Деньги и песец

Если женщина рассматривает серьезные отношения, …, то понимает, что на время декрета сильно выпадает из обоймы. Это потеря 3 лет профессиональной жизни, 36 зарплат... При зп 150К это потеря более 5 миллионов, если что. Отчасти там мат.капитал что-то дает, льготы и выплаты по уходу за ребенком, но математика не сходится уже от зарплаты выше 100 тысяч. …Если это нормальная пара и адекватный мужчина, …, то он это все понимает и компенсирует это содержанием, уходом, подарками за рождение детей и помощью уважаемые коллеги @datind_and_me убедительно объясняют, почему мужчина должен и сколько именно (5 млн если женщина получает от 150К). Крохоборы возразят, что официально в РФ первые 140 дней декрета оплачиваются в размере 100% заработка, затем – до достижения 20 месяцев – 40%, а дальше до трёх лет отпуск неоплачиваемый, но с сохранением рабочего места. Но мы понимаем РФ-реалии, согласны, что компенсация т.н. «декретного штрафа» нужна, и женщине-нужен- мужчина-с-доходом-в-3-раза-выше. Было дело, подробно объясняли тут архитектуру современного брачного рынка в РФ, и почему вход на него есть для мужчин с зарплатой от 300К и дефицита таких мужчин, с точки зрения молодых женщин, нет Декретный штраф, о котором говорят ув. @datind_and_me в РФ существует, на этот счет есть исследование Лары Лебедински, Кристиано Перуджини и Марко Владисавлевича («Child Penalty in Russia: Evidence from an Event Study», IZA, 2020). Оно хорошее по трём причинам: во-первых, использует RLMS – национально репрезентативную панель за 1994–2018 годы, во-вторых, сравнивает одних и тех же женщин до и после рождения ребёнка, а не разных женщин между собой; в-третьих, разлагает штраф на компоненты – занятость, часы, почасовую оплату – что позволяет увидеть, где именно теряется доход. И вот что оно показывает. Штраф есть, и он большой: вероятность занятости в год рождения ребёнка падает на 65 п.п., через год – на 40 п.п., через 4–5 лет – всё ещё на 6 п.п. ниже. У мужчин такого штрафа нет. При этом ни часы, ни почасовая оплата не страдают - женщина либо возвращается на плюс-минус ту же работу за те же деньги, либо уходит с рынка труда полностью. Но то же самое исследование показывает, чем выше доход мужа, тем меньше вероятность, что женщина на работу вернется. Рост дохода других членов домохозяйства на 10% снижает вероятность ее возвращения примерно на 0,4 процентного пункта в год, и эффект значим до трёх лет после рождения. Компенсация работает не как возмещение потери работы, а как механизм закрепления ухода с рынка труда. Мужчина платит – женщина не работает. Больше платит – дольше не работает. Хоть в учебник вставляй - стимул, который должен смягчить проблему, воспроизводит её. Из этого нельзя делать вывод, что женщины «на самом деле не хотят компенсации декретного штрафа, а хотят, чтобы мужчина их содержал». Но можно сказать так -в условиях, где нет частичной занятости, где не хватает детских садов, где отпуск длинный, а вторая часть его оплаты низкая – компенсация через содержание оказывается рациональной адаптацией. Рынок рынок труда не даёт женщине варианта «работать меньше, но работать». Она либо работает как раньше, либо не работает вообще. И если мужчина может содержать – она выбирает второе. Так что да, компенсация нужна, и мужчина с доходом Х3 её обеспечивает. Но чем успешнее он это делает, тем глубже выпадение женщины из занятости – и тем сильнее ее зависимость от мужских доходов. Это эмпирический факт: чем выше доход мужа, тем ниже вероятность возвращения жены на работу. Нельзя сказать, что женщины в действительности ищут только содержания. Но можно сказать, что стратегия «найти того, кто содержит» – при её железной рациональности – воспроизводит ту самую асимметрию, ради компенсации которой она как бы задумана. Мужчина платит, потому что женщина не работает. Женщина не работает, потому что он платит. А поскольку исследование заканчивается на пятом году после рождения ребенка, мы не можем сказать, что и почему происходит дальше.