"Циолковский". Книжный магазин и издательство

Большая российская энциклопедия утверждает, что язык — это «естественно возникшая в человеческом обществе и развивающаяся система облеченных в звуковую форму знаковых единиц, способная выразить всю совокупность понятий и мыслей человека и предназначенная прежде всего для целей коммуникации». Однако в этом определении больше вопросов, чем ответов. Мы не знаем, как именно эта система «естественно возникла» и почему возникла только в человеческом обществе. Каким образом создаваемые человеческим голосом колебания воздуха способны передать смыслы другому человеку? Как еще мы используем язык, кроме простого общения? Что знает современная лингвистика о том, как устроен язык? Что мы знаем о его функционировании в обществе? Как мы представляем себе возникновение языка и когда это произошло? Эти и другие вопросы обсуждаются в книге доктора филологических наук, профессора Европейского университета в Санкт-Петербурге Николая Вахтина.

А вот и оглавление вышедшей вчера в нашем издательстве новинки, как видите, есть, что почитать. Фаворит редакции - статья про теологию Анонимных Алкоголиков.

"Драмы, поля и метафоры. Символическое действие в человеческом обществе" - книга британского антрополога Виктора Тернера, опубликованная в 1974 году. В ней автор развивает концепцию социальной драмы как модели анализа общественных конфликтов, проходящих через стадии нарушения нормы, кризиса, попытки урегулирования и последующей реинтеграции или раскола. Тернер рассматривает ритуалы и символические практики как способы, которыми общества осмысляют и упорядочивают собственный опыт. Книга стала одной из основополагающих работ в социальной и символической антропологии.

Вышла новинка! Сборник статей «Выпьем конструктивно!» под редакцией выдающегося антрополога Мэри Дуглас даже почти четыре десятилетия после его оригинальной публикации обещает российскому читателю немало открытий. Прежде всего, ключевая тема сборника — антропологический и социологический анализ употребления алкоголя и других напитков — парадоксальным образом не слишком популярна среди российских ученых, хотя в англо‑ американской науке в этом поле ещё в 1960–70‑х годах сложилось целое направление исследований. Тексты, вошедшие в сборник, представляют собой попытку подвести итог этой работы и представить её лучшие образцы — от включённых полевых наблюдений до макроисторических конструкций. География материала сборника охватывает чуть ли не весь мир — от тосканских виноделов до мексиканских бутлегеров и ритуалов тихоокеанского королевства Тонга. Столь богатая эмпирическая база демонстрирует, с одной стороны, поразительное разнообразие ритуалов, связанных с употреблением напитков, а с другой — их схожую роль в организации социального мира в разных частях планеты. Издание снабжено подробными комментариями, предисловием переводчика и послесловием научного рецензента.

Исправленное и дополненное переиздание первого тома "Пайдейи" Вернера Йегера. Сотворённая в эпоху европейских сумерек, "Пайдейя" есть искусное начертание образа былого, озарённого животворящим светом классической древности, памятник утончённой гуманистической мысли. Вернер Йегер (1888-1961), выдающийся филолог-классик и автор этого труда, обращается к эллинским представлениям об идеале человека и его формировании, запечатлённым в высокой словесности. Он свидетельствует о непреходящей ценности умения переживать античность - "чувствовать, что значит становиться человеком, видеть, подобно Лукрецию, как moenia mundi discedunt, как пред тобой открывается вселенная" - и о важности устремления к воспитанию в духе классического образования. Первый том, предлагаемый вниманию читателей, охватывает обширный временной период от гомеровских истоков до политической мысли Фукидида. На русском языке он стал доступен благодаря переводческим трудам замечательного филолога А. И. Любжина. Второе русское издание не только исправляет некоторые опечатки и неточности первого, но и содержит краткое издательское предисловие и около ста новых примечаний. Не претендуя на статус исчерпывающего комментария, они призваны помочь читателю понять и сам текст, и то, как рассматриваемые в нём проблемы анализируются современными исследователями. Книга представляет большой интерес для филологов-классиков, историков философии и культуры, а также для широкого круга читателей, интересующихся античностью и гуманизмом.

Виктор Стоикита. Краткая история тени / Пер. с англ. Д.Озеркова под ред. Б.Останина. - СПб.: Machina, 2004 Автор вслед за Плинием полагает началом живописи тот легендарный момент, когда "впервые была обведена линиями человеческая тень", он придает этому событию основополагающее значение: "Рождение изображения "от противного" в высшей мере существенно для западноевропейского искусства. Живопись появляется на свет в рамках тематического отсутствия / присутствия (отсутствия тела / присутствия его проекции). Диалектика этого отношения задает ритм истории искусства".

"Иерусалимская история" Фульхерия - основной источник, повествующий о Первом крестовом походе. Автор этого сочинения, французский священник Фульхерий, входил в свиту одного из предводителей крестоносцев - Балдуина Булонского, брата Готфрида Бульонского. С первых дней Фульхерий оказался в самом центре событий: вместе с Балдуином он участвовал в экспедиции на Эдессу, стал свидетелем основания графства Эдесского - первого из государств крестоносцев. Когда Балдуин стал во главе только что образованного Иерусалимского королевства, Фульхерий, его духовник, оказался на самых вершинах власти, став участником и свидетелем событий, последовавших за Первым крестовым походом. Проницательный и тонкий мыслитель, Фульхерий подробно излагает историю становления крестоносных государств на Святой Земле вплоть до 20-х годов XII века. В "Иерусалимской истории" автору удалось в красках изобразить чувства западноевропейцев, впервые вживую столкнувшихся с ближневосточным миром, известным им ранее лишь по рассказам паломников.

Дорогие читатели! Ruinaissance приглашает вас на презентацию книги Тосио Сиратори "Новое пробуждение Японии. (Политические комментарии. 1933–1945)". Книгу представит составитель, переводчик, комментатор и автор вступительной статьи - доктор политических наук Василий Элинархович Молодяков (р. 1968). Редкая возможность послушать выступление В.Э. Молодякова в Москве, спешите воспользоваться возможностью. 30 августа 2026 19:00 книжный магазин "Циолковский" Пятницкий пер., 8, стр. 1, 4 этаж (мансарда) (м. "Новокузнецкая"). Схема прохода Сочинения японского дипломата и политического аналитика Сиратори Тосио (1887–1949) впервые издаются за пределами Японии. Enfant terrible мира дипломатии, Сиратори – один из самых оригинальных представителей геополитической мысли Японии 1930–1940-х годов, преданной забвению после поражения его страны во Второй мировой войне. 🎁 Заказать "Новое пробуждение Японии" на Озоне

"В лицее была учительница истории, которая носилась из одного конца класса в другой, словно актриса, завоевавшая сцену. Затем она взбиралась на стул, выпячивала грудь в торжественной позе и объявляла: — Вот он, Муссолини! И, понизив голос до шепота, добавляла с оттенком нежности: — Бенито — так его звали дома. Она рассказывала, что по вечерам он появлялся у окна, силуэтом в полумраке, закутанный в римскую тогу. Чтобы окончательно убедить своих слушателей, она демонстрировала фотографию этого мнимого Цезаря. На снимке был невысокий человек в безупречно начищенных сапогах, всеми силами старающийся казаться выше, чем был на самом деле. Класс думал, но не решался произнести вслух: Если мир — это цирк, то вот его клоун! Следующий урок был посвящён философии. Преподаватель, с плотно сжатыми челюстями и прищуренными глазами, вглядывался сквозь туман в поисках глубинной истины. Он предлагал своей аудитории задуматься над аксиомой: — Существует ли в мире и в человеке общий знаменатель, позволяющий постичь смысл вещей? Разумеется, ученики оставались озадачены перед такой постановкой вопроса. Вскоре эти учителя исчезли из школьного круга. Такова судьба существ слишком редких, чтобы их можно было держать в клетке. Учительница истории больше не давала о себе знать, а философ затерялся где-то, занявшись шумной музыкой. Не думаю, что знания, полученные у них, могли бы помочь кому-либо на экзаменах — и, признаюсь, я сам тому наглядное подтверждение. Зато они привили иной взгляд на мир, и за это я им бесконечно благодарен".

Как возделывать свой сад в мире, где все горит и рушится? Ответ на этот вопрос пришлось искать Владимиру Дегтярёву, дворянину и путешественнику, который объездил полмира в качестве агента Императорского Ботанического сада, а после революции остался в Советской России. Оговор привел Дегтярёва к заключению в Соловецком лагере, где садовод упорно продолжил трудиться, создав в суровом климате уникальный дендрарий. Подобно тропическим растениям, которые он выращивал на Крайнем Севере, Дегтярёв оставался в советской действительности нездешним пришельцем - удивительно свободным человеком словно из приключенческого романа XIX века, заброшенным в мир лагерей и доносов. Журналистка и писательница Алиса Кусти восстанавливает жизнь Дегтярёва, по крупицам собирая архивные данные, и превращает его историю в документальную книгу о поиске собственного места в мире, о созидании посреди разрушения и о памяти, побеждающей забвение.

Новая книга А.Ю.Дворниченко посвящена одной из самых сложных и спорных проблем отечественной истории: возникновению древнерусского государства. Эта проблема изучается в историографическом плане, при этом впервые охвачена практически вся важнейшая историография, включая современные российские и зарубежные (в том числе эмигрантские) издания. В книге постоянно присутствует авторская позиция, основанная на многолетнем опыте изучения истории и историографии России. Автору удалось выявить и показать читателю основную парадигму развития историографии в области изучения древнерусского политогенеза. Это было движение от монархической идеи к демократической. Историки XVIII - первой половины XIX в., развивая мысли московских книжников предшествующих столетий, представляли себе Киевскую Русь в виде монархии. Во второй половине XIX - начале ХХ в. полную победу одержала "демократическая" теория, представлявшая Киевскую Русь как вечевое, демократическое образование. Данная теория получила продолжение в эмигрантской и зарубежной историографии. Советская же историческая наука в основном парадоксальным образом вернулась к идеям давно ушедших времен. Борьба идей, школ и направлений продолжается и в наши дни...

Пожалуй, каждому знаком сюжет о короле Артуре и рыцарях Круглого стола. Может показаться, что мы знаем о легендарных подвигах этих героев практически все… Однако необыкновенные приключения Сегуранта, рыцаря, до сих пор не известного широкой публике, были преданы забвению на несколько веков. Рассеянные среди множества средневековых манускриптов, рукописи «Сегуранта» терпеливо ждали своего часа на протяжении длительного времени… Удивительная история о доблестном герое Средневековья оживает на страницах этой книги, представая перед читателем как одно из величайших литературных событий XXI века! В книгу включен текст самого романа, дополнительные и альтернативные версии XIII-XV веков, научные комментарии исследователя Эмануэле Ариоли, а также иллюстрации из оригинальных рукописей.

Когда в морском пути тоска грызет матросов, Они, досужий час желая скоротать, Беспечных ловят птиц, огромных альбатросов, Которые суда так любят провожать. И вот, когда царя любимого лазури На палубе кладут, он снежных два крыла, Умевших так легко парить навстречу бури, Застенчиво влачит, как два больших весла Быстрейший из гонцов, как грузно он ступает! Краса воздушных стран, как стал он вдруг смешон!Дразня, тот в клюв ему табачный дым пускает, Тот веселит толпу, хромая, как и он. Поэт, вот образ твой! Ты также без усилья Летаешь в облаках, средь молний и громов, Но исполинские тебе мешают крылья Внизу ходить, в толпе, средь шиканья глупцов.

Неожиданно (хотя чего тут неожиданного, в наши времена и понеожиданнее бывает) сообщают из типографии, что наша новая книга приедет уже в понедельник, и с ее содержанием пытливые читатели могут начать знакомиться тут же.

Сочинение Исидора Севильского представляет собой всеобъемлющую энциклопедию, в которой собраны сведения, относящиеся к различным областям знания, известным в эпоху античности. В книгах, включенных в это издание, дано описание грандиозной картины мира, начиная с устройства Вселенной до рассказов о Земле и стоящих на ней городах и постройках, созданных руками человека.

Эрик Хобсбаум: «я рассматриваю вопрос, который поразительным образом оказался оставленным без внимания: не история французской революции как таковой, а история ее осмысления и толкования, ее влияния на события истории XIX и XX веков… В настоящей книге я касаюсь трех аспектов ретроспективного анализа. Во-первых, я рассматриваю французскую революцию как буржуазную, на самом деле в некотором смысле как прототип буржуазных революций. Затем я рассматриваю ее как модель для последующих революций, в первую очередь революций социальных, для тех, кто стремился эти революции совершить. И наконец, я рассматриваю различные политические позиции в отношении революции и их влияние на тех, кто писал и пишет ее историю».

О Боге говорят нам две книги — Священное Писание и Книга Природы. Обе ныне не вызывают доверия: Писание дезавуировано библейской критикой; бесконечная вселенная пугает вечным молчанием. Для Бога в них места нет, Он, казалось бы, мертв. Бог не мертв, Бог бессознателен, — утверждает Лакан. Речь Его сродни симптому. «Подобно Владыке, чье прорицалище в Дельфах, он не говорит и не утаивает, а подает знаки», — и знаки эти, как и любые симптомы, живут не на книжных страницах, а в нашем теле. Тщетно было бы связывать эти знаки друг с другом: обобщить их не получится, в целое не сложить, знание на них не построить. Поэтому богословие наше не систематическое, а симптоматическое. Tексты этой книги — всего лишь акты внимания и отзывчивости, попытки эти знаки расслышать и на них, в меру наших сил, откликнуться.

Книга, вышедшая в 1929 году — одно из лучших свидетельств о духе времени двадцатых годов XX века в Германии. В противовес скорости, давлению и ажиотажу Веймарской республики автор предлагает читателю посвятить себя прогулкам, бесцельно бродить вместе с ним по городу. «Медленно идти по оживленной улице — особое удовольствие. Тебя захлестывает спешка других пешеходов, словно ты купаешься в прибрежных волнах». Хессель прогуливается по шумному Берлину, проходит через площади, улицы, фабрики и парки, посещает восточную часть города с задними дворами и рыночными залами, западную с ночными кафе. Фланёр Хесселя учится у города, соединяющего в себе скрытые и явные черты прошлого и будущего, равно как и мимолетного, неуловимого настоящего.

Лиз Пелли — музыкальная журналистка и исследовательница современной цифровой культуры — в своей дебютной книге показывает, как крупнейший стриминговый сервис мира изменил не только музыкальный бизнес, но и сам способ, которым мы слушаем, открываем и воспринимаем музыку. Spotify превратил искусство в данные, артистов — в поставщиков контента, а слушателей — в пассивных потребителей бесконечного потока «вайбов», где настроение оказывается важнее личности исполнителя, а алгоритмы постепенно подменяют собственный вкус. Плейлисты вместо альбомов, рекомендации вместо музыкальных открытий, стоковая музыка вместо творческого высказывания, «призрачные» артисты вместо настоящих музыкантов — Пелли подробно исследует механизмы, благодаря которым стриминговая эпоха незаметно изменила всю музыкальную экосистему. Опираясь на многолетнюю работу, десятки интервью с музыкантами, сотрудниками индустрии и бывшими работниками Spotify, она показывает, как логика платформы влияет на то, какую музыку пишут, как ее продвигают и почему все больше композиций начинают звучать удивительно похоже.

Если вам кажется, что фамилия Джейн Боулз звучит подозрительно знакомо — вам не кажется. Девочка-подросток Джейн попала в богемную среду Гринвич-Виллидж, где познакомилась с писателем и композитором Полом Боулзом, а через несколько лет они поженились. Брак был необычным, со своими неровностями, но именно внутри этого творческого тандема появился роман Джейн «Две серьёзные леди», в котором Пол выступил в роли редактора. Более того, сам Пол говорил, что его жена была главной причиной, подтолкнувшей и его самого заняться прозой во взрослом возрасте — через публикацию её первого романа. Текст не был оценен критиками при жизни Джейн, но в последнее время всё чаще рядом с его названием виднеются формулировки по типу «ориентир модернистской американской прозы» или «веха в американской литературе ХХ века». Роман, кстати, вышел на русском в издательстве книжного магазина «Циолковский». И, кстати, он продаётся у нас. Приглашаем оценить книгу самостоятельно!