Графономика

Через год у США будет столько редкоземельных элементов, что они «не будут знать, что с ними делать», — заявил президент страны Дональд Трамп. Юношеской амбициозности, а порой и нахальству президента США можно только позавидовать. Проблема мировой зависимости в РЗМ и редких элементов от Китая существует не один год и даже не одно десятилетие, и пока ее решить не удалось, даже несмотря на огромные усилия правительств и компаний во многих странах мира. Однако выбить китайцев с этих рынков практически невозможно. Эта даже сложнее, чем выкинуть с нефтяного рынка Россию и Саудовскую Аравию вместе взятых. Редкие земли есть во многих странах мира, в том числе в России, Канаде, Австралии и, конечно, в США. Технологии их извлечения и очистки придуманы не в Китае и не являются какими-то сверхсекретными ноу-хау. Китайская монополия на РЗМ держится на трёх китах: первый — стабильный внутренний спрос, благодаря которому местные производители получают эффект масштаба; второй — это дешёвое электричество, что очень важно, так как процесс извлечения крайне энергоёмкий; третий — это неплохие месторождения с высокой концентрацией металлов в руде. В итоге китайцы получают очень дешёвые РЗМ и дургие редкие элементы, и соревноваться с ними по цене — невозможно. При этом основной спрос на РЗМ сосредоточен не в оборонном комплексе, а в потребительском сегменте: сплавы, оптика, микрэлектроника, магниты. То есть только ради оборонки разрабатывать месторождения не имеет никакого экономического смысла, а в потребительском сегменте цена элементов имеет критическое значение: магнит Made in China будет всегда дешевле магнита Made in USA. В России есть прекрасные месторождения РЗМ, в том числе Томторское с рудами с ультравысоким содержанием редких элементов: ниобия, иттрия, скандия, фосфора. Но его не могут разработать много лет. Причин много, но одна из них — в России на такие объёмы нет спроса, а на мировом рынке правит Китай, хронически занижая цены и контролируя все цепочки переделов — от руды до готового изделия. Схожая ситуация и в США, и в Бразилии, и в Австралии.

Мировой рынок нефти в жёстком дисбалансе. Производство нефти превышает спрос. Все излишки оседают в хранилищах. В результате запасы нефти «в море» достигли уровней 2020 года. Напомним, тогда нефть залила все тазики на планете, а цены нефтяных фьючерсов в США ушли в отрицательную зону. Сегодня при сопоставимых запасах нефти в море цены остаются на относительно комфортном для нефтяников уровне — около 60 долл. за баррель. Все излишки скупают китайские нефтегазовые гиганты, тем самым создавая дополнительный нефтяной резерв по заданию КПК. Лишь в этом году китайские нефтяники скупили более 100 млн баррелей нефти. Официальных цифр КНР не публикует, но эксперты оценивают нефтяные запасы Китая (материковые хранилища, морские, коммерческие и государственные) в цифру более 1,2 млрд баррелей. Такого объёма хватит пережить 100-дневную блокаду всего импорта нефти в страну. И это без экономии ГСМ и сохранением их экспорта в нынешних объемах. Китайцы, по всей видимости, начали подготовку к шторму мировой торговли. Где он возникнет — на Ближнем Востоке с перекрытием Ормуза или в Малаккском проливе, где пиратство поднимает голову, — покажет время. Одно можно сказать точно: вкладывать деньги в золото и нефть сегодня намного надёжнее, чем в долговые расписки США и стран Европы. Ни то, ни другое не конфискуют и не испортятся.

РЖД проведут сокращения в аппарате управления. По данным Vgudok, до 1 ноября руководители РЖД — от заместителей гендиректора монополии до руководителей подразделений — должны представить свои предложения по сокращению кадров. Соответствующая телеграмма от главы компании Олега Белозерова была разослана по холдигу. РЖД в затяжном кризисе. Операционные показатели идут вниз. Например, в 2021 году погрузки на сеть в первом полугодии достигли 632,7 млн тонн. С тех пор показатель упал на 12,8 %, что для инфраструктурной компании очень много, так как большая часть расходов — это постоянные издержки, мало зависящие от операционных показателей. Тогда как доходы привязаны к объемам оказанных услуг. И, конечно, РЖД с его огромной программой модернизации и соответствующим размером долга стала одной из многочисленных жертв ДКП, реализуемой Банком России: кредитный портфель РЖД начал резко дорожать в обслуживании, а российский Минфин сократил субсидии. В результате вначале исчезли деньги на развитие, теперь дошло и до персонала. Текущее сокращение кадров в РЖД — не первое. В целом холдинг реализует многолетнюю программу снижения численности персонала. В головной структуре РЖД сегодня работает более 680 тыс. человек, а по всему холдингу — 850 тыс. Для сравнения: в 2003 году, когда было образовано ОАО РЖД, численность работников головного РЖД составляла около 950 тыс. человек. Однако монотонный процесс непрерывной кадровой оптимизации периодически нарушается всплесками массовых сокращений. Современная история знает два периода скачкообразного сокращения кадров — в кризис 2009 года (54 тыс. человек) и в кризис 2015 года (21,5 тыс. человек). Поэтому, когда РЖД начинает увольнять пачками, это свидетельство того, что экономика России далека от «мягкой посадки».

Япония вряд ли пока прекратит поставки российского СПГ с проекта «Сахалин-2», несмотря на давление США, передаёт агентство Reuters. Российский «Газпром» и «Новатэк» разворачиваются на восток, а североамериканские газовики идут на запад: в ближайшие годы они все встретятся в Азии и вновь заискрит. Североамериканский газ вышел напрямую в Тихий океан, и в ближайшие годы его будет становиться всё больше. До конца десятилетия появится три проекта в Канаде общей мощностью 46 млрд кубометров в год и один реэкспортный в Мексике — 5 млрд кубометров. В итоге на тихоокеанский рынок выйдет около 51 млрд кубометров (37 млн тонн) нового СПГ в год, что сопоставимо с мощностью «Силы Сибири-2» — с ее 50 млрд кубов в год. Для канадских газовиков тихоокеанский терминал LNG Canada сокращает путь газовоза на 50 %, что заметно выгоднее отгрузки с терминалов из Мексиканского залива в азиатские терминалы-регазификаторы. Да и до американских СПГ-заводов канадский газ имел лишь опосредованный доступ. В состав акционеров крупнейшего из перечисленных проектов — LNG Canada — входят Shell, PETRONAS, PetroChina, Mitsubishi Corporation и Korea Gas Corporation — то есть преимущественно азиатский междусобойчик. Поэтому запуск новых терминалов на западном побережье Северной Америки грозит новым торговым конфликтом и дележом азиатского рынка природного газа. При этом в Азии не так много крупных потребителей газа. Заметные объёмы потребляют всего три экономики, и эти рынки уже давно освоены российскими газовиками: трубой в Китай, СПГ с проекта «Сахалин-2» — в Корею и Японию. Но рынки Кореи и Японии уже давно не растут, а одному Китаю 50 млрд кубов нового СПГ не «проглотить»: по данным ФСЭГ, в прошлом году спрос в КНР вырос на 33 млрд кубометров и во многом благодаря трубному газу из России. Не надо забывать, что в ближайшие годы в Китай увеличатся поставки по «Силе Сибири-1» и заработает Дальневосточный маршрут, о чём недавно заявляли в «Газпроме». Да и другой крупный российский проект «Арктик СПГ-2» также начал отгрузки продукции в КНР. Таким образом, затоваривание рынка СПГ в тихоокеанском регионе неизбежно. Американцы это уже разглядели и начали давить на японцев с целью отказа от российского газа. Японцы, как и европейцы пять лет назад сопротивляются. Поэтому, чтобы не было проблем, стоит учиться на прежних ошибках, а значит необходимо усилить охрану проекта «Сахалин-2».

Доминация Китая на мировом рынке безусловна — КНР является мировой фабрикой всего. Сегодня сложно назвать товар или услугу, не производимую в стране. В результате экспорт из страны в прошлом году достиг 3,6 трлн долларов с профицитом — немногим более 1 трлн долларов. При этом под боком у Китая есть ещё и экспортная гавань в виде Гонконга (0,64 трлн долларов экспорта в 2024 году) и реэкспортный Сингапур (0,5 трлн долларов) — оба образования исторически завязаны на торговлю с Китаем, и вся их экономическая функция — ворота в Китай. Ближайший экспортный конкурент Китая на мировом рынке — США — отстают по объёмам экспорта от КНР в 1,8 раза, при этом имеют хронический дефицит — 0,9 трлн долларов. Европейский локомотив Германия экспортирует в 2,1 раза меньше, чем КНР. Весь сарказм истории в том, что мир де-факто вернулся в состояние, предшествовавшее опиумным войнам. Китай велик и самодостаточен, всему миру нужны его товары, тогда как самой стране от мира практически ничего не нужно: бивни мамонта и панты оленей сегодня заменили нефть и газ. В итоге всё серебро и золото, которое развитый мир может награбить, через одну-две итерации стекается в Китай. И с этим ничего нельзя поделать: США, Япония и Европа проиграли экономическое соперничество КНР, и, конечно, у лидеров Запада по этому поводу зудит. Ещё 20–30 лет таких дисбалансов — и Китай станет настолько мощным, а США, Европа и Япония настолько ослабленными, что гегемония будет сдана по первой просьбе КПК ещё и с почестями, благодарностью лично от американского президента и подарками в виде Тайваня и Кореи.

Как вообще в список самых опасных городов Европы попал Минск, заняв 28-е место и немного уступив Барселоне, где действительно страшно находится, особенно в тёмное время суток? Олимпийская Барселона 92 года, туристическая Барселона начала нулевых и Барселона сегодня — эти три разных города по менталитету, комфорту и, конечно, безопасности. Впрочем, самые неприятные для пребывания города находятся во Франции и Великобритании. Одесса и Днепропетровск намного безопаснее Брэдфорда и Марселя! Есть масса ужасающих цифр по числу насильственных преступлений в Европе в последние годы. Все они говорят об одном: местные органы безопасности потеряли контроль над городами. Там властвуют мигранты, и год от года ситуация становится всё хуже. Без кардинальных мер — буквально репрессий мигрантов — ситуацию не исправить. Но в сегодняшней Европе это невозможно: там царствует политика всеобщего гуманизма к мигрантам. Что контрастирует со скотской внешней политикой: не лучше ли «любить» мигрантов на их исторической родине в Афганистане, Сирии и Ливии, чтобы они не ехали в Европу? Поэтому безопасность европейских городов и дальше будет стремительно падать, а насилие расти — пока это не перерастёт в гражданские столкновения: ежегодно число новых жителей европейских мегаполисов растёт на миллионы арабоязычных граждан и их критическая масса растет. На этом фоне понятно, почему в рейтинг не попала Москва. И не потому что её не считали или в городе нет мигрантов. Москва — мегаполис, где, например, практически исчезли автоугоны из-за полной просматриваемости камерами видеонаблюдения. С одной стороны, уровень цифрового контроля в Москве зашкаливает, с другой — это делает густонаселённый город абсолютно безопасным. Конечно, здесь тоже бывают преступления. Но за последнее десятилетие число насильственных преступлений снизилось со 140 тыс. до 80 тыс. в год. В то же время выросло число финансовых и мошеннических нарушений. Впрочем, последнее скорее говорит о качестве работы МВД: полиция научилась (в том числе благодаря цифровому контролю за финансами) раскрывать такие преступления. И, конечно, выбирая между абсолютным мигрантским хаосом и цифровой диктатурой, второе кажется более приемлемым.

До конца десятилетия имеющиеся мощности для сжижения газа в Северной Америке удвоятся — именно так должна звучать эта новость. Строящихся СПГ-заводов в Штатах, Мексике и Канаде много, а вот появится ли в макрорегионе дополнительные 150 млрд кубометров газа в год для сжижения и экспорта — это большой и сложный вопрос, на который прямо не может ответить даже Минэнерго страны. Ведь товарный газ — это не просто метан, добытый из-под земли. Это газ, доставленный до потребителя или хаба. То есть газ имеет цену в конфорке плиты, на лопатках газовой турбины или в котле ТЭЦ. В иных случаях метан — это не деньги, а проблема: текуч и взрывоопасен. Основная проблема газовой отрасли в том, что месторождения имеют крайне плохое свойство — заканчиваться. Вместе с этим вся газотранспортная инфраструктура превращается в тыкву, что сейчас и происходит в главной газовой провинции Штатов — Пермском бассейне. Месторождение проходит пик — это базовый прогноз Минэнерго США. Уже в этом году баланс газа в США отрицательный. Небольшую дырку покрывают запасы в ПХГ и импорт из Канады. И это уже отразилось на цене газа на внутреннем рынке США - она заметно выросла. Богатство Перми сыграло с газовиками Штатов злую шутку: дармового попутного газа было очень много. Последнюю пятилетку цены хронически находились ниже уровня экономической целесообразности разведки любых новых месторождений и тем более строительства газовых магистралей. И, конечно, никто ничего не разрабатывал и не строил. И теперь Пермь — всё! Газовые месторождения-гиганты в США есть: те же Аппалачи. Но их нужно связать с основными хабами трубой. А это потребует десятилетия и больше и то, если проекты пойдут по «зеленому коридору». Тогда как новый газ для СПГ-терминалов нужен уже сейчас.