Камертон

Конец Османской империи К началу Первой мировой войны Османская империя находилась в состоянии неконтролируемого пикирования. Балканские войны, в которых Россия поддержала балканские государства, привели к потере большей части европейских владений империи. К 1912 году турки лишились Албании и Македонии, а также оставшихся территорий в Сербии, Греции, Черногории и Болгарии... В том же году Италия захватила острова Додеканес. Параллельно с этим в мусульманских регионах империи набирали силу движения за независимость. Европейские державы, пользуясь ослаблением Османской империи, активно расширяли свое влияние на Ближнем Востоке. Великобритания аннексировала Кувейт в 1899 году и Синай в 1906 году, а Италия в 1912 году захватила Ливию. Несмотря на номинальный контроль над обширными территориями Ближнего Востока (включая современные Сирию, Ливан, Ирак, Иорданию, Израиль, Саудовскую Аравию, Йемен) и островами в Эгейском море, населенными от 20 до 25 миллионов человек, империя была внутренне неоднородна. Её территория состояла из множества различных этнических групп и полуавтономных образований, объединенных лишь общей религией — исламом. При поддержке Германии османы построили Хиджазскую железную дорогу, соединившую Дамаск с Мединой. Официально дорога предназначалась для паломников, направляющихся в Мекку, но ее истинная цель заключалась в обеспечении быстрой переброски войск и военных припасов в регион. Дорога была открыта в 1908 году. Османский султан Абдул-Хамид II установил тесные связи с Германией. Немецкие инженеры также участвовали в проекте железной дороги, призванной связать Берлин с Багдадом и Персидским заливом. В 1914 году, когда Европа оказалась на грани войны между двумя крупными блоками союзов, в Османской империи преобладали прогерманские настроения, особенно среди военных и чиновников, разделявших взгляды военного министра Энвера-паши (он же Исмаил Энвер). Эти настроения перевесили прагматичный нейтралитет, предлагаемый Мехмедом Талаатом (Талаат-паша — министр иностранных дел и везир) и Ахмедом Джемалем (Джемаль-паша — военно-морской министр, командующий армии и губернатор Сирии). Хотя Германия и поддерживала османов во время Балканских войн, летом 1914 года у Порты не было явных конфликтов ни с Великобританией, ни с Францией. Энвер, направляя правительство к союзу с Германией, умело использовал страх перед Россией, традиционным врагом Османской империи и союзником Британии и Франции. В преддверии вторжения Германии в Бельгию, Энвер-паша заключил секретный договор с кайзером Вильгельмом. Германия обещала защищать османские территории в обмен на поддержку Османов в Европе. «Младотурки», стремясь к модернизации и укреплению империи, сделали ставку на Германию, полагая, что это обеспечит им дополнительную силу.

Ужгород, столица Угорской Руси Ужгород расположен на реке Уж у западных предгорий Карпат, в зоне путей, связывавших Паннонскую низменность с карпатскими перевалами. Историческое название города — Унгвар: оно образовано от названия реки Унг и венгерского слова vár — «замок» или «крепость»... Современная форма «Ужгород» появилась в XIX в. и стала официальной в чехословацкий период, а окончательно закрепилась после 1944 г. Кроме того, Ужгород стал одним из главных политических, церковных и культурных центров русинов. Археологические данные относят возникновение укреплённого поселения на Замковой горе к концу X—началу XI века. Славянское укреплённое поселение на месте Ужгорода возникло в VIII—IX веках; некоторые исторические справочники допускают его кратковременное подчинение Киевской Руси в X столетии. Связь Ужгорода с Русью проявлялась прежде всего через происхождение русинского этнонима, восточнославянскую речь, византийский обряд, книжность и культурные контакты с Киевом и Галичем. Первым надёжным письменным упоминанием считается сообщение арабского географа ал-Идриси 1154 года. Рассказ венгерской хроники Gesta Hungarorum о князе Лаборце относится к более поздней традиции и не подтверждается современными событиям источниками. К середине XII века Унгвар стал значительным укреплённым центром и административным ядром комитата Унг, сохранявшегося до 1919 года. Весной 1241 года город, вероятно, был разорён монгольскими войсками, после чего его оборонительная система восстанавливалась. В конце XIII века Унгвар принадлежал роду Омодеев, но в 1317 году был занят войсками венгерского короля Карла Роберта Анжуйского. В 1332 году монарх передал город итало-венгерскому роду Другетов, владевшему им до конца XVII столетия. Именно при Другетах замок превратился в устойчивый центр феодального управления северо-восточными владениями Венгерского королевства. В XIV—XV веках вокруг замка сформировалось ремесленно-торговое поселение. В 1380 году источники впервые зафиксировали еженедельный рынок, в 1399 году появилась школа, а в 1419 году городу предоставили право проведения государственной ярмарки. Перепись 1437 года насчитывала 210 домов и десять водяных мельниц различного назначения. В 1440-х годах Другеты возвели новую каменную крепость, ставшую основой современного Ужгородского замка, а в 1451 году в городе начал действовать монетный двор. Экономика опиралась на земледелие, виноградарство, переработку сельскохозяйственного сырья, торговлю и обслуживание замковой администрации.

Парадигма русской истории — многовековая борьба за единство Северной и Южной Руси «Давнишний старый спор, уж взвешенный судьбою, Тот спор, которого не разрешите вы...» А.С.Пушкин. «Клеветникам России» Через всю историю России, а прежде и Руси проходит одна роковая и опасная тенденция, словно некая язва, терзающая русское национальное самоутверждение... Это — противостояние двух древних центров Руси — Руси Южной, которая теперь носит название Украины и Руси Северной, что известна как Великороссия — Великая Россия. По-другому это — противостояние, а в иные эпохи и прямая война между Киевом и Великим Новгородом. А после: между Киевом с одной стороны и Владимиром с Москвой — центрами Северной Руси, — с другой. Само создание в 9 веке Древнерусского государства связано с походом славяно-русской дружины Вещего Олега из северного Новгорода, из земель возле озера Ильмень, населённых племенем словен, на юг в Среднее Приднепровье, на границу степи, где жили славяне-поляне и имели своей столицей древний Киев, основанный по преданию ещё в 6 веке неким легендарным князем Кием. Видимо, вождём антов, предводителем этого протославянского племени, не раз совершавшего походы на юг в пределы Византийской империи. В конце концов эти анты (так их звали греки, как они называли сами себя — неизвестно) и переселились в целом на Балканский полуостров, дав начало южным славянам: — болгарам, македонцам, сербам, словенцам и другим. А оставшиеся на Среднем Днепре славяне получили название полян, так как они жили «на полях» — в лесостепной зоне, имея своей южной границей реку Рось, где при впадении этой реки в Днепр существовал древний центр полевых славян город Родень (или Родня, ныне раскопанный археологами), город древнейшего славянского бога Рода, которого академик Рыбаков (крупнейший наш авторитет в области истории Древней Руси) считал главным и древнейшим богом восточных славян (читайте его основополагающий труд «Язычество древних славян»). Именно там, на реке Рось (название неслучайное), сложилась ещё в 4-6 веках нашей эры первое древнейшее «русское» государство, или, вернее сказать, государство росов, активно противостоящее иным степным кочевым племенам, которые в то время, не зря названное временем «великого переселения народов», чередой перемещались по просторам великой южной степи в основном с востока на запад, но случалось, что и с запада на восток, и с севера на юг. Так сообщество германских племён, возглавляемых германскими готами (вышедшими из Скандинавии), завоевало южные степи и явилось опаснейшим врагом исконным в этих местах славянам-росам. Росы (готский историк Иордан называет их рогами, они же росомоны — т.е. люди рос по-готски, или русы, как стали называть их позднее) пытались отразить натиск завоевателей на их земли, ими была построена целая система земляных валов, которые позднее назовут «змиевыми» валами, так как они прихотливо змеились на правом и на левом берегах Днепра Словутича (то есть славянской реки). Охватывая словно подковой всё Среднее Поднепровье, защищая, и это ясно видно на карте, именно бассейн реки Рось, что неслучайно. Построить эти грандиозные земляные укрепления, растянувшиеся на сотни километров, могло только государство, способное объединить труд тысяч землекопов и плотников, ведь в основе вала лежал деревянный сруб, а строительство велось по заранее определённому плану. Значит, у древних росов-русов было такое государство, что подтверждает, кстати, известное предание, рассказанная Иорданом: о войне готского короля Винитария (короля вестготов, западных готов, располагавшихся ближе к Дунаю) со славянским государством князя Буса (или Боса, Божа, упоминаемого и в «Слове о полку Игоревом»). Когда хитростью Винитарий заманил Буса и семьдесят старейшин его народа в западню, а после и казнил их всех.

Иранские автомобили. От «Пайкана» — к «Саманду» Жизнь «Пайкана» после революции 1979 года превратилась в типичный пример выживания в условиях изоляции. Машина сбросила «буржуазный лоск» и стала утилитарным символом Исламской Республики. Новое правительство Ирана объявило войну избыточному потреблению. Популярную молодежную версию Paykan Javanan («Молодежный»), он же GT с четырьмя фарами и форсированным мотором сняли с производства как «антиисламскую» и роскошную... Хотя на самом дел просто скрыли за этим то, что они больше не могут делать более мощный мотор из-за поломок цеха по производству этих моторов в суматохе беспорядков. С автомобиля полностью убрали хром. Деревянные панели в салоне заменили дешёвым пластиком, исчезли радиоприемники. Практически все сходящие с конвейера машины окрашивались исключительно в самый дешёвый белый цвет. Во время кровопролитной Ирано-иракской войны (1980—1988) автомобиль Paykan стал для Ирана тем же, чем «полуторка» ГАЗ-АА была для блокадного Ленинграда. Страна оказалась в полной международной изоляции, под жесточайшими санкциями США и без притока иностранной валюты, а вся экономика была переведена на военные рельсы. В этих катастрофических условиях «Пейкан» превратился в главный инструмент выживания гражданского населения и государства благодаря нескольким ключевым факторам…Из-за войны закрывались заводы, фабрики и частные предприятия, миллионы людей в тылу остались без работы и средств к существованию. В этот момент зародился массовый феномен мусаферкаши — нелегального уличного извоза. Любой мужчина, у которого был «Пейкан», становился кормильцем семьи. Машины работали на износ: на одном автомобиле посменно могли ездить отец, братья и сыновья. Общественный транспорт в городах практически перестал функционировать, так как автобусы были мобилизованы для перевозки солдат на фронт. «Пейканы» взяли на себя всю городскую логистику, превратившись в коллективные маршрутные такси. Из-за торгового эмбарго в Иран перестали поступать импортные запчасти, масла и специализированные инструменты. Конструкция «Пейкана» была предельно примитивной. В ней полностью отсутствовала сложная электроника. Машину можно было перебрать буквально «на коленке» в любом дворе с помощью минимального набора ключей, кувалды и проволоки. Иранские механики научились вытачивать недостающие детали кустарным способом в мелких мастерских, а рессорную заднюю подвеску усиливали листами от старых грузовиков, чтобы машина могла перевозить колоссальные грузы. Официальная грузовая техника и поезда были заняты снабжением регулярной армии тяжёлым вооружением. Простые «Пейканы», особенно в кузове пикап (Paykan Pick-up), стали главными снабженцами: на них волонтеры и родственники возили на передовую домашнюю еду, теплую одежду, медикаменты и письма для солдат. На обратном пути из прифронтовых зон (таких как Хузестан) эти машины использовались для эвакуации мирных беженцев и раненых вглубь страны. Во время войны иракская авиация регулярно бомбила иранские нефтеперерабатывающие заводы (включая гигантский комплекс в Абадане), из-за чего в стране начался жесточайший дефицит качественного бензина. Топливо выдавалось строго по талонам. Низкофорсированный и выносливый двигатель «Пейкана» мог безболезненно работать на самом низкокачественном неочищенном бензине и суррогатах, от которых современные импортные машины моментально выходили из строя. Paykan в годы войны перестал быть просто средством передвижения или символом статуса. Он стал национальной субкультурой и «оружием тыла». Именно этот суровый опыт превратил неказистый седан в священную для иранцев машину, которая буквально спасла нацию от гуманитарной и экономической катастрофы. В середине 1980-х оригинальные британские двигатели Hillman закончились, а из-за санкций поставлять их было неоткуда. На помощь пришёл французский концерн Peugeot, который к тому моменту выкупил обанкротившихся британских партнеров Ирана.

«Канье Шрёдингера». Едет звезда в Питер или нет... Сегодня Россия живёт выборами. 20 сентября завершается голосование в Государственную думу, а вместе с ним — ещё тысячи избирательных кампаний разного уровня по всей стране. Политическая повестка закономерно вытесняет почти всё остальное. Но именно в такие дни особенно любопытно посмотреть, что происходит вокруг России за пределами собственно политики. Иногда международные отношения неожиданно просвечивают не в заявлениях дипломатов и не в парламентских резолюциях, а — в истории одного концерта... Вот уже несколько месяцев такой историей остаётся возможный приезд в Россию Канье Уэста — или, как он теперь предпочитает называться, Ye. Казалось бы, какое отношение американский рэпер имеет к российским выборам? Прямого — никакого. Но сама эпопея с его российскими гастролями удивительным образом оказалась созвучна нынешнему времени: громкие манифесты, ожидания, противоречивые сообщения, отмены, новые обещания и постоянный вопрос — что же произойдёт в натуре — сиречь по итогу? Пока страна выбирает депутатов, попробуем разобраться в другой, куда менее серьёзной, но весьма показательной истории: как один из самых скандальных артистов современности несколько раз почти, почти(!) приехал в Россию — и почему его русские приключения до сих пор никак не могут начаться по-настоящему. Знаете, дорогие товарищи, есть артисты, вокруг которых концерт начинается задолго до того, как на сцене включают первый прожектор. Иногда — ещё до подписания договора. А в отдельных случаях договор вообще можно не подписывать: публика уже волнуется, билеты обсуждают, чиновники высказываются, стадион оправдывается, организаторы уверяют, дескать, всё идёт по плану, — и спектакль, по существу, состоялся. Канье Уэст, несколько лет назад официально сменивший имя на короткое Ye, принадлежит именно к подобным людям. Его российские приключения сегодня напоминают не столько гастрольный тур, сколько старую гоголевскую комедию положений: герой собирается приехать, его ждут, потом выясняется типа его не ждут; затем оказывается, мол, билеты уже продаются, а потом площадка вдруг сообщает: никакого концерта у неё вообще нет! И всё-таки началась эта история не сейчас…

110 лет назад, 21 сентября 1916 года родился Зиновий Ефимович Гердт, советский российский актёр театра и кино. Народный артист СССР. Играл один голос: звучал «Необыкновенный концерт»: играл голос, переливался модуляциями, становясь то вальяжным, то конферансье-нагловатым, и то, что не знали актёра в лицо, не видели его, скрытого за сценой кукольного театра, совершенно не волновало героя войны — блистательного З. Гердта. А вот он — читает шедевр Давида Самойлова: «Давай поедем в город». Как он читает! словно снежный воздух ощущается, и то, что нельзя беречься, — вспыхивает огнями правды и провидения…

Учредительное собрание — против врагов революции Избрание Уго Чавеса 6 декабря 1998 года президентом Венесуэлы внушительным большинством в 56 % голосов обычно называют его триумфом. Но на деле это был лишь первый шаг на трудном пути попытки начать действительно коренные изменения в политической и социально-экономической системе страны… Для того чтобы это понять, достаточно ознакомиться с некоторыми другими, обычно менее известными широкой публике цифрами избирательных кампаний того судьбоносного года. Для начала — итогов парламентских выборов 8 декабря. Которые предыдущий состав Конгресса, мягко говоря, не питавший особых симпатий к будущему победителю президентских выборов, постановил провести не в один день с ними, как ранее, — но загодя на месяц, 8 ноября. С плохо скрываемым желанием получить в результате внушительное античавесовское депутатское большинство из политиков все того же уже надоевшего до чертиков «пакта Пунто-Фихо» — да и его «ребрендинговых клонов» тоже. Вроде «Конвергенции» уходящего президента Рафаэля Кальдеры, прежде основателя и лидера социал-христианской партии КОПЕЙ, ушедшего оттуда в этот «псевдолевый» блок для победы на выборах 1993 года под лозунгами якобы «радикального обновления» и заигрывания с «левой фразой». И ведь задуманное этими политиканами вполне себе получилось! Чисто чавесовская партия «Движение за пятую республику» в новом парламенте обрела всего-то около 19 % мандатов — пусть с союзниками по «Патриотическому полюсу» эта цифра была и повыше, 36 %. Зато одна из частей «двуединого монстра Пунто-Фихо» партия «Демократическое действие» (АДеки) вырвалась на первое место с 24 %, ее «братья-соперники» из «старой» КОПЕЙ взяли 12 %, «новые» КОПЕЙщики из «Проекта Венесуэла» во главе с основным соперником Уго Чавеса на президентских выборах-98 Энрике Саласом Ремером еще 12 %. И это не считая более мелких партий без особо реальных (тем более радикальных) программ, — кроме желания сыграть роль «золотой акции» в создании проправительственного (или наоборот антипрезидентского) большинства, выторговав за это своим спонсорам те или иные «плюшки». Нелишне заметить, что и 56 % голосов бравого эксподполковника на президентских выборах не отменяли того не очень радостного факта, что за его главного соперника, Саласа Ремера, тоже проголосовало свыше 40 % венесуэльцев! «Платиновая блондинка» экс-«мисс мира»-1981 и мэр «Каракасской Рублевки» Ирене Саэс к моменту голосования уже фактически «вышла в тираж», — растратив свой прежний рейтинг в 20 с лишним процентов до размеров «статистической погрешности». А вышеупомянутые 40 % голосовали за человека, который в недавнем прошлом, например, сумел быстро «оптимизировать» попавший под его управление, в бытность губернатором штата Карабобо, важный порт Пуэрто-Кабельо так, — что к концу его «назревших реформ» там из прежних 5 300 рабочих осталось всего 190! Остальных заменили автоматизированные системы — или гораздо чаще с оставшихся «счастливчиков» просто стали требовать вкалывать на нескольких «ставках» вместо прежней одной. Нет, понятно, что для выпускника престижного Йельского университета, входящего в знаменитую (ныне — все в более одиозном плане) «Лигу плюща», «кузницы кадров» американской элиты, убежденного либерал-рыночника и монетариста, сокращение рабочих мест (не на проценты, — а почти в 28 раз!) — это «не подвиг, — а просто работа» (с). Хотя, наверное, узнав о таких, хм, «достижениях», даже в штаб-квартире МВФ наверняка начали то ли «нервно курить в сторонке» — то ли прикидывать, не лучше ли будет такого «отмороженного кадра» «выгнать из гестапо за жестокость»? В смысле — отмежеваться хотя бы формально от столь «эпического размаха» по увеличению безработицы, дабы не пугать раньше времени правительства тех стран, которые еще раздумывали, стоит ли принимать «помощь» от этой ультралиберальной конторы...

Когда викинги ещё могли изменить Англию 960 лет назад, 20 сентября 1066 года произошла Битва при Фулфорде, сражение между армией короля Норвегии Харальда Сурового и североанглийским ополчением в период норвежского вторжения в Англию в 1066 г. Победа норвежцев в этой битве была достигнута ценой значительных потерь, что ослабило войска Харальда Сурового и способствовало краху последней попытки скандинавских викингов утвердиться в Англии. Эдвард Исповедник умирает, желая мира, и Гарольд, оказывающийся ближайшим к нему, получает корону, англосаксонскую партию представляя. Этого не примут ни герцог Нормандии Вильгельм, ни король Норвегии Харальд, а викинги на тот момент лучшие воины. Топоры их умелы, рассекают человеческую плоть, копья всегда достигают цели, не раз хозяева фиордов из мест суровых, где земля тощая, а воздух холоден, вторгались на территории соседей, неся урон. Плыли по синим водам долблёные суда со щитами на бортах, везли смерть, и жестокость викингов была обычной для тех времён. Как, впрочем, для любых человеческих времён, ибо понять, как воздействовала любовь Христа на ход истории не представляется возможным, поскольку история человечества есть история войн и жестокости. На сторону норвежского короля переходит Тостиг, брат Гарольда, один из высших англосаксонских аристократов, изгнанный из страны; и, перейдя, убеждает он Харальда ускорить приготовления для вторжения. На южном побережье сконцентрированы основные силы английского королевства, ожидающие вторжения Вильгельма, то есть ситуация благоприятна. Северные ветры попутны норвежцам, они же задерживают флот Вильгельма, 300 кораблей Харальда плывут к Англии, соединяясь с эскадрой Тостига, и, спускаясь вдоль побережья Нортумбрии, разоряют поселения Йоркшира. Отряд английский кораблей отступает вглубь территории, Харальд, заперев английский корабли, высаживается на берег. Битва при фулдорде — своеобразная репетиция битвы при Гастингсе, повернувшей историю Европы; северо-английские вассалы короля, не обладая серьёзными ресурсами, как могут, организуют сопротивление норвежскому вторжению. Круглые щиты викингов, расписанные символами. Точно разящие копья. Но англосаксы решительны — отряд Моркара атакует норвежцев, и, решительность используя как преимущество, заставляет его бежать; но Харальд искусный воин — перегруппировав силы, вводит в бой свежий отряды. Контратака норвежцев всё заливает кровью, болота разобщают английские отряды, новые и новые отряды норвежцев довершают разгром. В линию вытянутые норвежские воины: от реки до глубокой канавы, заполненной водой. Возле канавы англосаксы теснят норвежцев, но тут Харальд разворачивает строй, прижимая к канаве, заполненной водой, англичан. Больше их утонуло, но разгром был полным... От Фулдорда до Гастингса протянулась линия поражения — серьёзные потери североанглийского ополчения не дали возможности эрлам Эдвину и Моркару оказать помощь против вторгнувшихся нормандцев. История пошла так… как она пошла, выдвинув Вильгельма в серьёзнейшие лидеры раннего средневековья. Историческая справка. После победы при Фулфорде 20 сентября 1066 года Харальд занял Йорк, но всего через пять дней, 25 сентября, его войско было внезапно атаковано английским королём Гарольдом Годвинсоном у Стамфорд-Бриджа. Харальд Суровый погиб, как и большая часть его армии. После разгрома при Стамфорд-Бридже норвежцев осталось так мало, что для их возвращения на родину, по свидетельству Англосаксонской хроники, понадобилось лишь около двух десятков кораблей из нескольких сотен, прибывших ранее в Англию.

Из серии «Фантастика по воскресеньям». Песня, разрушившая Купол Кошмар Чжун Сяося «Целых два года мы не знали, кто наш враг». Каждый раз, когда Чжун Сяося слышала от брата эти слова, она понимала, что пора уходить — самое время освободить место для других слушателей. С каждым разом рассказ брата становился всё более красочным, и Сяося предпочитала удалиться... В ее присутствии брат становился менее красноречивым. Если бы рядом был Инь Цян, он бы тоже ушёл. До того, как стать героем, брат был немногословен, по крайней мере до того, как попал в подготовительный отряд.

Кто решает, какие выборы считать честными Продолжаем разговор о легитимизации выборов — о том, как оценка избирательных процессов всё чаще оказывается связана не только с правовыми нормами, но и с геополитическими интересами государств. Рассматриваем примеры того, как одни и те же критерии могут применяться по-разному в зависимости от страны и международной ситуации... Египет (2014) Президентские выборы 2014 года, на которых Абдель Фаттах ас-Сиси (бывший министр обороны) получил более 96 % голосов, были охарактеризованы Белым домом как «проведённые в соответствии с египетским законом», но с «ограничительной средой». Наблюдатели из ЕС признали, что голосование проходило в «среде, не соответствующей конституционным принципам». Однако официальный Запад всё же признал легитимность выборов, а западные лидеры поздравили ас-Сиси с победой. Естественно, если бы ас-Сиси был настроен против их стран, эти выборы объявили бы «нелегитимными», ведь причины для подобных утверждений всегда найдутся. Так, на этих выборах фактически отсутствовала альтернатива, а на оппозицию оказывалось давление со стороны самого ас-Сиси, фактически возглавлявшего страну с момента переворота в 2013 году. Несмотря на спорность мер, в конечном счёте для Египта это скорее пошло на пользу. И подобные действия не смотрелись чрезмерными на фоне недавней «арабской весны» и общего хаоса. Вероятно, назначение новым президентом именно такого человека, как ас-Сиси, позволило Египту быстро «вернуться в строй». Однако если рассматривать выборы 2014 года не с точки зрения развития Египта, а в плоскости абстрактной «честности», то их трудно охарактеризовать таковыми. Западные правозащитные институты (такие как Human Rights Watch, Amnesty International), а также либеральные СМИ регулярно осуждают ас-Сиси за проявление «авторитаризма». Однако лидеры западных государств молчат, так как интересы их стран учитывались новым правительством. Абдель ас-Сиси предлагал устранение главной политической альтернативы для Египта — организации «Братья-мусульмане» (организация признана террористической и запрещена в РФ), не вписывавшейся в западную систему контроля над Ближним Востоком. В США эта организация не была признана террористической, однако данное движение обладало значительной поддержкой, было выраженно антизападным и сулило проблемы правительствам, сотрудничающим с западными странами. Ас-Сиси, пришедший к власти в результате военного переворота 2013 года, сверг ранее избранного президента Мухаммеда Мурси — как раз представителя «Братьев-мусульман». Это и было ключевым фактором одобрения: он подавил силу, которая могла бы уничтожить западное влияние в Египте. Второй фактор — контроль над Суэцким каналом, который является критической артерией мировой экономики и военной логистики. Через него проходит от 12 % до 15 % мирового торгового оборота и около 30 % контейнерных перевозок, а годовая стоимость проходящих грузов превышает 1 триллион долларов США. Ежегодно через канал транспортируется около 9 % морской нефти и 8 % сжиженного природного газа. Стабильность канала критически важна для глобальной экономики, в которой США остаются доминирующей финансовой силой. Когда контейнеровоз Ever Given заблокировал канал в 2021 году на семь дней, глобальные потери составили около 2,5 миллиарда долларов. Более того, США полагаются на канал для перемещения своих и союзнических кораблей. Ас-Сиси был готов обеспечивать эту стабильность. Пакистан (2024) Намного бо́льшие споры вызвали парламентские выборы 2024 года в Пакистане. Распространено мнение, что они сопровождались широкомасштабными фальсификациями и репрессиями против сторонников одного из кандидатов — Имрана Хана. Отчёт Commonwealth Observer Group, впоследствии неопубликованный, содержал доказательства серьёзных фальсификаций.

Выборы, или Девять файлов предательства Материал оказался в журнале необычным образом. На служебную почту пришло письмо без подробного объяснения, но с приложенным архивом: несколько документов, фрагменты переписки, платёжные сведения, списки контактов и краткая записка от человека, назвавшегося участником одной из зарубежных групп, работавших с российскими релокантами. Проверить изложенную историю как реальное уголовное или политическое дело редакция не может, посему публикуемый ниже текст следует воспринимать как художественную реконструкцию, созданную по мотивам полученного сюжета и описанных в нём обстоятельств. Имена, детали, отдельные эпизоды и вектор событий изменены. Заинтересовала прежде всего не детективная сторона сей истории, а — нравственная. Можно уехать из России, можно не соглашаться с происходящим в Отчизне, можно начать новую жизнь за рубежом. Но совсем иное — сознательно участвовать в действиях, направленных против собственных сограждан и своей страны. Именно о том — наше повествование...

Дмитрий Романов: князь без империи 135 лет назад, 18 сентября 1891 года родился Великий князь Дмитрий Павлович, в эмиграции использовавший фамилию Романов, сын великого князя Павла Александровича, внук Александра II, двоюродный брат императора Николая II и принца Филиппа, герцога Эдинбургского. Восемнадцатого сентября этому удивительному человеку исполняется сто тридцать пять лет. Великий князь Дмитрий Павлович, сын Великокняжеской четы Павла Александровича и Александры Георгиевны, а заодно ещё и внук Александра Второго и двоюродный брат Николая Второго, появился на свет шестого (восемнадцатого по новому стилю) сентября) 1891 года в Императорском имении «Ильинское-Усово». Там изволили гостить Августейшие родители. «Ну и что с того, — скажет удивлённый читатель, — мало ли их было великих князей и княгинь?!» — Согласен. Немало. Но об одной такой княгине я написал свой рассказ «Блеск и нищета принцессы Романовой» (опубликован в журнале «Камертон» — 12 августа 2026) где, вскользь упомянул родного брата героини — Дмитрия. И, конечно же, получил письма с просьбой написать и о нём. Тем более что, по словам историков, — он создал бренд «Коко Шанель» — женщину, легенду моды и парфюмерии. Появление на свет Дмитрия было омрачено трагическими событиями. Дело в том, что у матушки — Александры Георгиевны случились преждевременные роды, её состояние было крайне тяжёлым. Малыша врачи спасли, а Александра Георгиевна скончалась через несколько дней, так и не придя в сознание и не увидев сыночка. Вновь преставившуюся предали земле в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге. Замечу, что по просьбе греческого правительства руководство Советского Союза выдало специальное разрешение, и в 1939 году её останки перевезли в Грецию.

Последний великий реформатор Российской империи 115 лет назад, 18 сентября 1911 года умер Пётр Аркадьевич Столыпин, российский государственный деятель, статс-секретарь Его Императорского Величества, действительный статский советник, гофмейстер; гродненский и саратовский губернатор, министр внутренних дел и председатель Совета министров, член Государственного совета по назначению. Читать дальше

Конец Османской империи К началу Первой мировой войны Османская империя находилась в состоянии неконтролируемого пикирования. Балканские войны, в которых Россия поддержала балканские государства, привели к потере большей части европейских владений империи. К 1912 году турки лишились Албании и Македонии, а также оставшихся территорий в Сербии, Греции, Черногории и Болгарии... В том же году Италия захватила острова Додеканес. Параллельно с этим в мусульманских регионах империи набирали силу движения за независимость. Европейские державы, пользуясь ослаблением Османской империи, активно расширяли свое влияние на Ближнем Востоке. Великобритания аннексировала Кувейт в 1899 году и Синай в 1906 году, а Италия в 1912 году захватила Ливию. Несмотря на номинальный контроль над обширными территориями Ближнего Востока (включая современные Сирию, Ливан, Ирак, Иорданию, Израиль, Саудовскую Аравию, Йемен) и островами в Эгейском море, населенными от 20 до 25 миллионов человек, империя была внутренне неоднородна. Её территория состояла из множества различных этнических групп и полуавтономных образований, объединенных лишь общей религией — исламом. При поддержке Германии османы построили Хиджазскую железную дорогу, соединившую Дамаск с Мединой. Официально дорога предназначалась для паломников, направляющихся в Мекку, но ее истинная цель заключалась в обеспечении быстрой переброски войск и военных припасов в регион. Дорога была открыта в 1908 году. Османский султан Абдул-Хамид II установил тесные связи с Германией. Немецкие инженеры также участвовали в проекте железной дороги, призванной связать Берлин с Багдадом и Персидским заливом. В 1914 году, когда Европа оказалась на грани войны между двумя крупными блоками союзов, в Османской империи преобладали прогерманские настроения, особенно среди военных и чиновников, разделявших взгляды военного министра Энвера-паши (он же Исмаил Энвер). Эти настроения перевесили прагматичный нейтралитет, предлагаемый Мехмедом Талаатом (Талаат-паша — министр иностранных дел и везир) и Ахмедом Джемалем (Джемаль-паша — военно-морской министр, командующий армии и губернатор Сирии). Хотя Германия и поддерживала османов во время Балканских войн, летом 1914 года у Порты не было явных конфликтов ни с Великобританией, ни с Францией. Энвер, направляя правительство к союзу с Германией, умело использовал страх перед Россией, традиционным врагом Османской империи и союзником Британии и Франции. В преддверии вторжения Германии в Бельгию, Энвер-паша заключил секретный договор с кайзером Вильгельмом. Германия обещала защищать османские территории в обмен на поддержку Османов в Европе. «Младотурки», стремясь к модернизации и укреплению империи, сделали ставку на Германию, полагая, что это обеспечит им дополнительную силу. Вступление Османской империи в Первую мировую войну После провала немецкого плана молниеносного разгрома Франции германцы попытались склонить османов к нападению на Россию. Несмотря на противодействие большинства осведомленных османских политиков, Энвер-паша одобрил это предложение, полагая, что Германия одержит быструю победу над Россией. В период Первой мировой войны Энвер-паша принял на себя командование Третьей османской армией. Османская империя рассчитывала получить часть добычи от предполагаемого поражения России. Ещё 2 августа 1914 года Энвер-паша подписал секретный союзный договор с Германией. На следующий день была объявлена всеобщая мобилизация, а в последующие недели были отменены привилегии, предоставленные иностранным державам. Тем не менее непосредственным поводом для войны оставалась Германия.

Двойные стандарты легитимности: почему Запад не признает выборы в России 2026 года Проблема признания или непризнания результатов выборов давно перестала быть исключительно юридическим вопросом. В современной международной практике легитимность избирательного процесса определяется не только соответствием национальному законодательству, но и политической целесообразностью для ключевых геополитических игроков. Предстоящие выборы в Государственную Думу России, назначенные на сентябрь 2026 года, с высокой вероятностью станут очередным примером этой тенденции. По данным Службы внешней разведки РФ, Парламентская ассамблея Совета Европы и Европарламент уже готовят синхронные заявления о непризнании результатов голосования. При этом, как отмечает пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, для Москвы это «десятое дело». Однако сам феномен заслуживает системного анализа: почему одни выборы официальный Запад признает «нелегитимными», а другие — объявляет «легитимными»?

Читаем «Большую книгу» вместе. Сегодня: «Попович» С.Шаргунова «Ну, как другая жизнь это интересно, а в литературном отношении ничего особенного…». О.Балла, литкритик, редактор * «Слушай, это, по-моему, лучшее, что обо мне написано. Мне резко захотелось с тобой выпить хотя бы пару рюмок». А.Бычков, победитель премии А.Белого Роман Сергея Шаргунова «Попович» оставляет довольно странное послевкусие, если не сказать, амбре. Его трудно назвать совсем уж беспомощной книгой: автор умеет лицезреть деталь, иногда удачно схватывает интонацию, слышит бытовую речь, знает церковную среду и бесспорно стремится наполнить повествование живой фактурой. Но — именно сия «фактура» в кавычках постепенно становится главной проблемой «романа» в кавычках, а точнее, сэлинджеровского роуд-муви без кавычек: поле-муви, лесо-муви, мухо-муви, пьяно-сексо-муви… А ежели совсем коротко, «Попович» порой напоминает недоделанного Пришвина. У Пришвина наблюдение за травой, птицей, болотом или лесным светом никогда не существует только потому, что писатель эту траву увидел. Деталь пронизывает личность автора, становится частью мысли, состояния, внутреннего движения. Природа у него — не дневниковый каталог. От Шаргунова веет… непрофессионализмом, что ли (не будем незаслуженно кидаться «графоманиями»). Возникает тугое ощущение: чукча заприметил — тут же записал. Вот сосна. Вот болотце. Кошка. Змея. Вот церковная утварь. Вот машина. Мальчишки. Речка. Ещё какая-нибудь подробность внешности. Потом ещё одна. И ещё… Тьфу ты!.. Писатель будто боится оставить пространство неназванным. От сего парадокс: подробностей чрезвычайно много, а художественной «твардовской» плотности — тривиально маловато. [У меня ваще такое чувство, что я разбираю чьё-то по-пионерски надутое творение полвека назад, в достославном СССР, где с писательством было ой как непросто…] Хороший пример — эпизод поездки с отцом Демьяном. Герои едут через местность, и священник буквально превращается в экскурсовода: рассказывает «о каждом склоне и каждой деревеньке»; тут же — сообщение о церкви, затем легенда о старой битве, объяснение происхождения названия, сведения о наводнении, Монголии и разливе реки. Сам текст практически проговаривает собственную проблему: герой слушает человека, который говорит «убеждённым тоном экскурсовода». Но экскурсоводом здесь становится не только отец Демьян. Экскурсоводом регулярно становится сам роман, сиречь бумага, требующая уважения — либо, по крайней мере, достойного её употребления.

От Лтавы до Полтавы Полтава возникла на правом берегу Ворсклы, в зоне контакта лесостепных земледельческих культур и степного мира. Археологические исследования Ивановой горы выявили поселение роменской культуры, принадлежавшее летописным славянским племенам северян и существовавшее с IX века. В XI—XII веках здесь сформировался укреплённый центр с детинцем и обширным посадом... Его обычно отождествляют с Лтавой, упомянутой в Ипатьевской летописи под 1174 годом в связи с походом князя Игоря Святославича против половцев. Принятая официальная дата основания города — 899 год — условная археологическая датировка, не подкрепленная летописными свидетельствами. Во второй половине XIII века жизнь на посаде постепенно прекратилась, а укреплённое поселение окончательно запустело, вероятно, после поражения войск великого князя литовского Витовта на Ворскле в 1399 году. Археологический слой XV—XVI веков в центре Полтавы практически не прослеживается, поэтому говорить о непрерывном городском развитии в этот период нельзя. Новое заселение документально подтверждается грамотой польского короля Сигизмунда III 1630 года, в которой «пустая слобода, называемая Пултава» передавалась королевскому секретарю Бартоломею Обалковскому. К 1634 году здесь уже существовали укрепления, а с 1636 года поселение принадлежало коронному гетману Станиславу Конецпольскому. Начавшееся в 1648 году восстание Богдана Хмельницкого превратило Полтаву в административный и военный центр Полтавского полка Гетманщины. Полковая организация охватывала не только вооружённые силы, но также суд, налогообложение и местное управление. Город фактически обладал самоуправлением, хотя надёжных свидетельств официального предоставления ему полного магдебургского права не сохранилось. В 1658 году под Полтавой гетман Иван Выговский разгромил восставших во главе с полковником Мартыном Пушкарём, после чего город был сожжён и вскоре восстановлен. Во второй половине XVII века Полтава оставалась пограничной крепостью, ремесленным центром и важным пунктом торговли между Гетманщиной, Московским государством и степью. Во время Северной войны Полтавская крепость выдержала осаду шведской армии Карла XII, а 27 июня 1709 года по старому стилю возле города произошло генеральное сражение между шведскими и российскими войсками. Поражение Швеции изменило ход войны и укрепило позиции России в Европе. Для Гетманщины итог кампании означал возвращение к мирной жизни и продолжению интеграции в общую культурную и хозяйственную деятельность России. После ликвидации Полтавского полка в 1775 году город включался в различные административные образования Российской империи, а в 1802 году стал центром Полтавской губернии и резиденцией малороссийского генерал-губернатора.

Мир скифов, застывший в металле ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ В нашем путешествии по Великой степи стоит ненадолго отойти от привычной дороги — от войн, переселений, смены племён и царств. Потому что историю степи писали не только наконечниками стрел и копытами коней. Иногда она дошла до нас в совершенно иной форме — в тончайших золотых пластинах, гривнах, бляшках, чашах и украшениях, пролежавших под курганными насыпями более двух тысяч лет... Речь пойдёт о скифском золоте. И здесь слово «золото» способно несколько обмануть современного человека. Мы привыкли прежде всего видеть в нём меру богатства. Для обитателя древней степи всё было гораздо сложней. Золотое украшение одновременно являлось знаком положения его владельца, предметом ритуала, изображением мира и своеобразным рассказом, содержание которого было понятно современникам без единой написанной буквы. Скифы практически не оставили собственной письменной традиции. Посему археологам приходится читать их историю иначе — по курганам, оружию, конской сбруе, человеческим останкам и тем самым золотым изображениям. Порой они оказываются красноречивее летописей. Народ без городов, или Звери, которые никогда не стоят спокойно Античные авторы представляли скифов прежде всего людьми степи. Их мир был связан с конём, стадом и огромными пространствами, на которых движение само по себе становилось образом жизни. Но отсюда легко сделать ошибочный вывод: раз пред нами кочевники, значит, культура их должна была быть примитивной. Археология же говорит совсем другое... В Причерноморье и степных районах Восточной Европы существовали крупные скифские центры. Исследования поселений и курганов V—III вв. до нашей эры показывают гораздо более сложную хозяйственно-политическую структуру Скифии, нежели образ вечно перемещающихся небольших конных отрядов. Но особенно ярко эта сложность проявилась в искусстве. Удивительный парадокс Великой степи: народ, почти не оставивший монументальных каменных дворцов, сумел создать — или заказать у высококлассных мастеров: — произведения ювелирного искусства, кои спустя двадцать с лишним веков рассматриваются под музейными витринами как шедевры древнего мира!

Иранский «Пайкан». Основание собственного производства автомобилей Братья понимали, дальнейшее развитие бизнеса состоит в том, чтобы начать выпускать уже собственную продукцию. Начали вообще с самого правильного. С логистики. Для строительства завода братья выкупили огромный пустырь площадью около 400 тысяч квадратных метров на 14-м километре шоссе Тегеран—Кередж... Это место было выбрано идеально с точки зрения логистики, оно связывало столицу с промышленными регионами и позволяло легко доставлять грузы из портов на заливе. И сегодня эта зона является главным автомобильным кластером Ирана, но в 1962 году братьям пришлось закладывать всю инфраструктуру (дороги, электричество, водопровод) буквально с нуля. Хотя Али Акбар не дожил до триумфального основания завода Iran National, сыновья официально вписали его имя в историю: при регистрации компании в числе первых учредителей автогиганта братья Хайями посмертно, в знак глубокого уважения к его памяти и гаражу, ставшему их первой школой, указали своего отца. Но сразу начать выпускать легковые машины, которые являются очень сложным промышленным продуктом, невозможно — у рабочих не было соответствующей квалификации. Поэтому они использовали стратегию постепенного усложнения, начав с коммерческого транспорта Mercedes-Benz методом SKD (крупноузловая сборка): Из Штутгарта в Иран морем и сушей шли деревянные ящики с готовыми шасси, двигателями и осями Mercedes-Benz, на заводе в Тегеране рабочие собирали рамы и вручную сваривали кузова автобусов из листового металла. Ахмад Хайями лично следил за качеством сварных швов. Первые же автобусы Iran National оказались невероятно выносливыми. Братья тут же получили гигантский госзаказ на закупку городских автобусов для Тегерана и междугородних перевозок по всей стране. Это дало заводу колоссальную финансовую подушку. К 1965 году завод работал как часы. Ахмад Хайями объявил, что пришло время для главного шага — выпуска народного легкового автомобиля. Он разослал предложения ведущим автоконцернам мира: Fiat (Италия), Renault (Франция), DKW (Западная Германия, будущий Auto Union, который потом станет Audi) и Rootes Group (Великобритания). Критерии Хайями были жёсткими, что отпугивало многих иностранцев: Никакой слепой сборки. Партнёр обязан передать Ирану чертежи и штампы. Локализация: процент иранских деталей в машине должен расти с каждым годом. Цена: автомобиль должен стоить не дороже 5-6 средних месячных зарплат учителя. Итальянцы и французы отказались, посчитав условия невыгодными, немцы тянули резину, а вот британский холдинг Rootes Group в тот момент испытывал серьёзные финансовые трудности. Им позарез нужен был крупный контракт, и они согласились на все условия братьев, предоставив свою новейшую модель Hunter, предъявленный под их маркой Hillman. Rootes Group (Рутес Груп) — это крупный британский автомобилестроительный конгломерат, который во второй половине XX века стал частью американской корпорации Chrysler, а затем перёшел под контроль французского концерна Peugeot (PSA). Компания существовала как независимый производитель с 1913 по 1967 год, после чего началась череда её поглощений. В 65-м это ещё была независимая компания, имевшая в своём составе марки: Hillman (самая массовая народная марка группы) Sunbeam (спортивные и гоночные машины) Singer (автомобили среднего класса) Humber (роскошные премиальные модели) Commer и Karrier (коммерческий транспорт и грузовики). Hillman Hunter (Хиллман Хантер)

Величественный, детский, мудрый, наивный 85 лет назад, 15 сентября 1941 года родился Юрий Борисович Норштейн, советский российский режиссёр мультипликационного кино и художник-мультипликатор. Народный артист Российской Федерации. Лауреат Государственной премии СССР. Большую часть работ создал, работая на студии «Союзмультфильм». Мудрое и таинственное путешествие ёжика сквозь туман — словно на глазах творится современный сказ-миф, где вырастающие преграды обретают метафизический характер. Притча подразумевает множество толкований. Через неизвестность — вынуждены жить наощупь, других вариантов не предложено, — проходим ко взрослению, мужанию духом, обретению себя; ёжик, вектор жизни изучая собой, сталкивается со страхами, непременными участниками жизни, продолжает движение, обогащаясь опытом. Жизнь, как обретение оного. …быть может, нам представлен потусторонний мир? И белая лошадь, и сова, и собака — своеобразные проводники, подсказчики в нём? Или ёжик — грустная аллегория человека, познающего себя постепенностью событий, через туман грядущего, через ухающую сову всяческих страхов? Норштейн творит символические фильмы. …жалкий Акакий Акакиевич — не обижайте меня! Весь — сгусток жалкости, носик малыша, работает словно самостоятельно, бледные пальчики, и шинель — как грандиозность мечты. Как образ дуба из «Ёжика в тумане», показывающего мощь и загадочность жизни. Лысинка трепещет. Всё кончится плохо, бедный чиновничек: бедный — зато бессмертный, никакая смертынька не возьмёт, никакая гибель гадюкой не укусит. Поэтична «Сказка сказок» — детско-взрослая и трагичная, элегичная, листья падают. Из колыбельной вышедший серенький волчок, становящийся проводником воспоминаний: и — сквозь призму его взгляда — зритель и смотрит на мир, в том числе — свой. Жизнь, как накопление опыта — и коллективного в первую очередь, ибо прошлое не исчезает, и народ, переживший войну, отличается от себя предыдущего. Прошлое, формирующее настоящее, которое всегда протеично. Спираль мультфильма туго закручена — финал возвращает к началу, подчёркивается цикличность времён, и, хоть детство и сменяется взрослостью, в душе человека, даже старика, продолжает жить ребёнок. Реальное и фантастическое крепко переплетаются волокнами, и как хороши яблоки, опадающие с деревьев зимой! Прачка у корыта, рыбак. Поэт у листа. Импрессионизм выверенных кадров, и рыбы, плывущие по небесам, вновь возвращают в детство. Деталь, работающая, как метафора — яблоко, становящееся символом жизни; пары, танцующие танго под «Утомлённое солнце» — как сквозная линия. Завтра будет война. Свет идёт — воспоминания о потерях не мешают присутствию любви. Её всегда согрет величественный и детский, мудрый и наивный кинематограф Норштейна.