Прогулки по священным рощам

Дочитал сегодня утром "Первое королевство" Макса Адамса. Эта книга интересовала меня по двум причинам. Во-первых, раннесредневековой Британией я занимался в институте и аспирантуре до того, как сменил специальность и период, но до сих пор стараюсь следить за всем, что по этой теме выходит. Во-вторых, Британия после ухода римлян превратилась в лабораторию по формированию политий, и этот процесс интересует меня с точки зрения истории и теории международных отношений. Ну и плюс книга пришлась в пандан к "Римской Британии" ув. Антона Барышникова, так как в ней описываются события, непосредственно последовавшие за концом этой самой Римской Британии. В общем, очень хорошо. Во-первых, Адамс описывает современное состояние исследований в области изучения постримской Британии, разбирает методологию и рассматривает все ключевые открытия последних десятилетий. В результате получается очень сложная картина, далекая от той упрощенной схемы, которая господствовала еще полвека назад. Вместо примитивной картинки "вторгшиеся англосаксы убивают и порабощают всех кельтов, а остальных загоняют в Уэльс, Корнуолл и Шотландию" мы видим сложные сети и структуры взаимодействия и влияния между кельтами и англосаксами, которые формируют в итоге социальное, политическое и экономическое полотно раннесредневековой Британии. Теоретический момент не менее интересен: везде - и в формах, и содержании, и в механизмах, - торжествует цветущая сложность. Множество разнообразных политий, от союза общин до королевств, сосуществуют в структуре множественных иерархий, конкретный рисунок которых определяется историей, географией и набором зачастую случайных факторов.

Музыкальная минутка утром субботы, посвященная событиям девяностолетней давности. В 1936 году британское правительство решило построить аэродром и школу пилотов бомбардировщиков и радистов в Пениберте на полуострове Ллин в Уэльсе. Власти действовали очень грубо, снеся в процессе строительства историческое здание, где веками останавливались паломники, направляющиеся на остров Бардси, и проигнорировав протесты местного населения. В итоге в ночь на 8 сентября три активиста партии Plaid Cymru - Сондерс Льюис, Льюис Валентайн и Д.Дж. Уильямс - сожгли недостроенное здание школы пилотов, после чего явились в ближайший полицейский участок и сдались полиции. Судебный процесс над ними получил большой резонанс и вызвал всплеск национальных чувств в Уэльсе (в том числе потому, что двоим из подсудимых было отказано в праве выступать на валлийском языке), все в итоге получили по девять месяцев тюрьмы и стали национальными валлийскими героями. Зачастую их называют просто y tri (the three). Годы спустя группа Plethyn написала про это красивую песню, вот она с субтитрами. https://www.youtube.com/watch?v=b4Ha8rQN--M

"История античной эстетики" Лосева исключительно хороша, помимо прочего, с эстетической (т.е. стилистической, учитывая, что речь идет о тексте) точки зрения. Был бы у меня канал, посвященный античной философии, непременно назвал бы его "Заматеревшие стоики, утонченные эпикурейцы".

Игра "найди пропавший штат"

Мне кажется, это успех

В целом да, согласен практически со всем сказанным. Мы знаем, что система, которую мы будем пытаться анализировать, детерминирована, но у нас не хватает информации для того, чтобы найти все детерминанты, мощностей и ресурсов для того, чтобы просчитать их влияние, и понимания того, как это вообще можно сделать. Поэтому мы обречены на стохастический анализ, который в идеале должен становиться все менее стохастическим по мере того, как мы будем находить константы и разрабатывать, используя предложенную аналогию, пятимерную теорию вероятности. До момента ее разработки и внедрения мы обречены на создание редукционистских моделей для практических целей; главное, чтобы эти модели помогали достигать этих целей, а не мешали.

Большое спасибо за реакцию, попробую объяснить свою позицию поподробнее. 1. Я полагаю, что любая естественнонаучная и социальная теория должна обладать прогностической функцией, причем в идеале двоякой, позволяющей как предсказывать появление новых факторов, так и делать краткосрочные прогнозы (второе относится преимущественно к социальным наукам, но не только). Объяснительная функция должна присутствовать в любой естественнонаучной и социальной теории, она в принципе обеспечивает ее существование - теория, не способная объяснить, что вообще происходит вокруг, быстро умрет. Далеко не все науки обладают этими двумя функциями; существуют, например, история и математика, которые представляют из себя отдельные магистериумы с принципиально другим объектом исследования; но в магистериуме естественных и социальных наук дело обстоит именно так. Предполагать, что теория, способная только объяснять, но не способная предсказывать, имеет право на существование, означает проявлять излишнюю снисходительность. 2. Всякая теория (как и всякая умственная деятельность в целом) предполагает редуцирование и систематизацию, выделение главного и второстепенного по каким-либо признакам. Да, если бы изучаемая система была статичной, существующие теории могли бы работать как аналитические рамки; но социальные системы не статичны и не закрыты (и никогда такими не были), они постоянно развиваются и динамически меняются, создавая новые формы и форматы. Учитывая, что наиболее популярные изводы гранд-теорий предполагают редуцирование именно на основе формы, они устаревают в момент создания. 3. Любая наука (не исключая математику) изначально создавалась как Art; в процессе развития они превратились в Science, и наука о МО не должна быть исключением, как не стали исключением политология, социология и экономика. Сайентификация, о которой пишет коллега, окончилась временной неудачей по двум причинам: во-первых, из-за чрезмерного редуцирования, во-вторых, из-за неловкой попытки методологически обособить МО от соседних дисциплин. 4. Что можно в этой ситуации сделать? Современная наука демонстрирует две тенденции: с одной стороны, к дальнейшей фракционности, с другой - к взаимодействию фракций и междисциплинарности. Так что наш путь - кропотливо собирать набор работающих теорий среднего уровня, в т.ч. из других дисциплин, проверять их эмпирикой и постепенно готовить базу для новой, уже полноценной гранд-теории.

Воспользовавшись поводом, поменял аватарку на изображение Петра Коместора - средневекового монаха, который по преданию был прозван Коместором, сиречь "Пожирателем", за привычку к поглощению знаний и книг (фигурально). Мне кажется, что и на этой миниатюре он словно бы говорит "Огого, НОВАЯ КНИЖЕЧКА!!!" Очень его понимаю и чувствую с ним духовное родство.

В свежем номере "России в глобальной политике" вышла моя многострадальная статья (многострадальная потому, что переписывалась раза четыре, меняя формат от заметок на полях до манифеста и в конце концов до максимально сухого изложения основных тезисов). Тезисы эти таковы: 1. Существующие сейчас гранд-теории МО в основных своих изводах не способны обеспечить решение одной из главных задач, которая стоит перед теориями в принципе - прогнозирования на долгую и на близкую перспективу; более того, гранд-теория для эффективного прогнозирования не требуется вообще. Это никуда не годится, на данный момент гранд-теории можно (и нужно) заменять сборкой теорий среднего уровня, в т.ч. собранных на соседних полях исследований. Надо работать над постепенным выстраиванием гранд-теории на перспективу с упором на эмпирику; вообще никакой теоретизации в обход эмпирики. 2. Мир - сложная гетерархическая система, его пониманию государствоцентричный подход только мешает. Нужно анализировать мотивы и действия конкретных людей, социальных групп, корпораций, организаций, кланов и проч., которые действуют как внутри, так и через государственные границы, изучать международные, а не межгосударственные отношения. 3. Возвращение истории МО и полноценное ее изучение как процесса вместо использования в качестве примитивного пруда для добычи аналогий. Понимаю, что для кого-то эти тезисы покажутся набором трюизмов, но важно было проговорить это вслух, чтобы было на что ссылаться и опираться при дальнейшей разработке темы. Хочу выразить глубочайшую признательность как коллегам по ИМЭМО, так и товарищам извне, с которыми мы уже не первый год всё это обсуждаем.

Ладно уж, что в путеводителе по истории искусства всему периоду Поздней Античности и Средневековья (не только западного, но и исламского) уделено 8 страниц из 191, но за что Ричард Осборн и Дэн Стёрджис в переводе Анастасии Суслопаровой, Мари Мишель и Дарьи Похолковой запретили средневековым людям свечи??? Просто напомню на всякий случай, что знакомые нам цилиндрические свечи с фитилем появились именно в это время

История о том, как из множественности Дионисиев проистекли беды для Абеляра Само повествование мы находим в "Истории моих бедствий": "Однажды во время чтения мне случайно попалась одна сентенция Беды из толкования «Деяний апостолов», в которой он заявляет, что Дионисий Ареопагит был, скорее, коринфским, а не афинским епископом. Это показалось весьма противным тем, кто хвастался, что их Дионисий – тот самый Ареопагит; что его деяния прямо свидетельствуют, что он – афинский епископ. Когда я разыскал это свидетельство Беды, которое противоречило нам, я якобы в насмешку показал его некоторым стоящим вокруг братьям. Те же, сильно возмутившись, сказали, что Беда – лживейший писатель, и аббат Хульдоний является более надежным свидетелем; что он долго ходил по Греции, исследуя это, и действительно устранил сомнение, познав истину в деяниях того [афинского епископа], которые он описал. Оттого, когда один из них допытывался по такому неудобному вопросу: какое свидетельство мне кажется спорным – Беды или Хульдония, я ответил, что авторитет Беды, писания которого используют все церкви латинян, кажется мне более влиятельным. Чрезвычайно возмутившись из-за этого, они стали кричать, что теперь явно раскрыли меня, ибо я всегда был угрозой для нашего монастыря и – особенно – отказал всему королевству в том, чем оно особенно славится, похитив его честь, так как я отрицал, что их заступником был Ареопагит. Я же ответил, что не я отрицаю это, и не слишком обеспокоен, был ли этот заступник Ареопагитом или кем-то другим, лишь бы свой венец он получил от Бога". После этого, как мы знаем, аббат Адам пообещал довести дело до короля, и Абеляр, не желая рисковать, сбежал в земли графа Тибо Шампанского. В чем, собственно, была проблема? Монахи Сен-Дени с опорой на труд аббата Хильдуина (Гилдуина, Хульдония) утверждали, что Св. Дионисий, в честь которого названо их аббатство - не кто иной как Дионисий Ареопагит, обращенный в христианство ап. Павлом (Деян.17:34), впоследствии первый епископ Афин. При этом Хильдуин ассоциировал Дионисия Ареопагита не только с Дионисием Парижским, галльским мучеником III в. (в честь которого и был, по всей видимости, назван Сен-Дени), но и с Псевдо-Дионисием (автором "Ареопагитик", одного из важнейших для христианского богословия текстов). Беда Достопочтенный, в свою очередь, ассоциировал Св. Дионисия Парижского со Св. Дионисием, епископом Коринфа, куда менее известным, чем Дионисий Ареопагит - и это серьезно било по статусу монастыря Сен-Дени и подрывало саму идею о том, что Галльская церковь восходит к первоапостольским временам (на чем в т.ч. строилась позднейшая концепция галликанизма). В общем, Абеляр пошутил довольно неудачно, за что поплатился изгнанием. Интересно, что споры насчет Дионисиев идут до сих пор. Вроде бы более-менее признано, что авторство "Ареопагитик" не принадлежит Дионисию Ареопагиту; но западное предание, отождествляющее Дионисия Парижского и Дионисия Ареопагита, до сих пор является мейнстримом в т.ч. среди православных богословов и историков Церкви, хотя нередко критикуется. Про Дионисия Коринфского сравнительно недавно (в 2017 г.) вышла отличная монография Кэвена Конкеннона, посвященная роли коринфского епископа в формировании раннехристианских сетей в Восточном Средиземноморье. КДПВ: фантазийный портрет Абеляра в стиле "подшучу-ка я над монахами Сен-Дени, над каноником уже подшутил"

Коллега тут рассуждает, как протесты в Индии повлияют на будущие политические расклады. Вопрос на самом деле интересный и не такой простой, как может показаться. Ни позицию БДП, ни внутреннее единство партии протесты никак не поколебали. Отставка Прадхана произошла не из-за того, в чем его в течение долгого времени обвиняли (исправление учебников истории, курс на трехъязычие в школе) - он просто стал козлом отпущения в ситуации социального взрыва, подготовленного предыдущими чиновниками. Ушел он сам и ушел красиво, авторитет в партии и доверие Моди сохранил, так что через некоторое время, скорее всего, вновь появится на каком-нибудь высоком посту. Пралхад Джоши, смешивший его - столь же лояльный Моди человек. Само правительство вышло из ситуации вполне успешно, продемонстрировав готовность договариваться и понимание проблем молодежи (единственное пятно, пожалуй, это разгон протестующих во время марша к парламенту). Протестующие, в свою очередь, тоже разумно осознали, что перегибать палку не стоит, отставки Амит Шаха требовать не стали и вообще под конец выступили как погорячившиеся патриоты, покричав на камеры "Джай Хинд". "Тараканья партия" ААП не заменит, но и БДП вряд ли удастся приручить после всего этого протестный молодежный электорат (хотя кого-то они, наверное, получат). Но до следующего избирательного цикла еще куча времени, может всякое произойти. P.S. Отдельный привет "Коммерсанту", который выпустил посвященную протестам статью под названием "Власти Индии пресекли попытку новой "оранжевой революции".

Один из самых интересных артефактов в Ахенском соборе - т.н. амвон Генриха II, созданный между 1002 и 1014 гг. и представляющий из себя, как считается, памятник Оттоновского возрождения. Не в последнюю очередь его рассматривают именно через эту призму благодаря шести рельефам из слоновой кости коптской работы, на которых изображены вполне языческие сюжеты (Исида, Вакх, нимфы, нереиды, менады, гении и проч.) Насладиться ими можно тут (не стесняйтесь увеличивать), отдельные фрагменты - тут. Интересный момент связан с их датировкой. Дело в том, что на верхнем левом рельефе изображен всадник, поражающий копьем дракона (прямо образцовый Св. Георгий, если не считать двух гениев, держащих над его головой венец, хотя велик соблазн счесть их ангелами). На изображении отчетливо видны стремена - и именно благодаря им в течение долгого времени рельефы датировали VIII в., так как на протяжении нескольких десятилетий в исторической науке царило представление о том, что в Европе (и в Восточном Средиземноморье) стремена появились примерно в конце VII в. Спасибо за это следует сказать Линну Уайту, который в своей знаковой работе "Medieval Technology and Social Change" (1962 г.) связал появление стремян в Европе с новой техникой конного боя и, как следствие, зарождением феодализма. Концепция получилась настолько стройная, что надолго завладела умами историков (думаю, каждый студент-историк, читавший Кардини, помнит этот неловкий момент, когда автор, не рискуя оспаривать господствующее мнение, пытается понять, как воины более ранних веков могли рубить пеших противников без стремян). В общем, сейчас господствует мнение, что стремена появились в Европе минимум на два века раньше, и что они отнюдь не сыграли той революционной роли, которую им приписал Уайт. Это позволяет датировать коптские рельефы Ахенского собора VI в., и наличие языческих сюжетов в это время уже не выглядит столь шокирующим, как в VIII в. Ну и заодно это хороший пример того, что простые объяснения и красивые схемы чаще всего неверны.

Есть что сказать в свою защиту, филологи?

Имя "Хайдер Али" (писалось обычно Hyder Ally), к слову сказать, оставалось в американском флоте довольно популярным уже и после того, как сам Хайдер Али приказал долго жить. Из носивших его кораблей самым удачливым оказался восемнадцатипушечный приватир, вынудивший после боя в заливе Делавер-бэй 8 апреля 1782 г. капитулировать британский шлюп "Генерал Монк" (бывший американский "Генерал Вашингтон", захваченный британцами за полтора года до того); самым неудачливым - портлендский приватир, в 1814 г. действовавший в Индийском океане. Мало того что он сам был взят британским фрегатом менее чем через три месяца после начала крейсерства в Индийском океане, так еще и ни один из трех захваченных им за это время призов не добрался до Америки - все были отбиты британцами. КДПВ: бой в заливе Делавер-бэй, "Хайдер Али" сражается с "Генералом Монком". Картина имеет к реальности довольно отдаленное отношение: американский приватир взял верх именно потому, что вел бой на большой дистанции, где его длинноствольные орудия были эффективны в отличие от карронад "Монка".

Канал давно не обновлялся, но по уважительным причинам

Ульфилица, которую мы они потеряли

Где твое, смерте, жало; где твоя, аде, победа; воскресе Христос, и ты низверглся еси. Воскресе Христос, и падоша демони. Воскресе Христос, и радуются ангели. Воскресе Христос, и жизнь жительствует. Воскресе Христос, и мертвый ни един во гробе: Христос бо востав от мертвых, начаток усопших бысть. Тому слава и держава, во веки веков, аминь

По случаю Вербного воскресенья (с которым поздравляю всех подписчиков) в ленте много замечательного стихотворения Тимура Кибирова, которое я тоже очень люблю. Но подумалось тут, что двух из перечисленных христианство удачно, как это модно сейчас говорить, апроприировало. И если насчет последнего все очевидно, спасибо Иустину Философу, александрийцам и многим другим, то история со вторым менее известна, хотя не менее занимательна. Христианизация Будды Гаутамы случилась, очевидно, где-то в VI в.: Боддхисатва, как считается, превратился в Иосафата, Билавхар - в Варлаама, Джунайсар - в Авенира. В итоге роман-житие про Варлаама и Иосафата (или Иоасафа) стал широко известен и в Западной, и в Восточной Европе, отдельные сюжеты встречаются и у Бокаччо, и у Шекспира, а Лопе де Вега написал по этому поводу целую драму. На Русь сюжет пришел в виде "Душеполезной повести о жизни Варлаама и Иоасафа, принесенной из страны внутреннейшей Эфиопии, называемой Индиею, во Святый Град Иоанном Дамаскиным - мужем честным и добродетельным, иноком монастыря св. Саввы". Сюжет во всех вариантах примерно одинаковый - царевич Иоасаф живет себе спокойно во дворце, который отец его Авенир построил специально для того, чтобы отгородить любимого сына от жестокостей мира сего, но во дворец проникает пустынник Варлаам, наставляет Иоасафа в христианской вере. После этого Иоасаф проходит через многие испытания, обращает в истинную веру своего отца Авенира и уходит к Варлааму в пустыню, живет там отшельником, а после его смерти на его могиле происходят многочисленные чудеса. "Иоасаф до конца жизни вел истинно ангельский образ жизни, проводя еще более строгую аскетическую жизнь, чем при старце. На двадцать пятом году от роду он оставил свое земное царство, чтобы вступить на путь монашеского подвига; тридцать пять лет провел в пустыне, ведя жизнь, подобно безтелесным, превышающую обыкновенную способность природы человеческой". В общем, не знаю даже, с чем эту чудесную историю сравнить, разве что с "Александрией", где Александр Великий прибывает на Макаринский остров, встречает там царя Иованта и спрашивает, как ему в рай попасть, а тот ему отвечает: "Иди, Александр, откуда пришел"; после этого Александр спускается во ад и видит там эллинских богов и героев, ждущих решения своей участи, а потом ему является пророк Иеремия. Но повесть об Иоасафе, пожалуй, не хуже.

Хороший пример апелляции к псевдоантичности, призванной придать придуманной автором параллели глубину и значимость. Никакого "противостояния" между теллурократиями и талассократиями древние греки не выводили, и тем более никак не противопоставляли Элладу как морскую державу якобы континентальной Персии. Само слово "теллурократия" - изобретение новейшего времени (непосредственно тов. Дугина, опиравшегося на Карла Шмитта); θαλασσοκράτωρ мы встречаем у Геродота, но посыл его совершенно противоположный тому, что отстаивает автор статьи в РвГП - есть талассократоры-финикийцы, служащие персам, а эллины, если они желают им противостоять, сами должны стать талассократорами, строить корабли и научиться воевать на море. Никаких "морских" и "сухопутных" держав: хочешь стать властелином моря - вкладывайся во флот. Слово "талассократия" же, хотя и встречается уже у Страбона, в нынешнем своем значении пришло к нам из "Хроники" Евсевия Кесарийского, который полагал, что контроль над Восточным Средиземноморьем переходил с момента окончания Троянской войны от одной державы к другой: от лидийцев к пеласгам, от пеласгов к фракийцам и далее вплоть до эгинцев (до афинян Евсевий не дошел, после спартанцев, наксосцев, эретрийцев и эгинцев у него сразу случается Александр Великий). Как видим, Грэм Эллисон и прочие любители концепции о периодической смене мирового гегемона недалеко ушли от представлений об истории автора IV века.