Новый мир

"НОВЫЙ МИР", 2026, № 7 — открыты для чтения: АСЯ ДАНИЧЕВА — Золотой час, рассказ. Вступительное слово Леонида Юзефовича https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/zolotoy-chas-1/ АНДРЕЙ ГРИШАЕВ — Мы сами всё это, стихи https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/my-sami-vsye-eto/ СВЕТЛАНА БОГДАНОВА — Цырыга, рассказ https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/tsyryga/ ЕЛЕНА ГРОДСКАЯ — Поэт живёт, стихи https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/poet-zhivet/ МИХАИЛ ГОРЕЛИК — Мишкина лапа https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/mishkina-lapa/ ДМИТРИЙ МАРЬИН — Шукшин и бокс https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/shukshin-i-boks/ "Новый мир", подписка: https://podpiska.pochta.ru/press/ПД122 "Новый мир" в MAX: https://max.ru/channel_nm1925 Иван Сорокин читает "Новый мир": https://t.me/ivansorokinchitaetnoviymir Содержание № 6, 2026: https://nm1925.ru/journal-archive/2026/novyy-mir-6-2026/ James Ensor (1860–1949). Het schilderend geraamte / Skeleton Painter in his Studio

Молодые поэты о себе и литературном процессе. На вопросы отвечают Леся Мосеева, Софья Туман, Богдан Адамов, Алиса Каширина, Миша Маркин, Арина Мистриди, Степан Соколин, Алмат Кайвалдиев, Вячеслав Барымов, Виктория Эль, Ярослав Минаев, Дэйки Балабанов, Сафа Чернова, Егор Перминов https://textura.club/molodye-poety/

На картине XVII века зачем-то спрятали выброшенного на берег кита Голландский художник Хендрик ван Антониссен написал «Вид песков Схевенингена» примерно в 1641 году. На картине изображен зимний пляж, на котором собралось множество людей. Ничего не происходит — люди стоят и смотрят куда-то вдаль. В 1873 году полотно попало в Музей Фицуильяма в Кембридже. Однажды практикант-реставратор Шан Куанг заинтересовалась этим сюжетом. Она начала снимать слой старого лака, и под более поздним слоем краски обнаружила изображение выброшенного на берег гигантского кита. Более того, на туше животного стоял человек и, возможно, измерял его длину. Зачем кто-то позднее закрасил кита — неизвестно. Возможно, один из владельцев счёл мертвое животное неприятным для глаз или картину решили сделать более привлекательной для продажи. В 2014 году картину вернули к первоначальному виду. 🖤 Telegram | VK | MAX

"17 апреля [1955]. Но никто не хотел верить, что [хирург] Иван Иванович [Греков] болен так тяжело. Не верил этому и сам он. Иной раз исчезал он, скрывался от гостей в своей спальне. Лежал и читал «Историю» Соловьева, но чаще оставался среди гостей. Я очень любил неторопливые, негромкие его рассказы. Так, однажды рассказал он, как поступил сначала на филологический Московского университета. И пробыл там год. И вот пришло время экзаменов. И греческий язык сдавал он в темном, полуподвальном помещении. Холодно, сыро. «И напала на меня, голубчик, тоска. Выхожу — просто идти не могу от тоски. Что же — это, значит, на всю жизнь? В гимназии греческий, тут греческий. Не могу дышать, взял извозчика. Приехал домой. Измерил температуру — сорок! Воспаление легких. Тяжелое. Увезли меня после болезни на Дон. А когда вернулся — не могу учиться на филологическом. Опротивел он мне. И поступил я на медицинский. И на первой операции, которую увидел, потерял сознание». Рассказывал с удовольствием он о разных течениях по обезболиванию и как пострадал он сам однажды на этой почве. Пришел в клинику с сильнейшей зубной болью и попросил выдернуть зуб. И молодой доцент взмолился: «Позвольте я сделаю это!» Три точки он определил, при вспрыскивании в которые наступало полное обезболивание. Иван Иванович согласился... После удаления зуба доцент спросил: «Ну как?» — «Больно было, голубчик!» — «Какой вы терпеливый человек! — сказал доцент с уважением. — Профессор такой-то по всему саду от меня бегал, а я за ним со щипцами». О своих успехах, о своих операциях — никогда ни слова не говорил Иван Иванович. А был он всегда и прежде всего в работе. В ее сути. Тут не потянет хвастать. Однажды сказал он дочери: «Никогда бы не согласился на операцию. Такая страшная встряска всего организма!» Он стоял перед самым делом с его трудностями и задачами, которые еще не решены" "18 апреля [1955]. Люди подобной породы, которым, на мой взгляд, цены нет, не то что лишены честолюбия. Но видя свое дело во всей сложности, они понимают всю относительность собственных успехов. Успех им приятен, но основные желания, их настоящая жизнь проходит в другой сфере. Наташа рассказывала, что когда он был еще молодым хирургом, то сделал очень сложную операцию какой-то женщине. Операцию ноги. И пациентка Ивана Ивановича, поправившись, ехала на пароходе, где познакомилась с Чеховым. И Чехов, узнав, какая была операция, сказал, что делал ее, несомненно, хороший хирург. Об этом рассказала Наташа, о других успехах и победах Ивана Ивановича — ученики и друзья, а он молчал о деле своем. Нет, о своем участии в деле. Был он человеком могучего самообладания. Обыкновенно врачи избегают лечить близких людей. Даже диагноз не решаются поставить. А Иван Иванович оперировал старшую дочь от первого брака. У той был рак груди. Спасти ее не было почти возможности. Один шанс из тысячи. Уж очень запущенный был случай. Никто не соглашался на операцию, а Иван Иванович не мог отказаться хотя бы от тени надежды. И провел операцию с обычным своим блеском. Но было уже поздно. Держался он всегда спокойно до строгости, отстраняя усищами и взглядом неугодного, но холоден не был. И была у него обостренная впечатлительность, отзывчивость, доходящая до слез, что смешит людей без памяти и воображения. Задевшее его слово или представление, не снимая его суровости, вызывало, как это бывает со старыми людьми с душой, разработанной до глубины и вполне до глубины живой, — слезы на глазах. Так вот он и жил, окруженный людьми, которых сам избаловал донельзя и за которых болел теперь душой, подчиняясь колее, которую сам создал. Щедро отдавая все, что зарабатывал. (...)" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

Павлович Надежда Александровна (1895, Лифляндская губерния — 1980, Москва) ДАНКОВ Н. С. Л. Данков и Дон, и мост на нем дрожащий, Убогий строй далеких огоньков, И тяжкий ход нависших облаков, Вороний грай над городом летящий, И падающий звон колоколов, О, как ты памятен, мучительный Данков! Ты город ветхих снов, ты сам ненастоящий! Твои ворота кладбище; за ним Гроба домов, базара голос грубый, А на вратах прижал раскрашенные губы К свирели сломанной уродец херувим. И черных крыш обветренные трубы Тяжелый, черный выдыхают дым.... ................................................................... И в этом городе ты мною был любим. 1918 цит. по: Надежда Павлович. Берег. Петербург, "Неопалимая Купина", 1922. 62 стр. [Для издательства „Неопалимая Купина" отпечатано в январе 1922 г. типографией „Светоч“. Марка издательства и обложка работы Александра Божерянова] 1000 экз.

Чтение этого писателя сродни хождению по заминированному полю. 155 лет назад родился Леонид Андреев. Павел Басинский: "Мы должны быть благодарны писателю, который за нас проделал путь честного интеллектуального исследования зла и показал нам зону, где находиться опасно" https://godliteratury.ru/articles/2026/08/23/chtenie-etogo-pisatelia-srodni-hozhdeniiu-po-zaminirovannomu-poliu-155-let-nazad-rodilsia-leonid-andreev

Елена Гродская ОСЕННЕЕ П. К. осень граничит листвою со светом и этим, и тем никнет, считает ворóн, улетевших горелой бумагой осень уже превратилась из времени в мем став фотографией, а не пейзажем, наполненным влагой горе моё, ты житьё опоздавших родиться птица-ворона, как дальше мне жизнь зимовать длился сентябрь, и октябрь уже в лучших традициях жёсткой ладонью прихлопнул — чур не унывать Боже, не выстояли мы, но ведь стояли светом закатным мы были в предутренний час листья летят — полететь бы и мне в их сияньи шапку надену — такую смешную — до глаз ЕЛЕНА ГРОДСКАЯ — Поэт живёт, стихи. "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/poet-zhivet/

"По воспоминаниям Василия Белова, однажды во время совместной прогулки после застолья Шукшин «неожиданно принял боксерскую стойку. Начал он задираться и провоцировать меня на драку: „А ну, давай, давай, отбивайся!” И начал прискакивать вокруг меня. К боксу я был всю жизнь равнодушен и, хотя было обидно, отбиваться не стал»..." ДМИТРИЙ МАРЬИН — Шукшин и бокс. "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/shukshin-i-boks/

Владимир Козлов. Явление Бродского из суммы поэтик: жанровое мышление, авторский миф, неотрадиционализм. — «Практики и интерпретации» (Журнал филологических, образовательных и культурных исследований), Ростов-на-Дону, том 11, № 3 (2026). «Разговор о том, в какой момент Иосиф Бродский предстал перед читателями в качестве большого поэта, требует обобщений, которые могут показаться рискованными. Еще больший риск — допустить, вспомнить о том, что признанный поэт на каком-то этапе своего творческого пути большим поэтом не был. Один пример. Думаю, вопрос о том, был ли Бродский большим поэтом на момент суда над ним в 1964 г., когда он, мало кому известный, однако, выступал для мирового сообщества в роли поэта, которого судит советское государство, и во Франции по радио шла пьеса, созданная по тексту стенограммы суда, — это вопрос как минимум дискуссионный». «Поначалу, наблюдая за развитием Бродского, мы видим, как поэт шаг за шагом открывает и осваивает новые жанровые пласты, расширяя свою „жанровую клавиатуру”, но в какой-то момент очередное открытие выносит его на новый уровень — на уровень творца художественного мироздания. Причем мы можем не соглашаться с устройством этого мироздания или его деталями, нам могут не нравиться отдельные сюжеты или даже целые стихотворения, но как только мы поняли, что мы внутри авторского мифа, мы уже не можем оспорить его целиком». «На звание ключевого события в эволюции Бродского, как кажется, претендует условный прорыв поэта в оду. Это событие сместило все акценты внутри его поэзии. Очень четко видно, когда это произошло — 1971 — 1972 гг. Этим временем датировано несколько крупных текстов, выполненных в жанре, близком оде, — это прежде всего „Натюморт”, „Бабочка”, „1972 год”. «Нечеловеческий взгляд на мир лежит в основе одического у Бродского. Под этим взглядом мир обретает порядок, но порядок этот таков, что его требуется по возможности стоически принять». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/periodika-7-2026/

Редакцию «Дружбы народов» ждет второй в нынешнем тысячелетии переезд https://www.mk.ru/culture/2026/08/22/redakciyu-druzhby-narodov-zhdet-vtoroy-v-nyneshnem-tysyacheletii-pereezd.html

В эпоху, когда типичный герой русского романа страдает от невозможности приложить свои силы в России, Гончаров выводит на сцену человека, сознательно избегающего любых усилий. В споре между мечтательным Обломовым и деятельным Штольцем автор не берёт ничью сторону: его роман — то ли притча о русской лени, то ли ода русскому недеянию.

Здесь в лесах даже розы цветут, Даже пальмы растут - вот умора! Но как странно - во Франции, тут, Я нигде не встречал мухомора. ⠀ Может быть, просто климат не тот - Мало сосен, березок, болотца... Ну, а может быть, он не растёт, Потому что ему не растётся. ⠀ С той поры, с той далекой поры - ...Чахлый ельник, Балтийское море, Тишина, пустота, комары, Чья-то кровь на кривом мухоморе... ⠀ Георгий Иванов. 1950.

"Дневник Р-17", обратный перевод с французского. 12 ноября 1976 Подготовка тома рассказов для Собрания сочинений заставляет меня задуматься: отчего я сейчас не могу написать новых (чтобы прибавить)? Уровень мой ничуть не ниже, чем был пятнадцать лет назад, иные рассказы я правлю уверенной рукой. Но вот что: пришлось бы не только переменить письмо, литературные приёмы (письмо отточенное, лаконичное), не только переменить цель (меньший диаметр изображения, тончайшее просеивание всех подробностей), но пришлось бы переменить и самого себя, переменить ритм и взгляд на вещи. Сегодня перейти к рассказам, с тем разгоном, что я взял, и с темой, что во мне живёт, — это значило бы признать, что старость пришла, и остановиться. У меня почти нет сомнений: если Бог даст мне долгую старость — придёт минута, когда я откажусь от Узлов, произведу эти три перемены — и снова буду писать рассказы (непременно очерки, вещи, увиденные в странствиях по России).

+1

"Труд", 29 августа 1991 А. Солженицын не комментирует Если верить сообщению газеты «Вашингтон таймс» от 27 августа, нью-йоркские журналисты пытались выяснить мнение живущего в штате Вермонт писателя Александра Солженицына о событиях, столь быстро и резко изменивших политическое лицо Советского Союза. К телефону подошла его жена и ответила, что ни Александр Исаевич, ни она сама не хотели бы пока ничего комментировать. «События еще не окончены. Каждый час происходят изменения. Нет смысла комментировать то, что находится в процессе развития», — сказала Наталья Солженицына. "Новое русское слово", 14 сентября 1991 Солженицын хранит молчание В пятницу газеты «Вашингтон пост» и «Нью-Йорк пост» выразили единодушное удивление тем, что лауреат Нобелевской премии по литературе Александр Солженицын никак не отреагировал на бурные события недавнего времени, произошедшие в Советском Союзе. В письменном ответе на вопросы, заданные ему агентством Ассошиэйтед Пресс, «вермонтский затворник» подчеркнул, что события развиваются с такой быстротой, что любые его комментарии устарели бы через неделю. Александр Исаевич добавил также, что «он не считает возможным комментировать события, к которым он лично призывал и которые предсказывал еще в конце 60-х годов» (обратный перевод с английского. — Ред.) «Вашингтон пост» сообщает также, что писатель не выразил желания вернуться на родину, обвинение в «измене» которой с него до сих пор не снято властями. The New York Times, 15 сентября 1991 Solzhenitsyn Predicts He'll Return to Russia Aleksandr Solzhenitsyn said today that recent events in the Soviet Union made it certain that he would return home, but he restated his long-held policy that he would not consider going back until treason charges against him were dropped. The exiled Soviet writer, speaking through his son, Stephan, at the Cavendish bicentennial parade, said: "I said a long time ago that I definitely will return, and that stays intact. I'm not going to live here forever." "Вечерняя Москва", 18 сентября 1991 Генеральный прокурор страны Н. Трубин, окончив изучение материалов уголовного дела, возбужденного в 1974 году против Александра Солженицына по признакам совершения преступления, предусмотренного пунктом «а» статьи 64 УК РСФСР (измена Родине), пришел к выводу, что не имеется никаких доказательств, свидетельствующих о совершении А. Солженицыным какого-либо преступления. Принятое в 1974 году решение о прекращении дела по основанию, не реабилитирующему писателя вследствие изменения обстановки (он был выдворен из СССР) признано несостоятельным.

"4 апреля [1955]. Далее идет Гарин Эраст Павлович. Тут надо мне будет собраться с силами. Тут я не знаю, справлюсь ли. Это фигура! Легкий, тощий, непородистый, с кирпичным румянцем, изумленными глазами" "5 апреля [1955]. С изумленными глазами, с одной и той же интонацией всегда и на сцене и в жизни, с одной и той же повадкой и в двадцатых годах и сегодня. Никто не скажет, что он старик или пожилой человек, — все как было. И кажется, что признаки возраста у него — не считаются. И всегда он в состоянии изумленном. Над землей... У него есть подлинные признаки гениальности: неизменяемость. Он не поддается влияниям. Он есть то, что он есть. Самое однообразие его не признак ограниченности, а того, что он однолюб. Каким кристаллизовался, таким и остался. Он русский человек до самого донышка, недаром он из Рязани. Он не какой-нибудь там жрец искусства. Разговоры насчет heilige Ernst просто нелепы в его присутствии. Он — юродивый, сектант, старовер, изувер в своей церкви. Он проповедует всей своей жизнью. И святость веры, и позор лицемерия утверждает непородистая, приказчицкая его фигура с острым и вместе вздернутым носом и изумленными глазами. Чем выше его вдохновение, тем ближе к земле его язык, а на вершинах изумления — кроет он матом без всякого удержу. Как многие сектанты его вида, строг к людям. И восторжен. Когда ставил он пьесу Юры Германа «Сын народа», отрицал он резко меня. Теперь я у него в мастерах. Эти страстные поиски людей не для себя, для церкви, привлекательны, когда числит он тебя в мастерах. А когда он тебя отрицает, замечаешь особую его деспотичность. Родовую. Про него нельзя, собственно говоря, рассказывать, не сказав ничего о Хесе, тощей, словно великомученица. С подозрительностью и мнительностью, порожденной первым ее театром. С великодушием и добротой. Она дрожит над Эрастом, мучается" Евгений Львович Шварц (1896 — 1958) Сайт "Прожито". Архивное хранение: РГАЛИ. Издание: Шварц Е. Л. Живу беспокойно. Из дневников. Л., Советский писатель, 1990

Павлович Надежда Александровна (1895, Лифляндская губерния — 1980, Москва) * * * Снова жег мне чей то взор затылок, Снова холод подымался со спины, Ангел огромный, грознокрылый Встал в снопе голубизны. Мир раз'ят, а умереть не смею, Потолок качнулся и поплыл... Только веет, веет, пламенеет Шелест ширящихся крыл. Где слова, чтобы сказать Такому: Лучезарный, Он слепит меня! И душа пылает, как солома, В вихре Божьего огня. 1918 цит. по: Надежда Павлович. Берег. Петербург, "Неопалимая Купина", 1922. 62 стр. [Для издательства „Неопалимая Купина" отпечатано в январе 1922 г. типографией „Светоч“. Марка издательства и обложка работы Александра Божерянова] 1000 экз.

"«Убийцы» — курсовая работа, поставленная осенью 1956 года группой студентов ВГИК, обучавшихся в режиссерской мастерской Михаила Ромма и операторской мастерской Александра Гальперина. Этот девятнадцатиминутный фильм — первый случай появления на киноэкране не только Василия Шукшина, но и Андрея Тарковского, причем это единственная кинокартина, где Тарковский и Шукшин (одногруппники по ВГИКу и антагонисты в творчестве) работают вместе. Фильм состоит из трех эпизодов. Первый и третий (в закусочной) поставлены А. Тарковским совместно с Марикой Бейку. Режиссером второго эпизода (в комнате Оле Андресона) выступил Александр Гордон (он же снялся в роли бармена Джорджа). Роль одного из посетителей закусочной исполнил Андрей Тарковский. Шукшин сыграл роль боксера Оле Андресона, которого разыскивают наемные убийцы (Эл — Валентин Виноградов, Макс — Вадим Новиков). Следует заметить, что обладавший средним ростом (175 см) Василий Шукшин мало подходил на роль «длинного шведа» (как у Хемингуэя!). Но дело в том, что в кадре актер все время лежит на кровати, а скуластое лицо на среднем и крупном планах выглядит вполне «боксерским»..." ДМИТРИЙ МАРЬИН — Шукшин и бокс. "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/shukshin-i-boks/

Елена Гродская * * * говорила мама птенцу: mon petit живи — небо копти живи — деньги копи всё будет тип топ не торопись на тот свет отвечал птенец маме птице: так жить не годится не успел вылупиться а должен остепениться оскотиниться я не скот я вольная птица захочу — полечу на тот а может останусь на этом может буду поэтом а не вот этим вот 13 марта 2022 ЕЛЕНА ГРОДСКАЯ — Поэт живёт, стихи. "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/poet-zhivet/

"Я вовсе не утверждаю, что Агния Львовна, сочиняя стишок про козленка, листала Новый Завет в поисках эпизода об исцелении слепорожденного — такая сценка выглядела бы фрагментом абсурдистской пьесы. Вообще нет уверенности, что Барто Евангелие когда-нибудь раскрывала, однако в своем простеньком сюжетце неумышленно воспроизвела в игровой (игрушечной) форме как раз процитированное: «не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии»" МИХАИЛ ГОРЕЛИК — Мишкина лапа. "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/mishkina-lapa/

Сергей Кибальник. Литература и психопатология. Писательская анкета. [Анкеты, заполненные Анатолием Королевым (Москва), Александром Мелиховым (Санкт-Петербург), Сергеем Носовым (Санкт-Петербург), Александром Снегиревым (Москва), Игорем Смирновым (Баден-Баден) и Сергеем Фокиным (Санкт-Петербург)] — «Вопросы литературы», 2026, № 2. Отвечает Анатолий Королев: «Пожалуй, Юрий Мамлеев, мы — как это ни странно — были дружны на закате его жизни, и я не раз был гостем в его странном доме, где у входа в подъезд можно было увидеть сразу стайку из четырех близнецов… Но это к слову, он был ценителем моей прозы, но из-за слабости зрения не мог уже читать сам, и мою повесть о парке „Гений места” читала ему вслух супруга… Его комплименты мне были важны, но характер наших разговоров, например, о феномене смерти в ракурсе индийской философии был очень причудлив, его было очень интересно вести, но трудно запомнить, когда я возвращался домой, то логически записать разговор я не мог, но ауру умонастроения запоминал… Если коротко, он считал самого себя некой разновидностью богини смерти Кали, но в том, как я это сейчас записал, сие кажется гомерической глупостью, надо было слышать, как Мамлеев говорил об этом, мельком, к слову… и уф… морозец ходил по коже гостя». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 7: https://nm1925.ru/articles/2026/7-2026/periodika-7-2026/