Бельцев

Когда вы нанимаете на работу тупых, то получается предсказуемый результат. Который, если бы не война, повеселил всех. Один из главных мамкиных пирожков и по совместительству знатный военный эксперт, товарищ Носович, взялся за анализ антивоенного митинга в Киеве. Народу, говорит, много было: митинг "довольно заметный по численности". Судя по его же фоткам, человек 40-50. Ну, для России - вообще б так, даже ничего. А дальше Носович выстреливает перл: "Феномен в том, что это уже второй мирный митинг за неделю, который не был разогнан". И тут же выдается тирада, которая, что называется, палит базу: И объяснение этому возможно только одно: нацикам разгон этого митинга не оплатили. Бесплатно они в принципе не работают, их ярость благородная вскипает только за деньги. То ли ГУР, СБУ, Офис Зеленского и все остальные слишком заняты тем, что дерибанят майно и потоки грошей с Европы, то ли ещё что, но факт есть факт: никто из центров силы на Украине разгон второго за неделю мирного митинга в центре Киева не заказал Вот что значит - человек заработался на Родине, в России. Феномен, когда митинг за мир не разгоняют. Значит разгоняющим не заплатили. Нельзя вот так просто брать и экстраполировать свой опыт мамкиного пирожка важного эксперта с одной страны на другую. Да, в Москве за такой митинг - и паковали бы, и сажали на сроки большие, чем за убийство. Да, вроде бы как кидал камень в киевский огород, но забросил его в огород московский. А других пропагандистов нам до сих пор не придумали.

Когда-то у меня была классическая мйэл-рушная почта. Было ей лет и лет, менять ее до 2019 года не планировал. Потом однажды меня пригласили для разговора. "Те самые службы" и "именно туда". Их очень интересовало одно письмо, которое мне на почту уже пришло, но сам я его прочитать так и не успел. Когда я вежливо пояснил, что письмо еще не открывал и не читал, мне его не менее заботливо дали прочитать уже в распечатанном виде. Поинтересовались, что я хочу на него ответить. Пришлось письменно изложить свой будущий ответ. - Прекрасно, - говорят. - Хороший ответ, вот прямо так его и отправьте. Вот вам ваш листик с текстом, вы же его сами набрали, без давления. - Так можете сразу его и переслать прямо с моей почты. Что б вам (и мне) спокойнее было. - Нет, - говорят. - Не можем мы такое сделать, у нас же в стране тайна переписки! Ну вы что? Сами отправите. Мы вам на слово поверим. В общем, вот так я решил перейти на заграничную почту. По собственной воле, без нажима.

Под разговоры про кровожадных касаток медведей решили перебить сами. Чисто по классике.

Писатель Василий Бельцев о специфики игромании населения в России: Во-первых, российская игромания имеет единую вертикаль, где на верхушку взобрался таджикский иммигрант Умар Лутфуллоев-Кремлев. Этот человек, которому по факту передан контроль за гемблингом в России, уже профинансировал свадьбу для сына Трампа, чем оказалось обоим (и сыну, и папе) медвежью услугу. Но это важный момент: Лутфуллоев-Кремлев активно тратит деньги от гемблинга на "геополитическое продвижение". Результат здесь значения не имеет, здесь важнее то, что в глазах Кремля это легализует такой ход вещей с игровой индустрией. Во-вторых, как следствие, Минфин России не понимает, как можно подступить к кормушке в 3 трлн рублей ежегодно, которая находится под контролем мира ставок в России (не первая попытка, кстати). Это не на курицу налог вводить, здесь особо активных чиновников могут и вырезать физически, вместе с семьями. Например, какие-то "украинские диверсанты". Когда на кону такие деньги, всяко случится может. К кассам игрового мира не подпускают даже министров. В-третьих, игромания в России имеет антирегиональный экономический эффект. Основная масса игроков - это жители депрессивных регионов, которые проигрывают в прямом смысле последнее ради призрачной надежды разбогатеть. Деньги потом расходятся куда угодно, но не по регионам: на них проводятся дорогие мероприятия в арабских странах, на них делает свой пиар Лутфуллоев-Кремлев, на них арендуются острова для сына Трампа и т.д. В итоге игромания приводит к более стремительной деградации регионов, превращаясь в отдельный вид территориальной угрозы. В-четвертых, игромания и армия прямо и неразрывно связаны сложной системой узлов и сплетений. Игроманы, попадая в огромные долги, вполне могут подписать контракт. Уже в зоне боевых действий отцы-командиры вполне могут истребовать контроль за банковскими картами зависимых бойцов со вполне рационально звучащей формулировкой: игроман может стать предателем, поэтому нельзя позволять им играть свободно (среди завербованных диверсантов игроманов не меньше, чем среди наркоманов). Но распространение практики под такой формулировкой выходит очень далеко за эти рамки: контролировать карточки подотчетных бойцов крайне выгодно финансово. Лудомания превращается в правильно звучащий аргумент для самого широкого применения на практике. В то же время игромания в России остается буквально последним очагом неконтролируемого полупреступного бизнеса, которому не противодействует само государство. Наркотики, оружие, коррупция - все это здорово, но несет риски, которых сфера игромании пока не несет никак. Хотя, по моему скромному мнению, игромания является полноценной злокачественной онкологией больного российского общества, и отсутствие иммунитета на это явление рано или поздно одарит нас результатами, которые вряд ли кого обрадуют. @ejdailyru

Угроза президента США Дональда Трампа запретить экспорт американского дизеля хоть и блокируется пока что американскими нефтепромышленниками, но смогла изрядно напугать мир, для которого новый виток топливного кризиса был бы крайне болезненным. В качестве компромисса страны G7 в пятницу договорились вывести на рынок до 100 млн баррелей аварийных запасов нефти и дизельного топлива, пытаясь сбить рекордные цены и предотвратить ухудшение ситуации. Наиболее быстрым должен стать выпуск дизеля: существенные объемы страны G7 и партнеры намерены направить на рынок в первые 20 дней, тогда как вся программа рассчитана примерно на 4 месяца. Одновременно участники договорились избегать экспортных ограничений между странами-партнерами. По сути, США сообщили Европе, что они не собираются в одиночку выкачивать свои резервы досуха — так что либо стабилизируйте рынок за счет своих запасов, либо все равно делайте это, но уже в условиях перекрытого американского экспорта. Разумеется, эта мера не системно разрешает сложившуюся ситуацию, а работает временной заглушкой — весной уже договаривались выбросить на рынок 400 млн баррелей, они подходят к концу, а Трамп продолжает обслуживать интересы Биньямина Нетаньяху в ущерб себе и европейцам. Теперь вот еще до 100 млн бочек пойдет на рынок, но это лишь временно сдержит цены и сгладит шок — в целом это никак ситуацию не меняет. Более того, чем больше выкачают резервов сейчас — тем дольше продержатся высокие цены на нефть после деблокады Ормузского пролива, так как страны, опустошившие резервы, будут впитывать нефть как губка. Пока удастся выиграть время, вопрос для чего: Трамп не афиширует никаких внятных планов завершения конфликта кроме еженедельных заявлений о том, что Ормузский пролив откроется уже завтра, он обо всем договорился и это Великая Сделка. Впрочем, президента США уже никто не слушает, даже биржевые спекулянты все более вяло реагируют на трамповы писдилы.

Падение количества заключенных контрактов на 10%, на которое все ссылаются, вообще никак не отражает суть реальной проблемы. По сути, это единственный фактор, которым можно пренебречь. Нынешняя система набора контрактников в первую очередь упирается в проблему качества: львиную долю "новых голов" приводят специально организованные группы, которые получают за это выплаты. И среди таких групп хватает тех, кто поставил на поток "охоту на количество", когда с помощью подкупа участковых или вовлечения региональных этнобанд (начиналось с цыганских, но сейчас задействованы все) массово собирают (читай - похищают) бомжей, наркоманов, алкоголиков, людей с психическими отклонениями и т.п. В учебных центрах от таких пытаются отбиться, но так как "не взять" нельзя, то их сразу переводят в разряд всему подготовленных рексов и закидывают на войска. На войсках перепуганные командиры, чтобы полученное пополнение не умерло в окопах само или не натворило чего, массово отправляют их в один конец на самые бесперспективные участки фронта. Более ушлые командиры отбирают у них карточки, после чего отправленные в неизвестность бойцы еще долгие месяцы числятся "удерживающими позиции", получают зарплаты на свои карты и в корне меняют всю реальную военную отчетность в глазах Генштаба. По задумке, усиление мобилизации должно не только удешевить процесс "мясной подпитки" фронта, но и обязано привести к качественному усилению наибраемого состава. "Мобилизовать" по задумке должны работяг трудоспособного возраста, готовых к нагрузкам и службе. Но и здесь все будет, как обычно: любой участковый хочет "почистить" вверенную ему территорию от неблагонадежных элементов. Поэтому тех, кого не смогли "продать" на контракт, первыми будут и мобилизовать. Отдельно рассмотрим пунктик, что мобилизовать дешевле и законнее, чем заказть киллеру или силовикам (последние обойдутся дороже хорошего киллера). При этом при "правильной мобилизации" устранение заказанного может быть еще более гарантированным, чем киллер. Ну и бонус - это коммерциализация мобилизации. Чем агрессивнее и активнее идет процесс, тем по умолчанию дороже расценки на "отпустить домой". Украина не даст соврать. Поэтому причастным структурам и лицам выгодно мобилизовать массово и показательно - это тот самый агрессивный маркетинг, о котором нам так много говорили рекламщики. Большую повальную мобилизацию можно не проводить аж до весны, если усилить текущие мобилизационные меры и если снова поверить Генштабу, что "ну в этот раз уже точно до весны все возьмем". Поэтому - пока будет так. Где-то до весны, когда (по очередным планам) все военные цели будут выполнены. Ну а потом - те самые "непопулярные решения".

...А ведь ушла эпоха, что уж там.

Нечаянно занесли себе чуму. Заброшенные в Россию диверсанты в панике пытаются покинуть страну, террористы-смертники отказываются выезжать в Россию.

Танк Т-14 "Армата" остается самым лучшим и самым дорогим в мире танком для учений.

Информацию о судьбе российских граждан, попавших в застенки Талибана или в руки террористов, узнать быстрее и легче. Глубинный народ, подвальный народ. Глубинарии-лубинарии.

Игромания в России имеет свою собственную специфику, весьма уникальную в нынешних ситуациях. Во-первых, российская игромания имеет единую вертикаль, где на верхушку взобрался таджикский иммигрант Умар Лутфуллоев-Кремлев. Этот человек, которому по факту передан контроль за гемблингом в России, уже профинансировал свадьбу для сына Трампа, чем оказалось обоим (и сыну, и папе) медвежью услугу. Но это важный момент: Лутфуллоев-Кремлев активно тратит деньги от гемблинга на "геополитическое продвижение". Результат здесь значения не имеет, здесь важнее то, что в глазах Кремля это легализует такой ход вещей с игровой индустрией. Во-вторых, как следствие, Минфин России не понимает, как можно подступить к кормушке в 3 трлн рублей ежегодно, которая находится под контролем мира ставок в России (не первая попытка, кстати). Это не на курицу налог вводить, здесь особо активных чиновников могут и вырезать физически, вместе с семьями. Например, какие-то "украинские диверсанты". Когда на кону такие деньги, всяко случится может. К кассам игрового мира не подпускают даже министров. В-третьих, игромания в России имеет антирегиональный экономический эффект. Основная масса игроков - это жители депрессивных регионов, которые проигрывают в прямом смысле последнее ради призрачной надежды разбогатеть. Деньги потом расходятся куда угодно, но не по регионам: на них проводятся дорогие мероприятия в арабских странах, на них делает свой пиар Лутфуллоев-Кремлев, на них арендуются острова для сына Трампа и т.д. В итоге игромания приводит к более стремительной деградации регионов, превращаясь в отдельный вид территориальной угрозы. В-четвертых, игромания и армия прямо и неразрывно связаны сложной системой узлов и сплетений. Игроманы, попадая в огромные долги, вполне могут подписать контракт. Уже в зоне боевых действий отцы-командиры вполне могут истребовать контроль за банковскими картами зависимых бойцов со вполне рационально звучащей формулировкой: игроман может стать предателем, поэтому нельзя позволять им играть свободно (среди завербованных диверсантов игроманов не меньше, чем среди наркоманов). Но распространение практики под такой формулировкой выходит очень далеко за эти рамки: контролировать карточки подотчетных бойцов крайне выгодно финансово. Лудомания превращается в правильно звучащий аргумент для самого широкого применения на практике. В то же время игромания в России остается буквально последним очагом неконтролируемого полупреступного бизнеса, которому не противодействует само государство. Наркотики, оружие, коррупция - все это здорово, но несет риски, которых сфера игромании пока не несет никак. Хотя, по моему скромному мнению, игромания является полноценной злокачественной онкологией больного российского общества, и отсутствие иммунитета на это явление рано или поздно одарит нас результатами, которые вряд ли кого обрадуют.

Да что ж такое! Россия может быть или русской, нашей Россией, или никакой! Нет и не может быть никакой "путинской России" - есть Эрэфия. Вопрос не в названии, а в сути. Россия или есть, или нет. Или это наша Россия, или инородное образование с украденным у нас названием. Хватит словоблудия. Россия и "путинская Россия" - это как "стул" и "жидкий стул". Остальное - от лукавого.

Каждый пятый литр молока коровы дают по личному поручению Дмитрия Патрушева.

В Беларуси закончился сбор урожая картофеля. Теперь будет большая геополитика. Я им даже завидую.

В общем, экспортного варианта "ИГИЛа на продажу" не получилось. Но стараться продолжают.

Весь мир понимает, что у путинской России нет образа будущего, нет проекта и нет ничего, что можно предложить. Поэтому никто договариваться не будет, а уж тем более не будет "дележки мира на троих". Но вот для нас это - трагедия, близкая к катастрофе.

Проблема в том, что кажется не только нам, но и адресатам ядерных угроз. Классическая басня Эзопа про мальчика, который кричал: «Волк!». «Я вспомнил наш наиболее узнаваемый символ — медведя, который охраняет свою тайгу. Вы знаете, в чем дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком. Может быть, его в покое оставят? Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания», — заявил президент РФ Владимир Путин на большой пресс-конференции в декабре 2014 года. Мораль притчи проста: если постоянно пугать несуществующей угрозой, однажды тебе не поверят именно тогда, когда она окажется настоящей. В конце басни волк съел овец, напомним, а в более кровожадной версии — и самого мальчика.

Я кричал и критиковал где-то с 2011 года и практически до недавних пор. Но в какой-то момент усталость пересилила и отрезвила. От нашего крика ничего не меняется. А насчёт упоминания фамилий вслух, я бы задал себе простой вопрос. Окей, упомянули, что мы получили? Некую разрядку. А что-нибудь ещё? Годы идут, мы не молодеем, время уходит. Наша разрядка, к сожалению, ничего не меняет. А менять надо, потому что у нас растут дети. И им в этой стране жить. Опыт тех, кто уехал, весьма неоднозначный. А потом, почему должны уезжать мы, у которых за бугром ничего нет, а не они, которые туда вывезли все, что могли? Это наш дом, и нам надо наводить в нем порядок. Но при этом желательно не сжечь его и не сдохнуть самому, и не потерять свободу. А значит, остаётся очень узенькая дорожка. И она, в частности, подразумевает необходимость перестать размениваться на выхлопы и эмоциональные разрядки. Есть виды деятельности, в которых нужно уметь работать сжав зубы и зажав нос. Можно иногда выпить водки, откровенно поговорить с друзьями. Можно даже поорать, но желательно это делать анонимно. Для любой цели есть правильные пути реализации, которые ведут к ней, и неправильные, которые к ней не ведут, а ведут в какие-то другие места. Иногда не столь отдалённые. И да пребудет с нами сила. https://t.me/VasiliyBeltsev/2315

Путин и Зеленский одного роста. Но у нас всегда вылизывание путают со смазыванием.

Я смотрю в Telegram и вижу, что авторы постов, ядовито комментирующие выступление Путина, всё ещё живут внутри путинской системы координат, даже ненавидя его. Он остаётся главным действующим лицом их внутреннего мира. Он сказал – они возмутились. Он соврал – они разоблачили. Он выступил – они потратили вечер на разбор его выступления. Выглядит как форма созависимости: объект отрицания продолжает определять мир отрицающего его субъекта. Не совсем так. А в чем-то даже совсем не так. "Фактор Путина" многим политологам, журналистам и специалистам сломал, по сути, всю возможность прежней работы. Установки были жесткими (и известными всем): ты можешь заниматься своей деятельностью дальше, при условии отсутствия упоминаний фамилии Путина везде, где это несет негатив. Если врать и нахваливать противно - забудь эту фамилию. В итоге вместо того, чтобы заниматься ущербно-кастрированной деятельностью, решаешь выйти из этой игры. Я, например, распрощался с политтехнологиями. Зато теперь я могу прямым текстом (пусть и в сильно урезанном варианте) прокомментировать то, что комментировать было нельзя. Упомянуть фамилию. Пускай это иллюзия свободы, но все же это именно то, чего так не хватало раньше. Выкричаться за годы молчания, или хотя бы заявить. Позволить себе недоступное раннее. И это не единичный случай, совершенно не единичный.