Книгижарь

Трудно объяснить, но да

Мор посмотрела мемное уже телешоу про писателей https://t.me/heresy_hub/1022 И обнаружила, что для них (как и для Эксмо в этой истории собственно) имидж важнее собственно содержания текстов. Участникам предложили проголосовать, кто покинет шоу, самостоятельно. Прежде это решал ведущий. И... участники перепугались, устроив странную суету и не желая брать ни за что ответственность и терять репутацию сладкого пирожочка. У них (кроме одной девушки) не оказалось смелости явно отказаться от неприятного действия, но и выбирать самого слабого участника они боялись. Меня это изумило. Отсеивать слабейший текст - это база для писателя, причем это вполне можно делать с достоинством. Существует достаточно очень милых, добрых, приятных и симпатичных людей, которые при этом не умеют писать. Если у тебя нет четких внутренних критериев текста и собственного чувства стиля, то ты не писатель. Тебя определяет не только то, что ты выбираешь, но и то, от чего ты отказываешься, что ты не приемлешь. Немалая часть конкурсов построена на том, что тексты сначала отсеивают участники, голосуя за них, - и только потом оставшиеся попадают к жюри. Поэтому мое первое предположение, почему так происходит, - боязнь показаться плохими, влияние на visibility. Одна из самых решительных участниц подтвердила эту гипотезу: "Многие публичные люди боятся: "а вдруг я скажу сейчас, и меня за это отменят", "а вдруг я поссорюсь с известным автором/блогером/издателем, и никогда не смогу с ним сотрудничать и его фанаты меня затравят", "а вдруг все подумают, что я не булочка с корицей и узнают, что из меня тоже иногда лезет внутренний демон". Кто-то опасался, что его выгонят за простые вопросы представителям "Эксмо", кто-то очень хочет оставаться в фанфиковом океане любви, где тебя никто не критикует, ты всем нравишься. Это мир постоянного страха кому-то там не понравиться, вызвать набег чужих фанов, опасения за свое приятное социальное лицо. И это как раз современное бук-соо в миниатюре. На бегу мне кажется, что это интересно зеркалит ситуацию с репрессиями против писателей: неважно, что в твоих книгах, их не читают, важно, о чем ты говоришь и не дай бог тебе публично сказать то, что государству не нравится. То есть, за имиджем гонятся, но за него же и наказывают.

В Молдавии обвинили Пушкина в появлении геев в республике. Депутат парламента страны от правящей партии «Действие и солидарность» Михай Друцэ поднял эту тему в ходе обсуждения законопроекта о закрытии Российского центра науки и культуры. «Геи в Бессарабии появились вместе с Российской империей — и лично с приездом Пушкина», — заявил парламентарий с трибуны. Ай да Пушкин! ай да сукин сын!

Приезжает Пушкин в Кишинев и один ему скажи «Да никако ты писака!» Пушкин на радостях как давай мужиков лобызать! Им это так понравилось, что до сих пор ходят за руки держатся.

На презентации в Питере Водолазкин сказал, что пишет петербургский роман, в центре сюжета которого — полицейский-выпускник школы creative writing, который пишет протоколы допросов в духе пьесы. Любой, кто сталкивался с силовиками в России, поймет, насколько это... странная, мягко говоря, предпосылка (что-то похожее сделал Данилов в «Человеке из Подольска», но там интеллигентные полицейские не перестают оставаться жуткими; жаль, потом Данилов начал воевать с ветряными мельницами). Если российский мент что-то и умеет делать поэтично, так это материться. Я скорее поверю, что на вооружение российских ОВД поставят аналог ChatGPT, как это уже делают некоторые американские силовики — он очень удобно суммирует данные и позволяет не думать. Дело не в том, что воображение имеет границы, нет, просто не верю. Не берусь критиковать книгу на стадии идеи, конечно. Замечу только, что магия прозы Водолазкина быстро пропадает, как только он пытается писать на актуальные темы и уходит из истории и магии, в которых разбирается. Но тут мне даже интересно, действительно ли получившееся будет так беззубо и аполитично, как представляется. P.S. Водолазкин важен, потому что его «Лавр» в начале десятых побил рекорды продаж и показал издателям, что современная проза стоит внимания и покупатель на нее есть. И в то же время это очень аполитичная книга, вышедшая аккурат в год разгрома Болотной. Так что на творчество Водолазкина интересно смотреть в ретроспективе.

Приз «Эзопов язык года» уходит Индивидууму, который выпускает книгу о литературной политике Третьего Рейха в начале декабря — параллельно ярмарке «нон-фикшн» https://www.forbes.ru/forbeslife/549926-individuum-vypuskaet-knigu-literaturnaa-politika-tret-ego-rejha

Элиф Батуман с Маргарет Этвуд и модными шопперами. Ну не зайки ли

#анонс Открытая лекция по квир-теории от Фридриха Чернышёва Школа экспериментального письма приглашает на открытую лекцию Фридриха Чернышёва "Письмо неудач и квир-теория Джека Хальберстама" Лекция посвящена одной из ключевых фигур современной квир-теории, Джеке Хальберстаме, и его концепции искусства неудачи, которую Хальберстам развил в одной из своих самых известных книг "The Queer Art of Failure" (2011). 15 ноября в 14:00 СЕТ/UTC+1 Регистрация на лекцию

Вчера не стало писателя, поэта и выпускника нашей литературный магистратуры Алексея Тапутя. Лёша писал замечательную прозу. Месяц назад он закончил книгу рассказов с ироничным названием «Когда не цветут кактусы» - об отъезде в Тбилиси, о настигшей его огромной и потому совершенно невыносимой любви и борьбе с алкогольной зависимостью. Ни слова о том, почему пришлось уехать из Москвы, его герой вообще не читает новостей, но все пропитано в этой прозе сегодняшним днем. Трагические рассказы о предельной уязвимости человека, о хождении по краю, написанные тонким и умным языком, замешанным на прозе уже ушедшей, Вагинова, Пильняка, Белого. Неприкаянный, бесконечно хрупкий герой, списанный, конечна, с себя. Не понимающий, как выжить в этом мире. Лёша, прощайте. Спасибо, что все-таки завершили книгу, не сомневаюсь, что ее прочтут и оценят.

Это ужас. Мы не то чтобы были близко знакомы, но все равно. Вот ты знаешь, что есть человек, а вот его нет.

К нам в редакцию пришло уведомление от книжных магазинов о том, что теперь они отдают предпочтение тонким по объему книгам. Причина проста: так выгоднее. Теперь с горящей жопой меняем шрифты в верстках, чтобы объем книги был хоть сколько-то меньше. Печально, честно говоря, но, как обычно, повинуешься и делаешь сквозь зубы У людей стало меньше денег из-за войны, инфляции и налогов, поэтому они меньше покупают книги? Конечно, свалим проблему на издателей, это же они виноваты, что продают толстые издания! Попытался себе представить "Войну и мир" в изданиях по 200 страниц, не смог UPD. Говорят, что фейк. Ну что ж, есть реальные истории, в которые я был бы готов поверить куда меньше, если бы они не были подлинными

Комментарий человека, много лет проработавшего "простым солдатом, ни в чем не виноватым" - научным сотрудником в советском проекте биологического оружия (я нашел его под одним из текстов об истории НИИ в Степногорске). Мне понравилось про "технологичность зла". Комментарий, в общем, универсальный, и очень актуальный. "Есть еще одна составляющая моего опыта, которую мне сложно было бы приобрести в другом месте в силу моей склонности избегать сложностей в этой жизни. Это взаимоотношения со злом. Мой вклад в это дело чисто символический, но я знала, что тут происходит. И знаю, «как просто быть ни в чем не виноватым, совсем простым солдатом». Нашу психику пытались обмануть, рассказывая в самом начале, что это будет производство вакцин. За это время сложились отношения в коллективе, привычка выполнять какие-то действия, доведенные до автоматизма. Потом наступили сомнения в официальной версии. А когда все было названо своими именами, у меня был небольшой шок, и… сработала психологическая защита в основном в виде рационализации. В общем, мук совести не было. Хотя я понимала, что должны бы быть. Зло, как и любой технологический процесс в наше время, имеет четкое разделение труда. Один отдает приказ, вроде несет ответственность, но он не делает грязную работу. Для него это виртуальная реальность. Ну, садист, полюбуется результатами, а обычный человек будет убежден в своем праве так поступить и утешится. Руки-то ничего не делали, да и жертве в глаза не смотрел. Тот, кто орудие зла изготавливает, с одной стороны, не видит результатов, а с другой исполняет приказ и не несет ответственность за чье-то решение. Непосредственный исполнитель, тот, кто оружие использует, выполняет приказ. Если бы добро было так технологично! Говорят, что ничего по-настоящему ценного в жизни нельзя получить, не заплатив за это потерей чего-то не менее ценного, что у тебя уже есть. Работа в лучшем моем коллективе лишила меня иллюзии, что всякие гадости делают исключительно плохие люди. И я стараюсь по возможности избегать обстоятельств, в которых я буду вынуждена поступать плохо с моей точки зрения. Иногда получается".

У Насти хорошая подборка, куда отправлять рассказы https://t.me/agentuna/564 Я бы добавил, что сейчас стоит поглядывать и на конкурсы, и на опен-коллы: через них шанс попасть прямо к читателю выше. А публикации в «толстых» журналах все-таки больше работают на портфолио.

Спасибо, что напомнили, надо перечесть https://t.me/svobodnieslova/7851

+3

Вчера умер Эрик Булатов

Анастасия Жичкина. Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР Неочевидное последствие напряжения — оно требует очень много ресурсов. Ресурсы не бесконечны, и первыми от их недостатка страдают планирование и контроль. Люди забывают о договоренностях, теряют вещи, принимают необдуманные решения. В том числе по этой причине человек с комплексной травмой может регулярно попадать в непонятные истории, которых он не хотел и не планировал, как в меме про Рика и Морти: «Давай, вошли и вышли, приключение на 20 минут». Шесть дней спустя: «Где мы?! — Белоруссия…» Не самый очевидный выбор воскресного чтения, конечно, но уж как получилось. На книгу я наткнулся почти случайно, изучая полки российских онлайн-книжных по запросу "кПТСР". Мне это состояние (давайте без слова диагноз) установили в прошлом году еще, но я до сих пор в нем сомневаюсь. Буллинг все-таки для российской школы скорее норма, чем нет, да и что такого в том, что я одно время испытывал его в трех разных сферах жизни (опыт так себе, не советую). Жичкина довольно подробно раскрывает в книге, почему "да ничего такого не случилось" как раз хороший маркер травмы: очень часто болезненные воспоминания и опыт не воспринимаются как что-то особенное, но они могут влиять на то, как мы действуем, общаемся и реагируем на какие-то вещи. Например, ни с того ни с сего человек может устроить скандал на пустом месте или пожелать остаться одному. Может недоставать ресурсов на концентрацию, и тогда кПТСР может проявляться через СДВГ. Хватаешься за все, чтобы сбросить напряжение. Вообще, ключевая мысль книги: нет каких-то стандартных рамок, какая травма может породить кПТСР, а какая нет. Даже если человек никогда не был на войне, вырос в благополучной семье и в целом не сталкивался с насилием, опыт отвержения, предательства и жизни при диктатуре может быть травмирующим. В моему случае опыт буллинга может проявляться в том, например, что в ситуации конфликта меня парализует, я закрываюсь и не могу толком ничего сказать и предпочитаю от конфликта уйти. Если только уход не будет равен потере чего-то ценного. Или я могу избегать компаний незнакомых людей, потому что подсознательно она считывается как небезопасная. И так далее. Про жизнь при диктатуре в книге есть несколько мыслей, есть интересный момент, о котором я не задумывался: что травматический опыт может делать опыт наблюдения насилия... скучным. Жичкина тут ссылается на наблюдение Замировской, для которой чтение новостей о пытках протестующих на Окрестина стали в какой-то момент даже скучными. В том смысле, что ужас от наблюдения за чужими страданиями тут притупляется, и скука оказывается еще одним способом реагировать на боль. (да, Зонтаг в своей книге о похожих вещах писала) Еще меня заинтересовала мысль о том, что фигура внутреннего критика (многим творческим людям знакомая) может быть не только полезной. Но и деструктивной. Традиционно считается (и даже в относительно свежих книгах так пишут), что внутренний критик может критиковать за даже мелкие ошибки или прокрастинацию из некоего извращенного понимания заботы. Выронил чашку из рук? Назовет тебя придурком конченым, потому что, если не будешь вести себя идеально, тебя не примут в семье/на работе/в школе etc. И иногда критик появляется именно так, но бывает и деструктивная критическая личность, которая формируется как бы от лица тех, кто нас преследовал. А с таким механизмом не сживаешься, его нужно подавить или победить. И в этом, наверное, самая честная мысль книги: травма не бывает «достаточной» или «недостаточной», она просто случается — и иногда годами живет внутри, притворяясь усталостью, скукой, прокрастинацией, ненавистью к себе. Книга доступным языком написана, без зауми, с примерами из жизни и мемами, и это нечастый пример баланса в психологическом научпопе. Моя единственная претензия к книге — обложка. Вот если бы не знал, что это про кПТСР, то подумал бы, что какая-то эзотерика. Зачем художник решил так сделать, бог весть. Отрывки из книги и другие материалы авторки можно найти на ее сайте https://cptsd.life #книга_по_записи

ИИ сам делает верстку и дизайн, создает обложки, шрифты и стиль. А ещё — помогает с аннотацией, проверкой текста по требованиям РКН и даже генерацией имён персонажей. Трудно придумать лучшее доказательство, что ИИ и диктатура — союзники. Спасибо залетевшему в мою личку рекламщику

Чувашская поэтесса попала в книгу рекордов мира Поэма Марины Карягиной «Ху чĕрĕ чух» («Пока ты жив…») занесли в Книгу рекордов Мира на Всемирной ассамблее в 2025 году как «уникальное культурное событие». Марина Карягина «впервые в мировой литературе создала новый жанр — амфистроф (стихотворение, читающееся в обоих направлениях и раскрывающее разные смыслы, превращая один текст в два самостоятельных произведения», — отмечает Всемирная организация писателей «WOW». «Я просто писала и вдруг увидела, что строка читается наоборот, а смысл получается совсем другой. Но тогда я не придала этому какого-то серьезного значения», — рассказывала поэтесса о появлении амфистрофа. Она придумала новый жанр еще в 2002 году. В отличие от палиндрома прочтение наоборот позволяет произведению обрести новый смысл. Марина Карягина родилась в деревне Старое Ахпердино в Чувашии. Рано начала писать стихи, а чувашский язык для нее — связь с семьей, домом и голосами, которые она слышала с детства. Национальные языки в России находятся под угрозой исчезновения. Ранее «НеМосква» рассказывала, что это происходит, потому что нет передачи между поколениями. Отдельные активисты в регионах по-разному пытаются сохранить собственные языки. В Якутии семья придумала собственную азбуку, которую могут включить в список наследия ЮНЕСКО. А в той же Чувашии активисты перевели на чувашский язык мангу. Фото: «Вӑйлӑ хӗрарӑм»

офигенно

что-то пропустил, что Альпина к 7 ноября выпустила "Октябрь" Мьевиля с красивущей обложкой. Зато теперь вы тоже знаете.