Перетолчин. Больше интересных видео для подписчиков на сайте видеожурнала «Картина мира»: http://nday.club/?r=tel Видеожурнал «Картина мира» в соцсетях: Телеграм | VK: Видео | Rutube | YouTube | Дзен |МАХ

Субстанция против функции в сфере власти: победы, ничьи, поражения Здесь мы подходим к самому важному с точки зрения нашей темы аспекту несовпадения субстанции и функции в капиталистической системе – несовпадению власти (государство) и собственности (капитал), форм их управления, организации. То, что управление политической администрацией, с одной стороны, и бизнесом, с другой стороны, – разные и в истории капитализма удаляющиеся друг от друга сферы, очевидно. В западной науке эта управленческая дивергенция называется «законом Лэйна».

Наличие в мировой капиталистической системе созданных или законсервированных капиталом некапиталистических укладов как проявление несовпадения субстанции и функции капитала очень важно для темы «капитализм и коммунизм». Особенно важно подчеркнуть сохранение некапиталистического содержания целостностями, которым – из-за их территориально-демографической массы – капитал не может предложить положительных решений (и которые ему бы обходить по принципу «не буди лиха, пока оно тихо», будь то начало или конец XX в.), и это усиливается наличием определённых форм организации власти, противостоящих капиталу и капиталистической системе в той или иной форме.

Да, старой Франции, которую так любили в современной России, больше не будет. Антиутопия под названием Мечеть Парижской Богоматери скоро станет реальностью.

Ясно, что в капиталистической системе (взятой как мировой) именно на периферии и полупериферии, в зоне концентрации доиндустриальных и раннеиндустриальных форм производства будут концентрироваться и приобретать автономию – вплоть до внешне полного отсутствия связей с капиталом – те отношения капиталистической собственности, которые не суть непосредственно капитал: государственная собственность, земельная рента (что, разумеется, не означает отсутствия этих форм собственности в ядре). Перед нами – авторедукция капитала по субстанции, по содержанию в докапиталистические формы, во внеэкономические отношения в колониальных и полуколониальных странах при сохранении им капиталистической функции.

Необходимо отметить, что противоречие между социальными субстанцией и функцией (а также содержанием и формой) достигает максимальной остроты именно при капитализме, когда экономические отношения становятся системообразующими производственными, социальное насилие содержательно обособляется из сферы производственных отношений и возникают формы, регулирующие (в)неэкономические отношения индивидов и групп, – государство (state) и политика. Кроме того, при капитализме функционально (но только функционально) снимается противоречие между отношениями производства и обмена – эксплуатация осуществляется как обмен рабочей силы на овеществлённый труд («капитал»), входит в ткань производства, в результате обмен приобретает значительную автономию, а внешне может показаться, что он диктует свою волю производству. Ведь капитализм – это, помимо прочего, товарное производства с целью получения прибыли, т.е. увеличения (меновой) стоимости. Повторю: любой продукт, попадающий на товарный рынок, становится товаром, независимо от того, в какой социальной системе, при каких социальных порядках он произведён и как соотносятся в нём естественный и искусственный субстраты. Функционально обмен при капитализме превращает в стоимость то, что не является ею и не создаётся производительным капиталом. В этом смысле мировой рынок – такая же основа капитализма, как и индустриальное производство.

В городе на Неве есть нейробиолог и психолог Денис Чернаков. К нему обращаются, когда проблема требует срочного решения. Весь рунет сравнивает его с главным героем сериала «Триггер». Про одаренного психолога, который щелкает самые сложные задачки, как орехи. Не зря. Зачитался. Интересно, применимо и научно обосновано. У Чернакова свой проект «Бунт Разума» в телеграм-канале. В нем он разоблачает ошибки популярной психологии (их множество!) и дает захватывающие лекции по насущным темам: кризисы с ребенком (и супругом), выгорание, профилактика депрессии, снижение стресса. Все основано на науке и огромном опыте. В общем, если ищите нетривиальные ответы на свои вопросы, советую подписаться на «Бунт Разума» (нажмите).

Поскольку капиталистическая собственность не сводится только к капиталу (как заметил Крылов, лишь в действительном процессе труда как главной фазе совокупного процесса производства капиталу как производительному принадлежат непосредственно все прочие факторы труда; вне действительного процесса производства у последних свои собственники – наёмные работники, землевладельцы, государство, корпорации интеллектуалов) и оказывается шире его, но развивается по его законам, выступает его функцией, она обретает функциональные черты и в качестве таковой может противостоять субстанции; идеологически это нашло отражение в противостоянии, например, консерваторов и либералов, не говоря уже о марксистах. (О специфике идеологий Модерна вообще и марксизма в частности в плане отражения различных соотношений субстанции и функции капитала см.: Фурсов А.И. Биг Чарли, или О Марксе и марксизме // Фурсов А.И. Борьба вопросов: идеология и психоистория. Русское и мировое измерения (2-е изд.). М.: Книжный мир, 2024. С. 17–145; его же: Карл Маркс: два столетия спустя // Фурсов А.И. Лица. Знаки. Системы. М.: Тион, 2024. С. 6–38). Более того, в результате сложности и специфики субстанциональной природы капитала (овеществлённый труд) сам капитал как отношение приобретает значительное и сильное функциональное измерение, легко превращаясь по функции в некапитал (просто богатство), оставаясь капиталом по субстанции. Иными словами, при капитализме, в нём самом производственные отношения утрачивают исключительно субстанциональный характер и приобретают функциональный – что до капитализма могло быть редкостью, обусловленной особыми историческими обстоятельствами. В результате при капитализме противоречие между субстанцией и функцией становится ещё и внутренним для самих производственных отношений, т.е. довольно подвижным и гибким.

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

(document without text)

Обмен при капитализме становится полем деятельности производственных отношений, а потому эти последние – вместе с обменом – могут существовать обособленно от собственного капиталистического производства (индустриального), от капитала как субстанции, капитала как особого исторического содержания, т.е. от действительного процесса производства (индустриального) и от капитала как собственности на овеществлённый труд. Способность капиталистических производственных отношений действовать за рамками «своего» производства, вне их – ситуация невозможная для производственных отношений любых докапиталистических обществ. В них были возможны лишь чисто внешние, даннические формы отношений и эксплуатации, не превращавшие объект эксплуатации функционально ни в рабовладельчески, ни в феодально эксплуатируемый. Способность, о которой идёт речь, позволяла капиталистическим производственным отношениям как мировому, универсальному обмену, поле которого – мировой рынок, превращать – функционально – в товар (придавая капиталистический характер) любые объекты, попадающие на этот рынок, независимо от того, произведены они индустриальным или ручным способом, в капиталистическом обществе или где-нибудь на племенной периферии арабского или африканского мира. Что ещё более важно, систематическая эксплуатация капиталом таких некапиталистических форм автоматически становится капиталистической по функции. Возникающая капиталистическая эксплуатация без капиталистического способа производства есть ещё одно проявление несовпадения субстанции и функции капитала, способность последней как «энергии» существовать автономно от «материи», «вещества».

Интервью немецкому журналисту Патрику Баабу. https://youtu.be/sZcMMDQ88-Y?is=dNaGCFyTQo0_jqrs

Капитализм благодаря функциональности своих производственных отношений в этом плане побил все рекорды. Например, производственные отношения рабовладельческого или феодального обществ, представляющие собой отчуждение воли трудящегося, т.е. превращение его полностью или частично в «говорящее орудие», в некую природную субстанцию, несут на себе огромный субстанциональный отпечаток. Они сконструированы так и для того, чтобы функцию превращать в субстанцию, чтобы натурализовать общественные отношения по поводу присвоения природы. В этом смысле докапиталистические общества (и чем древнее, тем в большей степени) «сконструированы» и функционируют так, чтобы свести к минимуму какую-либо функцию, кроме той, что растворена, погружена в субстанции и если и «выныривает» из неё, то редко, невысоко и ненадолго, чаще всего в периоды социальных сломов. Капитализм, напротив, стартует с полной функционализации производственных отношений. Это – его начало. Логическим концом капитализма должна быть (и может быть) только полная функционализация самих производительных сил. Это соответствует функционализации как макрозакону развития капитализма.

С капитализмом социальная функция становится таковой в строгом смысле этого слова, порывая с субстанцией, «выныривая» из неё и утрачивая субстанциональную, природную «печать», а потому не только функционализируется, но и социализируется. Процесс производства становится социальным не только по содержанию, но и по форме. Чем функциональнее и социальнее производственные отношения, тем мощнее они подстегивают развитие производительных сил, тем быстрее его темп.

О будущем Руины, мечети Парижской Богоматери, об образовании и многом другом 👇 https://youtu.be/fEiHX09dWJI?si=poBGC4DqgtLnaQ1w

Не случайно именно обмен, мировой рынок становится основой капиталистического производства. Это не торжество обмена над производством – подобный вывод был бы справедлив (и то внешне) при взгляде на капитализм только с позиции «докапитализма». Если же подходить к капитализму с его собственной мерой, то обмен и производство противостоят друг другу лишь в определённой фазе общественного процесса, в целом же капитализм снимает противоречие между ними. Обмен при капитализме – это не просто и не только обмен, но и производственное отношение, функционально, превращающее в стоимость то, что субстанционально в качестве стоимости создаётся лишь производительным капиталом. Короче говоря, обмен выступает одновременно и основой производства, чего не было ни в одной докапиталистической системе, и её специфическим функциональным органом, чего до капитализма тоже не было. При этом происходит максимальная функционализация и производственных отношений.