Филатов life

Ультра – это диагноз В субботу на Рыночной площади Кракова погибли шесть человек, шестнадцать ранены. Перед этим в Островце-Свентокшиском стрелок убил родителей и сестру. Ему было двадцать четыре года. Судимостей – никаких. Зато была лицензия на оружие, полученная в этом году, членство в стрелковом клубе, два карабина, два пистолета и около пятисот патронов. Всё по закону. Эту строчку стоит перечитать. Оружие пришло к убийце через окошко, где ставят печати. Человек, который незадолго до этого застрелил собственную семью, прошёл все положенные процедуры, и государство признало его вменяемым и достойным. Дело в том, что бумаги проверяют прошлое. Будущее им неподвластно. Сторонники «вооружённого гражданина» любят повторять, что ствол в руках порядочного человека остановит злодея. В Кракове злодей тоже числился порядочным – до той минуты, когда въехал на площадь. Чем проще получить оружие, тем короче дистанция между тёмной мыслью и выстрелом. Душевная болезнь на лбу не написана, а патроны продают без вопроса «как вы себя сегодня чувствуете?». В Польше число владельцев оружия растёт с каждым годом. А я не устаю повторять: нам лучше сделать вывод заранее, учиться на чужом опыте, а не на свежих могилах. Тела ещё не остыли, а убийцу уже начали «назначать». Министр в первый же вечер объявил его ультранационалистом. Через сутки соцсети выставили встречный счёт: какой правый – обычный левак! В ход пошли скриншоты подросткового профиля и чужие фотографии с митингов. Прокуратура тем временем сухо сообщила: ни правой, ни левой символики в его комнате не нашли. Мотив не установлен. После смерти стрелка в больнице он может остаться тайной навсегда. Ужасает то, что трагедия превращается в окоп: «он ваш» – «нет, ваш». Шестеро убитых становятся аргументом в споре, а общество расходится ещё по одному шву. Политики, которым по должности положено сшивать, снова режут по живому. Повидав много трагедий, пообщавшись со множеством жертв, я убедился в одном: искать стоит то, что объединяет. И здесь всё довольно просто. Любое «ультра» – ненормально, какого бы цвета ни был флаг. Желание расколоть людей на горячей крови – ненормально. Оружие, которое легко получить, – ненормально. Нормально – другое. Полицейские Якуб Кулик и Артур Мораньский, обычный патруль с пистолетами и лёгкими жилетами, догнали стрелка за считанные минуты и вступили в бой с человеком в броне и с карабином. Оба тяжело ранены. Именно они его остановили. Таких людей немного. Но они есть. Мне повезло, за годы службы в «Альфе» я узнал таких немало – тех, кто идёт навстречу выстрелу и не спрашивает о взглядах тех, кого прикрывает. Им всё равно, левый ты или правый. Им важно, чтобы ты остался жив. Вот на кого стоит равняться. И вот кого стоит беречь – в том числе от «простых решений» о доступном оружии.

Песня, которая выросла в звании Десятое ноября в нашей семье всегда было днем двойным. Официально – День сотрудника органов внутренних дел, в моем детстве – День советской милиции, с главным концертом года, где выходили лучшие артисты и звучали песни, от которых веяло чем-то почти заграничным. А дома в этот день поднимали тост за отца: он родился десятого ноября. Так чужой профессиональный праздник с детства стал для меня своим, семейным. Несколько лет назад ко мне обратился старинный друг. Когда-то мы вместе начинали службу, потом жизнь развела нас по разным гарнизонам и родам войск, а спустя годы снова свела, и дружба оказалась крепче расстояний. Просьба была неожиданной: «Алексеич, у меня дочь – майор полиции. С детства любит петь. Споешь с ней?» Дочь звали Валентиной – как мою маму. Совпадений набралось столько, что отказываться было бы просто неприлично. Так появилась песня – легкая, незатейливая, с улыбкой. Без пафоса и громких слов, просто подарок тем, у кого служба редко оставляет время для праздника. Записали, сняли что-то вроде клипа и отпустили в мир. С тех пор утекло немало воды. Валентина продолжает служить и сегодня она уже подполковник полиции. Песня осталась прежней, а звездочки на погонах у моей соисполнительницы стали крупнее. Признаюсь, радуюсь за нее почти по-отцовски. О полиции чаще вспоминают в трудную минуту, чем в праздник. Пусть сегодня будет наоборот. С праздником всех причастных – и тех, кто в строю, и тех, кто ждет их дома. Ведь у каждого сотрудника есть семья, для которой десятое ноября – тоже свой день. Слушайте, улыбайтесь, делитесь с друзьями.

«Люди А. От поколения к поколению»: спрашивают дети Друзья, хорошая новость. Союз «Офицеры Группы АЛЬФА» вновь стал победителем конкурса «Гранты Мэра Москвы» в номинации «Медиа Москва». Наш новый проект называется «Люди А. От поколения к поколению», и в нём мы меняем привычный порядок разговора. Раньше вопросы задавал я. В подкасте «Люди А» мои товарищи рассказывали о Будённовске, «Норд-Осте», о службе, которая не попадает в сводки. Теперь вопросы будут задавать старшеклассники. А отвечать – мне и другим ветеранам. Почему так. Подросток сегодня узнаёт историю из ленты – между роликом и мемом. Значительная часть того, что он там видит, никем не проверена, а что-то и вовсе искажено сознательно. Лекция с трибуны против этого бессильна: её слушают из вежливости и забывают к началу перемены. Но когда шестнадцатилетний человек сам формулирует вопрос о страхе, о выборе, о том, как жить после потерь, он слышит ответ по-другому. Это уже его собственный разговор. В 2027 году мы запишем десять выпусков видеоподкаста. Ребята будут спрашивать в кадре, и именно их вопросы определят, о чём пойдёт речь. Спросят, было ли страшно, – так и ответим. Спросят, ради чего всё это, – тоже. Вторая часть проекта – десять уроков мужества в московских школах. Видео даёт охват, но живого присутствия не заменит. Поэтому в классы придут ветераны «Альфы» – люди, которые были там и принимали решения. Многие из них никогда не выступали на камеру, их свидетельства до сих пор нигде не записаны. Так что проект – ещё и способ сохранить эти голоса, пока это возможно. Патриотизму нельзя научить, как таблице умножения. Можно показать, как выглядят ответственность и верность слову в жизни конкретных людей… и дать молодым самим сделать выводы. Им важно знать, что за спокойствием их города стоят реальные люди и реальные решения. Благодарю Мэра Москвы и всех, кто поддержал проект. Отдельное спасибо школам-партнёрам – они первыми открыли нам двери. Выпуски будут выходить в наших соцсетях. Следите – и задавайте свои вопросы. Проект реализуется при поддержке Грантов Мэра Москвы. #грантымэрамосквы #душевнаямосква #нко #АлексейФилатов #ГруппаАльфа #ЛюдиА #ОтПоколенияКПоколению

«Родство» состоялось Друзья, вчера мы встретились. Спасибо всем, кто пришел! Собралось около сотни человек, и столики были заняты все до единого. Больше половины зала составляли люди, которых я прежде не знал. Тем дороже было видеть, как слушают: внимательно, по-доброму. Тепло, по-настоящему тепло приняли и песни, и разговор между ними. Вечер пришёлся на особую дату. Не только День народного единства. Но ещё заведению, где мы собрались, исполнилось двадцать пять лет. Руководство ресторана попросило, чтобы моё выступление стало частью этого юбилея. На него пришли и официальные лица. Для меня это честь и немножко волнение. Есть одна деталь, которая особенно греет. За четверть века в этих стенах, наверное, впервые зазвучала живая музыка. Не запись, не фонограмма, а живые инструменты. Музыка здесь бывает почти каждый день, но всё же не живая. Поэтому вчера было приятное ощущение, что мы вместе сделали что-то впервые. После выступления ко мне подходили, благодарили, говорили добрые слова о песнях и о самом вечере. Я подписал несколько книг. Каждый такой разговор для меня дороже любых аплодисментов: именно ради этого живого общения всё и задумывалось. Спасибо всем, кто пришёл, кто звонил и бронировал столики, кто просто был рядом мыслями. Спасибо ресторану «Трын-трава» и его команде за гостеприимство и за доверие. Родство, как оказалось, собирается просто: из людей, которым хорошо вместе за одним столом.

Хрен демократический редьки республиканской не слаще В США, на фоне усталости от Трампа, демпартия забрала обе палаты Конгресса. Вместе с американцами событие это празднует изрядная часть русскоязычного интернета – так, словно завтра каждому лично вручат ключи от Капитолия. Главная фраза последних пары дней в контексте Америки: «Демократия победила». Но демократия – это не власть демпартии, как и либерализм – не власть либералов. Слово «демократическая» в названии КНДР – не описание устройства этой страны. Демократия живёт в процедуре: равный доступ разным кандидатам, голоса считают честно, проигравший признаёт поражение. Кто видит её торжество лишь в победе своих, тот в лучшем случае болельщик. Для нас полезнее другой вопрос: что меняется, когда в Вашингтоне меняется цвет? Кто нам, то есть России, выгоднее – демократы или республиканцы. Ответ есть и он не утешительный. Например, договоры с Москвой подписывали обе партии: от демократов – Кеннеди и Обама, от республиканцев – Никсон, Рейган и Буш-старший. Но ломали их только республиканцы: Буш-младший вышел из договора о противоракетной обороне, Трамп – из договора по ракетам средней дальности. Воюют тоже обе. Клинтон бомбил Югославию и начал расширять НАТО на восток, Обама ушёл от «перезагрузки» к Ливии и санкциям, Буш-младший вошёл в Ирак. Во всех этих странах у России были и есть свои интересы. Разница в упаковке: демократ приходит с проповедью, республиканец – с прейскурантом. С проповедником торговаться трудно, ему нужна твоя душа. С коммерсантом проще, хотя обвесит и он. Наши традиционные союзники – нефть и газ. Что с ними? Республиканцы обещают бурить, демократы – спасать планету, а добыча растёт при всех: при Байдене больше 13 миллионов баррелей в сутки, при Трампе почти 14. Разница в том, что демократы притормаживают трубопроводы, а республиканцы открывают скважины настежь. Дешёвый баррель бьёт по российской казне больнее иных санкций, так что партия, которая разговаривает с Москвой деловитее, обходится нам дороже. Отдельная статья – Трамп. Партию он взял в аренду, союзников обложил пошлинами, обещал гасить войны и воюет с Ираном, готовится отжать Гренландию, с нами встречался на Аляске, интересничал и через два месяца ввел дополнительные санкции – против «Роснефти» и «Лукойла». Единица измерения Трампа – сделка здесь и сейчас. Строить на нём долгосрочный прогноз – занятие неблагодарное. Неприязнь к России в Вашингтоне давно стала двухпартийной. Так кто выгоднее? В переговорах о вооружениях удобнее республиканец никсоновской школы, холодный и считающий. Таких сегодня в Вашингтоне мало. Для цены барреля удобнее демократ. Для мира полезен любой, кто готов говорить с Москвой о боеголовках, независимо от цвета его галстука. Договор 1963 года подписали через десять месяцев после Карибского кризиса: обе стороны успели заглянуть в бездну и обошлись без взаимной симпатии. Разрядка всегда начинается с трезвого страха. Болельщикам можно поздравить друг друга. Настоящая игра идёт на другом поле, где счёт считают боеголовками.

За одним столом Дорогие друзья, с Днём народного единства! Мы все очень разные. Спорим на кухнях, болеем за разные команды, по-разному смотрим на жизнь. В большой семье так и бывает. А когда приходит беда, споры сразу отступают: соседи помогают соседям, незнакомые люди собирают посылки, звонят, ждут вместе. Так было всегда, и четыре века назад, и сейчас. Сегодня хороший день, чтобы набрать тех, кому давно собирались позвонить. Обнять родителей. Помириться с теми, с кем поссорились по пустякам. С этого единство и начинается. Стихи к празднику – в видео. Мира вам, тепла и хороших людей рядом!

Друзья, завтра встречаемся. Последние дни репетирую. Песен за годы накопилось много, а вечер не резиновый, и выбирать оказалось сложнее, чем я думал. Что-то приходится откладывать, и жалко. Что-то само просится в программу. За последние дни мне позвонили несколько человек: хотели прийти, но именно завтра будут в отъезде, и спрашивали, будут ли ещё такие вечера. Отвечаю честно: пока не знаю, конкретных планов нет. Так что если давно хотели повидаться, поговорить и послушать песни почти по-домашнему, лучше всего прийти завтра. Это квартирник. Небольшой зал, группа музыкантов, столы. Сцены как таковой нет, расстояния тоже. Споём, поговорим, и можно будет спросить то, что в комментариях как-то не спросишь. Мест остаётся совсем немного. Бронь по телефону: +7 499 149-92-31. Позвоните сегодня, скажите, сколько вас, и вам оставят столик. Приходите с родными или с другом. Я жду. Ресторан «Трын-трава» Молодогвардейская ул., 28, корп. 1, Москва 4 ноября, 18:00 Бронирование: +7 499 149-92-31

Уже послезавтра, 4 ноября, жду вас на квартирнике «Родство» в ресторане «Трын-трава». Зал небольшой, мест немного. Мне важно, чтобы получилось пообщаться с каждым, поэтому забронируйте столик заранее. Телефон для бронирования: +7 499 149-92-31. Позвоните и скажите, сколько вас будет. 📍 Ресторан «Трын-трава» Москва, Молодогвардейская ул., 28, корп. 1 Приходите. Буду рад увидеть вас лично!

Вечер, на который я вас зову, называется «Родство». Мне давно хочется встретиться не через экран и не через комментарии, а лицом к лицу. Пусть это будет квартирник: с гитарой, без сцены и яркого света. Споём, поговорим, и я отвечу на то, о чём обычно не успеваешь спросить. Зал небольшой, мест немного, и мне важно, чтобы со всеми получилось поговорить. Столики бронируются по телефону: +7 499 149-92-31. Позвоните, назовите, сколько вас будет, и столик будет ждать. Приходите. Буду рад увидеть вас лично. Ресторан «Трын-трава» Молодогвардейская ул., 28, корп. 1, Москва.

Родина, родня, родные, народ… Присмотритесь к этим словам: у них один корень. Мы произносим их по отдельности, а язык помнит, что это одно и то же. Родина начинается не с карты и не с флага. Она начинается с того, кто тебя ждёт, и с того, кто стоит рядом. 4 ноября, в День народного единства, я приглашаю вас на вечер, который назвал просто: «Родство». Это не концерт в привычном смысле. Скорее долгий разговор со спокойными песнями, в которых поместились четыре части жизни. Первая: родня, те, ради кого возвращаешься домой. Вторая: друзья, которых мы выбираем сами и которые порой становятся роднее родственников. Третья: Родина, земля, на которой стоишь, и память о тех, кто жил на ней до нас. Четвёртая: душа, то, что остаётся с человеком, когда стихает всё лишнее. Прозвучат песни, которые вы давно знаете и, надеюсь, любите. Будут и новые, совсем свежие, которые я ещё не пел при зрителях. Будет разговор. Без заготовленных речей, так, как говорят за столом с близкими. Мне давно хотелось собрать такой вечер. Чтобы было тепло и негромко. Чтобы можно было петь, говорить и просто молчать, не чувствуя неловкости. Поэтому столиков немного, и они бронируются заранее по телефону. Прошу вас бронировать стол, если вы уверены, что придёте: каждый стол здесь чей-то. Приходите с женой, мужем, детьми, с родителями, с другом, с которым когда-то делили самое трудное… Приходите с теми, с кем вам не нужно ничего объяснять. Мы живём в громкое время, и от этого особенно хочется простых вещей: чтобы за столом сидели родные, чтобы пелось, чтобы рядом были люди, которые тебя слышат. Единство народа, если разобраться, собирается именно так: из маленьких столов, за которыми люди друг друга понимают. 4 ноября, 18:00 Ресторан Трын-трава Молодогвардейская ул., 28, корп. 1 Бронирование столиков: +7 499 149-92-31 Буду рад видеть вас.

Тишина в аренду Семнадцатого октября в Нанте машина насмерть сбила полицейского. В тот же день в Париже около тысячи его коллег получили ранения. Через неделю, чтобы провести обычную субботу, Франции понадобилось семьдесят тысяч силовиков, вертолёты и комендантский час в кварталах. В Милан тем временем зашла техника парашютистов «Фольгоре». Европа, которая полвека выставляла армию на улицы только в кино, начала привыкать к новой картинке. Принято говорить, что всё началось с цен на бензин и нехватки учителей. На деле началось гораздо раньше – тогда, когда государство решило, что общественный мир можно купить. Идея старая и, надо признать, когда-то работающая. Бисмарк ввёл первое в мире социальное страхование не из любви к рабочим, а чтобы выбить почву из-под социалистов. Пенсия оказалась дешевле баррикады. Европа XX века отточила эту формулу до совершенства: государство платит, улица молчит. Социальный бюджет фактически стал бюджетом общественной безопасности, только записанным в другую графу. У такой системы есть побочный эффект, который проявляется через поколение. Граждане привыкают, что спокойствие – это товар, а государство – его поставщик. Логика «заработать» незаметно уступает логике «получить». И когда поставщик говорит, что касса пуста, люди воспринимают это не как беду, а как обман. Обманутый клиент идёт выяснять отношения. На улицу… А на площади с ним разговаривает уже не министр финансов, а двадцатипятилетний парень в шлеме. Дальше работает закон, хорошо известный любой полиции мира. Мирная толпа – идеальное укрытие для тех, кто пришёл не протестовать. Студенты несут плакаты про школы, а в двух кварталах люди в чёрном с клюшками для гольфа вычищают витрины. Протест даёт им массу, анонимность и моральное прикрытие. Если полиция действует грубо – растёт поддержка погромщиков. Если мягко – растут погромы. Отделить одних от других можно только работой разведки, профилактики и переговорщиков, а она требует ровно того, чего уже нет: денег, людей и времени. В результате государство, не сумевшее оплатить тишину деньгами, оплачивает её силой. Это самая дорогая валюта из возможных. Каждый разбитый магазин – это закрытый бизнес и уволенные продавцы. Каждый раненый полицейский – это пустое место в завтрашней смене. Каждый подросток с судимостью за погром – это выпавший из нормальной жизни гражданин. Безопасность, купленная дубинкой, всегда выдаётся в кредит под очень высокий процент. И политически этот кредит гасят не те, кто его брал. Пока левые, как сейчас, ведут молодёжь на площади, рейтинги растут у правых. Марин Ле Пен открыла президентскую кампанию через неделю после погромов – с обещанием порядка, границ и твёрдой руки, и получила около трети голосов в опросах. Улица, требующая справедливости, голосует за жёсткость. Так было всегда: напуганный обыватель выбирает не того, кто обещает больше дать, а того, кто обещает больше защитить. Общественный мир держится на трёх опорах: деньги, сила и доверие. Деньги заканчиваются, сила изнашивается, и только доверие с годами дорожает. Европа слишком долго заменяла его чеками. Теперь выясняется, что тишину нельзя купить навсегда.

Своих не оставляют Сегодня у ветеранов «Альфы» праздник – День основания Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа». Тридцать четыре года назад, в девяносто втором, когда страна трещала по швам и многие привычные опоры рушились одна за другой, ветераны Группы «А» решили держаться вместе. Время показало, что решение было верным. Уход со службы – серьезное испытание, даже для самых крепких. Вчера ты был частью слаженного механизма, где каждый знает свое место и чувствует плечо товарища. Сегодня ты один на один с гражданской жизнью: новая работа, новые правила, новый ритм. Многим в этот момент нужна рука, протянутая вовремя. Ассоциация все эти годы и была такой рукой – помогала найти себя в новой жизни, поддерживала ветеранов и семьи погибших, оставалась рядом, когда это было нужнее всего. И бережно хранила память о тех, кто не вернулся с заданий: каждое имя, каждую дату, каждую историю. Теперь это большое братство: больше шестисот ветеранов, представительства в России и странах СНГ, десятки организаций – от военно-патриотических клубов и спортивных секций до подшефных учебных заведений. Ветераны приходят к ребятам, рассказывают, как было на самом деле, и передают то, что копилось годами службы: выдержку, честность, умение отвечать за свои решения. Так память перестает быть строчкой в архиве и становится частью жизни нового поколения. Отдельно хочу сказать о газете «Спецназ России». Свой печатный орган – большая редкость для ветеранской организации. Газета хранит голоса тех, кто прошел через самые трудные операции, рассказывает о погибших товарищах, о службе, о традициях. Печатное слово живет дольше любого поста в ленте, и в этом его особая сила. Союз «Офицеры Группы АЛЬФА» входит в Международную Ассоциацию, и все, чем мы занимаемся, – поддержка ветеранов, патриотическое воспитание, сохранение истории подразделения – идет в одном русле с ее работой. Мы делаем общее дело, и вместе это получается лучше. От всей души поздравляю всех, кто строил Ассоциацию с первых дней, и тех, кто продолжает ее дело сегодня. Спасибо руководству и активу, спасибо региональным организациям, спасибо всем, кто помогает, – часто без лишних слов и громких должностей. Спасибо семьям ветеранов: ваше терпение и ваша любовь – тоже часть этой истории. Крепкого здоровья, друзья. Пусть встречи с боевыми товарищами случаются чаще и только по добрым поводам. С праздником!

Шаг в тот зал Двадцать четыре года назад Москва узнала, что театральный зал может стать линией фронта. Люди пришли на спектакль – семьями, с детьми, с билетами, купленными заранее. Кто-то впервые привел ребенка на мюзикл, кто-то выбрался в театр после долгой рабочей недели, кто-то просто решил провести вечер красиво. Через час с небольшим эти билеты стали пропуском в трехдневный страх. Город за стенами продолжал жить – и одновременно замер. Родные стояли у оцепления на холодном ветру и вглядывались в темные окна. Вся страна следила за новостями, ловя каждое слово. Каждая минута могла оказаться последней для сотен людей сразу, и время тянулось мучительно медленно. А рядом готовились те, кому предстояло войти внутрь. Они понимали: одного взрыва достаточно, чтобы здание сложилось и похоронило всех – и заложников, и освободителей. У каждого дома ждали родные. У многих – маленькие дети, которые еще не умели читать новости. Каждый мог остаться в стороне, и никто бы его не осудил. И каждый сделал этот шаг. Об этой ночи написаны протоколы, статьи, книги. Стихи хранят ее по-своему – тишиной перед штурмом, сжатыми зубами, решением, которое принимают молча и навсегда. Иногда несколько строк говорят о мужестве больше, чем толстый том. Сегодня мы вспоминаем всех, кто остался в том зале навсегда. Их имена высечены на мемориальной доске у здания на Дубровке, а их отсутствие до сих пор ощущают те, кто их любил. И мы вспоминаем тех, кто вернул жизнь сотням людей, не считая себя героями. Светлая память погибшим. Вечная благодарность тем, кто шел на штурм.

Остаться своими Сорок лет назад мы сказали друг другу «да». С тех пор изменилось многое: страна, время, мы сами. Жизнь не раз проверяла нас на прочность. Но одно осталось неизменным – доверие. С годами понимаешь, что прочность союза измеряется тем, кому ты можешь обратиться в трудную минуту, не подбирая слов. Кто выслушает без упрёка и скажет правду, даже неудобную, – потому что желает тебе добра. Старики говорили: «Где любовь да совет, там и горя нет». В юности кажется, что главное здесь – первое слово. Зрелость ставит ударение на втором. Совет – это уважение к чужой судьбе. Умение поддержать, ничего не требуя взамен. Такую дружбу не купишь и не восстановишь, если однажды растратил. Её можно только беречь – год за годом, слово за словом. Песню «Жена» люди давно забрали себе. Под неё снимают ролики о женах, о родителях, о бабушках и дедушках, о своих годовщинах. Разные судьбы – и одна интонация благодарности. Сегодня я пою её для человека, которому благодарен за сорок лет. За верность слову. За поддержку. За то, что мы остались друг для друга своими. Спасибо тебе.

Сорок лет с одной Ирой. И со всеми остальными Древние греки вкладывали в имя Ирина слово «мир». Спорить с греками не стану, но сорок лет семейной жизни позволяют уточнить: мир – это не отсутствие шума, а умение договариваться. Меня этому учили терпеливо и последовательно. Эту песню я написал к сороковой годовщине нашей свадьбы. Если по-ювелирному, она рубиновая. Если по-честному, проверенная временем. Сорок лет назад я вступил в законный брак и с тех пор ни разу об этом не пожалел. Проверял неоднократно, результат стабильный. При этом песня получилась ещё и шуточная. Мне давно кажется, что кто-то наверху ведёт учёт по именам: жена – Ира, дочь – Ира, а на жизненном пути то и дело попадаются другие. Художники подхватили тему и нарисовали мультфильм. Герой клипа подозрительно похож на меня, и куда бы его ни занесло, везде его встречает очередная Ира. У подъезда на лавочке заседает совет бабушек – все Иры. В поезде чай приносит проводница – Ира. В магазине за прилавком – Ира. В автобусе билет проверяет контролёр – вы уже догадались. И, конечно, невеста... Бедолага держится мужественно, а я смотрю и думаю: везёт же человеку. Говорят, имя определяет судьбу. Не знаю, как у других, но моя оказалась доброй, тёплой и слегка строгой. Как Ира. Рядом с ними учишься слушать, договариваться и вовремя замолчать. Последнему, признаюсь, учусь до сих пор, и сорока лет оказалось маловато. Ира, песня – тебе. А все остальные смотрите, слушайте и узнавайте своих Ир. И берегите их.

Когда в зале все свои Вчера в Москве, в школе №937 имени А.В. Перова, прошла конференция «Мы – патриоты Отечества». Её организовала Ассоциация ветеранов «Альфа». Юрию Викторовичу Демину и всей команде большое спасибо. Школе – за то, что приняла нас как родных. Часто спрашивают: зачем ездить на такие конференции? У всех свои дела, свой класс, своя кадетская рота. А я каждый раз убеждаюсь, что педагогу бывает не с кем поделиться: коллеги в соседнем городе решают те же задачи, но вы о них не знаете. Здесь приехали директора и учителя из разных регионов. Говорили о кадетском образовании, о военно-патриотических клубах при школах, о том, как работать с родителями. Один рассказал, как у них сделано, другой подхватил, третий записал себе. Ради этого и стоит собираться. Показали ролик о погибших сотрудниках «Альфы», возложили цветы к бюсту А.В. Перова. В зале стало тихо. Школа носит его имя, ребята мимо этого бюста ходят каждый день. Выступали не только педагоги, директора и ветераны. Слово взяли вдовы наших офицеров. Прошли годы, а они по-прежнему с нами, на всех наших встречах. Мы большая семья, и я говорю это без преувеличения. Спасибо всем, кто слушал мой доклад и принял его по-доброму. Я рассказывал о своём более чем 20-летнем опыте патриотического воспитания: книги, песни, спектакли, фильмы, сериалы и… организация встреч учащихся с ветеранами. Несколько сотен мероприятий за плечами. После выступления подходили директора школ и учителя, жали руку, благодарили за песни, книги и фильмы, говорили, что читают меня в соцсетях. Их никто не заставлял, и я видел, что говорят от души. Мне это было важно: подходили те, кто каждый год растит сотни ребят. Двадцать лет я занимаюсь творчеством, оно стало большой частью моей жизни. Когда это замечают, понимаешь, что делаешь не зря. Организаторы ещё взяли несколько моих песен и ставили их в перерывах. Сижу, пью кофе, а из колонок звучит моё. Приятно, что уж там. Хотя я, может быть, выбрал бы другие композиции. Спасибо всем, кто был рядом: ветеранам, педагогам, семьям наших ребят. До новых встреч.

Связь есть. Работаем Сегодня День военного связиста. Поздравляю всех, кто носит эти петлицы, и всех, кто носил их раньше. Знаю, что бывших связистов не бывает. В каждом роде войск есть свои связисты. У пехоты и танкистов, у артиллеристов и ракетчиков, у лётчиков, моряков и подводников, у десантников и разведчиков. И у спецназа тоже. Без связи не стреляет батарея, не взлетает борт, не выходит на рубеж группа. Командир без связи не командует, он просто стоит с картой в руках. Связист не бывает «чужим» ни в одном роде войск. Он свой везде, потому что нужен везде. Мне этот день близок по-особому. По образованию я связист, и первая моя военная профессия – тоже связь. Позывные, частоты, эфир, который то трещит, то молчит. Этому учили раньше всего, и многое в службе понимаешь через эту школу. Например, что пауза в эфире иногда говорит больше, чем сам доклад. Стихи, которые вы сейчас услышите, посвящены тем, кого редко видно, но всегда слышно. Слушайте и вспоминайте своих. Позвоните тому, кто когда-то держал для вас связь.

Отцовская служба связи Воскресенье, восемнадцатое октября, День отца. Праздник молодой, и, кажется, ещё не придумали, как его правильно отмечать. С матерями проще: цветы, звонок, разговор по душам. Отцы обычно ждут, что их поздравят, и делают вид, что вовсе не ждут. Отцовство вообще устроено хитро. Сначала ты нужен каждую минуту: поймать, поднять, подуть на коленку, объяснить, почему небо голубое, и придумать что-нибудь на случай, если не получится. Потом дети идут в школу, и ты учишься отпускать на длину коридора. Потом – на длину города. А потом выясняется, что твоя главная должность – дежурный по связи. Телефон всегда заряжен, звук включён, ответ – с первого гудка, а лучше с половины. У меня сын и… четыре дочери, и этот график мне хорошо знаком. Когда-то они делили кукол и шарики и спорили, кто сидит у окна. Сейчас у каждой своя дорога, свои дела и своё «пап, потом перезвоню». Я не обижаюсь. Это значит, что всё получилось: выросли самостоятельными, а потом ещё и разъехались, чтобы проверить на себе, что мир большой. Меня часто спрашивают, чему отец должен научить дочь. Мне кажется, главное одно: чтобы она знала, куда можно вернуться, не объясняя причин. Дверь не обязана быть парадной. Достаточно, чтобы за ней горел свет и кто-то поставил чайник, не задавая лишних вопросов. К Дню отца у меня новая песня – «Дочки». Я написал её для своих, но, думаю, многие отцы найдут в ней что-то своё. Если у вас есть дочери, особенно те, что далеко, не ждите воскресенья. Позвоните просто так. Без повода получается лучше всего. Слушайте, пересылайте тем, кого любите, и берегите связь. Она держится на самых простых вещах.

Сегодня моему другу Семёну Гликману – семьдесят семь. Когда-то именно он помог мне спеть мою первую песню – «По высокой траве». Я тогда не очень понимал, что делать с собственным голосом, а Семён верил в него больше, чем я сам. Наверное, с этого всё и началось. Годы прошли, а мы всё так же рядом. Встречаемся, репетируем новые песни, он приходит на мои спектакли. И мне до сих пор важно видеть его в зале. Семён написал музыку к двум маршам «Альфы» – «Буква А» и «Полвека держим строй», оба на стихи Леонида Якубовича. А ещё подарил мне «Застольную», одну из самых любимых моих песен. Семён, сегодня я хочу ответить тебе тем же, чем ты столько лет радуешь нас, – стихами и музыкой слова… Сегодня праздник – день рождения. Хочу сказать тебе, Семён, Что твой талант и вдохновение – Среди достойнейших имён. Искусство озаряет бликом, Украсив блёклое житьё. Великий композитор Гликман – Наш современник, ё-моё! Семь нот твоих – в душе широкой, Дар этот Бог даёт не всем. Даёшь нам джазу, опер, року Уже лет семьдесят и семь. Судьбу по клавишам играя – И страсть, и пламя, и любовь, – И в партитурах выбирая Желанье жизни вновь и вновь. Пусть клавиш будет больше белых, Как белых жизненных полос, Желаний новых, ярких, смелых, И чтобы всё вокруг сбылось! Семён, под парусом надежды Плыви, твори под звон небес, Одаривай нас, как и прежде, Букетами прекрасных пьес! * * * С днём рождения, дорогой! Здоровья, света и новых мелодий.

«Мам, я домой еду…» «Мам, можно пиццу? Суп съел честно». «Мам, всё нормально, сдал». «Домой еду, целую». Короткие фразы, которые слышала каждая мать. Сначала их говорит мальчишка, потом подросток, потом взрослый мужчина. А мать помнит всё – до последнего слова. «Любовь» – заключительная серия мини-сериала «Настоящие. Живые. Свои». И, пожалуй, самая важная. И самая женская. Так сложилось, что за любовь у нас отвечают они – жёны, мамы, дочери. Мужчины, конечно, тоже про любовь. Ещё как. Всё в этом мире случается из-за любви, делается ради неё и только в ней обретает смысл. А войны, боль, страдания – это всё от нелюбви. Только какая же любовь без женщин? Матери, которые видели, какими хрупкими их сыновья приходят в этот мир и как их нежность постепенно становится силой. Дочери, для которых отец навсегда остался самым точным ответом на вопрос «как надо». Жёны, которые молятся, пока мужья идут на штурм, и прикрывают их надёжнее любой брони. Принято считать, что подвиг совершается там, впереди. Но у каждого, кто уходит туда, за спиной стоит женщина, которая ждёт. И её ожидание – тоже служба. Без званий, без наград, без выходных. Жить так – тяжело? Возможно. Только героини этой серии отвечают на этот вопрос неожиданно. И, кажется, честнее, чем ответил бы кто-то из нас. Свет и тень здесь становятся мягче. Голоса – тише. А сила, о которой идёт речь, – глубже. Смотрите «Любовь». И позвоните маме…