История о том, как из множественности Дионисиев проистекли беды для Абеляра Само повествование мы находим в "Истории моих бедствий": "Однажды во время чтения мне случайно попалась одна сентенция Беды из толкования «Деяний апостолов», в которой он заявляет, что Дионисий Ареопагит был, скорее, коринфским, а не афинским епископом. Это показалось весьма противным тем, кто хвастался, что их Дионисий – тот самый Ареопагит; что его деяния прямо свидетельствуют, что он – афинский епископ. Когда я разыскал это свидетельство Беды, которое противоречило нам, я якобы в насмешку показал его некоторым стоящим вокруг братьям. Те же, сильно возмутившись, сказали, что Беда – лживейший писатель, и аббат Хульдоний является более надежным свидетелем; что он долго ходил по Греции, исследуя это, и действительно устранил сомнение, познав истину в деяниях того [афинского епископа], которые он описал. Оттого, когда один из них допытывался по такому неудобному вопросу: какое свидетельство мне кажется спорным – Беды или Хульдония, я ответил, что авторитет Беды, писания которого используют все церкви латинян, кажется мне более влиятельным. Чрезвычайно возмутившись из-за этого, они стали кричать, что теперь явно раскрыли меня, ибо я всегда был угрозой для нашего монастыря и – особенно – отказал всему королевству в том, чем оно особенно славится, похитив его честь, так как я отрицал, что их заступником был Ареопагит. Я же ответил, что не я отрицаю это, и не слишком обеспокоен, был ли этот заступник Ареопагитом или кем-то другим, лишь бы свой венец он получил от Бога". После этого, как мы знаем, аббат Адам пообещал довести дело до короля, и Абеляр, не желая рисковать, сбежал в земли графа Тибо Шампанского. В чем, собственно, была проблема? Монахи Сен-Дени с опорой на труд аббата Хильдуина (Гилдуина, Хульдония) утверждали, что Св. Дионисий, в честь которого названо их аббатство - не кто иной как Дионисий Ареопагит, обращенный в христианство ап. Павлом (Деян.17:34), впоследствии первый епископ Афин. При этом Хильдуин ассоциировал Дионисия Ареопагита не только с Дионисием Парижским, галльским мучеником III в. (в честь которого и был, по всей видимости, назван Сен-Дени), но и с Псевдо-Дионисием (автором "Ареопагитик", одного из важнейших для христианского богословия текстов). Беда Достопочтенный, в свою очередь, ассоциировал Св. Дионисия Парижского со Св. Дионисием, епископом Коринфа, куда менее известным, чем Дионисий Ареопагит - и это серьезно било по статусу монастыря Сен-Дени и подрывало саму идею о том, что Галльская церковь восходит к первоапостольским временам (на чем в т.ч. строилась позднейшая концепция галликанизма). В общем, Абеляр пошутил довольно неудачно, за что поплатился изгнанием. Интересно, что споры насчет Дионисиев идут до сих пор. Вроде бы более-менее признано, что авторство "Ареопагитик" не принадлежит Дионисию Ареопагиту; но западное предание, отождествляющее Дионисия Парижского и Дионисия Ареопагита, до сих пор является мейнстримом в т.ч. среди православных богословов и историков Церкви, хотя нередко критикуется. Про Дионисия Коринфского сравнительно недавно (в 2017 г.) вышла отличная монография Кэвена Конкеннона, посвященная роли коринфского епископа в формировании раннехристианских сетей в Восточном Средиземноморье. КДПВ: фантазийный портрет Абеляра в стиле "подшучу-ка я над монахами Сен-Дени, над каноником уже подшутил"