Димитриев

В комментах затронули роль Советского Союза в деколонизации Африки, Азии и Латама. Но дело совсем не в идеологии — не так уж африканцев впечатляли портреты Ленина на красном фоне. Деколонизация шла по объективным причинам. Первая — демография. Администрация колоний занималась вакцинацией, боролась с малярией, внедряли элементарную хирургию, гигиенические правила. Это резко снизило детскую смертность. Население черной Африки с 1900 по 1950 год выросло примерно вдвое, в потом к 1980-му — удвоилось снова. СССР активно участвовал в этом процессе напрямую: Советский Союз поставил в развивающиеся страны около 1,5 млрд доз вакцин от оспы, создал препараты от полиомиелита. Параллельно в Африке работали китайские медицинские бригады в Африке. Расчёт был политический, эти страны потом хорошо голосовали в ООН. А европейскся колониальная администрация строилась совсем под другую численность. И когда людей стало в разы больше, нужны были большие вложения. Нужно было либо тратить деньги на колонии, либо уходить. Европейцы стали уходить, но оставляли за собой отдельные сферы - добычу ископаемых, логистику, финансы. Параллельно шла зелёная революция — выведение высокоурожайных сортов пшеницы и риса, массовое применение удобрений. В Африке эффект был слабее, в Азии и Латинской Америке больше, но принцип тот же: людей становилось больше, политические структуры не успевали. Метрополии стали сокращать администрацию. Вторая важная причина деколонизации — распространение АК-47. До него у колониальных армий было непреодолимое технологическое преимущество над местными ополчениями с копьями, фитильными ружьями. Небольшой профессиональный отряд контролировал большую территорию. АК это изменил. Теперь любой отряд из нескольких десятков человек с ящиком автоматов становилась серьезной силой и политическим движением. На этом этапе уже можно было вслед за ящиком автоматов передать красные флаги. Советские поставки шли по политическим каналам — национально-освободительным движениям. Кто присягнул идеологически, тот получал плсылку. Китайский Тип 56 распространялся по коммерческим каналам, без привязки к идеологии получателя. Потом, к 1970-м АК в той или иной версии стали производить в десятках стран и он стоил на африканских рынках дешевле мешка зерна. Это открыло дорогу не только освободительным движениям, но и полевым командирам и этническим ополчениям. Колониальные границы нарезались в общем без учёта этнического состава населения. Пока существовала колониальная администрация, она удерживала противоречия силой. Освобожденные молодые государства унаследовали границы, но ресурсов для их удержания не имели. Дешёвое оружие превратило скрытые этнические конфликты в войну и геноцид. СССР в этой картине не инициатор. Советские поставки и медицинская помощь ускорили процессы, которые шли по объективным причинам, независимо от Москвы. Демографическое давление - следствие распространения западной медицины и биотехнологий. Ну и удешевление оружия - вот причины деколонизации.

👆👆👆 Не фейк.

От Суэца до Ормуза, от нефтедоллара к нефтеюаню. Как 70 лет назад Британия с Францией перестали быть великими державами и могут ли США потерять мировое лидерство после войны в Иране? Станет ли война с Ираном началом конца для мировой гегемонии США? Именно о таком сценарии развития событий всерьёз рассуждают в западной, и в том числе американской прессе. Например, издание New Statesman пишет о том, что «военно-теократическая диктатура начала финальный развал имперской власти США», а вот Иран по итогам войны может превратиться из страны-изгоя во влиятельную мировую державу и «решающую силу в мировой нефтяной экономике». В этом смысле напрашиваются интересные аналогии с другим военным конфликтом – случившимся 70 лет тому назад в 1956 году Суэцким кризисом. Тогда коалиция из Великобритании, Франции и Израиля вторглась в Египет для восстановления контроля над недавно национализированным властями этой страны Суэцким каналом. Союзникам удалось одержать победу на поле боя и занять территории, прилегающие к каналу (в Израиле поговаривали даже об их аннексии). Однако довести дело до конца не удалось: против действий коалиции резко высказался СССР, угрожая вступлением в войну на стороне Египта с применением ядерного оружия. Опасаясь начала Третьей мировой, а также желая ограничить в целом геополитическую активность европейских колониальных империй, против Британии, Франции и Израиля выступили и США, угрожая ввести санкции. В итоге победители на поле боя вынуждены были оставить занятые территории, а Египет сохранил контроль над Суэцким каналом, выйдя «победителем по очкам» из войны с превосходящими по силе противниками в числе которых была и ядерная держава (Британия). Следует понимать, что на тот момент Франция и Великобритания все еще считались ведущими мировыми державами, сохраняя контроль над огромными колониальными территориями, а Ближний Восток рассматривался как их традиционная сфера влияния – эдакий «задний двор империй». Однако Суэцкий кризис показал, что все эти представления устарели, мир безвозвратно изменился, и державы Старого Света уже не могут по своему усмотрению распоряжаться даже «у себя на заднем дворе». Среди прочего, именно Суэцкий кризис, как считается, ускорил распад колониальных систем и превращению Великобритании и Франции во второстепенных игроков в новой системе глобального мира, бал в которой правили соперничающие друг с другом США и СССР. Что касается конкретно Ближнего Востока, то очень важные события произошли здесь спустя примерно 20 лет после Суэцкого кризиса. В 70-х годах заработала система, идеологом которой был тогдашний госсекретарь США Генри Киссенджер. Именно при нем США удалось найти определённый баланс между Израилем и арабскими государствами и стать гарантом безопасности для всех ключевых игроков региона. Особый интерес представляет та часть «системы Киссинджера», которая касалась арабских монархий Персидского залива, которым США предложили весьма интересную и, как оказалось, достаточно выгодную сделку. Суть системы заключалась в следующем. Арабские страны обязались продавать нефть исключительно за доллары США, а полученные от продажи нефти средства – вкладывать в американские ценные бумаги: государственные долговые облигации или акции американских компаний. США же взамен соглашались гарантировать их безопасность и в целом обеспечить стабильность в регионе, что было важно в тогдашней обстановке, когда лишь недавно отгремела война Судного дня между Израилем и коалицией Сирии и Египта. Для монархий Персидского залива эта сделка была крайне выгодной: они получали не только гарантии стабильности в регионе, но и доступ на финансовый рынок США, что позволяло умножить их нефтяные доходы. США же получали устойчивый спрос на доллар как главное средство расчётов за нефть и нефтепродукты (откуда и пошёл термин «нефтедоллар», т.е. доллар, обеспеченный нефтью), а затем – энергоносители вообще. Кроме того, США получили устойчивый спрос на свои ценные бумаги, включая долговые обязательства, что существенно увеличило финансовые возможности Америки. Продолжение здесь.

Многие подписчики усомнились в том, что европейское финансирование и интеграция украинского ВПК в промышленность Европы что-то изменят на фронте. Аргумент известный: дроны остановят любые наступления, прорывы невозможны, фронт заморожен. Это рассуждение опирается на образ наступления из прошлой войны. Бронеколонны, прорыв линии, котёл. Нет колонн — нет наступления. Это понятно. Только дроновая война меняет сам принцип наступления. Если основным видом оружия стал дрон, то и прорывать фронт должен он. Пока не до конца ясно как это делать, но ВСУ экспериментируют. Судя по публикациям в украинских каналах, они пытаются массировать беспилотные средства разных типов на одном участке. Раньше, в прошлую эпоху, массировали танки и авиацию, создавая бронированный кулак для прорыва. Сейчас формируются беспилотные кулаки — увеличенное количество разных дронов, одновременно работающих на разных дистанциях и по разным целям. FPV давит передовую. Middle strike — дроны с дальностью до 200 км и боевой частью свыше 100 кг — одновременно бьют по складам, ремонтным базам и пунктам управления в тылу. Дальнобойные беспилотники бьют по инфраструктуре снабжения ещё глубже. К этому добавляются наземные дроны — пока в экспериментальном режиме, но уже применяемые для разведки, минирования подходов и сопровождения пехоты на штурмовых участках. В целом дроны должны пробить брешь в обороне и дать возможность пехоте продвинуться вперед и закрепиться. Пока это получается плохо, но идея перспективная. Правда, все это требует координации принципиально иного уровня, чем классическое управление боем. Разные типы платформ, разные частоты, разные операторские расчёты, работающие одновременно в условиях радиоэлектронного подавления. Пока это главное узкое место: объёмы производства дронов растут быстрее, чем отрабатывается их совместное применение. Именно сюда и пойдёт значительная часть европейских денег — не только в железо, но в программное обеспечение, связь и системы управления роями. Второе - это дистанция поражения. Линия окопов с живой силой держится не сама по себе — за ней работает снабжение, управление, расчёты операторов. Когда увеличивается дистанция поражения, противник вынужден отходитьб. За линией соприкосновения на глубине 50–200 км поражается логистика, расчеты и окопы на переднем краю пустеют без единого штурма. Это не прорыв, это так сказать выдавливание. Отдельная и показательная тактика — охота на операторов вражеских БПЛА. Украинские дроны в 2026 году целенаправленно уничтожали дома и позиции, где размещались расчёты российских беспилотников. Кто выдавливает операторов противника за пределы фронтовой зоны — тот ослепляет его передовую. После этого пехота в окопах теряет разведку, теряет прикрытие, теряет способность реагировать на передвижения. Видно уже над чем они работают. Европейское финансирование позволит масштабировать именно эти направления. Не поставки танков и артиллерии — расширение производства новых типов дронов, увеличение зоны поражения, ускорение инновационного цикла. Россия адаптируется: копирует тактику, развивает перехватчики, запускает FPV с дронов-носителей. Но это, как правило, реакция с некоторым отставанием. Мобилизация, которую Москва в этих условиях рано или поздно объявит, конечно, не решает проблему операторов, электроники и темпа технологического обновления. Она решает проблему нехватки живой силы. Чтоб выиграть время необходимое для разработки технологичного ответа. P.S. Это мы с вами сейчас обсудили только изменения на линии фронта. Но нужно ещё напомнить, что Украина расширяет возможности ударов по стратегической инфраструктуре и подрывает экономику РФ, что многократно болезненней, чем любые успехи на Донбассе. Именно это главное направление удара. Количественно Украина уже превзошла Россию в этой области, а снятие барьеров на финансирование могут увеличить этот разрыв. Все это тоже не катастрофа. Россия конечно имеет большие промышленные ресурсы, может ровнять украинские города, но если в Украину полноценно поддержит европейский ВПК будет значительно сложнее.

На почетном месте перед Пасхальной службой в Храме Христа Спасителя на специальном стульчике восседает Эррол Маск. Комментаторы припоминают ему "замятые" обвинения в педофилии. Может Эррола рассматривают на роль нашего, православного, Эпштейна? Ну раз Россия сверхдержава, то обязательно нужен свой Эпштейн. В Штаты то летать нельзя, а Афганистан слишком экзотично. Помните, был советский анекдот о том, как в колхозе перед приездом западных гостей назначали работников фермы на роль геев и проституток, чтоб все было как у людей? Вот и тут будет все как у людей.

Просят добавить позитива в ленту. Держите: ММА-поединок ёжиков в Дагестане.

Проигрыш Орбана, который сдерживал антироссийские санкции и кредит Украине, случился именно в тот момент, когда украинская военная промышленность запустила новые типы вооружений. И если она получит кредит в 90 миллиардов, то станет полноценной и передовой частью европейского ВПК, которое ускоренно восстанавливает мощности как мы знаем. Споров в ЕС по украинскому поводу без Орбана будет меньше, финансирование Киеву не придется выклянчивать ежемесячно. Значит производство украинских типов вооружений будет масштабировано на базе европейских мощностей, и наоборот европейские вооружения будут поставляться на Украину. То есть интенсивность боевых действий увеличится. Это помимо ударов по российскому экспорту и энергетике. Просто линия фронта, давно замершая, двинется. Чем ответит Россия? Тем же, чем ответила в похожей ситуации в 2022 году - мобилизацией. Мне кажется, она неизбежна, несмотря на все заявления высокого начальства. Что ещё? Большая кооперация украинских военных производителей и европейского ВПК будет Москвой рассматриваться как прямое участие в войне. Хочешь не хочешь придется воевать и с Европой, тем более, что фронт уже есть - Балтийское море. Это второй Персидский залив. Многие тут мечтают о ядерке, но тут уже демонстрационным ударом дело не решится. А вслед за первым ударом понесутся следующие - по Ирану, как минимум. А дальше и в других местах. Китай резко против. В общем, не надейтесь. В общем, думаю, наша экспериментальная площадка для внедрения новых вооружений заработает в полную мощь. Мы увидим рои дронов, робособак и все новинки, что нам обещают. Будут проверять их на восточноевропейском человеческом материале. Впереди дорогостоящей импортной техники будут бежать мобилизованные.

По выборам в Венгрии, что хочется сказать... В российских политтехнологиях слишком большую ставку делают на "спецоперации". Ну приехать и быстро организовать что-нибудь такое, чтоб все ахнули и проголосовали не за того кандидата, которого поддерживают, а за того, которого нужно. Но чаще всего это не работает. Почему? Потому что люди так привыкли к информационному шуму, что привыкли его игнорировать. Их политические взгляды инерционны. Они долго к своему кандидату привыкают, и долго отвыкают. Скандалом их не переубедишь. Потому приходится работать долго, кандидатов готовить заранее, связями порочащими не палить и от скандалов оберегать. Хорошая политическая спецоперация это избрание Зеленского. Она началась задолго до выборов, как вы помните

Кровавые жертвоприношения – это базовый компонент человеческой культуры. Во имя высокого и священного должна проливаться кровь. Мы чувствуем эту потребность на бессознательном уровне, потому что в каждом из нас шевелится инстинкт насилия. Сакральное начинается там, где возникает готовность перегрызть глотку и порвать на куски. Сначала в жертву древним богиням плодородия приносили младенцев и взрослых. Потом на алтари вместо людей стали класть агнцев и быков. В XIX веке – с подъемом секулярного национализма – человеческие жертвоприношения вновь вошли в моду. Ради модерного государства устраивают гекатомбы такого масштаба, о которых не мечтали Кибела и Ваал. Ну, помните все эти высокопарные заклинания? «Дерево свободы нужно поливать кровью патриотов», «умереть за родину — значит жить»… От нас ждут, что мы безропотно отдадим в жертву Молоху своего 18-летнего сына или же сами пойдем на заклание, дабы исполнить «патриотический долг перед священной матерью-родиной». Дескать, это такая наша высшая моральная обязанность – сгореть в танке во имя коллективного «смертного бога». Тогда он не будет гневаться и наградит медалькой. Но в эти дни мы вспоминаем смерть и воскресение Того, Кто отменил эту темную языческую религию жертвоприношений, уходящую корнями в далекое прошлое. На кресте умер не просто человек, пророк и праведник, а Бог, ставший плотью. Это значит, что Он с лихвой оплатил все наши долги – на все годы вперед вплоть до скончания века. Он раз и навсегда принес за всех нас жертву, которая делает ненужной все остальные жертвы в виде горелой плоти и кровавого мяса. Как писал апостол Павел, «не с кровью козлов и тельцов, но со Своей Кровью Он однажды вошел в святилище и приобрел вечное искупление». Наш отрицательный баланс теперь в бесконечном плюсе – мы никогда никому не можем больше задолжать так, чтобы выплачивать свой долг кровью. За нас всё выплатил Христос. У нацболов есть такой лозунг: «да, смерть!», который отражает их готовность умереть во имя имперского величия. Но Христос упразднил державу смерти. Никто больше не имеет морального права требовать от нас кровавых жертв. Помните, что Бог есть Бог не мертвых, а живых. Христос воскресе!

Главнокомандующий армии Уганды генерал-лейтенант Мухузи Кайнеругаба (сын многолетнего президента Мусевени) потребовал от Турции $1 млрд в качестве компенсации за 19 лет угандийского военного присутствия в Сомали, где Анкара получила порт и аэропорт в Могадишо. А ещё хочет от турок «самую красивую женщину страны в жёны». В случае отказа угрожает закрыть турецкое посольство, разорвать дипотношения и запретить Turkish Airlines. Срок — 30 дней. Это не первый его подвиг в твиттере. В 2022-м «сватался» к Джорджии Мелони. В том же году написал, что захватит Найроби за две недели — отцу пришлось публично извиняться перед Кенией. Но в 2024 предложил уже захватить суданский Хартум. В январе 2025-го планировал обезглавить лидера угандийской оппозиции Боби Вайна, а в мае того же года подтвердил, что держит его телохранителя Эдди Мутве в подвале как боксёрскую грушу и собирается кастрировать. Потом написал, что его силы убили 22 члена оппозиционной партии, и выразил надежду, что Вайн станет двадцать третьим. В марте 2026-го заявил, что одной угандийской бригады хватит, чтобы взять Тегеран за две недели — Иран ответил, что он «новый феномен на Africa's Got Talent». Человек окончил британский Сандхёрст и американский Форт-Ливенворт. Аккаунт у него с миллионом подписчиков — каждый пост разлетается по редакциям всего мира лучше медведевских. Политик нового поколения. Идеальный наследник престола Уганды.

Мне напомнили, что 15 лет назад пророческое произведение написал Пелевин. В 2011 году вышел его SNAFF, который сейчас звучит намного актуальнее. Действие происходит в постапокалиптическом мире. На земле — Уркаинский Уркаганат, населённый орками. В быту они говорят на верхнерусском, государственный язык — верхне-среднесибирский. Тогда казалось, что Уркаина — намёк на Украину. Сейчас понятно, что речь о постсоветском пространстве в целом, и даже о некоторых наших союзниках. Над Уркаиной парит гигантский искусственный шар Бизантиум — технологически продвинутая демократура с церковноанглийским языком. При всём своём превосходстве Бизантиум страдает от нехватки физического пространства, а секс там разрешён только после 46 лет. Многие жители живут с куклами-роботами — сурами. Уркаина воюет с Бизантиумом. Но война устроена асимметрично. Бизантиум не воюет в классическом смысле — он производит из войны контент. Уркаине же конфликт нужен для другого: война даёт элитам легитимность, консолидирует население вокруг угрозы и глушит внутренние противоречия. Бизантиуму всё это не нужно — у него война это медиапродукт, завязанный на рейтинги и подписки. Главный герой — оператор Демьян-Ландульф Дамилола Карпов. Он сидит в каюте офшара, управляет вооружённой летающей кинокамерой над Уркаиной и монтирует из этого трансляцию. Стрелок и режиссёр — по нашему дроновод. В личной жизни Карпов живёт со взятой в кредит сурой Каей, которая манипулирует им в интересах элит. В очередной раз Пелевин прозрел будущее.

Москва, 2005 или 2009 год, какое-нибудь издательство, специализирующееся на «боевой фантастике», Сталине и попаданцах в него. На дворе золотая эпоха макулатуры, в белорусских недрах вспучивается «Ворлд оф тэнкс» (будет пробитие!), а пока его еще нет — все читают книжки про семьдесят три модификации легендарного (нет) советского танка Т-28, про десантника Семенова, про бывшие и будущие войны. Не издать чего-либо в это время было куда сложнее, чем издать. Натурально, печатали всё и всех, особенно если с танком на обложке. И вот, в заперженном кабинете двое: толстый редактор в очках, при лысине и геморрое, а напротив него — худой автор, верно уже с язвой. Я воображал себе Федора fvl Лисицына и Толю Несмияна, но можете подставить на их место любые образы. Главное, чтобы один был веселый, циничный и тучный, а другой сгибался под тяжестью выстраданных на толчке идей. — Толя, этого я напечатать не смогу! Толя, это херня! Извини, но тут — все мимо. Редактор откидывается в кресле и аппетитно закуривает, со смесью сочувствия и насмешливости оглядывая помятую фигуру постоянного автора. — Почему это мимо, Федор Яковлевич? Ничего не мимо, наоборот актуально. И название продающее: «Украинская война — 2025». — Потому что мимо, потому и мимо... блядь! Толя, ты разбора хочешь? У меня времени нет, мне надо бумагой заниматься. Туалетной. Ха-ха, понял, не понял? Автор грустно вздыхает. — Ладно, давай, только быстро, хорошо? Издать мы это все равно не сможем. — Но... — Не перебивай, послушай! Смотри, герой у тебя выписан неплохо, как ты умеешь. И фигура генерала Ставрогина симпатичная, читатель таких любит. У кого спиздил, кстати? Ну шучу-шучу, не обижайся!.. Нет, мест хороших много — про пытки нео-бандеровцев очень сильно, я проникся. Девочка, бутылка... Жениться тебе надо, ха-ха-ха. Давно женатый Анатолий угрюмо сопит. — Ладно, ближе к телу. Повторяю, сильные вещи есть, но они совершенно проебываются за счет общей канвы. Ты когда писал — ты в запое был, что ли? Серьезно, я не понимаю, откуда там что взялось. Нет, не перебивай, послушай! Ты хотел разбора, на — получай. Редактор начинает перечислять, загибая пальцы правой руки. — Во-первых, какого хера у тебя эта война идет... сколько, два или три года? Как ты это себе представляешь? Россия будет несколько лет с хохлами воевать? Уже мимо, сразу. Так просто не бывает, это же не Чечня. — Во-вторых, что это за дроны такие, из спичек и желудей? Я все понимаю — будущее, фантастика, но это уже Лем какой-то. Ты Лем? Ты не Лем, а у тебя хохлы в гаражах клепают эти дроны и сжигают ими тысячи наших танков. Толя, ты совсем ебанулся? — В-третьих, что это за хуйня с потерями? Сто, двести тысяч убитых — и это только у нас. Блядь, если ты хочешь новую Великую Отечественную писать, так бери и пиши! Но по правилам, через попаданца. Зачем этот цирк устраивать?! Возбудившись, редактор выбегает из-за стола и начинает прохаживаться вокруг автора. — Двести тысяч убитых, пиздец! И все молчат, да? Спокойно живут, кушают, в кино ходят. Толя, блядь, еще раз говорю — завязывай с бухлом. Ты нихуя не Есенин, но алкоголь тебя погубит. Ты перечитай еще раз свой опус — украинские базы в Ливии, блядь! — А в политической части у тебя что? Книжка мрачная, Третьей мировой попахивает, а у тебя в Белом доме — клоун. Толя, я все понимаю — условности, то-се, но это же не персонаж, это картонка ебаная. Даже для этого жанра! — Хочешь еще? Боевые эпизоды — фуфло. Ты под Ремарка закосить решил? Грязь, говно, там ползут, тут ползут, прилетела дура — все сдохли. Кому это будет интересно читать? Это в-пятых, вот — видишь, загибаю. Вернувшись в кресло, редактор резко мрачнеет и посылает автора последнюю стрелу: — Толя, ты прости, но Вова в двадцать пятом — это вообще не смешно. Это и сейчас хуйня постная, а в двадцать пятом... Будешь у себя в блоге публиковать — вырежи его нахуй, пожалуйста. Молча покинув кабинет, Анатолий устремляется в туалет. Произнеся нужную комбинацию звуков, он дергает за слив и в считанные мгновения оказывается в 2026 году. Увы, попытка ретроспективной монетизации полностью провалилась.

В Бейруте происходят стычки сторонников Хесболлы с маронитами.

Израиль сейчас пытается повторить свой план 1982 года. Тогда задача была такая: взять Ливан и поставить во главе него лидера маронитов-фалангистов Башира Жмайеля, получить на северной границе дружественное государство. Жмайеля избрали президентом в августе, а в сентябре убили – агент сирийской разведки заложил бомбу в штабе партии. Дальше последовали 18 лет войны и оккупации южного Ливана, где под израильскими командованием заправляли христианские формирования Армии Южного Ливана. В 2000-м ЦАХАЛ ушёл, и значительная часть этих христиан вынуждена была уехать за границу. Сейчас израильтяне параллельно с жестокими бомбардировками снова пытаются опереться на христиан юга. Получается плохо. Во-первых, их там сейчас от силы 15% населения, живут в нескольких компактных районах, и продолжают уезжать. Ресурс, на который делалась ставка в 1982-м, за сорок лет существенно сократился. Плюс они, наверняка, не рвутся помогать ЦАХАЛ превращать Ливан в руины. Я был в Тире лет десять назад. Очаровательный древний город — финикийские и римские руины, ипподром, церкви, крестоносцы, — но христиан почти не осталось. В старом центре ещё держится небольшая община. По разговорам с ними тогда складывалось впечатление, что растущее суннитское и шиитское окружение их раздражает, но громко говорить об этом они боятся. Думаю, что к перспективе израильского «освобождения» они тоже относятся крайне негативно. У нас под боком есть пример подобного освобождения.

С начала года, сразу после мгновенного краха Венесуэлы, стали говорить о похоронах "мягкой силы". Особенно преуспели т.н. "ястребы", уверенные что реальная история делается только на поле боя, а самым веским аргументом в конкуренции стран были и остаются кольт, Т-34 или Хаймарс. Нас уверяли, что мир возвращается в какую-то довестфальскую эпоху, где всё будет определяться с позиции военного превосходства. Однако, даже сам по себе венесуэльский кейс был не очень подходящим подтверждением этой теории, а события последних дней и вовсе разрушают логику "ястребов". Всё обстоит прямо наоборот. Головокружительный успех США в Венесуэле - это как раз триумф "мягкой силы" Вашингтона. Армейская операция по захвату Мадуро была только прикрытием, "дымовой завесой" грандиозного закулисного сговора, которому предшествовала перевербовка всех ключевых фигур венесуэльской элиты. А это могло произойти только на фоне успешной конкуренции идей, символов, образа жизни. Ведущий политический слой в Каракасе надо было убедить, что " похлёбка Свободного мира" дороже "боливарианского первородства". И это, судя по практически бескровному перевороту, полностью удалось. А вот провал американо-израильских планов в Иране, равно как увязание России в безмерно затянувшейся СВО, это прежде всего неудача "мягкой силы". Американцам в Тегеране, а нам в Киеве не удалось завоевать нужного количества умов. И хотя недовольных властью и в Иране, и на Украине имелось немало, переход к масштабным военным действиям не был поддержан "пятыми колоннами". Напротив, война и в первом, и во втором случаях привела к консолидации тамошних обществ вокруг трендов непримиримого сопротивления. И оружие, как мы видим, в такой ситуации не приносит желаемых результатов. Даже великим ядерным державам. Так что слухи о похоронах "мягкой силы" выглядят, по меньшей мере, преувеличенными. А точнее, все крупнейшие конфликты двадцатых годов нашего века подтверждают, что именно "мягкая сила" стала приоритетной в мировой конкуренции, а сила оружия без неё никуда не годится.

Это какое-то детское отрицание реальности. Вместо того, чтоб сказать – да, мы обосрались, бьемся головой об стену, а наша идея построения блестящей империи из мяса, железа и костей не актуальны в эпоху цифровых монополий и искусственного интеллекта, когда приходится покупать за рубежом даже семена растений и генераторы. Нет, вместо этого они предлагают – давайте не будем криптоколонией и поменяем этого, неправильного Путина, на другого, который нас будет пороть сильнее, и потом с большей силой будем биться головой о стену. Эти люди необучаемы, и они намного, многократно опаснее любых коррупционеров, бюрократов и вертухаев. Это психи

"Рассерженные патриоты" - прикольные ребята. Они наконец попали в Россию своей мечты, но теперь недовольны. И рассказывают, что РКН это британские шпионы. Что в России все через жопу, потому что она криптоколония. А война не успешна потому что Путин шпион.

Cуществует ли способ более-менее внятно определить, успешна война или нет? Раньше это проблемой не казалось, но теперь, в эпоху "вечных войн", за победу пытаюся выдать всякую мало-мальски красивую картинку, а то и откровенную ерунду (вроде "разблокированного Ормузского пролива", который до войны и не был заблокирован). И далекие от темы люди знают, что в военном искусстве есть тактика (и ее придерживаются), а есть стратегия. Знатоки вспомнят еще об оперативном искусстве. Эти три ступени не всегда просто разграничивать – и не всегда нужно – но сейчас нюансы и сложные моменты можно опустить. Итак: тактика – самая нижняя ступень, искусство ведения боя. Поскольку в современной войне еще с ПМВ мы не имеем сражений в их классическом виде, то серия боев должна складываться в операцию. Это вторая ступень. Ну и наконец третья и самая важная ступень – стратегия. Александр Свечин, замечательный раннесоветский военный теоретик, пишет об этом так: "Стратегия – это искусство комбинировать подготовку к войне и группировку операций для достижения цели, выдвигаемой войной для вооруженных сил. Стратегия решает вопросы, связанные с использованием как вооруженных сил, так и всех ресурсов страны для достижения конечной военной цели". Иными словами, если тактика – это вопрос того, как победить в непосредственном столкновении с противником на поле боя, оперативное искусство – как победить в операции, то стратегия занимается вопросом "как победить в войне в целом". Можно ли добиться блестящих успехов на тактическом уровне и проиграть войну, т.е. провалиться на уровне стратегии? Проще простого. Можно ли выиграть несколько операций и провалиться в войне? Да пожалуйста: Людендорф в 1918 спланировал и провел несколько блестящих операций, но это Германской империи в конце концов не помогло. Проще говоря: без внятной стратегии военные усилия остальных уровней не принесут победы. Стратегия, разумеется, тоже не может висеть в воздухе — но именно стратегия и есть главное, что ведет к военному успеху. По стратегии и можно мерить "победоносность" войн. Какие ставились цели? Как их собирались достигать? Каков был план – и было ли все выполнено в конце концов? Понятно: схема эта упрощенная, и еще Клаузевиц учил, что ни один план никогда не работает как задумано. Но без планов нынче никто не воюет. Сам процесс принятия решений в современных государствах и современных армиях подразумевает, что стратегия есть. Даже если она не озвучивается вслух, следы и контуры ясно видны по изначальной расстановке сил, по направлению первых ударов. О том, что со стратегиями нынче что-то не то творится, год назад прозорливо писал Лоуренс Фридман. Расстановка сил выдает: ожидается быстрая победа малой ценой (ну, как сейчас было у США в войне с Ираном). Но когда эта нехитрая стратегия проваливается, происходит удивительное превращение. Стратегия заменяется полным публичным торжеством тактики. Мы разбомбили то-то и то-то! Молодцы, а зачем? Картинка красивая, впечатляющая, да и как хорошо бомбим! Никаких вопросов, как красивая бомбежка ведет к достижению конечной военной цели, конечно, не задается. Линии на карте, сдвигаемые на несколько километров, прорыв сюда, прорыв туда – российская армия тоже увязла в тактике. Бессмысленно ставить вопрос: как тут собираются победить? Ответа на него не существует. Что-то случится: внезапный коллапс, нефтяной кризис хуже 1973, нашествие инопланетян – случайность позволит превозмочь. Излишне напоминать: ожидание случайности стратегией не является. Подобным же образом израильские вооруженные силы скачут от одного тактического успеха к другому – при полном отсутствии стратегического успеха. Там, кажется, давно вопрос стратегии не стоит на повестке; однако десять успешных бомбежек или убийств сами собой не свяжутся в победу, как десять сваленных охапкой бревен не превратятся в дом. Значит, ситуация не изменится, безопасность не появится, и вот рецепт очередной "бесконечной войны". Самое главное: никто не понимает, почему в современном мире так страдает "стратегическая ступень". Пока видны только симптомы.

Стёб Кости Долгова понимаю, тогда вся политика в Ближнем Зарубежье сводилась к покупным транспарантам и новостям в федеральных СМИ о том, как ущемляют пророссийских активистов с транспарантами. Да, все так, закончилось Минскими соглашениями. Но сейчас, по прошествии многих лет приходит понимание, что такие бессмысленные митинги, а потом бессмысленные Минские соглашения это не самое плохое, что может случиться. Вообще, знаете, сейчас о таких милых бессмыслицах приходится только мечтать.

Это назначение — настоящий прорыв во внешней политике России! Браво! Команда, в которую ранее входил упомянутый г-н Ардзинба, в 2014-2015 годах одержала блистательную победу, принудив Украину к подписанию так называемых Минских соглашений. Это, как мы помним из сообщений федеральных телеканалов, был мудрейший стратегический шаг, призванный неумолимо заманить официальный Киев в ловушку. Результат за окном.