Новый мир

"17 августа [1955]. Все эти дни читал я «Дневник писателя». О трех идеях, что приготовились к смертельной схватке: романская, германская и славянская. Читал свирепые, задыхающиеся проповеди, словно в дыму и ладане. Перечитал «Бобок». То гениально, то деспотично. И вдруг утром прочел у Чехова рассказ «Свадьба» — не тот, что с генералом, а просто бессюжетное описание свадьбы. Где прелестно описано, как бесшумно, как тень, опускается невеста на колени, чтобы отец благословил ее иконой. В рассказе много смешного. «Спиро!» — «Цичас». Два голоса в горле у кучера кареты. Тоненький — «тпру» и басовый — «балуй». Но вот легкая перемена тональности — и с каким уважением показана невеста. И сколько воздуха, как легко дышится. Нет ладана. Но и нет желания карать. Бесспорно, нет ни у кучера, ни у музыкантов в проходной никаких трех идей. Как и не было. То, чем они обернулись, — господь с ними" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

Олейников Николай Макарович (1898—1937) ОЗАРЕНИЕ Все пуговки, все блохи, все предметы что-то значат. И неспроста одни ползут, другие скачут. Я различаю в очертаниях неслышный разговор: О чем-то сообщает хвост, на что-то намекает бритвенный прибор. Тебе селедку подали. Ты рад. Но не спеши ее отправить в рот. Гляди, гляди! Она тебе сигналы подает. 1932 цит. по: Олейников Η. М. Стихотворения и поэмы. Вступительная статья Л. Я. Гинзбург. Биографический очерк, составление, подготовка текста и примечания А. Н. Олейникова. СПб., "Академический проект", 2000. 272 стр. (Новая Библиотека поэта)

Лев Оборин. «Те, кто делал свое дело и помогал другим, остались в истории». Текст: Мария Симонова. — «Томский Обзор», 2026, 28 мая. «— У вас на „Арзамасе” несколько лет назад был проект с ироничным названием „Как писать под Бродского”. По вашим ощущениям, сегодня многие пишут под Бродского? Или уже этот момент пройден? — Нет, стихи „под Бродского” закончились уже где-то в конце 90-х — начале 2000-х. И вообще, это был не такой уж долгий период. Есть люди, для которых важен диалог с Бродским, они от него отталкиваются, но прямого письма „под Бродского” я давно не помню — по крайней мере, в профессиональном поле. Вот письмо под Аркадия Драгомощенко, письмо под Алексея Цветкова — этого довольно много. Бродский же настолько свою просодию, как он любил говорить, за собой застолбил, что довольно быстро становится понятно: если это слишком похоже на него, то зачем так делать? Материал на „Арзамасе” — конечно, шуточный, потому что его идеей было через эти „советы эпигонам” показать, как писал сам Бродский». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 8: https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/periodika-8-20226/

картинка с лекции

О РАДИКАЛИЗМЕ Один из страхов, внушенных современному сознанию, с одной стороны, опытом авангарда, с другой, позднесоветской эпохой с ее императивом внутренней определенности как условия свободы – страх компромиссности. Наше время, когда формула «все не так однозначно» к сожалению стала (в политике, по крайней мере) карикатурным выражением интеллектуальной и социальной трусости, вновь подталкивает к подобной позиции и в культуре. Центрист «не холоден и не горяч», и потому всегда возникает соблазн поискать собственный модус радикализма – и если твой склад личности не допускает ультравангардной позиции, можно вообразить себя ультраархаистом. Не буду скрывать, что сам когда-то не миновал этого соблазна. Проблема однако в том, что иногда позиция, которая со стороны кажется компромиссной, на самом деле обладает собственной внутренней жесткостью и определенностью. В политике это верность принципу, а не стороне; в религии верность тому, что кажется тебе сутью вероучения, а не иерархии или второстепенному догмату. В культуре, однако, все работает несколько иначе. Здесь (в отличие от практической сферы) цель действительно оправдывает средства – ибо ни одно из средств эту цель не обессмысливает. Поэтому максимальная широта и терпимость в том, что касается приемов и ходов (все равно каких – образных, языковых, просодических) может сочетаться с определенностью – нет, не требований к тексту, кто мы такие, чтобы что-то от него требовать – но критериев любви и интереса к нему. Это, например, то, что Хармс называл «порядком»: отражение в словесных конструкциях некоторых глубинных закономерностей мироздания, что придает этим конструкциям определенные свойства, свойства, которые люди традиционного сознания могли бы назвать «магическими». При недостижении этой цели сам по себе прием или ход не придает тексту никакой ценности. Этот взгляд может показаться очень узким: ведь он предусматривает, что в конечном итоге все, положим, настоящие стихи если работают, то работают совершенно одинаково, будь то Ахматова или Пригов. Да, я так думаю – на самом последнем уровне работают одинаково. В этом моя узость и мой радикализм. Он отличается от радикализма тех же концептуалистов, которым (хотя они не говорили этого вслух) любая позиция по отношению к культуре прошлого, кроме занятой ими, казалась лицемерной и фальшивой. Он отличается от радикализма Ходасевича, с его неприятием «зауми», и от радикализма Шварц, с ее подозрительным отношением к трезвости. Сейчас я верю в множественность, если не равнозначность, путей. Но итоговый результат или достигается, или нет. И это один-единственный результат (все остальные вне моего интереса).

Мария Степанова: «Мы находимся в ситуации футурологического похмелья» https://literratura.org/actual/6293-mariya-stepanova-my-nahodimsya-v-situacii-futurologicheskogo-pohmelya.html

А вы слышали Наверно вы не слышали Ничего Вы бы девочки Узорами бы вышили Кабы слышали А вы видели Наверно вы не видели Ничего Вы ребята Все бы стекла выбили Кабы видели Всеволод Некрасов

"Евгений Онегин" - это и есть поэзия. Это немцу не понять. Это нельзя перевести прозой, выйдет сухостой смыслов. Что по-своему интересно, но самой сути этого произведения, её природы в переводе не будет. Она увянет. Онегин - это никакая не "энциклопедия русской жизни", там все вверх ногами относительно реальной жизни того времени. С точки зрения точности описания быта это книга - завиральная глупость. Но поэтически - это шедевр. Это - энциклопедия русского слова и духа. Энциклопедия слова, а никакой не жизни. Достойны сожаления критики и бедные школьные учителя, пытающиеся рассказать о поэзии прозой.

Неизвестный автор. Женщина в помещении безопасных ящиков. Дата съемки: 22 сентября 1913. Источник: Центральный государственный архив кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга https://russiainphoto.ru/photos/59500/

"15 августа [1955]. Есть ощущение, знакомое каждому. Ты погасил летом свет, думаешь уснуть, но мешает сухой шорох и сухие удары о стену. Это ночная бабочка мечется по комнате. Что тебе до ее горя? Но она бьется головой о стену, с непонятной для ее почти невесомого тельца силой. Ты зажигаешь свет. И она уходит к абажуру лампы под самым потолком, серая, короткокрылая. Может, это и не бабочка вовсе, а ты так и не удосужился за всю свою долгую жизнь спросить, как ее зовут. Если удастся тебе поймать ее, то так отчаянно бьется она о твои ладони и уходит так круто вниз, когда бросаешь ты ее за форточку, что так ты и не знаешь, отпустил ты ее на свободу или окончательно погубил. И некоторое время не оставляет тебя суховатое и сероватое, как само насекомое, ощущение неудачи — неведомо чьей и собственной твоей неумелости" "16 августа [1955]. Ничего [Ольга] Казико не имела общего с ночной бабочкой, которую я описал. Похоже было беспокойное чувство, возникавшее во мне, когда слышал я, как третьестепенные актеры ее бранили за то, что играет она недостаточно удивительно. Или когда замечал я вдруг, как много появилось седины в ее стриженых волосах. Каждая девчонка осуждала ее за то, что не умеет Казико следить за собой, полнеет. А с мужчинами несчастна, потому что отдает им себя полностью, не рассуждая. «Вот как оно, значит, было», — подумал я и представил себе то, что в те дни сметено было со света: спокойную крымскую ночь в степи, виноградники. При ближайшем знакомстве, да еще в эвакуации, Казико оказалась еще прелестней, чем представлялась. Лишена была бабьей цепкости и хитрости. Как она открылась, так и цвела. И не считала, что мир обязан ей служить за это. И теперь начинала стареть с достоинством. Но чувство необъяснимое, но отчетливое не оставляло. Все то же чувство чьей-то вины и собственной неумелости. Она не суетилась, не билась головой, но ощущение, что и она попала в какую-то ловушку, появлялось. Иногда. Среди вятской грязи, безобразия, среди воровства чиновников и их высокомерия, под ежевечернее пение солдат: «Прощай, прощай, подруга дорогая» — трудно было задумываться над судьбой женщины, хотя бы и созданной из столь драгоценного материала. А главное, она не жаловалась. Вечерами в нашем театральном доме вечно гас свет, и Казико появлялась у нас в гостях. Впереди шагала маленькая ее дочка с фонарем в руках. Словно паж. И не горечь, а радость испытывал я, услышав столь доходящий до сердца, словно тронутый, чуть-чуть расколотый ее голос. Когда я прочел ей «Одну ночь», Казико сказала: «Ну вот — все то же! Мне казалось, все, что творится в Ленинграде, страшным безобразием, полной непонятностью — а в пьесе все понятно». И я согласился. Что делать. Когда переносишь явление в область искусства, приобретает оно правильность! Вот и Казико рассказал я проще" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

Олейников Николай Макарович (1898—1937) * * * Однажды красавица Вера, Одежды откинувши прочь, Вдвоем со своим кавалером До слез хохотала всю ночь. Действительно весело было! Действительно было смешно! А вьюга за форточкой выла,. И ветер стучался в окно. 1931 ? цит. по: Олейников Η. М. Стихотворения и поэмы. Вступительная статья Л. Я. Гинзбург. Биографический очерк, составление, подготовка текста и примечания А. Н. Олейникова. СПб., "Академический проект", 2000. 272 стр. (Новая Библиотека поэта)

К. Б. Назаренко. Полковник Скалозуб: Исторические реалии в комедии А. С. Грибоедова «Горе от ума». — «Два века русской классики» (ИМЛИ РАН), 2026. Том 8. № 2. «Под пером Грибоедова Скалозуб начинает получать черты, далеко выходящие за рамки стандартного комического героя — он обретает военную биографию, которую современники могли оценить по достоинству — при отсутствии протекции и службе в армейской пехоте полковник прошел через кровопролитные сражения и быстро вырос в чинах — очевидно, в связи с собственными заслугами. Грибоедов указывает на отличия Скалозуба и его брата при осаде Данцига и в Лейпцигском сражении. Как уже отмечалось выше, 3 августа (ст. ст.) под Данцигом велись активные боевые действия, поэтому сомневаться в боевых заслугах полковника не приходится». «В процессе работы над пьесой Грибоедов последовательно снимал штампы, относившиеся к полковнику — исчезли „гренадеры”, которыми он командует, „батарея”, которую он берет, чрезмерное число наград. В результате возник образ Скалозуба как реалистически обрисованного армейского офицера, заслуженно быстро повышавшегося в чинах, рисковавшего жизнью, вынесшего на своих плечах тяжесть войны с Наполеоном. При этом автор комедии не идеализирует своего героя — он остается не только необразованным, но возводит свое невежество в добродетель, в своеобразную „философию”». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 8: https://nm1925.ru/articles/2026/8-2026/periodika-8-20226/

+5

Рок-поэзия на частоте 1980-х ⚡️ 26 сентября проведем тематическую встречу молодежного поэтического клуба ЛИТО в «Гаражах». Встретимся с филологом Ольгой Пановой — в 1990-е вместе с Ильей Кормильцевым она проводила в МГУ курс о русскоязычной рок-поэзии. Мы соберемся в аутентичном месте — на территории исторической автобазы Союза Писателей, почитаем (не послушаем!) тексты авторов и поговорим о том, какой путь русскоязычная рок-поэзия прошла за три десятилетия — с середины 60-х до середины 90-х гг. Особое внимание уделим 1980-м. В это время рок-поэзия как вербальный компонент рока оформляется в самостоятельный феномен. На встрече обсудим творчество крупнейших рок-поэтов, приемы и техники, найдем радикальные отличия «поэзии напевного строя» от поэзии, предназначенной для декламации или чтения. _______ А мы для вас подготовили плейлист из 8 песен, который можно послушать по пути в Переделкино. Увидимся 26 сентября в 14:00 Регистрация Встреча проходит совместно с Музеем «Гараж» в рамках публичной программы к проекту «Искусство на частоте 1980-х».

21 сентября 1709 года по новому стилю родился Антиох Дмитриевич Кантемир. Prosodia вспоминает дипломата и первого русского сатирика фрагментом его самого известного сочинения – сатирой «На хулящих учения». https://prosodia.ru/catalog/stikhotvorenie-dnya/antiokh-kantemir-net-pravdy-v-lyudyakh-krichit-bezmozglyy-tserkovnik/

Ночной Мемфис, Египет. Христианская топография, XVII в. РНБ, ОЛДП, Q.20

24 сентября, четверг. «Сорок лет в обед». Вечер поэта и прозаика Данилы Ноздрякова https://kultinfo.ru/nashi_meropriatia/3995/ Начало в 19:00 Музей Серебряного века (Дом Брюсова), проспект Мира, д. 30

23 сентября, среда. Представление книги Анны Павловской «Трамвай сансары» (М.: Синяя гора, 2026) https://kultinfo.ru/nashi_meropriatia/3994/ Начало в 19:00 Музей Серебряного века (Дом Брюсова), проспект Мира, д. 30

По нашей традиции объявляем конкурс! В комментариях к этому посту попробуйте угадать следующего поэта-участника серии вечеров «Чёрное дерево». Угадавший получит приз — книгу этого поэта. Называть можно три имени, то есть у вас три попытки. Угадывать можно до 15:00 завтрашнего дня. Победит тот, кто угадает первым. Победителя назовём завтра, в конце презентации книги Анны Павловской «Трамвай сансары». Завтрашний вечер пройдёт в Музее Серебряного века (г. Москва, Проспект Мира, д. 30). Начало в 19:00. Напоминаем, что не нужно называть Ольгу Седакову, Ингу Кузнецову, Александра Переверзина, Александра Правикова и Ксению Правиковых, Ирину Ермакову, Дмитрия Гаричева, Леонида Костюкова, Сергея Гандлевского — их вечера уже состоялись, а книги вышли.

25 русских городов на старых планах (вторая половина XVIII — начало XX века). Альбом карт и планов. Издательство «Пашков дом», 2025. 1812 руб. Иллюстрированный альбом старинных планов русских городов из фонда отдела картографических изданий Российской государственной библиотеки, дополненный видами названных городов из фонда отдела изобразительных материалов библиотеки. Даны библиографические описания и аннотации картографических произведений, созданных с середины XVIII до начала XX в. Представлены виды городов и изображения всех описанных планов. Заказать с доставкой: shop@falanster.ru или https://t.me/falanster_delivery

«Пиши без заглавных задумчивых букв». Сонеты Нади Делаланд: о языке который выходит из под «тотального диктанта» и освобождается от строгого закона смысла в сторону ассоциативной поэтики («дон рыба дон рэба дон роба донн джон уснули на льду но форель разбивает»). Одновременно с этим - это трогательное признание в любви, где лирический герой готов стать «твоим сурикатом», что будет «стоять о тебе» (ну что за образ!). Речь о возлюбленном или о ребенке? «…но подойдешь и увидишь что он просто напуган растерян расстроен как успокоить тебя это сон сон и погладить и что-то простое дать вроде ложки расчески руки в гаснущие целовать огоньки» Стихотворения так нежны, что грань оказывается стерта. Строчка заканчивающая текст становится первой для следующего: 14 хрустальных, дымчатых, дрожащих стихотворений: о растворенной в окружающем мире культуре, о сердечной привязанности и о мягком полусне на полпути между явью и смертью.