Интеллектуальная собственность in a nutshell.
Автор - Настя Сковпень
Чат - @chat_vychisleniya
@ip_QandA_bot - для связи, рекламы, вопросов и предложений
Материалы канала не являются юридической консультацией и отражают мнение авторки
18+
Subscribers6.3K +0 24h
Reach per post (ERR)14.4%906 avg views
Posting1.5/daylast 1 day ago
Reactions per 1K views29.1❤ 🔥 😁
И если упомянута мода не могу не похвастаться, что этот прекрасный куртец с вышивкой был официально выгулян.
Принадлежит руке китайского бренда WU RANG (無让), приобретался в концепт-сторе ИКРА во Владивостоке - @ikrastore
Хоть в пир, хоть в кино на мультик про Невельского, хоть чилима в ночном море ловить, отбиваясь от диких лис.
В сентябре 2026 года Арбитражный суд Москвы рассмотрел три связанных спора ООО «Меркури Мода» с ФАС по отношениям компании с итальянскими премиум-брендами: Dolce & Gabbana S.r.l., Guccio Gucci S.p.A. и Premiata S.r.l.
Во всех трех случаях ФАС усмотрела нарушение ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции (запрет вертикальных соглашений, которые приводят к ограничению конкуренции): иностранные бренды и российский ритейлер создали для «Меркури Мода» исключительные условия реализации товаров, что могло ограничить конкуренцию, суд эти решения ФАС поддержал. (В процессе рассмотрения еще дело по договору с Loro Piana, результат, я думаю, вы можете предсказать)
ФАС фактически рассматривала отдельно рынки товаров под брендами Dolce & Gabbana, Gucci и Premiata , и суд поддержал такой подход: по их логике (в своем основании довольно разумной) покупатель, желающий приобрести товар конкретного бренда, не считает товары других брендов взаимозаменяемыми, а наличие соответствующего товарного знака (логотип бренда) является ключевым свойством товара.
Юридически рынок одного бренда возможен. Закон позволяет выделить самостоятельный рынок, если у товара действительно отсутствуют экономически значимые заменители. Однако само наличие сильного товарного знака еще не доказывает отсутствие взаимозаменяемости.
Если изначально взять покупателя, который хочет именно Gucci, то никакой другой бренд для него действительно не будет заменителем. Но как будто бы в антимонопольном деле вопрос должен звучать иначе: например, при значительном росте цены Gucci будет ли достаточная часть покупателей переходить на другие бренды, скажем, Prada, Bottega Veneta или другие сопоставимые по статусу? Ну, и вообще, какая такая приверженность одному бренду in this economy...?
Именно поэтому специфика люксового сегмента заслуживала более подробного анализа. То, что товарный знак играет решающую роль в выборе потребителя, не означает отсутствия конкурентного давления со стороны других премиальных брендов. В деле D&G представители ООО «Меркури Мода» как раз предлагали рассматривать более широкий премиальный сегмент, однако суд счел их выводы недостаточно обоснованными.
Есть и обратная проблема: если последовательно применять критерий взаимозаменяемости, неочевидно, почему в один рынок вообще должны попадать все товары одного бренда. Сумка Gucci не заменяет обувь Gucci, а носовой платок не равен шарфу, несмотря на общий товарный знак, нанесенный на товар. А еще у большого премиального бренда могут быть разные коллекции, типа ready-to-wear и haute couture, могут быть дочерние бренды, которые хотя и используют товарный знак своего старшего брата/сестры, но по наполнению от него могут сильно отличаться (как например было с RED Valentino или See by Chloe). Так что гомогенизировать все эти нюансы в одну брендовую массу тоже не совсем верно.
Так что со строго юридической точки зрения и ФАС, и суд могли говорить, что один бренд равен одному рынку, но упрощение имеет место быть и было бы неплохо узнать, что ФАС писала в своем аналитическом отчете и какая методология была положена на стол.
Вопрос, который нельзя было не поставить на повестку: а какую роль в оценке рынка мог сыгарть (и сыграл ли) параллельный импорт. Он потенциально влияет на состав продавцов, объем рынка, барьеры для входа и реальную рыночную силу конкретного дистрибьютора (в нашем случае ООО «Меркури Мода»).
Если оригинальный товар можно приобрести у независимого зарубежного поставщика и легально ввезти в Россию без разрешения правообладателя, эксклюзивность договорных отношений иностранного бренда с ООО «Меркури Мода» уже не обязательно означает фактическое закрытие рынка для конкурентов.
ФАС, судя по решениям, учитывала достаточно широкий круг участников. По Dolce & Gabbana было выявлено 42 хозяйствующих субъекта, причем использовались в том числе данные ФТС, по Gucci - 44, по Premiata - 18. Но опять же глубокой оценки влияния роли этих хозяйствующих субъектов и перераспределение доли рынка после 2022 года сделано не было.
ФАС рассчитала очень высокие показатели объемы рынка, приходящийся на ООО «Меркури Мода»:
- Dolce & Gabbana - 89,60%
- Gucci - 55,19%
- Premiata - 43,49%
Методику расчета мы знаем благодаря решению по делу Dolce & Gabbana: ФАС определяла объем рынка в денежном выражении на основании объемов поставок за 2021-2026, собственных данных, данных «Меркури Мода» и ФТС, после чего рассчитывала отношение объема конкретного участника к общему объему рынка. И важно, что эти цифры следует считать по границам рынка, если мы считаем, что у нас есть гомогенный рынок одного бренда, то такой расчет имеет право на существование, если мы вводим в понятие рынка переменные и допускаем взаимозаменяемость, разницу доступа к товарам разных категорий (в оптиках, как и прежде, вы можете найти аксессуары многих европейских брендов) - то цифры должны снижаться.
Для самой квалификации по ч. 4 ст. 11 закона доминирование не требуется. Но доля имеет большое значение для ст. 12 Закона о защите конкуренции, допускающей некоторые вертикальные соглашения, если доля каждого их участника не превышает 20%. Поэтому спор о границах рынка и методологии его оценки мог изменить и вопрос о применимости антимонопольного иммунитета для вертикальных соглашений.
Также упомянем всуе иммунитет для интеллектуальной собственности. Часть 9 ст. 11 закона устанавливает специальное исключение для соглашений о предоставлении или отчуждении права использования результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации. Соответствующая квалификация могла иметь большое значение в споре Dolce & Gabbana, где между сторонами прямо существовал лицензионный договор.
ФАС и суд обошли проблему следующим образом: предметом проверки был не сам лицензионный договор, а модель поведения сторон, которая ограничивала доступ других продавцов к поставкам. Текст договора использовался лишь как доказательство существования устойчивой эксклюзивной связи. Подход в целом объясним, после Постановления КС РФ №28-П от 08.07.2025: наличие объекта интеллектуальной собственности в отношениях сторон не должно автоматически легализовать ограничения конкуренции.
Тут тоже не хватило изящества в мотивировке: было бы правильнее разграничить, какие условия непосредственно относятся к осуществлению исключительного права на товарных знак, а какие являются отдельными ограничениями дистрибуции.
Но вишенкой на торте всего этого люксового безумия являются санкции ЕС. С марта 2022 Regulation (EU) №833/2014 запрещает прямую и косвенную поставку в Россию ряда товаров роскоши стоимостью свыше установленного порога. Суд прямо указывает, что после прекращения прямых поставок в 2022 товары Gucci продолжали поступать ООО «Меркури Мода» непрямым путем и продаваться в России.
Конечно, можно кривить носиком и говорить, что само наличие Gucci в российском магазине нарушения не доказывает. Товар мог быть приобретен частным баером или независимым параллельным импортером без участия правообладателя. Но если итальянская компания поставляла товар посреднику в третьей стране, понимая его пункт назначения (sic!), уже возникает вопрос об обходе санкций (не то, чтобы мы тут все удивлены такому раскладу, но давайте для вида восхитимся смелостью).
Если подводить итог, то с точки зрения российского антимонопольного права главное уязвимое место - определение рынка через один бренд и через все товары этого бренда. Такой рынок возможен, но его нельзя выводить лишь из того, что потребитель ценит конкретный товарный знак aka бренд.
Ну и оксюморон: ФАС обвиняет итальянские компании в том, что они обеспечили одному российскому партнеру слишком эксклюзивный доступ к своим товарам, тогда как право ЕС в отношении значительной части люксовых товаров может вообще запрещать им обеспечивать поставки в Россию (где был санкционный комлпаенс?). В итоге самым безопасным вариантом для всех трех брендов может оказаться прекращение поставок в Россию по имеющимся каналам полностью (и придумываение новых, новее чем имеющиеся новые).
30 сентября Figure AI вывела из эксплуатации большую часть парка гуманоидных роботов F.02: компания отправила их на металлургический завод в Финляндии, где роботы автономно прыгнули в 75-тонную электродуговую печь с расплавленной сталью.
Идею им подкинул Арнольд Шварценеггер, а кто еще?
Figure специально обучила для этого модель в симуляции и предварительно тренировала роботов в Калифорнии на прыжках в воздушные подушки.
Можно в часть прыжка веры купить за 500$ памятный артефакт.
осень горит
начислены налоги
пуст ЕНС
30 сентября 2026 Токийский окружной суд вынес решение по иску известного сэйю и актера Кэндзиро Цуды к TikTok. Формально Цуда дело проиграл: суд отказал в требовании удалить 188 видеороликов. Но именно в этом решении японский суд впервые прямо сформулировал, что голос человека может охраняться правом (аналог publicity right) наравне с его изображением.
С июля 2024 по сентябрь 2025 анонимный TikTok аккаунт опубликовал 188 роликов о городских легендах, паранормальных явлениях и различных фактах, видео сопровождались ИИ озвучкой, которую многие пользователи ассоциировали с низким голосом Цуды. Под роликами появлялись комментарии вроде «это Цуда Кэндзиро?» и «это голос Цудакэна!».
Владелец аккаунта утверждает, что он не пользовался исполнением Цуды для обучения модели ИИ, он использовал голос своего знакомого который хорошо имитировал манеру озвучки Кэндзиро Цуды (каков!!!).
Цуда предъявил требования к TikTok как оператору платформы, требуя удаления роликов. Правовых оснований было два, во-первых, «publicity right» он утверждал, что его узнаваемый голос обладает самостоятельной коммерческой ценностью и используется для привлечения аудитории. Во-вторых, Закон Японии о предотвращении недобросовестной конкуренции, по мнению Цуды голос можно рассматривать как средство индивидуализации, используемое в профессиональной деятельности, а похожий голос - вызывает смешение, то есть вводит потребителя в заблуждение.
К сожалению, суд отказал в иске, но не рассмотрел дело по существу. Отказ был вызван тем, что в мае 2026 года пользователь удалил аккаунт, через 30 дней ролики были удалены с серверов TikTok, то есть нарушение прекратилось.
К сожалению, в силу процессуальной экономии суд так и не установил, что спорная синтетическая озвучка действительно являлась использованием голоса Цуды. Не ответил он и на главный технологический вопрос: считается ли нарушением ситуация, когда ИИ обучен не на голосе самого сэйю, а, например, на голосе человека, который может имитировать манеру речи известного человека.
Суд также не установил применительно к удаленным роликам, что их популярность была обусловлена именно коммерческой привлекательностью голоса Цуды, и не дал окончательной оценки аргументу по Закону о предотвращении недобросовестной конкуренции.
Вместе с тем решение не совсем бесполезно для исследователей ИИ и японского законодательства. Суд сформулировал общий правовой подход: голос человека, подобно его изображению, может являться элементом его личности, следовательно несанкционированное использование голоса исполнителя способно нарушать «publicity right», если одновременно выполняются два условия: 1. голос обладает коммерческой способностью привлекать аудиторию или стимулировать продажи и 2. использование направлено преимущественно на эксплуатацию именно этой коммерческой привлекательности.
Японское гражданское право по знакомой нам конструкции в первую очередь охраняет изображение гражданина и очень плохо приспособлено к охране голоса, поэтому многие актеры озвучки могут сталкиваться с ситуацией, когда использования охраняемого исполнения нет, но особенности голоса (тембр, тон) воспроизводятся, что вызывает у слушателя узнавание и связь к конкретным человеком.
Благодарим Кэндзиро Цуду за его труд на судебном поприще, как и его герой в «жужуке» - Нанами Кэнто - он «процессуально» погиб, но передал борьбу тем, кто продолжит ее после него!
Если вы переживали из-за описок или опечаток, знайте: даже пафосный Accord on Super Intelligence с подписями лидеров ИИ индустрии и президента США вышел с ошибкой.
Вместо United States написали Unites States, сверхинтеллекта немножко не хватило.
repost
🆕🧊Уже сегодня — «Айсберг судебных дел об ИИ и интеллектуальной собственности»
29 сентября в 19:00 вместе с AIG.Сlub и Work in IP разберём реальные судебные споры вокруг ИИ — от обучения моделей на чужих произведениях до прав на AI-контент и доказательств в таких делах.
💬 Поговорим о том, где проходит граница допустимого использования чужих произведений, когда сходство становится нарушением, можно ли защитить стиль и как доказывать нарушения, связанные с обучением и генерацией.
📌Спикеры:
⏩ Анастасия Сковпень — юрист в сфере интеллектуальной собственности, член AIPPI, партнёр и преподаватель RPPA, автор тгк "вычислить по IP"
⏩ Артем Никифоров — магистр частного права (РШЧП), ведущий юрист управления интеллектуальной собственности Яндекса. Работает с вопросами интеллектуальной собственности и правового регулирования цифровых технологий, автор тгк Legal Elysium
⏩ Наталья Спиридонова — к.ю.н., LL.M (McGeorge Law School), консультант отдела законодательства об интеллектуальных правах Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева, автор тгк Интеллектуальная собственница
📎 Когда: 29 сентября | 19:00
📌 Формат: Онлайн, Zoom
🔜 РЕГИСТРАЦИЯ
А с 1 октября, уже в этот четверг, продолжим разбирать тему ИИ и права на осеннем курсе «ИИ регулирование. Intensive» - за 6 недель разберёмся в технологиях ИИ, ключевых юридических рисках и практическом применении ИИ в компании
RPPA.pro | RPPAedu.pro | AI Intensive
Регистрируйтесь и приходите к нам на огонек!
edited
Игристый чай делают только в Китае, все остальные торгуют «бабл-ти»… ну, вы поняли.
Не иронично отрываю от сердца рекомендацию безалкогольного напитка для ужина: игристый чай Abrau (это не реклама, не подкуп и даже не эндорсмент простигосподи за свои кровные покупала). Не приторно, не газировано, не воняет носками.
Кстати в Китае существует охраняемое географическое указание 安溪铁观音 - Anxi Tieguanyin («Аньси Тегуаньинь»).
В базе государственных стандартов действует стандарт GB/T 19598-2025 «Quality requirements for product of geographical indication - Anxi Tieguanyin», вступивший в силу 1 сентября 2025 года.
Стандарт устанавливает территорию охраны, требования к сырью, выращиванию и изготовлению чая.
А вот ведомство по интеллектуальной собственности - CNIPA - регистрирует заявки производителей, которым разрешено использовать географическое указание 安溪铁观音 - Anxi Tieguanyin.
Как в анекдоте, со всеми географическими указаниями есть нюанс: на этикетке написано просто Тегуаньинь, без топонима - Аньси. Тегуаньинь это всего лишь один из сортов чая (улуна). Поэтому для потенциального юридического рубилова важна не только регистрация географического указания, но и факт что реально используется на таре «Тегуаньинь» или «Аньси Тегуаньинь».
/upd текст был уточнен по комментариям/
А помните историю о том, как Anthropic выкупала бумажные книги, срезала с них переплеты, сканировала страницы для обучения Claude, а сами книги после этого уничтожала?
Похоже, эта история дошла до Японии. С августа букинисты по всей Японии получают заказы на книги по философии, истории, праву, медицине, культуре эпохи Эдо. Заказы идут с разных аккаунтов, но доставки сходятся в одном логистическом центре.
СМИ сообщают об отправке из Японии в США более 50 тонн книг, что составляет примерно 100 тысяч томов.
Кто именно их покупает, пока не установлено. Если книги везут в США и сканируют их уже там, возникает знакомая правовая схема, фактически признанная судом законной в деле Bartz v. Anthropic: покупка бумажных книг с последующим сканированием и использованием для обучения модели ИИ признана добросовестным использованием.
Возникает в некотором смысле философский вопрос: можно ли превратить мировой рынок книг и закрома букинистов в законный источник обучающих данных, физически уничтожая уникальные экземпляры после оцифровки, лишая общество доступа к знаниям, заменяя их доступом к ИИ сервису.
Мы живем в великое время аутсорса мозгов, друзья!
Сегодня на глаза попалась новость, что присяжные признали Apple виновной в нарушении патентов компании Taction Technology и присудили компенсацию в 5,72 млрд долларов, что сразу же взбудоражило СМИ так как это якобы самая большая сумма, которая присуждалась за нарушение патента.
Поскольку про этот спор я ничего не слышала - настало время разобраться за что можно влететь на 5 млрд.
Спор возник из-за использования Apple в телефонах и часах технологии тактильной отдачи. Это короткий «толчок», который пользователь чувствует, когда нажимает кнопку, печатает на клавиатуре, получает уведомление на iPhone и Apple Watch.
Два патента Taction - US 10,659,885 и US 10,820,117 описывают один из способов получить такую специфическую вибрацию: внутри устройства небольшая подвижная часть создает толчок, а специальная жидкость помогает погасить лишние колебания. В результате устройство может выдавать не просто обычную вибрацию, а более короткие и различимые тактильные сигналы.
Компания Taction утверждала, что именно эту запатентованную технологию использует Apple в Taptic Engine.
Присяжные 25.09.2026 признали, что Apple нарушила два патента Taction, и определили компенсацию в 5,72 млрд долларов.
Откуда же взялась такая сумма и действительно ли она будет взыскана с Apple?
Суд не связан вердиктом присяжных в части присуждаемой суммы и может в итоговом решении принять иной расчет, если согласится с контр-аргументом Apple о недоказанности размера компенсации.
Компания Taction пыталась обосновать размер компенсации через стоимость предоставления права использования (разумной лицензии). Одним из ориентиров была лицензия Taction с компанией Corsair - американским производителем игровой периферии. Corsair использовала технологию Taction в своей гарнитуре.
Но, суд уже отвергнул аргументы Taction о том какая ценность продуктов Apple приходится на запатентованную технологию, а вслед за этим исключил основанное на ней заключение эксперта о разумной ставке роялти.
Поэтому вероятнее всего в судебном решении будет фигурировать куда более скромная сумма.
На этом сезон забегов все. Спасибо шатру «Балтики» за счастливый финиш!
edited
Фраза «уханьский кейс» после 2020 звучит опасно, так что назовем это дело «о потраченных токенах».
Китайская компания создала при помощи генеративного ИИ микро-драму из 47 эпизодов общей продолжительностью около часа.
После публикации этого сериала другая компания создала его копию, изменила название и разместила в своем аккаунте, подключив рекламную монетизацию.
Поэтому правообладатель обратился в суд, и суд встал на сторону истца.
Во-первых, суд признал сериал аудиовизуальным произведением: разработка сюжета и сценария, составление промптов для генерации, выбор образов и сцен, отбор полученных результатов, монтаж, исправления, озвучка и работа с субтитрами - совокупность этих действий была расценена как достаточный творческий вклад, для признания сериала охраноспособным.
Во-вторых, это дело привлекло внимание к себе способом расчета компенсации.
Истец и ответчик не представили доказательств фактических потерь правообладателя, дохода нарушителя или стоимости лицензии, поэтому суд определил размер компенсации самостоятельно.
В числе факторов, повлиявших на размер компенсации, суд учел как продолжительность произведения, масштаб распространения, характер нарушения, степень вины, так и расходы на его создание.
К расходам на создание суд отнес вычислительные ресурсы потраченные при генерации контента и стоимость доступа к коммерческим ИИ сервисам.
Из опубликованных материалов правда не следует, что суд приравнял стоимость израсходованных токенов к размеру убытков либо рассчитал выплату по их фактическому количеству, хотя такие заголовки мне встречались.
Но это интересное экономическое преломление генеративного ИИ, потому что с одной стороны подписочная модель и количество потраченных токенов на охраноспособность не влияют (что говорит нам немецкий суд), с другой стороны - эти же самые параметры суд может использовать при оценке убытков (что уже демонстрирует китайский суд).
Пошутила про северокорейское пиво и достаточно.
Неустановленный последователь чучхе так накурил в туалете, что чуть не спалил наш уютный самолетик на крейсерской высоте.
И только бутылка «Шмаковской» смогла потушить эту красную зарю.
Неочевидная находка во Владивостоке (панч был бы еще смешнее, если бы находка была в Находке, но дедовские шутки оставим).
На фото северокорейское пиво, а точнее стаут Tumangang. Пиво Tumangang варят на Rason Ryongson General Processing Factory в Расоне - северокорейском городе у границ России и Китая.
В России Tumangang появился в продаже летом 2025, к слову, это была последняя бутылка на полке, так что не заметить ее было сложно, а по названию можно легко догадаться чье производство.
Если вы хоть раз читали книги про КНДР, то знаете, что Туманган или река Туманная (это не перевод, просто созвучный гидроним) почти по всему течению разделяет КНДР и Китай, а последние 17 км перед Японским морем образуют границу КНДР и России. Именно через эту реку чаще всего бегут из Северной Кореи, сначала в Китай, а потом на юг корейского полуострова.
У названия есть еще и товарнозначный подтекст, так как в 2026 Роспатент рассматривал заявку TUMANGAN ELEMENTAL TERRITORY для табачных товаров и торговли.
Заявитель настаивал, что российский потребитель почти не воспринимает Tumangan как географическое название и даже ссылался на опрос ВЦИОМ. Роспатент с этим не согласился и признал Tumangan указанием на конкретный географический объект и счел обозначение способным вводить потребителя в заблуждение относительно происхождения товара - со ссылкой на пп. 1 и 3 ст. 1483 ГК. ППС правда это решение отменила и товарный знак зарегистрировала.
Кто расскажет корейцам, что с таким речным брендингом они далеко не уплывут?
PS для интересующихся советую роман Чо Хэчжин «Я встретила Ро Кивана». Ее герой бежит из КНДР, оказывается в Китае, а затем добирается до Бельгии, где пытается получить статус беженца.
Это мы с Тигруней планируем мероприятие 29.09 про ИИ и интеллектуальную собственность, собираем большой онлайн про «Бесконечное интеллектуальное лето», где поговорим про все то что наворотило за лето, думаем как успеть на EDPC RPPA и все офлайн мероприятия, которыми изобилуют октябрь и ноябрь, а еще как бы нам впихнуть офлайн Work in IP…
PS на все эти мероприятия вы конечно же уже приглашены!
Моя главная любовь в поездках - ходить по продуктовым магазинам и смотреть, что есть у людей поесть.
Дальневосточная сеть Самбери порадовала азиатским контентом и развесными конфетами.
Может показаться, что китайские конфеты на фото 大虾酥 - dàxiā sū (dà - «большой», xiā - «креветка», sū - «хрустящий, рассыпчатый», буквально - «большая хрустящая креветка») выглядят как пародия наших «Раковых шеек». Но это, что называется, параллельное творчество.
Китайские конфеты относятся к кондитерским изделиям под названием 酥糖 - sūtáng. Сахарную массу вытягивают и складывают вокруг начинки из кунжута, арахиса или орехов, поэтому конфета получается как будто слоеной из-за этого хрупкой.
Один из ее известных пекинских вариантов - 红虾酥糖 - hóngxiā sūtáng: 红 (hóng) - «красный», 虾 (xiā) - «креветка», 酥糖 (sūtáng) - «рассыпчатая конфета».
Современную ее версию стали производить в Пекине на кондитерской фабрике в 1960-х. Название объясняют внешним видом: полосатая и слоеная конфета напоминала брюшко креветки. Отсюда и большая креветка на фантике.
История «Раковых шеек» удивительно похожа: в XIX веке «раковой шейкой» называли мясистое брюшко или «хвост» речного рака.
В конце XIX и начале XX «Раковой шейкой» стали называть конфеты, один из вариантов такой карамели производили на фабрике Абрикосовых (фабрика, кстати, до сих пор работает, вы можете найти ее в Москве на Малой Красносельской, 7): слоеная карамель с ореховой начинкой напоминала очищенное сегментированное брюшко вареного рака.
Кстати рак и креветка в чем-то «родственники», оба существа относятся к десятиногим ракообразным - decapoda, так что полосатые карамели получили свои имена совсем не случайно.
repost
🆕🧊AIG.Club и Work in IP by RPPA.pro. представляют «Айсберг судебных дел об ИИ и интеллектуальной собственности»
Громкие иски к разработчикам ИИ - только верхушка айсберга. Под водой оказываются детали споров об обучении моделей ИИ, правах на сгенерированные произведения и доказательствах, от которых зависит исход дела.
Разберем судебные споры, которые формируют повестку 2026 года: от известных процессов до менее заметных дел с важными правовыми последствиями.
💬 Поговорим о том:
⏩ можно ли обучать ИИ на чужих произведениях без согласия правообладателя и где проходит граница допустимого использования;
⏩ когда сходство с чужим произведением становится нарушением и можно ли защитить стиль;
⏩ как доказать использование произведения при обучении и кто отвечает за нарушающий права результат генерации.
📎Когда: 29 сентября, 19:00
📌Формат: онлайн, Zoom
🔜 РЕГИСТРАЦИЯ
С 1 октября продолжим разбирать эти вопросы на осеннем ИИ-интенсиве
RPPA.pro | RPPAedu.pro | AI Intensive
Дальневосточный бизнес - исков от F1 не боится.
Нужна тематика гонок и четыре команды, чтобы девочки могли щеголять с ноготками под цвет болида любимого гонщика - коллаба будет.
И не важно, что думает FIA, пусть мотают на ус…
18 сентября четыре платных подписчика сервисов ИИ подали в Калифорнии иск против Anthropic, OpenAI, SpaceXAI и Google.
По их мнению, компании договорились замедлить совершенствование своих продуктов. В подтверждение они приводят предложение Дарио Амодеи о совместном ограничении темпов разработки, публичную поддержку конкурентов и сведения о работе общей группы представителей этих компаний.
Основание иска - статья 1 акта Шермана, одного из основных антимонопольных законов США. Норма запрещает соглашения, неправомерно ограничивающие конкуренцию. Для нарушения необязательно договариваться о повышении или удержании цен: ограничение качества и развития продуктов тоже может ущемлять потребителей таких цифровых сервисов.
Логика претензии проста: подписчик продолжает платить, а возможности сервиса улучшаются медленнее (или вовсе не улучшаются) из-за договоренности разработчиков, следовательно ценность его подписки девальвируется.
Ключевой вопрос: удастся ли доказать, что за публичным заявлением руководителей компаний о безопасности ИИ стоит конкретная договоренность об ограничении конкуренции.
Совместные стандарты безопасности сами по себе должны быть допустимы иначе ни одна отрасль не смогла бы работать без оглядки на потенциальные претензии потребителей, но правовая оценка зависит и от того насколько общественное благо от ответственной разработки ИИ выше негативных последствий для подписчиков, а также насколько постоянное улучшение сервисов ИИ возможно в том же темпе и нет ли технических ограничений для этого.