Анастасия Жичкина. Ну что с того, что я там был: путеводитель по кПТСР Неочевидное последствие напряжения — оно требует очень много ресурсов. Ресурсы не бесконечны, и первыми от их недостатка страдают планирование и контроль. Люди забывают о договоренностях, теряют вещи, принимают необдуманные решения. В том числе по этой причине человек с комплексной травмой может регулярно попадать в непонятные истории, которых он не хотел и не планировал, как в меме про Рика и Морти: «Давай, вошли и вышли, приключение на 20 минут». Шесть дней спустя: «Где мы?! — Белоруссия…» Не самый очевидный выбор воскресного чтения, конечно, но уж как получилось. На книгу я наткнулся почти случайно, изучая полки российских онлайн-книжных по запросу "кПТСР". Мне это состояние (давайте без слова диагноз) установили в прошлом году еще, но я до сих пор в нем сомневаюсь. Буллинг все-таки для российской школы скорее норма, чем нет, да и что такого в том, что я одно время испытывал его в трех разных сферах жизни (опыт так себе, не советую). Жичкина довольно подробно раскрывает в книге, почему "да ничего такого не случилось" как раз хороший маркер травмы: очень часто болезненные воспоминания и опыт не воспринимаются как что-то особенное, но они могут влиять на то, как мы действуем, общаемся и реагируем на какие-то вещи. Например, ни с того ни с сего человек может устроить скандал на пустом месте или пожелать остаться одному. Может недоставать ресурсов на концентрацию, и тогда кПТСР может проявляться через СДВГ. Хватаешься за все, чтобы сбросить напряжение. Вообще, ключевая мысль книги: нет каких-то стандартных рамок, какая травма может породить кПТСР, а какая нет. Даже если человек никогда не был на войне, вырос в благополучной семье и в целом не сталкивался с насилием, опыт отвержения, предательства и жизни при диктатуре может быть травмирующим. В моему случае опыт буллинга может проявляться в том, например, что в ситуации конфликта меня парализует, я закрываюсь и не могу толком ничего сказать и предпочитаю от конфликта уйти. Если только уход не будет равен потере чего-то ценного. Или я могу избегать компаний незнакомых людей, потому что подсознательно она считывается как небезопасная. И так далее. Про жизнь при диктатуре в книге есть несколько мыслей, есть интересный момент, о котором я не задумывался: что травматический опыт может делать опыт наблюдения насилия... скучным. Жичкина тут ссылается на наблюдение Замировской, для которой чтение новостей о пытках протестующих на Окрестина стали в какой-то момент даже скучными. В том смысле, что ужас от наблюдения за чужими страданиями тут притупляется, и скука оказывается еще одним способом реагировать на боль. (да, Зонтаг в своей книге о похожих вещах писала) Еще меня заинтересовала мысль о том, что фигура внутреннего критика (многим творческим людям знакомая) может быть не только полезной. Но и деструктивной. Традиционно считается (и даже в относительно свежих книгах так пишут), что внутренний критик может критиковать за даже мелкие ошибки или прокрастинацию из некоего извращенного понимания заботы. Выронил чашку из рук? Назовет тебя придурком конченым, потому что, если не будешь вести себя идеально, тебя не примут в семье/на работе/в школе etc. И иногда критик появляется именно так, но бывает и деструктивная критическая личность, которая формируется как бы от лица тех, кто нас преследовал. А с таким механизмом не сживаешься, его нужно подавить или победить. И в этом, наверное, самая честная мысль книги: травма не бывает «достаточной» или «недостаточной», она просто случается — и иногда годами живет внутри, притворяясь усталостью, скукой, прокрастинацией, ненавистью к себе. Книга доступным языком написана, без зауми, с примерами из жизни и мемами, и это нечастый пример баланса в психологическом научпопе. Моя единственная претензия к книге — обложка. Вот если бы не знал, что это про кПТСР, то подумал бы, что какая-то эзотерика. Зачем художник решил так сделать, бог весть. Отрывки из книги и другие материалы авторки можно найти на ее сайте https://cptsd.life #книга_по_записи