Ботанический атлас «Эвридика»
Нас всегда интересует то, что скрыто от прямого взгляда: подземная жизнь растений, память ландшафта, процессы распада и возрождения. Недавно вышла «Эвридика» — ботанический атлас подземного мира художницы Лены Скрипкиной. За тем, как создавалась эта книга, мы наблюдали с 2024 года.
«Атлас — процесс путешествия Гулливера к великанам, когда он, ползая по спине великанши, вдруг обращает внимание, какая уродливая и жуткая у неё кожа: вся в буграх, вся в мозолях и ранах, хотя это была молодая женщина. В каком-то смысле атлас и есть сам микроскоп, телескоп и хранитель времени в десакрализированную эпоху.
В этом волшебном хаосе призраков, среди тысячи опасностей, и сохраняется сокровенный нерв античной культуры — вечное знание о смерти как о новой жизни. Настоящий атлас призван стать проводником по подземной флоре античного мира, ещё существующего для меня в мире онейрического блеска и мерцания сознания».
Лена Скрипкина — художница, режиссёр документального кино и теолог; стипендиат ГЭС-2, интеллектуальный волонтёр фонда «Вера». Создатель ботанической лаборатории «Ботаническое время», в рамках которой исследует взаимосвязи человека и природы через искусство, наблюдение и процесс роста. Преподаватель Британской школы дизайна и Сколково.
Приобрести атлас можно в книжных магазинах «Пиотровский», «Мира центр» и «Арсенал», скоро — в «Подписных изданиях», а также напрямую с Леной Скрипкиной.
edited
Джон Рескин до известной степени имел основание утверждать, что греки придумали свою мифологию, созерцая грандиозные панорамы и битвы облаков. Богов и людей связывают магико - эротические отношения.
Вторая часть посвящена Хильдегарде и уху!
В центре концепции — слова Папы Льва XIV:
«Мы не должны позволять себе быть поглощенными темпом мира, который не знает, что он преследует. Напротив, мы должны вернуться к служению ритму жизни, гармонии творения и исцелению его ран»
Исследовательская часть выставки состоит из библиотеки монашеских текстов, книги художницы Ilda David, разработанные в сотрудничестве с сестрой Маурой Затоньи и Академией святой Хильдегарды.Также в выставке используется последняя работа Александра Клюге и литургическое пение монахинь аббатства святой Хильдегарды, но главное - представлен новый монашеский архитектурный проект от Tatiana Bilbao Estudio.
Не могу сказать что это по форме или глубине исследования как - то особенно впечатляет.
Меня задевает только триединство темы, затронутой через ее ботанически - музыкальные работы. Как соединить землю и небо через песню?!
Язык Хильдегарды заставил меня подумать о языке ангелов, напоминающий мне Мессиана "Квартет на конец времени": язык невосполнимой утраты.
В самом опыте столкновения с Хильдегардой есть полифоническое звучание, где познание Бога, природы, науки, музыки совмещено в одном трансцендирующем опыте - ничего не разваливается на части. И это достойно нынешнего внимания и огромного тотального уха.
Посмотрела сегодня Джотто в Капелле Скровеньи, сложилось странное ощущение что все его лица на фресках напоминают мне умерших во гробах с зашитыми ртами, эта легкая мертвая улыбка перед воскрешением в жизнь Вечную ну или какую - то… Теперь в сумке моей есть исследование про флору его фресок, есть куда запустить глаза и руки в Москве; гербарий из сада Скровеньи, где растет гигантская магнолия, я таких деревьев и цветений никогда не встречала и гербарий из окна неизвестной женщины в белой ночнушке!
Ватикан
Хильдегарда
👂
Все прошу своих друзей переводчиков с немецкого перевести лично для меня Хильдегарды трактаты, а в этом году она стала ключевой фигурой павильона Ватикан. Мода на средневековое искусство в современных практиках пульсирует цикадами.
Первая часть в саду кармелитов:ты ходишь в наушниках, возвращая сакральное измерение практике вслушивания, отсылающей нас к средневековой традиции, где музыка понималась как отражение космической гармонии.Природа становится соавтором всех музыкантов, которые представлены и поделены на определенные зоны в саду.Врывающиеся цикады, птицы, колокола соединены с музыкой Brain Ino ,Meredith Monk.
Никогда не видела как монахи едят киви, он же крыжовник, никогда не видела как растут киви в саду кармелитов.
Подсолнохи склоняемые к сердцу к солнцу, к Богу.Как у Симоны Котвы.
Почему мое алое не такое алое и большое как их, кармелиток с которыми я собирала груши в саду, варила варенье, вытирала руки об их хабит.
Лаванда, вот лаванда из которой я ферментирую во сне лимонад, соцветие скрытое от пчел в доме, но даже туда они проникают и находят искомое.
( о самом исследовании и Хильдегарде расскажу в следующей части), а пока я пишу в блокноте ботанические записочки в Рим.
Люблю живопись которая описывает ад как абсолютное космическое одиночество жреца,блуждающего за границами увиденного горизонта.
Мне кажется в случае с Саней Кантаровским есть тот самый Момент зазора взгляда, который невыносим для сознания.
Выставка Сани Кантаровского «Basic Failure»/«Базовая неудача»
Как пишет в своем эссе Джеймисон Вебстер: «Basic Failure означает следующее:
сначала происходит признание — это я, звезда в этом темном омуте — а секунду спустя — снова ничего.
Все его герои пронизаны некой формой отсутствующей телесности, помещенной в тот самый ойнерический пейзаж. Грудные клетки с обмякшими органами у воды - чистое материальное воображение, как сказал бы Башляр. Опыт «конфетти - конфет»,где по -прежнему материя первична.
Пятна на зеркалах выставки - это преследующие пятна на моей кожи от солнца за время пребывания в Италии.Я их присваиваю себе.В этой игривости я наконец - то вижу в живописи акт материального воображения, за которое я так настойчиво радею на своих лекциях.
В нем есть ирония и обжигающее кожу мгновение за которым я тащилась сюда.
Всю биеннале в Венеции проплавала на Лидо,скоро обо всем напишу 🌊🐳, чувствую себя сиреной, не меньше…
repost
С 15 по 23 августа 2026 года в Москве пройдет фестиваль «ЦИКЛ». Помимо премьер зарубежных полнометражных фильмов и ретроспектив, зрителей ждет масштабная российская программа короткого метра, в которую вошли работы, снятые за 2025‒2026 гг. Мири Скрипиль выбрала десять фильмов из программы и рассказала про них.
ОБЪЯВЛЯЕМ РОССИЙСКУЮ ПРОГРАММУ ФЕСТИВАЛЯ «ЦИКЛ»
Мы рады представить вам обширную российскую программу короткометражных фильмов. В неё вошли очень разные работы: игровые и документальные, нарративные и почти бессюжетные, экспериментирующие с современными медиумами и архивными материалами. Всех их объединяют смелость, полная авторская независимость, а также внимание к современности и понимание языка кино как живого процесса.
Особенно ценно для нас, что программа вместила в себя несколько премьер и одни из самых интересных дебютов этого года. Мы надеемся, что каждый зритель, придя на фестиваль, сможет найти кино себе по душе!
📍Показы программы пройдут в нашем пространстве с 15 по 23 августа.
Выставка Ансельма Кифера «Le Alchimiste» или «Женщины-алхимики»
Масштабная огромная выставка приуроченная к культурной программе зимних Олимпийских игр Милан-Кортина 2026, куратором которой выступила искусствовед Габриэлла Белли.
Выставка посвящена женщинам-алхимикам, которые действовали в период от позднего Средневековья до начала Просвещения.Кифер отдает дань уважения тем, кто своими методами изучения металлов, трав и веществ внес фундаментальный вклад в зарождение современной науки, но был забыт историей или стигматизирован как «ведьмы». Тема и работа с пространством и уместностью - потрясающая.
Для Кифера алхимия становится ассоциацией самого процесса творчества: это медленная трансмутация материи, акт воскрешения памяти, когда из вещества проступают лица и разворачиваются истории, но образ его женщин, как фигуративного искусства, не работает.
Древние фрески перегнивающие в современность для меня работают только в отражении зала, которые бомбили во время войны и исказили скульптуры, нависающие над ними. Первобытные формы этих женщин не ранят, не помнят и не уводят в глубину алхимического леса. Ничего на самом деле не происходит, и ты понимаешь что любимый художник просто разворачивает что хочет… без какой либо рефлексии попадания в цель.
О как здорово сюда попасть, в глубину красоты и хрупкости одного из моих любимых фильмов «Я — это любовь»
Лука Гуаданьино, на Виллу Некки Кампильо в Милане. Это просто архитектурный шедевр 1930-х годов, созданный Пьеро Порталуппи в стиле рационализма, модернизма, но с таким чувством прекрасного, что просто задыхаешься от красоты.
edited
Пазолини в Древнем Риме.
Пока была в Риме пыталась отпечатать снимки окраин города для статьи про ландшафт в кинематографе П.
В 1975 году Пазолини пишет свою статью «Исчезновение светлячков».Он оплакивает тот факт, что из-за загрязнения рек и пестицидов в Италии исчезли те самые светлячки.
Светлячки — это маргиналы, римские бродяги, субпролетариат, крестьяне Фриули.Если ты будешь в Риме - ты их увидишь.
Они были «неудобными», бедными, но живыми, аутентичными носителями до-капиталистической сакральности.
Фашизм Муссолини их преследовал, но не уничтожил, и вот они циркулируют в новых формах «шпаны» в алых одеждах по которым я теперь страдаю.По оттенку киновари Древнего Рима.
И хотя Агамбен говорит о том что светлячки полностью исчезли из - за биополитики, но остается некое мерцание в виде трагической ностальгии.Весь поздний Пазолини пронизан этой ностальгией. Он тоскует по телам римских парней из трущоб, по языкам фриульских крестьян,по сакральности, которая была разрушена неоновым светом поглощающего рая. Я тоскую вместе с ним в Италии:
Я БЕСПОЛЕЗНЫЙ Что мне делать весь день? Я бесполезный. Шпикачкой, жарящейся на огне нищеты красном, пахнет мой день. Надеваю пиджак, пахнущий бедностью, спускаюсь по галерее, в походке — бедность. Пахну шпикачкой, чёрной от смерти.
edited
Сегодня вышел на Пилигримме наш фильм, есть ощущение что сейчас совершенно нет никаких сил снимать кино,никакое, я безутешна.
Я провела неделю в Неаполе,в самом сердце гетто испанских кварталов, живя на первом этаже с выходом на театр - сирот.
(Театр,посвященный детям из нищих семей,где само действие разворачивается внутри лиловой церкви).
Была приглашена на чужие похороны, видела как конденсируют фрески и редкие цветы, лежала в порту и была спасена сиреной на мотоцикле.Но главное;
Между религиозным и магическим мышлением я зависала в лимониумах, вулканах и катакомбах, читая Кальвино и его итальянские сказки.Путь к завершению у Кальвино часто пролегает через глубокую скорбь, утрату и любовь, которая сильнее смерти, разумеется.Это нужно как-то очень сильно прожить...Не просто ее произносить - а жить внутри с этой идеей. Захотелось сделать такой цветок - свидетель, рассказывающий об этом.Особенно когда твои кости лежат рядом с Везувием - все в жизни приобретает другое пламя, другое время, другой глаз.
«Замок скрещенных судеб»
Действие происходит в магическом лесу, где все путешественники — рыцари, короли, влюбленные и странники — теряют дар речи. Они не могут произнести ни звука. Единственный способ рассказать свою историю, поделиться своей трагедией и любовью — это карты Таро.
Герои раскладывают карты на столах, и по ним друг другу читают свои судьбы. И эти судьбы почти всегда трагичны. Это истории о роковой, обреченной любви, о предательстве, о безумии и о том, как человек бьется о стены неотвратимого рока.
В Риме я попала к гадалке примерно к полуночи, она разложила мне то самое лиловое Таро, оттенка церкви, внутри моего несуществующего воображения и подсказала что все еще впереди!
repost
edited
Сижу в базилике где Бокаччо встретил свою Фьяметту(маленькое пламя), машу веером с неаполитанскими женщинами - успокаивает.
Боккаччо описал эту встречу в “Фьяметте”:
“В тот день, когда я впервые увидел её, моё сердце было поражено стрелой любви, и с тех пор я никогда не знал покоя…”
особенно когда после у тебя взорвалось шампанское в сумке
edited
Поезд на Неаполь задерживается. Отпевание начинается.Я трогаю рукой свое левое колено, чтобы понять что все что сейчас происходит со мной, происходит с нами,с Женей моим.
Во - первых я думала, что разобралась со смертью, что больше со мной не произойдет никогда такого «не узнавания».
Видимо это невозможно удержать как уровень События,он постоянно в опыте новизны и ускользания сми- ре - ния.
Леню я нашла на третий день мертвым глазами его матери, он был покрыт уже пятнами,трупными пятнами, которые в течении всей моей жизни мерцают в моих глазах. Видела ли я что - то более ужасающее как глаза его матери в этот момент обрушиваются на меня?!
уже не развидеть.
Готова ли я была к тому что мой лучший друг вот так внезапно уйдет - а я буду слоняться во тьме Золотого дома Нерона с отказывающими от нервов конечностями и заставлять себя шевелиться чтобы не упасть, не заблудиться и вернуться к его жене и его дочери и что - то им сказать, быть может неважное…но что - то точно сказать…
Я помню когда Женя меня отвез к Лене на могилу - он сказал мне, что чувствует глубину и красоту нашей встречи с ним именно через опыт утраты.Женя дан был мне, чтобы пережить все остальное, пе - ре - жить. И даже сейчас защитил и не пустил на похороны.
Мне будет очень одиноко и не душевно без вас, без нашего понимания друг - друга;
надеюсь вы там встретитесь между собой и пошлете нам ангельской силы не сойти с ума от всего.
Я вас очень люблю, очень, и по - прежнему не знаю как дальше жить…
edited
Смотреть на Джотто в состоянии утраты - это как обжечь глаза, навсегда
edited
Не стало моего любимого друга, моего рыцаря, не стало большой части меня.
Жени бы понравилось что в момент когда он уходил - надо мной проплывали фрески Микеланджело в Сикстинской капелле, когда ангелы раскрывают сердце перед тобой, перед нами, Женек, наконец. Тебе такое точно бы понравилось!
Страшно символично,что последняя наша встреча прошла на кладбище, на могиле Чаадаева, и ты сказал после что вдохновения тебе хватит «надолго».Наша встреча шагнула в Вечность, мы ведь это всегда понимали.
Дома ждет тебя подарок к твоему Дню Рождению - мы все договорились что увидимся вскоре, пойдем на пикник, и мы пойдем… потому что как сказал твой любимый Августин: любовь - это память и для нас смерти нет. А я тебя очень - очень люблю.
А пока я приехала в Ассизи, место о котором мы с только с тобой говорили, которое дорого для нас и наших друзей, место из наших лекций и сакральной Флоры.Здесь мне прийдется проститься с тобой и попросить Франциска поприглядывать за тобой пока мы тут суетимся,потому что по - прежнему опыт утраты невозможно пережить, все озера Италии тому свидетель, все не выплакать.
+5
