Der Immigrant ✔

Блин, я написал целый пост, что наконец-то застроят (левое фото) огромный пустырь напротив напротив гигантского бывшего нацистского Министерства авиации (самого большого офисного здания в Европе на момент нацистов), где сейчас парковка, заросли и надо всем нависает воздушный шар с логотипом газеты Welt (правда сейчас там что-то про пенсию). Но я пост написал, а перед публикацией понял, что это совершенно другой пустырь, хоть и по соседству. Что же будет с гигантским пустырем, о котором я написал раньше? Там планируют строить что-то правительственное и какой-то жилой дом (правое фото). Раньше конца следующего года не начнут строить ничего, когда на самом деле начнут — хз. Вообще, количество пустырей в этом городе все еще производит впечатление на меня.

Новости параллельного мира. Из-за того, что я просрал какой-то термин то ли в прокуратуру, то ли в СК, то ли еще куда, Поливанова оштрафовали за что-то!

На Мозеле и Рейне ощущалась близость Баден-Бадена — ведь параллельно с осмотром красот был просмотр 5,5 часов контента с участием Андрею Григорьева-Апполонова-младшего, Сергея Григорьева-Апполонова и Игоря Синяка. В этой связи я считаю необходимым высказаться: Во-первых, мы абсолютно тим Сергей, я бы даже сказал Сергейманншафт. Если после просмотра интервью Андрея все это воспринималось как шоу, то после того, что рассказал Сергей, ничего, кроме глубокого сочувствия ему и возмущения по поводу Андрея не осталось. В этом году я поддерживаю Демократов, Зеленых, Яира Голана, студентов в Сербии, Мадьяра в Венгрии и Сергея Григорьева-Апполонова. Вот моя позиция. Во-вторых, сочетание мозельских красот и контента на русском языке, где обсуждаются какие-то просто проблемы благополучных людей, создает странно счастливое ощущение простоты всего. В-третьих, когда среди эти проблем (это мой способ объяснить появление этого поста вообще и в этом канале конкретно) возникают Гевербештойер, письма из амтов и хаусфервальтунг, это почему-то у меня особый восторг вызывает. Вот все смешалось-то!

+2

Вчера провели какие-то совершенно счастливые несколько часов в районе городка Бремм, где река Мозель делает вот такую загогулину. Совершенно потрясающие места, и наколько суровый Рейн, настолько жизнерадостный Мозель. Какая красивая и разная страна.

Это же практически цитата из фильма Типа крутые легавые (который, по моему мнению, является лучшим произведением мирового кинематографа за всю историю его существования)!

+5

Доехали до долины Рейна, тут восхитительно

Европейская реальность: в Германии получить права стоит в среднем 3400 евро, принимается реформа, чтобы цену снизить. Недостижимый идеал — Франция. Там это стоит ВСЕГО 1800 евро.

Рад за американцев, но волнуюсь за всех остальных (то есть нас) — в ближайшие два года вся энергия Трампа, видимо, будет направлена за пределы Америки

+5

Сняли на выходные домик в часе от Берлина. По дороге встретили оленей, енота и ежа. Две ночи очень мало, а все равно перезагрузка и счастье. Мечтаю о даче, простите о Datscha.

«Это очень красивая лампа, но ее, к сожалению, надо сдать», — сказала Соня. Мы с Соней смотрели на очень красивую только что повешенную лампу в нашей кухне. Я был расстроен. Выбор этой лампы растянулся почти на год. Не знаю, сколько ламп было отсмотрено и сколько концепций было обсуждено. Выбор давался с трудом и в результаты был сделан мной. В вопросах выбора наша семья представляет собой две крайности. На одном полюсе я, и я выбираю все слишком быстро. Выбор дается мне мучительно, и если он не случается, я нервничаю. Я хочу, чтобы галочки ставились, дела вычеркивались. Сколько так было куплено бессмысленных и неправильных вещей — сложно посчитать. Зато быстро. На другом полюсе Соня — Соня выбирает вещи экстремально медленно. В процессе могут быть отсмотрены сотни предметов, поменяться десятки концепций, выходит обычно потрясающе, но довольно часто в результате приезжают вещи, которые вскоре отправляются обратно. С лампой случился совместный эффорт. Соня выбирала лампу год, а я на финальном этапе выбрал ее за 30 минут и заказал. И вот она приехала. И вот она висит. И мы на нее смотрим. «Понимаешь, это очень красивая лампа, но она висит так низко, что мы будем в нее постоянно стукаться. А выше ее повесить нельзя», — сказала Соня. Я все еще был расстроен. Во-первых, мне нравилась лампа. Во-вторых, я не хотел опять выбирать лампу, в-третьих, ее надо было как-то снять, а значит надо было писать соседу Йоргу, чтобы взять у него лестницу. А потом написать соседу Йоргу, чтобы ее вернуть. В-четвертых, ее надо возвращать, то есть надо писать в компанию по производству ламп, упаковать лампу и отнести ее на почту. Я лег на диван. Когда я встал, я стукнулся головой о лампу. После чего я уехал в Израиль голосовать. «Я стукнулась о лампу», — написала мне Соня, пока я был в Израиле. «Хорошо, я сдам лампу», — сказал я, когда прилетел из Израиля, лег на диван, встал и стукнулся головой о лампу. Но ничего не сделал. Каждый раз, когда я заходил в комнату, я смотрел на лампу и думал — блин, какая красивая лампа, как я не хочу ее сдавать и вообще этим заниматься. Но однажды я зашел в комнату, смотря в телефон и не смотря на лампу. Удар пришелся по переносице. Лампа разбилась, переносица тоже, осколок лампы упал в диван и порезал диван. Это история с хорошим концом — во-первых, я восхищен силой своей переносицы. Во-вторых, мне теперь не надо сдавать лампу. В-третьих, мы решили, что лампочка на проводе, оставшаяся от лампы, выглядит великолепно и нам не нужна другая лампа. Надо только повыше повесить.

Нигде не встречал такой инфляции, как в мире очень дорогих томатов (писал о них тут). В прошлом году стоили 50 евро за кг, в этом 70. Наладьте импорт узбекских помидоров, христом богом прошу.

Никогда не знаешь, почему будешь давать комментарий CNN

У меня отдельный вопрос к сопредседателю берлинских Левых Ширмеру, как на этом фоне нам относиться к позиции Die Linke, что у полиции в городе слишком много денег и полномочий, а службу защиты конституции вообще хорошо бы расформировать?

Сотрудник Элиф Эральп, который отправил этот файл Шпигелю, сегодня

Так, ну я все еще совершенно поражен тем, что случилось с Элиф Эральп Очень коротко, если лень читать посты тут или что-то еще: журналисты Spiegel пришли брать у нее интервью и заговорили, разумеется, про антисемитизм и близких к партии людей, которые поддерживают Хамас. Эральп что-то ответила, в частности, что не думала раньше, что все настолько серьезно. Ей прислали интервью на сверку, она вернула его, вычеркнув и вопрос, и ответ, но в файле осталось еще и ее внутреннее обсуждение с командой, где она пишет, что жалеет, что согласилась на интервью, что боится этих людей и боится за свою семью (речь не про журналистов, а про тех, кто связан с террористическими организациями). Тут все просто аааа, от меньшего к большему: 1. То, что будущая (или уже нет) мэрка что-то говорит, а потом вычеркивает полностью удаляет свои ответы, — нельзя так, это вообще нехорошо, а для публичного политика особенно. Это значит, что она совсем не уверена в том, что можно говорить, а что нельзя. Мб я конечно слишком много прошу — но меня это смущает прежде всего во многих левых дискурсах, то, как осторожно надо высказываться, лишь бы не сказать случайно лишнее слово. И то, что это делает именно кандидатка от Левых, для меня знаково. (upd: я сам сейчас поправил в этом тексте разную фактуру и мысли, хаха) 2. То, что она вычеркивает вопросы журналистов, — это непонимание того, как работает пресса, и страх перед ней. Опять же, ты публичный политик, камон! 3. То, что сотрудники Левых настолько криворукие, что отправляют прессе файл с внутренним обсуждением, — это а) просто смешно (прекрасно при этом представляю, что я бы так сделал!), б) льет воду на мельницу разговоров, что левые только говорить умеют (впрочем, эта история показывает, что нет, не умеют) 4. То, что кандидатка в мэры пишет, что боится кого-то (и это явно влияет на ее как минимум слова), — причем боится тех, кто а) есть в городе, которым ей управлять, б) связан с ее партией, — то, ну, с одной стороны, это по-человечески очень можно понять, а с другой, хм, это главная претензия всех других партий к ней. И че делать ты с этим будешь? Бояться? Ну это значит, что эти ребятки при тебе реально начнут что-то решать, раз они к твоей партии близки? А то, что чувак, который с кланами связан, все еще в Бундестаге, — это вы тоже боитесь просто? Или вы только террористов боитесь? Не, ребята, так дело не пойдет. 5. То, что у нас есть набирающая силу AfD, где умеренные идут на поводу у нациков, и есть набирающие силу Левые, которые боятся бандитов и членов террористических группировок, — это, конечно, печально. Про AfD, что там радикалы только усиливаются, у меня сомнений не было, уже давно наблюдаем. А то, что у Левых, видимо, такая же ситуация, — это мы видим перед глазами сейчас ярко. И че дальше? Не встречал, честно говоря, таких ситуаций. Хватит ли теперь силенок у Левых что-то сделать реальное со своей проблемой? Или все-таки страшно? Или теперь у нас будет все-таки коалиция с CDU, от которой я последние недели тоже мощно кринжую? Плохо! Шлехт! Что делать! Ахтунг! Что еще сказать P.S. Вижу реакции в том же Spiegel, и они для меня неожиданные. Там про то, что давление на политиков это наша проблема, с которой надо чо-то делать. Из нашей предыдущей реальности этот разговор поди пойми — у нас если ты во власти, ты сам на всех давишь, а если нет, то на тебя давят, но это власть. Тут же разговор о том, что политиков пугают и травят другие люди. В этом смысле я Элиф по-человечески сочувствую, просто ну назвался мэром — надо отвечать

Ну это очень плохо и грустно, да

Я очень разочарован. Правящая Бургомистрка является финальным боссом земельной полиции. Она это лицо и глава правительства, отвечающего за защиту нас, берлинцев. Если она боится за свою семью и за себя, я по-человечески сочувствую, но что это значит для её правления? Сенат будет обходить неназываемых, как она в этом интервью, или просто тем, кто тоже боится, будет не на кого положиться in letzter Konsequenz? Ну и как минимум, если есть такие минные поля, то профессиональный политик должен уметь с ними работать. А после интервью с Вачединым для «Генау» это уже второй раз, когда я вижу, как Эральп пытается исправить необдуманно сказанные слова в процессе авторизации. Тогда она тоже вычеркнула часть разговора. Ну и как минимум надо уволить всех, кто отправил эту версию невычищенного документа обратно «Шпигелю». Что за Saftladen? Жилищным концернам планы по обобществлению так же будете присылать, с неудалёнными пометками о том, где блеф, а где требования всерьёз?

ВАУ https://t.me/yusupovskij/5936 И следующий пост у Алекса, продолжение

После чего примерно на том же месте на него, видимо, попытались напасть с ножом

Проголосовал и через пару часов случайно встретил своего кандидата на улице