Книгижарь

Что делать сейчас — читателям, авторам, издателям Читателям: — Поддержите независимый книжный в вашем городе. Покупка любой книги — это вклад в их выживание. — Покупайте книги Individuum и Popcorn Books, им сейчас особенно тяжело — Если тревожно — платите наличными, забирайте самовывозом. — Важно. Не пишите в магазин с вопросами вроде «а вас это тоже комнется?» или «а какие книги теперь под запретом?» — они не обязаны это знать или обсуждать. — Не устраивайте панику в комментариях. Лучше поддержать — или промолчать с уважением. Авторам и переводчикам — особенно если пишете на чувствительные темы: — Шифруйте диски с черновиками (FileVault на Mac, VeraCrypt на Windows). — Используйте VPN. — Обсуждайте чувствительные темы в Signal или секретных чатах Telegram и других защищенных мессенджерах — Отправляйте тексты российским издателям за рубежом, это не запрещено. — Если не готовы публиковаться сейчас — сохраните текст. Он пригодится. Редакторам, издателям, книготорговцам: — Проверьте внутренние переписки и архивы. Уберите лишнее. — Удалите незащищенные Google Docs, где упоминаются уязвимые авторы и книги. — Перейдите на зашифрованную почту и мессенджеры. — Поддерживайте друг друга — хотя бы невидимо. Не оставайтесь одни. — Даже если молчите — никто не вправе вас упрекнуть. Всем: — Не пересылайте цифровые копии «опасных» книг людям, которым вы не доверяете на 100 %. — Особенно в чатах, где вы не знаете всех участников. — Не превращайте каждый коммент в мемориал — лучше помочь тем, кто под ударом. И последнее. Сейчас важно не делать вид, что ничего не происходит — и не сгорать от бессилия. Делайте то, что можете. Пусть это будет один пост, одна покупка, один разговор — всё это складывается в ткань сопротивления. Вы не одни. Инструкции ОВД-инфо в формате PDF — на случай общения с полицией

По такому случаю напомню свою инструкцию годовой давности; в метро в телефоны сейчас вроде бы не заглядывают, но будьте аккуратны энивей

Горсуд в Спб выкатил рекомендации хороших книг на выходные https://t.me/astrapress/124286

Как-то так, да

Вот и издатель Феликс Сандалов теперь «иноагент», а еще — в какой уже раз? — «Новая газета». Моя поддержка коллегам. Подписывайтесь на проект Феликса и коллег @straightforward_ru, в котором поддерживают и публикуют актуальные книги о России. А также @novaya_pishet

#анонс Лекторий «Симпосий» приглашает на открытые вебинары прозы. 4 сентября в 20:00 МСК Александр Железцов проведёт открытый вебинар «Короткая проза и короткая пьеса». Поговорим о том, как писать короткий текст, познакомимся с принципами работы мастерской и сделаем практическое упражнение. Сама мастерская начнётся 22 сентября. За 12 онлайн-встреч участники напишут несколько рассказов и короткую пьесу или сценарий. 9 сентября в 20:00 МСК Кира Долинина проведёт бесплатный вебинар «Как писать о культуре». Поговорим о том, как превратить личное впечатление от книги, фильма, спектакля или выставки в точный, аргументированный и увлекательный текст и, конечно, сделаем упражнение. Мастерская Киры Долининой начнётся 20 сентября и будет состоять из 10 онлайн-встреч. О мастерской и регистрация на вебинар Александра Железцова — здесь. О мастерской и регистрация на вебинар Киры Долининой — здесь.

Власти сейчас будут подавать закрытие «Гете Института» в России (спустя неделю после дня рождения Гете, что иронично, но не суть) как нечто симметричное и равнозначное закрытию «Русского дома» в Берлине. Но по уровню культурного обмена то и другое просто небо и земля. При поддержке института в России выходили книги Гюнтера Грасса, Винфрида Зебальда, Кристиана Крахта, Вальтера Беньямина, Ханны Арендт, детских писателей Ульриха Янссена и Марка-Уве Клинга. Всего счет идет на сотни изданных книг. Без Гете-Института многие бестселлеры «Ивана Лимбаха», Ad Marginem, Самоката и НЛО просто не вышли бы. И это не считая бесплатных учебных пособий, курсов, олимпиад, которые помогали учить немецкий и знакомиться с немецкой культурой. А что «Русский дом»? Да, там была библиотека и разговорный клуб, но и того и другого сейчас достаточно по всему городу и без того, чтобы посетитель оказывался под наблюдением гэбухи. Переводами на немецкий центр не занимался вообще, сейчас для этого есть грантовая программа «Института перевода» с экспертами из Минцифры, а еще этим занимается премия «Дар». Так что еще вопрос, кто тут на самом деле отменяет российскую культуру.

2 сентября Российский книжный союз и благотворительная программа ДоброFON компании «Фонбет» объявили о начале сотрудничества, направленного на поддержку библиотек малых городов России. Вот это тоже прекрасно: цензурное ведомство сотрудничает с букмекерами. Ставки на Нобелевку уже давно принимают, а ставки на следующий цензурный пакет еще нет! Я считаю, самое время

Ярмарку торжественно открыл 1й секретарь СПР В. Мединский. Говоря о будущем книги в эпоху новых технологий, он сформулировал один из главных тезисов дня: «ИИ — это колоссальный вызов. Только конкурировать. По-другому никак. Запретить это нельзя». Конечно, нельзя! То ли дело книги и авторов, они ж не роботы, рубильник не нажмешь. А ИИ полезный, цензурировать помогает.

От @starlighthousekeeping узнал, что печально известный переводчик Кинга Виктор Вебер теперь взялся за пиратские переводы новинок — вместе со своим внуком. В комментах радостно пишет: Сейчас у нас возвращение в конец 80-х — начало 90-х. Права на новые романы Стивена Кинга не охраняются. Бери и переводи, если есть желание и время. Соприкоснуться с такой великолепной прозой — счастье. Ну конечно, счастье, теперь никто не мешает выдавать говно за перевод. А вот в 2022 году Вебер говорил, что шедевров у Кинга уже не будет. А что случилось-то? P.S. Учите, учите английский и читайте в оригинале. Лучше ситуация в ближайшие годы не станет.

В России хотят легализовать «нежелательную» литературу, изданную до признания их авторов иноагентами. Минцифры обсуждает с Минюстом, МВД и администрацией президента возможность сохранить книги нежелательных организаций и иноагентов в фондах библиотек, а также разрешить продавать их в магазинах при условии, если они были изданы до присвоения соответствующих статусов их авторам. Такие законодательные запреты создают проблемы для «развития образовательной и просветительской деятельности», рассказали изданию эксперты. Если не удастся юридически легализовать эти книги, то муниципальным библиотекам нужно будет закрыть доступ к 50–70% своего фонда, а научным — к 10–15%. «Нежелательными организациями у нас, допустим, признаны Фонд Сороса и Всемирный фонд дикой природы, которые в 1990-х годах финансировали издание русской классики, а также лучшие образцы краеведческой литературы», — рассказал Григорьев «Коммерсанту». Спустя 4 года повальной цензуры и попыток пропихнуть Z-литературу начали что-то робко понимать.

«Взгляд падишаха, равнодушно проводив соболя двух матёрых метресс, остановился на моей уродливой кепке. Я затаила дыхание. Точнее, оно само затаилось». У будущей победительницы «Большой книги» Маргариты Симоньян выходит автофикшн, и написан он примерно таким же стилем, как и ее предыдущие: будто пародия Сорокина Ну и куда без «Начальника» с большой буквы, конечно. Скоро во всех библиотеках и фикспрайсах страны

Пора рассказать, как помочь каналу в новых условиях — из России поддерживать его стало чревато штрафом. ⏺Сделав буст, вы поможете каналу стать более видимым в телеге — назло зетникам, доносчикам и прочей сволочи. А еще у вас в ленте появится больше сториз с котиками ⏺Заказав у меня рекламу зарубежного проекта, вы помогаете каналу оставаться на плаву и расскажете о своем проекте на широкую аудиторию ⏺Предложив свою книгу на платный обзор, вы получите профессиональное мнение и подсветите ваш текст активным читателям ⏺Задонатив в криптовалюте или в иностранной валюте, вы помогаете каналу оставаться независимым USDT через TON UQAUzc5i2xGiC4ScZt1wA1uIZwzbGwXh2OS4IkgtYXeHWA24 Gram через TON UQAUzc5i2xGiC4ScZt1wA1uIZwzbGwXh2OS4IkgtYXeHWA24 BuyMeACoffee buymeacoffee.com/bookngrill ⏺Ну и, самое главное, расскажите о канале вашим друзьям и знакомым, которые интересуются литературой. Потому что если вы читаете этот канал, невзирая на цензуру, то вы и есть сопротивление Pic by Pablo Martinez, 2020

Федеральное правительство Германии объявило о ряде мер в связи с инцидентами в аэропорту Лейпцига, где обнаружили беспилотник со следами взрывчатки. В рамках этих мер будут закрыты генеральное консульство России в Бонне и Русский дом в Берлине, заявил министр иностранных дел Йоханн Вадефуль. Меня здесь больше всего волнует не статус Русского дома, а то, что у него арендует помещение «Многокниг» (самый большой русскоязычный книжный в городе) и то, что теперь под вопросом окажется статус «Гете-Института» в Москве, который очень много сделал для культурных связей и языкового обмена. Надеюсь, они эту волну эскалации переживут

Полина Покровская. Мелодия времени Снова самиздат, снова янг-эдалт. Дело происходит в Петербурге недалекого будущего, где технологии сильно продвинулись вперед, существует телепортация, персональный ИИ-советчик в предметах бижутерии и даже возможность связи с будущей версией себя (привет, Тед Чан). Однажды журналистка по имени Мел знакомится в коридоре наркоклиники с наследником фарм-империи, и держат его тут не просто так: наследник в курсе разработки местного модного наркотика «транс», который может подавлять волю потребителя и вгонять его в состояние эйфории (что-то вроде сомы у Хаксли). Мел помогает наследнику сбежать, и теперь им придется спасаться от властей и заодно попытаться раскрыть тайну наркотика. Чисто жанрово тут есть янг-эдалтовые клише. Юная героиня, любовь как сюжетная ось. То самое «она не отпустит его, что бы он ни выбрал». Как и с «Без лица», нам обещали ромфант — мы его получили. Но в этом случае текст тоже умнее среднего ромфанта, поэтому снобизм нужно чуть-чуть придержать. Для начала, привычной для подростковых антиутопий серости тут нет, мир как раз очень даже симпатичный. Рехаб тут практически санаторий: пациентов лечат, давая им играть в футбол с переменной гравитацией, по субботам спектакли, тренажерка. Выздоровевших в рехабе объявляют со сцены, как крупье выкликает выигрышные номера. Сам город превращен в аттракцион: автобусы-квесты, туристические ачивки «Видели ночь» за пять разведенных мостов, по пригородам ходят пегасы и прочие фантастические твари. Идиллия. Но быстро выясняется, конечно, что условные велодорожки и парк Зарядье тут тоже прикрывают диктатуру, только основанную на фармакологии. Победить эту систему в книге можно только персональным выбором: спасти одного любимого человека или миллионы чужих. Победитель занимает кресло побежденного. Мысль не новая, но прописана честно, мотивации персонажей и рост самой Мел вопросов не вызывает. Проблемы три. Первая — язык. Покровская пишет очень густо: эпитеты гроздьями, тире через слово, каждая деталь подсвечена, каждый жест расписан. Причем в поле внимания попадает даже случайная мелочь. Вот на секунду появляется голубь, не важный для сюжета вообще: «Голубь замер на ветке. Его глаз смотрел прямо на Мел, такой простой черный шарик, будто и не глаз вовсе, а пластиковая бусина, вдавленная в голову детской игрушки дрогнувшей рукой, так, что вокруг осталась вмятина». Для одной случайной птицы густовато, но эта гуща продолжается на протяжении всего романа. Сильные образы тонут среди чисто декоративных, и книге бы очень пригодился редактор с ножницами. Вторая проблема — жанровая мешанина, когда сеттинг у нас резко расширяется посреди сюжета. Первые шесть глав книга держится как строгая техно-антиутопия: телепорты, наркотики, корпорации. А в седьмой из денника в бабушкиной усадьбе выходит крылатый конь, и следующий кусок романа герои удирают от погони на летающих лошадях через болота. По ощущению это как если бы посреди «Бегущего по лезвию» вдруг началось «Как приручить дракона». Третья проблема серьезнее. Мир у Покровской богатый на выдумки, но это скорее витрина находок, чем работающий механизм. Телепорт, ИИ-кольцо, голос из будущего, нейрофутбол, пегасы — каждая штука по отдельности любопытная, но между собой они не сцеплены. Из-за этого и сама интрига из устройства мира не вырастает. При этом у такой литературной окрошки сто процентов могут быть свои любители, просто у меня под конец рябило в глазах от количества фантдопущений. Это не первая антиутопия в рубрике, у нас уже был «Плутон меняет знак», и скорее всего не последняя. Антиутопия идеально описывает реальность эзоповым языком, все-таки. Что по итогу: живой, полный выдумки роман с хорошо обработанной антиутопической идеей, обаятельными персонажами и проработанным финалом. Мешают ему перегруженный язык, жанровая чехарда и мир, который остается скорее набором ярких находок. Но на фоне того, как обычно выглядит янг-эдалт, вышло как минимум изобретательно. ИИ-обложку не одобряю, но следов генерации в тексте я не обнаружил. #книга_по_записи

Бесконечно можно смотреть на три вещи: на огонь, на воду и на то, как переплетают старые книги

Лоран Бине. Игра перспектив/ы, пер. А. Захаревич Во Флоренции XVI века скандал: убит художник Якопо Понтормо, чья роспись базилики Сан-Лоренцо успела наделать шуму в художественных кругах из-за манеры рисунка — слишком смелой для консервативной эпохи. Одновременно с этим из Палаццо Веккьо крадут эскиз Понтормо «Венера и Купидон», где «божественная блудница» изображена с лицом дочери герцога — и все это в разгар Итальянских войн и очередного наступления Франции против испанских владений. Распутывать весь этот клубок интриг придется художнику Джорджо Вазари, который ненадолго становится чем-то вроде канцлера и министра внутренних дел Флоренции. Эпистолярный роман-детектив — редкий гость на книжных полках, прямо скажем, его генеалогию условно можно вести до «Лунного камня» Уилки Коллинза и «Дракулы», но на такой эксперимент писатели решаются редко. Француз Лоран Бине у нас не чужд экспериментов, он уже писал и политический триллер-сатиру с фантастическим элементом, и альтернативную историю, и метароман о восхождении и убийстве Гейдриха. В этот раз он решил замахнуться на лавры нового Эко, написав одновременно исторический роман и теорию искусства, но крылья сам же себе и подпалил. Сейчас объясню, почему. Голосов в романе много: тут и монаршие особы, и полководцы, и монашки, и художники, и их подмастерья, и сам Микеланджело. Всем им Бине пытается придать индивидуальную манеру письма, но из-за неизбежного инфодампинга и просто количества персонажей все они в итоге говорят голосом интеллектуала с иронической ноткой. Это идет авантюристу типа Бенвенуто Челлини (его перу принадлежит и внезапная отсылка к Assassin's Creed), но в устах какого-нибудь подмастерья художника звучит странно. Не помогает и то, что Бине начинает вбрасывать отсылочки к другим историческим текстам (типа «Манифеста коммунистической партии» или речи Молотова), и это атмосферу довольно сильно убивает. Иронично, что когда-то Бине за анахронизмы костерил Литтелла, а теперь делает то же самое. Не помогает замаху на Эко и то, что книжка просто слишком маленькая. Чтобы и атмосферу эпохи создать, и детектив интересный сделать, и порассуждать об искусстве, «Имени розы» понадобилось почти 700 страниц. В «Игре перспектив/ы» их 320, включая сноски и комментарий Захаревич. Поэтому вышло довольно скомканно. Сюжет тоже разочаровал, дальше спойлеры. Убийца находится сам, убийство оказывается даже не совсем убийством, а судьба картины тоже не такой уж и важной. Поверить, что старый художник может за один день проскакать 500 км туда-обратно из Рима во Флоренциюна почтовых лошадях, убить коллегу и даже дорисовать кусок картины, мне тяжело, даже несмотря на все объяснения самого Микеланджело. К тому же, ставки так и не повысились: как будто интрига с картиной и убийство Понтормо постоянно борются друг с другом за внимание читателя, и оба сюжета в итоге проигрывают. Рассуждение о перспективе, открытой Брунеллески, и о том, сохранять ее или поддаться новым веяниям в искусстве, на фоне сюжета и исторического контекста тоже теряется и проговорено скороговоркой, что достаточно обидно. В итоге получился в меру увлекательный авантюрный роман в письмах, который хорошо почитать в отпуске. Он может принести удовольствие на вечер, но не более того — а потенциал был. Кажется, в «Седьмой функции языка» Бине проговорить важные для него вещи удалось лучше — возможно, потому, что предмет был ему ближе. Ну или потому, что убивать Ролана Барта и взрывать Эко веселее. Перевод Захаревич при этом можно только похвалить, она безупречно вводит читателя в контекст и сводит гугление к минимуму за счет подробного комментария. Чувствуется, что она сама погрузилась в эпоху и постаралась разобраться, зачем французы хотели устроить переворот во Флоренции и что знаменитых Марий Медичи было две. Но даже выдающийся перевод вытянуть средненькую книгу не может, поэтому имеем то, что имеем. Надеюсь, Бине решится написать что-нибудь поэпичнее.

Не самое удачное название для жилого комплекса, мне кажется, из него многие будут уходить

Ну что, давайте адресуем слона в комнате. Канал признали «иноагентом» за номером 1252 — это год, в который инквизиции разрешили пытать еретиков. Символичненько. Во-первых, всем спасибо за ту огромную волну поддержки, что я получил за последние сутки. Ваши теплые слова и пожелания действительно помогают держаться, я их очень ценю. Во-вторых, я не знаю, за что именно канал решили «заиноагентить», но это, по большому счету, и неважно — сегодня в список могут внести даже за репост или за комментарий или просто за нахождение в другой стране. Об истинных причинах внесения спекулировать тоже не буду, потому что мало ли какие тараканы в голове у Минюста — предположу только, что некоторые неудобные публикации в канале на протяжении последних лет могли давно привлечь к нему внимание властей. В-третьих, канал будет работать дальше, пусть и в несколько стесненных условиях. В-четвертых, канал можно спокойно читать и репостить (главное не забывайте помечать, что «Книгижарь» признан "ИА-ИА", я не обижусь). Отдельно проговорю издателям, что упоминание ваших книг в канале тоже никаких рисков для вас не несет, и я по-прежнему открыт сотрудничеству. В-пятых, скорее всего, у канала возникнут проблемы с рекламой из России, поэтому в начале недели выкачу способы ему помочь не с российских счетов. Ушел готовить новый обзор. Как писал старина Оруэлл, если свобода что-то и означает, то в первую очередь право говорить то, что люди не хотят слышать. Ну, раз кто-то не хочет, придется продолжать

Вот тебе и «Одиссея», Минюст меня за ногу