
- мама, я хочу посмотреть фильм про Чаки! - у нас есть Чаки дома. /Чаки дома - неваляшка Пухбук/ Региональные бренды и креативные индустрии, которые невозможно забыть. PS «Ты знаешь откуда эти шрамы?»
Интеллектуальная собственность in a nutshell. Автор - Настя Сковпень Чат - @chat_vychisleniya @ip_QandA_bot - для связи, рекламы, вопросов и предложений Материалы канала не являются юридической консультацией и отражают мнение авторки 18+

- мама, я хочу посмотреть фильм про Чаки! - у нас есть Чаки дома. /Чаки дома - неваляшка Пухбук/ Региональные бренды и креативные индустрии, которые невозможно забыть. PS «Ты знаешь откуда эти шрамы?»
И вновь вернемся к Концепции внедрения ИИ в судопроизводство. В приложении 2 указано, что внедрение ИИ должно привести к тому, что «доля проектов без существенных правок» должна составить «не менее 80%», а также снизить количество жалоб и изменений или отмен судебных актов. Показатель «не менее 80%» проектов, утверждаемых без существенных правок, довольно условно указывает на качество используемой системы ИИ, но никак не на правосудность/законность принятого судебного акта. Без независимой проверки этот показатель (как мне кажется довольно порочный) способен привести к поверхностности судебного контроля, а как итог закреплению статистики неправосудных решений, увеличению судебных ошибок и передачу усмотрения суда на аутсорс системе ИИ, где лень и неосведомленность некоторых судей только усугубит и так драматичную ситуацию, сложившуюся в судебной системе. Снижение числа жалоб и отмен судебных актов тоже неоднозначное предложение: обжалование обеспечивает защиту права, а отмена незаконного решения подтверждает работоспособность системы обжалования. Поэтому любые показатели эффективности внедрения ИИ необходимо отделить от оценки судей и уж тем более не считать их через устоявшие решения при обжаловании.
Вы когда-нибудь получали письмо от иностранного регулятора с требованием соблюдать его законодательство? Возможно, в этот момент вам хотелось ответить примерно как в известном меме: «А что ты мне сделаешь? Я в другом городе». Американский адвокат Preston Byrne, представляющий 4chan, пошёл дальше. Он начал посылать британскому регулятору хомяков. Точнее картинки с хомяками. История началась в 2025 году, когда британский Ofcom, аналог нашего Роскомнадзора стал добиваться от 4chan соблюдения требований Online Safety Act. Позиция Byrne была довольно простой: британский регулятор может сколько угодно принимать решения и выписывать штрафы, но из этого ещё не следует, что такие решения автоматически имеют юридическую силу и могут быть исполнены против американской компании в США. В одном из ответов Byrne написал, что документы Ofcom обладают примерно той же юридической ценностью, что и бумага, которую можно измельчить и использовать в качестве подстилки для хомяка. Так появился Mr Whiskers. В дальнейшем условный хомяк превратился практически в официального участника переписки. История добралась даже до американского суда, где Byrne пришлось объяснять судье, что его «hamster email» был шутливой формой вполне серьёзного юридического возражения против экстерриториального действия британского регулирования. 27 февраля 2026 года Ofcom снова написал 4chan. В ответ регулятор снова получил изображение хомяка. 19 марта Ofcom наложил существенно более крупный штраф — совокупно около £520 000. Byrne заранее пообещал, что на giant fine последует giant hamster. И слово сдержал: Ofcom получил AI-картинку гигантского хомяка в костюме Годзиллы. Когда в июле 2026 года регулятор вновь потребовал уплатить штраф и даже прислал банковские реквизиты, ответ был предсказуем. Ещё один хомяк. Иногда юридическая позиция — это мемо на сорок страниц. А иногда хомяк.
В Концепции внедрения ИИ в судопроизводство, утвержденной Председателем Верховного суда 3 сентября, есть любопытное соседство. С одной стороны, ИИ - только помощник, а решение принимает человек. С другой - среди мер против снижения независимости и инициативности судей указана обязательная мотивировка отклонения рекомендации ИИ. Вопрос: зачем рекомендации системы ИИ придавать самостоятельный вес, требующий отдельного обоснования несогласия? Любое свое решение или довод суд и так должен аргументировать, получается, что аргументировать отказ от использования ИИ генерации надо как-то по-особенному? В Концепции также предусмотрены право стороны знать о применении ИИ и право оспаривать его выводы. Очень хотелось бы, чтобы возможность оспаривания и раскрытия предполагала доступ к чему-то более содержательному, чем ответ «это сгенерировала нейросеть». Какая система была использована, какая версия модели и в каком режиме, какие были запросы и промежуточные результаты. Для полноценной состязательности полезно понимать, с чем именно споришь. По удивительному стечению обстоятельств, мы с коллегами тоже 3 сентября не сидели сложа руки и провели вторую часть разбора российского регулирования ИИ на встрече клуба RPPA.pro и ilovedocs. Обсудили, что изменилось по сравнению с законопроектом, кого затрагивают новые положения, что стоит за категориями суверенных и национальных моделей. Записи для тех, кто пропустил: Вторая часть: ВКонтакте или YouTube Первая часть: ВКонтакте или YouTube А с 1 октября мы продолжим обсуждать ответственное использование ИИ на нашем интенсиве по регулированию ИИ. Ждем вас!

Автор канала в отпуске без связи: где-то между Японским морем и сбором брусники.



К Неделе моды в Нью-Йорке Duolingo выпустил коллекцию, где названия модных домов превратили в подсказки по произношению: Hermès стал «air•mess», а Loewe - «loh•eh•vay». Будет ли это нарушением? Маловероятно. Может ли покупатель решить, что Hermès или Loewe сами выпустили или поддержали эту коллекцию? Скорее кампания Duolingo построена на пародии и высмеивании расхожей проблемы - неверном произношении брендов. В деле Louis Vuitton v. My Other Bag суд не увидел нарушения в пародийных изображениях сумок Louis Vuitton на холщовых сумках, поскольку потребителю было понятно, что это шутка, а не настоящий товар Louis Vuitton. В то же самое время в деле Jack Daniel’s v. VIP Products пародия не сработала как аргумент защиты, так как чужое обозначение фактически использовалось как обозначение происхождения собственного товара (алкоголь vs. игрушки для собак). А вот использование узнаваемой формы товара - это уже другая плоскость дискуссии, которая как мне кажется не будет покрываться одной лишь пародией над сложным произношением.
Такого количества постеров и наружки с агитацией я никогда не видела. В Хабаровске КПРФ решили «бить» в свободный интернет. Всем бесплатный доступ и open source. PS Интересно, как передовые технологии, по своей идее и чаще всего проприетарные, согласуются с идеей коммунизма. Некоторым вопросам лучше оставаться без ответа.

Samsung New Zealand выпустила рекламу Galaxy Z Fold8 с Тимом Куком из новозеландского города Палмерстон-Норта. Он отдаленно позож на известного тезку, а постановка кадра обыгрывает презентации Apple, но до какой степени дисклеймеры и различия во внешности защищают Samsung? В Новой Зеландии Fair Trading Act запрещает вводящее в заблуждение поведение и ложные заявления об одобрении или поддержке товара. Важно общее вречатление: понимает ли зритель, что перед ним тезка, а не настоящий ex-CEO Apple. Очевидность розыгрыша (вряд ли бы Тим Кук оказался в ситуации, когда ему показалось бы отличной идеей прорекламировать конкурента) усиливает позицию Samsung - никто в здравом уме не подумает, что они реально взяли настоящего Кука, но это все еще не исключает нарушения, да и претензии об использовании имени и нарушении прав на образ/изображение носят самостоятельный характер. В России Закон «О рекламе» прямо запрещает недостоверные сведения о рекомендациях или одобрении товара физическими лицами. Дополнительно защищается имя и требует исключать заблуждение относительно тождества граждан при его использовании другими лицами. Монополии на имя конечно же нет, однако намеренная подача одного человека как другого создает риск. Для юридической чистоты Samsung надо чтобы потребитель понял, какой именно Тим Кук согласился - хотя ценность всей кампании, кажется, в обратном. PS прикол в том, что это не первое родео Samsung с использованием известных личностей. В 1992 году появилась реклама видеомагнитофонов, где Samsung разместила рекламу с роботом в светлом парике и вечернем платье у игрового табло, образ робота явно отсылал к ведущей теле-шоу Wheel of Fortune - Ванне Уайт Уайт обратилась в суд, который пришел к выводу, что коммерческое использование узнаваемой личности возможно и без ее настоящего имени или изображения: сочетания характерных атрибутов достаточно для возникновения претензии, а юмористическая подача не гарантирует защиты.
Минутка ярости. О каком развитии ИИ технологий и алгоритмизации сервисов идет речь, если при смене борта в полупустом самолете (!) алгоритмы Аэрофлота не могут посадить рядом двух пассажиров из одного бронирования (!!), когда ранее эти самые пассажиры (через систему управления бронированием) приобрели за «великие тыщи» комфортные места рядом друг с другом. Поменять предоставленные автоматически места повышенной комфортности на другие места повышенной комфортности (а они имеются в наличии и не заняты) конечно же нельзя. Но если вы заплатите «великие тыщи» снова… absolute Aeroflot ✋🏼🤚🏼
В это время администрация президента США продолжает держать в тонусе разработчиков игр. Tetris уже сообщили, что относятся к нарушению авторских прав очень серьезно... Теоретически у Белого дома есть доктрина fair use, но "не все так однозначно". Есть дело Campbell v. Acuff-Rose Music, в котором Верховный суд США признал, что пародия может быть добросовестным использованием. В этом же деле суд разделил parody и satire: пародия заимствует оригинал, чтобы комментировать или высмеивать его, поэтому использование товарного знака/произведения может быть оправдано. Если же чужое произведение используется, чтобы высказаться на совершенно другую тему, это уже сатира, и необходимость заимствования обосновать сложнее. В созданных Белым домом аркадных играх Tetris не является объектом критики или политического высказывания. Помимо этого есть интересное дело Tetris Holding, LLC v. Xio Interactive, Inc., где с одной стороны суд согласился, что правила Tetris и сама идея падающих блоков авторским правом не охраняется, но конкретное визуальное воплощение игры - игровое поле, формы и внешний вид элементов, их движение и сочетание других визуальных характеристик может охраняться. Так что следим за руками.
Если IKEA уйдет, то наш дом не пересоберем, не пересоберем (с) CJEU наконец вынес решение по делу C-298/23 Inter IKEA Systems v. Vlaams Belang и признал, что свобода выражения мнения, в том числе в форме политической пародии, в принципе может быть тем самым "due cause”, которое оправдывает использование чужого товарного знака "с репутацией". Суд предложил в каждом конкретном случае искать баланс между правом на товарный знак и свободой выражения мнения. В частности, учитывать цель и добросовестность использования, его связь с общественно значимой дискуссией, объем использования знака, степень его копирования и последствия для правообладателя, не создается ли впечатление, что сам правообладатель поддерживает соответствующую политическую позицию. Применительно к товарному знаку IKEA суд пришел к выводу, что он никак не был связан с дискуссией о миграции: партия просто воспользовалась известностью IKEA, чтобы привлечь больше внимания к собственному политическому высказыванию. Получилось, пожалуй, чуть интереснее первоначального вывода генерального адвоката: пародия действительно может работать как аргумент в споре о товарном знаке, но свобода слова не превращает чужой бренд в инструмент политической агитации.
Есть что-то интригующее в том, что аэропорт Минска встречает прибывающих рекламой беттинговой компании/онлайн-казино.
Иногда антимонопольное право начинается с контроля над цифровыми платформами и слияния корпораций, но иногда находятся скрытые алмазики, которые обнаруживают нарушение в проведении экзамена на статус Pokémon Professor. Это история о том, как Кайл Оуэнс сдал экзамен на статус Pokémon Professor на 100%, не прошел проверку биографии и решил, что перед ним ограничение конкуренции. Кайл Ли Оуэнс самостоятельно, без адвоката, предъявил требования к The Pokémon Company International и Nintendo of America. Его конфликт начался с программы Pokémon Professor - глобальной сети волонтеров, которые помогают проводить мероприятия Play! Pokémon, выступают судьями, организаторами и представителями официальных мероприятий. Для вступления необходимо сдать экзамен, а в США дополнительно пройти проверку биографии: компания объясняет это требованиями безопасности. Оуэнс утверждал, что он сдал экзамен на 100%. После этого ему оставалось пройти проверку, которая должна была выявить нет ли в отношении заявителя возбужденных уголовных дел или судебных разбирательств. Эту проверку он не прошел, так как сформированный отчет выявил обвинения Оуэнса в нарушении общественного порядка, применении оружия и повреждении чужого имущества. Компания Pokémon уведомила Оуэнса, что после рассмотрения результатов проверки его заявление в Professor Program отклонено. Обычный человек после такого расстроился бы, может быть написал тред в Твиттере или выложил грустный пост в IG, но Кайл Оуэнс увидел в отказе ограничение рынка. Я не буду расписывать все его требования, это заняло бы ваши нервные клетки надолго. Остановимся на самом интересном. По версии истца, Pokémon и Nintendo контролируют особую коммерческую экосистему: сертификацию Pokémon Professor, проведение турниров и иных официальных мероприятий. Без одобрения компаний человек не может проводить официальные Pokémon-мероприятия и использовать связанные с ними возможности для привлечения посетителей и клиентов. Из этого Оуэнс выстроил сразу два аргумента против компаний: отказ в сертификации ограничивал рынок и являлся проявлением монопольного контроля над официальными Pokémon-мероприятиями. В качестве последствий он называл потерю потенциальных клиентов и будущих коммерческих возможностей. Он потребовал предоставить ему статус Pokémon Professor и взыскать не менее 341000 долларов упущенной выгоды. Суд посчитал, что право защищает конкуренцию, а не возможность конкретного человека участвовать в выбранном им фандоме. Суд решил, что требование о проверке биографии для волонтеров программы, ориентированной в том числе на детей, имеет вполне очевидную цель - безопасность и снижение рисков ответственности. Отказ кандидату на основании такой проверки сам по себе не является антиконкурентным поведением. Иск был отклонен еще на стадии первоначальной проверки. Суд объединил эти требования с тремя другими исками, которые успел подать Оуэнс (против других компаний, возможно, человек открыл ИИ-портал в lawsuit-slop), и отказал по всем предъявленным претензиям.

Белый Дом навайбкодил пиксельные аркадные игры и прорекламировал их разместив видео с лого Xbox. Юристы Microsoft ушли в выходные дни «счастливыми».
Через 10 минут ждем всех на разборе закона о регулировании ИИ: обсудим, что получилось и почему не успел закон вступить в силу, а обсуждения "что в нем поменять" начали пышно цвести. ссылка на регистрацию
В декабре 2024 OpenAI попросила Судебную коллегию США объединить двенадцать исков правообладателей. Компания предлагала передать все дела, связанные с обвинениями ее в нарушении авторских прав при обучении моделей ИИ, в Северный округ Калифорнии, однако коллегия решила объединить производство в суде Южного округа Нью-Йорка. 1 сентября 2026 в это дело поступил документ от Министерство юстиции США, в котором была изложена позиция Штатов по одному из главных вопросов - является ли само использование защищенных произведений для обучения больших языковых моделей нарушением авторского права. Министерство во многом поддержало OpenAI: по его мнению, обучение модели на охраняемых авторским правом произведениях само по себе может признаваться добросовестным использованием (fair use) и не требует обязательного лицензирования каждого материала, попавшего в датасет для обучения модели ИИ. Министерство предлагает разделять получение копии произведения, его использование при обучении модели и последующее создание ответов пользователями. Незаконное скачивание книг, создание и хранение собственной библиотеки пиратских копий могут рассматриваться как самостоятельные нарушения равно как и ситуация, когда конкретный ответ модели воспроизводит существенную часть защищенного произведения. Отдельного внимание заслужил тезис об экономическом ущербе причиняемом авторам. Правообладатели, как правило, утверждают, что генеративные модели позволяют создавать новые произведения и тем самым усиливают конкуренцию с произведениями людей. Министерство юстиции считает, что одной такой конкуренции недостаточно. Авторское право не гарантирует автору отсутствие конкурентов на рынке. Юридически значимый ущерб возникает прежде всего тогда, когда новое произведение способно заменить оригинал за счет воспроизведения его охраняемых элементов, а не просто относится к тому же жанру или конкурирует за внимание читателя. Сказать, что этот документ был буквально воспринят как файл смерти и объединение администрации президента Трампа с многомиллиардными компаниями - это не сказать ничего.

Промпт инъекции, как способ (партизанского) маркетинга будет исследован будущими поколениями. Hungr.AI - новый диджитал проект Snickers, рекламный слоган «Ты не ты, когда голоден» теперь используется как объяснение галлюцинаций ИИ. Пользователь нажимает «Copy Digital Snickers» на сайте проекта. В буфер обмена копируется изображение и ссылка на страницу Snickers с инструкцией. После направления повторного запроса с инструкцией чат-бот должен ответить на последний заданный в переписке вопрос, разыграв ситуацию, в которой ИИ «съедает» Snickers и приходит в себя - как герои рекламы шоколадного батончика. Новый ответ завершается фразой: «AI isn’t itself when it’s hungry» и предупреждением о необходимости проверять факты, в сгенерированных ИИ ответах. В инструкции предусмотрен запрет на поддержание диалога по вопросам, которые касаются медицины, права, финансов, политики и других чувствительных тем, а также других продуктов питания и заявлений о пользе Snickers. В таких случаях модель должна ответить отказом. Ждем и у других брендов заигрывание с ИИ…
Ну, что! Нашумевшее дело о «Статуе Свободы» и «Мона Лизе», которым нагенерили вино и вайбики оказалось в апелляции и судя по карточке дела решение было отменено, судом было принято новое решение. Напомню, что в первой серии этого эпоса в иске было отказано так как судья увидел в отчете экспертизы «искусственный интеллект» и посчитал, что произведения, ставшие предметом иска, являются неохраноспособными результатами генерации.
Заканчиваем понедельник с Czarface и Томом Харди (Frankie Pulitzer) - Raw Forewer.
Sony Music Publishing, Warner Chappell Music и связанные с ними музыкальные издатели подали иск против Anthropic PBC, Дарио Амодеи и Бенджамина Манна. Истцы утверждают, что Anthropic без разрешения получила тысячи охраняемых музыкальных произведений, использовала их при создании Claude и допустила воспроизведение текстов песен в ответах. Издатели делают ставку на получение произведений из заведомо пиратских источников. В иске используется уже раскрытая в деле Bartz v. Anthropic история загрузки более семи миллионов книг из LibGen и PiLiMi. Истцы подчеркивают, что суд ранее охарактеризовал действия Anthropic как "обычное пиратство, только в огромном масштабе". Среди загруженных книг находились сборники нот и текстов песен, права на которые принадлежат истцам. Истцы настаивают, что скачивание материала с пиратского сайта или иного ресурса остается самостоятельным нарушением независимо от того, как произведение использовали впоследствии. Напомню, что суд в деле Bartz счел использование книг непосредственно для обучения языковой модели добросовестным использованием. Однако тот же суд отделил обучение от способа получения исходных копий: массовое скачивание книг из LibGen и PiLiMi и создание из них постоянной внутренней библиотеки не было оправдано последующим добросовестным использованием для обучения. Впоследствии дело завершилось мировым соглашением на $1,5 млрд. Издатели также стараются доказать реальный экономический ущерб. Их тексты не являются просто свободно доступными в интернете: сайты, на которых они размещаются, получают соответствующие лицензии. Предоставление права показывать текст песни на сайте, как указывают истцы, не означает разрешения Anthropic массово копировать его для коммерческого обучения модели. Более того, сами издатели уже заключают соглашения с другими компаниями в сфере искусственного интеллекта, то есть рынок лицензирования для таких целей действительно существует. Однако ж! Истцы местами все-таки смешивают незаконное получение копий и последующее обучение модели. Даже если скачивание произведений из LibGen через BitTorrent является самостоятельным нарушением, из этого автоматически не следует, что каждое последующее использование этих текстов при обучении Claude также незаконно. Истцы утверждают, что тексты песен, созданные Claude на основе приобретенных при обучении на спираченных текстах, являются заменителями произведений издателей... Авторское право защищает конкретную форму выражения, а не стиль, приемы написания, жанр или общее умение сочинять песни. Поэтому конкуренция с человеческими авторами сама по себе еще не означает нарушение авторского права. Что еще важно, Bartz - это не единственное дело, которое может иметь значение для рассмотрения этого спора. В деле Kadrey v. Meta Platforms судья Винс Чхабрия отказался принять тезис, что происхождение книги из LibGen или иной "теневой библиотеки" автоматически исключает добросовестное использование. Истцы пытались отделить первоначальное получение книг из теневых библиотек от последующего обучения Llama. Суд с этим не согласился, отметив, что скачивание - это отдельное действие, но его нужно оценивать с учетом конечной цели - обучения модели (которое было признано добросовестным). NB! Да, против Anthropic сыграло то, что библиотеку они формировали как самостоятельный этап и планировали ее хранить независимо от последующего использования для обучения моделей ИИ. В то же время в деле против Meta Platforms остался неразрешенный вопрос: если при использовании BitTorrent компания одновременно раздавала книги другим пользователям сети, это отдельное нарушение. В марте 2026 суд разрешил истцам добавить к первоначальному иску требование о содействии нарушениям.