Я тут пересматривала один из любимых фильмов с Мишель Пфайффер и Робертом Редфордом «Близко к сердцу» (1996), обожаемый с детства, и узнала, что сценарий к нему написали Джоан Дидион с мужем Джоном Грегори Данном. До сих пор в приподнятом настроении из-за этого факта!
Вообще у меня случился перерыв от маньяков спонтанный марафон по пересмотру старого любимого или давно запланированного, потому что поставила на паузу шестой сезон «Мыслить как преступник», досмотрела мультсериал «Аватар: Легенда об Аанге/Корре/Семь убежищ» и жду, когда полностью выйдет «Гангстерленд», чтобы начать. Пересмотрела «Привидение» (1990), «Действуй, сестра» (1992, 1993), «Знакомьтесь, Джо Блэк» (1998), «Красотка» (1990), «Кейт и Лео» (2001), «Ван Хельсинг» (2004), посмотрела «Крамер против Крамера» (1979), «Дневник памяти» (2004), «Ноттинг Хилл» (1999), «Терминал» (2004) — картины девяностых и двухтысячных с молодым и красивым Голливудом. Посоветуйте еще драмы и мелодрамы (больше заходят, чем ромкомы), а то к триллерам вернусь!
Из нового посмотрела «Сердце зверя»💔
#кинопанно
«Царствие мне небесное» Вера Богданова | @alpinaproza
По описанию героиня Вера варится в онкологическом котле, и я долго откладывала чтение, потому что знакома с его содержимым не лично, но близко — не хотела снова погружаться. Но сами понимаете: Вера Богданова написала автофикшн, который вошел в список финалистов «Большой книги» этого года, — надо брать. На деле тема онкологии выдана прожитой и зажившей — в отрефлексированном и очень художественном виде. Болезнь и дестигматизация онкобольных стала градообразующим строением истории, поводом поговорить о прошлом, времени и памяти, поразмышлять о дачах и бабушках в детских воспоминаниях, запечатлеть моменты (будь то крышка гроба цвета и фактуры кресел в областных ДК, первая очередь в Макдоналдс или кофе с корицей на веранде в одиночестве и тишине), зафиксировать наблюдения о природе.
Кому-то откликнется дача, кто-то узнает тетю, которую стоит заблокировать, — Вера Богданова мастерски транслирует коллективное через индивидуальное. Отдельного внимания заслуживают метафоры и образы, которые надолго выбрасывают из чтения в собственные воспоминания. Одна мысль с первой страницы чего стоит: «в начале осени ты слышишь <…> собственное детство». И далее: кофейного цвета полумрак палаты и горчичное тепло баров; стрекот кузнечиков, будто зерно перекатывается в сите, а шум машин ритмичен, как морской прилив; скорлупа асфальта и тающий ноздрястый снег; рельсы похожи на позвоночник с натянутыми над ним нервами-проводами, а дорога в снег расправляется как простынь; шкафы показывают тряпичные языки, а колготы, как сброшенная хлопковая кожа, и, наконец, любимое — тучи соприкасаются с землей животом, полным дождя.
Несмотря на возможную временную побочку в виде повышенной тревожности или иррационального страха (в текущей общей тревоге едва заметную) эта история с максимально жизнеутверждающим посылом: начать жить сейчас, выбирать себя, не откладывать желания на потом, контролировать фокус внимания. Только сработает ли этот посыл без проживания личного опыта или рассеется-забудется, как и приступ тревоги? Лучше бы сработал.
#цитаты
Смерть приходит тихо и оставляет за собой еще более глубокое молчание, как следы в вязкой почве болота, которые постепенно заполняются водой.
Люди, которым вечно приходится кого-то спасать, не стремятся заводить своих детей.
Горе — это оцепенение в наэлектрезованной пустоте.
Как я поняла потом, говорить о необходимости прощения всех и вся особенно любят токсичные люди, которые много кого обижают. Еще они любят замечать, что собеседник слишком сложный.
В итоге в этом и есть суть: постараться отдалить смерть на как можно больший срок.
Вы не драматическое обрамление чьей-то жизни, у вас есть собственный сценарий. И времени, увы, хватает только на него.
#всестраницы #альпинапроза #россия
В Ростов приезжала прекрасная талантливая Анна Лужбина. Одна встреча прошла в Публичке в рамках проекта «Большая страна — Большая книга», вторая — в Буревестнике, модерировала Мария Ныркова. Что-то на звездном! Я до сих пор под впечатлением, что все это было вживую. Радость, тепло, свет, фотографии на память и благодарности всем причастным.
P. S. Из независимых книжных без покупок не ухожу, поэтому из Буревестника унесла Джоан Дидион «Играй при любом раскладе»
Продолжаю показывать, что буду читать, и заодно фиксирую размер цветов🪴
Моя первая книга издательства talweg: по предзаказу прислали с прекрасными открытками (илл. Allen W. Seaby), которые теперь хочу оформить в рамки. Коробка NoAge: новые Гильермо Арриага («Спасти огонь») и Сон Вон Пхён («Миндаль»), Ханна Голд и продолжение «Последнего медведя», болгарский «Ловец бабочек». Просто праздник какой-то!
Деньрожденный #однорукийаплодисмент
Вчера после работы думала буду смотреть в стену, даже трансляцию церемонии награждения лауреатов литературной премии «Ясная поляна» не собиралась запускать, но потом не удержалась и все-таки включила — на пять минут. И досмотрела до конца: настоящее торжество литературы, любимый книжный Оскар и два часа света и надежды.
Итоги по номинациям:
▪Современная русская проза
Сергей Шаргунов за роман «Попович» (писала о нем здесь и болела весь сезон, очень рада и поздравляю!)
▪Иностранная литература
Жузе Эдуарду Агуалуза за роман «Креольская нация» и Варвара Махортова за его перевод с португальского языка
▪Молодость
Марина Чуфистова за роман «Отец Сережа»
▪Пропущенные шедевры
Юлия Полещук за перевод с немецкого языка романа «Крысиха» Гюнтера Грасса
▪Выбор читателей
Максим Привезенцев и роман «Маяки Сахалина»
▪Выбор подкаста «Девчонки умнее стариков»
Светлана Павлова и роман «Сценаристка»
Любопытно, что среди романов-лауреатов сразу два о священниках. Здорово, что на сцене две писательницы из Ростова-на-Дону (аплодирую Марине и Марии!)
В комментариях подробности.
#напремиальном #яснаяполяна
edited
Лауреатом Нобелевской премии по литературе 2026 стала канадская писательница и поэтесса Энн Карсон
На русском выходили «Автобиография красного» (2021, No kidding press) и «Горько-сладкий эрос» (2024, Лед)
#напремиальном
Попрощалась с издательством Individuum — купила книги, которые собиралась читать в электронке. В кабинете редкостей Издательства Ивана Лимбаха раздобыла легендарный «Страстоцвет» и «Теорему тишины». А еще старый Арриага и новая Степанова. В общем, сезон📚
Гоняться за новинками по завышенной цене, чтобы потом они годами лежали без прочтения, — мое любимое занятие. Этот дебютный роман финского автора очень ждала по двум причинам: собаки и литература стран Северной Европы.
Девятнадцатилетний главный герой наперекор родителям вместо шахты и покоя безмолвного дома отправляется работать в питомник хаски. Родители разочарованы, а он будто заново родился, не без боли, конечно, и живет мечтой о собственной собачьей упряжке.
Журналист Пекка Юнтти вдохновился реальной историей о потерянном хаски и в 2009 году написал большую статью о нем. Спустя двенадцать лет вышла «Дикая собака». В ней много снега и природы, лая собак, погони, поиска себя и борьбы за свой выбор, немного мифологии, финского колорита и истории, столько же напряжения, есть любовная линия, есть параллельная, добавляющая динамики. И все же взаимности у нас не случилось ни эмоционально, ни в плане исполнения: ожидала что-то невероятное, на деле же рада, что в отпуске удалось прочитать то, что давно планировала.
Несколько цитат:
…и жизнь на мгновение покажется прекрасной и легкой, пока мы вдруг не осознаем, что застряли в шахте и в этом среднестатистическом доме, и заметим, что стареем и превращаемся в одряхлевшие развалины. У одного астма, полученная на производстве, у другого от сидячей работы изношены позвонки.
Но если не было другой разумной альтернативы? А ее не было, и это казалось жутким. Не с этого ли начинается разрушение? Что думаем о разумном, когда стоит просто начать жить? Кроме того, кто определяет разумное? Почему считается разумным всю жизнь сидеть в кабине машины в вечной темноте, когда можно каждое утро наблюдать восход солнца, а после ночного снегопада вдыхать ноздрями запах мороза, аромат свежести? Кто придумал, что получать стабильный доход любой ценой разумнее, чем свободно бродить по просторам Севера?
…никто на самом деле не умирает, а только меняет форму
Счастье — это смех и теплые носки.
#перваястраница #цитаты
Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.
Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.
Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.
Даже если книги и напоминают людей, которые не умирают, без нас, продавцов, они бы пропали. У них нет ни рук, ни ног, ни рта. Вода способна их уничтожить, <…>, а еще их уничтожают пыль, забвение и огонь.
Два года подряд NoAge издает для русскоязычных читателей свежих лауреатов Гонкуровской премии: «Храни ее» Жан-Батиста Андреа 2023-го года и «Гурии» Камеля Дауда 2024-го года. У них и обложки созвучны, словно серия, но книги — свет и тьма — из разных миров. О «Храни ее» любимого Андреа рассказывала здесь, сегодня — о недавно вышедших в переводе Надежды Бунтман «Гуриях».
Алжирский и французский журналист и писатель Камель Дауд написал историю, которую не пропустили в печать в Алжире. Книга вышла в крупнейшем французском издательстве, которому из-за этого отказали в участии в Алжирской книжной ярмарке. Дауд сделал два немыслимых хода: во-первых, дал слово женщине, во-вторых, не просто женщине, а жертве «Черного десятилетия», о котором в Алжире запрещено говорить на законодательном уровне. Эту женщину зовут Заря, она заново родилась в пять лет, после того как ей неудачно перерезали горло. Заря немое свидетельство войны, улика, которая выжила, чтобы сосчитать всех жертв и палачей. И она расскажет историю, которая бурлит внутри нее, девочке у себя в животе, которой лучше умереть, чем родиться в стране, где женщины — рабыни и проклятье.
Смерть — это долгая жизнь.
В этой истории будет столько боли, насилия, криков, перерезанных глоток, принесенных в жертву баранов (повествование начинается в канун праздника жертвоприношения) и крови, брызгающей и вытекающей со страниц, словно орудуют десятки тысяч серийных маньяков разом. В ней же будут тысячи причин для панических атак из-за несправедливости и несвободы женщин, к которым относятся хуже, чем к животным. Не обойдется без экскурса в Главную Книгу c одурманивающими преданиями о райских садах и девах, с трактовками имамов вселенской вины и порочности земных женщин, бесконечного харама. Будут и книготорговцы, и восточная поэзия, и пустыня со скалистыми глазами, и море, играющее своим сине-серым платком, и чайки, ругающиеся в воздухе.
Камель Дауд потрясающе вжился в роль немой беременной женщины, передал накаленную обстановку настоящего и до последней страницы выдержал физически ощущаемое напряжение, без страха поведал об алжирской гражданской войне, терроре и зверствах 1990-х, тем самым не только наделил голосом и правом говорить тех, кому приказано молчать, но и принес дань уважения сотням тысяч жертв, рассказал о политике коллективного забвения и лицемерия и склонности в темные времена издавать в огромном количестве кулинарные книги и жечь запрещенку, напомнил о ценности и цене свободы и умения воскресать. Мощный артефакт времени, который теперь хранит эту историю в мировой литературе.
#всестраницы #алжир #франция #noage
Прочитала одну книгу за лето
#однорукийаплодисмент
Продолжаю рассказывать, что читала весной, такие дела
«Неаполитанский квартет» Элена Ферранте
Нашла на буккроссинге потрепанный томик первого романа из четырех, а в итоге послушала в озвучке Светланы Кузнецовой (дубляж Габи из «Отчаянных домохозяек», узнала по крику). Не пополнила ряды фанатов бестселлера с многомиллионными тиражами и переводами на десятки языков, но теперь в курсе, что это за современный прародитель романов о токсичных подругах. Мне не хватило глубины, из эмоций было только раздражение к главным героиням и их манипуляциям друг с другом, но история запоминающаяся. Цикл охватывает более шестидесяти лет — с детства в бедной послевоенной Италии в 1950-е до начала 2000-х. Ферранте показывает, как менялась страна, каково это — стать и быть в ней писательницей, особенно из бедной семьи. Любопытно, какое значение придается в истории языку — диалекту и литературному итальянскому (в оригинале, наверное, потрясающе звучит).
По романам HBO сняла сериал (4 сезона), который собрал ряд номинаций и наград. Ферранте (оказывается, это псевдоним, но существуют теории, кто под ним скрывается) работала над сценарием, а один из продюсеров — Паоло Соррентино. Для съемок рядом с Неаполем построили целый квартал из 1950-х. Первые два эпизода показывали на Венецианском кинофестивале. Можно и посмотреть когда-нибудь.
«Эффект Ребиндера» Елена Минкина-Тайчер
Елена Минкина-Тайчер — израильская русскоязычная писательница, практикующий врач. «Эффект Ребиндера» — дебют 2014 года, который был номинирован на ключевые российские литературные премии, густонаселенный роман с говорящим названием. В нем события и персонажи так перемешаны во времени и пространстве, а родственные и дружеские связи то затянуты в тугие узлы, то таинственно мерцают нитями паутины, что порой от аудиокниги кружилась голова. Самое удивительное, как писательница вписала судьбы своих героев буквально во все драмы и глобальные потрясения ХХ века — от революций и репрессий до Чернобыльской катастрофы. В насыщенном динамичном тексте не успевала выбрать главных персонажей, да это, кажется, и не нужно, герой один — человек и испытания его времени.
«Хроники пепельной весны. Магма ведьм» Анна Старобинец
Ядерная катастрофа и возврат к дремучему Средневековью семнадцать веков спустя. В мрачном мире черного снега люди рано взрослеют, муравьи размером с лошадь, да и вообще энтомология увлекательнейшая и, уверена, досконально проработанная (как, например, для «Лисьих брод» Анна исследовала, с какой скоростью тонет лошадь в болоте). Приглашенный молодой инквизитор расследует дело о наведении порчи, местный старый епископ предлагает руководствоваться трактатом его авторства — «Молотом Магмой ведьм». Детективный постапокалипсис с библейскими стихами, классическими сказками, ярко выраженной биологичностью и грандиозным стебом в лучших традициях Старобинец. И все это только первая часть, ждем еще одну или даже две.
#пачкастраниц 🎧
🌸Новую крассулу Коралл с арт-генераторской фермы упорно называю «Хоббит», как завещал Дастин Хендерсон
📕 «Попович» Сергея Шаргунова | @shubinabooks
Сергей Шаргунов — писатель, главный редактор журнала «Юность», ведущий программы «Открытая книга» на телеканале «Культура», лауреат многих литературных премий и… попович — сын священника. В автобиографической «Книге без фотографий» несколько лучших глав, которые раскрывают мастерство рассказчика во всей полноте, посвящены детству и взрослению в семье священника. Но их печально мало, поэтому возникает читательская потребность в большом романе на эту тему. И спустя пятнадцать лет писатель исполняет желание: выходит шестьсотстраничный «Попович» — максимально художественный, но фактурно выверенный на личном опыте, в котором попович больше не Сергей Шаргунов, а Лука Артоболевский.
Алтарника Луку, в миру — выпускника-лицеиста, разрывает двойственность: идеальный церковнослужитель, дисциплинированно помогающий во время богослужений, сын священника, кающийся отцу каждое воскресенье, и влюбленный юноша, думающий о поцелуе во время причастия, запретно зачитывающийся чужими исповедями и мечтающий стать писателем (не зря его святой на иконах — с книгой). Луке нравится проповедовать в школе, отличаться от других одновременно стыдно и приятно, в то же время он боится проколоться, поддерживая со сверстниками разговор на темы, в которых не разбирается, а над его именем смеются. Дома же он избранный, «свет» (и «хлеб»), но и там Луке нет покоя: его одолевает зуд противоречия и мальчишеской вредности, он считывает лицемерие, бунтует и рвется из тьмы в мир, от которого ждет чуда. Внутренний раскол усугубляется, когда навестить заболевшего Луку приходит одноклассница, и их застают родители, рано вернувшиеся со службы. Как сложится дальнейшая жизнь Луки, если в их семье батюшками становятся через поколение, ведь поповичи — главные маловеры?
С первых страниц Сергей Шаргунов ярко показывает быт в семье священника и взросление братьев разных возрастов, маркирует время фильмами «Вий» и «Отель “Гранд Будапешт”» и территориями, активно, с эффектом погружения, включает в повествование город — центр Москвы — и церковь. Церковь по касательной затронута с разных сторон: процветание соперничества за внимание батюшки, армейское послушание превыше молитвы, приходское хозяйство и дань на общецерковные нужды — опасаешься, что история свернет не туда (в политический триллер, например), но писатель остается верен своему герою. В отличие от церкви вопросами веры пропитаны все страницы, но ответы каждому стоит искать у себя внутри — с Лукой или без него.
«Попович» — это канонический путь героя, который стоит преподавать в литинститутах, — с преодолением испытаний, учителями и трикстерами, друзьями и врагами, и, конечно, с внутренней трансформацией. Дорога странствий отчаявшегося и одинокого Луки из горячечной московской жизни пролегла через беспокойную южную степь в загадочное сказочное Забайкалье, где он чуть было не затерялся в новом сюжете среди божественной и одновременно языческой природы. Это дискуссионный текст об отцах и детях для разбора в книжных клубах. Каково это — быть сыном священника, когда отец, по совместительству духовный наставник, хочет, чтобы ты продолжил его служение, когда с детства посещаешь умирающих, когда тебя ограничивают в общении, чтении, поведении и, главное, в выборе, требуют принимать тяготы с благодарностью, терпением и прощением?
Это очень стильный, свежий, выверенный и увлекательный текст, закольцованный от воскресения до рождения и дающий утешение и надежду. Запоминающиеся образы и метафоры, будь то мухи-мысли (грязь, грех и суета), медведь-дух ущелья, полыхающий золотисто-оранжевый нимб над головой, безразличная и безраздельная чернота вселенной, золотистая солнечная струна или зоопарк на краю света, настраивают на перечитывание и осмысление через время. Прекрасный роман, вошедший в список финалистов Большой книги текущего сезона (вместе со Львом Данилкиным, как и в 2017-м, когда оба стали лауреатами). Книгу идеально выпустили перед Пасхой, когда и начинаются события (тогда же и читала).
#всестраницы #реш #россия
edited
Прошли! «Попович», «Крууга» и «Царствие мне небесное» в списке финалистов Большой книги!
#напремиальном
Книгу Андреса Неумана «Однажды Аргентина» в переводе Марины Кетлеровой присмотрела по трем причинам: Издательство Ивана Лимбаха, семейная сага, обложка Ника Теплова.
#перваястраница идеальна: вводит в курс дела, описывает, что будет происходить дальше, и настраивает звучать в унисон в процессе чтения.
Жизнеутверждающая и увлекательная семейная сага, замаскированная под роман взросления, написана легко и с юмором. Пестрая и широкая география, грандиозные временные качели, господство диктаторов, военные перевороты, мятежи, гонения, репрессии, вынужденная эмиграция, побеги и разговоры шепотом, вымышленные фамилии и украденные паспорта, музыканты, врачи, художники, сплошная интеллигенция, музыка, много музыки, литература, чтение и, конечно же, футбол. Неуман получил в наследство маленькую семейную сагу и воссоздал (дополнял-исправлял почти двадцать лет) на ее основе свою историю — со смешанными флагами, многоголосым эхо, разветвленными корнями и новыми берегами.
Неуман мастер емких фраз. «Сюжет некоторых историй не меняется, меняются лишь очевидцы» и военные перевороты. «Чтобы избавиться от обожаемых вещей, обыкновенно требуется какая-нибудь веская причина, которая бережно спасает от необходимости переживать за происходящее» и вынужденная эмиграция. Или: «Детство — это такое место, где все мы распеваем одни и те же песни и помним наизусть одну и ту же рекламу». Или вот: «Процесс старения становится для свидетелей неудобным зрелищем, чем-то вроде заразного будущего, к которому вплотную лучше не приближаться». А один его персонаж говорил, что культурный багаж музыканта проявляется в том, как он играет: либо под пальцами звучит целый мир, либо просто долбите по печатной машинке. Мир Неумана звучит и стоит того, чтобы с ним познакомиться. И до «Странника века» обязательно доберусь, да.
Некоторая растерянность от короткого списка Иностранной литературы Ясной поляны (да и вообще), и все же фиксирую:
▪Лимберлост — Робби Арнотт
▪Креольская нация — Жузе Эдуарду Агуалуза
▪По орбите — Саманта Харви
▪К Полине — Такис Вюргер
▪Женщина при 1000 °C — Хатльгрим Хельгасон
▪Словарь Мацяо — Шаогун Хань
▪Одинокая ласточка — Лин Чжан
▪Белая линия ночи — Халид ан-Насрулла
▪Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй Мировой — Омер Зюльфю Ливанели
▪Три поколения железнодорожников — Согён Хван
▪Симпати Тауэр Токио — Риэ Кудан
#напремиальном
Сегодня переносимся в Ростов-на-Дону! О том, #где_читать в южной столице, рассказала нам Екатерина, автор книжного тг-канала Острые страницы ⬇️
Центр Ростова-на-Дону располагает к прогулкам с аудиокнигой и настолько переполнен эстетичными заведениями, что сложно выбрать несколько. Расскажу о своих любимых местах, где можно и красиво почитать, и вкусно поесть.
Донская государственная публичная библиотека
📌Пушкинская, 175А
Старейшее книгохранилище Юга России, которое ростовчане ласково называют Публичкой. Это не только пять миллионов экземпляров библиотечного фонда с самыми последними книжными новинками, но и великолепный зимний сад, в котором можно затеряться среди огромных монстер, фикусов и филодендронов и почитать классику под звуки воды в фонтанах.
Улица Пушкинская
📌Выйдя из Публички, вы попадаете на Пушкинскую — пешеходную улицу и одну из лучших прогулочных зон. Во всей красе Пушкинская раскрывается рано утром, когда среди гуляющих только собачники и бегуны, и можно походить, слушая серию расследований графа Аверина и рассматривая здания старого города. С Клюквиным-чтецом маршрут придется продолжить по Большой Садовой, посидеть на лавочке в Покровском сквере и спуститься на Набережную посмотреть на Дон.
После насыщенной прогулки вам наверняка захочется если не почитать, то поесть, поэтому предлагаю несколько вариантов:
Café Parfé
📌Варфоломеева, 306
Французская атмосфера и музыка, приветливая команда, вкуснейшие круассаны города и превосходная еда для гурманов. Место, в котором все сделано с любовью. Здесь отлично читаются французские авторы и современная литература в целом.
Sample Coffee
📌Пушкинская, 176/91
Идеальные (огромные!) вафли и фильтр на зернах из приличной семьи. Несколько шумно, но можно под скандинавский триллер в наушниках позалипать в панорамное окно на уже знакомых собачников и бегунов на Пушкинской.
Coffeeman
📌Суворова, 55
Старинная кофейня-обжарочная для ценителей премиум сортов и авторских напитков. Когда вокруг заведения растут как грибы и так же стремительно закрываются, Coffeeman с 2004 года идет своим путем. Место уединения для чтения интеллектуальной прозы.
Пусть хорошие истории случаются не только в книгах✨
+4
