psycho daily

Но есть и веселые новости: Юлиана Слащева дала большое интервью. «Союзмультфильм» приватизирован, одним из первых плодов новой жизни станет live-action «Матроскин. Начало». Сценарист — Олег Маловичко, автор «Трассы» и «Хрустального», специализирующийся на российской боли в её концентрированном виде. Учитывая его творческий метод, «Матроскин. Начало» видится мрачным приквелом о детской травме, абьюзивной семье и невозможности побега. Успенский, к слову, и сам был не сахар — так что источниковая база богатая. Бутерброд с колбасой как орудие психологического насилия. Шарик, если копнуть советский мультиверс, может вполне оказаться внуком Шарикова — он тот тоже был жертвой, но Швондера. И уже не так уютно будет звучать песня «А я все чаще вспоминаю…». Фонд кино, мы верим! Пятачок, мигни, если удерживают против воли.

Также умерли драматург Николай Коляда и автор фильма «Жидкое небо» Слава Цукрман. Непонятно, что за мартиролог такой.

Умер Умар Джабраилов — застрелился в гостинице человек, когда-то стрелявший в стенки в отеле Four Seasons. Буквально ушел вслед за «Бочкой». Еще один персонаж эпохи, когда бизнес был приключенческим романом. Сенатор, девелопер, кандидат в президенты, светский лев. Из героев 1990-х, покончивших с жизнью, уже можно составить сериал-антологию — в духе «Американской истории преступлений» и выпустить на каком-нибудь BBC 3. Благо большой специалист по культурному значению суицида и русской истории — известно кто — сейчас тоже в Англии.

В продолжение предыдущего поста расскажу, что за два месяца нового года я был пять раз в театре и примерно на таком же количестве выставок. И в зрительном зале мне всегда интереснее, чем в музейном. Оговорюсь, что не дошел ни на одно из трех больших открытий этой недели, и буду рад удивиться, когда и если эти проекты увижу. А пока — не думаю, что они сильно поменяют мою нынешнюю оптику. Кто-то из моих собеседников, кому я рассказываю об этом наблюдении, употребляет словосочетание «музейный кризис». Ну ему уже много лет и даже среди кризисного сора находились алмазы. Я предпочитаю думать, что это такое коллективное бессознательное — нудная зима нашла отражение в неинтересных выставочных проектах. И я бы ждал весны и лета, прежде чем делать какие-то выводы. Кто-то говорит, что театр — один из немногих оставшихся в живых творческих организмов. Здесь я не могу не согласиться, но и не могу не вспомнить его частый болезненный вид. Даже в начале этого года. Но самое смешное, что если про выставки писать я не хочу, потому что они мне перестали нравиться, то про театр не могу, потому что в нем мне не хватает насмотренности. Да и как, например, рекомендовать отличные спектакли «Озера», если билеты на них разбирают быстрее чем на Fred again... Только конкурентов по их сложнейшей покупке растить. Железный совет «пиздовать из Пушкинского в МХТ» я дать не могу, так как не вижу системы в одном неудачном, и то лишь по моему мнению, выставочном сезоне. Но пробовать новые формы досуга — точно стоит. Вот мне пока очень нравится ходить в очень разные театры, посмотрим, что из этого выйдет.

В пятницу смотрел «Это есть это» в Центре «Зотов». Режиссер и актер Александр Горчилин устроил читку своего сценария, который так и не был снят, про жизнь и приключения поэта Даниила Хармса. Со всеми хармсовскими, так сказать, маркерами, но все равно немного про себя. 20-е годы прошлого века, московское переменчивое лето. Молодые Хармс и Заболоцкий пытаются творчески проявиться (чаще не получается, но ровно до встречи с Маршаком), а еще проказничают, влюбляются, пьют, как можно пить только в 22, поют, дебоширят и не мучаются от похмелья. На их месте легко представить и двадцатипятилетних нас, авторов psycho daily, и самого Горчилина с товарищами в лучше времена Гоголь-центра, и многих из вас, дорогие читатели. На читку-читку «Это есть это» похоже меньше всего. На спектакль — больше. Здесь есть некоторая сценография, острой модности костюмы, зажигательные номера и по-хорошему всратый ии ролик. Все актеры, включая Тимофея Трибунцева, Петра Скворцова, Ирину Выборнову и Мирослава Лашкевича, отлично играют, а не просто читают вслух. А распечатанный сценарий в их руках только придает милой дурости и абсурда всему происходящему. Ощущения от этого спектакля-читки очаровательные, именно charming, а не adorable. Он в меру смешон, в меру печален, в меру продолжителен (90 минут проходят быстро), в меру зажигателен, в меру абсурден. И в нем есть что повспоминать и пообсуждать по дороге домой. Билетов на ближайшие показы ожидаемо нет, но в пресс-службе «Зотова» обещают весенние и просят следить за анонсами.

Сегодня не только последний день зимы, но и последний день работы деллосовского ресторана «Бочка». Московский общепит продолжает вымирать, причем не в эволюционном порядке: мамонт сдох после тушканчиков и обезьянок типа «Газгольдера» и «Энтузиаста». «Бочка», «Шинок» с козой — это все откуда-то из мифического детства с шестисотыми, видеопрокатами и прочим олдмани (они же siloviki). Там еще был «Ледюк» такой (сейчас звучит как фамилия). Безвозвратно уходит стиль «мясо и золото». При этом «Бочка» стала первым рестораном Деллоса в 1996-м — до этого были бары-клубы «Пилот» и «Сохо». На 15-летии ее еще титровали как солидное место для солидных господ, куда ходили Эрнст и газаевский ЦСКА, но будем честны: «Бочка» пережила своих гостей.

Продолжая узбекскую тематику в канале, делюсь новостями дорогого уроженца Ташкента: Андрей Ли снял пиджак Директора Всего и вернулся к легендарному проекту Obgon. Новый альбом Fast Track — уже на всех площадках. Релиз включает семь синтовых боевиков, названных в честь московских магистралей: «МКАД» самый быстрый и сложноустроенный, «Волоколамское шоссе» звучит чуть мистически, «Ленинградский проспект» бубосит на самых жирных диафрагмах. 10 лет назад музыка Obgon звучала ностальгически, отсылая к детройтской традиции и классике жанра. Новый альбом тоже случился ностальгическим — правда, теперь он отбрасывает в наше общее прошлое. 2016 год, подвал Дича, какая-нибудь вечеринка Incompetence Records, и мы несемся… 🚓🚓🚓 Obgon — Fast Track 🚓🚓 🚓

За 2000 рублей: «Однажды в Ташкенте» Чайхана на Дубровке, куда мы отправились по рекомендации основателя Underdog Паши Косова, упоминавшего в соцсетях, что плов в Узбекистане хорош, но не так как в московском «Однажды в Ташкенте». За 2000 рублей: люля из баранины (330), шашлык из телятины (360), самса с тыквой (150), салат из узбекских томатов (300), плов (350), ташкентский чай (160). Как-будто можно половину меню перечислить на 2000 рублей. Это вкусно? Не попробовал знаменитый плов, но Катя его заапрувила. А я заказал две порции люля, они были великолепны. Хорош и ташкенсткий чай, даром что сладкий, но с какими-то травами и лимонами душистыми. Классная и диетическая самса (здесь, кстати нет, никаких самс и лепешек с сыром). Салат как салат. Филипп был в восторге от курутоба (тоже в районе 300) — массивного на вид хрючева с созьме, полным набором овощей и утопающей по весом всего вышеперечисленного лепешкой. Что по атмосфере? Катя просила передать, что стены чайханы «Однажды в Ташкенте» украшены фотообоями с площадью Регистан в Самарканде, где она скоро надеется побывать лично и устроить битву пловов. Зайдите на Яндекс Карты, посмотрите фото, они передают атмосферу лучше любых слов. Здесь надо наслаждаться пловом, люля и курутобом, а не смотреть по сторонам. Ну и раз уж вы оказались на Дубровке, бонусом к этой поездке может стать прогулка до Мутабора клуба Dex. Мы застали его печальными и чуть заброшенным, на пересменке между новогодней и восьмимартовской вечеринками. «Заросший» сугробами, клуб выглядел величественно заброшено и немного грустно. «Однажды в Ташкенте»: Шарикоподшипниковская ул., 11, стр. 7.

Вниманию рилсоделов: в Зотов-центре открылась очень развлекательная выставка про дедушку всех филммейкеров Дзигу Вертова. Она напоминает отличную недавнюю выставку Музея русского импрессионизма про Гиляровского — дедушку бойкого сторителлинга. Правда, Вертов преуспел в обеих ролях и его современным последователем можно назвать корреспондента Павла Зарубина. Очень яркая работа кинокуратора Полины Прибытковой, которая как никто умеет работать с советским психоделом, и куратора музея Полины Стрельцовой. Сценография — Planet 9, от количества реализованных идей, композиций и ракурсов кружится голова, но настоящий монтажный стол (можно сделать свой фильм на материале Годара) и кукольный кинотеатр украсят не один рилс. Посмотрите мои!

+5

🌷⚡️Мужикам можно дарить подарки в любой день (их даже нужно дарить именно не 23 февраля). Но именно сегодня поделюсь тремя неистово красивыми вещами, которые точно хочу себе в подарок. Девочки на ноготочках, отлипаем от маркетплейсов — форвардим в сохраненки! 🧖Во-первых, сеанс в бане «Дружба» в Бескудниково — космически красивый дизайн и проект тех же людей, что подарили нам горбуфеты «Шашлычная» и «Пельменная». Сеанс 1500-3500 рублей. Сегодня запуск — видел в сторьках, скоро затестим. http://banidruzhba.ru/ 🍄Во-вторых, москвайка с мухоморами, как у Брежнева. На самом деле, это рубашка, а такой бренд-неологизм придумал историк субкультур и куратор Миша Бастер. Стоят 6500, мизерный тираж. https://t.me/Artprints 🏗️В-третьих, еще один наш друг теперь продает тиражную графику Якова Чернихова — архитектора-бумажника, у которого каждый рисунок как обложка техно-альбома. Листы по 3000-7000. https://yakov-101.ru/

+1

Как там дела в музее ЗИЛАРТ? Толпы любопытных схлынули, а музей обзавелся календарем событий. Но сперва — три вещи, благодаря которым мы считаем ЗИЛАРТ важным городским открытием. — Это первый новый частный музей, который сделала супергруппа русских архитекторов — без привлечения западных starchitects, и так безоговорочно удачно. «Гараж» — проект Колхаса, ГЭС‑2 — Ренцо Пиано, и даже к Музею русского импрессионизма приложило руку британское бюро. Здание Зиларта — волшебный фонарь, медную лоджию посреди меганомовского квартала жилой архитектуры придумал Сергей Чобан. В описании свойств меди он чаще всего объясняет, что материал сейчас играет роль орнамента, а медь еще и будет красиво стареть. Характерно, что от переизобретения Москвы (советской, лужковской, купеческой) архитекторы переходят к размышлениям о том, как эта архитектура будет выглядеть через 50 лет. Еще понравилось, с каким уважением Чобан говорит про работы уличных художников (он называет их «грэффити») внутри музея. — Что еще внутри? Безупречная гармония. Выверенная, отбрасывающая театральные тени с точностью до миллиметра инсталляция Гриши Брускина про судный день — размышление о диктате и расплате в развивающемся районе, где царит практичный дух предпринимательства (понравились магазин «Мяско» и «Ателье седых волос»). Это внимание к деталям в музее читается во всем — меня потряс полностью собранный за два месяца до открытия, сияющий аккуратностью музейный магазин. И по‑уэс‑андерсеновски симметричная и прекрасная детская комната. — И при этом в Зиларте спрятана приятная каверза. Вспомним смелую и ни на что не похожую, даже по меркам либерального 2017 года, рекламу ЗИЛАРТа, снятую как зомби‑триллер режиссером «Волчка» Василием Сигаревым. Это еще те времена, когда в ЗИЛАРТе обещали филиал Эрмитажа (и слава богу, что в итоге не сделали). Сейчас, конечно, пыл поумерили — но и коллекции ленинградского неформального искусства, и африканские маски — вещи не самые очевидные. Так вот, теперь музей затеял публичную программу: 27 февраля Петр Айду и музыканты «Персимфанса» играют «Соловья обыкновенного», а 10 марта барабанщик «Интуриста» Витя Глазунов стучит на африканских барабанах. Все остальное тоже хорошее и душеспасительное, большинство событий придуманы специально для посещения с детьми.

Посмотрели британский хоррор «Ловушка для кролика» — и рекомендуем как идеально попадающий в тематику канала. 1976-й. Двое саунд-артистов уезжают в валлийскую глушь. Муж (Дэв Патель) пишет на бобину уханье совы и треск сучья. Жена (Рози Макэвен) собирает саундскейпы из его полевых записей, терзает терменвокс и выжимает прото-техно из аналоговых синтов — такая Сьюзан Чани в кризисе (у режиссера созвучная фамилия, Брин Чейни). От скуки они иногда закидываются кислотой, и ничем хорошим это не заканчивается. Появляется криповый мальчик (почти 30-летняя Джейд Крут), который спрашивает, почему у них нет детей, рассказывает про ловлю кроликов и мать, певшую валлийскую колыбельную. «Скорее заклинание», — замечает муж. Это компактный — на полтора часа — фильм, собранный из мотивов фолк- и elevated-хорроров, но переосмысленных через звук. Он тут нужен не чтобы напугать (нет джаспскейров), а чтобы обострить восприятие. Да, похоже на «Крипера» и «Вместе», но «Ловушка для кролика» — это загадка без разгадки, снятая почти акварельными красками. В финале она оборачивается мшисто-слизевой арт-инсталляцией. В маленьком зале с хорошим звуком — это приятное ощущение будет флешбечить куда сильнее, чем тушка кролика в цветочках.

+1

Ушел Коля Комягин из Shortparis. К такому не подготовиться. Покойся с миром.

Все в 2026 году: умирают и закрываются. Маскот популярной 15 лет назад грузинской сети «Хачапури» Баран Толик в, как это теперь принято называть, «запрещенной экстремистской сети»:

Условный Тишковец: самые огромные сугробы за всю зиму, мощнейший снегопад, снег будет валить стеной… Рандомный москвич: апокалипсис не сегодня!

+4

За 2000 рублей: Объект культурного наследия (ОКН) Хитровыдуманный ресторан русской кухни, спрятанный во дворах Рождественки. Открылся в январе, аккурат после каникул, и в первых рецензиях больше писали о концепции, чем о еде, а такое всегда настораживает. Если продраться сквозь претенциозные философские трактаты на сайте, то задумка вырисовывается примерно такая: русская кухня всех времен (что-то традиционное, что-то советское) + современное русское искусство в минималистичных интерьерах. За 2000 рублей: ножка цыпленка с картофельным пюре (990), груша, томленная в вине, с мороженым из сыра косичка (890). На две тысячи особо не разгуляешься, однако выбрать что-то по принципу горячее + десерт или горячее + недорогая закуска все же получится. Это вкусно? Если честно — очень. За кухню в проекте отвечает молодой шеф Василий Долматов, который пропускает классику семейных застолий через оптику условного fine dining. Выдающимися оказались как вполне понятные блюда (например, ножка цыпленка или форшмак из скумбрии), так и более затейливые позиции (карамелизированная морковь, картофельный суп с сельдью). Отдельного упоминания заслуживают десерты: кондитер Ирина Леочко (Flor, Blau) дала волю фантазии и предлагает мороженое из картофеля, мороженое из сыра косичка, собственное прочтение ром-бабы и попкорн из гречки. Пробовали десерты с мороженым — очень интересно, но местами чересчур интенсивно: мороженое из косички оказалось настолько копченым, что доесть его смогла только я (и то благодаря заложенному носу). В остальном — не придраться. Что по атмосфере? Несмотря на странноватое расположение ОКН (поймете, когда увидите), пространство внутри выглядит нарядно. За модный интерьер отвечала студия Saga, за подбор современного искусства на стенах — команда Sample. Гости преимущественно взрослые и по-вторничному уставшие (без осуждения, я была такой же). Из зумеров — только официанты, и сервис от них, к сожалению, заметно снижает впечатление от того, что происходит в тарелке и вокруг нее. Еще выбесила система с гардеробом в предбаннике: верхнюю одежду нужно снять перед входом и самостоятельно искать место на немногочисленных вешалках. Если это тоже часть концепции, тогда котлеты не должны стоить 1900 рублей — простите, пожалуйста. ОКН: Рождественский б-р, 10/7, стр. 2

Умер Фредерик Вайзман — величайший американский документалист, изобретатель эталона direct cinema, оно же синема верите (реальность с минимумом режиссуры). Значительную часть жизни Вайзман посвятил критике институций и власти — его «Безумства в Титикате» (1967) об условиях в ПНИ пытались запретить, они повлияли на формановскую «Кукушку» и вместе с Фуко привели к фундаментальным сдвигам в дисциплинарных учреждениях. Тем удивительнее, что последний фильм Вайзмана — четырехчасовой «Труагро» — ничего не критикует, а только возвеличивает институцию французской кулинарии. Это завораживающее зрелище: встречи отца-Труагро и его сыновей с фермерами, перебирание щавеля и порея, занудные обсуждения, что приготовить, закапывания в эксельки с сомелье (бутылки по 5 и 50 тыс. евро). Бесконечный эпизод, в котором зажигаются плиты, брякается масло, гремят венчики, что-то шкворчит, льется, украшается лепестками. Наконец все едят — и тут поражает мишленовская публика: от причмокивающих финансистов до французских «людочек из бухгалтерии». Потом послеобеденные разговоры — снова о еде и вине, конечно же. Фильм можно найти на VK и посмотреть за раз! Обычно от искусства ждут очистительной вспышки, но Menus-Plaisirs Les Troisgros — это методичная маниакальная обжираловка.

+3

В Петербурге бум музеев-квартир — «Собака» пишет, что 27 февраля к открывшемуся в прошлом году музею ОБЭРИУ в квартире Введенского (и «Полутора комнатам» Бродского) добавится музей-квартира барабанщика группы «Кино», художника и патриарха русского рейва Григория Гурьянова. Шикарный ампирно-сталинский быт Гурьянова с новоакадемическими картинами и фотографиями разбавлен коробками обуви Жан-Баптист Ротеро, винилом и кассетами. Одновременно смело, круто и трогательно (что чуть усиливает описка «Собаки»). 20 лет назад я брал у него интервью в связи с гастролями Mayday в Москве и Питере и он тогда он, уже не вполне здоровый, тихим хорошо интонированным голосом сказал среди прочего одну важную вещь: «Я с полной уверенностью могу назвать Цоя человеком электронной культуры, который не имеет ничего общего с упырями, рок-н-рольщиками, бородачами и прочими уродами. Они до сих пор пытаются отстоять свое право на Виктора, но Витя был со мной». https://guryanovmuseum.ru/

Европейские арт-деятели впервые заявили, что искусство вне политики. Показательная история с фестиваля Берлинале: глава жюри, миролюбивый режиссер Вим Вендерс не захотел комментировать ситуацию в Газе и сказал что-то типа «кино меняет мир, но не режимы», и примерно то же заявила польская продюсер «Иды» Ева Пущинская. С подачи индийской писательницы Арундати Рой (автора блокбастера «Бог мелочей») разразился скандал, а сама она гневно покинула Берлин. В итоге президент фестиваля напечатала огромное письмо про «отстаньте от режиссеров, они не обязаны отвечать за решения правительства». Artists are free to exercise their right of free speech in whatever way they choose. Guardian аккуратно замечает, что политическая «повестка» на Берлинале и впрямь доходит до смешного: так, комедийного актера из «Смурфов» и «Как я встретил вашу маму» спрашивают, когда же кино победит фашизм. Понятно, что для российских деятелей культуры пока ничего не изменится, но звоночек показательный — впервые европейский околочиновник разрешил отстать от artists в формате целого манифеста. Лет через пять, глядишь, эта мысль посетит и спортивных менеджеров.

Наши друзья открывают большой новый клуб K-30 в Петербурге: три сцены и фестивальный двор в бывшей бумажной мануфактуре. Авторы — комьюнити Roots United, создатели одного из лучших российских фестивалей Present Perfect. Любителям лора «2016» будет приятно увидеть, что за 10 лет вообще не устарели ни графика, ни лайнап, ни миксы с фестиваля-2016 . Новая штаб-квартира K-30 — аналог московского «Кристалла», но, как это принято на северо-западе — тоньше, сдержаннее и моднее. Летнюю сцену-кристалл придумало архитектурное бюро «Хвоя», а новым пространством занимается королева взрослой рейв-архитектуры Таня Fabrique. От нее — и торжественная строгость (за отправную точку взяли мотив линий электропередач), и шутихи вроде световых душей. Личное приглашение от сооснователей фестиваля Артема Крючкова и Юли Краш смотрите на видео (и это самое невозмутимое видео со стройки за неделю до запуска, что я видела), а подробную информацию про открытие 21 февраля и дальнейшую жизнь K-30 ловите в канале клуба.