Твой стремный коллаб

Как будто у этого мерча есть легкий привкус открыток из вотсапа, только от интеллигентных пожилых родственников (мое имхо). Я — team J'adore Saint-Petersbourg, видимо…

Альфа и Баста «вдохновились» арт-группой NONSNS? Неделю назад красный банк дропнул мерч с рэпером под громким заголовком «Не очередная коллаба бренда и артиста, а ТИРАЖНОЕ ИСКУССТВО. Это Альфа-Банк x Баста». Где-то мы это уже слышали, но где? Кажется, в прошлом году на Винзаводе в галерее FUTURO, где ребята делали проект БЫТЬ В ИСКУССТВЕ. У меня о ней был пост: «Сама выставка выглядит со стороны он как поп-ап мерча — белый кафель, неоновая бегущая строка, привычные худаки и носки с надписями. Именно так многие мимопроходящие праздношатающиеся по Винзаводу и воспринимают происходящее — магазин со стритвиром. Лицо Саши Обуховой, мелькающее на телевизоре не всем знакомо, эту пасхалку замечают лишь избранные. И даже бегущая строка, что это не шмот, а тиражная графика часто остается без внимания. Меж тем, все вещи по замыслу авторов — именно тиражные произведения. Носки стоят 3999, худи 69999, лонги не помню сколько. Для коллекционеров, купивших худи, действует акция — гольфы в подарок». То есть идея была такая: это не мерч, это тиражка! Покупай совриск! Креативщики Альфы (а скорее нанятого агентства) вполне могли там побывать и вдохновиться идеей, сделав из пост-иронии рекламу. Если так, то считаю это огромным успехом для NONSNS. Ну а если оценивать рекламную акцию Альфы, то хз, для людей, кто в теме мира искусства, так сказать, все это выглядит как жесткий колхоз. А кто не в теме, тот вряд ли поймет в чем прикол и что за тиражное искусство такое. Кстати, я клиент Альфа банка и у меня обращение: дорогие, любимые, а можно как-то сделать так, чтобы вашими продуктами было менее больно пользоваться? Все-таки вы банк, а не магазин мерча, ой, простите, ТИРАЖНОГО ИСКУССТВА. А то если так дальше пойдет, то мне придется за банковскими услугами ходить на новую ярмарку графики Cosmoscow, видимо.

Лайтбокс «Коллективное и бессознательное» художника Михаила Рубанкова заметила на видео из кабинета руководителя АНО «Диалог» Владимира Табака во время просмотра нового разоблачающего ролика про элиты российской политики. Прямо почувствовала себя немного Лерой Венерой — это известная блогер, которая делает обзоры на искусства в домах селебрити и интернет-персонажей. Удивительно, как этот бесхитростный «пост-московский концептуализм для бедных» удачно подходит герою, который буквально занимается коллективным и бессознательным. Все-таки как много играет контекст — такой же лайтбокс видела у Игоря Суханова в ДК Громов на слишком смелый по текущим временам выставке и воспринималась совсем по-другому.

+2

Важная новость: через неделю еду на ярмарку Catalog в Москву впервые не как зритель, а как со-куратор и временная сотрудница стенда KGallery. У нас с галереей отношения складываются так: мы обсуждаем какую-нибудь абстрактную идею из серии «а вот хорошо бы когда-нибудь», а через неделю мне пишут: «в общем, мы делаем, и, кстати, уже завтра». Именно так мы за полтора месяца собрали выставку современной и советской печатной графики «Случайный тираж», на которую, к удивлению и моему, и галереи, пришло много посетителей (и покупали тоже хорошо). Последний раз я заходила месяца два назад и сказала Кристине и Владимиру Петровичу, что неплохо бы сделать выставку про цветы — потому что меня дико бесят выставки про цветы и бесконечные работы про цветы, которые заполонили все ярмарки. Хочется как-то осмыслить этот феномен в исторической перспективе XX века. Цветы ведь иногда не просто цветы, и в советское время именно в рамках натюрморта можно было позволить себе чуть больше. Поговорили, а через пару недель звонок — Кристина решила сделать стенд по этой концепции на Catalog. Из-за специфики подговтовки ярмарки времени было катастрофически мало (неделя, например), но все-таки нам с Ксюшей Бендиной под чутким руководством старших удалось собрать набор художников в рамках концепции: от 1930-х годов до самой современности, от полуабстракции до конвенционально «красивого» фарфора и милых статуэток Серафимы Сажиной. Особая любовь — большие полотна PARAZIT’а Ивана Смирнова с цветами за всевозможными ограждениями и абстрактные букеты стерлиговца Александра Носова. К сожалению, у стендов очень жёсткие критерии, и оформить его как мини-выставку не получается, но кураторскую экскурсию по этим небольшим квадратным метрам мы с радостью проведём. Буду на стенде 27-го (превью для коллекционеров), а также 29-го и 30-го — в выходные. Очень хочется встретиться: в Москву получается приезжать в последнее время реже, чем в Красноярск. Ну а кто едет как участник — тем более буду рада: возможно, нам придётся провести вместе ночь на монтаже, что для меня абсолютно новый опыт :)

+5

Царь-систему коллабов взяли на вооружение орги премии для уральских, сибирских и дальневосточных художников SCAN Awards — той самой из Красноярска; под брендом SCAN там же делают и ярмарку. На прошлой неделе я летала туда на вручение, а как иначе — Красноярск мой новый любимый город. Так вот, как они хитро устроили систему наград. Денежные призы для почти всех лауреатов обеспечили основатели премии — ресторанная группа Berrywood Family. Её совладелец, коллекционер Дмитрий Журкин, заслуживает отдельного поста (и он будет): в номинации «секс-символ российского коллекционирования» он точно попал бы в первую тройку. Но кроме денежных призов были и другие — например, персональные выставки в известных галереях европейской части России. Вот смотрите: — издание «Афиша Daily» выделило 150к для победительницы премии «Проект года» Элины Гусаровой; — выставку нижнетагильского фотографа Фёдора Телкова покажут в московской галерее PENNLAB; — проект тюменской художницы родом из Грозного Дианы Окаевой с очень красивыми тканями и костюмами покажут в «9Б» (Нижний Новгород); — Алексей Мартинс, вернувшийся в родной Красноярск после трипа Москва–Лондон (многие помнят его по «Архстоянию-2017»), получил персоналку в a—s—t—r—a; — персональный проект в Marina Gisich Projects представит художник и куратор из Екатеринбурга Сергей Потеряев; — премию «Выбор институции» от Школы Родченко, а также бесплатное обучение на онлайн-курсе по направлению «Современная фотография» получила художница Ульяна Кармачева. И это ещё не все приколы. Получилось, что призами была охвачена чуть ли не половина номинантов. Забавно, что победительница специальной «красноярской» премии Дарья Бралкова сейчас показывает шоукейс своей «Картонка Gallery» в Петербурге, в пространстве BABUL' Gallery. Одну из графических работ Дарьи я купила во время церемонии вручения SCAN Awards — спасибо каким-то авторским сибирским коктейлям.

+5

А почему мы еще не обсудили трендовую керамику Рамы — Дуваджи жены мэра Нью-Йорка Зорана Мамдани (что-то забыла запостить, когда шел весь хайп вокруг его избрания). Вообще она иллюстратор-аниматор, но в последние два года предаетс занятиям керамикой. Поразительно, насколько это глобальный тренд и насколько все эти штуки интернациональны — «милая керамика». В России также имеет подвид «милая матерная керамика».

Госпади, вот это прикол) с некоторым ужасом вспоминаю подготовку релиза коллаба бифри с этой игрой. Теперь тарелки и статуэтки с Atomic heart сделали на Императорском фарфоровом заводе, видимо, как альтернативу классическим советским фарфоровым балеринам, которые были в каждом втором доме. https://t.me/sobaka_ru/55735

Зачем и кому на самом деле нужны опен-коллы (и почему вам, скорее всего, не нужны) В этом посте я начала масштабный наезд на такое явление, как опен-коллы в арт- и околоарт-пространстве (коими являются всякие коллабы). Дело в том, что я заметила: многие — как творцы, так и менеджеры — не понимают, когда и зачем нужен этот инструмент. Давайте прояснять. Что такое опен-колл по своей сути? Это открытый конкурс, куда заявку может подать кто угодно. Опен-колл — это огромная воронка, в конце которой как бы должны быть отобраны авторы, способные дать искомый результат. Когда он нужен? Сначала аналогия. Представьте себе ситуацию: есть два заведения, и они ищут персонал. Первое — сеть фастфуда «Вкусно и почка» с 200 точками в 50 городах. Каждый месяц HR нужно закрывать для «Почки» тысячу вакансий по всей стране. Жарить картошку там в целом может каждый, кто достиг 14-летнего возраста. Поэтому, конечно, HR нет смысла набирать такой персонал по личным рекомендациям — ему нужно настроить систему массового найма. «Приходите к нам в “Почку” работать, зарплата до 120 тысяч рублей*». И на каждой остановке такой баннер. Второе заведение — новый проект от создателя какого-нибудь знакового петербургского гастробара в Москве. Нужен шеф, управляющий, официанты, которые не посрамят славный бренд. Как будут их искать? Ну уж точно не по объявлению на фонарном столбе и даже не через HH. Слишком много тонкостей и нюансов — нужны проверенные люди, совпадающие по вайбу. А может быть, и третий случай: некое новое кафе хочет зачем-то вирусного пиара, но денег нет. Основатели дают на HH и во все тематические чаты объявление: «Ищем поглаживателя осетров» — что-то в этом духе. Потом закидывают скрин с HH в разные медиа. Искра — буря — безумие, и про них уже делают мемы и снимают рилзы. Теперь переносим аналогии на нашу сферу. Когда опен-колл имеет практический смысл для всех участников — и на него действительно можно податься? — В сам конкурс заложен масштаб и реальная необходимость охватить тысячи креаторов. Например: «Всероссийский конкурс рисунков с котами — в финале выставка 500 лучших работ на ВДНХ в павильоне кролиководства». Или как Befree делали конкурс на принты про особенности разных городов страны. — Какой-то фестиваль, выставка или ярмарка, ориентированные на поиск совсем молодых и начинающих авторов — и этот фактор краеугольный. — Какой-то госпроект, которому нужно за что-то отчитаться. Когда опен-колл имеет практический смысл только для организаторов. Организатор рассматривает опен-колл как PR-инструмент с относительно большим охватом. Представим условного девелопера «Вертолёт». Бренд-директор решил, что нужно добавить в имидж меценатских красок, да и вообще совриск — это модно. Делает опен-колл на арт-объект в новом ЖК: победителю — гонорар и реализация. Люди из индустрии понимают, что такие дорогие и трудоёмкие штуки ноунейму с опен-колла всё равно не доверят: в реальности победит человек, которому доверяет куратор. Но медиа-волна проедется, может, даже и на бесплатные публикации медиа разведут. Кстати, именно по этой причине я с основания канала опен-коллы беру только за деньги — даже если заказчик некоммерческий (музей, например). Когда опен-колл не имеет смысла. — Поиск новых художников в свою галерею — показатель профнепригодности или лени куратора. Причём сэкономить время на поиски как раз не получится: придётся разгребать сотни нерелевантных портфолио. — Когда нужно найти авторов в ответственный, сложный и трудоёмкий проект — даже если в такой открывают опен-колл, чаще всего всё равно берут своих. — Коммерческие продуктовые коллаборации, от которых ждут конкретного результата. Это, конечно же, моё ИМХО — основанное на собственной практике, а также многочисленных разговорах с кураторами и бренд-менеджерами. Не согласны? Делитесь в комментариях.

На неделе получила посылку какого-то огромного размера, начала распаковку и неожиданно почувствовала живительный запах мха и шишек. Они лежали на дне ящика, в который запаковали новый мерч от Рокетбанка х Музея «Гараж». Из белых холщовых пакетов я извлекла сами айтемы — кепку с пришитым к ней платком и модную сейчас сумку через плечо с подкладом из искусственного шелка — на платке и подкладе изображена девочка-гриб. Рисунки сделал Никита Ерохин, молодой художник, с которым работает галерея Shilo, вы могли видеть его на последнем Блазаре. Думаю, петербургские заметили некоторую тематическую связь с Федей Хиросиге — у нее появился грибной брат в Москве. Мерч — часть промо нового микса «нерегулярного» радиошоу «Станция» от «Гаража», где каждый выпуск — это аудиоработа, созданная независимыми музыкантами и художниками. На этот раз спецвыпуск делает гаражная любимица Kedr Livanskiy (Яна Кедрина). Выпуск посвящен грибнице — это вообще модная тема не только в современном искусстве (сразу вспомнила Костю Ставрова и куратора Дарью Болдыреву), но и в лайфстайле милинеалов, которые после бердвотчинга перекинулись на медитативный сбор грибов, т.н. «тихую охоту». В грибах не разбираюсь, но хобби, считаю, актуальное! Как выглядит головной убор показываю на себе — завязывать его можно разными способами. Если хотите такой же, то его можно выиграть: прикрепить в комментариях под этим постом ваше лучшее осеннее фото. Дедлайн — сегодня🫠.

Если вы среди тех, кто покупает эти pisdets тарелки от Алены Долецкой (чтобы сервировать маракуйю с горгондзолой на дому), то обратите внимание на петербургскую классику — чашки керамистки Даши Сурмило. Ну чтобы уже был тематический сервиз.

Осиротели. Не стало Эрика Булатова.

Во вторник в ночь лечу на премию SCAN в Красноярск, а отверженный стилист Овечкин (родом из деревни в Красноярском крае) уже там, на открытии предпремиальной выставки! Считаю, что ярмарка SCAN и все сопутствующие движи — одна из главных коллабораций арт-искусства и бизнеса в нашей стране (это все делает местная ресторанная группа Berrywood Family). Как в тему Овечкин засветился (кстати, видела его на Космоскве, впрочем любовь к искусству отлично отмывает репутации), ведь прямо сейчас еду в ресторан сибирской кухни на арт-бранч посвященный срачу вокруг стилиста, который сама и собрала, потому что все, что связано с Красноярском теперь — моя особая любовь (вот так один раз съездила и пропала). https://t.me/baldebut/16378

Две недели сидела дома — поздняя осень способствует мрачному созерцанию, нежели живому участию. Однако, сегодня исторический день — отец кабаре «Шум» и мой хороший приятель Артем Балаев сделал подход к «проклятому месту», а именно — открыл кафе «Документалист» в здании студии «Лендок». Коктейли, вино, кухня от шефа, который работал в «Белуге» — впрочем, в гастрономии я не очень разбираюсь (есть оливье и пельмени со щечками — я и рада). Важно другое — место это особенное: и вайбом, и архитектурой, и историей, да и локация — любимейшее место города, которое в последние года заметно джентрифицировалось — в двух шагах Hideout с Aster. Не хватало только какого-то изящного места для ужина и «Документалист» им может стать; в ближайшее время обещают еще и джаз-клуб за шторкой. Но есть нюанс — пять лет назад, в разгар ковида, мы праздновали там открытие проект другого дружочка, Рината Умарова, я даже брала у него по этому поводу интервью в «Собаку». Однако, долго этот идеальный дом культуры не прожил, было там еще что-то, но мне было уже не интересно. Закрылся и великий кинотеатр в белом зале (где Ринат как раз устраивал тусовки), сейчас он передан Мариинке. В честь открытия кафе нас сегодня устроили экскурсию в лендоковский музей и с посмотром старого киножурнала — совершенно потрясающую, но с ноткой грусти, потому что судьба киностудии не определена. Вопреки всей этой ауре есть какая-то уверенность, что «Документалист» поживет подольше предыдущих покорителей локации, ведь получилось же из подвала сделать культовый «Шум». Ну и вроде как будут и выставки, и какие-то другие культурные моменты. Живу недалеко, поэтому буду следить за местом. И вот еще деталь — на торжественном открытии увидела культового кинокритика и знатока польского кино Юрия Ароновича Шуйского, между прочем научного руководителя моей первой исследовательской школьной работы. В Эрмитаже Юрий Аронович вел киноклуб, я туда ходила, потом, уже работая, помогала с организацией, правда не по моей вине отношения сошли на нет. Через 10 лет вновь увидеть было приятно, хотя подойти не решилась. Вот такие встречи бывают на открытиях ресторанов в важных местах.

Какие рекламодатели были у арт-журналов? Обратила внимание на «Диалог искусств» 2020 года с рекламой новой бэхи. Почему-то раньше не обращала внимание. Видимо, потому что тогда я еще не смотрела столько рилзов на тему «новый китаец vs старая бэха». А вообще забавно, потому что в те же арт-номера оставшихся журналов стараются встать как бы близкие теме рекламодатели (ну хотя бы девелоперы). С другой стороны, Geely Monjaro какой-нибудь как-то не смотрится пока в арт-номере в связи со сложившимся неприятием китайских тачек как премиальных.

Наконец-то кто-то взял вью у челов, которые сделали рейв в Кронштадте с Глюкозой, 9mice и целым выводком очень юных художников. Пожалуй, более заряженного энергией арт-события я не посещала за последнее время — там все было оч негладко и неровно — прямо в духе первого фестиваля на фортах, пока это не стало супер-коммерческим движем нулевых. За то и ценно. И прямо сейчас у ребят очередная туса на Ленфильме, но я не иду — я и Кронштадт еле пережила. https://t.me/sobaka_ru/55371

Данил Дэге у Befree — это, конечно, секрет Полишинеля, его было легко угадать по превью на витрине Яндекс Маркета. Коллекция вчера поступила в продажу — очень удачно, что через неделю после открытия персональной выставки в Петербурге! При всем скепсисе к тематике собачек и цветочков — хорошо они смотрятся на этих вещах. Маленькая деталь для продюсеров и арт-директоров: обратите внимание, что эта супер-яркая одежда на съемке, в видео, на витрине маркетплейса — в очень минималистичном сэт-диазйне в духе белого куба. Оттеняет хорошо, как и внешность моделей.

Непопулярное мнение про союз «Гаража» и Ushatava высказал Павел Вардишвили. Что тут важно? Можно, конечно, грустить о прошлом, но если в сухом остатке: арт-институциям с фокусом на контемпорари (особенно с большим международным прошлым) остаётся единственное — бесконечно перебирать архивы. Чем «Гараж», собственно, и занимается. Потому что альтернатива — развесить везде цветочки и собачек. Ведь кому хочется вешать и снимать, вешать и снимать? Даже показы не во всех институциях сделать получается из-за бюрократии (с Публичной библиотекой в этом плане попроще). Я считаю, что «Гараж» и Ushatava совпали идеально. Недаром бренд, в общем-то юный (10 лет), постоянно перебирает собственные архивы — и называет их архивами. Да и как не вспомнить выставку Бротарса в том же Гараже? Когда-то я начинала свой трудовой путь именно с работы в историческом архиве — тогда все окружающие меня люди (а с ними и институции, медиа и акторы) смотрели куда-то в будущее, поэтому такая работа меня несколько удручала. Не случайно сейчас многие всё меряют мерками 2013 года — прямо как в советское время сравнивали с 1913. Могла ли я тогда подумать, что пыльное слово «архив» станет буквально единственной формой жизни для тогда новых, а теперь уже старых институций и их партнёров. Мы живём в большую эру Архива, но важно помнить, что с архивами тоже нужно быть начеку, потому что там всегда можно что-то найти. https://t.me/psychodaily/5002

5 причин сходить в Музей «Гараж». Первая — на показ Ushatava с iconic белыми пластиковыми стульями. Кстати, классный ИИ на экранах. Еще 4 причины оставьте в комментариях. ГЭС-2 — срочно ищите себе всеми в тусовке любимый бренд в партнеры, пространство позволяет делать и не такое. А, точно, у вас же LIME…Кстати, что LIME в ГЭСе, что Ushatava в Гараже — все крутятся вокруг униформы, рабочей одежды и ее исследования. И честно, говоря, я этого не понимаю. Не пролетариатом-прекариатом единым же. https://t.me/fashion_mur/72479

У меня истерика! 2009 год, но эта обложка могла выйти сейчас и мы бы не заметили подлога — Ксения Собчак и Бугаев-Африка все еще выбирают дольче вита и без дольче габана (хотя вроде на своей вечеринке в память о нулевых, Ксения была как раз в платье от этого бренда). Сергей также не выпал из обоймы — был замечен с продюсером Оливера Стоуна на еще одной ностальгической тусовке (от Антиглянца), а в Петербурге что-то готовит с медиа-артом на стадионе СКА Арена.

+2

Небольшие бренды потеряют «идеологическую» привлекательность? Помните конец 00-х — середину 10-х годов? Носили ли вы тогда российский масс-маркет? Если и носили, то без удовольствия. Хорошо помню, как покупала у девочки-студентки «Тряпки» (ВУЗ для будущих дизов одежды) сшитую ею блузку через группу во «ВКонтакте» — и искренне удивилась, узнав, что дизайнерка мечтает работать в Melon Fashion. Тогда мне казалось это лютым зашкваром, ведь куда класснее делать что-то своё или работать в маленьком бренде. Именно тогда появились модные мультибренды российских дизайнеров, условно «хипстерские» бренды типа Oh, my, которые покупали не столько из-за качества или отсутствия аналогов в масс-маркете, сколько из-за «идеологической» надстройки — с искренним маркетингом, съёмками, ToV, вдохновляющей историей основателя и коллабами с такими же «идеологически» близкими брендами и институциями. Тогда российский масс-маркет в этом плане был не особо конкурентоспособным. Разве что помню, как безумно любила своё платье из коллекции Zarina и Ренаты Литвиновой — и на этом всё. Теория малых дел, свой маленький бренд, который транслирует ценности, — всё это развеялось как дым. Только за последний год мы недосчитались пары десятков российских брендов, рожденных в то время, а остальные честно признаются в соцсетях и медиа, что им тяжело. Некоторые основатели (например, хозяйка бренда Chaika) построили концепт соцсетей на рассказах о сложной внутренней кухне. Но парадоксальным образом именно биг-бренды, которые быстро сориентировались на местности после начала СВО и ухода международных сетей, заняли не только нишу в продукте, но и пространство некоторой ламповости, производства благ и ценностей для комьюнити, а также арт-хаусности в визуале. Я хорошо помню, что в 10-х кампейны российского масс-маркета были сугубо коммерческими, тогда как «малыши» могли позволить себе арт. А сейчас просто посмотрите на съёмку LIME с балериной Полиной Нецветаевой-Долгалевой! Правда в том, что маленькие бренды в текущих условиях финансово с трудом тянут даже каталоги, не говоря уже об экспериментальных кампейнах. А тот же LIME может вообще не париться с его долей рынка и снимать арт-хаус, давая свободу креаторам — это уже никак не повлияет на продажи. Мог ли Befree в условном 2013 году сделать коллабу с журналом «Сеанс» — да такую, чтобы она реально разлеталась как горячие творожки? Нет. Тогда Befree делали что-то то ли с футболистами «Зенита», то ли с Гошей Куценко, ну в лучшем случае — с интернет-селебрити художницей Элен Шейдлин (тогда, в 2016 году, Леной Шейдлиной). А сейчас — пожалуйста, и ещё вечеринка для суперузкого сообщества петербургских около-киношников, тусовщиков андеграунда (которым в 10-х носить Befree было зашкваром именно идеологически). Кста, я там была сама и атмосфера была совершенно не масс-маркет, а скорее бар «Хроники». Кстати, в рейтинге РБК именно LIME (бренд, к слову, с собственной галереей формата «белый куб») на первом месте — в том числе по интересу аудитории (Befree — на третьем-четвёртом). И в ту же сторону двигаются другие биг-бренды. Тенденция налицо, но она меня, конечно, расстраивает. Потому что для кукухи человека (моё ИМХО) куда лучше работать в рамках своего бизнеса, делать своё. Но реалии таковы, что если ты по продукту пытаешься конкурировать с условным LIME, то ты проиграешь (что объясняется экономически), но и в поле конкуренции за ценности — тоже. Люкс, кутюр — они в безопасной зоне, а средний сегмент, сами понимаете... Очень желаю всем хорошим авторским брендам сохранить себя. Но надо не обманываться — масс-маркет уже берёт верх в той зоне, где вы раньше его обыгрывали. Тут я могу оценить с двух сторон, так как поработала и в фэшн-корпорации и в небольшом бренде, который родился в 10-х не только благодаря продукту, но и мощной истории про ценности.