Der Immigrant ✔

Так, ну я все еще совершенно поражен тем, что случилось с Элиф Эральп Очень коротко, если лень читать посты тут или что-то еще: журналисты Spiegel пришли брать у нее интервью и заговорили, разумеется, про антисемитизм и близких к партии людей, которые поддерживают Хамас. Эральп что-то ответила, в частности, что не думала раньше, что все настолько серьезно. Ей прислали интервью на сверку, она вернула его, вычеркнув и вопрос, и ответ, но в файле осталось еще и ее внутреннее обсуждение с командой, где она пишет, что жалеет, что согласилась на интервью, что боится этих людей и боится за свою семью (речь не про журналистов, а про тех, кто связан с террористическими организациями). Тут все просто аааа, от меньшего к большему: 1. То, что будущая (или уже нет) мэрка что-то говорит, а потом вычеркивает полностью удаляет свои ответы, — нельзя так, это вообще нехорошо, а для публичного политика особенно. Это значит, что она совсем не уверена в том, что можно говорить, а что нельзя. Мб я конечно слишком много прошу — но меня это смущает прежде всего во многих левых дискурсах, то, как осторожно надо высказываться, лишь бы не сказать случайно лишнее слово. И то, что это делает именно кандидатка от Левых, для меня знаково. (upd: я сам сейчас поправил в этом тексте разную фактуру и мысли, хаха) 2. То, что она вычеркивает вопросы журналистов, — это непонимание того, как работает пресса, и страх перед ней. Опять же, ты публичный политик, камон! 3. То, что сотрудники Левых настолько криворукие, что отправляют прессе файл с внутренним обсуждением, — это а) просто смешно (прекрасно при этом представляю, что я бы так сделал!), б) льет воду на мельницу разговоров, что левые только говорить умеют (впрочем, эта история показывает, что нет, не умеют) 4. То, что кандидатка в мэры пишет, что боится кого-то (и это явно влияет на ее как минимум слова), — причем боится тех, кто а) есть в городе, которым ей управлять, б) связан с ее партией, — то, ну, с одной стороны, это по-человечески очень можно понять, а с другой, хм, это главная претензия всех других партий к ней. И че делать ты с этим будешь? Бояться? Ну это значит, что эти ребятки при тебе реально начнут что-то решать, раз они к твоей партии близки? А то, что чувак, который с кланами связан, все еще в Бундестаге, — это вы тоже боитесь просто? Или вы только террористов боитесь? Не, ребята, так дело не пойдет. 5. То, что у нас есть набирающая силу AfD, где умеренные идут на поводу у нациков, и есть набирающие силу Левые, которые боятся бандитов и членов террористических группировок, — это, конечно, печально. Про AfD, что там радикалы только усиливаются, у меня сомнений не было, уже давно наблюдаем. А то, что у Левых, видимо, такая же ситуация, — это мы видим перед глазами сейчас ярко. И че дальше? Не встречал, честно говоря, таких ситуаций. Хватит ли теперь силенок у Левых что-то сделать реальное со своей проблемой? Или все-таки страшно? Или теперь у нас будет все-таки коалиция с CDU, от которой я последние недели тоже мощно кринжую? Плохо! Шлехт! Что делать! Ахтунг! Что еще сказать P.S. Вижу реакции в том же Spiegel, и они для меня неожиданные. Там про то, что давление на политиков это наша проблема, с которой надо чо-то делать. Из нашей предыдущей реальности этот разговор поди пойми — у нас если ты во власти, ты сам на всех давишь, а если нет, то на тебя давят, но это власть. Тут же разговор о том, что политиков пугают и травят другие люди. В этом смысле я Элиф по-человечески сочувствую, просто ну назвался мэром — надо отвечать